Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Упродовж кількох століть свого функціонування ринкова економіка пройшла ряд етапів поступального розвитку та еволюції. Щоденно і повсюди — від Північ...полностью>>
'Планы семинарских занятий'
12.Федоров В.А. Торговое земледелие крестьян Московской губернии в первой половине XIX в. Вестник Московского университета. Серия 8. История, 2003,...полностью>>
'Программа'
- формировать способность участвовать в совместном принятии решений через включение в коллективную проектную деятельность, через работу с младшими шко...полностью>>
'Документ'
1.1. В соответствии с Основами законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, Гражданским кодексом РФ, Законом “Об организации стр...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:

Библиотека "Фантаст"

Успенский Михаил

Семь разговоров в Атлантиде

Недалеко от них живут атланты, полудикие эгипаты, блеммийцы, гамфасанты, сатиры и гимантоподы. Если верить писателям, атлантам чужды человеческие обычаи: они не называют друг друга по именам, смотрят на восход и заход солнца как на гибель для них самих и их полей, ужасно проклинают его и не видят во сне того, что остальные смертные.

Плиний Старший.

...тогда, не будучи уже в силах выносить настоящее свое счастье, они развратились, и тому, кто в состоянии это различать, они казались людьми порочными, потому что из благ наиболее драгоценных губили именно самые прекрасные; на взгляд же тех, кто не умеет распознавать условия истинно блаженной жизни, они в это-то преимущественно время и были вполне безупречны и счастливы, когда были преисполнены духа корысти и силы.

Платон

-Итак, вы уверены, что рассказ мальчика - не игра воображения? - Да, уверен. - Но ведь могло же быть, что он начитался разных фантазий и все это увидел во сне? - Нет, я этого не думаю... Профессор чуть улыбается...

Ю. Шпаков, _Это было в Атлантиде_

1.

-Кто будешь? Да из какой страны будешь? Мать и отец твои на имя кто? Как сюда, к воротам, попал?

-Зовусь именем Главк, из заморской страны. Матери-отца не помню, добрые люди воспитали и к делу пристроили. А прислан сюда неким незнакомцем.

-Как же ты моря переплыл, мосты миновал, неподкупную стражу подкупил?

-А никак не миновал. Повернул он меня трикраты, велел зажмуриться, а когда разожмурился - ввот он уже и ты передо мной в воротах стоишь. Ты, кстати, на имя кто будешь?

-Никак не зовут.

-Как это никак? У нас всех как-нибудь да зовут. Бывает, и имя-то так себе, срамота, а все равно зовут. Рабам, и тем клички дают для удобства. Может, и ты раб? Что же мне с тобой тогда речи вести? Я и так, без речей пройду... Эх!

-Никак не зовут.

-Как это никак? У нас всех как-нибудь да зовут. Бывает, и имя-то так себе, срамота, а все равно зовут. Рабам, и тем клички дают для удобства. Может, и ты раб? Что же мне с тобой тогда речи вести? Я и так, без речей пройду... Эх!

-Ну вот. Что, прошел? Или не очень? Ага, не больно-то прошел. У нас больно-то не расходишься. Болит лоб-то?

-Ой, болит. Кто же мне путь застит? Нету ничего. Может, тонкую бечевку натянули?

-Не бечовку. Никакую не бечевку. А валяется тут поперек дорожки одно словечко, оно и не пускает.

-Так бы и сказал, что заклято.

-Не заклято, а поперек лежит, пройти не велит. Ну что, берешь речи про раба обратно?

-Беру, беру.

-Нет, не так. Говори: не раб, не раб, но человек ворот.

-Не раб, не раб, но человек ворот.

-Вот так-то лучше.

-А что же ты мне имени назвать не хочешь?

-Нету имени. И не надо. Говори, зачем пришел.

-Пришел с товаром. Торговать пришел. Меняться, по-вашему. У нас товар, а у вас, говорят, купец.

-Где же товар? Не вижу такого. Руки пустые, ноги босые...

-В голове товар. Царю несу вашему.

-Царя у нас нет, а у нас вот кто зато есть: Держатель тверди да моря.

-И держит?

-Еще как держит. Топни-ка ногой. Не проваливается? Вот и хорошо. Держит, куда он денется.

-А у нас говорят: Калям-бубу землю держит на каменных руках.

-Глупости у вас говорят. Подумай сам хорошенько: как же может Калям-бубу землю держать, да еще море впридачу? А? Замучается!

-Не замучается, он бог.

-Не знаю, не знаю такого бога.

-Ну и плохо, что не знаешь. А вот если бы знал, да приносил ему жертвы почаще, он бы к тебе мирволил. Не торчал бы тогда у ворот на солнце.

-Сплюнь. У нас про него, гадину круглую, не поминают, а если и поминают, так сплевывают.

-Как же так? Оно же священное. Оно же у Калям-бубу из пуза выскочило, а за ним два арбуза. Без него, говорят, никакой жизни нет, одна тоска.

-От него никакой жизни нет - это точно. То вскочит, то свалится, зараза.

-А вот есть страна, где река Нил. Там солнце сильно уважают и богом зовут.

-Дураки, вот и зовут. Знаем мы эту вашу страну. Нету ее больше.

-Как же нету? Три года назад оттуда купец приезжал, финики продавал. Его за это еще дети неразумные финикийцем дразнили, хотя никакой он не финикиец...

-Чего три назад проезжал?

-А три года.

-Какого такого года?

-Ты что, годов не знаешь? Калям-бубу не знаешь, счета годам не знаешь... Ну, я тебя обучу. Смотри: день прошел - кладем камешек. Еще день - еще камешек. У жены Калям-бубу наподбородке волосы растут, как у мужика. Их немного, правда: три сотни, шесть десятков да еще пяток. Последний волос она, чтобы красоту наблюсти, вырывает, да он через четыре года снова вырастает. Как раз столько дней в году.

-Глупости говоришь. Смотри: день прошел - кладу камешек. Ночь пришла убираю камешек. День начался - кладу обратно. Ночь пришла - убираю. Вот так. Один камешек - один денек. За все про все.

-Ох, человек ворот, ты не злыми ли духами обуян? Голова не болит?

-Голова у тебя болит. Ты здесь глупостей не говори, а говори лучше дело. Чего принес?

-Про то старшим людям скажу.

-Ну, твое дело. Как на имя-то тебя?

-Главк.

-Как собака пролаяла.

-Не собачь меня, человек ворот. Я вам хорошую вещь принес, полезную очень... Да что ты за страж? Болтаешь тут со мной, а город, может, жгут уже и грабят!

-Никто нас жечь и грабить не может, до нас не вдруг-то доберешься.

-Вот я же добрался.

-Ты не добрался, тебя послали. Словечко тебя подхватило да понесло.

-Что у вас за словечко такое?

-Да уж словечко.

-Что же ты им хвастаешься? Вот у нас жрецы Калям-бубу сколько просяного пива не выдуют, секреты свои при себе держат. А ну как ваши боги разгневаются?

-Не разгневаются. Очень уж они нас любят.

-Боги, говорят, всех людей любят. По закону, ясное дело. Вот взять, к примеру, Калям-бубу...

-Боги только у нас есть, а у вас так: камни да бревна.

-Как же камни да бревна, когда они чудеса творят?

-Бывает, конечно. Редко, но бывает. То наши лазутчики над вами пошучивают.

-Легко тебе над моей верой ругаться, если я в чужой стране, без защиты. Я торговый человек, мою веру уважай, я ваших богов не задираю.

-И не задерешь. Они далеко, боги-то.

-Как далеко? На небе всего лишь.

-Сказал бы я тебе, где они, да ты не поймешь.

-Этак мы до вечера дела не кончим. Давай не будем про большие вещи говорить. Как ваш город зовут?

-Никак не зовут. Город и город.

-А страна?

-Страна и страна.

-Ну как-нибудь да должна ведь называться?

-Не называется никак, и все.

-То болтаешь все подряд, то тайны какие-то... Вы, может, гамфасанты?

-Не знаю. Может, и гамфасанты.

-А не авгилы, часом?

-Может, и авгилы.

-А давно здесь живете?

-Как это - давно?

-Ну, сколько лет?

-Каких таких лет?

-Да годов же!!!

-Опять он про года. Живем и живем.

-А кто главный у вас? Есть ли рабы? Много ли их? Хороши ли ремесла?

-У нас главный - Держатель. Без него бы все развалилось. Я тебе про него уже сообщал. Рабов у нас очень много: весь мир. Ремесла нам ни к чему, у нас и так все есть.

-А ученые люди есть? Мне к ним нужно.

-Ни к чему нам ученые люди. Мы сами ученые. У нас есть словечко, а в нем сила.

-Что за сила - слово?

-А большая сила.

-Да я понимаю, что большая. Вот мы с тобой разговариваем... Э, погоди! На нашем ведь языке разговариваем! Ты его откуда знаешь?

-На каком таком вашем? Язык и язык.

-На разных языках люди говорят. Левкоэфиопы есть. Рот откроет - и дыр-дыр, быр-быр. На пальцах торгуемся.

-Знаем и эфиопов. Черненькие такие, стыда не знают. Да только нету их.

-Да как же нету? Страна даже есть специальная - Эфиопия. У них золота навалом...

-Золота и у нас навалом. А эфиопов нет. Сдуло их наше словечко.

-Это ты прилыгаешь. То нильской страны нету, то эфиопов. Куда же они делись?

-А так. Нету и все. От них одно беспокойство.

-И нильской страны нету?

-Ясное дело, нету.

-А гробницы их, пирамиды? Ох, здоровы, ох, я видел!

-Да вон, выгляни за ворота. Видишь, одна стоит?

-Калям-бубу! Она же у вас не так стоит! Она же так грохнется - всех передавит! Кто же так пирамиды ставит - на маковку?

-Мы. Захотели и поставили. От нее тень.

-Спасите, Эники да Беники!

-Это кто еще?

-Калям-бубу дети. Один луну водит, другой моря баламутит. Ой, спасите! Может, у вас и висячие сады есть?

-Есть, конечно. Все как один висят. Корни в небо, ветками земли едва касаются.

-Э, боюсь я вас. Заверни меня обратно, человек ворот, а я тебе за это половину денег отдам.

-Не знаем никаких денег. И заворачивать тебя не буду.

-Ну так я пешочком пойду. Дело привычное, да еще Калям-бубу пособит.

-А тебя же словечко держит. А, не идет нога? И другая? Прилип?

-Не мучай ты меня. Позови кого поглавнее.

-Позову, как не позвать. Где тот камушек, что у нас за денек-то почитался?

-Чего шепчешь-то?

-Не твое дело. А ну, пошел!

-Калям-бубу! Камешек сам попрыгал! Боги, глядите-ка во все глаза: за угол завернул!

-Конечно, за угол. Там караулка. Не поскачет же он прямо к Держателю.

-Ты чародей, что ли?

-Человек ворот. Самому ходить - была охота... А, вон и начальство идет. Воскресни с восходом, начальство!

-Тебе того же, человек ворот. Кто это у тебя тут?

-Говорит, дело есть. Товар, говорит. Наш человек прислал, говорит.

-Еще что говорит?

-Еще глупости говорит. Заразу эту круглую славит. Калям-бубу какого-то нахваливает. Не наш человек, словом. Просит отвести его к ученым людям.

-Так. Кроме тебя кто его видел?

-Никто.

-Порадовались боги. Ну так сгинь, человек ворот, у которого трое детей, у которого вчера собака ногу сломала, у которого отец от плохой браги помер, у которого брат косой, у которого колено к дождю болит, который воды во рту на посту не держит, который неведомого человека перевстрел - сгинь и пропади!

-Да начальство! Да помилуй! Эх, не милует... Пропадаю! Человек! Имени им своего, смотри, не...

-Калям-бубу! Куда мужика дели?

-Сгинул да пропал. Имя назови мне.

-Э... Как бы сказать ловчее...

-Назови имя.

-Да мы так, по торговому делу. Купец я, и все.

-Не лги, купец.

-Да я знал имя с утра, как из дому-то вышел, да забыл. Об словечко какое-то запнулся, башкой об камень - слово-то и вылетело из нее. Набросали словечек - пройти нельзя, а сами строжатся. Вот и шишка, коли не веришь.

-Шишка, верно, свежая... Откуда будешь?

-Издалека. Перенесен словечком.

-Понятно. Страна какая?

-Какая у нас страна? Живем на дубу, молимся Калям-бубу, бабе его, детям и всей родове...

-Ты, видно, врешь. Надо тебя помучить.

-Не надо, начальство! Вот голова пройдет, я и вспомню. Вспомнил: я же привез кое-что. Надо к главному начальству.

-А что привез, не забыл?

-Накрепко помню.

-Как же так - имя не помнишь, это помнишь...

-А как человек в беспамятстве за свое добро обеими руками цепляется? Так и я в голове.

-Занятно. Иди за мной.

-Не могу. Приклеен.

-Отлепись!

-Гляди - отлепился. Чудно! Далеко ли идти?

-Иди и иди.

-Иду, раз пришел. А за что ты, начальство, этого, у ворот?

-Надо. Побыл и хватит.

-А ты большое начальство?

-Эх, не такое большое, как надо бы. А для тебя - ох, какое большое! Хочешь, глаз на неподобное место переведу?

-Не хочу. Глаза мне для дела нужны. А что это у вас все люди молчком ходят?

-Надо так. Я здесь спрашиваю, а не ты! Они молчат потому, что воды в рот набрали.

-Для чего?

-Ловчее молчать. Опять спрашиваешь!

-А что же ты сам воды в рот не наберешь?

-Я на службе. Мне допрашивать нужно, докладывать нужно... Тьфу ты, опять спросил, а я ответил. Молчи! Уже пришли.

-Э, да это же троглодитсякого царя дворец! Я его видел, когда в первый раз торговать ездил.

-Нету такого царя, а дворец наш.

-Да ведь он точь-в-точь такой же.

-Какой же он должен быть? Молчи, на кол посажу!

-Да я уж и так молчу, стараюсь...

-Сейчас предстанешь перед Большим Начальством мудрости и Большим Начальством Покоя...

2.

-Твое дело - мудрость, мое - покой. Надо этого пришлого сразу, чтобы раз и нет.

-Нет, чтобы раз - и нет, это в другой раз. Его же прислали. Зря не пришлют.

-Чую, чую, что ничего не чую. Провижу, что ничего не провижу.

-Не твое это дело - провидеть. Твое дело - чуять, вот и чуй. Да, начальство ворот ты того... Все про него ведаешь?

-Ясно, что все.

-Как про меня? Или как я про тебя?

-Э, не шути. Плохо кончится.

-Ладно, воздержусь. Пусть войдет. Выспросим, тогда посмотрим, что с ним делать.

-Многих вам лет, большое начальство!

-Чего многих?

-Лет, чего же еще. А, вы ведь лет не знаете...

-Мы знаем все. А этих твоих лет у нас нет как нет. То-то мне начальство ворот жаловалось, что он все спрашивает. Что ты все спрашиваешь?

-На вопросах и ответах беседа зиждется.

-Ну вот мы и спрашиваем, а ты отвечаешь. Как твое имя звучит?

-Ой, плохо звучит: Птбрсхклзжбррр!

-Да, Мудрец, беда с такими именами: не поймешь и не запомнишь тем более.

-Ничего, Начальство Покоя, запомню, не бойся. А имя отца твоего?

-Ооооооааааааааоооооааауууууоооа. Тяжелый был человек.

-Что и говорить. А страна твоя где?

-Отсюда и не сказать, где. Знаю, что слева - море, справа - горы и долины.

-Глуп же ваш народ. Как его зовут, кстати?

-Белыми эфиопами кличут. Эфиопов знавали? Так вот те черные, а мы наоборот.

-Все ясно. Врет. Нету белых эфиопов.

-Так я и не говорю, что есть. Я говорю, кличут нас так.

-Кто же тебя к нам направил?

-А Калям-бубу его знает. И хорошо, видно, знает: вон в какую даль пособил меня закинуть!

-Чего же ты хочешь в нашей земле?

-Продать товар. Чего же еще купцу хотеть?

-Где же твой товар?

-Мой товар - мое умение. Дали бы, большое начальство, отдохнуть с дороги да поесть...

-Потом отдохнешь. Что за умение?

-Перекладывать слова на знаки.

-Это как?

-А вот так. Это палочка, это дощечка вощеная. Назови слово!

-Куда хватил!

-Смотри, Мудрец, не проболтайся сдуру!

-Не учи ученого, Начальство Покоя. Вот тебе слово, купец: _дерево_.

-Та-ак... Вот и на дощечке - _дерево_!

-Какое же это дерево? Одни корешки какие-то. Вот я говорю: де-ре-во фи-го-во-е! Вот оно!

-Калям-бубу! И впрямь дерево! Фиговое! С листочками!

-Вот. А у тебя что за дерево?

-Ну вот и у меня - _дерево фиговое_.

-Вижу - закорючек прибавилось. А толку? У меня оно растет и плодоносит, а у тебя?

-Вот, к примеру, напишу я все про это дерево: и как растет, и какие листья, и каковы плоды его на взгляд и вкус. Нашлют боги засуху, и погибнут деревья. А дощечка останется. И те, кто дерева этого не видел, все про него узнают...

-Так. Слышал я про это умение. Нам оно ни к чему. Дерево это я и так перед собой и другими представлю. Твое умение - баловство.

-Еще один прок: можно вести торговый счет ловчее, записывать, кто кому сколько должен...

-Мы никому ничего не должны, а если у кого что и заведется, мы и так заберем: очень любят нас боги.

-За что?

-Да уж есть за что. А торговое дело - не наше.

-Какое же ваше?

-Тайна богов.

-Ну так вот еще: можно про великие дела богов и героев записывать. Хотя бы про то, как из-за бабы герои десять лет воевали, или как Калям-бубу из двух арбузов мужчину и женщину достал. Наши мудрецы иногда так складно пишут зачитаешься!

-Говоришь бессмысленное. Наши деяния все другие затмевают, об этом весь мир знает, а кто не знает, тот узнает вскорости. Лета свои опять приплел. Нет, нет никаких лет! День есть и ночь есть.

-День да ночь - сутки прочь. Семь суток - неделя.

-Э, Мудрец, он говорит вредное. О таком даже слушать не хочется.

-Пусть говорит. Недолго ему говорить.

-Что такое, большое начальство? Я к вам как к людям...

-А кто тебе сказал, что мы люди? Нас боги избрали!

-Ну, у бога всего много. Сегодня избрал, а завтра, глядишь, встал не с той ноги и прибрал. Вот и наш Калям-бубу: то ничего, а то как расходится!

-Нет такого бога - Калям-бубу! Наших семеро есть - и все.

-Так не берете мой товар? Прогадаете!

-Еще и грозится. Ну, все, Мудрец, убирать его надо куда подальше. Поболтай с ним, коли охота припадет, а я уж пойду пытошный стан к работе ладить.

3.

-Э, Начальство Мудрости, как же он пошел пытошный стан ладить, коли вы ремесла не знаете?

-Ремесла не знаем, оно нам ни к чему. А пытать - это разве ремесло? Это же удовольствие одно!

-Ничего себе удовольствие.

-Так. Звук, наружу не ходи, где раздался, там умри! Вот теперь нас никто не подстлушает. Вижу, купец, что ты не глуп, а глупым прикидываешься. Таким умением овладеть может не всякий. Поэтому давай говорить как умные люди.

-Обмен неравный - о чем говорить, когда я ничего о вашем народе не знаю.

-Со смертью играешь.

-Смерть и жизнь моя у Калям-бубу за пазухой.

-У меня в слове жизнь и смерть твоя! Знаю, что многих людей ты города посетил и обычаи видел. Вот это мне и нужно. Умением своим наделишь тайно меня одного...

-Ну вот, а говорил - баловство!

-Говорил не для тебя - для того, другого.

-А ты и вправду в стране самый умный?

-Должность такая. И не самый умный, а самый мудрый - разницу чуешь?

-Почуешь разницу, как воткнут кол в задницу. А то вдруг ты грамоте не научишься? Вот у меня племянник - его и добром, и розгой - все впустую. Стоеросовое дерево. Фиговое.

-Глумишься?

-Куда мне над мудростью глумиться. Только я крепко любопытен: где миру начало? Кто первое слово молвил и какое? Какая рыба всем рыбам царь? У меня много вопросов...

-Оттого, что ложна ваша мудрость. У нас никаких вопросов - одни допросы. Мы и так все про всех знаем. А не знаем, так под пыткой узнаем. Нас боги избрали.

-За что избрали, что за боги?

-Так и быть, расскажу. Жили мы здесь, как простое людское племя, прах земной. Спустились к нам как-то боги - семеро. И оказали мы им великую услугу, а какую - никто и не помнит уже...

-Умели бы писать - и запомнили бы...

-А в благодарность дали нам боги семеро силу слова. Слово это лишь нашему народу ведомо. С тех пор чего ни пожелаем - все нам прямо в рот сыплется. Знаем одну только радость. И поэтому велено нам править всем миром.

-Так прямо и велено? А что же боги делают?

-У них свои дела, божественные...

-Что же вы не всем миром правите?

-Придет время - будем.

-Так вы же времени не знаете, дней не считаете...

-А мы его остановили. Каждый день у нас один и тот же.

-Зачем это и отчего?

-Оттого, что провидим вперед. И провидец один наш великий провидел, что быть нашей славе столько-то и столько-то лет! А мы судьбу перехитрили: остановили время словом. Говорим: _Нет, нет никаких лет!_ - вот и нету их.

-А время-то идет. Уже к вечеру дело.

-Это и есть наша печаль. Падает проклятое солнце - никак не удержать. Правда, мы, к утру сил набравшись, снова его подымаем, а время стоит.

-Ага, объяснил мне один тут на камешках. Только у нас мудрецы по-другому говорят. После трудов своих бог наш, Калям-бубу, струю пустил, и потекло время, как река. Всех нас эта река несет.

-Вот вас и несет, как мусор. А нас нет. Камень посреди реки видел? Вот так и мы.

-Когда-то и камень вода подмоет и покатит.

-А укрепить его, подпереть?

-Когда-то и река русло изменит. Будете на своем камне одни.

-Мы одни не будем. Перетащим к себе весь мир помаленьку. Видел пирамиду на площади?

-Вверх ногами-то? Видел.

-Перенесся наш человек в нильскую страну, осмотрел пирамиду и вернулся. И мы силой своей такую же мигом воздвигли. И в других странах если что хорошее имеется, к себеутянем.

-А зачем вы ее на маковку поставили? Некрасиво ведь.

-Чтобы видели силу нашу. Простую-то пирамиду любой дурак построит.

-Не скажи. Ее, говорят, тридцать лет строили. Как потрудился, так и погордился. А вам чем гордиться?

-Как чем? А силой?

-А куда вы нильскую страну дели? Тот, у ворот, говорил, что нету-де ее.

-А мы ее отрицаем. Больно близко к нам расположена. Вот мы и сказали хором: _Нет и нет такой страны, нам соседи не нужны!_. Их и не стало.

-Я же там недавно бывал. Все на месте. Фараон сидит, командует, рабы вкалывают, крокодилы плавают...

-А ты докажи, что все на месте. Докажи. Докажи, что время идет. Докажешь? Нет. Так что давай все это забудь и помогай нам. Будешь хорошо жить, примерно как мы...

-Как же я буду избранникам богов помогать?

-Говоришь ты складно, уменьем великим владеешь, вот только силы слова у тебя нет...

-Еще спрошу: почему без имен живете?

-Есть имена, есть, только их каждый друг от друга в секрете держит. От нас, конечно, у народа секретов нет. Потому что если имя человека узнаешь, с ним все сделать можно. Взять, к примеру, Начальника Покоя. Он знаешь, сколько имен помнит? Много. Любого, который без звания, в нети отправит запросто. Потому и держится в должности.

-А твое имя знает?

-Знает, да что толку? Оно званием заворожено. А вот если он сможет так про меня сказать, что и без имени всяк узнает, тогда мне, конечно, туговато придется. Только он неумеет так, да и никто не умеет. Мы таких повывели.

-А у нас есть один такой. Про любого все как есть скажет, да складно притом. Достается от него многим. Злятся, конечно, да что сделаешь? И у нас слово силой бывает.

-Плохой человек. Вот бы его да на кол. А ты так не умеешь?

-Не привелось. Дар богов, говорят.

-Нехороший дар. И зачем это боги что попало да кому попало дарят? Мы таких людей не только у себя, мы их повсюду выводим. Положили такое заклятье, чтобы жизнь у них была короткая да несчастная. Крепко мы их прокляли, выдумщиков этих, и тех даже, которые когда-то еще родятся. Может, и отучатся выдумывать. И до вашего доберемся. Я думаю, ослепнет он...

-Вижу, что зря разболтался, хорошего человека подвел...

-О других не думай, о себе думай. Дадим тебе дворец, как у вашего царя... Как бишь его?

-Да кто там у нас сейчас - не скажу. Сегодня он царь, а завтра, глядишь, баранов холостит...

-Ну ладно. Потом вспомнишь. Давай клятву хоть своему Калям-бубу, а я ее скреплю словом. Клянись давай!

-Что-то не хочется. У меня дома родни полно, друзей. И вдруг вы их - да в нети? Пусть уж лучше меня одного.

-Другого найдем. Хоть один да согласится.

-Вот он пусть и соглашается. А я как-нибудь перемогусь. Меня за это Калям-бубу на свою вечную небесную гулянку возьмет. За ним добрые дела не пропадают, нет у него такой привычки. А ты и без грамоты проживешь, и так вон какой мудрый...

-Помрешь страшной смертью!

-Имя мое сперва узнай...

-А мы тебя и без имени.

-Сочинишь про меня что-нибудь? Да тебя твое же заклятье и прихлопнет: башка от лишней мудрости лопнет. А грамоты-то жалко, а? Не хватает ее, грамотешки-то?

-Да я тебя... Ничего, одумаешься, ползком приползешь. Отдам тебя Начальству Покоя. Очутись-ка у него!

4.

-Ну, купец, не договорился?

-Не договорился.

-А Мудрец наш как тебе?

-У нас такие мудрецы обычно грушевые деревья околачивают от вредителей. А ты его, поди, тоже не любишь?

-Твоя правда, не люблю.

-Что ж ты мне правду говоришь, зачем это?

-А как же? Скажи я, что люблю его, а вдруг кто-то поблизости произнесет словечко-то? Я его тогда взаправду полюблю, а мне нельзя. Вот у вас хорошо, у вас можно смело врать что ни попадя. Я так думаю: великий человек был тот, кто первым врать наловчился! От таких цари пошли. Пришел он к людям, сказал, что царь, они и поверили: не знали, чтоврать-то можно. Потом, конечно, опомнились, да уж поздно. Ото лжи пошел на земле порядок.

-А правду говорить все же приходится?

-Так уж выходит. Безопасно только хором врать. Когда все кругом врут, и держава как-то крепче делается... А Мудрец-то тебе много порассказал?

-Да уж как водится...

-Узнаю птицу болтливую... Он тебя, между прочим, велел казнить, да полютей. А я не тороплюсь. Ты мне нужен...

-И я не тороплюсь. Знаю, что нужен. Дело привычное - цену набивать.

-Мое условие такое - поможешь мне его место у Высокого Табурета занять отпущу тебя. Прямо на порог родного дома.

-У тебя поумней меня советчики есть.

-Были бы, кабы сам же не повывел...

-И у нас такое случается.

-А ты - человек подходящий. Ум есть, а силы нет. И вот мы вкупе, сообща...

-Для такого дела время нужно.

-Да будет у тебя это... как его... ну, проклятое оно еще... Будет. И грамоте меня научишь.

-А это зачем?

-Как зачем? Легко ли мне в голове держать все имена и приметы? А так будут они у меня все в подвале, на табличках. Взял табличку, сказал слово - и нет человека. Была страна - нет страны.

-Так ты сам пожелай обучиться грамоте - то и будет.

-Э, чего нет в гоолове, то в слово не перейдет. Тут нам предел положен, как со светилом окаянным...

-Что вы его так невзлюбили?

-Мотается по небу, ночь делает.

-Чем плоха ночь? Бабу приласкать, отдохнуть, поспать. Сон иногда вещий приснится - тоже на пользу.

-Вот-вот, сон. Нам сны видеть нельзя. Особые сторожа по ночам ходят, сны гоняют.

-Как же без снов? Во сне, бывает, с богом поговоришь, он дельный совет даст. Помню, снится мне один раз Калям-бубу...

-Нет, нельзя. Люди разные, им что попало снится. Чуть зазевались сторожа и пропало дело. Одному вот снилось, что всемирный потоп настал. Еле отвели беду. А другому снилась все время всякая дрянь: полулюди-полукони, полубабы-полурыбы, змеевласые девки и прочее. И что же? Разбежалась вся эта пакость по свету.

-Слышал про таких полуконей, одного даже издали видел...

-Эх, заболтались мы с тобой. А все от того, что интересно со сторонним человеком поговорить. У нас как: он знает, что я спрошу, я знаю, что он ответит... Скука. Так что же мы с мудрецом сделаем?

-Думаю.

-Ну, думай. Одтыхай, подумай, поешь, поспи... Ох, беда, солнце опять закатывается! Стой! Не движись! Держи его, люди добрые! Эх, опять усилия не хватило... Иди, купец, спать._автра трудный день будет.

5.

-Ну что, купец, проспался?

-С вами, пожалуй, проспишься: всю ночь песни да пляски, глаз не сомкнул.

-А-а, так то сторожа сон гоняли, я же тебе объяснял.

-Как же вы при таком шуме спите?

-А мы отвар особый пьем на ночь.

-И крепкий отвар?

-Слона в сон повергнет!

-Это вы хорошо придумали - такой отвар пить.

-А ты-то придумал насчет Мудреца?

-Где тут придумаешь, когда голова от шума трещит!

-Ну тогда начинай учить меня грамоте.

-Изволь. Вели принести деревянный клин покрепче да колотушку потяжелее.

-Это еще зачем?

-А что же ты думал - грамота сама в голову пойдет? Нет, в этом деле без клина да колотушки никуда.

-А ты-то сам как учился?

-В точности так. Сколько клиньев извели на меня - целый корабль из того дерева можно бы построить.

-А не больно? Людей вот пытаешь, так им больно, говорят.

-Еще бы не больно. Недаром пословицу сложили: _Грамоту учат, на всю улицу кричат_. Но потерпеть надо. Первый месяц тяжеловато, зато потом привыкаешь помаленьку. Да и дырки в голове зарастают. Вот потрогай - нету дырок?

-Нету дырок... Как это - первый месяц?

-Долгое это дело. Вот сегодня подолблю...

-Как это - сегодня?

-Опять забыл, что без времени обходитесь. Короче, как день, так долбить начинаю. Как ночь - отдыхаю. Как день - опять за колотушку. Как ночь - на боковую. Как день - подставляй макушку. Как ночь - убирай макушку. Как день - подать сюда новый клин. Как ночь - отдохни, начальство. Как день...

-Очень страшно. Так и вправду время начнешь понимать! Нет, купец, я передумал тебя домой отправлять. И грамоту твою учить передумал. Лучге я буду при себе грамотного человека держать: тебя то есть. Согласен?

-А проведает про то Мудрец, нам обоим окорот выйдет...

-Так я же тебя в маленького червячка для удобства превращу. Только имя скажи, а то не получится.

-И очень хорошо, что не получится. А то курица склюет, и останешься без писаря. А с врагом твоим поступим так... Есть ли у тебя на примете сочинитель?

-Откуда ему взяться? Которые были на примете, так те уже давно...

-Понятно. А скульпторы у вас имеются?

-Какие скульпторы?

-Вот статуя стоит - кто-нибудь ведь ее изваял из камня?

-Нет, это краденая. А своих никто не делает.

-Худо как... Ну да постараюсь тебя выручить. Никогда за такое дело не брался, да, видно, придется. Где моя табличка с палочкой? Ага, вот...

-Это ты что такое делаешь?

-Стихи складываю.

-Куда складываешь?

-На дощечку. Он, Мудрец, сдуру-то сам меня и надоумил. Та-татата-татата-татата-та... Слышишь, будто волна на берег моря накатывается?

Целый-то день он сидит при Высоком при том Табурете,

Дабы Держатель всегда мог обратиться к нему.

Мыслию куцей своей тщится небес он достигнуть,

Кратким умишком своим в море нырнуть норовит.

Каждое слово из уст его конским навозом

Падает в уши владыке и сердце печалит.

Он же, награды алкая, все мелет и мелет,

Не понимая, что тем рушит державы устой!

Теперь говори заклятье.

-Сказано! Порадовались боги: небольшим насекомым ползет Мудрец по залу! Вот уж нога Держателя занесена над ним! Вот уж топнуто священной ногой! Ну, спасибо, купец! Уважил ты меня, и я тебя уважу: подарю дворец либо два...

-А про Держателя ничего сочинить не нужно?

-Про какого Держателя? Про нашего Держателя? Да без него же все рассыплется! Мир под землю провалится, море высохнет! И как ты до такого додуматься мог?

-А вдруг да не развалится?

-Нет, лучше уж не рисковать. Вы, купцы, народ отчаянный, а нам рисковать нельзя...

-А давай попробуем: может, и ты на должность подойдешь.

-Не искушай. А то искушусь.

-Смотри, дело твое. Вот я однажды побоялся в нильской стране пшеницы закупить побольше, домой приплыл - ан там недород. Уж я локти кусал, кусал - до сих пор шрамы видны...

-Эх, была не была! Сочиняй!

-Сейчас. Та-татата-татата-татата-та... Эй, начальство, что с тобой? Что ты ежишься, корежишься? Да ты вроде и ростиком поменьше стал... А зачем из тебя лишние лапки лезут?Ну вот, так-то лучше, с вашим братом тараканом у нас, купцов, разговор короткий...

6.

-Ну здравствуй, достойный купец! Спасибо тебе: ловко пособил мне от окружавшей меня недобросовестности избавиться. Я давно их на подозрении держал, а вот ты явился, и вся их гнилая сущность явственна стала. Давно, видно, лелеяли они черную измену...

-А ты-то кто будешь?

-Я-то? Или не узнал? Меня, Держателя тверди да моря? На всей земле самый главный титул.

-Можно его переделать, чтобы еще главнее стал!

-Неужто можно? Казалось бы, куда уж главнее... Ну-ка?

-Прибавить две буковки, всего и делов...

-Чего две прибавить?

-А буковкию Это значки, которыми слова закрепляются. Так вот, ежели две буковки прибавить, получится Содержатель тверди да моря. Дескать, ты не только держишь твердьда море, а еще и содержишь их за свой счет, вот сколь богат и могуч! А все люди, выходит, у тебя вроде как постояльцы, а за постой деньги платят.

-Славно придумано! Оно и вправду будто силы и мощи вдвое прибавилось, а всего-то две закорючки. Большая сила! Пригодишься ты мне. Задумал я заветную мечту всего нашего народа: над всем миром взять власть и силу. Но одна забота гложет царственное сердце: больно много на свете людей! У каждого в голове думка. Куда же это годится, есликаждый свое будет думать? Вот когда все одинаково и враз думать станут, тогда порядок будет гармония называется. Вот я и раздумался: а не внедрить ли единодумие? И эта твоя грамота великому делу способствует! Если человеку мои мысли глашатай на площади будет втолковывать, он их и мимо ушей пропустить может. А вот когда они записаны будут, да покрупнее, да поярче, да на каждом углу, никто мимо не пройдет, всякий усвоит и так же думать примется. Прав ли я?

-Прав, как не прав, да только народ у вас неграмотный.

-Так ты же всех научишь. Ты же сам говорил Начальству-то Покоя покойному, что деревянными клиньями как-то грамоту вбивают...

-Тебе нет, деревянным не обойдешься, каменный нужен, а еще лучше железный. От железного, правда, дырки в голове остаются лишние. А вот простому-то народишку втолковать можно и без клиньев, особенно ребятишкам. Там, если что, простой розгой или подзатыльником управишься... Тебе же нет. Добудь-ка мне для себя хороший железный клин да кувалду...

-Нет уж, лучше я так, как есть, пребуду...

-Никак тоже меня в писаря прочишь?

-Хорошее имя придумал - писарь. Ты не просто писарь будешь, а Главный Писарь. Или Старший. Или Наиглавнейший Писарь тверди и моря. Нравится?

-Должность, что и говорить, почетная. Только наши писаря и философы со сказителями смеяться начнут: вчера еще мешки с пшеницей считал, а ныне Наиглавнейший!

-А мы их к ногтю! Они что у вас, сильно грамотные?

-Да уж пограмотней меня.

-А нельзя ли у них грамоту из голов повыбить? Теми же клиньями?

-Нельзя, она при человеке до смерти состоит...

-До смерти? Это еще лучше. Это нам раз плюнуть...

-Понял это давно. А какие мысли записывать будем?

-Мудрые, какие же еще? Пусть все люди живут в мире моих мудрых мыслей. Своих-то не будет, одни мои чтобы вокруг... И не на табличках жалких, а на высоких каменных стенах,да чтобы во всю стену...

-А вдруг они твои мысли постигнут, но при своих останутся?

-И это не беда. Надо, чтобы мои мысли повсюду были. Проснулся - на потолке. Глазами повел - на стене. Даже в отхожих местах пусть будут мои мысли у всех перед глазами! Глядишь, мало-помалу все остальные и вытеснят.

-Ловко. Ну, давай, самую главную мысль изобразим.

-Изображай. Я, Содержатель тверди да моря... Это что у тебя на дощечке за уродец?

-Это буква _я_. Ее, по совести, в азбуке-то в черном теле держат: последней стоит...

-Кто же осмелился самую главную букву взад поставить? В нашей грамоте ей будет почет оказан... Но больно она у тебя мелкая. Я ее лучше увеличу и каменной сделаю. Ну, как?

-Солидно, что и говорить. В два человеческих роста, как бы не более.

-Нет, еще мелковата. Подвысить надобно...

-Эй, она же крышу дворца проломит!

-Не твоя забота. Нет, еще низковата. Нужно такой высоты сделать, чтобы аж в Египте видно было...

-Спаси, Калям-бубу! Под небо буква лезет! Зачем такую-то уж? Хватит! Хватит! Не видишь - верхушка обламывается? Ты же ее без фундамента мастрячишь! Убегай оттуда хотя бы сюда! Берегись! Эх, не уберегся... Помощнички тараканами сгинули, и самого как таракана прихлопнуло... Дворец развалил, дурак, народ без руководства оставил... Они же без власти да со своим заклинанием такого тут наворочают! Ну, натворил я на свою голову...

7.

-Эй, купец! ты чего это натворил: развалил весь как есть дворец!

-Да не я это, люди добрые! Это Содержатель ваш, то есть Держатель тверди да моря. Его собственное _я_ задавило до смерти. Видите, под камнем мокренько?

-И правда мокренько. Не врет купец! Только зачем ты его не остерег, не спас? Мы тебя живо сейчас за это погубим!

-Люди, нельзя его губить: посмотрите, где он сидит!

-Зачем ты, купец, на Высокий Табурет забрался?

-Как пошли камни падать, так и забрался. Со страху не то что на табурет, в ночной горшок залезешь...

-А нам что за дело, кто на Табурете? Он залез - он пусть и держит твердь да море, пупок себе рвет. А мы по-старому будем жить. Поклонимся-ка новому Держателю!

-Не хочу я к вам в Держатели! Я словечка вашего не знаю!

-Не беда, научим! У тебя помощники будут, хотя бы меня взять. Я у Начальства Покоя в младших подпыточных ходил, дело знаю...

-Я в Начальство Мудрости горазд: семь ученых слов знаю!

-Это каких же?

-Генезис, остранение, концепция, полифония, гипертекст, технократия да .............!

-Ах ты бесстыжий! Да ведь ............... - вовсе не ученое, а срамное слово! Как у тебя язык-то повернулся...

-Вот незадача! Не берешь, стало быть, в Начальство Мудрости? Стало быть, сам ты, купец, .............!

-Молчи, матерщинник! Э, а что это у вас вода кругом льется? Опять кому-то всемирный потоп приснился?

-Нет, не потом. Это народ воду изо рта выливает. Хватит, намолчались!

-Люди добрые! Как мне вас называть-то? Раз уж намолчались, то теперь наболтайтесь вволю, я разрешаю и велю!

-Сказать ему, что ли?

-Еще проклянет...

-Не проклянет, он душевный...

-Ладно, новый Держатель, темнить не будем: атланты мы.

-А страна ваша, надо быть, Атлантида?

-Она самая!

-Так я и думал. Про вас давно в ученых книгах писано...

-Что про нас где?

-Все равно не поймете... Вот что, атланты! Давайте я у вас в державе порядком все устрою, а вы меня за это домой отправите!

-А как же мы без Держателя будем? Твердь провалится, море вытечет...

-У нас в иных городах и вовсе без царя управляются, вот так и вы. Выберите верных людей...

-Где их взять-то, верных? Нынче матери родной, и той верить нельзя...

-Купец правду говорит. На что нам власть, какая от нее сласть? Погуляем хоть как люди!

-Стой! Без власти вовсе все развалится. Ну-ка, скажите мне, атланты, пахать землю и сеять хлеб умеете?

-На что оно нам? Хлеба и так полно, только пожелай...

-А овец разводить?

-На что оно нам? Понадобится - вот и шашлык.

-А рыбу-то хоть ловите?

-На что оно нам? Охота осетрины - всегда пожалуйста!

-Эх, атланты! А ведь хлебушко-то кто-то вырастил, выходил, осетра в сети поймал. Не стыдно воровать-то?

-А что, семеро богов зря, что ли, наас избрали?

-Не знаю, не знаю. Только нет на земле такого народа, чтобы все поголовно воры были.

-Правильно, нету! Может, поэтому нас и избрали!

-Военное дело знаете?

-На что оно нам! Враги и так замертво повалятся.

-А если все ограбленные народы за своим добром придут? Всех-то не повалите!

-Повалим! Не таких видали!

-А с солнцем справиться не можете!

-Тьфу, пакость! Твоя правда, не можем...

-Вот так и с врагами будет. Их придет видимо-невидимо. Уже собираются. Какое там - идут уже! Я их ненамного опередил. Они такое вам устроют! И словечко не превозможет.

-Поди превозможет...

-А ну не превозможет?

-И правда, братцы, ну как они всем скопом придут и примутся злобно мстить? Сколько их там идет, говоришь?

-Сколько? А все!

-Как все?

-А вот так! Сколько есть людей на земле, столько и собралось. У каждого если не меч, то дубина хорошая...

-Надо стену ставить! Я такую у узкоглазого народа видел, перенять могу... Я понимаю, эфиопам там напинать или шумерам... Но чтобы все-то навалились!

-Нет, атланты, не поможет вам стена. Вы лучше пожелайте, чтобы ваша земля ото всех других земель отпихнулась, чтобы не добраться до вас было. Так спокойнее.

-Вот это дело! Одно слово - Держатель!

-А ну-ка поднатужимся! Как будто в соседние страны шестами упираемся! Раз, два, взяли! Пошла Атлантида-матушка!

-Хорошо идет!

-Подальше, подальше, страху меньше будет...

-Вот здесь в самый раз - от всех вдалеке...

-Вот и молодцы, атланты. Теперь учитесь жить как люди. Землю пашите и прочее...

-Попробовать, конечно, можно...

-Торговлю заведите, деньги в оборот пускайте...

-Какие деньги? Золота да серебра навалом у нас...

-Вместо золота да серебра возьмите за деньги то, чего у вас мало.

-А чего у нас мало? У нас всего много!

-Вот незадача... Что же придумать? Ага! У вас всегда тепло?

-Конечно, всегда! Что мерзнуть-то?

-Значит, нет у вас ни льда, ни снега?

-Чего нет, того нет. И не слышали даже.

-А я сейчас растолкую. Возьмите чашку с водой и пожелайте, чтобы стало вокруг чашки холодно-холодно... Ага! Вода твердой стала. Вот вам и лед!

-Что-то он в руке опять водой становится...

-А вы его в погребе, в яме храните. Он и не растает. Но вроде бы холодно становится... Ах вы, ненасытный народ! Что же вы делаете? Куда столько льда? От него же холод! Бежать, бежать надо... Эй, матерщинник, что в Начальство Мудрости мостился, иди сюда!

-Слушаюсь, Держатель!

-Хочешь сам Держателем стать?

-Как не хотеть: тогда весь лед под себя подгребу!

-Вот и подгребай, а меня домой отправь.

-А куда домой?

-Через море напротив нильской страны.

-Будь по-твоему. Освободи Табурет, я пока словечко шепну... Да не подслушивай!

-Калям-бубу! Они уже целые горы льда наворотили. Уже и домов не видать! Сейчас и пирамиду перевернутую скроет! Какая же это Атлантида? Это прямо Антарктида какая-то... Пусть так и зовется, не забыть бы ее на карту нанести... Эй, матерщинник, готов, что ли?

-Го-го-го-готов-в-в-в... Отправ-в-в-ляйся!

-Ну, прощай. Смотри не замерзни!

-Не твое дело! Я еще себе сейчас ледку спроворю...

Эпилог

-Здравствуй, певец.

-Здравствуй и ты. Узнал твой голос, Главк. Сам видишь - покарали меня боги, а за что - не знаю...

-Такая будет судьба теперь у певцов: век короткий да несчастливый...

-Так богам угодно?

-Да нет, людям. Правда, людьми бы их и не надо звать... О чем песни слагаешь? Записать за тобой не надо ли?

-Слышал ли ты про землю атлантов, что погибла в один день и одну бедственнную ночь? Вот про это думаю сложить песню.

-Поверь, не стоят они твоей песни. Не хотели жить своим трудом да своим умом, вот и сгинули. Я только что оттуда, околел совсем...

-Так рассказывай, Главк, будь моими глазами...

-Ну, с чего начать? Значит, когда пройдешь земли полудиких эгипатов, блеммийцев, гамфасантов, сатиров и гимантоподов...

Красноярск, 1982 г.

Взято из Либрусека, s.ec/b/57953



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Зайдлер Атлантида «Атлантида»

    Книга
    Существовала ли легендарная Атлантида? Со времен Платона над этим вопросом немало ломали голову. Тысячелетиями домыслы о ее трагической гибели наслаивались один на другой, отчего история таинственной страны становилась все менее правдоподобной.

Другие похожие документы..