Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Методические рекомендации'
На сегодняшний день безопасности в образовательных учреждениях уделяют серьезное внимание организации работы по охране труда, предупреждению травмати...полностью>>
'Урок'
-Сегодня на уроке мы познакомимся с творчеством интересного писателя, писателя – сказочника. Я предлагаю вам разгадать кроссворд. Если мы с вами разга...полностью>>
'Диплом'
Типовий навчальний план та програма спеціалізації (інтернатури) випускників вищих медичних закладів освіти Ш-1У рівнів акредитації зі спеціальності &...полностью>>
'Закон'
Туризм является неотъемлемой частью жизни людей на нашей планете. Этот сложный, высокодоходный межотраслевой комплекс представляет собой один из осно...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:

ПИТЕР ВАШИНГТОН

БАБУИН МАДАМ БЛАВАТСКОЙ

История мистиков, медиумов и шарлатанов, которые открыли спиритуализм

Америке

Главы 1-10

Перевод с английского А. Блейз, О. Перфильева

Вашингтон П. Бабуин мадам Блаватской.

М.: КРОН-ПРЕСС, 1998, сс. 6-236

В квадратных скобках [] номер страницы.

Номер страницы предшествует странице.

В фигурных скобках {} номера примечаний автора, помещенных в конце

текста.

В круглых скобках () номера подстраничных примечаний.

СОДЕРЖАНИЕ

Благодарность

Вступление. Цвет бирюзы

Источник и ключ

Мэлони и Джек

Вести из ниоткуда

Неприятности

Апостольская преемственность

Второе поколение

Мальчики и боги

Ариман и Люцифер

Военные игры

Путешествия

Личные дела

Школа и жизнь

Трудности

Конец Пути

Частная жизнь

Грешники

Гуру на войне

Итоги

Возвращение

От Системы к Источнику

Кульминация

Заключение. Торжество бабуина

Примечания

Обман утверждает ложь. Событие,

рождающее веру, утверждает истину.

Стало быть, оно не обман, а чудо.

Бернард Шоу. Святая Иоанна

[И так в себе уверен, и то не помнит,]

что хрупок как стекло, - он перед небом

кривляется как злая обезьяна,

и так, что плачут ангелы над ним.

Вильям Шекспир. Мера за меру

БЛАГОДАРНОСТИ

За помощь в создании этой книги я признателен многим людям, некоторые из

них пожелали остаться неизвестными. Среди тех, кого я могу назвать, я

особенно благодарен Элизабет Беннет и Майклу Франклину, а также Чарльзу

Клейзену, Сеймуру Гинзбургу, леди Мавалль, Биллу Томсону и Лесли Уилсону.

Искреннюю признательность я хотел бы выразить Джеймсу Муру, щедро

поделившемуся со мной глубокими познаниями в области учения Гурджиева, и

Эндрю Роулинсону, великодушно ознакомившему меня с вариантами своего

неопубликованного труда о духовных учителях. Помимо прочего, именно ему я

обязан понятием "западный гуру".

Я благодарен за помощь и информацию обществу "Этериус", Антропософскому

Обществу, Универсальной Церкви Ликования, Международному Фонду Эмиссаров,

обществу "Вечный огонь", Великому Белому Братству, центру Кришнамурти в

Броквуд-парке и Теософскому Обществу.

Мисс Лилиан Стори, библиотекарь Теософского Общества, была ко мне очень

внимательна, равно как и сотрудники Лондонской библиотеки, Британского Музея

и Публичной Регистрационной Службы. Кроме того, я в долгу перед Уорбургским

институтом, библиотекой Уильямса при Лондонском университете и

университетской библиотекой Миддлсекса.

Я чрезвычайно благодарен моему редактору, Викки Харрис, чье искусство и

красноречие сделали этот объемистый текст более живым и увлекательным.

ВСТУПЛЕНИЕ

ЦВЕТ БИРЮЗЫ

27 марта 1991 года британский футболист и эколог Дэвид Айк провел в

Лондоне пресс-конференцию по поводу выхода в свет своей новой книги

"Вибрации истины" {1}. Мистер Айк выступил перед журналистами в обществе

своей супруги, дочери и еще одной дамы - своей коллеги. Все четверо были

одеты в одинаковые бирюзовые одежды.

На вопросы относительно цвета его одежды журналистов, вероятно, ожидавших

услышать что-нибудь про энергетический кризис, мистер Айк ответил, что

Любовь и Мудрость "вибрируют на той же частоте, что и бирюзовый цвет". Далее

он сообщил о существовании некоей группы "космических родителей", которые

под Божественным руководством в течение целых столетий контролируют развитие

нашей планеты. В число этих "родителей", известных также под названием

Владык Мудрости, по словам эколога, входят пророк Самуил, волшебник Мерлин,

Христофор Колумб, Владыка Седьмого Луча, Первосвященник Атлантиды, а ныне и

он сам, Дэвид Айк. В книге "Вибрации истины" как раз и описывается миссия

"родителей" - спасти мир от материального и духовного осквернения.

Эта пресс-конференция стала подарком для британской желтой прессы, в

особенности для издания "Сан", которое уже на следующий день озадачило своих

читателей вопросами: "Неужели Дэвид Айк слетел с катушек?" и "Дэвид Айк

рехнулся или притворяется?" {2}. 75% респондентов ответили на эти вопросы

утвердительно. К тому же утверждением, что для выполнения своей духовной

миссии он позволил вселиться в себя "Духу Христа", Айк навлек на себя

обвинения репортеров в том, что он якобы провозгласил себя новым Иисусом.

Мать Айка попыталась было выступить в защиту сына, после чего появилась

новая статья под заглавием: "Мама заявляет: "Айк - мой сын, а не сын Господа

Бога".

Хотя пресса сняла с мистера Айка богатый урожай, он не был в обиде на

журналистов - возможно, потому что знал кое-что, им неизвестное.

Действительно, если три четверти заинтересовавшихся публикациями "Сан"

читателей согласились, что Дэвид Айк "слетел с катушек", то четверть-то так

не считала. Иными словами, множество англичан либо разделяли убеждения

Дэвида Айка, либо расценивали их как совершенно нормальные. Недавние опросы

показали, что около 20% британской общественности привержено

неортодоксальным духовным учениям (что, кстати, значительно больше, чем

количество людей, регулярно посещающих христианские богослужения) и что

многие из них являются членами независимых религиозных обществ.

Среди американцев, одновременно и более набожных, и более склонных к

авантюрам в духовной области, чем европейцы, этот процент еще выше. Америка

давно получила титул страны духовной свободы, что едва ли удивительно: ведь

сама американская нация создавалась, в частности, на основе протеста против

религиозной ортодоксии. Семена этого протеста пышно цветут и по сей день,

особенно на Западном побережье, где Дэвида Айка едва ли заметили бы среди

бесчисленных контактеров, астрологов и проповедников реинкарнации.

В самом деле, трудно спорить с тем, что в наше время противостояние любым

формам религиозной ортодоксии стало сильнее, чем когда-либо. Ведь

продолжающийся по сей день спад влияния христианских церквей, начавшийся еще

в XVIII веке и ускорившийся в XIX, сейчас подхлестывается новыми мощными

культурными и социальными движениями, которые поощряют возникновение

альтернативных религий и появление новых духовных учителей.

Наиболее значительными из новых движений, вызвавших духовную революцию XX

века, являются экологизм и феминизм. Взгляд на нашу планету как на единый

живой организм и попытка рассматривать Землю в широком космическом контексте

побудили многих мыслителей пойти еще дальше и приравнять экологию к

духовности. В пользу этой тенденции действует растущий интерес к буддизму и

индуизму среди последователей учения Новой эры.

Большинство из них - женщины. И что еще более знаменательно, именно

женщины стали лидерами многих подобных движений. По-видимому, в XIX столетии

это было неизбежно: ведь духовная сфера (в том числе и литература) была

тогда едва ли не единственной областью деятельности, в которой западная

женщина имела возможность самореализации. Любопытно, однако, что эта

тенденция сохранилась и в наше время. В обход официальных учреждений и

организаций учение Новой эры обеспечило "зеленую улицу" феминизму; не

исключено, что это - одна из причин растущей популярности этого учения даже

среди респектабельной буржуазии. Например, совсем недавно Арианна

Стассинопулос, супруга миллионера, конгрессмена и потенциального сенатора

Майкла Хаффингтона, рассказала в своей книге "Четвертый Инстинкт" {3}, что

мир испытывает потребность в очищении, как духовном, так и физическом, и что

эти два процесса тесно связаны между собой. Далее она высказала идею, что у

человечества не возникло бы необходимости в создании государства всеобщего

благоденствия, если бы все люди развивали и воспитывали свои души (вероятно,

при помощи основанного Арианной Движения за Внутреннее Духовное Сознание).

Как и "Вибрации истины", книга Арианны Стассинопулос проповедует синтез

экологии и духовности с акцентом на тех качествах, которые традиционно

приписывали женской сущности: сочувствии, воображении, инстинкте, плодородии

и т.д., - в противоположность всему рациональному, патриархальному,

материалистическому, упорядоченному, связанному с Богом Отцом,

ортодоксальным христианством и ценностями среднего класса. Эти идеи не новы,

но где же почерпнули их миссис Стассинопулос и мистер Айк и почему они так

популярны? На какой почве выросли "Вибрации истины" и "Четвертый инстинкт"?

И почему все больше и больше людей обращаются к подобным учителям и

проповедникам, отворачиваясь от традиционных церквей?

Это лишь немногие из вопросов, ответить на которые мы попытаемся, излагая

удивительную историю о том, как одна русская эмигрантка, питавшая слабость к

сочинениям популярного британского романиста, принесла в Америку мудрость

Востока. Читатель найдет в моей книге также рассказ о том, как бывшая

супруга англиканского священника и Епископ, склонный к извращениям, изобрели

"западного гуру". Мы расскажем и о том, какое поразительное влияние оказали

их идеи на культурную, социальную и даже политическую жизнь трех

континентов; а также о трансформации, которую претерпели эти идеи в

сочинениях некоего армянина, умевшего ловко торговать коврами, и многотомных

трудах одного немецкого философа. В этой книге мы попытаемся проследить до

наших дней цепь захватывающих событий, которые начались в скромной

нью-йоркской квартире 7 сентября 1875 года. Именно тогда началось

головокружительное восхождение Тибетских Учителей Мудрости на Западе.

Глава 1

ИСТОЧНИК И КЛЮЧ

Девятнадцатый век в Европе был великой эпохой независимых духовных

учителей (многие из которых, впрочем, оставались, по крайней мере

номинально, христианами). Обычным поводом для разрыва с официальной церковью

было, как правило, стремление восстановить истинную веру. Но тяга к власти

заводила подобных реставраторов чересчур далеко, и мятежники против

религиозных традиций неизменно приходили к парадоксальной ситуации, требуя

от своих последователей сурового повиновения и полного подчинения.

Этот парадокс отлично иллюстрирует история англичанина Г. Дж. Принса {1}.

В 1841 г. мистер Принс, бывший в ту пору викарием при пасторе Чарлинча в

Сомерсете, основал движение за религиозное возрождение в рамках англиканской

церкви. Он был настолько уверен в принципе божественного руководства, что

советовался с Богом, стоит ли ему брать с собой зонтик на прогулку. Принс

был замечательным оратором, умелым организатором и весьма обаятельной

личностью. Без труда добившись признания своего пастора, мистера Старки,

ставшего его преданным учеником, Принс приступил к осуществлению своей

миссии. Каждое воскресенье он читал проповеди с такой страстью, что обычно

равнодушный сельский приход, состоявший из фермерских семейств и батраков,

вскоре дошел до такого безумного религиозного экстаза, какой можно было

встретить в те времена разве что у крайних сектантов.

На проповедях Принса мужчины тряслись с головы до ног, женщины вопили, и

даже маленькие дети бились в припадках. Церковь в Чарлинче вскоре приобрела

несколько двусмысленную славу, и Принс привлек к себе внимание епископа Бата

и Уэлса, который проявил недовольство своим подчиненным. Действия Принса

подрывали установленный порядок вообще и церковную иерархию в частности.

Податливость, которую проявил пастор Старки перед собственным викарием,

создавала дурной прецедент с точки зрения церкви, а зажигательные проповеди

Принса попахивали методизмом - учением, крепко-накрепко ассоциировавшимся в

представлении большинства англикан с революцией. Получив несколько

предупреждений от епископа, Принс и Старки решили покинуть не только

Чарлинч, но и саму англиканскую церковь. Они обосновались в близлежащей

деревне Спэкстон и создали независимое религиозное сообщество под названием

"Агапэ", или "Пристанище любви". Это общество финансировалось богатыми

приверженцами Принса, главным образом женщинами, в том числе - четырьмя

сестрами Ноттидж, трех из которых Принс выдал замуж за своих учеников.

Четвертую сестру родственники успели поместить в психиатрическую лечебницу,

прежде чем она последовала примеру сестер, однако сила убеждения Принса была

такова, что девушка ухитрилась бежать и в конце концов присоединилась к

остальным последователям бывшего викария.

Деньги богатых учениц и учеников текли в "Пристанище" рекой, и вскоре

Принс стал владельцем состояния примерно в 1 миллион фунтов стерлингов (в

пересчете на современный курс). Он построил в Спэкстоне огромный дом (для

братьев и сестер по вере) и жил там в довольстве и даже роскоши. При доме

были бильярдная, прекрасные экипажи и несколько лакеев. Вскоре он объявил,

что Святой Дух вдохнул в него бессмертие, велел своим ученикам именовать его

не иначе как "Возлюбленный" и без тени удивления принимал письма,

адресованные "Нашему Господу Богу".

Основной доктриной "Агапэ" было искупление человеческой телесности через

любовь. Согласно Принсу, традиционное христианство не обеспечивало эту

возможность, поскольку проповедовало умерщвление плоти в пользу духа по

примеру подвига Иисуса Христа. Но Господь открыл Принсу, что Иисус, будучи

далеко не последним Его словом в деле искупления, являлся лишь одним из

представителей длинной цепочки аватар, начинающейся с Адама и Ноя и

достигающей высшей точки в самом Принес. Каждая из этих аватар была избрана

для совершения определенного шага в развитии божественного плана. Задача

Христа завершилась в жертвенной агонии на кресте, но Принсу была

предназначена более счастливая судьба. Ибо как Святой Дух снизошел на

Принса, одарив его физическим бессмертием ради великой Цели, так и Принсу

предстояло передать это благословение другим.

Первым делом "Возлюбленный" излил это благословение на сестру Зою

Патерсон, заключив божественный союз с нею на диване в бильярдной комнате

публично, в присутствии остальных братьев и сестер. Хотя Принс и объявил о

предстоящей церемонии заранее, но не предупредил учеников ни о характере

обряда, ни о том, кому посчастливится стать избранницей. Но, главное,

результат церемонии вызвал в общине смущение. Дело в том, что Принс сообщил

своим последователям, что, по новому истинному учению, половое сношение с

Бессмертным обеспечивает приобщение к бессмертию, каковому должно

сопутствовать бесплодие. Но увы! Сестра Зоя забеременела. Тогда

"Возлюбленный" получил откровение о том, что это были происки Сатаны,

подославшего собственного младенца, чтобы подорвать авторитет нового

аватара. Такое объяснение, возможно, и удовлетворило учеников, но после

этого случая финансовая поддержка "Прибежища любви" пошла на убыль: гораздо

меньше стало посторонних вкладчиков, не принадлежавших к общине. Принс

прожил до 1899 года, после чего его сменил "Возлюбленный II" - преподобный

Г. Смит Пиготт, который в 1902 г. объявил себя божеством и стал впоследствии

отцом двух детей, получивших имена "Слава" и "Власть".

Успех, которого добился Принс в привлечении респектабельных

представителей среднего класса, несмотря на свое причудливое учение и

диковинное поведение, ясно свидетельствует о затруднительном положении, в

котором оказались в середине XIX века традиционные европейские религии.

История Принса в различных вариантах повторилась во многих городах Европы

{2}. Церковь приходила в упадок. Снаружи ее атаковали атеисты и

материалисты. Церковные привилегии и тесное взаимоотношения между церковью и

государством вызвали огонь критики со стороны либералов и радикалов.

Доктринальные противоречия и идейные разногласия между реформаторами и

консерваторами подрывали церковные устои изнутри. Приверженность традициям,

строгая иерархия и влияние на светскую власть, которые так долго оставались

основой стабильности церковной организации, теперь превратились в причины

внутренних конфликтов и в поводы для нападок общественности. Короче говоря,

церковь теряла авторитет, что явно выразилось в охватившей ее духовной

летаргии. Мятежники проникли даже в высшие эшелоны клерикальной власти.

Одним из неизбежных последствий такого положения стало появление

независимых религиозных сект в масштабах, которые не имели себе равных

начиная с XVII века. Конгрегации, возглавлявшиеся священниками-шарлатанами

наподобие Принса, заявляли о своей самостоятельности. Возникла целая новая

порода проповедников и пасторов, вооружившихся радикальными доктринами и

поддержкой влиятельных лиц и готовых удовлетворить все духовные потребности,

которые игнорировала традиционная церковь. Мог ли обычный англиканский

пастор потягаться с экзотическим обаянием Принса? И могла ли традиционная

церковь убедительно опровергнуть учение Принса, в общем-то не так уж и

отличавшееся от того откровения, на котором она сама была основана? Если

Иисус Христос был Богом, то почему бы и Принсу не обладать божественностью?

Если Иисус был уникален, то и Принс - единственный в своем роде. И если

апостол Петр мог основать церковь, почему бы этого не сделать

"Возлюбленному"?

Проблемы достоверности откровения и авторитета так же стары, как сама

религия. Когда речь идет об откровении, формы, в которых оно выражается,

неизбежно искажают его суть. Появляются различные интерпретаторы, которые

истолковывают сущность учения и спорят о нем. К тому же процесс осложняется

расколами между корпоратистами, наподобие епископа Бата и Уэлса, которые

требуют подчинения установленной власти, и харизматическими личностями вроде

Принса, провозглашающими правомочность собственного откровения и на все

возражения имеющими дежурный ответ: дескать, Иисус тоже подвергался

преследованиям. Эти разногласия усугубляются далее спорами между

универсалистами, стремящимися выработать общую доктрину, и теми, кто

настаивает на приоритете индивидуального понимания Бога каждым человеком.

Вдобавок XIX столетие породило новые серьезные трудности. Давнишние

сомнения в истинности христианского учения и традиционной церкви приобрели

дополнительный вес благодаря росту престижа и авторитета естественных наук,

а также чрезвычайному усложнению библейской экзегетики. Наука стала посягать

на постижение сакраментального смысла мира, созданного и хранимого

Божественной силой, а образованные историки и текстологи, взяв на вооружение

филологию и этимологию, преуспели в демифологизации и очеловечивании самой

фигуры Христа.

В итоге христианство предстало чуть ли не заурядной, хотя и занимательной

историей одного маленького народа, дидактический вывод из которой с большей

или меньшей адекватностью воплотился в различных христианских организациях.

В таком контексте Иисус оказывался не единственным уникальным Спасителем

мира, а одним из многих авторитетных духовных учителей, в одном ряду с

Буддой, Сократом, Конфуцием, Ману и Лао-Цзы. Некоторые из них были

мифическими фигурами, другие - историческими лицами, чья реальная жизнь была

скрыта легендами. Их демифологизацией в той или иной мере занималась

современная наука. Все это давало основания предположить, что христианство

как таковое представляет собой в действительности тоже своего рода

беллетристику, трансцендентное повествование, которое хотя и способно

придать определенный смысл "истории" конкретной личности, однако ни в коем

случае не может претендовать на роль объективной истины.

Ослабление позиций христианства порождало новые сомнения, вполне

достаточные для появления принсов в неограниченном количестве. Никто из

новых проповедников не собирался отрицать ценность христианского опыта, не

исключал духовности христианства и даже не выступал против существования

традиционных церквей; однако все вместе они подрывали веру и в то, и в

другое, и в третье. Таким образом, попытки религиозного возрождения XIX века

зачастую характеризовались тенденцией отождествить "истинную" духовность с

мистикой или оккультизмом: познание истинной реальности переживалось как

нечто, лежащее вне привычных форм религиозного выражения. Таков был один из

способов очистить духовность от влияния исторических церковных организаций.

И притом, что традиционные церкви пришли в упадок, интерес к религии достиг

значительных масштабов. Борьба между различными вероисповеданиями вызывала в

обществе сильнейшие страсти, поскольку непреложная уверенность в религиозных

истинах сменилась неразрешимыми сомнениями, которые в свою очередь



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Итоги Возвращение От Системы к Источнику Кульминация (1)

    Документ
    рождающее веру, утверждает истину. Стало быть, оно не обман, а чудо. Бернард Шоу. Святая Иоанна [И так в себе уверен, и то не помнит,] что хрупок как стекло, - он перед небом кривляется как злая обезьяна, и так, что плачут ангелы
  2. От переводчика

    Документ
    Я не могу оставаться равнодушной к мусульманам, убивающим режиссеров и переводчиков, и к «Идущим вместе», топящим «неправильные» книги в символическом унитазе.
  3. От редакторов русского издания

    Документ
    V 80 Истоки тоталитаризма Пер. с англ. И. В. Борисовой, Ю. А. Кимелева, А. Д. Ковалева, Ю. Б. Мишкенене, Л. А Седова Послесл. Ю. Н. Давыдова. Под ред.
  4. Источник: www univer kz

    Документ
    В этой книге представлена одна из самых оригинальных версий происхождения человека и всего того, что привычно ассоциируется с его качествами — языка, сознания, культуры.
  5. Итоги и уроки второй мировой войны Редакционная коллегия двенадцатого тома

    Урок
    С. А. Тюшкевич (главный редактор), Г. Н. Горошкова, А. А. Данилевич, В. Г. Дашкевич, И. И. Джорджадзе, К. И. Зародов, Б. И. Зверев (заместитель главного редактора), Г.

Другие похожие документы..