Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
замечательное отношение к чужим детям, созданы возможности для отдыха с детьми (многие отели предлагают бесплатное размещение для детей до 12-14 лет,...полностью>>
'Документ'
Посібник може бути корисним як для студентів, аспірантів і викладачів, так і для широкого кола фахівців, що займаються проблемами програмування для І...полностью>>
'Документ'
Возникновение рынка товаров народных промыслов (ТНП) уходит своими корнями в глубину веков. Не случайно этот рынок возник в сельской местности, где в...полностью>>
'Конкурс'
Конкурс литературного и художественного творчества «О героях былых времен…» проводится отделом музейной педагогики МГОМЗ в рамках работы Историко-кул...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:

Георг Вильгельм Фридрих Гегель.

С точки зрения современников, Гегель понял и объяснил все. Десятилетие 1825—1835 по справедливости может называться эпохой гегелизма.

Детство и отрочество

Георг Вильгельм Фридрих Гегель родился 27 августа 1770 года в Штутгарте (Вюртемберг), где отец его служил сперва секретарем счетной палаты, а потом советником экспедиции. Мать умерла рано. Отец «отличался строгостью нрава и удивительной аккуратностью». Кроме отца и матери, у Гегеля была еще сестра, и два брата.

От десяти до семнадцати лет Гегель пробыл в школе. «Маленьким стариком» его прозвали товарищи, он был слишком большим педантом для окружающих его шалунов. Он сходится с ними очень мало, предпочитает одиночество. Уже в гимназии он казался умным не по летам и даже педантом.

Апокрифический анекдот: «Один маленький шалун, пробегая мимо Гегеля, ударил его очень больно, но без всякого основания и побежал дальше. Гегель, сам маленький, поймал за руку шалуна и серьезно спросил его: "Почему вы меня ударили?" — "Так", — отвечал тот, совершенно сбитый с толку подобным философическим отношением к делу. "Я хочу, чтобы вы мне объяснили", — продолжал Гегель. Мальчик объяснил, что ему было скучно и что под руку никто в данную минуту, кроме Гегеля, не подвернулся. "А разве, ударивши, веселее?" — настаивал Гегель. Шалун расхохотался, еще раз наскоро толкнул маленького философа и исчез в длинном коридоре».

В общем, он неуклюж, с девушками — робок.

В 18 лет Гегель поступил в Тюбингенский университет изучать богословие.

Студентом Гегель участвовал в студ.пирушках пил, и даже сочинял стихи.

Что такое были германские университеты того времени? Лаукгард :«Жизнь студентов, или буршей, была устроена так. Кто хотел быть уважаемым буршем, тот должен был каждый вечер посещать по крайней мере одну пивную и пить там до 10—11 часов. Говорить о научных предметах считалось педантством, поэтому разговор постоянно держался на делах буршей и часто переходил в сквернословие. …Большая часть студентов вела себя свиньями. Драки были не редкостью: дрались даже на улице.

Но Тюбингенский университет отличался нравами более просвещенными. Здесь штудировали Канта или лейбнице-вольфовскую философию. Однако самые горячие споры об антиномиях совершались в присутствии пивных кружек, зачастую дуализм кантовой философии находил себе выражение сначала в драке, а потом примирении юных мудрецов.

Попав в университет, Гегель, на первое время расстался со своим педантизмом и научностью. Он не прочь был кутнуть слегка и поволочиться за «милыми и достойными представительницами слабого пола». Он любил устраивать такие игры с фантами, в которых на его долю достается поцелуй какой-нибудь «розовощекой Гретхен”. Гегель в этот период был добродушным, неуклюжим, несколько сентиментальным буршем.

Вспоминая впоследствии о своих студенческих годах Гегель говорит: «Мой отец имел полное основание быть недовольным мною».

Здесь сводит дружбу с Гёльдерлином.

Революционные волнения конца 18 века окончание университета. Существует даже предание, будто в одно дивное весеннее утро Гегель и Шеллинг вышли за ворота мирного Тюбингена с особенно торжественными лицами. Их плащи были надеты на манер греческих туник, в их руках находился небольшой зеленый отросток дерева. Пройдя недалеко от города, приятели остановились и, трижды провозгласив: «Vaterland und Freiheit» («Отечество и свобода») — посадили в землю свое деревце. Оно именовалось деревом свободы. Революционное увлечение в нем быстро сменилось не только реакцией, но и ненавистью к революциям вообще. Его приводили в ужас проливаемая террористами (фр.революция) кровь и совершаемые ими насилия.

После пятилетнего пребывания в университете Гегель сдал экзамен на степень кандидата богословия. От своих профессоров он получил свидетельство в том, что он вообще молодой человек с хорошими способностями, но не отличается ни особенным прилежанием, ни большим запасом сведений, говорит плохо и может быть назван «идиотом» в философии.

Он принял место домашнего учителя и занимался этим целых семь лет. Одновременно он занимается политикой. Занятия политикой привели Гегеля к тому выводу, что «Германия — не государство». Придя к такой весьма нелестной для патриотизма формуле, Гегель отнесся к ней с немного более горячим участием, чем к выводу дифференциального исчисления. Гегель счел нужным без борьбы примириться с этим тяжелым положением своей родины.

Переехав в Йену, Гегель очутился в самом избранном обществе, где Фихте и Шеллинг читали свои лекции, общается с романтиками.

Гегель имел уже черновые наброски своей системы. Гегель в первый же год своего пребывания в Йене защищает на публичном диспуте свое «De orbitis planetarum»**, где, отвергая Ньютона, обращается для своих астрономических соображений к гипотезе Платона, изложенной в «Тимее». Как истинный метафизик, он выдвигает на сцену таинственный ряд чисел: 1, 2, 3, 4, 9, 16, 28 — и определяет расстояние между планетами сообразно его указаниям. Рассматривая свой таинственный ряд, он пришел к тому выводу, что между третьей и четвертой планетами не должно быть никакого тела, так как в ряду для него нет соответствующего числа. Как вдруг, почти накануне выхода диссертации, одному из астрономов удается открыть Цереру в пустом, по указанию Гегеля, месте. Нисколько не смущаясь, Гегель остался при своем презрении к телескопу.

27 августа 1801 года происходит его диспут правоспособности, на котором философ защищал следующие тезисы: «Критическая философия бедна идеями и несовершенна форма скептицизма»; «Основанием нравственности должно быть уважение к судьбе».

Впечатление, производимое Гегелем в первые годы его профессорства, было не из лучших: большинство студентов ничего в этих лекциях не понимало, «на массу студентов Гегель не имел никакого влияния и его чтения были известны им лишь как редкий экземпляр полной неясности и темноты». Гайм: «Гегель никогда не был мастером ни в устной речи, ни в письме. …Никогда, быть может, ни до, ни после Гегеля, ни один человек не писал таким языком.». Он требовал от слушателей напряженного внимания и нисколько не заботился, чтобы подогревать его. Большинство студентов предпочитало других преподавателей, а Гегелю приходилось довольствоваться почти пустой аудиторией. Но это его не смущало, он всегда был полон собственного достоинства, позволив себе пошутить всего-навсего один раз за пять или шесть лет!

Гегель хотел, чтобы ему внимали, как пророку, принимая на веру каждую его мысль, и почитали бы за высшее счастье здесь, на земле, проникнуть до истины. Он твердо, безусловно был убежден, что каждое слово, исходящее из его уст, есть нечто подобное откровению, что основные принципы его системы ни в каких доказательствах не нуждаются, что кто не понимает его — тот полуидиот, пошляк, «тривиальный ум, опошлившийся от собственной тривиальности». Гегель нисколько не заботился о том, чтобы сделать свое изложение доступным. Для этого он слишком презирал своих слушателей. Не только заискивать перед ними, но даже снисходить к слабости их понимания он не считал нужным. Свои редкие разъяснения он давал всегда почти «с усмешкой», с легким отвращением, подчеркивая при этом, что если он и делает это, то только ввиду умственного убожества других. Единственно подходящими для него учениками были рабы, «с испугом замечавшие свое случайное, мгновенное понимание», не только не спрашивавшие «почему», но и не смевшие сделать это. «На профессорском кресле как бы с неохотой отделяя каждое слово, каждый слог, беззвучно и со швабским произношением (от которого, кстати сказать, он никогда не хотел отделаться) ставил он особо каждое предложение, беспрестанно кашляя и отхаркиваясь и беспрестанно перелистывая огромные тетради».

К своим читателям, к своим слушателям Гегель не снисходил никогда. Он пренебрегал всеми общедоступными и элементарными приемами, чтобы стать понятнее. «Понимайте, когда можете», — как будто говорил он своим слушателям, нисколько не заботясь о том, что их головы полны противоречиями и недоумениями.

Наполеоновские походы, отсутствие патриотизма. В 1803 году Гегель не имел чем жить. Отцовское наследство приходило к концу, и в перспективе было голодное существование. Гегель голодает. Французы бомбардируют Йену, «отечество перестало существовать», а Гегель пишет свою «Феноменологию духа», где доказывает, что «весь беспредельный прекрасный мир есть не что иное, как дыхание единой, вечной идеи, проявляющейся в бесчисленных формах, как великое зрелище абсолютного единства в бесконечном разнообразии».

Австрия покорилась французскому оружию в 1805 году, а Пруссия — в 1806 году. Гегель — немец, успокоившийся на мысли, что Германия — не государство, и знать не хочет ничего более. В отечестве, завоеванном французами, он находит только одни интересы — своего философского творчества. Пруссия готовится встретить завоевателя. Подле Йены должно разыграться решающее сражение, от которого зависит участь Германии. Гегель был в Йене. Перед его глазами проходят гордые прежними победами французские колонны, чтобы завтра сражаться с пруссаками. В то же самое время Гегель выражает в беспокойство не о Германии, о своей свуеженаписанной “Феноменологии духа”, чтобы она не пропала из-за «прискорбных беспорядков» времени. Он выражает свои восторги перед Наполеоном, называя его «Weltseele». «Это в самом деле чудное чувство, когда видишь подобную личность (Наполеона), который, сидя верхом, здесь из одной точки охватывает мир и им повелевает. … Как я заранее желал успеха французской армии, так все желают теперь его ей, успех неизбежен при чудовищном превосходстве ее предводителей и солдат над противниками». Предсказания Гегеля исполнились. Пруссаки побеждены. Но Гегелю не понравился только один эпизод, что «грубые французские солдаты» ворвались в его квартиру и производили в ней всяческие безобразия: рвали бумаги, обливали чернилами стены, плевали, куда приходилось, и не оставляли в покое даже самого хозяина, подшучивая над его длинным носом и другими особенностями. Гегель, очень обиженный, обратился тогда к одному из сержантов с орденом Почетного легиона в петличке и заявил ему, что «ожидает помощи от его почтенной особы», но тот лишь покрутил свой ус и не вступился за него.

Гегелю пришлось уехать в Баварию — там было «нечто вроде Эльдорадо для науки». В марте 1807 года Гегель — редактор «Бамбергской газеты», наполеоновской по сути. В ней французские интересы стояли на первом плане, баварские — на втором, а общегерманские — совершенно отсутствовали.

В 1808 году Гегелю получил место ректора Нюрнбергской гимназии, чем он не совсем доволен. Ему постоянно приходится иметь дело с детьми: вместо ласки и участия, он предлагает им непонятные лекции по философской пропедевтике.

В 1811 году Гегель женился, в 1816-м издал, главное свое сочинение «Логику» («Die Logik»). Гегель женился удачно. «Его жена была лучшая из женщин», и Гегель горячо любил ее. “У кого есть цель в жизни и хорошая жена — у того есть все”, — говорит он сам. Идеал супружеской жизни Гегеля: муж исполняет обязанности, а жена занимается хозяйством. Семья — тихая пристань. Гегели занимали небольшую, но чистую и приличную квартиру. Жизнь вообще велась тихая, изредка, супруги разрешали себе небольшие поездки по Германии. Жена занималась хозяйством, но и сам Гегель находил время, вмешиваясь в него. Он был «главой и хозяином» дома в полном смысле этого слова. Сохранились толстые, тщательно переплетенные тетради, в которых великий философ вел аккуратную запись всем расходам по дому, не пренебрегая ни единым крейцером или пфеннигом. Он любил говорить, что жизнь выше средств есть первый источник безнравственности и несчастия. Гегель был счастлив.

Эпоха 1808—1816 гг. была одной из самых бурных и великих в жизни Германии. Целые годы велась упорная борьба с Наполеоном. Были проведены в жизнь реформы — уничтожено крепостное состояние, введена всеобщая воинская повинность, ослабел гнет чиновничьего механизма, исчезло то губительное самодовольство, которое овладело прусской правительственной жизнью после царствования Фридриха II Великого.

Гегель оставался равнодушен ко всему этому, даже больше: «он подсмеивался» над патриотическим подвигом своей родины. Все это казалось ему странным и глупым. Он до конца не верил, что можно победить Наполеона при помощи мужиков и разгорячившихся студентов..

Реакция. Расцвет Гегеля

В 1816 году Гегель получил профессорскую кафедру в Гейдельберге.

Это эпоха реакции в Германии. Либеральные начинания, вызванные патриотической борьбой с Наполеоном, стали уже вызывать самый сердитый отпор со стороны германских правительств вообще.

Прусский министр внутренних и полицейских дел Альтенштейн увидел Гегеля на гейдельбергской кафедре, ему очень понравилась философия Гегеля, опиравшаяся на формулу «Все действительное разумно». Прусское государственное устройство хотело успокоить умы. В лестных выражениях была предложена Гегелю знаменитейшая в Германии берлинская философская кафедра. Он был приглашен со специальной целью оправдать настоящее, доказать его разумность, его необходимость в общем ходе мироздания. Гегель принял предложение, хотя в Гейдельберге его слава была вне всяких сомнений и материальные условия жизни были недурны. Пруссию же он не любил никогда. Теперь Гегель не отрешенный философ, а философ-реакционер. Гегель говорил, что он, как прусский чиновник, выше всяких подозрений. То, что Реакция вошла в силу, произошло потому, что Гегель сыграл в ней первую роль.

Философия Гегеля давала уму ответ на все вопросы, то его излюбленная точка зрения на мир, как на единое прекрасное целое, успокаивала все малодушные сердца, давала им возможность примириться с жизнью.

Гегель дал систему наукообразную, подкопаться под которую нелегко, достаточно убедительную, чтобы приковать к себе внимание целого поколения Европы. Он успокоил умы и сердца, сблизив человека с реальной действительностью, показав, что она прекрасна, разумна, необходима. «Философия должна постигнуть действительность, но не с точки зрения нашего чувства, наших идеалов и желаний, а с точки зрения разума, который должен доказать ее необходимую связь с прошлым и будущим».

Что же делать человеку? Гегель требовал полной покорности, и эта покорность являлась разумной и необходимой. Для избранного же меньшинства он оставлял еще наслаждение созерцать вселенную как прекрасное целое.

«Пруссия и лютеранство суть вещи всесовершенные, и я, Гегель, горжусь тем, что рожден лютеранином и состою прусским чиновником». Министерство было в восторге и радовалось, так как Гегель «построил» прусское государство на началах разумности и необходимости. Громадное влияние гегелевской философии обеспечивало ему спокойную будущность.

Гегель умер в 1831 году от холеры; последняя неоконченная его статья заключала в себе злую критику английского билля о реформе за его скромные, но все же демократические тенденции...

Философия и публицистика

Гегель был не только философом, но и настоящим практическим деятелем, вождем современности столько же в ее теоретическом, сколько и в практическом отношении.

Система.

Если исключить Аристотеля, то никогда, ни до, ни после Гегеля, ум человеческий не задавался такой грандиозной задачей, как свести все факты жизни к одному общему началу и сковать все разнообразие явлений цепями самой строгой диалектики. Философия Гегеля — это энциклопедия всех наук, стройная система, в которой нашла себе место вся совокупность человеческих знаний. Гегель стремится к тому, чтобы в своей системе объединить все знания, все верования, все стороны жизни человека. В «Феноменологии духа» перед нами формы развития человеческого сознания, история образования индивидуального духа, ее связь с историей духа всеобщего, абсолюта. В «Логике» изложен знаменитый диалектический метод, который и есть закон развития всего. «Энциклопедия философских наук» объединяет современные Гегелю знания с точки зрения его принципа. Мы имеем еще философию права, религии, искусства, истории, лекции по истории философии. В этих чтениях разработаны и практические вопросы жизни человека, его поведения, его отношения к семье, государству и проч.

В системе Гегеля человек нашел свое место в природе, обществе, государстве, семье. Его система не синтез знания, а синтез жизни вообще. Оттого-то некоторые присваивают ей эпитет «религиозной». И, действительно, она была истинной религией разума.

Чтобы понять ее, надо знать ее исходную точку. Этой исходной точкой было созерцание вселенной как единого прекрасного целого, в котором нет ничего непримиримого, нет даже борьбы, а есть только развитие, постоянный переход одной формы в другую. Как безусловный философский догмат разъяснял он единство и тождество всего существующего, и старался показать, в чем именно заключается это единство, чем одно явление соединяется с другим, чтО в каждом из них есть общего; хотел постигнуть и уразуметь процесс, посредством которого все развивается одно из другого, подметить общий жизненный элемент, который проникает и одушевляет все. Он не объяснил мироздания, но создал новый мир — мир, где все стройно, законосообразно, логически необходимо. Он действовал не как естествоиспытатель, "а как поэт и художник”. Система Гегеля не объясняет в действительности ни одного закона или явления природы, а только законы мысли. Вся она построена на понятии Абсолюта и представляет историю его развития. Этот Абсолют — разум, стремящийся к самопознанию.

«Логика» закончена в 1811 году. Вселенная — это гармонически прекрасное целое, воплотившая в себе художественно цельную идею, Абсолют. Абсолют есть дух, разум; все существует лишь потому, что существует абсолютный, стремящийся к самопознанию разумный дух. Эта идея-абсолют находится в процессе бесконечного развития. У нее нет другой цели, кроме самопознания и самоопределения. Идея стремится выразить, «определить» самое себя. Идея — это мир. Каким же законам подчиняется она в своем развитии? «Феноменология духа» дает картину моментов, через которые проходит идея-абсолют на пути самопознания, но не объясняет законов этого развития. Эти законы — законы логики. По мнению Гегеля «Все действительное разумно!», ибо кроме разума нет ничего.

Мир есть идея, понятие. Все явления жизни природы и жизни человечества — это рассуждение Всемирного Духа (Абсолюта), моменты его логического (диалектического) развития. Море, скалы, человечество в различные периоды его бытия — не суть вещи материальные, не «объект» в общепринятом смысле этого слова, а Всемирный Дух, выражающий себя в той или другой форме ради самоопределения и самопознания. Все это чисто логические моменты, необходимые для осуществления чисто логической задачи — самопознания, к которой присоединяется задача эстетическая — самосозерцание себя как сознающего духа. Всемирному Духу — а этот дух есть всё — надо было решить проблему, то есть познать самого себя. Гегелю предстояло решить другую проблему — постигнуть законы этого познавания, и в своей «Логике» он действительно постиг их. Его Всемирный Дух — это Бог, его «Феноменология духа» — история Бога, его «Логика» — свод законов, которым подчиняется Божество на пути логического развития, его философия, история — история человечества как воплощенного Божества. Нет ничего, кроме Бога, все сущее — Его проявление или, по Гегелю, определение.

Перед нами, благодаря «Логике», система чисто фаталистическая. Всемирный разум может развиваться только по законам логики; логика едина, ее законы — необходимы. Следовательно, «существует только то, что должно быть». Вся жизнь — проявление Разумного Духа, его диалектические моменты. Итак, все действительное разумно, прекрасно, так как красота есть самосозерцание самопознающего духа. Постигнув Логику, вы поймете, что все существует лишь потому, что оно необходимо, что ничего другого и быть не может на его месте, — и тогда вы сделаетесь счастливым — если можете.

ИСТОРИЯ

Пройдя различные стадии, начиная с низших (см.философию природы), Абсолют воплощается наконец в человечестве. И Гегель дает нам стройную картину его истории. Вся история вытянута в струнку. Каждый народ в свое время является воплощением Духа, который и пользуется им, его жизнью, для достижения своей цели: реализации свободы и самосознания. Всемирная история начинается на Востоке, там детство человечества; там есть идея свободы, но эта свобода признается только за одним. Греция уже знает свободу некоторых. В ней проходит юность человечества. Это время прекраснейшего, но скоропроходящего расцвета. Римское царство есть зрелый возраст истории. Здесь индивидуумы приносятся в жертву всеобщей государственной цели, но взамен этого, в силу образования частного права, они получают личность. Но только германский мир знает, что свободны все. Его история — завершение истории человечества. Только в нем осуществляется цель всемирной истории, то есть реализация понятия свободы и самосознания. Но это лишь общая картина.

Более подробно Взгляды на историю. B основе философии истории Гегеля лежит мысль, что разум управляет миром. Разум — это сама сущность, субстанция, это не только мысль, но и мыслящее существо, это — всемирный дух, абсолютная истина. Свойство разума, сущность этой сущности, — свобода. «Потому что все постигается нами из своей противоположности. Мы знаем о существовании большого, потому что есть малое. Противоположность разума, духа — это материя. Свойство материи — тяжесть, поэтому свойство духа — свобода». Для Гегеля эта свобода есть «das Bei-sich-selbst-sein», то есть «у-себя-самого-бытие». Быть у себя самого — значит не зависеть ни от чего другого, быть существом самодовлеющим, таким существом и является разум. Он свободен, потому что кроме него нет ничего, он свободен, так как его деятельность — познание, но это познание самого себя — самопознание. И так как разум ни в чем не нуждается, ни к чему не стремится, кроме самосознания, то есть опять-таки к самому себе. Поэтому он — свободен, тогда как материя — зависима, и эта зависимость ее выражается в тяготении к другому, вне ее находящемуся центру.

Хотя сущность разума заключается в свободе, сознавать эту свою свободу он начинает не сразу. Процесс истории в том и заключается, что «разум вырабатывает знание того, что такое он сам по себе». Цель истории — самосознание разума, этой цели служит все, что случается для того, чтобы служить этой цели. Поэтому все разумно и все необходимо: мир таков, каким он должен быть.

История есть жизнь абсолютного разума, стремящегося к самосознанию в человечестве. Суть жизни для Гегеля сводится к пониманию, для разума — тоже: поняв себя, он достиг конечной цели. Сам Гегель был оптимистом. Гегель утверждает: все к лучшему, и даже более того, совершается здесь на земле только единственно возможное, только необходимое — мир как раз таков, каким должен быть. Гегель презирал чувство, страсти, личность.

Гегель был и фаталистом; процесс развития разума одинаково фаталистический, обусловленный законами логики; разум стремится к цели, но это стремление не есть свободное творчество, а присущая разуму необходимость.

Абсолютный разум переселяется от одного народа к другому и каждый отдельный народ есть в известное время его носитель на данной ступени его развития. Но далеко не каждому народу на земле разум делает честь поселиться в нем; он выбирает лишь небольшое количество наций, которые поэтому только и имеют историю. Побывав у одного народа, разум переходит в другой, и вместе с этим переходом заканчивается историческая жизнь первого. Дважды в одну и ту же нацию разум не поселяется, почему многие народы давно уже сошли с исторического, поприща, чтобы никогда более на него не вернуться. Историческая жизнь разума начинается в Китае, продолжается в Индии, переходит в Персию, Ассиро-Вавилонию, Египет, Грецию и т.д., чтобы закончиться наконец в германском мире, преимущественно в Пруссии.

«История начинается с Китая и монголов». Здесь господствует теократия — полнейшее отрицание всякой индивидуальности во имя единства. Здесь нет свободы, нет человека. Разум не понимает себя: он спит, и все его поступки похожи на поступки ребенка.

В Индии разум начинает уже грезить. Это страна необузданного воображения, не признающего ни преград, ни правил. В формах жизни господствует известное разнообразие, касты, но эти касты основаны не на личных особенностях, а на разделении занятий. Поэтому и здесь нет свободы, так как положение человека зависит от чисто внешних обстоятельств. На сцене люди, но нет субъектов; свет самосознания еще не загорался.

Разум переселяется в Ассиро-Вавилонию, Финикию, Персию, наконец, в Египет. «Здесь произошло соединение вавилоно-ассирийского сенсуализма и финикийско-еврейского спиритуализма». Разум понял уже, что он дух, но все еще находится в зависимости от материи. Это тяготит его и он стремится вырваться из оков материи, но пока его попытки тщетны. Символ Египта — сфинкс: человеческая голова (разум) смотрит из звериного тела. Это соединение несоединимого.

В Греции «мы впервые чувствуем себя дома». Здесь на сцене субъекты, индивидуумы; дух сознал свою индивидуальность, отдельность от материи, но чтобы понять себя, он все еще черпает материал из природы. Это юность человечества. Грек недостаточно «духовен»: ему все надо видеть, осязать, чувствовать. Высшее выражение его деятельности - искусство, но и оно слишком материально.

Разрозненные в греческом мире индивидуальности нуждаются хотя бы во внешнем объединении.

Это объединение дано Римом. Принцип Рима — «абстрактная универсальность», Рим стремится собрать все народы в одно всемирное государство, всех богов — в один пантеон. Его идеал — отвлеченное, всеобщее и вместе с тем глубоко практическое. Но, налагая узы на нравственные индивидуумы, принося в жертву содержание личности и саму личность кумиру всеобщности, Рим постоянно встречал противодействие. В его разрозненных, хотя и подчиненных одному принципу частях иногда не было духовного единения. Только империя, деспотизм цезарей дал этому громадному всемирно-государственному телу внешнее единство, которым «разум», однако, удовлетвориться не мог. Он ищет духовного и бесконечного. Разочарованный в Риме абсолютный разум углубляется в самого себя, стремится к духовному миру, так как он дух, и уже познавший себя дух.

Тогда на сцену выступает величайшее, всемирное явление — христианство. Тут впервые человечество узнает, что природа людей духовна, что человек в сущности своей есть дyx. Ho время духовного Царства еще не пришло: люди не могут пока действовать на основании своей внутренней правды и свободы. Несмотря на сознание своей духовности, им нужна внешняя власть, которая, однако, не отрицала бы их духовности. Является государство церковное — папство. Принцип христианства, принцип внутренней свободы и духовности мог развиться только в германском мире. Здесь — старость разума. Только германский дух оказался способным постигнуть абсолютную истину и paзум. поселившись в него после стольких блужданий, находит наконец возможным осуществить свою конечную цель — самопознание. Завершением истории является протестантизм, (но его появлению предшествуют суровые средние века. Прежде, однако, чем сказать о них несколько слов, сделаем маленькое отступление).

«Логика» - это ключ к пониманию всей системы Гегеля. Деятельность гегелевского разума безлична, это чисто логический процесс развития идеи, который философ воплотил, и в истории человечества. На сцену выступает знаменитая гегелевская триада — тезис, антитезис, синтез, то есть положение, отрицание и примирение первого со вторым — те три ступени диалектического развития, через которые проходит и абсолютный разум. Гегель делит историю на три крупные части: Восток, классический мир и мир христианско-германский. Первый представляет из себя тезис, второй — его отрицание, третий — отрицание этого отрицания и полное примирение всех противоречий. Эти противоречия: духовное и мирское, конечное и бесконечное. На Востоке разум не сознает своей свободы, подчиняясь деспотизму политическому и религиозному, он «спит», но содержит уже все то, что составляет сущность истории человечества. Это тезис: разум свободен, но он не сознает этой свободы (он молчит в Китае, грезит в Индии, но нет еще стремления выяснить себя, свою сущность). Человек не осознал себя как отдельное существо. Религия уничтожает его личность, поглощая ее в представлении о бесконечном; жизнь задавила его своим религиозно-политическим деспотизмом. Как же может разум сознать свою свободу?

Он должен пройти период отрицания своего прежнего положения. Вместо бесконечного и общего, господствовавшего на Востоке, является господство конечного и индивидуального. Греческие боги — это люди, жизнь человека ограничена землей, каждый грек признает в себе отдельного человека. В государственной жизни господствует партикуляризм. Общее и единое Востока разделилось на тысячи частей. Это — антитезис. Разум уже выяснил себе, что существуют противоречия: конечного и бесконечного, общего и индивидуального. Как примирить их?

Он достигает этого в новой Европе, где личная свобода уживается с требованиями целого, то есть государства, где бесконечное (наши религиозные представления) воплотилось в конечных формах — церкви, где духовное примирилось с мирским и церковь слилась с государством. Разум, по-видимому, вернулся к своему исходному пункту, к тезису; на последней ступени, как и на первой, одинаково нет никаких противоречий, но теперь уже разум стал сознательным и свободным.

Этой своей триадой (Тезис-Антитезис-Синтез), этим движением противоречий Гегель объясняет всю историю как в частях, так и в общем. У него получается очень стройная картина жизни человечества. История вытянута в одну линию, все служит одной цели, повсюду господство непреложного логического закона. Но вместе с тем очевидно, что так рассматривать историю нельзя: объяснение Гегеля произвольно, он берет только те нации, которые ему нужны и на столько времени, на сколько это ему нужно, а затем преспокойно отбрасывает их. О многих народах он совсем не говорит. Для него, например, не существует ни Византии, ни славянства.

Какой смысл его философии истории? В ней господствуют две идеи — идея развития и идея абсолютной обесценености личной человеческой жизни. Первая сближает философию Гегеля с философским движением XIX века вообще, вторая делает ее не особенно симпатичной, чисто фаталистической. Все части, все периоды истории Гегель представляет взаимно друг друга дополняющими. Каждая рассматриваемая эпоха есть необходимая стадия развития разума. Эта стадия предполагает известные политические и общественные формы, известные нравы, верования, убеждения. Стадия проходит и уносит за собой все обусловленное ею. На ее место является другая, логически необходимо вытекающая из первой. И так далее. Гегель все развитие человечества объединяет под принципом прогресса в сознании свободы, в распространении этой свободы на всех. Каждый человек д.б. свободен, должен осознавать свою свободу. Достигло ли человечество такого состояния? Хотя Гегель и говорит иногда, что процесс развития разума бесконечен, однако на поставленный вопрос он отвечал утвердительно. Гегельянцы спрашивали : «Что делать дальше абсолютному разуму, раз он познал себя в философии Гегеля?» Эта философия как для ее автора, так и для его учеников являлась завершением всего умственного движения человечества.

Гегель совершенно игнорирует личное творческое начало в жизни. Все нужно, все полезно, все хорошо не потому, что оно служит человеческому счастью, а самосознанию разума. В гегелевской истории мы не видим ни наций, ни людей; перед нами разум, абсолютное начало жизни и ее абсолютное содержание. Люди — средство; разум пользуется ими для своих целей и с хитростью эксплуатирует их страдания. Такова точка зрения Гегеля и его разума на человеческую жизнь и человеческое счастье. Человек — средство на всем пути развития истории.

Что же такое человеческие идеалы? Для Гегеля никаких человеческих идеалов не существует. Он отрицает их безусловно. Ценность человеческой жизни относительна, а не абсолютна. Абсолютную ценность, то есть такую, которой все должно служить, имеет лишь идея. Идея эта, рассматриваемая как существо, проникнута удивительным самодовольством и даже жестокостью.

Гегель же признавал только прогресс разума, а о человеческой личности и человеческом счастье нисколько не заботился. Представителем разума Гегель считал не личность, а государство. Поэтому-то он и учил, что государство всемогуще, что оно — земной бог и может делать с отдельным человеком все, что ему заблагорассудится.

Чаадаев воспринял учение Гегеля до последней буквы и отнесся к России с безусловным отрицанием.

Рациональная этика

Гегель всегда воспитывал юношество в религии разума. «Жить лишь для свободной истины, никогда не заключать мира с постановлениями, определяющими, что должно думать и что должно чувствовать». «Разум есть высший орган понимания, сама жизнь есть деятельность разума». Всемирная история являлась для него реализацией понятия свободы. Он оправдывал догматы заключенным в них философским содержанием и тем приучал искать в них только философское содержание. Основное требование философии Гегеля было: «Все надо понять, все надо объяснить».

Заключение

Философская система Гегеля грандиозна, она охватывает всё. Она способна подчинить себе даже сильный разум, потому что основана на строгой логике. Она действует успокоительно на нервы, так как проповедует в лучших своих частях — эстетический фатализм, в худших — покорность. Она наполняет человека гордостью, говоря ему, что он лучшее, то есть наиболее сознательное воплощение Всемирного Духа, Вечной, Едино Существующей Идеи, и вместе с тем смирением, так как что же такое мое личное «я», мои желания, прихоти, капризы, даже страдания перед жизнью, перед необходимостью «диалектических моментов»? Эта философия не воодушевит вас для борьбы, она не пропитает идеалом общественного счастья, но дает вам бесконечный источник созерцательного наслаждения. Будь жизнь решением математических, логических и иных тому подобных проблем, можно было бы вместе с гегелианцами сказать: «Все вопросы окончены — остается один: что же будет делать дальше Всемирный Дух, раз он познал себя в философии Гегеля?»

Религия. В юные годы критическое отношение, которое позже заменяется отношением спокойно наблюдающего историка. Религия — факт прежде всего исторический. Как выработался он, какие условия воспитали то и другое религиозное мировоззрение? Как появилось христианство, как сменило оно классическую веру? Гегель не судит, он объясняет. В «Жизни Христа». (1795 год) говорит он: «В древности господствовала государственная идея. Смерть не страшила человека, так как его земной бог — государство — было вечно, по крайней мере в его представлении. Но когда Рим поглотил все отдельные республики, а его эгоистичная политика унизила человека, отняв у него величайшую цель прежней жизни — служение государству и обратив его в раба, страх перед смертью стал преследовать его. Рим был слишком велик, чтобы каждый из его бесчисленных граждан мог смотреть на его жизнь, на его интересы как на свои собственные: древнее маленькое государство, доступное и понятное каждому, исчезло и оставило пустое, ничем не замененное место. В ужасе перед могилой, где теперь действительно уже кончалось все, человек обратил свои глаза к небу и вместо исчезнувшего земного бога-государства стал искать Бога небесного. И благодаря ужасу римского владычества, только та религия могла представиться ему истинной, которая клеймила господствующий дух времени». Это беспристрастный исторический дискурс. Чем дальше, тем взгляды Гегеля консервативнее. С большим уважением он относится к народной религий, считая ее необходимой принадлежностью благоустроенного государства. Ибо «научное знание истины доступно лишь немногим избранным. Религия дает человеку ту же истину, но языком чувства, конкретного образа». Она преимущественно для темной массы, для толпы...

Государство не должно опираться на религию; спорить против гос.законов во имя религиозных воззрений нельзя. Оно обязано защищать религиозную общину, помогать ей и требовать от каждого гражданина принадлежности к какой-нибудь религиозной общине. Религия — дело личное, но Государству принадлежит верховный контроль над всем... Государство — всемогуще. «Оно — земной бог». В нем личность находит высшее свое определение. Государство должно направлять деятельность гражданина. Политический идеал Гегеля — прусское государство 1820—1830 гг. — чиновничье-полицейское.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Гегель Г. В. Ф. Лекции по эстетике. // История эстетики. Памятники мировой эстетической мысли. М. 1959. Т. Стр. 173-201

    Лекции
    Великий немецкий философ Георг Вильгельм Фридрих Гегель является наиболее выдающимся представителем немецкой классической философии, ко­торую Ленин назвал одним из трех источников марксизма.
  2. Рационализм как гносеологическая категория у Гегеля

    Документ
    Георг Вильгельм Фридрих Гегель родился 27 августа 1770 года в квартале Бад-Вюртенберг города Штутгарта в семье юриста. После окончания местной гимназии он поступил на богословский факультет Тюбингенского университета, где два года (1788-1790 г.
  3. Л. Е. Балашов противоречия гегелевской философии москва ● 2006 Балашов Л. Е. Великий Гегель. Противоречия гегелевской философии

    Документ
    Отношение к системе философии должно, следовательно, заключать в себе утвердительную и отрицательную сторону; лишь в том случае, если мы примем во внимание обе эти стороны, мы будем к ней справедливы.
  4. Абсолютизация идеализма у Г. В. Ф. Гегеля

    Лекция
    Жизнь и труды Гегеля. Немецкий философ Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770-1831) создал самую грандиозную и могущественную систему в истории философии, которую он называл абсолютным идеализмом.
  5. Контрольная работа Учение Гегеля о бытии Введение

    Контрольная работа
    Что есть философия? Философия - это скорее мировоззренческая форма сознания. Под мировоззрением можно понимать обобщённую систему взглядов человека (и общества) на мир в целом, на своё место в нём, понимание и оценка человеком смысла

Другие похожие документы..