Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Календарно-тематический план'
Разработаны на основании Каталога элективных дисциплин специальности 050701 «Биотехнология» и рабочей учебной программы дисциплины «Генетическая инжен...полностью>>
'Документ'
Проблемам общих и специальных способностей посвящены многочисленные исследования (А.Г. Ковалев и В.H. Мясищев, Ф.H. Гоноболин, В.С. Мерлин, В.Л. Дран...полностью>>
'Программа'
Каждый автор может прислать несколько материалов, но за каждый последующий (кроме публикации без участия) нужно заплатить на 100 руб. меньше, чем за ...полностью>>
'Доклад'
Величие любой цивилизации обнаруживается в ее исторической судьбе, точно так же, как историческая значимость индивидуума отражается в его личной судь...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:

Литературный

альманах

Выпуск 3

Бишкек

2006

УДК 82/821

ББК 84 Ки7-4

Ч-12

Редколлегия: В.М. Плоских, М.А. Рудов,

Л.В. Тарасова

Чабыт. Порыв: Литературный альманах. Вып. III. – Бишкек: КРСУ, 2006. – 217 с.

ISBN 9967-05-228-7

В литературном альманахе (вып. III) опубликованы литературно-художественные произведения (повести, рассказы, пьесы, стихотворения, эссе), авторами которых являются научные работники, преподаватели вузов, творчески одарённые личности.

Издание осуществлено при содействии Кыргызско-Российского Славянского университета.

Произведения печатаются в авторской редакции.

Ч 4702300100-06 УДК 82/821

ISBN 9967-05-228-7 ББК 84 Ки7-4

Третий выпуск альманаха «Чабыт»

Это необычная книга – третий выпуск литературного альманаха «Чабыт», авторами которого являются научные работники, преподаватели вузов, представители других профессий, чья основная деятельность не связана с литературно-художест-
венным творчеством.

Выпуск второй вышел в свет в 1997 году. Он, как и первый выпуск, разошелся среди читателей в короткий срок. В предисловии ко второму выпуску академик Турар Койчуев писал: «Если среди читателей найдутся потенциальные авторы третьего выпуска – мы будем только рады». Такие читатели нашлись, и третий выпуск «Чабыта» состоялся. В нем под одной обложкой собраны произведения разных литературных жанров: рассказы, повести, пьесы, лирические стихотворения, эссе, юморески, сентенции, очерки. Авторы этих произведений – творческие личности. У них есть литературно-художественные побуждения и желание воплотить их в слове. Участники предыдущих выпусков не замедлили воспользоваться возможностью публикации, но и новые авторы из числа читателей представлены на страницах альманаха.

Третий выпуск альманаха «Чабыт» подготовлен при содействии и поддержке Национальной академии наук Кыргызстана и Кыргызско-Российского Славянского университета. Издание подготовлено и осуществлено НИИ регионального славяноведения КРСУ.

Теперь слово за читателем: какие мысли и чувства придут к нему при чтении сочинений, опубликованных на страницах этой книги?

И в заключение – еще одна краткая цитата из предисловия Турара Койчуева, необходимый повтор уже сказанного: «У нас была возможность выпустить эту книгу. У вас есть возможность её приобрести и прочесть».

Тюменбай Байзаков

Киргизская земля

Ала-Тоо в белоснежном колпаке,

Скалы к небу прикоснулись вдалеке, –

На дорогу выхожу рассвет встречать,

Песней горные хребты хочу обнять.

Ты – великая киргизская земля,

Ясноликая киргизская земля.

Иссык-Куль – глаза земли в бровях хребтов,

Косы леса на груди крутых холмов,

Жилы рек, текущих вниз с высоких гор,

Каждый камешек, как бусинки узор.

Ненаглядная киргизская земля,

Благодатная киргизская земля.

Когда звёзды гаснут в голубой дали,

Когда луч целует светлый лик земли,

Когда вид на горы с озера открыт,

Когда блеск рассвета всё позолотит,

Красота земли родной волнует вновь,

Как любовь отца и матери любовь.

Перевел с киргизского М. Рудов

Т. Койчуев


Кто же мы – кыргызы?..
(Легенда и быль)

В древние времена на северо-востоке Азии жили племена, говорившие на языке, который сейчас называется тюркским. Это были рослые, физически сильные и выносливые белые люди с голубыми раскосыми глазами и рыжими волосами. На той же земле или на соседних территориях жили и другие иноязычные племена. Племена то находили общий язык и уживались мирно, то ссорились и воевали друг с другом. Суровые природные условия, скудные ресурсы для жизни заставляли племена искать и применять различные способы выживания, в том числе военные. Сама судьба вынуждала их быть воинственными. Они не имели постоянных пристанищ и в поисках лучших природных условий, теплых и щедрых, вели кочевой образ жизни. Средствами передвижения были лошади и гужевой транспорт.

Порою кочевой путь становился длинным и долгим. Открывались новые географические просторы. Так, начав путь с территории современного Дальнего Востока, пройдя через Алтай и минуя озеро Байкал (раньше его называли Байкол – богатое озеро), племена достигли Центральной Азии. По пути следования кочевье оставляло часть своих людей для освоения земель, по которым оно проходило. Таким образом, и на Алтае, и у озера Байкол, а затем и в Центральной Азии оседали люди из этих племен. Вели их Кыргыз, Казах, Туркмен (Тюрк) – так назывались вожди, предводители племен. И представителей этих племен стали называть по имени их предводителей.

Поселенцы не только осваивали новые земли, но и стремились управлять другими местными племенами, усваивали их и передавали свой жизненный опыт, смешивались с местным населением, женили своих сыновей на их дочерях или выдавали замуж за их сыновей своих дочерей. Это вливало новую кровь в их организм, вследствие чего изменялись цвет кожи, волос, глаз и их разрез.

Часть племен, оставшихся в Центральной Азии, называли кыргызами (в переводе «неистребимые») по имени вождя Кыргыза других казахами (правильно «казак» – в переводе «белые гуси») – по имени другого вождя (наверное, когда тот родился, в небе заметили перелетных белых гусей); третьих называли туркменами – по имени третьего вождя Туркмена (Тюрка).

…А путь шел все дальше и дальше на запад. Они вышли к Средиземному морю и Балканам. Передовые отряды, дошедшие до этих географических точек, стали осваивать эти земли, обустраивать по-новому жизнь, переходить на оседлый образ жизни. Смысл жизни стали видеть в мирных заботах, а не в войнах. За оседшими у Средиземного моря сохранилось название тюрки. Тюрк в переводе означает «видный».

Самое ценное, что объединяло эти племена от Дальнего Востока и Алтая до Средиземного моря, – это единый язык. В корне он сохранился, хотя стали появляться региональные диалекты.

На территории современного Узбекистана в те времена великого кочевья случилось так, что кочевники столкнулись со многими другими племенами. Произошел сплав различных племен и их языков, и впоследствии людей здесь стали называть по имени предводителя Озбек (в переводе – «свой вождь»), который не был выходцем из племени кочевников, но объединил всех рядом живущих в один народ, который также стали называть Озбек (в русском языке произносится «узбек»). Этот новорожденный из смеси народ перешел на тюркский язык, влияние которого было более сильным, учитывая присутствие кыргызов и казахов.

Менялись цвет кожи и волос, разрез глаз. Кыргызы – в основном темноволосые, желтолицые, темноглазые и раскосые. И казахи такие же. Узбеки смуглые, порой сильно, но с теми же чертами лица, которые характерны для кыргызов и казахов. Свои особенности имеют туркмены и тюрки Тюркии.

Вот так на протяжении вековых процессов образовались в большом географическом пространстве «самостоятельные» народы, имеющие единый исток. Уже отдаленные друг от друга пространствами, ведя хозяйственную и иную деятельность на своей территории, они стали приобретать и «свои» особые народные черты, сохраняя, вместе с тем, общие характерные черты, берущие начало из одного истока.

Кыргызы в Центральной Азии облюбовали горы Тянь-Шань. Величественные горы, чистые горные реки, плодородные долины и восхитительное озеро Иссык-Куль (в переводе «теплое озеро»). На этой земле Кыргыз жил со своими сородичами. Здесь родились его дети, дети детей. Так создавался кыргызский народ. У Кыргыза было много детей – сыновей и дочерей. От его сыновей потом пошли кыргызские роды.

Одним из отважных, умных, благородных, несущих мир и благополучие людям был Солто. Постепенно у кыргызов образовался род солто. Солтинцы обосновались в Чуйской долине, у подножья гор Ала-Тоо. Благодатная для жизни долина. На западе и севере солтинцы граничили с казахами, на востоке – с кыргызами другого рода, сарбагыш. На юге горы отделяли Чуйскую долину от других территорий Кыргызстана. В Чуйской долине солтинцы занимали ее западную и центральную части, можно сказать, целиком, а на востоке долины вместе с ними обитали кыргызы и из других родов.

Кыргызы, разбившись на роды, стали обособляться. Появились свои экономические, собственнические интересы, которые защищались и отстаивались по родовому признаку. Роды нередко вели междоусобные «драки», «войны». Потом мирились, находили «правду», согласие. Такие же разногласия в интересах случались (и более жестко) между родственными народами. Нередко это приводило к крупным столкновениям. Потом наступал мир. Да, между ними случались войны, но коренное единство и близость не могли исчезнуть. Связь и общение не прерывались, сохранялись и развивались, чему способствовали и семейные узы. Кыргызы женили своих сыновей на казашках, выдавали дочерей замуж за казахов. Родство народов было глубже, чем вражда.

Восточную границу Чуйской долины от казахов защищал Жаил, батыр из рода солто. Он был одним из праправнуков Солто. Это был физически сильный и бесстрашный духом человек, с прозорливым умом, мудрый в решениях, справедливый и добрый к людям. Был миролюбив и старался сохранять мир с соседями-казахами, заключал межнациональные браки.

Но не всегда его благородство оценивалось и понималось другой стороной. Неправомерный интерес к земле кыргызов со стороны некоторых предводителей казахских родов привел к трагедии. Однажды родственники-казахи пригласили Жаила со всеми его сыновьями в гости и убили их всех, за исключением одного, самого младшего сына Жаила – Итике, которому один из казахов помог ночью сбежать. Итике был еще совсем юным, неженатым. Ему одному выпала, таким образом, судьба продолжить род Жаила.

Миролюбие также было особенной чертой Итике. Его сородичи разводили скот, выращивали зерно, вели, в основном, натуральную хозяйственную жизнь и, вместе с тем, осуществляли товарообмен с казахами и узбеками. Мудрый был Итике. Трагедия, случившаяся с его отцом и старшими братьями – шире, с его родом, – привела к переосмыслению ценностей жизни. Он видел будущее своего рода, в особенности материального достатка, в приобщении к образованию, в мирных связях с другими кыргызскими родами и соседними народами, родственными и иными. Потому он пользовался большим уважением.

Эти жизненные ценности передавались «по наследству» его сыну Медеру, внуку Назару и правнуку Ормокою. Они не имели много богатства, которое отличало бы их от сородичей, жили на равных условиях с ними, были демократичными. Уникальным в этом отношении был Ормокой. Он не имел много скота даже по меркам, необходимым для надобностей семьи. Его любовью и страстью стало садоводство. В зимнем стойбище у подножья гор, рядом с ущельем, где протекала река Карабалтинка, было построено всего три саманных дома. Все остальные местные жители зимовали в традиционных кыргызских войлочных юртах. Так вот, один из этих домов принадлежал Ормокою. Он далеко на летние пастбища не кочевал. Много скота у него не было, а для малого количества пастбище находилось рядом. Практически, Ормокой вел оседлый образ жизни. Он был пионером в этом смысле. Ормокой развел рядом с домом огромный сад, в горах находил дикие сорта яблонь и урюка и «придомашнивал». Он был самородком – самоучкой-селекционером и экспериментатором.

Ормокой старался обучить детей грамоте и дать возможное им по тем временам образование. Он отправил своего сына Койчу учиться в Кемин. В то время Кемин был «столицей», где жил хан киргизов. Там же появились первые очаги образовательных учреждений.

Ормокой был высоким, светлым, с голубыми глазами, красивым, с мощным голосом-басом. Может быть, в его генах смешалась кыргызская и казахская кровь? Это потом мы, его потомки, стали смуглыми, желтыми, черноволосыми, черноглазыми. Кровь нашей бабушки Куручбек эне, которая была родом из Аламедина (что рядом с Бишкеком), оказалась сильнее. Бабушка была гораздо моложе дедушки. Его все местные жители – и свои сородичи, и из других родов – очень уважали за справедливость, мудрость и доброе отношение к людям.

В стойбище, где обосновался Ормокой со своим родом, жили также люди из других родов: рода джаил, рода медер – по имени внука Жаила Медера – и рода джетиген, которые в результате междоусобицы решили перекочевать из Кемина, где обитали, в Талас. Мудрый Жаил остановил их и предложил остаться в Чуйской долине, забыть обиды и жить в мире и дружбе. «Кыргызам делить нечего, вместе надо улучшать свою жизнь и умножать род», – говорил он. Конечно, на бытовом уровне ссоры, стычки между жителями бывали, но никогда не было крупных межродовых столкновений. В этом в Сары-булакском стойбище немалая заслуга была Ормокоя. К нему все приходили за советами.

В Сары-булакском стойбище жили потомки Медера, а вообще, большая часть рода Жаила жила по соседству в других стойбищах и занимала территории нынешних Жаилского и Панфиловского районов. Численность населения в стойбищах росла, и постепенно предприимчивые люди старались освоить новые, свободные еще земли.

В те времена незанятыми были земли вдоль реки Кара-Балта, где ныне находятся села Сосновка, Каирма, Боксо-Жол. Как-то молодым жигитам из рода медер приглянулись эти места: неосвоенные плодородные земли, рядом вода для орошения, удобные участки для оседлости и постройки жилищ, дорога в ущелье и оттуда выход на летние богатые пастбища Суусамыра. Эту мысль поддержал и старший сын Ормокоя Рыскул с сыновьями Нурбача и Абдыбача. Ормокой сказал: «Если все потомки Медера сообща решили, что надо перекочевать и там перейти на оседлый образ жизни, то надо быть вместе с ними. Я вам разрешаю. Но я уже в годах и дом у меня здесь построен, сад посажен цветущий и приносящий плод. Я останусь здесь с вашими младшими братьями Койчу и Ибраимом. Места, куда вы обратили взор, совсем недалеко отсюда: не то что на лошади, пешком можно пройти недолгий путь. Утром выйдете – задолго до обеда придете. Когда надо, всегда можете навестить. А вас благословлю». Так и обосновались в Сары-Булаке, ставшем селом после перехода обитателей этого места к оседлости, сыновья Ормокоя – Койчу и Ибраим. В начале тридцатых годов умер Ормокой.

Советская власть многое сделала для ликвидации безграмотности. Кыргызы стали обучаться новым профессиям, активно вовлекаться в новую жизнь. Койчу, уже обучавшийся грамоте, прошел соответствующую подготовку, освоил профессию учителя и работал в школе. Затем он поступил в открывшуюся во Фрунзе юридическую школу и стал выпускником ее первого выпуска. Он был первым по успеваемости.

После окончания юридической школы Койчу до начала сороковых годов работал в прокуратуре и судебных органах. Это был образованный, умный, мудрый человек; обязательный, строгий в делах; справедливый и добрый в отношениях с людьми, принципиальный в позициях; непреклонный в достижении цели и решительный в поступках; обаятельный – к нему всегда тянулись люди.

Когда началась Великая Отечественная война, Койчу был призван на фронт, где доблестно сражался с фашистскими захватчиками. Вернулся инвалидом: потерял одну ногу. Долго болел. Однако надо было ставить на ноги не только своих детей и свою семью, но и поддерживать семью брата Ибраима, который был на фронте. Койчу приглашали в правоохранительные органы республики, но отсутствие жилищных и других бытовых условий обусловили решение пока остаться в селе: легче было решать жилищные, продовольственные и другие житейские вопросы и содержать две семьи.

Он не остался невостребованным в селе. Таких образованных и имеющих значительный опыт управленческой работы в селе не было. Колхозниками он был избран председателем колхоза и избирался неоднократно. Как организатора колхозного производства его уважали в районе. Затем он возглавлял Сельский совет. Из-за ранений, полученных на войне, Койчу мало прожил (всего 57 лет), но многое для своего народа, для односельчан и близких успел сделать. Если бы действительно был Бог, он объявил бы его Святым!..

Аман Газиев

Шабдан-батыр


Кокандская крепость Пишпек. Инцидент с майором Загряжским. Кокадский поход. Алайский поход. Пленение Курманджан

Кокандская крепость Пишпек

Двое всадников подъезжали к знаменитой кокандской крепости Пишпек. Издалека были видны ее серые зубчатые стены, массивные угловые башни.

Кони шли полукарьером, всадники обгоняли многочисленных пешеходов, арбы и целые кавалькады окрестных скотоводов, трясшихся на неказистых лошадках. Навстречу двигался такой же поток. Была пятница, и по этому случаю у стен крепости собирался базар. Крепость построили очень удачно – на перекрестке скотопрогонных и торговых путей, в самом центре Чуйской долины.

Когда подъехали ближе, шумный базар предстал перед ними во всей своей пестроте. В одном месте блеяли бараны под пристальным присмотром пастухов. В другом – кокандские купцы разворачивали перед покупателями целые тюки разноцветной хлопчатобумажной ткани. Тут гончары продавали свой товар, там кузнецы стучали молотком о наковальни, ржали кони, и все это покрывал говор людской толпы. Повсюду поднимались дымки от раскаленных жаровен, и дразнящий аромат жареной баранины заставил путников сглотнуть слюну.

Один из них сказал, указав камчой на стены:

– Крепость-то перестроили. Стены выросли и зубцы на них исправны. А каждая башня – как малая крепость… Еще в Ташкенте я слышал: здешний бек Рахматулла – дельный человек. Теперь он может потягаться с урусами.

Второй покачал головой:

– Э, Баяке, не то говоришь. Вспомни Узун-Агач, ведь мы там вместе были. Разве устоят эти глиняные стены, вытяни их хоть до небес, против пушек русских?

– Вон, я вижу, на стенах тоже поблескивают пушки…

– Разве медные пушки кокандцев сравнятся с русскими? Все равно, что вороне тягаться с беркутом. Я уже не говорю о русских ружьях.

Разговаривая, всадники подвигались к воротам. Под самыми стенами приютился целый городок – несколько сотен мазанок. Вились узкие улочки – еле протиснуться арбе. Более широкая дорога вела к мосту через ров; здесь стояло приземистое строение с высоким дувалом вокруг – местный караван-сарай.

У раскрытых крепостных ворот (по случаю базара) стража играла в кости. Рослый онбаши – начальник десятки – поднялся и лениво спросил:

– Кто вы и какая у вас нужда в крепости?

Всадник поменьше ростом выехал на полкрупа вперед и потряс свитком с печатями:

– Я Шабдан Джантаев, бек города Азрет-Султана. Прибыл к Рахматулле-датхе по велению Канаат-Ша. Должен передать это послание в его руки.

Они въехали через ворота. Шабдан услышал надтреснутый старческий голос:

– Благородный бек!

К ним семенил сгорбленный старичок с клюкой. Шабдан сразу узнал его: это был известный всей округе «хранитель ворот». Человек этот жил в крепости со дня ее основания. Прибыл он сюда молодым сарбазом вместе с Лашкаром-кушебечи
(в 1825 г.). Здесь и состарился. Тридцать лет он охранял эти самые ворота, знал множество кочевников в лицо, а также их родословную и этим самым был необходим пишпекским бекам (они часто сменялись) как ходячий справочник. Три года назад Шабдан помог ему с калымом, когда старик вздумал женить единственного племянника. С тех пор «хранитель» испытывал к молодому сарбагышскому манапу искреннюю благодарность. Теперь он доживал свой век в мазанке у ворот.

Приблизившись, старик опасливо оглянулся и прошептал:

– Не ходи к датхе.

– Почему?

– Ох, не ходи. Беда может случиться.

– Какая беда?

– Твой отец… – старик метнул взгляд в сторону, испуганно замолчал, повернулся и засеменил прочь.

Осмотревшись, Шабдан заметил человека, наблюдавшего за ним издали. Человек как человек, тощий, в цветной бадахшанской чалме.

Всадники поехали дальше. В самой крепости располагался еще один город. Здесь мазанки были чуть получше, в ином дворике виднелось одинокое урюковое или тутовое деревце. Во внутреннем городе жили поселенцы из самого Коканда – ремесленники, купцы, сипаи, ушедшие на покой. За плоскими крышами вздымалось второе кольцо стен – вокруг цитадели. Эти стены были еще толще и выше, чем наружные. И здесь, по случаю базарного дня, улочки полны народа, отовсюду раздается перестук молотков и зазывные крики продавцов из многочисленных лавок.

Шабдана опять окликнули. На этот раз он спешился и подошел к пятерым джигитам, угощавшимся бешбармаком из общего блюда. Ему и его спутнику Баяке почтительно уступили место, пригласили к трапезе. Шабдан признал в них родственников солтинского манапа Байтика Канаева, а одного даже знал по имени – Кокум Чайбеков, младший манап, крепкий детина с богатырской ухваткой.

После коротких взаимных приветствий и вежливых вопросов Кокум, оглянувшись, сказал:

– Если ты идешь к Рахматулле, да будет проклято его имя, не делай этого.

– Почему?

– Может случиться беда… Начальник урусов Колпак (Колпаковский) взял Мерке…

– Что такое вы говорите? И почему в таком случае вы находитесь здесь?

– Так повелел наш родоправитель… А ты уходи из крепости немедля. Твой отец…

– Поздно! – сказал второй джигит. – Вон идет Доссарык.

К ним приближался тощий человек в цветной бадахшанской чалме. На лице его бродила кривая улыбка:

– Я вижу у вас гости…

Нетерпеливому Шабдану надоела вся эта таинственность. В конце концов, он кокандский воин в ранге бека. Отличился перед самим Худояр-ханом. Кого и чего ему бояться?

– Да мы гости! – сказал он надменно. – А кто ты?

– Я – Доссарык, верный слуга нашего правителя.

– У меня дело к твоему хозяину, – сказал Шабдан, поднимаясь.

– Я не могу проводить вас к господину.

Шабдана удивило только, что солтинские джигиты смотрели на него как-то с сожалением…

Шабдан и Баяке в сопровождении Доссарыка прошли в цитадель. Острый глаз джигита сразу заметил кое-какие изменения. И здесь стены основательно укреплены, заново оштукатурены, на них ведут через каждые десять шагов прочные лестницы. Дома наместника и других начальников выкрашены белой глиной и выглядят очень нарядно. В хаусе (бассейне) свежая вода, не подернутая ряской, как обычно. Деревца аккуратно подстрижены. Видно, рачительный хозяин этот Рахматулла, хоть и скверный человек.

– Юрты нет, – сказал Баяке.

Действительно, юрты, в которой любил жить прежний пишпекский наместник Атабек, теперь не было. Атабек был киргизом из рода баарын.

– Наш господин предпочитает дом, – ввернул со своей кривой улыбкой Доссарык. – В саманном жилище летом прохладнее, а зимой теплее. Юрта приличествует только кочевникам. Теперь у меня вопрос к тебе, Шабдан-батыр. Достаточно ли родовит твой спутник, чтобы его принял мой хозяин? Может быть, ты войдешь один?

– Это мой молочный брат, – отвечал Шабдан. – И мы войдем вместе.

Доссарык пожал плечами.

– Позволь мне предупредить хозяина о приходе столь почтенных лиц…

На пороге их встретил сам хозяин – об этом можно было догадаться по толстому брюху, величественной осанке и парчовому халату. На груди покоилась массивная золотая (или позолоченная) цепь. Огромная, как гумбез, белоснежная чалма украшена павлиньим пером, а перо закреплено драгоценным камнем, излучающим голубое сияние.

– Возношу благодарение Аллаху за то, что Он послал мне такого гостя! – тонким голосом (какой нередко бывает у толстых людей) пропел наместник.

Важное, лоснящееся лицо его расплылось в улыбке; эта улыбка показалась джигитам ничуть не лучше доссарыковой.

Глинобитный пол застлан огромным ковром – ширдаком местной работы. Слуги тотчас подложили под локти гостей расшитые подушки. В комнате царили полумрак и прохлада. Подали горячий чай в китайских пиалах.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Книга 2 « Есть еще оке­ан» "наш современник" Москва 2001 ббк 63. 3(2)-3(2Рос-Рус)

    Книга
    На его страницах читатели встретятся со многими знаме­нитыми людьми эпохи, вместе с которыми прожил свою жизнь автор «Воспоминаний и размышлений». Среди них поэты — Николай Рубцов,
  2. Информационно-библиографический отдел (1)

    Документ
    Универсальный краеведческий календарь «Знаменательные и памятные даты Омского Прииртышья» обращает внимание читателей на наиболее значительные и интересные события из истории экономической, научной и культурной жизни Омской области,

Другие похожие документы..