Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Информация, содержащаяся в настоящем ежеквартальном отчете, подлежит раскрытию в соответствии с законодательством Российской Федерации о ценных бумаг...полностью>>
'Документ'
Тренинг предназначен для торгового персонала предприятий из любых отраслей. Тренинг будет одинаково полезен для менеджеров отделов продаж, реализующи...полностью>>
'Документ'
МЕТОДИКА по расчету индекса паритета цен на промышленную продукцию, работы и услуги, потребляемые сельскохозяйственными организациями, и реализованную...полностью>>
'Закон'
З метою зміцнення гарантій реалізації громадянами конституційного права на участь в управлінні державними справами, утвердження в Україні народовладд...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:

Р. ВИЛЬТОН

ПОСЛЕДНИЕ ДНИ РОМАНОВЫХ

  БЕРЛИН
Текст настоящей книги печатается по изданию книжного магазина "Град Китеж"
Перевод с английского Князя А. М. Волконского
1923

"Суд народа" или ритуальное убийство? Было ли Екатеринбургское злодеяние в ночь на 17 июля 1918 года исторической неизбежностью или же оно стало очередным кровавым звеном в цепочке тайного заговора по уничтожению России и ее Царя? Кто были истинные заказчики и исполнители столь страшного преступления, потрясающего своей жестокостью и ненавистью к жертвам? Кому выгодно было скрывать и продолжать утаивать сегодня истинную правду о "Царском деле"?

Ответы на эти и многие другие вопросы об убийстве Царской Семьи даёт сенсационная книга Роберта Вильтона — корреспондента газеты "Таймс" и участника расследования убийства Императора Николая II и Его Семьи. Повсюду, с момента первого её издания, работа Вильтона сознательно умалчивалась врагами России и Православия, оставаясь недоступной для широкого круга общественности. Теперь каждому предоставляется редчайшая возможность внимательно ознакомиться с ней и посредством изложенных здесь разоблачительных документальных фактов окончательно сорвать завесу тайны, покрывавшую по сей день это ужасное преступление ХХ века.

 

СОДЕРЖАНИЕ

  • От переводчика

  • Предисловие автора к русскому изданию

  • Вступление

  • Сцена и действующие лица

  • Тюрьма и ссылка

  • Московско-Берлинский посланец

  • Крестный путь

  • Голгофа

  • Заметание следов

  • Правда

  • Весь Дом Романовых

  • Верные до конца

  • Шакалы

  • Красное самодержавие

  • Заключение

  • Post-scriptum

  • Указатель имен

  • Сноски

Посвящается 80-muлетию
зверского ритуального убийства
Государя Императора и Его Семьи.

От переводчика

Убийство Царской Семьи одно из самых отвратительных деяний мировой истории. Лица, его совершившие, приняли небывалые меры, чтобы замести следы своего преступления и сложить всю ответственность на русский народ. Правда всё же вышла наружу: имена убийц, время, место избиения, все его подробности установлены теперь с полной точностью. Но мало установить правду, надо ещё, чтобы ей поверили. Нам, русским, когда мы говорим о большевиках, иноземцы не верят, и судьба послала нам иностранца, чтобы он мог засвидетельствовать и о мучителях, и о мучениках.

Он исполнил это с полной любовью к правде, с примерным беспристрастием и мужеством, ибо требуется мужество, чтобы говорить ныне известную правду.

Р. А. Вильтон — англичанин, давнишний корреспондент “Таймс” в Петрограде. Он добровольно принял участие в войне против германцев на нашем фронте и в одном жарком деле под Барановичами выказал такое хладнокровие, что, будучи штатским, был, наперекор орденскому статусу, награжден Георгиевским крестом. Оказавшись после революции в Сибири, он в течение многих месяцев находился в ближайшем соприкосновении с судебным следователем по делу об убийстве Государя, вникал во все подробности следствия и принимал участие в таких действиях, к которым следователь допускал только особо доверенных лиц; он осматривал комнату, где произошло убийство, присутствовал при осмотре и исследовании места в лесу, где были уничтожены тела Государя и Его Семьи; его подпись стоит на акте этого осмотра; он лично проследил путь грузовика, отвозившего эти тела; им сделаны снимки многих мест и вещей, касающихся преступления, он сберег с опасностью для жизни один из экземпляров следственного дела.

Вскоре после появления его книги в первом её английском издании, автор был удален из “Таймс”: г. Вильтон вынес убеждение, что издатель последнего, лорд Нортклиф, пожелал этим угодить евреям, мстившим автору за его смелые разоблачения.

Книга Вильтона печатью замалчивается, в магазинах найти её трудно, но она все же расходится. Замалчивать будут, конечно, и это издание, но и оно тоже разойдется, ибо труд этот будут приветствовать независимо от политических убеждений все, кто способен любить правду и искать её.

К английскому [ 1 ] и французскому [ 2 ] изданиям приложен перевод ряда свидетельских показаний [ 3 ]. Чтобы удешевить книгу, мы этих показаний не прилагаем: русский читатель найдет их в других, более обширных изданиях, подготовляемых к печати по этому же вопросу.

Переводчик.

P. S. При переводе мы старались быть точными и писать русским, а не современным газетным языком, ибо заполнить речь ненужными иностранными словами, значит прилагать руку к убийству родного языка — этого последнего нашего богатства.

Предисловие к русскому изданию

В этой монографии автор старался выполнить задачу историка — осветить страшное, невероятно запутанное дело жестокого убийства Императора Николая II и Его Семьи.

Сложность задачи является не в установлении факта убийства — с этой задачей блестяще справился следователь по особо важным делам Н. А. Соколов, несмотря на все хитрости и уловки убийц, — а в строгом определении степени виновности в этом убийстве двух элементов: еврейского и немецкого, взаимно переплетающихся и являющихся столь роковыми не только в деле гибели Романовых, но и в разорении самой России.

Убийство Царя и Его Семьи, организованное среди главарей ЦИК, выполнялось их ставленниками в Екатеринбурге. Не доверяя русской страже, местные комиссары, среди которых преобладали евреи, воспользовались для самого убийства услугами военнопленных, служивших палачами при Чрезвычайке.

С точки зрения уголовного судопроизводства, юридическими виновниками этого кошмарного злодеяния являются зачинщики-евреи и их подчиненные исполнители: немецко-мадьярские пленные и некоторые русские красногвардейцы.

Но с другой, чисто нравственной точки зрения, едва ли не более важной в человеческой жизни вообще, а для несчастной России в особенности, за мученичество Царя и Его ни в чем неповинных детей, за издевательство над Их душой и телом, за Их столь трагичную кончину ответственны немцы, пославшие Ленина и его товарищей революционеров, в большинстве евреев, разваливать Россию.

Убедившись в невыгодности и, может быть, опасности такой задачи для самих себя, немцы вздумали, было, избавиться от большевиков и предлагали русскому обществу в начале 1918 года заменить “совдепы” монархией.

Для выявления этого плана им нужно было согласие Николая II дать на царство своего сына и согласие самого русского общества.

Но их план был не русский, а немецкий. Они стремились не к восстановлению Великой России, а к превращению некогда великого государства в их вассальную колонию.

Понял их планы Русский Император и мужественно, “у преддверия могилы” предпочел честь бесчестью.

Поняла это и душа народа, его интеллигенция, большая часть которой на Московских совещаниях с графом Мирбахом [ 4 ] не приняла немецких планов.

Этим еврейские элементы в самой Германии воспользовались, как удобным предлогом отказаться от всяких попыток идти против большевиков, и сумели дать восторжествовать этой точке зрения в германских правительственных кругах.

Последовал красный террор, унесший десятки тысяч лучших российских людей и в особенности несчастных мучеников: русских офицеров.

Впрочем, пусть русский читатель, прочитав рассказ автора, сам решит, кто прав, кто виноват. Объективное изложение дела даст полную возможность сделать надлежащие заключения.

Он не прочтет этих страниц без слез. Автор, там в Екатеринбурге, в застенке, где был замучен с Семьей Русский Царь, на руднике, в глухом лесу, где так невероятно надругались над Их останками, страдал сам и не мог без слез писать о подробностях Их ужасной в заключение жизни и Их столь жестокой смерти.

Пусть из этого великого горя, из всего накопившегося русского горя русской земли родиться ясное понимание своего прошлого, своего настоящего и своего будущего для всех русских людей. Автору, выросшему в России и впитавшему в себя любовь к ней, дорога мысль, что он хоть сколько-нибудь может способствовать такому просветлению, осведомляя русских людей об ужасном мученичестве их бывшего Царя и Его невинных детей.

Париж. Сентября 11(24) дня 1920 год

Роберт Вильтон

Вступление

Наконец, настало время огласить правду о тяжкой кончине Императора Николая II и Его Семьи.

Наш рассказ основан на расследовании, произведенном автором, на показаниях свидетелей и убийц, на данных предварительного следствия.

Когда виновные будут привлечены к ответственности, судебное разбирательство не сможет ни уменьшить объем обвинения, ни ослабить силу улик. Но пока час возмездия не пробил, люди с разных сторон силятся заглушить или хотя бы исказить ужасную правду — слишком уж много интересов затронуто этим преступлением.

Царская Семья с несколькими верными слугами содержалась большевиками в одном из домов Екатеринбурга; там Она терпела дурное обращение и прошла через настоящую нравственную пытку.

В ночь с 3(16) на 4(17) июля 1918 года все эти несчастные — в числе 11 человек — были отведены в подвальную комнату и перебиты из револьверов; трупы были вывезены в лес и уничтожены.

На следующий день погибли те члены Императорской Фамилии, которые находились в заточении в окрестностях Перми. Брат Государев, Великий Князь Михаил Александрович, исчез уже раньше. Несколько других членов Рода Романовых, содержащихся под стражей в Петрограде, разделили участь Государя шесть месяцев спустя.

Подготовило эту бойню и приказало привести её в исполнение Московское советское правительство.

Избиение Романовых в Екатеринбурге произошло за девять дней до прибытия противобольшевицких [ 5 ] войск. Это не помешало Московскому советскому правительству обнародовать 7(20) июля сообщение о “казни” Царя, которая будто бы находила свое оправдание в наступлении белых; сообщение утверждало, что Государыня и дети укрыты в безопасном месте.

Нет никакого сомнения, что Император Николай II погиб из-за своего упорного желания оставаться верным своему народу и союзникам. Немцы делали Ему самые заманчивые предложения: они ручались, что жизнь Романовых будет сохранена и что престол перейдет Его сыну. От Государя требовалось только принять немецкую помощь. Тогда исчезли бы большевики: их выгнала та самая рука, которая прислала их разрушать Россию. Николай II угадал западню; Он отказался быть спасенным ценой бесчестия.

Фельдмаршал фон Людендорф в своих “Воспоминаниях о войне” намекает на немецкий план весьма ясно: “Мы могли свергнуть советское правительство и способствовать утверждению в России другой власти. В общей картине ведения войны это представило бы существенный успех. С новым русским правительством можно было заключить относительно Брестского договора новые соглашения”; то была бы Россия, впряженная в германскую колесницу с целью раздавить Францию, то была бы верная победа тевтонов...

Я находился в Сибири для выполнения одного поручения; в марте 1919 года я встретился во Владивостоке c генералом Дитерихсом. Он прибыл от адмирала Колчака для сдачи английскому капитану-командору вещей, оставшихся от Императорской Семьи (драгоценности, одежда и проч.); они принадлежали дальнейшей передаче родственникам в Европе. Мы были с ним давнишние знакомые по русскому фронту. Генерал отвел чешские эшелоны на восток; затем он принял командование Уральским фронтом, но интриги вынудили его оставить армию. Верховный Правитель приказом от 17-го января 1919 г. возложил на М. К Дитерихса особые полномочия по расследованию убийства Царской Семьи на Урале.

Я сделался его спутником и сопутствовал ему в течение всего 1919 года, столь обильного трагическими событиями,

Через месяц я был в Екатеринбурге. Там мы застал Николая Алексеевича Соколова, вновь назначенного судебного следователя. Страсть к охоте быстро сблизила меня с ним [ 6 ].

В деле расследования убийства сильно были замешаны партийные интересы: одни видели в нем политическое убийство, другие утверждали, что считают его простой подробностью революционного движения; они боялись мести евреев, в которых подозревали главных виновников.

Большинству министров убийство представлялось событием досадным, ибо следствие уже подметило наличие в нем еврейского элемента.

Производство следствия было возложено сперва на судебного следователя по важнейшим делам А. Наметкина. Он проявил прозорливость и рвение недостаточные. 8 августа дело от него было изъято и передано Ивану Александровичу Сергееву [ 7 ], члену Окружного суда. Сергеев в течение шести месяцев вел следствие нерешительно, поддаваясь всем россказням большевицких агентов, и ни разу не побывал на том месте, где по свидетельству многих лиц были погребены тела убитых.

Во главе Министерства юстиции был тогда социал-революционер Старынкевич. Адмирал Колчак, ставши Верховным Правителем в ноябре, не хотел дать ему приказ прекратить ту трагическую пародию на следствие, которую разыгрывал Сергеев, и терпеливо ждал до января. Наконец, когда нерешительность Сергеева получила слишком большую огласку, назначили Дитерихса.

Документы, собранные в деле Сергеева, всё же заключают в себе вполне определенные данные для восстановления картины преступления. Немного понадобилось времени, чтобы распутать моток и пойти по верному следу.

В ту пору большевики больше всего боялись, как бы правда не раскрылась пред русским народом; они знали его слишком хорошо, чтобы верить в его преданность коммунистическим идеалам. На их агентов была возложена обязанность всеми способами искажать действительный смысл Екатеринбургского деяния и тем отклонить народный гнев.

Приняв все меры к уничтожению трупов, большевики упорно распространяли легенду о народном суде, который приговорил Царя к смерти, будто бы за измену русскому делу; в то же время они настаивали на том, что дети Государя живы.

В правительстве Колчака нашлись изменники, которые исподтишка поддерживали эти козни. Уверяли, что Великую Княжну Анастасию Николаевну видели в Перми [ 8 ]; распространяли другие двусмысленные рассказы и о других Царских дочерях.

Позднее большевицкое правительство подстроило ложный процесс против социал-революционеров, которые будто бы убили Царскую Семью с целью свалить вину на большевиков. Но, став полными владыками России, большевики цинично признались в избиении всей Императорской Фамилии.

Я долго изучал места, где произошло Екатеринбургское злодеяние, начав с Ипатьевского дома, имя которого зловеще совпадает с именем того Костромского монастыря, где первый Романов получил известие о своем избрании на престол. Меня свел туда судебный следователь Соколов.

Он разъяснил мне ход драмы с точностью, не допускавшей сомнения. На стенах подвальной комнаты я видел кровавые пятна, о которых большевики, когда мыли комнату, позабыли; я видел непристойные надписи, рисунки, сделанные рукой русских тюремщиков; я прочел другие надписи на немецком, на венгерском, на еврейском языке...

У колодца рудника, верстах в 15-ти от города, где были сожжены одиннадцать трупов, я нашел, обшарив землю, драгоценные камни, принадлежавшие молодым Великим Княжнам.

В то время как могильщики производили свою ужасную работу, окружающие леса были оцеплены отрядом красноармейцев. Крестьяне и дачники, оказавшиеся отрезанными в течение трех дней, рассказывали потом, что видели. Мужики, которые пришли к шахте немедленно вслед за уходом красных вампиров, нашли в ней, в траве, среди пепла костров и в грязи великолепные драгоценные камни и другие предметы, избегнувшие огня; они были таковы, что эти простые люди, ничего не знавшие о смерти Романовых, сказали: “Это здесь убили и сожгли Царя”. Давая свои показания, они честно сдали драгоценности. Наметкин ограничился тем, что признал точность этих первых показаний. Сергеев избегал этого места; он уверял, что боится лесных бродяг. Когда выяснилось неизбежное падение Омска, Соколов увез дело. Вскоре после того генерал Дитерихс оставил должность главнокомандующего армией, ибо, не смотря на его представление, Колчак отложил эвакуацию столицы. Я выехал вместе с ним за несколько дней до вступления в город красных. В Чите мы вновь встретились с Соколовым. Здесь находилась тогда главная квартира атамана Семенова, который стремился возродить останки колчаковского правительства, объединив их под своей властью. Соколов вскоре вызвал у семеновцев подозрение. Они хотели опереться на престиж Романовых, у Соколова же находились доказательства, что вся Семья погибла. Это мешало их политике. Соколов уехал в Харбин, где мы с ним встретились через несколько недель. Большевицкое движение среди русских железнодорожных служащих вызвало общую забастовку. Необходимо было спасти дело. Его спрятали в моем вагоне. Соколов и сам приходил ко мне. После бегства из Омска, я держал на своем вагоне английский флаг, но в Харбине не было английских солдат. Мы легко могли подвергнуться нападению; каждую ночь мы по очереди сторожили... Для безопасности дела и для личной безопасности Соколова, ему необходимо было выехать в Европу. В начале марта у меня собрались генералы Дитерихс и Лохвицкий и Н.А. Соколов. На этом совещании я взял на себя помогать ему во время его поездки и охранять один экземпляр дела. Подлинник был поручен одному французскому генералу.

9(22) марта, как только забастовка окончилась, мы с Соколовым выехали из Харбина.

Сцена и действующие лица

Убийство Романовых — преступление не заурядное, оно потребовало сложного сочетания обстоятельств, соглашения между многими политическими лицами: Царя и всю Семью не убивают по случайным причинам или ради частных интересов. Надо хорошо усвоить себе обстановку преступления: только тогда можно разобраться в побуждениях, руководивших убийцами.

В начале 1917 года, когда Россия собиралась бросить чрез Карпаты и чрез Балканы 8.000.000 солдат и тем обеспечить поражение германской коалиции, Император Вильгельм и Людендорф для спасения Германии послали Ленина и его орду сеять раздор и анархию среди русских.

Следствием посылки большевиков должен был быть разгром держав Согласия. План этот, заблаговременно выработанный, потребовал больших расходов; Ленин с его присными работали в течение двух лет в Швейцарии за счет Берлина (и Вены); профессора в искусстве пропаганды научили их, как организовать “мирное” завоевание России. Состоя пенсионерами Германии, они получали причитающееся им содержание вплоть до того дня, когда все сокровища опустошенной России перешли в их руки. “Русская” революция была произведена на немецкие деньги [ 9 ].

Советское правительство было ни чем иным, как отделением Фридрихштрассе. И действительно, состав этого правительства был установлен в Берлине еще до его отъезда в Петроград.

Брест-Литовский успех, казалось, обеспечивал крестным отцам большевизма мировую победу; хлеб, насильно отобранный у крестьян на Украине, кормил Венгрию, Австрию и Германию; русское золото, под видом возмещения военных убытков, питало государственные запасы в Шпандау. Большевизм восстановлял силы германской коалиции за счет стран Согласия и толкал русские круги, которые еще оставались здоровыми, в немецкие объятия...

Однако опасения продолжали существовать. Сами авторы заговора боялись, как бы он не повернулся против них. Вот весьма много говорящее место из книги Людендорфа: “Я не сомневался, что разгром русской армии и русского народа представит собой для Германии и Австрии чрезвычайную опасность... Правительство наше, отправляя Ленина в Россию, взяло на себя огромную ответственность! Поездка с военной точки зрения полностью оправдывалась: было необходимо, чтобы Россия пала. Но наше правительство должно было остерегаться, чтобы и Германия не пала в свою очередь”.

Большой стратег Людендорф не поколебался послать в Украину до 30 венгро-германских дивизий в то самое время, когда собирался нанести решительный удар на главном фронте: это и означало “принять меры предосторожности”. Он считал, что дивизии эти, переброшенные в Москву для создания там германофильской монархии, принесут большую пользу, чем они могли бы принести во Франции. Он был, конечно, прав, но его “предосторожность” ни к чему не привела...

В то время, к которому относится трагедия Романовых, Германия еще господствовала над Россией: гетман на Украине был под их покровительством; войска их занимали Финляндию и Прибалтийские губернии; остатки Учредительного собрания, разогнанного большевицкими штыками, укрывались на нижней Волге. Предвидеть какое-либо основательное сопротивление не было причины. Граф Мирбах невозбранно диктовал свою волю апостолам марксизма.

Меры к восстановлению царской власти были приняты скоро после заключения Брест-Литовского договора; в апреле Свердлову было поручено устроить возвращение Государя и Цесаревича Алексея в Москву. Чтобы народ принял восстановление Династии, требовалось облечь таковое в торжественную обстановку.

Против большевиков образовалось два политических объединения: Союз возрождения и Национальный центр. Этот последний, состоявший из крупных помещиков и монархистов, охотно шёл на всякие уступки, лишь бы освободиться от большевиков; поэтому он был вполне согласен идти заодно с немцами, которых к тому же считал раскаявшимися в их большевицкой затее. Союз представлял собой интеллигенцию, партию конституционалистов-демократов. Эта партия оставалась непримиримой: “Кайзеризм — вот враг”, — таков был ее девиз. Обе группы допускали русскую монархию, но со следующим различием: консерваторы готовы были принять ее из немецких рук, радикалы отказывались от всякого “подарка” из Берлина. Кандидатом германцев был юный Алексей, который был бы более податлив их влиянию; радикалы предпочитали Великого Князя Михаила Александровича, Наследника, признанного актом отречения. Весною 1918 года эти две группы собрались в Москве в ответ на приглашение графа Мирбаха. Центр очень быстро пришёл к соглашению. Союз разделился на две неравные части: одну составили сторонники кадетского лидера П.Н. Милюкова; другую — почти все бывшие на собрании. Отсутствие единодушия у противобольшевиков вскоре осложнилось вторым препятствием: Николай II наотрез отказывался от немецких предложений; Царевич Алексей был болен. Тогда в Германии проявили нерешительность, и колеблющаяся политика погубила Германию. Людендорф прекрасно знал, что эти 30 германо-венгерских дивизии быстро покончили бы с Советами, что Россия, жаждавшая порядка, не оказала бы ни малейшего сопротивления тем, кто прогнал бы большевиков. Но для этого необходимо было идти до конца и не терять времени, ибо дивизии подвергались большевицкой пропаганде. Мысль, которая должна была окончательно погубить дело немцев, была высказана самим Людендорфом, повод же подали чехословаки. Но предоставим опять слово славному военачальнику Кайзера. “Державы Согласия формировали чехословацкие части, составленные из австрийских военнопленных, которые и направлялись чрез Сибирь, чтобы драться с нами во Франции. Советское правительство, хотя и опиралось на нас, не препятствовало этим мерам... В начале июня я написал по этому поводу имперскому канцлеру, предостерегая его относительно опасности, которая угрожала нам со стороны Советов”.

Правда заключалась в том, что после русского крушения чехословацкие батальоны, в силу соглашения между Масариком и Лениным, покидали Россию, Германия же выполнению этого соглашения не препятствовала.

Тридцать тысяч масариковских солдат, которые в то время были эшелонированы между Волгой и Владивостоком, думали лишь о возвращении в Европу. Допуская эвакуацию, Ленин делал прекрасную “аферу”, ибо весьма удобно избавлялся от присутствия заклятых врагов своих немецких господ. Письмо Людендорфа было написано в начале июня; надо думать, что оно не было с его стороны первым предупреждением, ибо уже к концу мая (н. ст.) на чешские эшелоны были произведены нападения почти одновременно и на Урале, и на Байкальском озере. Вскоре после того германские пленные на Дальнем Востоке вооружились боевыми припасами из Владивостокских складов; советские власти не препятствовали и пленные открыли военные действия против чехов. Вместе с беглыми каторжниками и иными героями “русской” революции они храбро сражались, чтобы сломить всякое противодействие немцам.

Обыкновенный смертный увидел бы в этих событиях новое доказательство трогательной верности большевиков своим покровителям. Но не так было для Людендорфа.

Позднее он писал: “Чехословаки... были задержаны на сибирской железной дороге, чтобы действовать против Московского правительства. Державы Согласия добились того, что помешали нашим пленным вернуться из Сибири”. Он ищет в чужих поступках оправдание ошибкам германского правительства.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Р. вильтон последние дни романовых (1)

    Документ
    "Суд народа" или ритуальное убийство? Было ли Екатеринбургское злодеяние в ночь на 17 июля 1918 года исторической неизбежностью или же оно стало очередным кровавым звеном в цепочке тайного заговора по уничтожению России и
  2. Ипатьевский дом1

    Документ
    Участник расследования, английский журналист Р. Вильтон: «На вершине холма, господствующего над Екатеринбургом и над Уралом, находится несколько белых зданий, образующих Вознесенскую площадь.
  3. Книга московского журналиста Леонида Болотина "Царское Дело" раскрывает многие загадочные стороны

    Книга
    Книга московского журналиста Леонида Болотина “Царское Дело” раскрывает многие загадочные стороны самого таинственного преступления XX века -УБИЙСТВА ЦАРСКОЙ СЕМЬИ.
  4. Rus-sky ®, 1999 г. "Дорогами тысячелетий" вып. 4 "Молодая гвардия", 1991 год

    Документ
    В стране содом. И все – в содоме.Пожар назначен мировой.И пахнет спиртом в Совнаркоме – Из банки с царской головой. Примкнув штыки, торчит охрана. Свердлов в улыбке щерит рот.
  5. Biblionne Ценные старые книги (1)

    Документ
    Букинист Biblionne приветствует Вас и предлагает самые различные антикварные книги: от раритетов до недорогих изданий 30-х гг. XX в. по истории России; наша отдельная специализация - книги русского зарубежья.

Другие похожие документы..