Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Программа дисциплины'
Требования к студентам: теоретической базой курса являются основы экономической теории, курсы «Экономика фирмы», «Менеджмент», «Маркетинг». Данный ку...полностью>>
'Конкурс'
о территориальном конкурсе научно-исследовательских работ студентов и аспирантов высших учебных заведений по вопросам применения избирательного законо...полностью>>
'Закон'
Организационный отдел создан для организационного обеспечения деятельности Администрации ЗАТО Сибирский, координации действий органов Администрации, ...полностью>>
'Документ'
Про затвердження заключного звіту щодо результатів виконання міської Програми запобігання та реагування на надзвичайні ситуації техногенного і природ...полностью>>

Жорж Максимилианович Габитов Эхо войны. Р. Н. Заппаров Новая книга

Главная > Книга
Сохрани ссылку в одной из сетей:

1

Смотреть полностью

Посвящается 60-летию Победы в Великой Отечественной войне.

Живым и погибшим, давшим эту

Великую Победу.

ЭХО ВОЙНЫ.

Автор и составитель текста

Р.Н.Заппаров

Ижевск, 2005 год.

Издается по инициативе министерства внутренних дел и Совета ветеранов органов внутренних дел Удмуртии и внутренних войск РФ, Удмуртской региональной общественной организации «Центр инвалидов-ветеранов МВД УР «Честь».

Использованы материалы архива МВД Удмуртской Республики, воспоминания и личные архивные материалы ветеранов войны и труда – сотрудников органов внутренних дел.

Рецензенты: - заслуженный работник МВД СССР, бывший заместитель министра внутренних дел Удмуртии в 1973-1985г.г., полковник милиции в отставке Герман Сергеевич Санников,

- заслуженный работник МВД СССР, бывший начальник управления уголовного розыска МВД Удмуртии в 1978-1984г.г., председатель Совета ветеранов органов внутренних дел и внутренних войск Удмуртии, полковник милиции в отставке, Жорж Максимилианович Габитов

Эхо войны. Р.Н.Заппаров

Новая книга, составителем и автором которой является заслуженный работник МВД СССР, бывший заместитель министра внутренних дел Удмуртской Республики, полковник в отставке Р.Н.Заппаров – воспоминания сотрудников органов внутренних дел о боевых схватках на фронтах Великой Отечественной и тревожных буднях милицейских работников в годы войны и послевоенное время.

Адресована широкому кругу читателей.

Слово к ветеранам и молодым сотрудникам.

День 9 Мая – святой всенародный праздник.

Славной победой советского народа над фашисткой Германией 60 лет назад завершилась самая страшная война, которую вела наша страна в двадцатом веке. Но до сих пор в сердцах людей жива признательность к поколению победителей за совершенный ими подвиг.

Российские воины в кровопролитных сражениях Великой Отечественной войны покрыли себя неувядаемой славой. Их мужество и героизм снискали всемирное уважение. Слава русского оружия ковалась в тылу. Самоотверженный трудовой подвиг тружеников тыла позволил армии переломить ход войны и победить врага.

И сегодня мы искренне благодарны всем ветеранам фронта и тыла за эту Победу далекой весны 1945 года.

После окончания войны многие фронтовики влились в сплоченные ряды сотрудников милиции. Их боевой опыт, закаленный в сражениях характер, верность долгу позволили сбить волну послевоенной преступности, вселить в людей веру в торжество Закона и Справедливости.

И сейчас, несмотря на прошедшие годы, их опыт востребован. А ветераны всегда готовы поделиться им с нынешней молодежью. Преемственность и связь поколений всегда отличала работу органов внутренних дел.

Эстафету, принятую от ветеранов Великой Отечественной войны, с честью несут сегодняшние стражи правопорядка. Они достойно стоят на защите интересов нашего народа и государства, оставаясь верными Присяге, чести и высокому званию российского милиционера.

Дорогие ветераны фронта и тыла,

коллеги и друзья !

Желаем всем вам и вашим близким

крепкого здоровья, семейного счастья и благополучия.

С праздником вас !

С Днем Победы !

Министр внутренних дел Удмуртской Республики,

генерал-майор милиции Н.Е.Арзамасцев.

Председатель Совета ветеранов органов внутренних дел

и внутренних войск, полковник в отставке Ж.М.Габитов.

Р.Н.Заппаров.

Большие испытания.

Уважаемый читатель !

Перед тобой юбилейная книга, посвященная знаменательному событию – 60-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне. Подготовлена она ветеранами. В книгу вошли воспоминания фронтовиков и тружеников тыла, посвятивших свою дальнейшую жизнь службе в органах и подразделениях внутренних дел, а также журналистские очерки, архивные и музейные документы о них.

С годами все полнее высвечивается суровое величие огненных лет, смертельная тяжесть отгремевших боев, вся глубина солдатского и трудового подвига.

Ветеранам войны уже далеко за семьдесят. С каждым днем их остается все меньше. И чем ближе роковая черта, тем острее желание поделиться воспоминаниями о пережитом в сороковых пороховых не со сверстниками, а с теми, кому надлежит сохранить веками утвердившиеся традиции верности Отечеству.

Ограниченный объем издания не позволил опубликовать все поступившие ветеранские воспоминания. Жаль, что так получается: честному и скромному человеку, в прошлом отважному и мужественному воину не просто рассказать о своих боевых делах и таких же тревожных буднях на службе в органах внутренних дел. Вроде бы и не совершал автор ничего героического, просто выполнял свой гражданский долг.

Многие авторы ветераны сумели просто, ясно и пронзительно рассказать о том, что же руководило бойцами в бою, тружениками тыла, как в неимоверно трудных условиях военного лихолетья рождались мужественные поступки, отвага и героизм, откуда брались у людей выносливость и терпение, готовность сделать порой невозможное для приближения победы. Рассказы людей правдивы, жизненны, потому что героическое вчера – это их болезненная память.

О Великой Отечественной уже немало написано. Но нет до сих пор главного – нет глубокого, объективного анализа событий, героических поступков советских людей. Но ветераны, увы, все чаще уходят, покидают своих однополчан.

Мирная жизнь начала сороковых годов прошлого века прервалась внезапно. Они, герои нашей книги, жили своей простой жизнью. Они учились и работали на фабриках и заводах, растили хлеб в колхозах, купались в разливах луговых трав и цветов, катались на лодках по озерам, сидели у костра, читали стихи, смеялись, пели.

Каким праздником для души, каким подарком на всю жизнь, стал этот прощальный день 21 июня 1941 года.

Восторженные, полные больших, хоть и неопределенных надежд, они входили в большую жизнь. Они еще не знали, что для многих из них она будет совсем короткой.

Верно, все эти годы в воздухе пахло грозой. В газетах писали о зловещих планах фашисткой Германии. Можно было только догадываться, что не миновать этой грозной войны. Но их, молодых, она, кажется, не очень пугала. Им твердили и они искренне верили – что страна, несомненно, победит в любой войне.

И вот пришла война…

На рассвете 22 июня 1941 года на протяжении всех западных границ Советского Союза загремели орудия, завязалась жестокая битва с черными ордами фашизма. Вероломно, без объявления войны, бронированные армады гитлеровцев вломились в наши города и села, в наши дома… Страна оказалась в огромной опасности.

По призыву партии весь народ встал на защиту Отечества. Все рвались на фронт. В очередях в райкомах комсомола и партийных комитетах, в военкоматах, люди подавали заявления, требуя немедленно отправить их на фронт.

В первый же день войны в адрес одного Ждановского (ныне Ленинского) райкома партии обратилось с заявлениями о немедленной отправке на фронт более пятнадцати тысяч человек. Кто с оружием в руках, а кто у станка, за штурвалом комбайна, ковали победу над злейшим врагом человечества – немецким фашизмом.

Пекло войны захватило многих из них восемнадцати- двадцатилетними. Это были молодые люди, первое поколение выросшее в новой, свободной России.

Размышляя о трагедии и славе этого поколения задумаемся, читатель, где корень этой верности Родине, готовности к подвигу, непоколебимой веры в Победу.

Тридцатые годы с их невиданным энтузиазмом строительства новой жизни, с дерзкой беспредельной верой в свои силы и возможности, с увлеченными занятиями в кружках Осовиахима, со всевозможными нехватками, очередями в магазинах за хлебом, ситцем и керосином – они, на удивление всего мира, и стали прелюдией этого общенародного подвига.

Эшелоны с людьми и техникой рвались скорее туда на фронт, где под натиском могучего врага шло вынужденное отступление, когда лозунг «Ни шагу назад – позади Россия» прозвучал грозным приказом Верховного Главнокомандующего и наказом самой России.

И ревели, задымленные копотью, танки, рвавшиеся в атаку, артиллеристы катили орудия стволами вперед и рвались вперед штурмовые группы, вскидывались в атаку волны пехоты. И погибали бойцы и офицеры в атаке, в рукопашной, при обстреле или бомбежке и воспринималось это как нечто неизбежное: война есть война..

Многие их сверстники пали под свинцовыми ливнями, в дыму и едкой пыли дорог сорок первого и сорок второго годов. Все люди умирают одинаково. Но смерть товарища, идущего рядом с тобой в атаку, всегда кажется нелепостью, будто такие люди неподвластны смерти. Они при жизни стали историей. Это и есть бессмертие, когда человек остается живым в памяти людей. Они пали непобежденными.

Такими они были, не сломленными, с непоколебимой верой в Победу. Сколько же их – наших сверстников, скошенных из автоматов, сгоревших в танках и самолетах, пропавших без вести…

Война бушевала далеко, наша республика оставалась в тылу, но и здесь все работали так, словно фронт был рядом.

С первых дней войны промышленность Удмуртии полностью переключилась на выполнение военных заказов. Республика стала крупнейшим центром производства стрелкового вооружения. Не хватало производственных площадей, оборудования, топлива, электроэнергии, рабочих. В республику прибывали эвакуированные заводы из прифронтовых районов. Надо было разместить их, обеспечить рабочей силой.

Пять мобилизаций провел тогда Удмуртский Обком комсомола. По путевкам комсомольских организаций на заводы, транспорт и строительство пришло почти тридцать тысяч юношей и девушек. На ряде предприятий число молодых рабочих составляло почти девяносто процентов от всего состава.

Война явилась суровым испытанием для ижевчан. На их плечи легла ответственная задача – вооружить Красную Армию стрелковым оружием. Надо было принять эшелоны, технику, разместить людей и срочно развернуть эвакуированные заводы.

Коллективы Ижевских машиностроителей уже к концу первого года войны увеличили выпуск винтовок в пять раз и ежесуточно оснащали ими одну стрелковую дивизию. Потом началось производство авиационных пушек и авиационных пулеметов Березина.

На одном из городских пустырей в специально построенных временных деревянных корпусах началось производство противотанковых ружей. Полуголодные мальчишки и девчонки, недостающие до станков, на деревянных подставках, женщины и старики, под открытым небом, по две смены кряду выпускали мины и гранаты, оружейные детали, готовили оснастку для выпуска новых видов вооружения.

Все были на казарменном положении. Старшие и сменные мастера, технологи и наладчики не имели права без письменного разрешения уходить домой, даже поспать. Многие рабочие ведущих профессий по неделе и более не выходили из цехов. Коммунисты были в авангарде, были там, где трудно. Когда создавались большие трудности, партийные комитеты мобилизовали коммунистов и комсомольцев. Было трудно с дровами и более сотни молодых ехали на погрузку дров для завода и месяцами работали там, снабжая завод топливом.

Коллективы металлургов, преодолевая немалые трудности, вызванные войной, варили высококачественную сталь, обеспечивали штамповками, поковками, столь необходимыми для выпуска танков, самолетов, орудий, автоматов и снарядов.

Всего за годы войны в республике было произведено 12 миллионов единиц стрелкового оружия. 350 тысяч авиационных и станковых пулеметов, противотанковых ружей.

Трудная доля выпала в эти годы на селян. Мужики ушли воевать. Вместе с ними ушло на фронт более пятнадцати тысяч парней. В деревнях остались одни женщины, старики, инвалиды и подростки. Они заменили на тракторах, комбайнах своих взрослых отцов и братьев. Лошади из деревень, как и люди, были мобилизованы и отправлены на фронт.

Селяне, сами полуголодные, собирая хлебное зерно по колоску, не доедая, снабжали фронт хлебом, мясом, маслом, шерстью, по рублю собирая на строительство танков и самолетов, из хламья собирая запасные части к сельхозтехнике и делали невозможное, чтобы вовремя посеять и собрать урожай.

Нельзя не вспомнить о героизме сельских комсомольцев и молодежи на строительстве железной дороги Ижевск – Балезино. Всякий, кому довелось проехать по этой дороге от столицы республики до Балезино, восхищается красотой наших краев. Пересекая приуральские отроги, покрытые березами и ельниками, дорога бежит то по высокой насыпи, то ныряет в карьеры гор. И не каждый пассажир знает, что эти километровые насыпи и скрытые горы – сделаны в тревожном 1943 году руками шестнадцатилетних подростков, собранных со всех краев республики. Именно руками, вручную, лопатами и носилками, выполнялись все работы, летом, осенью и зимой. Одних земляных работ молодежь вручную перетаскала три миллиона кубометров, зимой прорубила в лесу восьмидесятикилометровую трассу, подвезла десять тысяч кубометров лесоматериалов, возвела 166 мостов и других сооружений.

По склонам искусственно срытых или насыпанных гор выбегают навстречу молодые леса, выросшие за эти полвека. На Кекоранском обходе поезд всегда замедляет ход, как бы давая возможность пассажиру вспомнить эти тачки, лопаты и носилки, натруженные руки молодых строителей.

Вспомни и ты о них, когда будешь проезжать по этой дороге подвига.

Славные страницы вписали в историю Великой Отечественной войны работники органов внутренних дел. На полях боев под Москвой и Ленинградом, в снегах Заполярья, на берегах Волги и Днепра – на многих фронтах рядом с воинами Красной Армии сражались милицейские и другие подразделения органов внутренних дел. Среди них были и авторы этих воспоминаний.

Части внутренних войск, милицейские отряды очищали тыл от шпионов и диверсантов, охраняли оборонные объекты, тушили пожары.

Наряду со строевыми частями, на территории Удмуртии органами НКВД формировались партизанские отряды, перебрасывавшиеся за линию фронта для борьбы с оккупантами.

Сотрудники органов внутренних дел республики вместе со всем советским народом воевали на передовой и в партизанских отрядах, боролись с диверсантами и дезертирами в тылу.

183 сотрудника из подразделений МВД в первые же месяцы ушли на фронт, а всего за годы войны ушло на фронт 518 сотрудников НКВД республики. В некоторых горрайорганах было мобилизовано до половины штатного состава, оставшиеся в тылу боролись с преступниками, искали дезертиров, строили военные аэродромы, погибали под бандитскими пулями.

Многие сражавшиеся на фронтах работники милиции награждены орденами и медалями. Командир отделения Ижевской милиции П.З.Субботин удостоен звания Героя Советского Союза, а участковый уполномоченный Красногорского райотдела НКВД С.Г.Пряженников награжден орденами Славы трех степеней. За подвиги на фронте орденами Боевого Красного Знамени награждены и авторы этих воспоминаний – Сергей Иванович Мазаев, Николай Ефимович Саранчев, Петр Трофимович Пчельников.

Славной страницей Удмуртской милиции в годы войны стало участие в строительстве десяти полевых аэродромов в Ижевске и крупных райцентрах. Управление аэродромного строительства возглавлял заместитель наркома внутренних дел республики В.П.Попченко.

Аэродромы строились по заданию Государственного Комитета Обороны СССР. Предстояло выполнить огромный объем работ.

Постановлением Обкома партии и Совнаркома республики на строительство были мобилизовано около тридцати тысяч людей и почти 14 тысяч конных подвод. Начальники горрайорганов НКВД назначались уполномоченными НКВД республики на строящихся в районе этих объектов. На органы НКВД была возложена и ответственность за содержанием аэродромов. В зимнее время для расчистки Ижевского аэродрома от снега привлекались более одной тысячи рабочих и по шестьсот-восемьсот подвод ежедневно.

Многие участники сражений на фронтах, сменив опаленные войной фронтовые шинели, вступали и в годы войны и в послевоенное время в непримиримую борьбу с преступниками, чтобы быстрее преодолеть лихолетье послевоенной разрухи.

Пройдут годы и десятилетия, а наши потомки снова и снова будут пытливо всматриваться в лицо этого необыкновенного поколения, его короткое житье-бытье и подвиг.

С тех страшных грозовых лет минуло шестьдесят лет, а война так и не отстает от них, крепко держит, обжигает каждого из них своим горячим дыханием.

Память о победном сорок пятом и сегодня объединяет их, дает совершенно особое ощущение правды и силы, веру в лучшее будущее.

Сегодня ветераны Великой Отечественной со всей масштабностью и основательностью, с высоты прожитых лет осмысливают всю нечеловеческую проверку огнем и голодом, испытания на прочность и выносливость, которую прошли Советское государство, его армия и народ.

До сих пор не утихают дискуссии о характере минувшей войны, о ее приобретениях и потерях. Конечно, поводом для кривотолков и коньюктурных спекуляций служат все еще сохраняющиеся белые пятна в ее истории. Вот почему важно внимательно прочесть каждое воспоминание воина, осмыслить его, сердцем почувствовать и понять обстановку того времени, понять что помогло им выдержать натиск фашистских агрессоров, натиск колоссальной силы.

Никогда ни одно государство не подвергалось такому испытанию. Они схватились с фашизмом, когда почти вся Европа была повержена. Советский Союз оставался тогда последней надеждой для многих людей и наций. Мир затаил дыхание в 1941 году: выстоит, или фашисты и тут возьмут верх ?

Победив, наша армия не только изгнала захватчиков со своей земли, но и освободила от фашизма Европу. Как же все это могло произойти, откуда взялись у нас такие силы и резервы ? На эти вопросы отвечают в книге ветераны войны – бывшие сотрудники органов внутренних дел Удмуртии. Они выстояли потому, что наши люди оказались душевно крепче и выше захватчиков. Они в годы войны испытали величайший нравственный взлет, проявили могучую силу патриотизма.

Вспомни, читатель, лучшие фильмы об этой войне: «Баллада о солдате» с Владимиром Ивашовым, «Летят журавли» с Алексеем Баталовым, «Судьба человека» с Сергеем Бондарчуком, «А зори здесь тихие» с милыми девчушками и Андреем Мартыновым, современный отличный фильм «Штрафбат» - эти фильмы и сейчас невозможно смотреть без подступающих комков в горле и слез на глазах. В них наиболее полно раскрыты истоки патриотизма и суть подвига, свершенного обычными советскими людьми.

Молодому поколению надо знать всю правду о войне, ценить ее опыт и уроки. Прислушайтесь, пожалуйста, к искреннему голосу ветеранов войны, проникнитесь их болью, попробуйте понять истоки массового героизма фронтовиков и тружеников военного тыла.

Война - не только трагедия, всенародное горе, бедствие, многочисленные жертвы и разрушения, это и героическая пора, когда во всей полноте проявилось величие духа защитников Родины и тружеников тыла.

Долгие военные годы труженики тыла работали на пределе возможностей, зачастую без сна и отдыха, сутками находясь на производстве. Шли на лишения и жертвы сознательно, отдавая все силы для Победы. Все это было реальным, живым проявлением патриотизма.

В рассказах ветеранов трудового фронта запечатлена лишь частичка того, что совершили наши матери и сестры, подростки и старики в то грозное лихолетье. Получая скудный паек, они сутками трудились без выходных и отпусков. Уральский тыл кормил, одевал армию, давал ей всё необходимое: пушки, танки, самолеты, автоматы, снаряды и многое другое для разгрома врага. Линия фронта проходила и по заводам, цехам, колхозам, а точнее сказать – по сердцам советских людей. Фронт и тыл были едины. Это и стало одним из важнейших условий нашей Победы. Это было время единения и родства душ, ощущения общности судеб.

А дети военных лет ! А вдовы ! А многострадальные матери, кому довелось пережить своих сыновей и дочерей ! Какой тяжелый крест несли они безропотно всю жизнь. Работали от темна до темна. В одиночку поднимали на ноги детей. Помогали вырастить внуков, потом нянчились и с правнуками. Уже многих из них нет с нами…А сколько горьких слез пролили солдатские вдовы и их дети, росшие без отцов. Сердце и разум обязаны все это помнить.

Они победили в этой тяжелейшей войне, длившейся 1418 дней и ночей. Победили, отдав за это двадцать пять миллионов человеческих жизней. Если немцы смогли дойти только до московских предместий, то они вошли в Берлин и водрузили над рейхстагом свой алый Победный стяг.

Время не имеет власти над величием всего того, что пережили они в войну. Это было необычайно трудное, но и очень славное время. Верно говорится, что человек, переживший однажды большие испытания и победивший, будет всю жизнь потом черпать силы в этой победе. Совесть у них чиста. Потомки не упрекнут их в равнодушии к их жребию.

Война отняла у многих из нас родных и близких. Но никто не в силах отнять память о тех, кто ценою жизни отстоял свою Родину, ее свободу, нашу с вами, читатель, жизнь.

Р.Н.Заппаров

Почетный ветеран Удмуртской Республики.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Воробьев

  2. Имя, отчество: Иван Петрович

  3. Год рождения: 1921 год.

  4. Служба в Советской Армии, органах НКВД-МВД,

1940 – 1942 г.г. красноармеец 92 погранотряда,

1943 – 1948 г.г. оперуполномоченный отдела контрразведки «Смерш»,

1948 –1952 г.г. оперуполномоченный отдела контрразведки 78 и 19 погранотрядов,

1952 – 1963 г.г.- старший оперуполномоченный МВД УАССР,

1963 – 1970 г.г. старший оперуполномоченный ОИТУ МВД УАССР,

1970 – 1972 г.г. – начальник оперативно-режимного отделения ОИТУ МВД УАССР,

1972 – 1980 г.г. – начальник следственного изолятора № 1 в г. Ижевске.

Полковник внутренней службы награжден медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», был дважды ранен.

Иван Петрович ушел из жизни в 1988 году.

Р.Н.Заппаров

Они первыми вступили в бой.

Передо мной лежит фотография молодого еще Ивана Петровича Воробьева. Фотограф старательно засвидетельствовал в ней 16 марта 1941 года его рядового в буденовке с красной звездой, в длиннополой шинели, перепоясанной широким армейским ремнем, на портупее висит кобура с пистолетом.

Его призвали на службу 18 сентября 1940 года пулеметчиком 92 погранотряда Львовского пограничного округа в город Перемышль. Перемышльский отряд охранял 215 километров границы по реке Сан. Отряд состоял тогда из пяти комендатур, двадцати одной линейной и пяти резервных застав, маневренной группы и подразделений обслуживания.

Иван Петрович оказался в составе 14 заставы четвертой комендатуры этого отряда в числе 23 парней, призванных из Удмуртии. Штаб отряда располагался в Перемышле, древнем славянском городе на перекрестке важных железнодорожных магистралей. Посредине этого города протекает река Сан, которая берет начало в предгорьях Карпат.

После воссоединения украинских и белорусских земель осенью 1939 года граница между Польшей и Советским Союзом прошла по этой реке. Южная часть города была советской, а в Засанье, в северной ее части, уже хозяйничали фашисты. С этого времени западная граница СССР не знала покоя. И хотя советская сторона не хотела давать повода для развязывания войны, подготовка к отражению нападения значительно активизировалась. По плану прикрытия этих рубежей на случай войны гарнизону Перемышльского укрепрайона должна была помогать 99-я стрелковая дивизия. Передний край обороны этой дивизии, шириной до пятидесяти километров от Родымно до Ольшан проходил вдоль изгиба реки Сан.

Тогда в районе Перемышля создавался новый укрепрайон, строились долговременные сооружения. Ближе к концу 1939 года, когда установилась новая граница, 99-я стрелковая дивизия начала прокладывать свою полосу обороны. Работы велись почти круглый год. С самого начала 1941 года обстановка на границе стала резко осложняться.

Тревожная обстановка заставила ввести в мае этого года круглосуточное наблюдение за границей. Стрелковая дивизия на ряде участков позиций также держала постоянные гарнизоны. Для усиления пограничных застав ежедневно выделялось до взвода бойцов.

Противник активизировал диверсионно-разведывательную деятельность. Незадолго до 22 июня бойцы четвертой комендатуры погранотряда уничтожили несколько диверсионных групп. Было задержано около трехсот нарушителей государственной границы.

В первой декаде июня недалеко от Перемышля пограничный отряд обнаружил кабель, проложенный под водой в реке Сан на нашу сторону, с целью подслушивания телефонных разговоров. В черте города и вдоль реки немцы, даже не маскируясь, строили укрепления, огневые позиции. Численность их войск на этом участке значительно увеличилась.

Из истории войны мы уже знаем, что в середине июня 1941 года соединения группы Армий «Юг» заняли исходные рубежи в непосредственной близости от границы.

Начальник погранотряда подполковник Я.И.Тарутин в середине июня приказал группе работников штаба отправиться на заставы. Надо было принять меры к усилению их боеготовности.

Рано утром, в воскресенье, 22 июня, на пограничный отряд обрушился мощный артиллерийский огонь, налетели самолеты. Нарушилась телефонная связь, вышла из строя рация. Из офицеров штаба и обслуживающего персонала сразу же создали роту. Ее командиру старшему лейтенанту Г.С.Поливоде было приказано совместно с 14 заставой и штабом 4-й комендатуры оборонять железнодорожный мост, городскую электростанцию и вокзал. Штаб, спустившись в подвал, продолжал руководить боевыми действиями.

А на границе шли отчаянные бои.

В книге С.П.Зубарева «Принявшие первый удар» рассказывается о ратных подвигах воинов-пограничников из Удмуртии. В ней приведены воспоминания самого Ивана Петровича Воробьева о том, как начинались бои на участке 4-й комендатуры.

Привожу их дословно из книги:

«Около двух часов я вернулся с охраны государственной границы. Почистил оружие и лег спать.

Через некоторое время услышал голос дежурного офицера по заставе политрука М.З.Скрылева: «Застава, в ружье … Германия начала войну. Будем биться с врагом…»

Немцы обстреливали заставы и город. С участка нашей заставы то и дело раздавались звонки. Скрылев по телефону отдавал распоряжения занять окопы, блокгаузы, доты.

Прибыл начальник заставы лейтенант А.Н.Патарыкин. Он организовал оборону участка. Наш участок был довольно большой – протяженностью 4220 метров. Застава располагалась на улице Бандурского, недалеко от железнодорожного моста через реку Сан.

Отдельные группы немцев, переправившиеся через реку, были отброшены назад и частично уничтожены. Ширина Сана у Перемышля составляла всего шестьдесят-семьдесят метров, а глубина – от одного до полутора метров. Поэтому ее форсирование не представляло для врага большой трудности и помешать этому могло только стойкое сопротивление наших бойцов.

После первой бомбежки началась артиллерийская подготовка. Продолжалась она около двух часов. Затем гитлеровцы перешли в наступление на Перемышль. В районе мясокомбината они пытались отдельными группами переправиться через реку, но были встречены огнем из станкового пулемета, винтовок и гранатами. Гитлеровцы отошли.

Вскоре они возобновили артиллерийский обстрел Перемышля. Вслед за этим завязалось упорное сражение у моста и электростанции, в районе мясокомбината и городского парка.

Советскую часть моста охраняло подразделение железнодорожных войск НКВД. Оно также включилось в бой. К шести часам утра сюда прибыла группа пограничников во главе с помощником начальника 14-й заставы лейтенантом П.С.Нечаевым. Она заняла оборону у железнодорожного моста. Вторая группа, в которой был и я, спустилась в окопы. Мы сразу же открыли интенсивный огонь. Старались не дать немцам возможность подойти к мосту. Фашисты начали обстрел наших окопов. Потом ринулись две роты немецких солдат. Они дошли до середины моста. Когда им осталось пройти метров двадцать пять, П.С.Нечаев швырнул в них связку гранат и скомандовал:

- Огонь по фашистам !

Мы открыли яростный огонь. Шагая через убитых, к мосту рвались новые цепи гитлеровцев. Бойцы несколько раз отбрасывали их назад.

Со своего берега немцы стреляли из минометов. Казалось, все окопы разрушены, завалены землей. Но когда противник бросился в новую атаку, наш шквальный огонь заставил его отступить. П.С.Нечаев умело руководил боем. Мы с полуслова понимали его команды и выполняли их добросовестно».

Тут его рассказ прерывается.

Бой за железнодорожный мост длился почти десять часов. Только приказ начальника отряда заставил пограничников отойти на новые рубежи. С болью в сердце покидали бойцы Перемышль. К 18 часам штаб отряда расположился в лесу, в двадцати километрах от города.

В 19 часов перед подполковником Я.И.Тарутиным была поставлена новая задача. Ему было приказано в ночь с 22 на 23 июня вместе с противотанковой батареей и пулеметной ротой стрелковой дивизии атаковать противника и выбить его из города. Утром 23 июня силы направились к юго-восточной окраине города.

Перед наступавшими на возвышенности и на окраине города стояли два батальона фашистской пехоты и не менее двух минометных батарей. Пошла вперед рота наших автоматчиков. Пограничники наступали на центральную часть города. Разгромив огневые точки немцев, автоматчики ворвались в Перемышль. Рота пограничников, прикрывающая сводный батальон вступила в бой с двумя ротами вражеских автоматчиков. На помощь пограничникам прибыло отделение пулеметчиков. В бой вступил и вооруженный отряд партийного актива города. Более девяти часов сражался сводный батальон. Немцы цеплялись буквально за каждый дом. Но под натиском, оставляя убитых, они в беспорядке отошли за реку. К 17 часам этого дня Перемышль был освобожден полностью. Город удерживался до второй половины 27 июня. Это позволило вывезти семьи офицеров, отделение Госбанка с его ценностями, все военное имущество.

Бои у Перемышля продолжались и позднее. И лишь когда возникла угроза полного окружения, был отдан приказ - отходить на город Гусятин, прикрывая отход частей 99-й стрелковой дивизии. Иван Петрович был ранен в ногу, но в госпиталь не поехал, продолжал воевать.

Через несколько дней отряд отступил на восток, а 8 июля автоколонной и частично поездом передвинулся в Житомир. Потом с боями отступали, попадали в окружение и выходили из него. В конце сентября пробрались в город Белгород, где из остатков 92-го и 94-го погранотрядов был сформирован 92 погранполк НКВД.

Но вскоре и Белгород пришлось оставить .Штаб погранполка переместился в город Короча Курской области. К этому времени линия фронта более или менее стабилизировалась.

В декабре 1941 года из числа добровольцев погранполка был сформирован истребительский отряд в сто двадцать человек. Командовал им капитан Бурцев. В составе отряда был и Иван Петрович. Перед отрядом была поставлена задача в тылу противника оседлать шоссейную дорогу южнее города Обоянь. Она связывала крупные города Харьков, Белгород, Обоянь, Курск, Орел и немцы подтягивали через нее свои резервы для наступления наМоскву.

Заняв рубеж, отряд приступил к выполнению задания. Взорвали несколько мостов, обстреляли колонну немецких автомашин. Технику подожгли, живую силу уничтожили. Одновременно обрезали телефонные провода, подслушивали разговоры штабных работников. Здесь Иван Петрович был ранен вторично. Три дня занимали они этот рубеж, создав панику в тылу врага.

Выполнив задание, отряд организованно отошел в сторону фронта к своим частям.

В мае 1942 года Иван Петрович был переведен в штаб охраны тыла Воронежского фронта, а с марта 1943 года его взяли оперработником отдела контрразведки МВД «Смерш» 128 Погранполка. Полк охранял тылы Воронежского, а затем Юго-Западного фронтов.

За год до окончания войны, в мае 1944 года, он был назначен оперуполномоченным отдела контрразведки МВД 20 погранотряда Молдавского пограничного округа в городе Бельцы.

Уже после войны он служил в этих же органах контрразведки в Одессе, а затем в Симферополе.

В 1952 году Иван Петрович Воробьев перевелся в министерство внутренних дел Удмуртской Республики.

Ко времени моего прибытия на службу в МВД республики Иван Петрович исполнял обязанности начальника оперативно-режимного отделения ОИТУ. Хотя после окончания высшей школы МВД к нам прибыл А.С.Закиров. Аркадий Иосифович Айзикович – мой заместитель по оперативно-режимной работе, попросил оставить его на должности старшего оперуполномоченного в ОИТУ, а начальником отделения был утвержден Иван Петрович.

Спустя непродолжительное время, в начале 1972 года Ивана Петровича назначили начальником следственного изолятора № 1 в городе Ижевске, а на его место пришел из милиции А.Ф.Берсенев.

В октябре 1973 года Иван Петрович попросил Асада Саиповича Закирова поработать его заместителем по оперативно-режимной работе. Однако в марте 1974 года обстановка в колониях и особенно в Можгинской ВТК сильно обострилась и министр Иван Артемьевич Желнов назначил Асада Саиповича начальником оперативно-режимного отделения ОИТУ. А Иван Петрович проработал начальником следственного изолятора до марта 1980 года.

Подразделение это специфичное. Основная задача его сводилась к организации размещения, питания и изоляции арестованных.

Конечно, одним из важных вопросов всегда оставалась оперативная работа среди контингента. Но главнейшей задачей всего коллектива всегда было и будет – обеспечение надежной охраны арестованных.

Иван Петрович уделял много внимания этим вопросам. Пришлось в условиях безденежья переделать весь периметр подразделения, построить постовые вышки, переоборудовать всю систему охранных сооружений с установкой современных инженерно-технических средств охраны.

Постоянный перелимит контингента заставил в срочном порядке расширить камерную площадь. Для этого был построен новый режимный корпус для содержания в нем до двухсот арестованных. Было начато строительство корпуса медико-санитарной части изолятора, построен и переоборудован новый пищеблок.

Очень сложно было с комплектованием контролерского состава охраны. При мизерной заработной плате люди не выдерживали всей этой тюремной системы и проработав небольшое время уходили на предприятия города. Приходилось комплектовать контролеров в основном за счет женщин и молодых парней из села. Но основной силой в охране были женщины – контролеры. В связи с постоянным некомплектом контролерского состава пришлось привлекать на охрану даже осужденных, оставляемых в изоляторе для хозяйственного обслуживания. Хозобслуга стояла даже на постах.

Сильно усложняло работу конвоирование и этапирование осужденных вагонзаками. Тогда еще не было подразделений конвоирования и всю эту, очень тяжелую и опасную работу, осуществляли сотрудники следственного изолятора.

В марте 1980 года после напряженного телефонного разговора с министром Иваном Артемьевичем Желновым Иван Петрович был уволен на пенсию.

Последние годы жизни он не работал, часто бывал в этом подразделении и вместе с другими ветеранами оказывал всяческую помощь в воспитании молодых сотрудников.

Иван Петрович Воробьев, посвятивший свою жизнь оперативной работе, как и многие другие фронтовики, служившие в МВД, внес заметный вклад в работу органов и подразделений министерства внутренних дел республики.

Справочная карточка именной картотеки.

1

Фото

. Фамилия: Капленко

2. Имя, отчество: Иван Корнеевич

3. Год рождения: 16 июля 1919 года.

4. Партийность: член КПСС с сентября месяца 1942 года.

5. Служба в Советской Армии, в войсках НКВД МВД и в органах внутренних дел: в 1937 году вступил в Красную Армию, в 1939 году окончил Томское артиллерийское училище, в 1945 году курсы при Куйбышевской школе НКВД СССР, в 1951 году Удмуртский государственный институт (экстерном), 1952 окончил Высшую офицерскую школу МВД СССР (заочно).

Первое боевое крещение получил в 1939 г. на Халхин Горе; в декабре 1939 г. участвовал в формировании дивизии в Тюмени и в Ижевске. В 1942 году назначен командиром дивизиона 775 артполка 243 СД Калининского фронта. В марте 1942 г. назначен командиром дивизиона 231 отдельного истребительского противотанкового дивизиона Сталинградского и Волховского фронтов; 22 января 1943 г. получил сквозное пулевое ранение и шесть месяцев пролежал в госпитале. Службу в органах МВД Удмуртской Республики начал в июле 1943 г. оперуполномоченным отдела кадров МВД УАССР, а с января 1944 г. оперуполномоченным контрразведки «Смерш» Воткинского горотдела НКВД УАССР. С декабря 1944 г. по апрель 1948 г. работал начальником Мало-Пургинского райотдела НКВД УАССР. В апреле 1948 г. был назначен зам. начальника отдела кадров МВД УАССР, а с июля 1953 г. начальником секретариата МВД УАССР. В декабре 1954 г. был назначен заместителем начальника управления милиции. С 1957 по 1968 г.г. начальником спец.отдела МВД УАССР, с 1968 по 1974 г.г. начальником оргинспекторского отдела, с 1971 г. переименованного в штаб МВД УР, с 1974 г. по 1982 г. работал начальником информационного центра МВД УР, в 1983 г. уволен по болезни, с мая 1985 г. работал начальником адресного бюро МВД УР.

6. Краткие сведения о наградах: орден «Красной Звезды», Орден Отечественной войны 1 степени, медаль «За боевые заслуги», медаль-ордена «За службу Отечеству» 2-й степени, медали «За оборону Ленинграда и Сталинграда», «За победу в ВОВ», медаль «За доблестный труд», двадцать юбилейных медалей, награжден знаком «Заслуженный работник МВД СССР». Полковник внутренней службы.

Р.Н.Заппаров.

Слово о друге.

Иван Корнеевич Капленко произвел на меня неизгладимое, на всю жизнь, впечатление.

Я встретился с ним впервые на Первомайской демонстрации в 1969 году. Он был в форме полковника внутренней службы, со всеми боевыми наградами. Высокий, статный, но стройный и подтянутый он выглядел боевым офицером. Его высокий лоб умного человека, на чуть вытянутом лице, со следами ранения в области челюсти, почему-то вызвал во мне ассоциацию схожести его с комсомольским писателем Николаем Островским. Мы все воспитывались в детстве на примере героя его книги «Как закалялась сталь» Павки Корчагина. И на всю жизнь Иван Корнеевич остался у меня в памяти Павкой Корчагиным.

Я пришел в органы внутренних дел в январе 1971 года. Иван Корнеевич в это время работал начальником штаба МВД республики. Наши кабинеты были напротив друг друга, с одной приемной.

Он, как настоящий офицер, не очень рассказывал о своей жизни и, тем более, как воевал. Со временем я узнал, что он окончил Томское артиллерийское училище, еще в конце тридцатых годов принял боевое крещение на реке Халхин Гол, сражался с фашистскими захватчиками на Калининском, Волховском фронтах, под Сталинградом. За первые три недели войны он испытал весь ужас отступления, отчаянье всеобщей неразберихи, народного бедствия, беспомощность штабов и бесприютность солдата. Чудом избежал окружения. В январе 1943 года был тяжело ранен и после длительного лечения в госпиталях демобилизовался.

В удмуртскую милицию он пришел в июле 1943 года. Начав оперуполномоченным отдела кадров, он четыре года работал начальником Мало-Пургинского РОВД, поднялся по лестницам службы до заместителя начальника Управления милиции и начальника штаба министерства.

Он отличался несуетливой основательностью и логичностью. Основательность у него была во всем – и в постановке служебных вопросов и в решении судеб сотрудников. И еще – он был очень внимателен к людям. Любой человек, встретившийся с ним по службе, был для него уважаемым. В каждом из них, в том числе и в проштрафившемся, он находил наиболее характерное, лучшее и всегда подчеркивал это.

Мы его друзья – Герман Сергеевич Санников, Сергей Андреевич Божедомов, Жорж Максимилианович Габитов и я, очень дорожили его мнением.

Офицер высочайшей эрудиции, профессионал штабной работы и высокой штабной культуры, он отличался исключительной, я бы назвал ее легендарной памятью. На любой, даже внезапно заданный вопрос, о датах работы министров внутренних дел страны и республики, руководителей управлений и отделов, он с ходу, даже не задумываясь, давал точный ответ.

Он был великолепным аналитиком процессов, происходящих в республике, прекрасно знал статистику преступлений. Штаб – это мозговой центр министерства. В великолепной четверке самых умных, квалифицированных сотрудников в составе Вениамина Николаевича Задорина, Сергея Андреевича Божедомова, а позднее и Германа Сергеевича Санникова, он был, пожалуй, самым мозговитым. Все наиболее важные доклады, отчеты в Центр, в Обком и правительство республики, основные приказы по направлениям работы служб министерства при всех министрах готовились этим мозговым центром.

Зная о его необыкновенных способностях и его памяти мы, его друзья, настояли на том, чтобы он сел и написал свою книгу об истории Удмуртской милиции. Он написал великолепную, очень ценную книгу «На переломе», которую сегодня используют в работе и практические работники и, особенно, слушатели учебных заведений системы МВД. Жаль, что он не увидел свою книгу.

Он был принципиальным, но в то же время очень человечным и справедливым руководителем. Бывало и припугнет кого-то за несвоевременное исполнение отдельного отчета, но никогда не вынесет это на обозрение, не подставит своего товарища.

Он остался в памяти нас, знавших его многие годы, принципиальным коммунистом, добрым наставником и надежным другом.

Иван Корнеевич умер 26 февраля 2003 года после продолжительной болезни.

И.К.Капленко

Трагические дни сорок первого.

Перед Великой Отечественной войной я служил в 98 стрелковой дивизии, командиром 2-й батареи 155 гаубичного артиллерийского полка в городе Ижевске.

Май 1941 года. Из Ижевска мы выехали в летние лагеря на станцию Шолья Камбарского района. Лагерь строили сами, выехали туда впервые. Надо было обустраиваться, строить жилье, служебные и хозяйственные помещения, а пока разместились в палатках. Места живописные – сосновый бор, невдалеке река Кама, рядом железнодорожная станция и поселок.

Началась боевая учеба, знакомство с пополнением, прибывшим на 40 дневные сборы из запаса, в основном из городов и районов Удмуртии. Прибывшие составляли не менее 40 процентов общей численности подразделений. Прибытие их благотворно сказывалось на дисциплине и порядке в подразделениях. Эти люди, как правило, имели значительный житейский опыт и ответственно относились к делу. Но, нашим мирным планам не суждено было сбыться. Последовал приказ частям дивизии готовиться к участию в крупных маневрах на территории западных районов страны. 15-17 июня мы уже погрузились в эшелоны на станции Щолья и выехали на запад. У всех на устах: куда едем, зачем и надолго ли ? Осталась позади Казань, эшелоны идут в сторону Москвы, но следует поворот на север и наш путь, минуя Москву, пролегает по территориям Горьковской, Ивановской, Ярославской, Калининской областей.

Воскресенье, 22 июня. Эшелон стоит на станции Максатиха Калининской области. От станции медленно отходит эшелон, видимо с призванными из запаса на сборы. На перроне огромная толпа женщин разных возрастов, в основном крестьянок, стоит сплошной многоголосый плач, некоторые бегут за эшелоном, что-то кричат вдогонку, осеняют крестом. Вероятно, женские сердца уже чувствовали, что надвигается большая беда, что многих своих родных и близких они видят в последний раз. Эта тягостная картина проводов осталась в памяти на всю жизнь – уходящий эшелон и бегущие за ним плачущие простые русские женщины.

12 часов, стоим на какой-то станции, слушаем выступление по радио В.М.Молотова о начавшейся войне. Продолжаем следовать на запад, принимаются меры маскировки эшелонов и усилению наблюдения за воздухом. Началось обсуждение правительственного сообщения, высказывались различные предположения о предстоящих боевых действиях, где и когда мы вступим в бой, насколько к этому готовы, понимая, что нам многого не хватает, особенно средств связи. Вызвало озабоченность и то, что наши тяжелые гаубицы на конной тяге.

В ночь на 23 июня выгрузились на станции Дретунь, в 60 километрах юго-восточнее города Полоцка и к утру расположились в недальнем лесу, на территории Дретуньских военных лагерей. Там же сосредоточивались и другие части дивизии.

Командование полка было занято тем, чтобы быстрее привести подразделения в боевую готовность и подготовиться к маршу. Забот хватало и нам. Получали боеприпасы, продовольствие, медикаменты, топографические карты, полевые книжки, другие документы, но всех беспокоило отсутствие информации о положении на фронте. Появились различные слухи – о десантах, о фашистах, переодетых в красноармейскую и милицейскую форму одежды, что в лесу, вблизи лагеря якобы неизвестные лица пускали ракеты и наводили вражеские самолеты на цели, хотя в эти сутки мы не видели ни ракет, ни немецких самолетов. Один из политработников, например, рассказывал нам, что в расположении частей, на верхушке дерева, обнаружено специально установленное зеркало, которое якобы отражало солнечные лучи и этим блеском подавались сигналы самолетам, но, когда мы настояли, чтобы он показал это зеркало, то оказалось, что между сучьями полусухой сосны торчал небольшой, грязный осколок обыкновенного стекла и никаких отражений он дать не мог.

Уже второй день шла война и когда не поступало необходимой информации – появление слухов и домыслов вполне оправдано. В районе расположения частей задерживали посторонних граждан, проверяли их, некоторых отправляли в особый отдел. Не знаю, были ли они фашистскими лазутчиками или случайно здесь оказались, но все это будоражило наших людей.

К вечеру 24 июня получен приказ о выдвижении на линию обороны по реке Западная Двина, на бывшей границе с Польшей, до сентября 1939 года. Выступаем вечером, идем и ночью, впереди нас стрелковые части. Дорога, большей частью, очень тяжелая, пески, лишь ближе к границе попадаются участки, выложенные камнем. Стоит жара, невыносимый зной, печет солнце. На коротких остановках для отдыха, принятия пищи и кормления лошадей, стараемся расположиться в придорожных лесах. В артиллерийских упряжках, в основном обыкновенные обозные лошади и шестерки их еле тянут тяжелые 122 мм, гаубицы. Люди и лошади изнемогают от жары.

Кое-где в придорожных кустах обнаруживаем первые «трофеи» - противогазы, шинели и некоторые другие вещи, брошенные идущими впереди стрелковыми подразделениями. Артиллеристы, люди, как правило, хозяйственные, подбирают брошенное, считая, что в хозяйстве все пригодится. Мы и не представляли, что придется увидеть в недалеком будущем, сколько будет брошено на полях войны оружия, техники, различного имущества, и нашего и немецкого.

Во время марша, изредка, на большой высоте, появлялись немецкие разведывательные самолеты. Следовали команды: «Воздух, в укрытие» и мы, по возможности, рассредоточивались на время в лесах и перелесках.

За несколько километров до бывшей границы мы прошли мимо укреплений Полоцкого укрепрайона. Видны были мощные ДОТы, железо-бетонные колпаки, артиллерийские капониры, другие оборонительные сооружения. Построены они так, что вся впереди лежащая территория должна простреливаться плотным огнем, но все эти мощные сооружения были разоружены и никем не заняты.

Через двое суток, после форсированного марша, мы заняли оборону непосредственно у Западной Двины, между небольшими Белорусскими городками Дисна и Дрисса. Батарея получила приказ поддерживать огнем одно из подразделений 4-го стрелкового полка, занявшее оборону впереди батареи. Мы оборудовали и замаскировали огневые позиции, установили орудия, основные и запасные наблюдательные пункты, сделали расчеты для ведения стрельбы, определили направления наиболее вероятного появления противника, установили связь с пехотой.

Вместе с политруком батареи А.А.Мининым проверяли готовность, беседовали с личным составом о повышении бдительности и предстоящих боевых действиях. Командиры взводов отрабатывали с красноармейцами их обязанности, разведчики непрерывно вели наблюдение за противоположным берегом. Необходимость усиленного практического обучения перед предстоящими боями была вызвана и тем, что большинство, призванных из запаса, уже давно отслужили действительную службу и многое позабыли. Отношение к делу самое ответственное. Бойцы и командиры готовы выполнить свой долг по защите Родины, но в душе каждого из нас как-то с трудом верилось, что уже вблизи идет война, ставшая самой кровопролитной в истории человечества и кому будет суждено пережить ее …

С наступлением ночи, где-то вдали на западе, то в одном, то в другом месте, появляются зарева, а затем слышится далекий гул взрывов, вероятно немцы бомбят населенные пункты в западной Белоруссии.

Утром реку начали переходить небольшие группы красноармейцев и командиров из частей 3-й Армии, отступавших из Прибалтики. Некоторые были без оружия и документов, в грязном, пропотевшем обмундировании, были среди них и раненые. Шло и гражданское население, кто на лошадях, запряженных в телеги, реже на автомашинах, а больше всего пешком. Много было стариков и детей, особенно евреев, проехало две или три цыганских кибитки. Везли и несли нехитрое домашнее имущество, гнали скот. Шли также осужденные, направленные незадолго до войны из восточных районов страны на строительство оборонных объектов, среди них были осужденные и из Удмуртии.

Вид всех этих людей был измученный, многие потеряли своих родных и близких, среди них тоже были раненые. Некоторые рассказывали об ужасах, которые пришлось им пережить, но большинство было потрясено случившимся и ни о чем не могло, или не хотело, говорить.

Всех военнослужащих и часть гражданских лиц мы направляли в штабы полка или дивизии. Работник Особого отдела политрук Полетов (погиб или пропал без вести во время боев в августе 1941г.) впоследствии рассказывал, что в числе беженцев и отступавших красноармейцев и командиров были переодетые немцы и предатели из числа жителей Прибалтики, направленные в наш тыл со шпионскими и диверсионными целями. Некоторые из них были разоблачены и арестованы.

В середине дня в двух километрах за рекой на дорогах появились разведывательные подразделения немцев. Группа мотоциклистов приблизилась к фольварку (хутору), стоящему рядом с небольшой рощей, у дороги. Я доложил командиру дивизиона Целиковскому, что вижу немцев и тут же получил команду открыть огонь. Снаряды взорвались вблизи фольварка и достаточно кучно. Немцы поспешили покинуть фольварк и удалились на запад, но вскоре над нашими позициями появился немецкий разведывательный самолет, получивший у нас прозвище «Рама». Со значительной высоты он обстрелял позиции пехоты и сбросил несколько небольших бомб, которые не принесли нам вреда.

К вечеру, за рекой, левее наших позиций и на значительном удалении от нас, в сторону города Дисна и поселка Барковичи, появились большие колонны немцев и вскоре там завязался бой. Была слышна сильная артиллерийская стрельба, продолжалась она до ночи, видимо противник готовил там переправу и прорыв. На нашем же участке было спокойно и немцев перед нами не было.

Вечером от командира полка майора И.И.Мачуева поступил приказ – батарее сняться с занятых позиций и вместе с ротой 4-го стрелкового полка срочно выдвинуться в сторону поселка Барковичи (насколько помню это было расстояние в 10-12 километров, а может больше). На карте мне была показана точка, где надо было развернуть позиции на фланге наступающих частей противника, чтобы не допустить продвижения немцев в сторону города Дриссы, вдоль восточного берега Западной Двины. На вопрос, кто будут соседи справа и слева, было, без большой уверенности сказано, что соседи нас найдут сами, но как впоследствии оказалось – соседей не было ни справа, ни слева.

К исходу ночи мы были на новом месте и подготовились к бою. Огневые позиции оборудовали на лесной поляне, а наблюдательный пункт в двух километрах, на чердаке школы в небольшой деревне, расположенной на взгорке у леса. Название деревни не запомнилось, но колхоз назывался «Красный маяк». Поселок Барковичи находился от нас на расстоянии чуть больше трех километров и хорошо просматривался с наблюдательного пункта, видны были и дороги, идущие с поселка на восток. На наблюдательном пункте я находился с командиром взвода управления и несколькими разведчиками и связистами. Связи ни с полком, ни с дивизионом не было, необходимо было действовать самостоятельно.

Утром в районе дороги из поселка Барковичи на восток началось интенсивное движение войск противника – пехоты, автомашин, обозов. Мы открыли огонь и быстро пристреляли этот участок. В результате удачных артиллерийских налетов на окраине поселка загорелось несколько автомашин, разбегались в разные стороны немцы, потом загорелось какое-то большое строение, из которого группами выскакивали немецкие солдаты. Движение, после артналетов прекратилось. Мы внимательно наблюдали за немцами и как только замечали движение, сразу же открывали огонь. Понеся потери немцы открыли в нашу сторону огонь из тяжелых минометов, но вели его как-то бессистемно, мины рвались вдали и не причиняли нам вреда. Видимо появление батареи на фланге было для немцев неожиданным и они не успели засечь наши позиции. Более активных действий в этот день противник не предпринимал, а в районе Барковичи и южнее интенсивная перестрелка продолжалась до ночи, были слышны разрывы тяжелых снарядов или бомб, постоянно вспыхивали ракеты.

На следующий день бои там возобновились, началось движение немцев и на участке, который мы обстреливали накануне. Наш огонь вновь нанес немцам ощутимые потери и движение прекратилось. Спустя полтора-два часа на окраине деревни, где располагался наш наблюдательный пункт, со стороны поселка Барковичи появилась группа немецких солдат, вооруженных винтовками и автоматами, шли они кучно, у всех рукава закатаны до локтей. Вели они себя довольно беспечно, над чем-то смеялись и громко разговаривали.

Пользуясь тем, что фашисты не видели нас, мы, подпустив их на расстояние 150-200 метров, открыли огонь из ручного пулемета и винтовок. Немцы начали рассредоточиваться, затем залегли и открыли ответный огонь, а из леса по деревне ударили легкие минометы. Организуя оборону я, одновременно, передал на батарею примерные координаты вражеских минометов и через 2-3 минуты в лесном массиве начали рваться наши снаряды, а в деревне продолжался бой.

Наши прицельные пулеметные очереди и стрельба из винтовок, а затем и артиллерийский огонь сорвали намерение немцев. Понеся потери, они вынуждены были поспешно бежать из деревни, унося и уводя раненых. Прекратился и минометный огонь. К концу боя, длившегося вероятно около часа, к нам подоспела помощь с огневых позиций. В деревне немцы оставили около двадцати трупов, с которых мы сняли оружие и документы, а затем выкопали большую яму и захоронили их. У нас был ранен в руку один красноармеец.

Перед заходом солнца большая группа немцев, до роты, атаковала наши огневые позиции и позиции прикрывавшей их стрелковой роты, но огневики не растерялись и открыли по наступающим огонь прямой наводкой. Снаряды рвались в негустом лесу, нанося большие потери. Кроме того такие разрывы, сопровождающиеся обломками разбитых деревьев, производили сильное психологическое воздействие на противника. Наши красноармейцы, вместе с пехотинцами, пошли в атаку и начали преследование. Когда я прибыл с наблюдательного пункта, бой шел в глубине леса, но немцы, отстреливаясь, уже отступали.

На опушке и в глубине леса было много немецких трупов. В ранце одного из убитых мы обнаружили фашистский флаг с изображением свастики, вероятно, он предназначался для установления в каком-то из вновь занятых городов. И на этот раз потери среди артиллеристов были небольшие – несколько легко раненых, но в стрелковой роте были и убитые.

Таким было наше боевое крещение в первые дни войны. Успешное отражение атак и то, что враг вынужден был отступить, вселяло в нас уверенность в своих силах, положительно сказывалось на моральном состоянии личного состава батареи.

Дальнейших активных действий в этот день немцы не предпринимали, но над нашими позициями, сразу же после боя дважды пролетала «Рама». Начала стихать перестрелка и в районе поселка Барковичи. Мы понимали, что нас здесь ждут новые нелегкие испытания и готовились к ним, на ночь усилили наблюдение и на наблюдательном пункте и в районе огневых позиций.

Ночью к нам прибыл работник штаба полка, передал благодарность командования за успешное отражение атак противника и вручил новый боевой приказ – немедленно сниматься с позиций, следовать в район сосредоточения и вместе с другими подразделениями полка выступить на север, на территорию Латвии. Это было уже начало июля. Жаль было в эти тяжелые дни оставлять Белорусскую землю, где население относилось к нам с большим радушием и доброжелательностью.

Шли ночью и днем, люди и лошади изнемогали от жары и усталости. На коротких привалах люди сразу же засыпали и каждый раз приходилось обходить придорожные кусты, чтобы никого не оставить, но все пока обходилось благополучно.

Совершив форсированный переход мы вошли на территорию Латгалии (восточная Латвия). Там, по реке Западная Двина, сходились ранее границы Белоруссии, Польши, Литвы и Латвии. На левом берегу небольшой городок Друя, на правом такой же городок Пиадруя, оба уже заняты немцами. Мы заняли позиции на подступах к Пиадруе и вместе с пехотой приостановили дальнейшее наступление немцев, но и попытки наших частей очистить городок от противника не имели успеха. Ожесточенный бой длился целый день. С обоих сторон было немало потерь. Особенно парализовали действия наших подразделений пулеметы, установленные немцами на колокольные церкви. Мне было приказано подавить эту огневую точку. Наши снаряды начали рваться в районе церкви, а два попали в колокольню и пулеметы замолчали. Повторным артналетом верхушка купола была снесена.

Бои продолжались здесь и на второй день. В безоблачном небе господствовала авиация противника. Самолеты бомбили и обстреливали наши позиции, нередко обстреливали отдельные автомашины, конные повозки и даже гонялись за отдельными бойцами. Все дни начавшейся войны мы с надеждой смотрели на небо, когда же появятся наши самолеты, но их почти не было. Один раз видели, как на запад прошли 5-6 тихоходных бомбардировщиков, но через некоторое время их возвращалось уже только 3 или 4. В другой раз в бой с немецкими самолетами вступили 2-3 наших истребителя И-16, но силы были явно неравные, были сбиты один наш и один немецкий самолеты. Обидно было смотреть, что наши самолеты уступали немецким в скорости. Не было на наших участках и наших танков, хотя и немецких здесь было не много.

В связи с обозначившимся прорывом немцев на Витебском направлении, нам было приказано отступить под покровом ночи в район станции Бигосово, на территории Калининской области. Станцию и поселок проходили днем. Получен приказ: уничтожить нефтебазу, расположенную в стороне от поселка. Ставим орудия на прямую наводку и даем несколько выстрелов, вспыхивают огромные факелы. Тяжелое это задание, но надо было его выполнить. Был приказ т. Сталина – ничего не должно быть оставлено врагу.

Идем снова в район города Дриссы, где идут тяжелые бои. С ходу занимаем позиции и вступаем в бой. Задача – не дать противнику возможности расширить плацдарм на восточном берегу Западной Двины. Нередко ведем огонь прямой наводкой по пехоте, рассеиваем группы прорывающихся мотоциклистов. Огонь наших гаубиц наносит ощутимый урон противнику. Нас по несколько раз в день бомбят и обстреливают самолеты, приходится часто менять позиции, а это на конной тяге, да и под обстрелами очень сложно. Снова несем потери.

Трудности увеличиваются с каждым днем. Не всегда известно, где наши части, где немцы. Завязывались бои в окружении, нарастала нервозность, переходившая в панику, особенно под влиянием различных слухов. Как только где-то в тылу слышались выстрелы - уже начинались разговоры об окружении. Нередко усиливала такие настроения отступающая, чаще всего в беспорядке, пехота.

Бои шли в лесной местности и в первые месяцы боев это вызывало нервозность, а то и панику, среди личного состава. Широкое использование немцами боеприпасов с разрывными пулями, которые попадая в стволы деревьев, ветки кустарников взрывались, создавало впечатление, что немцы уже стреляют с тыла.

Обстановка усложнялась, нарушалось управление, не всегда было известно, где находятся наши командиры и штабы, снабженческие подразделения, не хватало боеприпасов, продовольствия. Особенно большой урон наносила нам господствующая в воздухе вражеская авиация, самолеты нас бомбили и обстреливали и на позициях и на маршах. Выбывали из строя люди и конский состав, у двух гаубиц осколками авиабомб были разбиты прицелы (панорамы). В артиллерийские упряжки приходилось впрягать и верховых лошадей, мало пригодных для этого. Во время бомбежек погибли два лейтенанта, командиры взводов, прибывшие в батарею уже на фронте. Это трагическое событие произошло на второй день их пребывания на фронте. Один из них находился на наблюдательном пункте, в шаге от меня, а второй убит на огневой позиции.

Несмотря на тяжелую обстановку, непрерывные изнуряющие бои, бомбежки, отступления, часто возникающую неразбериху – боевой дух в наших подразделениях был высоким, как правило, не было ни жалоб, ни хныканья. Была уверенность, что все эти неудачи временные и враг будет остановлен и разгромлен. С чувством ответственности красноармейцы и командиры выполняли свой воинский долг.

Самый тяжелый период в нашей боевой жизни наступил после 10 июля. Шло массированное наступление немцев на западном направлении, в сторону Смоленска и Москвы. Некоторые части и подразделения оказывались отрезанными, а то и в окружении. Поступали противоречащие друг другу, а в ряде случаев и непонятные приказы и распоряжения о занятии позиций на том, или ином рубеже обороны, маршрутах следования, многие такие приказы опаздывали и поэтому не могли быть выполненными. Нередко, заняв оборону и подготовив укрытия получали приказ немедленно сниматься, так как противник уже был в нашем тылу. Примерно в течение десяти дней мы неоднократно вступали в бои с наступающими частями противника, в большинстве в невыгодных для нас условиях, на неподготовленных рубежах. Немало было случаев когда артиллеристы самостоятельно вступали в бои с передовыми подразделениями немцев. У одной из деревень их легкие танки прорвались к огневым позициям батареи. Прямой наводкой два из них мы подбили, а остальные повернули обратно. Был ранен наводчик и мне пришлось его заменить.

К сожалению, неумолимое время мало сохранило в памяти фамилий и имен красноармейцев и командиров, политработников, боевых товарищей того труднейшего начального периода войны и названий многочисленных населенных пунктов, где проходили бои.

В двадцатых числах июля наше положение еще более усложнилось. Вышло из строя до половины личного состава, кончались боеприпасы, горючее, продовольствие, пополнения почти не было, погибла большая часть лошадей. Моторизованные части немцев перерезали все основные магистрали в наших тылах. Приходилось постоянно, и не без потерь, искать пути возможного отхода, использовать малозаметные лесные и полевые дороги. В поиске таких путей мы посылали разведывательные группы, но не все они возвращались, вероятно, погибали в стычках с немцами или попадали в плен. Шли только ночью, так как весь световой день над нами в воздухе висела вражеская авиация, бомбившая и обстреливавшая маршевые колонны, позиции и даже лесные массивы, где могли располагаться в дневное время наши части.

Находясь в окружении, становилось очевидным, что выйти из окружения с тяжелой материальной частью не удастся, да и вывозить ее уже было не на чем. Видя безвыходное положение, командование полка приняло решение разобрать артиллерийские орудия (гаубицы) и закопать их по частям, что и было сделано в одном из лесных массивов в районе, где-то между городами Невель и Новосокольники. Там же были закопаны и документы штаба полка, а может быть и других штабов.

Кольцо окружения сжималось, немцы стремились расчленить находившееся там части. Не знаю, были ли в этом окружении только части 98 дивизии или других соединений 51 корпуса и 22 (Уральской) армии, но в лесах приходилось встречать бойцов и командиров неизвестных нам частей.

Было принято решение: выходить из окружения ночью, крупными силами. Очень сложным был переход через Ленинградское шоссе, где немцы выставили сильные заслоны, по шоссе курсировали танки. Переход осуществлялся под непрерывным обстрелом, а весь район постоянно освещался мощными осветительными ракетами, в том числе сбрасываемыми с самолетов.

Несколько раз вступали мы в перестрелку. Трудно было в ночи разобраться где наши, где немцы. Стрельба вокруг, где-то кричали «Ура», в другом месте, видимо раненые, взывали о помощи, а стрельба то затихала, то вновь разгоралась. Мне, с группой бойцов, удалось выйти из окружения, но многих потеряли, и их судьба так и осталась неизвестной, может кто-то и жив остался. Управление частями и подразделениями нарушилось, тем более, что далеко не всем было известно, где мы должны сосредотачиваться после выхода из окружения, где занимать оборону, где будут штабы. В результате, прорывающиеся части оказались расчлененными на мелкие или относительно мелкие подразделения и группы, которые уже действовали самостоятельно.

Далеко не всем удалось выйти из этого окружения, немало погибло в ночном бою и наверное некоторые из них до сего времени числятся без вести пропавшими или о них нет никаких сведений, много было раненых и попавших в плен. Некоторые, не имея другого выхода, еще определенное время оставались в лесах, а затем выходили в лесные деревни и там жили, иногда в качестве «примаков». Часть их впоследствии вступила в партизанские отряды и достойно проявила себя в боях с оккупантами.

С наступлением дня мы расположились на взгорке в лесу, с которого была видна часть местности в районе Ленинградского шоссе, откуда мы шли ночью. Была отдаленно слышна стрельба, немцы, вероятно, прочесывали места возможного укрытия наших людей. Трудно сказать, сколько их там осталось, но, как стало впоследствии известно, после этого окружения в районе города Великие Луки сосредоточилось менее трех тысяч, из 10-11 тысяч, имевшихся в 98 дивизии к началу войны. Безусловно, было немало потерь и в предыдущих боях.

Отдохнув, мы двинулись лесными тропами на восток. Вид наш был далеко не боевой, все в пыли, но сдаваться врагу не собирались. В лесах и болотах встречались одиночки и небольшие группы военнослужащих из различных частей. Некоторые стремились на восток, к своим, другие, встретив нас, уходили куда-то в сторону. Казалось, что мы полностью вышли из окружения, но и в дальнейшем несколько раз натыкались на небольшие немецкие разведгруппы.

Мы вышли окончательно из окружения в районе города Великие Луки группой, около 10 человек, из моей батареи. Вместе с нами вышел работник Особого отдела Полетов, которого я всегда вспоминаю с большой теплотой за его человечность и кто-то из командиров штаба. Среди нас были и раненые, которых пришлось сразу же отправить в госпиталь. Все мы были измученными и голодными.

Существовавшая тогда атмосфера всеобщей подозрительности и шпиономании ставила под подозрение всех, выходивших из окружения, особенно тех, кто выходил в одиночку или вдвоем - втроем. С большинства таких военнослужащих брали объяснения – где, как, почему попал в окружение, почему вышел один или вдвоем. Нередко потом следовали неприятности, отбирали оружие, особенно, если оно было немецким и прежде всего автоматы и различные пистолеты, которых у немцев было много. Часть вышедших из окружения направляли на какие-то сборные пункты, вероятно для дальнейшей проверки.

Было обидно за такие «встречи». Люди находились в труднейших, порой нечеловеческих условиях, голодные, измученные многодневным перенапряжением. Стремились выйти из окружения и быть снова в строю, а их, нередко, встречали как врагов. Особую ретивость проявляли некоторые политработники вышестоящих политорганов, из тех, кто не побывал в окружении и, конечно же, работники особых отделов. Называлось это - проявлением высокой бдительности. А если по человечески, то о выходивших из окружения следовало бы проявлять заботу, чтобы люди могли быстрее стать в строй и снова идти в бой. Но было чаще по другому и, не дай бог кому-то удалось бы вырваться из плена – наверное следовало бы направление в Особый отдел, допросы, обвинение в измене Родине, шпионаже, трибунал. Да, были и такие случаи. Такова была обстановка. Еще многие годы после войны в анкетах и автобиографиях требовалось указывать – был ли в окружении и объяснить где, когда, при каких обстоятельствах попал. Нашей группе в этом отношении повезло, с нами был работник Особого отдела, да и группа была немаленькая.

Не вышли из окружения, а точнее нескольких, следовавших одно за другим окружений, многие наши товарищи, в их числе политруки Минин, Тетерин, Бахарев, командир дивизиона Целиковский, начальник штаба дивизиона Глинчиков, командир взвода Тихонов и многие другие бойцы и командиры. Возможно, часть их вышла на участках других частей и там осталась. Оказался отрезанным от полка и наш 3-й дивизион, действовавший еще какое-то время в составе другой дивизии.

Во время выхода из окружения, на маршах и привалах, немало было бесед и споров о ходе войны, переживаемых невзгодах, но вера в победу не оставляла нас. Были и пессимистические настроения, растерянность. В нашем полку служили два лейтенанта, выпускники военных училищ 1938-1939г.г., очень видные парни, но их пессимистические настроения усиливались с каждым днем. Своих намерений они не высказывали, но во время одного из трудных ночных переходов их не стало. Нет оснований думать, что они добровольно сдались в плен, но из окружения не вышли и судьба их осталась для нас неизвестной.

Сначала, в течение нескольких дней, полк и другие части дивизии сосредотачивались в лесу, неподалеку от Великих Лук, а затем были переброшены в район города Торопец, где и предстояло доукомплектование.

В Торопце расположились в лесу, вблизи от железнодорожной станции. Это было уже начало августа. Начало поступать пополнение из числа призванных из запаса, получали недостающее стрелковое вооружение, обмундирование, хозяйственное имущество. В течение нескольких дней укомплектовались личным составом на 40-45 процентов, но почти не было лошадей, ждали поступления артвооружения и средств связи.

Около 10 августа получен приказ о немедленном выступлении в район станции Кунья. После форсированного марша заняли оборону в нескольких километрах от станции, на невысоких холмах и в течение нескольких дней вели перестрелку с немцами, отбивали попытки их небольших подразделений вклиниться в наши позиции. Большей активности противник здесь пока не проявлял.

15-16 августа был объявлен приказ о наступлении по всему западному фронту. 17 августа мы пошли вперед и в течении двух дней продвигались вперед, встречая отчаянное сопротивление немцев, были захвачены трофеи, но, на третий день противник крупными силами пехоты, танков и при мощной поддержке авиации осуществил прорыв на станцию Кунья и вышел в наши тылы. Пришлось снова вести бои в окружении.

У нас было лишь стрелковое вооружение, небольшие по численности подразделения, состоящие в большинстве из почти необученных, только что призванных из запаса красноармейцев, поэтому возможности вести оборонительные бои с превосходящими силами противника были очень ограниченные.

Немецкие танки окружали и обстреливали лесные массивы и перелески, в которых сосредотачивались наши подразделения, самолеты- разведчики наводили на цели группы истребителей и бомбардировщики. Потери были огромные. Здесь погибли командир нашего полка майор Мачуев И.И. и комиссар полка Туев И.С.. Туев был в нескольких шагах от меня и убит прямым попаданием небольшого танкового снаряда, а я был контужен, взрывом меня отбросило в сторону, забило землей глаза и потом еще долго стоял гул в голове и плохо поворачивалась шея.

Находившийся здесь же работник Политотдела дивизии политрук Булдаков (возможно Булгаков) забрал документы Туева, а затем мы, вместе с ним и бойцами выкопали малыми саперными лопатами неглубокую могилу и похоронили нашего комиссара. Это был умудренный жизненным опытом, уважаемый человек. Похоронили в небольшом березовом лесу, в нескольких километрах от станции Кунья. А нам надо было уходить, продолжался обстрел.

Булдаков до войны работал в Обкоме или Ижевском Горкоме партии и несколько раз выступал в нашем полку с лекциями. Лет ему было около 40. Впервые я с ним познакомился в этой сложной обстановке и потом больше двух недель рядом, по лесам и болотам выходили из окружения. Это был рассудительный и доброжелательный человек, с которым было как-то легче переносить трудности. Вокруг нас с Булдаковым оказалась группа бойцов и надо было выбираться из окружения, которое жестко контролировалась немцами.

Ночь провели в лесу, в глубоком овраге, а когда рассвело, то оказалось, что лес этот небольшой. Часов с восьми утра немцы начали проческу района окружения, в лес они не входили, а простреливали его из автоматов. Группа немцев окружила и наш лесок, начала обстреливать его, туда же подошел танк и тоже произвел несколько выстрелов по лесу, но нас спасло то, что мы находились в глубоком овраге и ни пули, ни снаряды нас не задели, голоса мы не подавали и это нас спасло. Мы остались незамеченными, а было нас человек 8-9 и вступать в бой, в таких условиях, не могли. Мы приняли решение – до тех пор, пока нас не заметят, не обнаруживать себя, ну а если столкнемся – будем вступать в бой, но сдаваться на милость врага не будем. После обстрела немцы ушли, а мы, воспользовавшись этим, начали движение на восток.

С большим трудом, в течение двух дней, нам удалось прорваться через плотное кольцо окружения, где противником контролировались все дороги, подходы к деревням. Несколько раз мы обнаруживали эти заслоны и засады. Приходилось отходить и искать новые пути. Однажды, при переходе моста через небольшую речку, мы обнаружили, что мост охраняется, но четверо немецких солдат, находившихся на противоположной стороне моста, наблюдения за мостом не вели, - двое были заняты мотоциклом, третий спал, а четвертый готовил обед на костре. Мы подошли к мосту по небольшим зарослям и открыли прицельный огонь. Первыми выстрелами немцы были уничтожены. Забрали мы у убитых автомат и несколько рожков к нему, разбили три винтовки, вывели из строя мотоцикл и постарались быстро уйти в лес. Погони не было.

Немало наших людей погибло в этом окружении. В память о погибших в этих боях в районном центре поселке Кунья сооружен мемориал.

Фронт стремительно двигался на восток, мотомеханизированные части противника стремительно ушли вперед и мы снова оказались в их тылу. Было несколько трудных переходов и через магистральные дороги. Мы уже имели определенный опыт выхода из окружения и следуя по тылам, по возможности не оставляли противника в покое – на лесной дороге сожгли автомашину с боеприпасами, перерезали линии связи, уничтожили несколько немцев – связистов, работавших на линии.

Выход из окружения занял, наверное, больше двух недель. Кончились топографические карты и много дней приходилось держать направление на восток по компасу, не задумываясь над тем, в расположение какой части мы выйдем, лишь бы быстрее к своим и снова быть в строю.

Наступала осень, почти ежедневно шли дожди, везде сыро и холодно, по ночам укрывались в гуще деревьев, подальше от опушек, а где возможно в сараях и заброшенных лесных избушках, стогах сена, выставляя при этом сторожевые посты. Иногда в лесных чащах удавалось развести костер, чтобы согреться и обсушиться. У меня совершенно развалились сапоги, но удалось найти на окраине какой-то деревни опорки, которые я привязал к ногам и в таком «бравом» виде, в форме с лейтенантскими знаками различия, перешел линию фронта. Никто из нас не переодевался в гражданскую одежду, все, по возможности, старались поддерживать воинский вид, хотя наше обмундирование было далеко не в лучшем виде.

Питались мы, преимущественно, грибами и лесными ягодами, но это не утоляло голод, с каждым днем все больше хотелось есть, кое у кого разболелись животы. Изредка находили продукты у убитых немцев, иногда удавалось зайти в небольшие лесные деревушки и попросить поесть. А когда вышли из окружения, первой мыслью было поесть хлеба, наше желание поняли в части, в расположение которой мы вышли, они сразу же накормили. Впоследствии, примерно в течение недели мы, питаясь нормально, никак не могли удалить голод и почувствовать сытость, все время хотелось есть…

Даже через много лет хочется сказать самые добрые слова о наших советских людях, жителях деревень Калининской области. В условиях оккупации, подвергаясь опасности, они помогали нам чем могли, делились продовольствием, сообщали о немцах, о тех, кто уже поддерживает с ними связь.

Около 10 сентября стали периодические слышны орудийная стрельба на востоке, а по ночам были видны далекие вспышки и зарева. Мы приближались к линии фронта и надо было искать возможности перехода его. Задача очень сложная, так как, чем ближе мы подходили к линии фронта, плотность немецких войск увеличивалась. Несколько раз, с большой осторожностью, обходили расположение частей противника, находившихся, в основном, вблизи дорог и населенных пунктов. Шли чаще всего болотами, лесными зарослями, оврагами, переправлялись через небольшие речки, больше всего в брод.

В нашей группе, в начале выхода из окружения, были только красноармейцы 155 полка, но в пути следования были отставшие, особенно во время ночных переходов по лесам. Трудно сказать, произошло ли это умышленно или в силу сложившихся обстоятельств, вероятно, было и то и другое. Встречались несколько других групп и одиночек. Кое-кто из них вышел из окружения вместе с нами, другие предпочитали идти отдельно. Разное у людей было настроение, не всем хватало выдержки и выносливости, отдельные начали терять веру в победу, многие просто уставали от тех лишений, которые пришлось переносить.

Однажды мы встретили группу молодых ребят, 5-6 человек, в гражданской одежде, вооруженных десятизарядными «Маузерами». Разговор сначала не клеился, смотрели друг на друга с подозрением и осторожностью, тем более, что и мы были частично вооружены немецкими автоматами, но потом поняли друг друга. Это оказалась заброшенная в тыл немцев группа разведчиков. У них была радиостанция, но нам показалось, что эти ребята не очень готовы к выполнению столь ответственного задания. Похоже было на то, что группа заброшена органами НКВД и состояла из числа мобилизованных и наспех обученных комсомольцев. Мы обменялись информацией о том, где и сколько видели немцев и разошлись. Разведчикам пожелали удачи, а сами продолжали искать возможности перехода линии фронта.

Спустя 2-3 дня, после того, как удалось определить, где идут бои, искали участок, на котором не слышалась перестрелка и не замечалось движения немцев. Соблюдая осторожность, мы продолжали идти на восток, вышли к реке Западная Двина, разыскали какой-то сохранившийся мост и по нему перешли на восточный берег, неподалеку от которого занимали оборону части 29-й Армии.

На этом закончилась служба в 98-й дивизии, которая, как стало впоследствии известно, с 15 сентября была исключена из действующей Армии, но номер ее остался, она где-то вновь формировалась и ее части приходилось встречать в 1942 году, на Сталинградском фронте.

Нередко задают вопросы о том, как вели себя наши люди в тех многочисленных окружениях лета и осени 1941 года. Ответы неоднозначные. Многое зависело от того, в каких условиях они оказывались. Чрезвычайно сложно было обеспечивать в окружении управление частями и подразделениями. Как только управление нарушалось, часть людей охватывала растерянность, а то и паника, которую трудно преодолевать, особенно под непрерывными бомбежками и обстрелами. Большинство группировалось вокруг своих командиров и политработников, но в быстро меняющейся обстановке подразделения и группы трудно было сохранять полностью. Много терялось людей во время движения в ночное время, во время стычек с немцами. Очень опасны в условиях окружения трусы и паникеры, они своим поведением – криками, истерикой, метанием из стороны в строну, распространением различных слухов, создавали удручающую обстановку.

В военных училищах, в системе командирской учебы, на полевых занятиях нас учили только тому, что в случае нападения на нашу страну Красная Армия должна отразить агрессию с малыми потерями, а затем разгромить врага на его территории. Но никто и нигде не учил, как надо действовать в условиях окружения, иногда лишь отрабатывали организацию круговой обороны подразделений. В условиях же, в которых оказывались наши войска в 1941 году, когда в окружение попадали дивизии, корпуса и даже Армия, должна быть другая система организации действий войск, начиная от подразделения и выше, которая бы в экстремальных условиях обеспечивала четкость управления и боеспособность личного состава. Не были, в должной мере, готовы к таким действиям большинство командиров и штабов. Чаще всего действовали на свой страх и риск.

Никто и никогда не ориентировал, как в таких критических ситуациях поступать со служебными и личными документами, имуществом, вооружением, которое нельзя вынести с собою и т.д.. Все это тоже давало о себе знать, люди нередко терялись, уничтожали личные документы, переодевались в гражданскую одежду, срывали знаки различия и петлицы. Потом, после выхода из окружения, их спрашивали, почему они так поступили, оказывалось, что большинство, особенно красноармейцев, не понимали, как надо поступить, чтобы было правильно. Другое дело – такие поступки тех, кто не стремился выйти из окружения, хотел пересидеть войну в какой-нибудь деревне или намеревался сдаться в плен, считая положение безвыходным. Их действия, безусловно, должны рассматриваться как позор и предательство.

Лето 1941 года самый тяжелый и во многом трагический период Великой Отечественной войны. Мы встали на пути хорошо подготовленных фашистских Армий, оккупировавших, с минимальными потерями, почти всю Западную Европу, не имевших поражений, вооруженных до зубов новейшей техникой и считавшихся непобедимыми. Нам многого не хватало – вооружения, техники, опыта и умения. Немало было ошибок на всех уровнях, от подразделения до высшего командования. Но и в первые месяцы войны мы наносили противнику немалые потери и рассуждения некоторых нынешних историков о том, что немцы в тот период почти не имели потерь, лишены всяких оснований. Ведя жестокие и упорные бои мы верили, что несмотря на тяжелые испытания, горечь поражений, враг будет остановлен и разгромлен. Во имя Великой Победы в мае 1945 года многие наши боевые товарищи сложили свои головы на полях сражений грозного лета 1941 года. Все меньше и меньше остается в живых из тех, кто участвовал в боях в июне-июле 1941 года. Наши солдаты и командиры воевали в тех трудных условиях героически и хотелось бы, чтобы подвиг воинских частей, принявших на себя первые удары был показан более полно и по достоинству оценен.

1999 год.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Коротков

  2. Имя, отчество: Геннадий Владимирович

  3. Год рождения: 09 июля 1922 года.

  4. Служба в Советской Армии, в войсках НКВД-МВД и в органах внутренних дел.

Родился в д.Шолья Сарапульского района УАССП, в 1938 году окончил 8 классов, с 1938-1940г.г.работал зав. клубом в Шолье. С 1940-1941г.г. по путевке Сарапульского РК ВЛКСМ направлен на строительство Нижнетагильского металлургического комбината. 18 августа 1941г. призван в Красную Армию и направлен в Свердловское военное училище.

С 02.04.1942г. по 08.05.1945 воевал на фронте в должности командира взвода, роты. Участвовал в боях на Карельском фронте, на 2-м Белорусском фронте (Польша, Германия, Норвегия). Демобилизовался из Армии 30 мая 1946 года. С 1947-1950 г.г. бригадир цеха № 2 завода им. Орджоникидзе в г. Сарапул (секретарь комсомольской организации, член комитета ВЛКСМ завода). С 1950 г. служил в органах МВД УАССР. С 03.07.1954г. зам. командира дивизиона конвойных войск в г. Ижевске, с 1954-1955г.г. зам. начальника 2-го отделения милиции по политчасти, с августа 1953 г. по август 1954г. слушатель Ленинградской школы политработников милиции. С 1956 года – оперуполномоченный 1 спецотдела МВД УАССР, с 1969-1972г.г. начальник 1 спецотдела МВД УАССР (зам. начальника штаба) с 1965-1969г.г. учился заочно в Высшей школе МВД СССР (окончил с отличием), в 1972 г. вышел на пенсию по болезни в звании подполковника.

  1. Краткие сведения о заслугах и наградах: Орден «Красной Звезды», Орден «Отечественной войны» 2 степени, медали «За оборону Советского Заполярья», «За победу над Германией, 14 юбилейных медалей, награжден именными наручными часами от Министра внутренних дел СССР Н.А.Щелокова.

Коротков Г.В.

Дорогами войны.

До 1940 года я проживал с родителями по месту рождения. В июле 1940 года по путевке комсомола Сарапульским РК ВЛКСМ направлен на строительство Нижнетагильского металлургического комбината.

18 августа 1941 года призван в ряды Красной Армии и направлен в Свердловское пехотное училище, которое закончил по ускоренной программе 23 февраля 1942 года. 24 февраля в звании лейтенанта направлен на Карельский фронт, на должность командира взвода. Со 2 апреля 1942 года и до конца войны – в действующей армии. Участвовал в трех стратегических наступательных операциях. В июне-июле 1944 года в наступлении с форсированием реки Свири в районе г.Поле. Бои были очень тяжелые. Батальон 33 отдельной лыжной бригады, насчитывающей около 800 человек к концу боев в июле имел в строю всего 120 человек.

В этих боях я был командиром отдельного взвода противотанковых ружей. Во время наступления выбыл из строя командир одной из стрелковых рот и наступление несколько задержалось. Командир батальона приказал мне поднять роту в атаку, что мною было выполнено. За этот бой я был награжден орденом «Красной Звезды». В этих наступательных боях бригада понесла большие потери, и в сентябре 1944 года остатки ее были влиты в 311-й стрелковый полк 65 артиллерийской дивизии и переведены на участок фронта на Мурманское направление.

8 октября 1944 года началось наступление на этом участке. Дивизия успешно выполнила поставленную задачу и продвинулась до норвежского города Нейдан. В этом наступлении мне снова пришлось выполнить обязанности командира 3 стрелковой роты, ходить в атаку, но, к счастью, в этих боях меня ни разу не зацепило.

Во время наступления наш полк освободил лагерь советских людей, в основном женщин, которые работали на строительстве аэродрома. Женщина в возрасте около 40 лет из Калужской области, признала во мне своего сына, бросилась мне на шею, и мне стоило больших усилий убедить ее, что это ошибка, что мои родители в Удмуртии. За участие в этих боях за Полярным кругом я награжден медалью «За оборону Советского Заполярья».

За форсирование реки Зен-Ялца младший сержант Васильев Тимофей Петрович, 1918 года рождения, мною был представлен к высокому званию «Героя Советского Союза», которое ему было присвоено в марте 1945 года.

В конце октября наступательные бои были закончены, немецко-фашистские войска разгромлены, и наша дивизия была выведена в ноябре на переформирование в Ярославскую область. В начале января 1945 года за успешные бои дивизия была преобразована в гвардейскую и стала 102 Гвардейской дивизией орденов Суворова и Кутузова. Наш полк получил новое наименование – 318 Гвардейский Измаильский (ордена не помню) стрелковый полк.

10 января 1945 года в г.Рыбинске мы погрузились в эшелоны и поехали на 2-й Белорусский фронт, в этот день тут началось наступление. Через всю Польшу 102 стрелковая дивизия шла с наступающими частями Красной Армии.

23 февраля 1945 года на границе Польши и Германии нас ввели в бой. Перед выездом из Рыбинска мне предложили командовать взводом 45 мм противотанковых пушек в составе стрелкового батальона. 23 февраля 1945 года я участвовал в бою уже в новой должности. Наступление продолжалось в Померании вплоть до освобождения исконно польского города Гданьска. В этих боях у меня было разбито одно орудие, погибло из состава взвода 4 человека. Солдаты, все без исключения, мною были представлены к правительственным наградам и закончили войну с 2-3 Орденами и медалями.

8 мая 1945 года застало наш полк на побережье Балтийского моря в районе острова Рюзен. Затем, в соответствии с соглашением с союзниками, английские войска отошли несколько на запад, оставив нам эту территорию, и мы встали на границу между Советской зоной оккупации и Английской, где находились до ноября 1945 года.

3 февраля 1945 года дивизия была вывезена на Родину - в Курскую и Воронежскую области. В мае 1946 года я был демобилизован в звании старшего лейтенанта и прибыл на родину в Удмуртию.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Тарасов

  2. Имя, отчество: Егор Петрович.

  3. Год рождения: 21 мая 1921 года.

  4. Служба в Советской Армии, в войсках НКВД МВД и в органах внутренних дел. Родился в д.Н.Каравайский выселок Старо-Зятцинского района УАССР. В 1938-1941г.г. работал счетоводом в г. Ижевске, в 1940г. окончил курсы шоферов и курсы счетных работников. С 01.1941-10.1941 - шофер на строительстве железной дороги Ува – Кильмезь.

.

В ноябре 1941г. призван в Советскую Армию. В 1941-1942г.г. воевал на Ленинградском фронте в составе 45 лыжного батальона. С 02.1942 по 08.1942г.г. находился в госпитале Молотовской области, с 08.1942 по 10.1945г. на Украинском фронте шофером, с 10.1945 по 03.1946г.г. в госпитале г.Львов. В 1946 году демобилизован.

С 11.1951г. работал в УМ МГБ УАССР в госавтоинспекции, с 08.1952г. курсант школы милиции в городе Новочеркасск, с сентября 1954г. в службе ГАИ республики..

5. Краткие сведения о заслугах и наградах: орден «Красной Звезды», медаль «За боевые заслуги», «За оборону Сталинграда», «За победу над Германией», знак «Отличник милиции», медаль « За безупречную службу 1,2,3 ст.», медалью «20 лет Победы в ВОВ», заносился на Доску Почета МВД УАССР.

Тарасов Е.П.

Фронтовые дороги.

Мой боевой путь к Победе в Великой Отечественной войне – от Сталинграда до Берлина и Праги.

Я участвовал в сражениях::

  • в 1941 г. – Волховский фронт под Ленинградом

  • в 1942 г. – по обороне Сталинграда

  • в 1943 г. – в ликвидации немецкого летнего наступления в районе Белгорода и Курска.

  • в 1944 г. – Украина

  • в 1945 г. – Польша, Германия, Чехословакия.

2 ноября 1941 года я был призван в Красную Армию и зачислен в 278 стрелковый полк в городе Перми. Впоследствии в декабре месяце в городе Ярославле нас распределили по батальонам. Я попал в 45-й отдельный лыжный батальон ручным пулеметчиком.

10 декабря наш батальон был на Волховском направлении в действующей армии. И мы сходу вступили в бой.

Наш батальон неоднократно атаковал рубежи фашистов у совхоза «1-е Мая», но враги оказывали яростное сопротивление. После одного из самых жарких боев через несколько дней в батальоне осталось всего 20 бойцов. Оставшиеся невредимыми, в том числе и я, день и ночь выносили с поля боя тяжелораненых. Лично я один ходил днем на поле боя и выносил раненых. Немецкий снайпер старался подбить меня, но не смог.

В одной из таких операций 13 января 1942г. я выбыл из строя по обморожению. Немецкий самолет сбросил бомбу на реку Волхово и вода оказалась наверху. Пришлось в 40-градусный мороз переходить по воде – в результате попал в госпиталь.

После выздоровления, в 1942г. из госпиталя был направлен по специальности в формирующуюся войсковую часть, которая формировалась в городе Верх Уфалей Челябинской области. Я был зачислен в артиллерийский дивизион шофером на боевую автомашину 12-й механизированной бригады.

В декабре 1942 года наша бригада прибыла под Сталинград. В трудных условиях бездорожья мне пришлось доставлять на передовую снаряды к пушкам. Перевозил связистов и разведчиков при обороне Сталинграда.

Начались наступательные бои от города Котельниково до Ростова-на-Дону. Бригада и артдивизион шли с боями, освобождая от врага деревни и станицы. Не раз я со своей машиной ГАЗ-АА попадал под вражеский обстрел. В одном из жестоких боев было много раненых. Командир артдивизиона тов. Деревянко И.М. приказал мне вывезти раненых с поля боя. Я выполнил его приказ и, под вражеским обстрелом, лавируя зигзагом, чтобы не попасть под обстрел врага вывез на станцию Дубовское более тридцати человек. Так вывозил раненых не один раз. Подвезу снарядов к артдивизиону на передовую, а обратно раненых. Был награжден медалью «За боевые заслуги» - это была моя первая награда.

За прорыв обороны противника под Сталинградом нашей бригаде за отвагу и героизм в боях было присвоено звание Гвардейской и она была названа «Зимовниковской».

В 1943г. воевал на Белгородско-Курской дуге в составе 12 механизированной бригады 5-го Гвардейского танкового корпуса шофером в артдивизионе. Там упорные бои продолжались по несколько дней на одном месте.

Около Прохоровки в одном из боев немецкая бомба упала впереди моей автомашины. Осколками были разбиты стекла кабины и радиатор. Меня с автомашиной вытащили с поля боя на буксире и отбуксировали в тыл. Там в парковом взводе отремонтировали мою машину. На другой день мне нужно было возвратиться в свой артдивизион. По пути, в одной из деревень, в сарае под соломой нашел склад снарядов к 76 мм пушкам, загрузил их в машину и доставил их в артдивизион. Благодаря этим снарядам наводчик 1-й батареи Иванов прямой наводкой подбил три немецких танка, которые сгорели, остальные танки повернули обратно. Также в этом бою были уничтожены немецкие пехотинцы, которые наступали на нас. В результате немцы прекратили бой и отступили на 35 километров. Вскоре был освобожден город Белгород. Мы проехали его ночью.

Под городом Дергачи Харьковской области немецкие самолеты совершили налет на наш артдивизион. Три автомобиля с боеприпасами сгорели. Мне пришлось работать за четырех - ночью возить пушки с одной позиции на другую, днем доставлял снаряды к пушкам, перевозил с одного места на другое разведчиков и связистов.

В 1944 году за боевые заслуги в боевых действиях командование дивизии предоставило мне отпуск на 15 суток, я приезжал в город Ижевск к родителям из-под Кировограда. Это была для меня самая большая награда – в военный период получить отпуск.

С декабря 1944 года снова в боях. В декабре 1944 года бригада и наш артдивизион прибыли на территорию Польши. По просьбе командования мне пришлось готовить военных шоферов. Автомашин не было, лишь на моей уцелевшей «полуторке» я обучил вождению 20 человек. Позднее, в Польше, получили новые американские автомашины и двинулись с боями на запад, на Германию.

В 1945 году в небольшом городе Бейлиц, юго-восточнее Берлина, шли уличные бои. В опасном положении оказалась штабная машина с документами и прицепной фургон с продуктами и обмундированием. Я из под носа немцев с поля боя на буксире вытащил штабную машину и фургон. Немецкие солдаты запрыгивали на подножку моей машины, но не удалось им меня взять в плен. Когда я вернулся к своим, то все были удивлены: кабина моей машины была изрешечена пулями.

1 мая 1945 года, в 7 км от города Бейлица я попал под развалины каменной стены. Меня посчитали погибшим, но я очнулся и выехал из развалин, но машине снова досталось.

Война закончилась для нас после взятия города Праги, на территории Чехословакии.

От Сталинграда до Берлина – таков был мой боевой путь.

Я был награжден орденами: «Красной Звезды», «Отечественной войны 1 степени» и многими медалями. Девятью благодарностями Верховного Главнокомандующего. Среди них благодарности за: оборону Сталинграда, участие в ликвидации немецкого летнего наступления в районе Белгород-Курск, участие в освобождении городов Белгород, Харьков, Кировограда, Праги, завершение ликвидации группы немецких войск, окруженных юго-восточнее Берлина и другие.

В 1946 году я демобилизовался.

С ноября 1951 года по 1978 год работал в ГАИ МВД УАССР. Ушел на пенсию в звании майора.

За годы работы мне много пришлось предотвращать дорожно-транспортных происшествий и выявлять водителей, скрывшихся с места происшествия. За годы работы имею много благодарностей: Почетную Грамоту Президиума Верховного Совета Удмуртской АССР, Почетную Грамоту МВД УАССР, Диплом за подписью Героя Советского Союза маршала И.С.Конева (1967г.), в газете «Советская Удмуртия» от 16 ноября 1971г. отмечен за хорошую работу в МВД УАССР, грамота Центрального комитета Всесоюзного ордена Красного Знамени ДОСААФ – за активное участие в оборонно-массовой работе (Москва, 1968г.).

Справочная карточка именной картотеки.

1.Фамилия: Мазаев

2. Имя, отчество: Сергей Иванович.

3. Год рождения: 25 сентября 1923 года.

4. Родился в селе Выдропужск Калининской области. С 1944 года член КПСС, образование высшее. В 1941 году призван в Красную Армию. В 1943 г. закончил Брянское военно-политическое училище. Воевал в составе Степного, 2 и 1 Украинских фронтов, на Сандомирском плацдарме. В 1947 году был уволен в запас. В 1950 году окончил Знаменскую офицерскую школу МВД СССР, по образованию юрист. В 1959 году окончил Высшую школу МВД СССР.

С 1947-1960 г.г. помощник начальника политического отдела по комсомольской работе. С 1960-1973 г.г. зам. начальника отдела исправительно-трудовых учреждений МВД УАССР.

5. Награды: орден «Боевого Красного Знамени», два ордена «Отечественной войны» 2 степени, медаль «За боевые заслуги», медали «За победу над Германией», «За освобождение Праги», «30 лет Советской Армии и Флота», медали «За безупречную службу» 1 и 2 степени, «20 лет Победы в ВОВ 1941-1945г.г.», «50 лет Вооруженных Сил СССР», «Ветеран труда», Почетный знак «25 лет ВОВ».

Мазаев С.И.

«Это было недавно, это было давно».

Этот эпиграф для воспоминания о Великой Отечественной войне я взял не случайно.

Люди моего поколения были не только очевидцами, но и участниками этих грандиозных событий. Для меня эти события не далекого прошлого, а вчерашнего дня. Для людей же, родившихся после 9 мая 1945 года, эти события далекого прошлого, для них это было все давно. 60 лет отделяют нас от великих событий весны 1945 года. Время успело запахать траншеи на полях былых сражений, но оно никогда не сможет ослабить память о народном подвиге в сердцах и умах поколений.

Я, в 1941 году учился на третьем курсе техникума механизации сельского хозяйства в г. Торжок Калининской области. В июне мы сдавали экзамены за 3 курс. 21 июня я из г.Торжок выехал на воскресенье к родителям в село Выдропужск, Спировского района. 22 июня в раннее солнечное, теплое воскресное утро я услышал страшное слово «Война». На улице собрался народ и все говорили о войне, о нападении на нашу страну фашисткой Германии. Было тихо, но люди встревожены, на их лица легла печаль. Даже ребятишки, почуяв что-то неладное, не озоровали. Все враз как бы возмужали, стали собраннее и дружнее.

В этот же день я выехал в г.Торжок. Прибыв в техникум, я еще больше почувствовал тревогу, озабоченность народа в связи с объявлением войны. Все были в состоянии ожидания, но без паники.

На другой день, 23 июня некоторые сотрудники техникума и студенты, призывного возраста, получили повестки о явке в военкомат. В целом же жизнь и работа в техникуме пошла в обычном плановом порядке. Необычным стало то, что при передачах последних известий у репродукторов собирались группы людей. Все разговоры в эти дни сводились к войне, как она долго продолжится, когда и где будут остановлены немцы, будем ли мы наступать дальше после разгрома фашистов на нашей территории и т.д.. Шли разговоры и о мерах, принимаемых нашей партией и правительством по переводу народного хозяйства на военный лад.

Сегодня кое-кто пытается умалить роль коммунистической партии и Советского правительства по мобилизации советских людей и перестройке жизни страны на военный лад.

Я помню, как 23 июня, на второй день войны, передавалось по радио решение ЦК ВКП(б) и СНК СССР о создании Ставки Главного Командования Вооруженных Сил СССР, а 30 июня Президиум Верховного Совета СССР, ЦК ВКП(б)и СНК СССР принимают совместное решение о создании Государственного Комитета Обороны (ГКО), сосредоточившего всю полноту власти в стране, государственное, военное и хозяйственное руководство. Председателем ГКО был утвержден И.В.Сталин.

Важнейшим политическим документом, в котором были определены задачи и направления работы всех партийных, государственных и хозяйственных органов стала директива СНК СССР и ЦК ВКП(б), принятая 29 июня 1941 года. В ней указывались пути решения главных военно-политических задач в борьбе с фашизмом, формировались справедливые, освободительные цели войны, ее всенародно открыто классовый характер, выражалась твердая убежденность в неизбежном разгроме вторгшегося врага.

3 июля 1941 года все сотрудники и студенты техникума собрались у репродукторов слушать выступление И.В.Сталина по радио. Во время его выступления стояла мертвая тишина и оно было прослушано с большим вниманием. Все это способствовало превращению нашей страны в единый военный лагерь с первых дней войны. Этому способствовало появившаяся в это время известная всем нам песня, припев которой был:

«Вставай, страна, огромная,

Вставай на смертный бой,

С фашисткой силой темною

С проклятою ордой…»

Лозунг тех дней был один: «Все для фронта, все для Победы !»,

А мы, студенты 3 курса, в это время заканчивали сдачу экзаменов и стали готовиться к выезду на производственную практику в МТС (машино-тракторные станции).

Я благополучно и к требуемому сроку доехал до места производственной практики и работал наравне со всеми на уборке урожая на сельскохозяйственных машинах. Работал от темна до темна. И работал я по месту практики не до 31 августа, как предписывалось в удостоверении, а до 15 сентября. Не отпускали, надо было вытеребить лен. Характеристику за производственную практику директор МТС мне дал отличную.

Вернулся в техникум, но за эти полтора месяца здесь произошли большие изменения. Над городом Торжок нависла угроза оккупации. Предложили нам выехать к постоянному месту жительства и ждать вызова. И так я приехал к родителям в с.Выдропужск Спировского района, а 25 сентября получил повестку о явке в Спировский военкомат. Из всего района в военкомате собралась большая группа молодежи, только из нашего села было 15 человек.

Был сформирован отряд призывников, который и совершил пеший переход в течение месяца от п.Спирово Калининской области до города Кулебаки Горьковской области. Сюда же прибыли призывники из Владимирской, Ивановской областей. В ноябре месяце нас погрузили в теплушки воинского эшелона и направили на восток. В декабре мы прибыли в Забайкальский военный округ и были направлены в пограничный военный городок Даурия, где я был зачислен в 582 стрелковый полк, 210 стрелковой дивизии. Здесь я принимал воинскую присягу и проходил обучение по огневой и тактической подготовке до марта 1943 года. Нас стали готовить к отправке на фронт.

В сентябре 1943 года мы прибыли в распоряжение Степного фронта, который затем был переименован во 2-й Украинский фронт. Командующим фронтом был Конев. Я был зачислен в 1-й батальон, 287 гвардейского Стрелкового полка, 95 гвардейской Полтавской стрелковой дивизии, 5 гвардейской Армии. С этого момента и началась моя фронтовая жизнь. В это время наша дивизия, которой командовал генерал Олейников, в составе 5 Армии вела наступательные бои по освобождению Украины от немецко-фашистских захватчиков. С сентября 1943 года по апрель 1944 год я в составе этого стрелкового батальона, участвовал в боях по освобождению сотен сел и деревень, таких крупных городов, как Кременчуг, узловой ж/д станции Знаменка, Кировоград, Первомайск и других. Форсировали небольшие речки и реку Южный Буг.

Освобождение населенных пунктов, городов – это тяжелейший солдатский труд и воины делали все возможное и невозможное. И в снег, и в дождь, в любую погоду, и все время под открытым небом велись наступательные бои. Особенно опасно было, когда на открытой местности попадали под минометный и стрелковый обстрел, под пулеметный и оружейный огонь. В этих случаях были наибольшие потери личного состава. В освобожденных населенных пунктах люди встречали нас с радостными улыбками и со слезами на глазах. Но были и такие моменты, когда встречи с людьми в освобожденных пунктах проходили трагично и с казусами.

Так, к вечеру мы освободили одну деревню в Николаевской области и проводили проческу домов в ней. И вот захожу я в одну хату и вижу в углу чулана сидит женщина с прижавшимися к ней двумя испуганными девочками. Я их спросил, почему они сидят в темноте без света ? И только тут они поняли, что перед ними русский солдат. Они мне рассказали, что ждут на ночлег немцев, которые у них ночевали уже две ночи. Тогда я им сказал, что сегодня мы будем ночевать у них. Они обрадовались, побежали в комнату и стали из нее выбрасывать солому и приводить ее в порядок, а их мать готовить для нас угощение. В ходе беседы хозяйка дома рассказала и о своем горе, что ее мужа два дня назад немцы увели с собой и о его судьбе ей ничего не известно. Ночью мы услышали стук в окно. Хозяйка вышла на крыльцо и за дверью мы услышали радостный голос. Это был ее муж, который потом нам рассказал, что убежал от немцев и целые сутки сидел в стогу соломы, а когда замерз и проголодался, решил идти домой. И к его удивлению все закончилось радостной встречей.

Был еще такой случай. В только освобожденной небольшой украинской деревне я зашел в хату, в которой сидела одна пожилая женщина. Я с ней поздоровался, а она у меня спрашивает, кто же ты такой есть. Я ей ответил, что я русский. Она говорит, вижу, что ты русский, но мало ли сейчас здесь шатается русских: власовцев, полицаев и других. Я ей на это ответил, что я офицер Советской Армии. Тогда она с большим удивлением посмотрела на меня и с украинским акцентом сказала: - нэ бреши. В Советском Союзе Красная Армия и в ней офицеров нет, а есть красные командиры и красноармейцы.

Тогда я понял, что эти женщины ничего не знают об изменениях, которые были проведены в нашей армии. Мне пришлось ей обо всем подробно рассказать, показать свое удостоверение и главное – Звезду с серпом и молотом. Только после этого она поверила мне, вышла из хаты и чего-то крикнула. Через несколько минут она вошла в хату, а за ней несколько молодых мужчин, женщин, которые устроили для меня трогательную встречу.

И такое один раз было. Мы освободили небольшую деревню и решили сразу же атаковать другую деревню, которая стояла недалеко от этой деревни. Развернулись в цепь и пошли в наступление. Подойдя ближе к деревне, мы увидели, что немцы без особого сопротивления оставляют деревню. Мы не поняли в чем дело. Ни с правого, ни с левого фланга от нас наступления нет. Оглянулись назад, видим, в поле дымит большой стог соломы, к которому бежит население, только что освобожденной нами деревни. Немцы, увидев бегущих людей за нами, приняли их за наступающих и стали отходить. Мы поняли, что стог загорелся от попадания в него зажигательных пуль и узнали, что в этом стоге была не солома, а сложенные снопы с не обмолоченной пшеницей. Поэтому население деревни, несмотря на опасность, увидев загорание стога, бросились его спасать.

В начале апреля 1944 года мы вступили на молдавскую землю и для нас начались бои по освобождению Молдавской ССР. Во второй половине апреля мы прорвались к реке Днестр. Это была серьезная водная преграда для наших наступающих частей. К тому же на правом берегу Днестра укрепились немцы сильно. У них был приказ, во что бы то ни стало остановить наступление русских на реке Днестр.

Личный состав нашего 287 гвардейского Стрелкового полка стал готовиться к переправе через Днестр. Готовим необходимые средства для переправы: плоты, лодки, понтоны. Бойцам выдавался дополнительный комплект боеприпасов, а также не прикосновенный запас продуктов питания, перевязочные средства. Было принято решение – первым форсирует Днестр 1-й батальон, в который входил и я. Командование батальона совместно с командирами рот провели расчет личного состава и определили, кто на каких средствах будет форсировать Днестр.

В назначенный день, на рассвете, личный состав батальона со средствами переправы скрытно выдвинулся к месту переправы и, по сигнальной ракете, начали форсировать Днестр под прикрытием артиллерии и минометов. Батальон успешно форсировал Днестр и пошел в наступление, уничтожая не подавленные огневые точки врага. Мы наступали, расширяя плацдарм на правом берегу Днестра, но немцы оправились от нашего внезапного наступления и стали оказывать нам сильное сопротивление. Они вызвали авиацию, которая подвергла бомбардировке места переправы, и дальнейшее форсирование Днестра приостановилось. Нам приказали держаться в течение дня до наступления темноты.

Жаркое молдавское солнце стало подниматься все выше и выше и нам стало жарко не только от него, но еще жарче от нарастающего боя. Немцы предприняли против нас одну атаку за другой. Наши ряды начали редеть, но об отступлении никто не думал. Легко раненые поля боя не покинули, все сражались отчаянно. И мы выстояли. С наступлением темноты переправа заработала. К нам пришло подкрепление и к утру следующего дня весь личный состав полка уже был на плацдарме.

Весь личный состав батальона, который первым форсировал Днестр и удерживал плацдарм, был награжден правительственными наградами, к сожалению, многие из них – посмертно. Я за эту операцию был награжден орденом «Боевого Красного Знамени».

Личный состав полка продолжал вести ожесточенные бои по расширению плацдарма. Враг оказывал яростное сопротивление, но перейти в контрнаступление у него уже сил не хватило.

В связи со смертельным ранением командующего фронтом генерала Ватутина, Ставка Главнокомандующего Вооруженных Сил СССР принимает решение о назначении командующего нашего 2-го Украинского фронта т. Конева, командующим 1-го Украинским фронтом. По просьбе Конева одновременно издается приказ о передислокации 5 гвардейской Армии из 2-го Украинского фронта в 1-й Украинский фронт, которая и началась в мае 1944 года. Так мы оказались в составе 1-го Украинского фронта на территории Польши и сразу же вступили в бой.

В июне наш стрелковый полк вышел к реке Висла и форсировал ее в районе г.Сандомир. Образовался Сандомирский плацдарм, на который переправились все подразделения 95 гвардейской Полтавской дивизии. На Сандомирском плацдарме развернулись и шли кровопролитные сражения и днем и ночью до августа месяца. Здесь проявлялся массовый героизм, взаимовыручка. Затем обстановка стабилизировалась и обе стороны перешли к обороне.. И такое положение длилось до 15 января 1945 года. Но и мы оказались не в простом положении. Оно было тяжелым для нас и в моральном и физическом плане.

15 января 1945 года началось наступление по всему 1-му Украинскому фронту. А началось оно ранним утром с мощнейшей артподготовкой, которая длилась в течение часа. Затем по сигнальным ракетам, вслед за огневым валом артподготовки, пошли в наступление танки, а за ними пехота. Оборона немцев была прорвана. Но впереди еще были тяжелые бои, немцы без боя не сдавали ни один населенный пункт.

Нашему наступлению не способствовала и погода. Часто шел мокрый снег, вперемежку с дождем. Было сыро и кругом непролазная грязь, в которой застревали машины и другая боевая техника. Но несмотря ни на что мы двигались вперед.. Позади остались такие города, как Ченстохово, Броцлав, река Одра. В начале марта мы вышли на границу фашистской Германии. Здесь на польской земле стояли белые глиняные мазанки под соломенными крышами, а там на немецкой земле в пятистах метрах от границы мы увидели населенный пункт с кирпичными постройками и с черепичными крышами на них. В этот момент без всякой команды, солдаты с криками «Ура, даешь фашистскую Германию» - бросились в наступление на этот населенный пункт и овладели им. Когда мы стали прочесывать жилые дома и постройки, то обнаружили, что с отступлением немецких войск ушло и все население. Позднее мы узнали, что среди населения велась пропаганда о якобы зверствах русских и, что они расстреливают всех и старых и малых. Поэтому они эвакуировались из всех населенных пунктов, а мы долгое время овладевая деревнями и другими населенными пунктами, гражданское население не видели. Эвакуировались они спешно, оставляя в домах все свое домашнее имущество, домашних животных, птицу. И только позднее, где-то в апреле месяце, население, не успевшее эвакуироваться, стало оставаться, вывешивать на своих домах или из окон квартир белые флаги или простыни, а при встрече с нами все говорили, что Гитлер капут.

Наша часть с боями продвигалась вперед. К вечеру нами был взят небольшой населенный пункт, в котором мы и решили остановиться на ночь. Только выставили на его окраине сторожевые посты, как нас атаковали танки. Огнем из противотанковых ружей эта атака была отражена, но остались на поле и подбитые танки. Утром, когда стали проверять подбитые танки, то обнаружили, что один танк не имеет никаких повреждений, но попал в углубление и видно в спешке немцы не сумели выбраться из этого углубления, бросили этот танк, выведя из строя пушку на нем, сломали замок. Комсорг батальона Володя Кукаев, который разбирался в технике, забрался в танк на водительское место, завел мотор и выехал из углубления, в котором был танк. На этом танке он стал нас сопровождать.

Учитывая, что в Германии все дома и другие постройки в больших и малых населенных пунктах, в кирпичном исполнении, эти дома и постройки немцы превращали в огневые точки. Поэтому, наступая на один населенный пункт мы встретили сопротивление немцев, которые засели в крайних домах и пулеметным огнем приостановили наше движение вперед. Обстрел из 45 мм орудий успеха не принес, а других более крупных орудий у нас не было. Было принято решение на немецкий танк посадить автоматчиков, на большой скорости въехать в деревню и сходу атаковать крайние дома. Что и было сделано, и сделано без потерь. Взятые в плен немцы нам пояснили, что они были ошеломлены: из рядов наступающих русских несется по дороге, прямо к ним, немецкий танк с крестами и они ничего не успели сообразить, как были атакованы русскими автоматчиками.

В последствии, переправляясь через одну из речек этот танк у нас застрял и пришлось его оставить. Сам Володя Кукаев в одном из боев погиб.

В конце апреля мы вышли к реке Эльба и штурмом овладели г.Дрезден. Когда мы вошли в этот город, то увидели его в развалинах, только на окраинах его и в пригороде сохранились жилые дома и другие строения. Здесь мы узнали, что задолго до нашего прихода, г. Дрезден был разрушен американцами и англичанами с воздуха. В г.Дрезден 3 мая мы узнали и то, что в Берлине над Рейхстагом водружено Красное Знамя Победы.. Сколько было радости, ликования среди солдат, сержантов, офицеров. Все чувствовали и понимали, что скоро наступит Победа, конец войны.

Здесь же в Дрездене, нам сообщили о восстании населения в городе Прага и обращении к Советской Армии о помощи восставшим. Нам была дана команда – повернуть наступление на Прагу. Помощь восставшей Праге была оказана вовремя. Сопротивление немцев было подавлено и город Прага был освобожден от немцев. Все население Праги вышло на улицы и приветствовало своих освободителей. О встрече населения с воинами-освободителями трудно рассказать и тем более описать.

За участие в героическом штурме и освобождении Праги я, как и многие другие, награжден медалью «За освобождение Праги». В Праге же я встретил и отмечал первый день Победы – 9 мая 1945 года. Этот день для меня был, есть и будет незабываемым днем.

За участие в Великой Отечественной войне я награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 г.г.». Но самой большой наградой, радостью для нас фронтовиков в этот день было то, что мы живы. День Победы 9 мая для меня остается особенным праздником. Особенность его состоит в том, что ни у одного из наших праздников нет седины на висках – у этого есть. Ни у одного из праздников нет слез на глазах – у этого есть. В этот день мы не только празднуем, но и отдаем дань и чтим память тех, кто отдал жизнь ради этого дня.

Людей моего поколения спрашивали и спрашивают сегодня, как и почему мы победили ? Я отвечал и отвечаю сегодня, что главными источниками невиданной стойкости и мужества советских людей и их победы в этой войне были – советский, социалистический, общественный и государственный строй; морально-политическое единство советского народа; дружба народов СССР; советский патриотизм. Сегодня этого ничего нет, как нет и СССР.

День Победы 9 мая я всегда встречал и праздновал с радостью и грустью. Праздник шестидесятилетия Победы я встречу только с грустью.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Борисов

  2. Имя, отчество: Иван Сергеевич

  3. Год рождения: 19 сентября 1925г.

4. Призван в Советскую Армию в январе 1943г.. С апреля 1943г. по июль 1943г. воевал на 1-м Прибалтийском фронте.

Получил тяжелое осколочное ранение.

Участник трех парадов на Красной Площади в г. Москве.

Уволен в звании подполковник милиции с занимаемой должности старший следователь Селтинского РОВД.

5. Награды: орден «Отечественной войны» 2-й степени, медали «За боевые заслуги», «За победу над Германией», медаль «Жукова», юбилейные медали.

Борисов И.С.

Пишу эти строки в слезах.

Я был призван в Советскую Армию в январе 1943 года. С апреля по июль 1943 года я воевал на первом Прибалтийском фронте.

В июле 1943г. я попал в 369 отдельный саперный батальон, который стоял на пополнении в Тульской области в деревне Самохваловка, это недалеко от Тулы под г.Щекино.

В октябре 1943 г. нас доставили на фронт, а 5 октября 1943г. пошли в наступление, продвинулись километров десять и стояли в обороне в Белоруссии под городом Городок, это очень недалеко от Витебска. В этой обороне мы стояли до 22 июня 1944г. и все на переднем кране обороны. Часто выходили за передний край и лазили по ночам по нейтральной полосе, минировали передний край обороны, приходилось сопровождать разведчиков за «языком». Запомнился один такой печальный случай, такое не забывается. Мой напарник – сапер при этом погиб, мне пришлось тащить его до своих, но и «языка-немца» разведчики взяли.

Участвовал при форсировании реки Западной Двины под обстрелом и бомбежкой, тогда немцы еще были сильны и оказывали ожесточенное сопротивление.

Эти строки пишу в слезах – так тяжело это вспоминать и вообще не хочется вспоминать, потому что это тяжело.

На нашем участке фронта 22 июня 1944г. началось наступление. Два дня подряд шла артиллерийская подготовка, а потом пошли в наступление. Участвовал в этом наступлении до 5 июля 1944г.. Дошли до Западной Белоруссии до реки Березина, которую в 1812 году форсировал Наполеон. Строили мост через реку Березина под обстрелом немцев, они находились на другом берегу реки. Меня тут ранило осколком снаряда, разорвавшегося поблизости. Пятого июля 1944г. получил тяжелое осколочное ранение с перелом большой берцовой кости. В этот день война для меня кончилась. Лечился в только что освобожденном городе Витебске, после излечения был направлен в Белоруссию в город Борисов в танковую школу, где и встретил долгожданный радостный День Победы. Но моя армейская служба на этом не закончилась, я был демобилизован только в марте 1950 года. В последние годы проходил службу в знаменитой Кантемировской танковой дивизии, которая дислоцировалась в то время в городе Нарофоминске под Москвой. В составе этой части участвовал на тридцать четверке на трех парадах на Красной Площади.

Был призван в ряды Советской из 10 класса Вавожской средней школы. После демобилизации доучивался в 10 классе, а потом поступил в Казанскую двухгодичную юридическую школу, по окончании которой был направлен в Рижскую школу милиции, где обучался два месяца и с присвоением звания лейтенант милиции был направлен в распоряжение отдела кадров МВД Удмуртской Республики. А дальше были годы службы в милиции.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Саранчев

  2. Имя, отчество: Николай Ефимович

  3. Год рождения: 12 апреля 1923г.

  4. Партийность: член ВКП(б) с 1945 года.

  5. Служба в Советской Армии, в войсках НКВД МВД и в органах внутренних дел. Родился в д.Екатеринославка Цюрутинского района Павлодарской области, образование 10 классов, с 1939-1942г.г.монтер-телефонист завода 74 г.Ижевска УАССР. Призван на службу в армию в сентябре 1942 г..

С 09.1942-06.1943г.г. - 2-й запасной воздушно- десантный полк – курсант.

С 05.1943-01.1945г.г. – 7-я воздушно-десантная бригада – командир отделения. Участвовал в боевых действия с 03.-1945 по 05.1945г.г. в составе 351 гвардейского воздушно-десантного полка – старшина.

Вся дальнейшая жизнь – служба в ГАИ. С декабря 1951г. по октябрь 1955г. инспектор ГАИ УМ МВД УАССР. Два года учился в Новочеркасской школе милиции. С 1956г. старшим госавтоинспектором Ленинского райотдела милиции. В 1966 г. назначен старшим оперуполномоченным отдела РУД, в 1967 г. начальником отдела РУД, в 1970 г. зам. командира РУД, в 1973 г. уволен по выслуге лет, в звании капитан милиции.

6. Краткие сведения о наградах: орден «Боевого Красного Знамени», медали «За отвагу», «За взятие Вены», «За победу над Германией», «30 лет Советской Армии и Флота», «За безупречную службу» 3 степени, медаль «20 лет Победы в ВОВ 1941-1945г.г.», «50 лет Вооруженных Сил СССР», Награжден знаком «Отличник милиции».

Саранчев Н.Е.

В тылу противника десантники.

Я служил в десантно-воздушных войсках с 1942 по 1947 годы. В боях участвовал с 13 марта 1945 г. по 12 мая 1945 г.

По прибытию на фронт, в район озера Балатон у деревни Чек-Берень в Венгрии, нам была поставлена задача сделать прорыв обороны противника, войти в прорыв и продвигаться в тыл противника, окружить столицу Австрии _ Вену, перекрыть дороги к отступлению противника.

16 марта сделали прорыв многоэшолонированной обороны, вошли в прорыв и пошли по тылам противника. Прошли Карпатские горы и продвигались к столице Австрии - Вене. Как впоследствии узнали, наша задача была войти в тыл Вене, отрезать путь отступления противника и взять Вену. 16 апреля 1945 года Вена была взята.

Выполнив эту задачу, 19 апреля 1945 года часть отошла от Вены. Мы должны были заменить в обороне одну из потрепанных частей. 20 апреля 1945 года наш полк вечером, на одной из окраин деревни, занял оборону. Оборона проходила по окраине деревни. Окопы были вырыты во весь рост, соединены ходами сообщения с выходом в постройки деревни. Если в обороне до нас на каждого бойца приходилось до 50 метров линии обороны, то у нас было до 20 метров обороны. Но мы выиграли в том, что у нас были автоматы и пулеметы. Немецкая оборона находилась от нас примерно около километра, в деревне. Между нами находилось ровное поле, без кустов и деревьев.

21 апреля 1945 года, где-то около 10 часов, мы увидели, что с противоположной деревни вышла большая группа немцев. Шли они двумя колоннами. Нам было приказано, замаскировать оборону и не стрелять без приказа, выставить наблюдателя, а всем остальным спрятаться в укрытии. Колонны немцев, пройдя половину расстояния, метров 500, развернулись в две цепи, с расстоянием между ними в 100-120 метров. Мы огонь не открывали и свою линию обороны не показывали. Немцы продолжали двигаться. Не дойдя до деревни метров 150-200, немцы открыли огонь и с криком побежали к нашим окопам. Подпустив их метров на 100, последовала команда «Огонь». Немцы еще какое-то время бежали вперед, потом первая цепь остановилась, вторая продолжала движение. Мы огонь вели по ближней цепи и пока ее всю не уничтожили, огонь не прекращали. Выбив всю первую цепь, огонь перенесли на вторую Вторая цепь была также разбита. Ни один живой немец не ушел с поля боя.

От пленных мы узнали, что в честь рождения Гитлера, командование решило отбить деревню при помощи такой атаки. В кругу солдат она была названа «психической атакой». Мы в этом бою не потеряли ни одного бойца.

Находясь в Вене, с 30 апреля 1945 года на отдыхе, наша часть 2 мая 1945 года была поднята по тревоге и направлена в Чехословакию для оказания помощи восставшим пражским партизанам. Но, в связи с отсутствием транспорта, мы не успевали в Прагу, а поэтому нас 12 мая 1945 года направили на сближение с американскими войсками в Чехословакию. Находясь на марше, 12 мая колонна попала в засаду и пришлось вступить в бой прямо с марша.

Вот и все мои фронтовые похождения.

Имею 25 тренировочных прыжков с парашютом.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Бегунов

  2. Имя, отчество: Григорий Иванович

  3. Дата рождения: 25 января 1923г.

  4. Родился в деревне Сочнево Киясовского района. Образование высшее, в 1965 году окончил высшую школу МООП РСФСР. С 1938-1941г.г. – счетовод, бухгалтер Яжбахтинского совхоза Киясовского района. С 1941 по 1943г.г. был мобилизован в армию. С 1943 по 1949 г.г. Киясовское РО МВД УАССР. 1949-1953г.г. - начальник Можгинского РО МВД УАССР. С 1953 по 1956 г.г. - заместитель начальника ОБХСС МВД УАССР.

С 1956 по 1964 г.г. - начальник Сарапульского ГО МВД УАССР. В 1964г. - заместитель начальника Индустриального РОВД, в 1966г. – заместитель начальника службы МООП УАССР, в 1970 г. – назначен начальником Ленинского РОВД, В 1973 г. уволен по болезни в звании полковник милиции.

6. Награды: медали «За боевые заслуги», «50 лет Вооруженных Сил СССР», «За победу над Германией», «20 лет Победы в ВОВ 1941-1945г.г.», «За безупречную службу» и 1 и 2 степени, «25 лет Победы в ВОВ», награжден знаком «Отличник милиции».

Бегунов Г.И.

Война на фронте и в тылу.

Я родился в 1923 году в деревне Сочнево Киясовского района УАССР. В предвоенные годы моя семья проживала в совхозе Яжбахтинский того же района. В 1938 году в Киясовской школе окончил 7 классов и начал работать в бухгалтерии совхоза. Три месяца пробыл учеником, затем стал счетоводом, а в октябре 1940 г. был направлен на шестимесячные курсы в Саратовскую школу бухгалтеров наркомсовхозов. От этой школы у меня сохранились самые наилучшие воспоминания. В 1940 г. в Саратовской области был очень большой урожай, в магазинах продавались булки, батоны, колбасы, на рынке арбузы. Однажды зашел на рынок и увидел несколько пароконных упряжек хороших лошадей с арбузами, яблоками, услышал немецкую речь. Мне пояснили, что это немцы, они живут за Волгой, в республике немцев - Поволжье. Закончил школу на отлично, приехал в совхоз, меня назначили заместителем главного бухгалтера.

В совхозе принимал активное участие в комсомольской, спортивной и общественной жизни, занимался игрой в волейбол, бегом, верховой ездой на лошадях.

Наступило лето 1941 года. Закончилась посевная компания, в райцентре Киясово готовились спортивные соревнования. Утром, 22 июня, мы на совхозной машине с группой ребят поехали на соревнования. При въезде в Киясово у здания военкомата увидели стоящие запряженные в телеги и тарантасы лошадей, играли гармошки, плакали женщины, а у военкомата ходили пьяные мужчины. В райкоме комсомола нам сказали: «Соревнований не будет, началась война. Германия напала на СССР, езжайте домой». Сообщение о войне быстро облетело все деревни, стали готовиться к призыву в Красную Армию.

Работая в бухгалтерии, я каждый день слушал по радио известия, удивлялся продвижению немецких войск в центр нашей страны. Но многие думали и надеялись, что где-то будет дан немцам сильный контрудар, но его не получалось. 3 октября нас троих из совхоза, а из района 14 человек, призвали в армию. До Агрыза скакали на лошадях. На утро следующего дня привезли нас в Казань в товарных вагонах, все с котомками-мешками выгрузились. От Казанского вокзала шли пешком, вышли за город, в лес. Нам сказали: вот здесь будете строить землянки, чтобы жить зиму. И чем быстрее их построите, тем лучше, а пока будете спать в сене.

Начали копать длинные котлованы, как хранилища для овощей, валить лес, делать опалубку стен, возводить потолочный свод, который будет являться крышей и потолком. Первые 25 дней октября спали у костров. Когда набросали землю на потолочный каркас, начали спать в землянках. Холод, грязь, истоптанная ногами глина постепенно втягивали нас в свою суровую жизнь. Наступили заморозки, выпал первый снег. Наряду со строительством землянок изучали материальную часть оружия, тактику, штыковой бой, ползанье по пластунски, ходьбу на лыжах. Вскоре в наш 270 запасной полк прибыли из училища молодые офицеры. В нашу роту пришли лейтенанты Зайцев, Усусов, Клачун, которыми я восхищаюсь до сего дня: культурные, обладающие военными знаниями, преданные и ответственные офицеры.

В запасном полку через день формировался маршевый батальон и строевым шествием под музыку его отправляли в Казань для поездки на фронт. Нас тоже стали готовить на фронт, выдали все новое обмундирование, оружие, боеприпасы. 9 января 1942 г. в Казани погрузились в эшелоны, поехали в Москву. Москва выглядела мрачно, все улицы были в противотанковых ежах, мешки с песком, окна всех домов переклеены поперечными лентами. Было ясно - едем в сторону Ленинграда. Под утро следующего дня на узловой станции Бологое нас бомбила немецкая авиация. Одна авиабомба попала в эшелон с ранеными. Здесь я впервые увидел ужасы войны, к которым в последствии привык.

Нам приказали всех оставшихся в живых раненых солдат из двух эшелонов перенести на вокзал, собрать останки погибших, по возможности выяснить их личность. На привокзальную площадь натаскали груду останков, затем на расположенной в километре от вокзала горке выкопали могилу и там сделали общее захоронение.

Повезли нас по железной дороге в сторону Старой Руссы. Высадились мы на маленьком полустанке, и пять дней шли по деревням к последнему прифронтовому населенному пункту. Пришли в сожженное немцами село Ромашево, две ночи ночевали в кирпичном здании школы с выбитыми окнами. Посредине села стояла церковь с разрушенной снарядами колокольней. Стояли 30 градусные морозы, было холодно. Ночью нас построили и пешей колонной мы пошли к той деревне, где были немцы. Шли лесом, затем вышли на поляну, лыжи поставили к елкам, подготовили диски, патроны, гранаты. Заместитель командира роты приказал: с поля цепью идти на деревню, а если немец побежит – продолжать преследовать. Мы с Колей Дроновым ползком приближались к огородам. Немцы открыли автоматный, пулеметный и минометный огонь. Мы пролезли через огороды, увидели немцев, стали в них стрелять, но возле нас стали разрываться мины. Моего друга, Колю Дронова, убило, я один стреляю из пулемета, держу около себя коробки с патронами. Начало светать, я увидел – слева от меня лежит тяжело раненый командир роты, ожидая санитаров. Просит: солдат, вынеси меня с линии огня. Я подполз к майору, сказал: «Держись за ремень пулемета, я буду вытаскивать тебя в лесок». Лишь со второго захода взяли мы эту деревню.

На войне у каждого солдата и офицера своя судьба, свое счастье. Во втором наступления мне дали командиром молодого парня, он находился с левой стороны расчета. В ответ на наши пулеметные очереди, немецкая мина ударила с левой стороны и мой командир погиб. На третьем наступлении мне дали старого солдата, он тоже погиб. Я остался один. Всюду огонь. Переползаю по снегу в сторону сближения с противником. Выбрал у куста удобное место, с которого хорошо был виден минометный расчет немцев. Развернул пулемет, прицелился и целую очередь выпустил в немцев. Было ясно видно, как немцы, сраженные пулями, падали на снег, миномет замолчал. Но тут же пулеметную точку засекла артиллерия противника и в мою сторону со свистом полетели снаряды. Я понял, меня засекли. Второй снаряд немного не долетел до меня – разорвался. Нас учили, если снаряд или мина рвались перед тобой и от взрыва образовалась воронка, прыгай в нее, выпущенный противником снаряд, или мина повторно, в ранее образовавшуюся воронку, больше уже не попадет. Я приготовился прыгнуть в воронку, откуда можно было бы продолжать вести огонь по противнику. Но тут с левой стороны разорвался третий снаряд, в глазах мелькнули искры и я потерял сознание. Утром по трупам ползал санитар, он меня растряс и я пришел в сознание. Махнув рукой, санитар сказал: «Ползи в низину». Там меня встретили другие санитары и привели в землянку. В землянке горела патронная коптилка, было тепло. Мне сделали повязку в местах, где сочилась кровь. Забинтовали две раны на лице, первый осколок пролетел через щеку и язык, второй по подбородку, третий осколок в предплечье левой руки, и три осколка попали в левую ногу. Разрезали голенище левого валенка, сняли его с ноги, всю ее перебинтовали. Вся затылочная часть шапки была изорвана осколками, на спине маскхалат, шинель, фуфайка были издырявлены осколками. Солдат редкостной судьбы идет в атаку, наступает на противника и остается жив. А я остался жить.

В феврале 1942 года группу солдат готовили на ночной захват языка. Был составлен список, все ознакомились с задачей и подробно проинструктированы. Вечером сержант Федоров внезапно заболел, и в список включили меня. Я подготовил автомат, патроны, гранаты. Выход оказался удачным, мы утром привели немца, а Федорова нашли у землянки убитым. Оказалось, сержант Федоров утром встал и в лесу начал варить кашу. Тут налетел немецкий самолет на дымовую завесу, сбросил две авиабомбы, осколками который Федоров и был убит.

После первого ранения, мне много мучений принесло ранение языка, с большими затруднениями жил, ел, говорил. Язык был неуправляемым, иногда вываливался из полости рта, обильно выделялась слюна. Голова была перебинтована. На первый взгляд я выглядел, как человек, не умеющий говорить, или лишенный здравого рассудка.

В феврале месяце нас привезли в товарных вагонах на неизвестную для меня железнодорожную станцию. На перроне стояли солдаты – санитары с носилками, бегали медсестры, распределяли, кого на какой транспорт помещать. Это оказался маленький городок Юрьев-Польский Ивановской области. Раненые солдаты все были грязные, закоптелые, завшивленные, в рваных шапках и шинелях.

После выздоровления второй раз прибыл на фронт 4 октября 1942 года на участок границы Белоруссии и Смоленской области, снова стал пулеметчиком. На передовой в боевом охранении пробыл до 25 мая 1943 года. Но в феврале 1943 года, когда ходили за языком, я был ранен второй раз в голень правой ноги. Ранение было легким, в тыловой госпиталь не отправили, лечился в медсанчасти.

25 мая 1943 года на нашем участке немец пошел в наступление. Я, как и другие, веду огонь по немцам. Первая атака немцев была отбита, примерно через час началась вторая атака, а в диске патронов уже не было. Я правой рукой потянулся к диску, чтобы перезарядить пулемет, в этот момент меня ударило по руке. Командир взвода сделал перевязку, и я был отправлен в медсанбат. С этим ранением я лечился в городе Кизел Пермской области. После третьего ранения я был комиссован.

Вернулся в совхоз Яжбахтинский к своим родителям. Директор совхоза, узнав о моем прибытии домой, предложил мне работать главным бухгалтером совхоза, я дал согласие, но на работу пока не выходил. В совхозе жил участковый уполномоченный милиции старший лейтенант Глухов П.Н., с которым я вскоре познакомился. Глухов имел направление выехать в освобожденные районы Украины и попросил меня на милицейской лошади отвезти его в Агрыз, чтобы уехать к месту назначения. Глухова я отвез и проводил. Вечером из Агрыза я должен был приехать в Киясово и сдать лошадь в отдел НКВД. Приехав в Киясово, я открыл ворота, а мне навстречу идет начальник отдела НКВД Воробьев. Он спрашивает, откуда я и как оказался здесь. Я сказал, что вернулся из армии по ранению. Капитан Воробьев тут же мне предложил работать участковым уполномоченным вместо Глухова. Я сослался на ранение, Воробьев сказал, что обстановка в районе сложная и мы никаких комиссий не проводим, некому работать в НКВД. И я после колебаний через три дня написал заявление и заполнил необходимые анкеты. Вот эта неожиданная встреча с начальником НКВД резко изменила мою биографию, вместо бухгалтерии я попал в милицию.

Через два дня я из Яжбахтино приехал в НКВД Киясово. Капитан Воробьев мне дал лошадь, тарантас, сбрую, седло, рассказал, какие деревни входят в мой участок и я поехал. Ни на какие курсы я не ездил, практический опыт приобретал по крупицам. Все неясные вопросы по службе, которые возникали, я записывал, а потом получал консультации у начальника или звонил ему по телефону.. Работали тогда без выходных, не считаясь со временем. В сумке участкового всегда лежали задания по розыску и задержанию дезертиров из армии и военной промышленности. Каждый день совершались кражи зерна из складов и мельниц, кражи скота, убийства в деревнях из-за хлеба. Никаких следователей не было. Вот так и началась моя жизнь в милиции, в которой я проработал более 30 лет.

В Киясово я работал участковым уполномоченным, оперуполномоченным уголовного розыска, а в июне 1946 года меня назначили заместителем начальника отдела НКВД, он же начальник милиции.

В Киясовском районе за 10 месяцев работы было раскрыто 4 убийства, 4 кражи скота, 5 групповых хищений зерна. В июне 1947 года в селе Тимсово из хозяйства семьи погибшего на войне солдата, была украдена корова. По приезду в этой хозяйство меня встретил плач детей. Осмотр места кражи ничего не дал. Я спросил у селян, где у села брод через реку Иж. Мне его показали, я его перешел в сапогах. Идя по лугу, увидел летающих мух. Тщательный осмотр кустарника указал на место забоя коровы, отыскал закопанное в землю мясо. Затем устроил ночную засаду и обеспечил задержание двух скотокрадов.

В сентябре 1949 года меня перевели на работу в Можгу. Здесь я столкнулся с огромными трудностями. Низкая дисциплина среди личного состава, одна лошадь на весь райотдел. За 4 года работы в Можге были изъяты 33 краденые лошади, арестованы 4 группы цыган. В милиции появились 7 лошадей, сбруя, тарантасы, тогда никто не мог и мечтать о машинах или мотоциклах. А потом пошел Ижевск. Сарапул… За 9 лет работы в Сарапуле я приобрел огромный опыт работы в борьбе с преступностью.

Милиционеры здесь работали самозабвенно, сутками. Видимо это и позволило преодолевать трудности. Все переживали вместе, радости и горечи, удачи и неудачи, разочарования и успехи. Работали иногда до полного иссякания оперативной находчивости и фантазии. Но все это сочеталось с осторожностью, осмотрительностью и определенным риском. В первые месяцы работы в Сарапуле я постоянно удивлялся и едва привык к огромной по своей численности и разнообразию преступлений. Малочисленный аппарат, с низкой заработной платой, едва справлялся с ними. Но здесь работал костяк преданных милиции товарищей – Калика, Сегал, Ушаков, Семенов, Мухин, Власов, Могилевский, которых и по сей день помню и уважаю. Было своеобразное соревнование, кто будет иметь более ценную оперативную информацию, которая бы давала возможность раскрывать преступления. Развивали личный сыск, чутье и смекалку.

В феврале 1962 года милиционер Мерзляков шел по Сарапульскому району и встретил незнакомого парня. Увидев милиционера, парень побежал прочь. Мерзляков устремившись за ним, задержал его и привел ко мне в кабинет. Я у задержанного произвел личный обыск, ничего не обнаружил, документов нет, фамилии и имени не называет. Но я обратил внимание, что вся одежда на нем новая, не ношеная, новые ботинки, шапка. Я тут же задержанному сказал: «Ты сбежал из лагеря заключенных». Дежурный написал протокол задержания, я лично отвел его в КПЗ. Во второй половине дня ко мне заходят четыре человека украинцев из Сумского лагеря. Они рассказали, что из лагеря сбежали двое заключенных – Устюжанин и Клоков. Побег совершили путем тарана, пробив въездные ворота самосвалом. Я рассказал им о задержанном. Пошли в КПЗ, прибывшие опознали в нем Клокова. На второй день был задержан и Устюжанин. Произведенным обыском в их притоне было обнаружено много промтоваров, а в Сарапуле у них был найден целый склад ворованного. Тогда было раскрыто 7 магазинных краж в Завьяловском, Мало-Пургинском, Агрызском районах.

В работе милиции невозможно использовать какие-то стандартные приемы или правила. Один процесс раскрытия преступления не похож на другой и даже порой при успешном раскрытии сложных преступлений обнаруживаются промахи и ошибки. Постоянно помогал в моей работе прокурорский надзор за соблюдением милицейской законности.

Сарапул. 1956 год. Июнь месяц. Вечером в дежурную часть горотдела обратился гражданин «М» и сообщил, что сегодня с работы домой не пришла его жена. Она работала продавщицей в магазине пригородной овощной фермы, расположенной в двух километрах от городской черты. Семья жила в частном доме, в низах у реки Сарапулки. В дежурной части приняли заявление и направили оперативную группу, прочесали склон возвышенности, заросший сосновым лесом. Сам муж тоже утром следующего дня тоже собрал 6 человек родственников и прочесал пригородный лес. Эта группа обнаружила в лесу его жену мертвой, в позе изнасилованной женщины. Об обнаруженной убитой женщине сообщили в горотдел, был организован осмотр места происшествия и трупа убитой женщины. Ни судебно-медицинское вскрытие, ни осмотр места происшествия каких либо данных, говорящих о личности преступника, не дали. Было разработано 6 версий, отработка которых положительных результатов не дала.

Прошло три недели. Потерпевший муж ходил по всем властным учреждениям, жаловался на нас за то, что жену убили, а милиция убийцу найти не может. Опрос родственников и знакомых говорил о нормальных семейных отношениях. На праздничных вечерах, на глазах родственников «М» представлялся любимым мужем. Но оперативники уголовного розыска установили любопытный момент. Полеводы – женщины в день убийства окучивали помидоры и видели эту продавщицу, идущую в город. Они обратили внимание на то, что она вдруг почему то резко изменила направление и пошла на лесную возвышенность и скрылась в лесу. Женщины высказали предположение, что кто-то из знакомых окликнул ее и пригласил к себе. Было принято решение задержать мужа «М» в КПЗ. Срок содержания в КПЗ строго ограничен – 3 суток. Были проведены все необходимые подготовительные оперативные мероприятия. Первые три дня допросов ничего не дали. Уличающих материалов против задержанного добыто не было, он подлежал немедленному освобождению. Мне позвонил прокурор: - Григорий Иванович, задержанного освобождай и готовься держать ответ за глупый поступок.

Действительно, все это выглядело глупо. Я оказался на грани серьезного административного наказания. Что делать ? Я решил допросить задержанного сам. Обдумал методику допроса. После некоторых запирательств задержанный «М» признался в совершенном убийстве жены. Рассказал, что после демобилизации из армии, невесту ему нашла его властная мать, сделала свадьбу, женила его, а он через полтора года жену возненавидел. Долгое время готовил убийство, до мелочей все продумал и создал себе алиби.

Я пригласил прокурора и следователя, выехали на место обнаружения трупа. Задержанный сам показал место, где он прятал труп, а также место, где лежали деньги, выручка магазина, в третьем месте лежали туфли с ног жертвы. Мы получили неопровержимые уличающие материалы. Заработал механизм расследования. Работники прокуратуры, участвовавшие в раскрытии этого преступления, получили персональные вознаграждения от генерального прокурора СССР. А преступник получил высшую меру наказания. Был и другой случай.

В феврале 1963 года директор Октябрьского лесхоза Владыкин на вороном рысаке подъехал к конторе леспромхоза, привязал его к коновязи. Лошадь, санки и вся упряжка выглядели очень привлекательно. Час спустя после разговоров в помещении конторы, директор вышел на улицу и лошади не обнаружил. Серьезно озабоченный исчезновением ее, директор обзвонил все структуры – милицию, райком, исполком. Осмотр места происшествия ничего не дал, но в доверительных разговорах, люди, которые могли что-то видеть, высказали подозрение на рабочего татарской национальности, который вышел из конторы и затем исчез. Подозреваемый проживал в поселке Симониха. В его хозяйстве сотрудники милиции произвели обыск, но ничего не обнаружили. Шайдулина задержали в КПЗ. Я послал с повторным обыском и предложил перекопать весь снег в огороде задержанного. Во время перекапывания снега нашли лошадиную голову, привезли ее в милицию, положили на стол кабинета, где должен был допрашиваться Шайдулин. При конвоировании в кабинет, когда задержанный увидел лошадиную голову, он признался в содеянном, как он украл лошадь, за ночь ее зарезал, мясо и шкуру спрятал в снегу у берега Камы, кошевую разобрал, все металлические предметы утопил в проруби Камы и утром явился на работу.

В 1960 году по инициативе Н.С.Хрущева был запущен в дело новый механизм борьбы с преступностью – передача задержанных и изобличенных преступников на поруки коллективов предприятий для перевоспитания. Тогда уже сразу было видно, что это огромная ошибка и это привело к резкой вспышке преступности.

В Сарапуле в это время завелся насильник. Встречая женщин на улице или в укромных местах, он бил их по голове, насиловал и скрывался. В первых числах сентября из вечерней школы шла домой девушка «П». На пустыре ей встретился неизвестный, который ударил девушку кирпичом по голове, снял с руки часы, изнасиловал и скрылся. Потеряв от удара сознание, девушка лежала в траве у канавы. Рабочие электрогенераторного завода шли со второй смены и увидев окровавленную девушку сообщили в милицию и скорую помощь.

Через две недели во второй половине дня другая девушка шла по берегу реки Сарапулки к своим родителям в сторону Сарапульской МТС. По дороге ее догнал не высокий мужчина в плаще, резиновых сапогах и двухствольным ружьем. Когда перешли по переходам речку и оказались в низине, неизвестный потребовал снять белье и изнасиловал ее. После насилия девушка встала, отвернулась, а в это время неизвестный выстрелил ей в спину и побежал прочь по берегу реки в сторону Сарапула. Рабочие-плотники занятые недалеко ремонтом кровли, услышав выстрел, увидели упавшую на землю девушку и сообщили в милицию. В городе началась паника, полетели жалобы в Москву, Ижевск со справедливым возмущением. Каждый день применялись и проводились новые варианты розыскных мероприятий, но они результата не давали.

Участковый Урсеков проверяя железнодорожное общежитие обратил внимание на сожителя дежурной сотрудницы общежития и тут же вручил ему повестку: явиться в горотдел. Утром на следующий день мне доложили об этом человеке, похожим на разыскиваемого. Но из горотдела он сбежал поняв, что будет разоблачен. Я набросил пальто, быстро побежал на рынок, задержал похожего там человека. Отрекомендовавшись, спросил у задержанного фамилию, он назвался Блохиным. Я взял его за рукав, привел в дежурную часть, провел личный осмотр и отвел его в камеру. Вечером этого же дня, на допросе Блохин во всех злодеяниях признался. Кроме того, взял на себя и квартирные кражи и пять грабежей. За два дня до задержания и ареста Блохин ездил на рыбалку и охоту в Каракулинский район, возвращался домой в Сарапул, на автобус опоздал. Ночью зашел на конный двор колхоза, нашел на столбе узду, выбрал лошадь и на ней верхом приехал в Сарапул. На окраине города на лугах, в кустарнике, привязал лошадь к осине и в упор выстрелил в голову. Блохин из задней части трупа лошади вырезал мясо и унес к себе на квартиру на прокорм собак. Заявка об убитой лошади в дежурную часть была, на место выезжали работники УР, провели осмотр места происшествия, а через три дня стал известен и преступник. Блохин являлся уроженцем Курской области, там за квартирные кражи еще несовершеннолетним был арестован, осужден, наказание отбывал в Пермских лагерях. При освобождении познакомился с сарапульской девушкой, которая и привезла его к нам в Удмуртию. Суд осудил его за все эти преступления.

В должности начальника милиции в 4-х районах я проработал около 20 лет. За годы работы всегда испытывал чувство ответственности за порученное дело. Учил сотрудников работать с умом, с трудолюбием, пониманием ответственности и долга.

Три года я работал заместителем начальника ОБХСС министерства, за это время в результате тщательного изучения методов хищения государственных средств в 15 районах были арестованы и привлечены к уголовное ответственности многие заготовители конторы «Заготживсырье» «Удмуртпотребсоюза». Организованная преступность расхитителей во многих случаях своевременно вскрывалась, расследовалось. Помню был такой случай. Из механического завода на имя заместителя министра Кукушкина поступила жалоба – исчез ящик с 24 охотничьими ружьями, предназначенными на экспортную продажу в Бельгию. Расследование было поручено ОБХСС. Через сутки, после поступления письма, перед окончанием рабочего дня стало известно, что ящик с ружьями был перевезен на чердак, где ружья поделили и развезли по квартирам и гаражам. За ночь провели 12 обысков, ружья все изъяли, все участники преступления были задержаны.

Аппарат БХСС тогда был очень сильный – это Перевозчиков А.С., Обухов, Красногоров В.А., Чуданов, Стариков, Скоробогатов. Эти воспоминания о них, об их ратном труде, преданности своему народу и России.

В.С.Перевощиков.

Слово о ветеране.

О

Фото

тдел охраны общественного порядка МВД УАССР сердечно поздравляет всех с наступающим праздником Победы, желает крепкого здоровья, успехов во всех начинаниях и делах, семейного благополучия.

Особые слова благодарности мы говорим сегодня тем, кто большую часть своей жизни отдал службе в органах внутренних дел, кто и сейчас, будучи на заслуженном отдыхе, занимает активную жизненную позицию. И таких людей у нас немало.

Но сегодня мне хочется рассказать более подробно об одном человеке, ветеране органов внутренних дел, ветеране Великой Отечественной войны – Михаиле Александровиче Бережном.

Родился Михаил Александрович в 1922 году. В 1941 году был призван на службу в Красную Армию. С 1941 по 1943 г.г. воевал в составе 44 Гвардейской дивизии 5-й воздушно-десантной бригады, дважды был ранен, последний раз тяжело. Даже сейчас, по прошествии многих лет, Михаил Александрович до мельчайших подробностей помнит тот памятный бой 17 июля 1943 года около г. Изюм, что на фланге Курской дуги.

Рота пошла в атаку. Отделение минометчиков, во главе с командиром сержантом Бережным была оставлена в резерве. Вдруг Бережной видит, как на расстоянии 120-130 метров от траншеи падают два бойца его роты, он тут же спешит к ним на помощь. Когда вытаскивал второго бойца, сам получил ранение в ногу. Командованию о ранении не доложил и вместе с командиром роты пошел в цепь наступающих. Вскоре командир роты получил пулевое ранение в грудь. Бережной вытащил командира из-под огня, затем пополз обратно, чтобы взять оружие и офицерскую планшетку командира. Когда уже возвращался обратно, вблизи вдруг разорвались две мины. Михаил Александрович получил множество осколочных ранений в голову, обе руки и ноги. Истекая кровью, теряя сознание, он все же дополз до траншеи. Дальше разные госпитали. В течение 5-ти месяцев врачи выхаживали его, «штопали» израненное тело. Когда поставили на ноги, был направлен в резервный полк, а затем в военное училище, стал офицером Советской Армии. При сокращении Советской Армии в 1954 году уволился в запас.

Михаил Александрович Бережной награжден орденом «Отечественной войны» 2-й степени, медалью «За боевые заслуги», медалью «За победу над Германией», всеми юбилейными медалями,

С 1955 по 1973 г.г. Михаил Александрович прослужил в органах внутренних дел УАССР. Последние 5 лет работал в должности начальника спецприемника для административно-арестованных лиц ОООП МВД УАССР. За время службы в милиции неоднократно поощрялся за хорошую работу министром внутренних дел УАССР и начальником ОООП, является ветераном органов внутренних дел.

В настоящее время Михаил Александрович ведет активную работу в Совете ветеранов МВД УАССР по воспитанию молодых сотрудников и я уверен, что только что пришедшим на службу, есть чему у него поучиться, да и просто поговорить с этим интересным, общительным человеком.

1995 год.

Бережной М.А.

Последний бой – он трудный самый.

Это было 17 июля 1943 года.

Лето, тепло. Тишина и благодать, как будто и нет войны. Только нарушает эту тишину «рама», которая целыми днями висит над позицией и изредка швыряет мелкие бомбы. Солдат посмотрит на самолет: куда он летит, где находится и сразу определит, что эта бомба «не моя» и спокойно идет к кухне, которая находится в тылу траншей, в кустах зелени.

Но 17 июля очень рано прозвучала команда «Подъем!». Чувствовалась утренняя прохлада, на шинелях искрились капельки росы. Роса лежала на траве, на земле, на брустверах окопов, на оружии. Звучали одиночные выстрелы, взлетали со стороны вражеских окопов и висели в воздухе на парашютах ракеты, сброшенные пролетавшим самолетом. Командир роты нам объявил, что в 6 часов 30 минут начнется наступление на вражеские окопы. Здесь вступил в командование старшина роты «Взять котелки под второе, получить боевые сто грамм».

После этих команд всем стало ясно, что предстоит бой. Каждый понимал, что подходит время и командир расскажет о цели наступления, о задаче стоящей перед ротой, взводом. А там только условный сигнал «Две зеленые ракеты» и команда «В атаку».

Я старший сержант, был назначен командиром взвода ротных минометов.

16 июля принесли в роту два 50-миллиметровых миномета, без мин, а назавтра обещали принести еще два миномета. Но к вечеру забрали эти два миномета и я остался «командиром без войска». Командир роты объявил, что я в его резерве и дал задание проверить выставлены ли наблюдатели за сигналами и особенно проверить боеготовность отдельной огневой точки, несколько вынесенной на фланг обороны роты.

Я пошел по траншее, время от времени останавливаясь с товарищами около наблюдателей и отвечая на задаваемые вопросы. Так и дошел до отдельной огневой точки. Это был станковый пулемет системы «Максим», находящийся в примитивном дзоте. Я конечно спросил у бойцов их задачу и самочувствие, заглянул в амбразуру в направлении вражеских позиций. Рассвело и я увидел в метрах двадцати два трупа. Откуда эти трупы, когда они там появились ?

Командир огневой точки пояснил мне, что это не трупы, это наши бойцы раненые, он уже докладывал, а их до сих пор не вынесли. Я, не раздумывая, закинув автомат за спину, по-пластунски, пополз к ближнему раненому. Он в это время застонал и стал поворачиваться. Я понял, что он живой. Подполз, повернул к себе лицом и узнал солдата из 1-го взвода по фамилии Носуля. Бегло осмотрев раненого, я увидел у него рядом с носом, на щеке, рану, по-моему, осколочную. Тащу его за руку, он помогает ногами нашему движению, так мы добрались до траншеи. Столкнув раненого на руки товарищей, я отправился за вторым раненым. Он был ранен в область живота. Кровавое пятно разлилось в районе пупка, на что указывала пробитая в этом месте гимнастерка. Я и этого сдал на руки товарищей. Вид был у меня совсем никудышный, мокрый от росы, чужая кровь на обмундировании и плюс ко всему – грязный.

Оказывается, оба этих солдата были значительно старше нас, годились нам в отцы. По этой причине командование решило, что они в атаку не пойдут. Им поручили привязать веревки-канаты к проволочному заграждению к деревянным «козлам», опутанным колючей проволокой. Нужно было в момент атаки, потянув за канаты, повернуть эти «козлы» и проход в проволочном заграждении для атакующих готов. Носуля и Бегун свою задачи выполнили, но возвращаясь к своим, были ранены.

В этом время наблюдатели закричали: «Две зеленые ракеты». Рота уже позавтракала и стала выполнять свою задачу. Возле командира роты Шевцова были заместитель комроты комиссар старший лейтенант Кузнецов, санинструктор, старшина роты и заместитель командира батальона – капитан.

Доложив, я сел в траншее на катушку телефонного провода. Первым ко мне обратился комиссар:

- Что за вид у тебя, товарищ старший сержант ?

Я быстро повторил весь доклад и он успокоился. Мне подали фляжку с «наркомовским» пайком, я хлебнул для успокоения нервов. Тут я невольно стал свидетелем грубого напряженного разговора командира с представителем штаба батальона. Командир роты возмущался:

- Кто дал такой дурной приказ ? Как, эта рота ушла, а я должен сидеть здесь, в землянке ?

Я понял, что назревает скандал. И здесь началась возня: наш командир роты и представитель батальона пытались доказать свою правоту с помощью пистолетов. Эта потасовка закончилась тем, что Шевцов был обезоружен.

А рота уже покинула свою траншею и каждый взвод пошел по своему направлению. Тем временем в блиндаже страсти утихли. Пошли «гулять» по рукам фляжки и на какое-то время наступила тишина. Командир роты успокоился и ему возвратили оружие. Вместо того, чтобы положить оружие в кобуру, он передернул затвор и направил пистолет на представителя батальона и так спокойно говорит: «Если ты, сука, не дашь мне пройти, застрелю !». Капитану ничего не оставалось, как посторониться. Я сидел на катушке телефонного провода так, что голова моя была на уровне с землей. Определенная усталость, да и прикладывание к фляжке, дало себя знать, я задремал. Благо рота ушла, первоначальная учащенная стрельба утихла и солнышко так ласково начало припекать и подогревать, высушило обильную ночную росу.

Говорят на фронте страшно. О чем думает солдат? А подумать не успел: от сильного удара затылком об стенку траншеи я проснулся и увидел, как на краю бруствера еще дымилась воронка от небольшой мины и осыпалась земля. В этот момент вышел командир роты: - «Бережной, тебя что ранило ? Кровь на лице, кровь течет из-под пилотки».

Видимо мне от этой мины попало, еще и сейчас ношу два осколка в левой щеке, ближе к уху.

-Чепуха, - ответил я, встав, как положено, перед командиром.

- Тогда, пойдем, - и выпрыгнул из траншеи.

Я за ним. Стали осматриваться. Ничего не видно. Ни связных от взводов, не перемещающихся, ни лежащих. Кое-где слышны редкие выстрелы. До немецких окопов метров сто, но они пусты. Старший лейтенант, обращаясь ко мне, говорит: «Я буду идти в полный рост, а ты ползи, а то чего мы будем маячить». Продвинулись мы так, до немецких окопов оставалось метров двадцать, как вдруг командир тихо ойкнул и упал на землю. Я сразу понял в чем дело. Подполз к нему, он лежит вверх лицом и учащенно, с хрипотцой, дышит. По гимнастерке, в районе левой груди, расходится бордовое, кровавое пятно. Я достаю из его кармана индивидуальный перевязочный пакет, расстегиваю поясной ремень, поднимаю гимнастерку с нательной рубахой и делаю ему перевязку. Закончив перевязку, я, взяв его за руку, потянул в сторону наших окопов. Когда до окопов оставалось немного, оттуда мне в помощь, вылезли старшина роты и санинструктор. Как выяснилось, они видели всю эту трагедию. Тут же стоял представитель батальона. Санинструктор занялся раненым, а зам. комбата подошел ко мне и спросил: «Где планшетка командира ?». «На месте ранения осталась, - ответил я, - но я сейчас же пойду и принесу его ремень с пистолетом и свой автомат».

Отдохнув малость, я полез за оружием. Трава вокруг была редкая и низкая, оружие я нашел быстро. Соединив ремень командира с пистолетом и планшеткой, решил двигаться назад, к своим. И, вдруг, моментально, из неприятельского окопа показывается немецкая каска, а за ней лицо немца, при этом автомат наизготовку. И здесь, верьте не верьте, мелькнула мысль, нас такому приему не учили. Я видел, как в мою сторону понеслось несколько трассирующих пуль, почувствовал удар в обе руки. Я притих, затаился. Лежу, медленно проверяю свое состояние: к локтю подступает кровь, начинаю понимать, куда ранен, но кости целы. Сознание подсказывает: мы еще повоюем.

Медленно поворачиваю голову и вижу – немец уже стреляет куда-то, повернувшись ко мне спиной. Достаю свою ручную гранату РГ-42 и, поднявшись в полный рост, бросаю ее в врага. Бросок оказался удачным: из окопа вылетела каска и остальное, из остатков фрица. После броска гранаты я упал на землю, а после взрыва начал медленно оглядываться. Ничего и никого. Резко вскочил и согнувшись, петляя я побежал к своим окопам и свалился к ногам капитана. Несколько мин разорвалось вокруг меня, но меня не задело. Капитан увидев, что я принес планшет и оружие командира и свое, сказал: «Молодец, - указав на меня санинструктору, сказал –Осмотри его, кажется он ранен».

Я сел, старшина снял с меня гимнастерку и санинструктор сделал мне перевязку. Затем отправили в сторону медпункта. Капитан, подойдя по мне, похлопал по спине и сказал: «Иди, ты выполнил свой долг полностью».

Потом санитарный поезд. Госпиталь в городе Пенза. Это был последний бой, последний день войны для меня. Как я узнал от лежавших рядом раненых, в тот бой не пускали командиров рот и выше, так как, то были бои местного значения и предпринимались они с целью отвлечения противника от готовящегося знаменитого сражения на Курско-Белгородской дуге.

Всего я получил тогда 26 осколков, но часть их, особенно в икрах ног, - выпала, восемь и сейчас ношу и не знаю – какой у меня чистый вес.

Личная карточка именной картотеки.

1

Фото

. Фамилия: Перевозчиков

2. Имя, отчество: Леонид Васильевич

3. Дата рождения: 1 марта 1924 года.

4. Родился в деревне Умск Глазовского района. Образование 8 классов. С 1941-1942г.г. учился в Глазовском сельскохозяйственном техникуме. С 1943-1945г.г. командир отделения 360 стрелковой дивизии 4-й ударной армии. В ОВД с 1951-1976г.г..

1951-1958г.г. участковый уполномоченный отделения милиции № 4 МГБ УАССР, 1958-1969г.г. участковый уполномоченный Глазовского РОВД.

1969-1976 г.г участковый инспектор Глазовского ГОВД. Уволен в звании капитана милиции в 1976 году.

5. Награды: орден «Красной Звезды», «Отечественной войны» 2–й степени, медали «За победу над Германией», «20 лет Победы в ВОВ 1941-1945г.г.» «25 лет Победы в ВОВ», «За трудовое отличие», «50 лет Вооруженных Сил СССР»., медали «За безупречную службу» 1.2 степени, знак «Отличник милиции»

Присвоено звание «Лучший участковый уполномоченный».

Кавалер Ордена «Октябрьской революции».

В городе Глазове хорошо знали участкового инспектора капитана милиции Леонида Васильевича Перевозчикова. Люди к нему обращались за советом, за помощью и знали – всегда найдут поддержку.

Участок у Леонида Васильевича был большой, беспокойный, в самом центре города. Здесь расположены магазины, Дом культуры, Дворец спорта, городской парк и жилой массив с населением в десять тысяч человек. Десять тысяч человек с разными характерами, привычками, правами. И к каждому, с кем встречался участковый инспектор в своей работе, нужен индивидуальный подход. Нужен опытный глаз.

К беспокойной, нелегкой работе он уже привык, более двадцати лет отдал служению народу. А началась милицейская служба Леонида Васильевича в далеком 1951 году.

Парень из деревни ничем не отличался от своих сверстников. Родился в крестьянской семье. Окончил семь классов в Качкашурской школе, начал учиться в техникуме, но помешала война. Совсем еще юным парнем в грозном сорок втором он ушел на фронт, участвовал в боях на Калининском направлении, был ранен, а в сорок шестом вернулся в родные края.

Леонид Васильевич работал военруком в школе, затем на заводе. Но фронтовая закалка и привычка к военной службе звали Перевозчикова в строй. Тогда- то и пришел он на работу в милицию, чтобы вести беспощадную борьбу с преступностью, со всякого рода злом, мешающим советским людям спокойно трудиться и отдыхать.

Вскоре в разделе поощрений личного дела Леонида Васильевича появилось несколько записей. За умелое проведение операций по розыску опасных преступников, высокое мастерство в раскрытии преступлений он был награжден ценными подарками, наручными именными часами, грамотами МВД Удмуртской АССР.

В 1967 году приказом министра внутренних дел Удмуртской АССР Леониду Васильевичу присвоено звание «Лучший по профессии – лучший участковый инспектор республики».

Из года в год снижалось число правонарушений на участке Перевозчикова и успехов в этом нелегком труде он добивался благодаря широкой связи с народом, с общественными организациями предприятий. Ему помогали общественные уполномоченные милиции.

Перевозчиков был чутким, отзывчивым человеком. Ни одного заявления, ни одной жалобы трудящихся не оставлял он без внимания. «Своим милиционером» называли его люди.

Коммунист Перевозчиков всегда был на посту, беспокойный у него характер. Однажды в городе было совершено тяжкое преступление. Ни днем ни ночью не знал покоя Леонид Васильевич до тех пор, пока не разыскал преступника. И так в каждом деле.

Рядом со знаком «Отличник милиции» его грудь украшали орден «Красной Звезды» и орден «Отечественной войны» 2 степени.

А в июне 1971 года за высокие показатели в службе, активную работу по охране общественного порядка и социалистической собственности, а также за достигнутые успехи в перевоспитании правонарушителей Леонид Васильевич Перевозчиков Указом Президиума Верховного Совета СССР был награжден Орденом Октябрьской революции.

Достойно прослужил фронтовик в органах внутренних дел, обеспечивая образцовый общественный порядок на участке. Он всегда был с людьми и среди людей – в этом был его залог успеха.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Телицын

  2. Имя, отчество: Николай Маркович

  3. Дата рождения: 19 декабря 1920 года.

  4. Служба в Советской Армии и органах внутренних дел. В 1938г. закончил Глазовский педагогический техникум, с 1938-1940г.г. работал заведующим Артыкской начальной школы в деревне Артык Красногорского района УАССР, с 1940-1941г.г. служба в РККА по призыву в зенитно-артиллерийском дивизионе Прибалтийского военного округа г.Каунас Литовской ССР.

В 1941г. служба в должности слесаря – красноармейца зенитно-артиллерийского дивизиона Западного фронта, с сентября 1941 по 1942г.г. – слесарь-красноармеец зенитно-пулеметного батальона Западного фронта, с 1942-1945г.г. служба в зенитном полку зенитного дивизиона Западного и 1-го Дальневосточного фронтов на должности старшего бригадира и механика автомашин.

5. Награды: орден «Красной Звезды», 3 медали «За боевые заслуги», медали «За отвагу», «За оборону Москвы», «За победу над Германией», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Японией». Почетная Грамота министра внутренних дел СССР, Почетная Грамота Президиума Верховного Совета УАССР.

Телицын Н.М.

Боевые награды.

До призыва в Красную Армию, после окончания Глазовского педучилища в 1938 году, я работал учителем Артыкской школы Красногорского района. В 1939 году меня назначили еще и заведующим школой.

В Красную Армию меня призвали Красногорским райвоенкоматом. Нас, шестнадцать человек, призвали в Морской Флот. Сначала нас группировали в Глазове при военкомате, а затем было переформирование в г. Перми. Здесь посадили всех нас в вагон-теплушку и привезли в г. Каунас Литвы. Разгружалось несколько партий, всех пришли встречать. Будущих моряков никто не встретил. Командир зенитного артдивизиона отойдя с пополнением за 50 метров обнаружил, что нас никто не встречает. Он остановил свое пополнение и вернулся к нам, чтобы узнать в какой род войск мы призваны. Мы ответили, что нас призвали в Морской Флот. А какой флот в Каунасе ? Командир артдивизиона решил взять нас к себе. По прибытию в часть, узнал от нас, что мы садились в Перми. Он позвонил туда. Из разговора с Пермью, командир дивизиона узнал, что документы на 16 человек, призванных в Морской Флот, ушли во Владивосток, а нас привезли в Каунас. Вот так и не состоялся для нас морфлот. В январе я был по моей просьбе зачислен в парковый взвод и прошел курс подготовки шофера 3 класса. Зенитный артдивизион был обеспечен восьмью зенитными 37 мм пушками и тягачами под них – автомашинами ЗИС-5 и 85 мм зенитными пушками и тягачами тракторами на гусеничном ходу.

В апреле месяце 1941 года была проверка готовности личного состава, проверяющими из Прибалтийского военного округа. Готовность личного состава была признана хорошей. В конце апреля 1941 года все пушки по приказу военного округа были переданы в родственный дивизион, а тягачи вернулись к нам обратно.

31 мая 1941 года наш зенитный дивизион № 1992 из г.Каунас был вывезен в летние лагеря к границе с Восточной Пруссией.

Я был шофером на машине ГАЗ-ММ и перевозил штаб из Каунаса в лагерь. 22 июня в 4 часа утра по тревоге уже был в машине. После построения командир дивизиона капитан Кузнецов повел дивизион к границе для отражения наступления немцев. Не помню, кто из командиров – офицеров командовал мной в машине.

Были очень тяжелые бои и пришлось отступать. Обороняли Каунас, Даугавпилс. Здесь во время немецких бомбежек моя машина была разбита бомбой. При отступлении в сторону города Полоцк на дороге была обнаружена брошенная автомашина ГАЗ-ММ, у которой отошел задний мост По моей просьбе солдаты помогли мне поднять машину, подставили под кузов две пустые бочки, подкатили задний мост. Я после восстановления машины поехал в сторону Полоцка. Здесь меня по дороге остановили офицеры 324 отд.зенитного артдивизиона. Это был август 1941 года и офицеры сказали, что это их машина. Я им объяснил, что она была брошена неисправной. Они взяли машину вместе с мной. В этой части я был около месяца. Этот дивизион оборонял от налета немецкой авиации железнодорожный и авто-гужевой мосты через реку Западная Двина. Здесь во время бомбежки немецкой авиации я был контужен.

324 отдельный артдивизион с боями отступал от Полоцка через Великие Луки на Ржев. Из Ржева командование вызвали в Москву. Меня и несколько водителей из Ржева перевезли в г.Гжатск (теперешний Гагарин). Здесь был сформирован 191 отдельный зенитный артдивизион и я был закреплен за машиной УАЗ-ААА. В кузове стоял 4-х ствольный зенитный пулемет и батальон был направлен под Вязьму. Во время движения в составе колонны, на колонну был налет немецкой авиации и чтобы избежать обстрела с самолета, я вел машину зигзагообразно. Командир пулеметного расчета, по фамилии Ткагоало, вел обстрел по немецким самолетам и один самолет им был сбит. Он был представлен к награде. За этот боевой эпизод я также был награжден Орденом Красной Звезды.

С октября 1941 года по июнь 1941 года участвовал в разгроме немцев под Москвой и дальнейшем изгнании немцев с территории Советского Союза. Освобождал Калугу, Мосальск, Мещевск, Сукиничи, Юхковку. В июне 1942 года 191 отдельный зенитно-пулеметный батальон был расформирован и вошел в состав 1277 зенитно-артиллерийского полка, в котором я проходил службу с июня 1942 года по ноябрь 1945 года в должности автомобильного механика.

Машины, на которых приходилось возить пушки, были старые, призванные из колхозов и часто ломались. На меня было возложено обслуживание 12 автомобилей. За мной была закреплена грузовая машина ГАЗ-АА, тоже старая, которую пришлось сделать походной мастерской. Удалось сделать крытый кузов. Дали мне шофера и слесаря. Вот в составе 3 человек, на оборудованной под походную мастерскую машине, мы обслуживали и поддерживали в исправном состоянии 12 боевых машин. Всегда были вместе с командным составом полка. В полку было 3 батареи по 4 орудия.

Наш полк продолжал наступать и освобождал города Спас-Деменск, Починок, районный центр Монастырщина, что расположены южнее Смоленска. Долгое время стояли в обороне под Лепино в Белоруссии. Дважды пытались взять оборону под Оршей. Здесь немец сильно укрепился и мы не смогли ее прорвать. Здесь мы стояли больше года, нам удалось прорвать оборону только весной, в мае месяце 1944 года. Наш полк вышел на магистраль Москва – Минск и двигался к г. Борисов. Вся магистраль была забита разбитой немецкой техникой, убитыми солдатами. Это было в конце мая 1944 года. На другой день, после разгрома немцев под Оршей, были в Борисове, затем в Минске и пошли дальше по территории Литвы.

Пять раз лично отмечался в приказах Верховного Главнокомандующего маршала Советского Союза тов. Сталина. Приказом от 31 июля 1944 года красноармейцу Н.М.Телицыну объявлена благодарность за отличные боевые действия по форсированию реки Неман и прорыву сильно укрепленной обороны противника на западном берегу реки Неман. Приказом от 23 октября 1944 года красноармейцу Н.М.Телицыну, участнику боев, объявлена благодарность за отличные боевые действия по прорыву обороны немцев, прикрывающей границы Восточной Пруссии и вторжение в пределы Восточной Пруссии. Приказом № 231 Верховного Главнокомандующего тов. Сталина от 20 января 1945 года красноармейцу Н.М.Телицыну объявлена благодарность за боевые действия по прорыву долговременной обороны немцев в Восточной Пруссии. Приказом № 333 от 9 апреля 1945 года красноармейцу Н.М.Телицыну объявлена благодарность за отличные боевые действия по овладению крепостью и главным городом Восточной Пруссии – Кенигсберг.

После штурма и овладения Кенигсбергом мы продолжили двигаться на запад через территорию Польши и вышли на территорию Германии. День Победы 9 мая 1945 года меня с моей частью застал в Северной части Германии. Наш полк № 1277 был возвращен в город Кенигсберг, где мы простояли до середины июня 1945 года.

14 июня 1945 года нам подали железнодорожный состав и полк погрузился. Хотя машины у нас были старые, нас повезли на Дальний Восток. Ехали целый месяц и разгрузились на станции Неучная. Затем своим ходом через город Градеково прибыли на границу с Манчжурией. С 9 августа по 3 сентября 1945 года война с Японией. Здесь я получил медаль «За боевые заслуги». За отличные боевые действия я боях с Японией на Дальнем Востоке приказом Верховного Главнокомандующего от 23 августа 1945 года мне снова была объявлена благодарность.

А потом были шестнадцать лет службы на различных должностях в Государственной автомобильной инспекции МВД республики.

Мулин Шайхенур Шархмуллович,

подполковник милиции в отставке.

Эти годы забыть нельзя.

Родился я 23 мая 1923 года.

До начала войны, после окончания 7-летки, уехал из родной деревни в город Красноуральск, работал. Когда началась война, вернулся в деревню. На фронт ушел в 1941 году из д.Урьяды Актанышского (Калининского) района Татарии. Было около 18 лет.

После призыва в армию, направили в пехотное училище им. Сталина в г. Новокузнецк, в нем готовили офицеров. Когда собрали всех, спросили, кто не сможет учиться по разным причинам. Нас несколько человек, парней из татарской деревни, плохо говоривших по-русски, от учебы освободили.

Мы уже думали, что поедем домой, но нас направили в пулеметный учебный полк. Там обучались три месяца, потом сразу бегом на вокзал и на Калининский фронт.

Ехали долго. В поезде в день из продовольствия выдавали два солдатских сухаря, размером с ладонь. Все запасное белье, полотенца, даже вещмешки, по пути променяли на продукты. Некоторые начали мародерствовать, на голодном пайке было очень трудно.

Наш эшелон встал ночью в лесу, перед разбитым мостом. Немцы бомбили, обстреливали. Мы начали выгружаться из эшелона – до фронта было около 120 километров. И вот тут выяснилось, что в поезде полно продовольствия. Нам начали выдавать по мешку сухарей на троих, колбасу, концентраты. Многие потом страдали животами, после стольких дней голода.

До линии фронта шли ночами, днем немцы обстреливали и бомбили. На реке Ловоль Калининской области, под городом Холм проходили линия фронта – один берег наш, другой немцев. Здесь нам выдали оружие и с марш броска бросили в окопы. Три дня мы, пятеро парней из деревни, стояли тогда напротив немцев.

Два года на передовой Калининского (Северо-Западного фронта) я воевал с «Максимкой» (пулемет «Максим»), до 1944 года таскал его на себе. Только благодаря ему остался живой. Кто поверит ? Я сам не верю…

Догонит полевая кухня – накормят. У кого нет котелков, в каску положат кашу доверху. Съел кашу и снова надел каску. Никто не знал, когда накормят в следующий раз.

У убитого немца в кармане – губная гармошка, шоколад, сигареты. У нашего солдата – самодельная зажигалка «Катюша».

Командиру дадут приказ «Любой ценой !», а это значит выполнить приказ, сотни и тысячи людей не жалея. Сколько людей погибло!

5 февраля 1944 года был тяжело ранен у станции Дно. Был приказ выбить немцев из населенного пункта. Немцы поджигали дома, и при таком освещении расстреливали наших солдат в упор. Меня ранило в лопатку, снаряд разорвался сзади меня. На лошади отвезли в палаточный медпункт. Было очень холодно, замерзла мокрая одежда, кругом стоны, крики.

После всех мытарств, сначала меня направили в госпиталь для легкораненых, даже ставили в суточные наряды, а у меня рука отнималась, загноилась подлопаточная кость. Наконец меня направили в эвакогоспиталь в г.Выкса Горьковской области. Там очень долго делали операцию, около 3-х дней скоблили под наркозом кость. После операции ко мне зашел доктор, начальник госпиталя, подсел ко мне на кровать и долго разговаривал со мной. Потом спросил меня, чего бы мне хотелось поесть. И я попросил свежей рыбы. Я до сих пор благодарен ему за то, что он достал мне тогда свежую рыбу. Разве сейчас есть такие доктора ?

После ранения, в конце 1944 года, я попал в танковое училище в г.Горький. Там нас учили на иностранных танках – на американских и английских, своих танков не хватало. Экипаж танка 5 человек, я был радистом и командиром орудия. После обучения меня оставили в училище – учить других. Вскоре получили танки из Америки. Нужно было ехать на фронт, а на следующий день закончилась война. Но нас перебросили воевать с японцами. Японцы «подарили» мне осколочное ранение в переносицу.

В 1945 году, когда закончилась война, мы продолжали службу – стояли на восточных рубежах страны, на случай возникновения конфликтов. Получили танк «Клим Ворошилов» и Т-34.Зимой сделали землянку для одного танка и топили в ней печь день и ночь, чтобы не заморозить хотя бы один танк и от него заводить другие. С иностранных танков снимали башни и отдавали машины в леспромхозы вместо тракторов.

В апреле 1947 года меня, в звании старшего сержанта, демобилизовали и я приехал в Ижевск. Работал на хлебозаводе – заготовителем. В этом же году райком партии направил меня на работу в милицию. Целый год оформляли меня на службу – такие были правила, запросы посылали по всем моим предыдущим местам службы и работы.

Работал в уголовном розыске в горотделе милиции на ул. Горького, потом в дежурной части Ленинского района, был направлен на учебу в Омск, получил высшее образование.

С 1951 года работал в Первомайском районе – в уголовном розыске, в дежурной части, руководил строительством медицинского вытрезвителя на ул. Красной. В день открытия вытрезвителя министр внутренних дел УАССР объявил мне благодарность. Потом работал в этом вытрезвителе начальником, до самой пенсии.

Награжден орденами «Отечественной войны» 1 степени, «Красной Звезды», медалями «За отвагу», «За боевые н заслуги», «За победу над Германией», «За победу над Японией», юбилейными медалями. 23 мая 2003 года отметил своей 80-летний юбилей.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Кудрявцев

  2. Имя, отчество: Михаил Петрович

  3. Дата рождения: 23 декабря 1921 года.

  4. Служба в Советской Армии и органах МВД. 16.03.1941г. – 16.12.1941г. – орудийный номер 106 арт.полка 106 стрелковая дивизия. 16.12.1941 – 04.02.1942г. – разведчик-наблюдатель 179 отдельного зенитного артдивизиона. 04.01.1942 – 15.06.1942г. – командир орудия 992 арт.полка противотанковой обороны. 16.06.1942 г. – 22.08.1946 г. – командир орудия 1278 зенитно-артполка.

07.12.1957 г. – 01.06.1961 г. – главный бухгалтер ИТК-4 МВД УАССР. 01.01.1961 г. – 25.02.1961 г. – начальник финчасти – казначей 221 отдельного дивизиона конвойной охраны МВД УАССР. 25.02.1961 г. – 1969 г. – начальник финчасти – казначей отдельного дивизиона ВКО МВД СССР. 1969 – 1982 г.г. – начальник финансового довольствия 897 отдельного конвойного батальона 79 конвойной дивизии.

Уволен в отставку по возрасту 16 августа 1982 года.

Кудрявцев М.П.

Были жестокие бои.

16 марта 1941 года я был призван в Красную Армию в 106 Арт.полк в г.Самарканд. С 15.07.1941г. по 05.12.1941г. в составе 6-й батареи 106 арт.полка 100-й стрелковой дивизии 16 и 24 Армии участвовал в боях под г. Ельня. 6-я батарея состояла из 152 мм гаубичных орудий. У них вес снаряда 48 кг. Это была тяжелая работа.

Батарея вступила в бой с противником внезапно, западнее деревни в лесочке под г.Ельня. Мы заняли позицию на опушке леса. Половина личного состава была направлена для отражения противника. Остальные оборудовали позицию, окапывались сами и окапывали орудия. Враг систематически обстреливал позицию снарядами, которые разрывались по вершинам деревьев. Были большие потери среди личного состава.

К вечеру бой затих. Пользуясь темнотой, личный состав всю ночь, до рассвета, вел напряженную работу по рытью окопов для орудий и на выгрузке снарядов. И следующие дни враг систематически вел обстрел снарядами, а некоторое время с очень активными налетами на наши позиции. Юнкерсы группами постоянно находились в воздухе и бомбили наши позиции. При появлении походной кухни на четвертые сутки немецкие самолеты сразу же разбомбили кухню вместе с машиной. Но в такой обстановке большой потребности в пище мы не ощущали.

Батарея периодически меняла позиции. На одном направлении наша батарея заняла позицию, где на этом же участке фронта участвовала в боях и батарея капитана Флерова. После первого памятного залпа «Катюши» на Смоленской земле, она стреляла под Ельней. Огонь наших орудий был сильный. Враг нес большие потери от артогня. Немцы сбрасывали листовки, в которых нас предупреждали, что попавшие в плен из 106 артполка, будут казнены.

Бои шли жестокие. В период этих боев на одного солдата немцы с передовой направили истребитель, который сделал несколько заходов и обстреливал крупнокалиберным пулеметным огнем одного человека. Но видно не отлита была еще для него пуля. После того как самолет улетел, солдат поднялся и снова пошел по дороге. При подходе к деревне его снова обстреляли, только уже массированным минометным огнем. Немцы не жалели снарядов даже по одному человеку.

На памяти Ельня оказалась местом одного из решающих и кровопролитных сражений Смоленской битвы. Ельня стала первым городом в Европе, отбитым, пусть на время в дни стремительного шествия фашизма.

В 1943 году город Ельня был снова освобожден. Наша часть снова проходила с боями по тем же местам, что и в 1941 году. Потом их будет сотни таких городов, навсегда освобожденных. Потом придут другие победы, которые как мощные прожекторы высветят великую победы в войне. Но первым лучиком надежды, первым ее ярким огоньком навсегда запомнится Ельня, которой суждена была такая роль в великом деле освобождения.

И на этот раз звала нас в бой пушка с верхней части герба древнего города Ельни так, как звала она во времена наполеоновского нашествия – здесь в период контрнаступления русской армии некоторое время находился штаб генерала-фельдмаршала М.И.Кутузова.

Потом была Курская битва. Смоленское направление, освобождение Ельни в 1943 году, уничтожение группировки врага в районе г.г. Витебска и Орши.

После прорыва обороны противника на одном участке Курской дуги наши войска продвинулись вперед до 10 км.. Наша 4-я батарея заняла позицию в районе деревни около овощехранилища. Вскоре после этого на батарею налетела и начала бомбить большая группа самолетов «Юнкерс-87». Наши орудия вели по самолетам огонь. Почти прямым попаданием наше орудие оказалось выведенным из строя и перестало стрелять. После легких самолетов сразу же налетела вторая группа тяжелых бомбардировщиков «Юнкерс» и на батарею были сброшены тяжелые бомбы. Батарея перестала существовать.

При наступлении наших войск на Смоленско-Ельнинском направлении в 1943 году, на одном участке фронта было сосредоточена к наступлению большая группировка наших войск. Время было уже вечернее, в это время на наши позиции налетела группа бомбардировщиков «Юнкерс», которые летели плотно, низко. Наша батарея открыла огонь. Наше 4-е орудие трассирующим снарядом попало точно в головной самолет. Я выполнял задачу первого наводчика и корректировал цель по трассирующим снарядам. Самолет загорелся и упал, остальные самолеты рассеялись, часть их была подбита и в панике бомбы были сброшены бесприцельно. Потом выяснилось, что головной самолет вез гитлеровского генерала.

Участвовал в операции «Багратион» в освобождении Минска с 23.06. по 29.07.1944г. в составе 4-й батареи командиром орудия. Наша батарея выполняла задачу по преследованию противника вдоль Минской автострады. Продвигались с боями по 40-50 км в сутки. Смена огневых позиций производилась до 7 раз в сутки. Каждый раз окапывались под сильным ураганным огнем противника.

Восточнее Минска оказались в «котле» основных сил противника. 4-я батарея заняла огневую позицию на восточной окраине города Минска около мельницы на берегу реки. Враг несколько раз внезапно нападал на нашу батарею, но каждый раз получал ответный огонь. По приказу командира батареи были добровольно созданы две группы по 4 человека и направлены в разведку, чтобы узнать какие силы готовятся напасть на нашу батарею. Наша группа состояла из командира взвода, командира орудия, старшего сержанта Монакова и рядового Иванова. В поле в это время созревала рожь, поэтому немцам было легко маскироваться в этой ржи. Наша группа выдвинулась вдоль речки и на расстоянии 5 километров от города обнаружила противника. Завязался бой. По нам вели огонь справа с сопки. Как потом выяснилось, огонь вели пять офицеров противника, находившихся в глубокой воронке этой сопки. Наша группа решила зайти с тыла этой сопки. Когда подползли вплотную, снова завязался бой. В результате этого боя четыре немецких офицера были уничтожены, пятый пополз книзу и был уничтожен второй группой, которая шла к нам на подмогу. Старший сержант Монаков и рядовой Иванов погибли. Рядовые немцы всей группы были взяты в плен. Пленные немцы сделали носилки и несли погибших до города, которые затем были похоронены на берегу реки. В этом бою в плен было взято много немцев.

А затем было освобождение городов Вильнюс, Лида, Шауляй, Каунас, упрочение плацдармов на западном берегу реки Неман г. Клайпеда, Восточная Пруссия, Кенигсберг.

. За укрепление плацдарма на западном берегу р. Неман, наша батарея вела бой по прикрытию переправы через реку Неман . «Юнкерсы» налетали группами, бомбили переправу и огневую позицию батареи. Кроме бомб сбрасывались гранаты (ракушки) в контейнерах для поражения личного состава. Чтобы не допустить точного попадания по переправе, батарея и наше орудие вело по самолетам плотный интенсивный огонь, одновременно отбиваясь от пикирующих на наше орудие самолетов. Очень помогло батарее и то, что вовремя и часто меняли огневые позиции. На старых позициях оставляли замаскированные макеты орудий, в результате старые позиции были полностью разбиты бомбами, а огонь велся с другой огневой позиции. Наше орудие заняло позицию и вело огонь против самоходного орудия и пехоты по уничтожению группировки врагов у Балтийского моря.

Много фронтовых дорог мы прошагали...

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф амилия: Чирков

  2. Имя, отчество: Павел Кузьмич

  3. Дата рождения: 30 июня 1926 года в деревне Тылошур Халдинского сельсовета Селтинского района УАССР, в семье крестьянина. Воевал на 1-м Украинском фронте, на территории Польши, дошел до Берлина. Был заместителем начальника Можгинского ГОВД по политической и воспитательной работе, полковник милиции в отставке.

Имеет награды: орден «Отечественной войны» 2 степени, медали «За боевые заслуги», «За доблестный труд в период Великой Отечественной войны», «За победу над Германией в 1941-1945г.г.»,

«За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина», медали «За безупречную службу в органах МВД» всех 3 степеней, нагрудный знак «Отличник милиции».

Чирков П.К.

Полевые связисты 1-го Украинского.

После окончания семилетки, с июня 1941 года, т.е. с того месяца, как началась Великая Отечественная война, и по декабрь 1943 года я работал на лесозаготовках, на строительстве железной дороги Ува-Кильмезь и самой станции Кильмезь, тогда она называлась 4-й площадкой.

В конце декабря 1943 года, когда мне исполнилось 17 лет и 6 месяцев, я был призван в армию и зачислен в состав 126-й кабельно-шахтовой роты связи 21 Армии 3-го отдельного полка 1-го Украинского фронта.

В январе- марте 1944 года проходил курсы подготовки молодого бойца и связиста кабельной полевой связи в городе Новоград-Волынское. После практики нашу роту, в конце марта 1944 года, забросили под город Сандомир, для налаживания полевой связи после форсирования нашими войсками реки Висла (Польша), а затем по мере продвижения наших войск наступающих к границам Германии. На территории Польши забрасывали в различные районы боев в направлении городов Жемув – Ченстохово – Познань, а далее уже по территории Германии, где обеспечивали связью боевые подразделения.

Необходимо отметить, что руководство Армии и фронта учитывало, что бойцам нашей роты еще нет и 18 лет, а она была сформирована из таких подростков, поэтому нас не забрасывали в самое пекло боевых сражений. Но все равно, когда было необходимо , на это никто не смотрел.

В июне месяце 1944 года, когда был открыт второй фронт, наша часть уже была полностью боеспособной, взрослой частью. С той поры нам никаких скидок не было и мы воевали, обеспечивали связью наши наступающие подразделения по территории Германии.

Особенно очень сильно досталось нашей роте в период подготовки самого штурма Берлина. В это время мы не знали, когда день и когда ночь. Ползали с железной катушкой с полевым кабелем и телефонным аппаратом, обеспечивая связью боевые единицы 21-й армии и 30 апреля 1945 года, когда они уже были в предместьях самого Берлина.

3 мая 1945 года нас из под Берлина перебросили в город Бреслау, так как там были еще стычки с отдельными отставшими отрядами гитлеровских войск. Оттуда в начале 1946 года нас вывезли на территорию нашей Родины в город Львов, а затем в город Винники, это в 12 км от г.Львова. Здесь нам дали немного отдохнуть, а потом забросили на помощь войскам НКВД, боровшимися с бандеровцами по всей Западной Украине. Это была очень опасная война, аналогичная нынешней Чеченской, такие же горы, ущелья, не знаешь что и откуда попадет.

После всех этих событий нашу роту привезли в город Мелитополь Запорожской области. Здесь перед нами была поставлена задача – построить и протянуть новую двухпроводную воздушную телефонную линию до города Симферополя через станцию Джанкой, Ченгарскую переправу, то есть через Севаш вдоль строящейся в тот период автомобильной трассы Москва – Севастополь. Строили ее в основном заключенные и колхозники Украины. Вот где досталось нам, так досталось. Сколько было вырыто ям под столбы, сколько их было поставлено, сколько сот тонн вытянутых проводов, это знает только один бог, а ведь все это вручную, никакой техники – лопаты, багры, когти и все, что у нас было. Это для нас и моих товарищей было вторым фронтом после Победы над Гитлером. Все это делалось без каких-либо наград и поощрений, только за солдатские щи и кашу, без выходных и отдыха. После завершения этого строительства нас перебросили в город Новомосковск Днепропетровской области. Отсюда мы периодически выезжали взводами на охрану этой построенной линии и железно-дорожных составов, идущих на Севастополь.

Моя армейская служба закончилась в декабре 1950 года, я был демобилизован. Через месяц, в январе 1951 года был направлен на работу в КГБ по Днепропетровской области на оперативную должность. В основном работа заключалась в выявлении бывших немецких полицейских и других предателей, окопавшихся после войны на территории Украины.

В апреле 1954 года с этой работы меня уволили по сокращению штатов и я вернулся в родную Удмуртию. С мая 1954 года по май 1973 года работал в партийных органах Удмуртской Республики. В мае 1973 года постановлением Удмуртского Обкома КПСС я был направлен в город Можгу на должность заместителя начальника отдела внутренних дел по политико-воспитательной работе, где проработал до 1 января 1984 года до выхода на пенсию.

Когда я начал работать, ветеранской организации у нас не было, хотя и были уже заслуженные пенсионеры, такие как: Пастухов М.П., Чулков А.А., Конопелько И.И., Вахрушев С.Я., Чеботарев В.В., Епанешников Ф.Ф., Зиновьев П.И. Костяком зарождения ветеранских организаций отдела были именно эти люди. Затем организация пополнялась за счет выходящих на пенсию сотрудников, таких как Головин В.Г., Никитин В.Н., Сорокин В.П., Трефилов А.С., Чирков П.К. и за счет прибывших на жительство в г.Можгу пенсионеров МВД из других ОВД, таких как Черменина Ю.Н., Стрижова А.М., Благодатских Ф., Черных В.А..

Взаимодействие ветеранов с руководством ОВД по воспитанию личного состава отдела и особенно молодых сотрудников было самым тесным. По уровню подготовленности ветераны составляли графики их выступлений перед личным составом отдела, по отдельным службам. Например, Пастухов М.П., как бывший зам. начальника по оперативной работе, выступал перед всем личным составом, а такие как Конопелько И.И., Чулков А.А. перед сотрудниками уголовного розыска, Вахрушев С.Я. перед работниками ГАИ и медицинского вытрезвителя. Зиновьев П.И., как бывший зам. начальника выступал перед всем личным составом. Он практически помогал всему личному составу, особенно следствию по правильному оформлению уголовно-процессуальных документов, он был для них вроде учителя. Сорокин В.П. – так же свой опыт работы передавал молодым сотрудникам на общих собраниях личного состава и конкретно отдельным оперативным работникам.

Я, как бывший замполит, часто выступал на темы неукоснительного выполнения требований закона в борьбе с преступностью, укрепление правопорядка в городе и районе, тактичное и внимательное отношение к просьбам и заявлениям нашего населения.

Безусловно, эта работа в какой-то степени помогала руководству отдела в результативном выполнении стоящих задач перед коллективом отдела.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Пчельников

  2. Имя, отчество: Петр Трофимович

  3. Год рождения: 1919 год

  4. Служба в Красной Армии и органах внутренних дел.

В 1940 году призван в Армию Вавжским РВК Удмуртской АССР. Воевал командиром отделения 2 стрелковой роты 733 Стрелкового Полка.

Потом 30 лет службы в МВД.

Р.Н.Заппаров.

Из рассказов Пчельникова П.Т.

С думой об Отечестве.

Чем дальше уходит в историю победный 1945 год, тем меньше с нами остается тех, кому мы обязаны Победой. Всегда ли мы помним о том, что от нас зависит их здоровье, их спокойная старость ? Бывшие защитники не должны быть беззащитными в наше смутное время. Среди таких людей Петр Трофимович Пчельников, он прошел всю Европу. Петр Трофимович хлебнул много горя, испытал горечь отступлений – словом, повидал всякое. Оккупанты не жалели ни одного нашего солдата, бои шли не на жизнь, а насмерть.

В боях под деревней Дьяково с германским фашизмом 8 ноября 1941 года Пчельников хладнокровно и стойко командовал и руководил огнем вверенного ему отделения. Из своего личного оружия он лично уничтожил двух офицеров, трех унтер-офицеров и свыше 20 солдат противника и личным примером воодушевлял бойцов своего отделения. По наступающим фашистам тов. Пчельников первым открыл огонь с возгласами «По фашистам – огонь !» и метким выстрелом уничтожил фашистского офицера. Его отделение было окружено противником, численностью около роты. Фашисты, окружив отделение со всех концов, кричали «Рус, сдавайся в плен», но боевой командир ответил огнем.

В результате умелых и решительных действий он вывел свое отделение из вражеского кольца.

За проявленное мужество, отвагу и находчивость, Пчельников Петр Трофимович был награжден Орденом «Боевого Красного Знамени».

Были к сожалению и потери. Какие бои без потерь ? В боях под Ленинградом Петр Трофимович получил тяжелые многочисленные осколочные ранения и был отправлен на лечение в госпиталь в г. Сталинград. После трехмесячного лечения в госпитале его отправили на дальнейшую службу в г. Ворошиловград, где формировалась его воинская часть. К этому времени немцы вели наступательные бои, а наши отступали к реке Дон. По реке Дон они отправились в г. Сталинград, где проходили их дальнейшие боевые действия.

В борьбе против фашистских оккупантов Петр Трофимович получил сильнейшую контузию, но все равно продолжал защищать Родину в неравной схватке с войсками противника.

День Победы он встретил на Западной Украине. Этот праздник был омрачен горьким дымом пороха. Там, где находился Петр Трофимович, противники, уже не надеявшиеся на победу, решили омыть наш праздник кровью. Фронтовики, прошедшие сквозь лишения и горечь расставания с близкими, были обстреляны врагами и многие из них уже почувствовав на губах вкус Победы, не вернулись домой и пали в тот самый день от вражеских пуль.

В ноябре 1946 года он демобилизовался.

Боевой путь Пчельникова отмечен орденами, медалями Великой Отечественной войны.

После войны отдыхать было некогда. Преступность подняла голову. Петр Трофимович снова на фронте – фронте борьбы с уголовным миром. 30 лет он отдал службе в МВД. Война, служба в милиции, возраст – все это сегодня дает о себе знать. На отсутствие заботы он, скромный человек, не жалуется.. Вся жизнь этого замечательного человека – пример мужества, воли и любви к людям, преданности делу и удивительной скромности. Сражаясь, он, как и другие ветераны, думал о своем Отечестве. Давно пора и Отечеству подумать о нем и таких, как он.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Комиссарова

  2. Имя, отчество: Серафима Дмитриевна

  3. Дата рождения: 31 июля 1921 года.

  4. Родилась в деревне Н-Мушковай Увинского района. Образование среднее, работала в 1940-1941 г.г. медсестрой санчасти АХО НКВД УАССР, с 1941-1942 г.г. медсестра в госпитале № 1033 в г.Чита, в 1942-1944 г.г. закончила зубоврачебную школу в г.Ижевске. В 1944-1946 г.г. зубной врач. В 1947-1948 г.г. работала зубным врачом в больнице с.Полом Кезского района. С 1948-1976 г.г. зубной врач МВД УАССР,

В 1976 году уволена в звании младший лейтенант медицинской службы. Ветеран войны и труда.

5. Награды: медаль «За доблестный труд в ВОВ в 1941-1945г.г.», «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина», «За трудовую доблесть», «За безупречную службу» 3 степени, юбилейные медали.

Комиссарова С.Д.

Воспоминания медсестры.

22 июня 1941 года раздался тревожный продолжительный заводской гудок, от которого все население города и прилегающих селений были встревожены и подняты на ноги. Радио сообщило, что в 3 часа ночи без объявления войны гитлеровская Германия напала на Советский Союз. Тотчас была объявлена общая мобилизация добровольцев в ряды Красной Армии.

Я работала медсестрой в санчасти МВД и училась на первом курсе зубных врачей. Мы, три подруги пошли в военкомат как добровольцы и 24 июня явились уже в военкомат, взяв с собой продуктов на 2 дня. Вечером со сборного пункта, в бывшем доме техники по ул.Ленина, мы пешком направились на Казанский вокзал.

Разделили нас по отделениям. Я была назначена командиром отделения. Направили нас в Забайкальский военный округ. По приезду на место, нас распределили на жилье по частным домам. Наш госпиталь был расположен в здании Еврейской церкви – синагоги, где мы сделали ремонт, сами заготовляли уголь, дрова на растопку. В госпитале тогда были в основном девушки. Из мужчин всего два санитара и то один был парализован, другому 60 лет, старшина Шайахметов и водитель.

Я была секретарем комсомольской организации госпиталя. Работать было трудно. После работы обходила всех своих служащих, узнавала и поддерживала настроение, уговаривала, что на фронте труднее.

В январе 1942 года нас, студентов, демобилизовали и отправили домой для окончания учебы. По программе мы отстали, поэтому закончили учебу на полгода позже. Учась, одновременно ходила на практику в челюстно-лицевой госпиталь, где меня оформили медсестрой, а работу выполняла врача-ортопеда. Заведующим отделением был врач Лифшиц. Затем госпиталь был эвакуирован в г.Минск Я туда не поехала, а устроилась на работу в школу младших специалистов, эвакуированную из-под Ленинграда и проработала там с марта по сентябрь 1948 года. Затем школу перевели в г.Энгельс, я по семейным обстоятельствам не поехала и перешла на работу в систему МВД, в колонию № 3, зубным врачом. В 1958 году была переведена в санчасть МВД и работала там по 1976 год.

В общей сложности в органах МВД проработала 30 лет.

Р.Н.Заппаров.

Из рассказов Виктора Головина.

Три фронта Виктора Головина.

Старшина милиции Головин Виктор Григорьевич, 30 января 1926 года рождения, родился в д.Николо-Вала Можгинского района УАССР, в семье крестьян.

В период с июня 1963 по сентябрь 1981г. проходил службу в Можгинском ГОВД в должности старшины отдела.

Каких только войн не выпало на долю нашей страны. Ветераны, участники военных конфликтов, многое вынесли на своих плечах, испытали горечь поражений и радость побед.

В 30-х годах в дер. Николо-Вала Поршурского сельсовета в крестьянской семье родился пятый ребенок. Последний, самый желанный. Вроде бы баловень судьбы, но в жизни все было иначе.

Тяжело было. В 1940 году закончил школу, затем два года учился в ПТУ. Шла война, но как бы не рвались на фронт, их туда пока не брали. И лишь осенью 1943 года, в самый разгар войны, скромного 17-летнего парня, Виктора Головина, призвали в ряды Красной Армии. Он, вместе с другими ребятами, попал на службу в Забайкальский военный округ, на границу с Китаем, где в то время находилась японская армия. Там, на одной из застав была сформирована дивизия, в артиллерию которой его назначили пулеметчиком Это был его первый фронт.

Сопки Манчжурии, потери друзей – однополчан, тяжелое бремя войны, до сих пор от таких воспоминаний у него набегают слезы на глазах. На беду ли, на счастье ли, пока шли с боями, отстаивая каждый населенный пункт, но ни разу даже не был ранен.

Так служба в армии затянулась для него на долгих 7 лет, закончившись станцией Отпор (ныне Забайкальск). Спустя некоторое время появились вакантные места на Отпоровской таможне, и он пошел туда работать контролером. Затем он успешно сдал экзамены по таможенному делу и стал инспектором. Так для него начался второй фронт – таможенная служба.

Более 50 записей о поощрениях за добросовестную и оперативную работу в трудовой книжке.

Много задерживали тогда разной контрабанды: золотые украшения, браслеты, кольца… Часто изымали большие суммы денег в долларах и советских рублях. Были и меховые изделия и ценные иконы, всего и не перечислить. А сколько пришло разоблачить хитрых способов перевозки нелегальных грузов. Случалось даже извлекал наркотики из каблуков туфлей. За ответственность и бдительность назначили старшим инспектором оперативной службы. Но по семейным обстоятельствам пришлось возвратиться на родину – в г. Можгу.

Отсюда начался третий фронт. Пришел оперативным работником в отдел внутренних дел. Так началась милицейская служба, длиною в 18 лет. Виктор Головин имеет 13 наград. Каждую медаль ценит по-особому, все они ему очень дороги.

К сожалению, Виктор Григорьевич, потерял маму, жену и сына. Сейчас его радует дочь и внучка. Но он, по прежнему, с мужеством и честью одолевает все преграды, переживает несчастья и продолжает жить с надеждой в будущее своей страны.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Никитина

  2. Имя, отчество: Валентина Иосифовна

  3. Год рождения: 5 августа 1926 года.

  4. Служба в Советской Армии, в органах внутренних дел. Август 1944 г. – 3-й Украинский фронт, участвовала в боевых действиях в Румынии, Болгарии, Венгрии, Австрии, находилась в составе южной группы войск до 1951 года.

С 1952 по 1966 г.г. инспектор секретариата МВД, с 1966 г. начальник паспортного отделения Октябрьского РОВД г. Ижевска.

В 1983 г. уволилась на пенсию.

4. Награды: орден «Отечественной войны» 2 степени, медали «За победу над Германией», «За участие в освобождении Болгарии», медаль Жукова, юбилейные медали «20,30,40, 50 лет Победы в Великой Отечественной войне», медаль «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина», медали «За безупречную службу» всех трех степеней, «За трудовое отличие», «Ветеран труда».

В 2000 году, как участнику войны, присвоено звание подполковник милиции в отставке, присвоено звание «Почетный ветеран».

Никитина В.И.

Мы освобождали Европу.

Я родилась в Ижевске и до службы в Советской Армии прожила здесь. В 1941 году окончила я семь классов, но началась Отечественная война и нашу школу № 27 заняли под военный госпиталь. Нам было предложено пойти в ремесленное училище, но я пошла на вечерние курсы бухгалтеров, а в 1942 году устроилась пирометристом в цех № 21 металлургического завода, через год была переведена счетоводом планово-расчетного бюро.

Время было очень тяжелое, ходили полураздетые, голодные, тогда служащие получали по карточкам по 400 грамм хлеба на день. Часто нас посылали на подсобные работы невзирая на то, что в холодную погоду и одеть то было нечего.

В августе 1944 года к нам приехал с 3-го Украинского фронта капитан Рубинштейн, который подбирал счетных работников в полевую контору Госбанка. Войска фашистов откатывались на запад. 5 августа 1944 года мне исполнилось 18 лет и мы добровольно в числе пяти человек из Удмуртии, направились с ним на фронт. 9 августа уже находились в полевой конторе госбанка № 10 при штабе 3-го Украинского фронта под командованием маршала Советского Союза Толбухина.

Стояли мы под Одессой, в пятидесяти километрах от нее. 12 сентября 1944 года мы вошли в Румынию. Население нас встретило радушно, так как румынские войска уже сражались против немцев на нашей стороне.

Затем была Болгария. Здесь тоже отношение к нам было хорошее. Болгар мы называли «братушками». В декабре 1944 года мы вошли в Венгрию в г.Пегварод. Это были страшные дни. Мадьяры относились к нам враждебно. Нас все время бомбили, обстреливали, нам приходилось отступать и наступать.

10 января 1944 года в г.Толна мы оказались на передовой линии, бежали к реке Дунай с тем, чтобы переправиться на другой берег. Было очень много убитых и раненых, да и Дунай был не голубой, а коричневый от пролитой крови. Был возведен понтонный мост и мы, под охраной автоматчиков, переправились на другой берег. В этот момент нам смерть была не страшна, мы боялись только плена.

Город Будапешт был взят только 13 февраля 1945 года.

20 апреля мы были в Австрии и войну закончили в г.Вена, где находились до июля 1945 года. Затем нас переименовали в Южную группу войск и переправили в Румынию, где находились до декабря 1951 года. На этом и закончилась моя военная эпопея.

К этому времени мужу пришла замена и мы из Южной группы войск приехали в г. Ижевск. В январе 1952 года муж был принят на работу в МВД, заместителем начальника ФИНО, начальником ФИНО в то время был Микрюков Николай Иванович. Я в марте 1952 года была принята в секретариат МВД на должность инспектора. Начальником секретариата был Божедомов Сергей Андреевич, министром был Баранов Ф.В.. Несмотря на то, что должность моя была аттестованной, я проработала вольнонаемной до 1953 года. После смерти Сталина произошло объединение КГБ и МВД, начальником секретариата стал И.К.Капленко.

Управление милиции входило в подчинение КГБ, а после объединения и реорганизации все милицейские службы остались при МВД. В это время я была переведена в секретариат Управления милиции и мне было присвоено звание младший лейтенант милиции. Работала я с замечательными людьми, такими как: начальник Управления милиции Кукушкин Петр Аркадьевич (его в шутку звали «дедом» или «борода»), его заместитель Поздеев Аркадий Михайлович. Меня избрали зам. секретаря комсомольской организации, а секретарем была Галя Симушина. В это время мы и работали и учились в вечерней школе. В то время учились и такие руководители, как Русских Т.С., Ураков П.Г. и даже заместитель начальника Управления милиции Поздеев А.М. вместе со своим водителем Кузнецовым Ф. ходили в 10-ю вечернюю школу.

В 1956 году произошло слияние секретариатов и отделов кадров и я вновь оказалась в секретариате МВД, но уже вольнонаемной. Работала с министром Овсянкиным В.И., заместителями министра Гордиенко Н.В., Неудахиным И.Т..

В 1958 году мне была предложена должность дежурного секретаря министра и было восстановлено звание. Так я работала с мая 1958 по 1961 годы аттестованной, а в 1961 году должность вновь разаттестовали и я по 1966 год работала вольнонаемной.

В мои обязанности входило: составление графиков ответственных дежурных по МВД (в то время ответственными были начальники отделов), осуществляла контроль за исполнением приказов и указаний министра, исполнением жалоб и заявлений граждан, вела учет приема посетителей. Начальники отделов ко мне относились доброжелательно, а я старалась строго следить за сроками исполнения документов.

Затем я была переведена на аттестованную должность начальником паспортного отделения Октябрьского РОВД. Начальником РОВД был тогда Зубков Андрей Федорович, начальником паспортного отдела МВД Русских, затем Маслов. С Масловым работать было легко, он ввел много нового, были приобретены магнитофоны для проведения бесед с населением, переговорные устройства, проводились занятия.

Штат в паспортном отделении был всего 4 человека вместе с начальником. Работать приходилось очень много. Посетители стояли в очереди и мы крутились как могли. Прописка, выписка, написание паспортов, розыск неплательщиков алиментов, утрата родственных связей, утрата паспортов, восстановление возраста – вся эта работа выполнялась этим маленьким коллективом.

Мне приходилось дежурить и на опорных пунктах. В дни профилактики работала с утра и до ночи. Ежедневно мой рабочий день был до 10 часов вечера и более.

В течение 13 лет я избиралась секретарем партийной организации РОВД.

Наше отделение по итогам работы выходило всегда на первые, вторые места.

В 1983 году я вышла на пенсию. В органах МВД я проработала 31 год, из них 21 год на аттестованных должностях и 10 лет вольнонаемной.

Находясь на пенсии со дня создания ветеранской организации избрана в состав Совета ветеранов Октябрьского РОВД, где и работаю по сей день.

Состою членом ветеранского клуба при МВД «Улыбка», председателем которого является Подлинных Т.П..

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Колосов

  2. Имя, отчество: Геннадий Павлович

  3. Служба в РККА, органах внутренних дел, Горьковская школа младших командиров, связист.

Август 1942 год – Гвардейский минометный дивизион «Катюш» Сталинградский фронт. С боями прошел от Сталинграда до Праги. Освобождал Румынию, Венгрию, Польшу, Болгарию, Австрию, Чехию.

Трижды был ранен, контужен.

С 1947 по 1984 г.г. служил командиром отделения и старшим мастером газозащитной службы в составе УГПС МВД республики.

4. Боевые награды: медали «За отвагу», «За оборону Сталинграда», «За взятие Будапешта», «За взятие Вены», «За освобождение Праги», «За победу над Германией», юбилейные медали.

Г.П.Колосов

Трижды ранен и контужен.

Великую Отечественную войну я прошел от Сталинграда до Праги. Трижды был ранен, один раз был контужен. Дивизия стояла на Днепре. До штаба было несколько километров и вдруг оборвалась связь. Мне было поручено проверить обрыв и восстановить связь. Пойдя по проводу, я увидел небольшую воронку от снаряда. Снаряд оборвал 15 м кабеля. Восстановив связь, я пошел в штаб проверить работу. Убедившись, что связь восстановлена, я пошел обратно. Тут в меня начал стрелять снайпер. Я лег на землю, подсоединился к кабелю, позвонил к своим с просьбой оп помощи, объяснив им, что меня обстреливают. Мне на помощь послали двух человек. Увидев откуда стреляют, они пошли обходить снайпера со спины. При взятии его в плен, они обнаружили, что он привязан цепью к колышку. Нам была объявлена благодарность за захваченного в плен снайпера.

В пожарной охране с 1947 по 1984 г.г., командир отделения. Летом, в июле 1948-1949г.г. участвовал в тушении пожара на строящемся мотозаводе. Его не успели еще запустить в работу, только завозили станки.

С южной стороны здания загорелась кровля. Кровля и станки сгорели полностью. Во время пожара я со своим расчетом находился на кровле. Огонь подойдя к северной стороне здания заблокировал нас. Многие начали спускаться кто на чем, кто-то на веревках. Один боец тогда прыгнул с середины пожарной лестницы и сломал ногу.

Более тридцати шести лет своей жизни посвятил я делу спасения людей и имущества от огненной стихии, не одну жизнь спас.

Такова повседневная работа огнеборцев.

Ю.Чирков

Жизнь как подвиг.

Очерк, опубликованный в газете «Новости недели» от 7 мая 2002 года.

Великая Отечественная война оставила глубокую рану в памяти участников и свидетелей тех событий. Их дети, внуки, правнуки по-своему пытаются восстановить истинную картину героических и трагических страниц прошедшего. И тем ценнее для нас живые слова ветеранов, ведь остается их среди нас с каждым годом все меньше и меньше.

Моим собеседником стал участник Великой Отечественной войны Геннадий Павлович Колосов. Удивительна судьба этого человека. Война застала его в Подмосковье. Отец Геннадия был руководителем предприятия, которое с началом войны эвакуировали в Ижевск. Впоследствии это предприятие заложило фундамент будущего «Ремзавода».

Молодой парень семнадцати лет не мог рассчитывать на призыв, а тем более – уйти добровольцем, как его старшие товарищи. В составе комсомольско-молодежного ополчения он прошел обучение в школе младших командиров в Горьковской области, получил специальность связиста. Через месяц его отправили в Москву, где Геннадий продолжил подготовку для управления секретной установкой, которую позднее в народе ласково назвали «Катюшей».

Славный боевой путь 304 отдельный гвардейский минометный полк, состоявший из трех дивизионов, начал под Сталинградом а августе 1942 года. В составе 49-го отдельного гвардейского минометного дивизиона был туда направлен и Геннадий Колосов. Перевозить наводившую ужас на фашистов секретную установку БМ-13, так называлась тогда «Катюша», на шасси отечественных автомобилей было делом исключительно опасным и трудоемким. В условиях полевой грязи, болот, пересеченной местности боевому расчету из пяти человек нередко на себе приходилось выносить тяжелую махину.

На мой вопрос, кем же был Геннадий Павлович в составе боевого расчета, он ответил: «А кем угодно …». Оказывается, расчет «Катюши» готовился таким образом, что каждый мог исполнить обязанности и наводчика, и водителя, и командира отделения. Как говорится: «Один за всех и все за одного». Особый режим секретности предполагал передвижения исключительно ночью. По словам Геннадия Павловича, в населенные пункты, города поначалу совсем не заезжали. Оружие укрывали и маскировали в чистом поле.

Геннадий Павлович с боями прошел от Сталинграда до Праги. Освобождал Румынию, Венгрию, Польшу, Болгарию, Австрию, Чехию. Рассматривая фотографии, я увидел на его груди множество орденов и медалей. Кстати, все это были послевоенные кадры. Фронтовой фотографии нет ни одной, опять же из требований секретности.

Особенно ценит Геннадий Павлович медаль «За отвагу». Сержанту Колосову было приказано наладить связь с наблюдательным пунктом. Пройдя с кабелем около 500 метров, он наткнулся на ров, в котором, скорчившись лежал раненый дивизионный связист. Неожиданно Колосов услышал свист. Нагнулся. Попытался приподняться – снова пролетело над головой. Понял, что немецкий снайпер его обнаружил и держит на прицеле. Тем временем связист с наблюдательного пункта также пытался восстановить связь, двигаясь ему навстречу. Только с наступлением сумерек, когда немец перестал видеть цель, они решили: после очередного выстрела снайпера быстрым броском с двух сторон настигнуть его. Так и поступили. Застав немца в окопе, они обнаружили, что тот в изрядном подпитии, уже не в состоянии был оказывать серьезное сопротивление; стрелял, не прицеливаясь. Восстановив связь и загрузив на немца раненого бойца, группа возвратились в дивизион. Все трое были награждены медалями.

После войны Геннадий Павлович, имея три ранения и контузию, не сразу нашел для себя подходящую работу. Только в 1947 году, когда сняли третью группу инвалидности, он по совету приятеля поступил на работу в пожарную часть по охране завода «Ижмаш». Так начался еще один боевой путь Колосова. Третий раз за свою жизнь он принимал присягу. Первая присяга была дана Родине для защиты ее от внешних врагов; вторая – для защиты грозного оружия, с которым прошел войну; а третья – для спасения людей и имущества от огненной стихии уже в мирное время. 36 лет своей жизни отдал Геннадий Павлович этому делу. Будучи командиром отделения, инспектором, начальником караула, спасая не одну жизнь, он не считал это подвигом. Это была повседневная работа огнеборца.

Геннадий Павлович начинал работать еще в то время, когда пожары тушили на конных экипажах, а закончил службу, используя современную технику и мощное вооружение. Это целая эпоха. По жизненному пути таких людей, как Колосов, можно писать историю страны, историю пожарной части Удмуртии. Он и сейчас гордится выбранной однажды профессией. Ему есть, что вспомнить. Первый отряд пожарной охраны завода «Ижмаш» действительно всегда был первым, образцовым. Мой собеседник хорошо осведомлен и о сегодняшней ситуации с пожарами и делах противопожарной службы, поддерживает отношения с товарищами по работе. Очень обидно ему, что пожарная охрана «Ижмаша» теперь испытывает тяжелые времена. Подразделения расформировываются, люди уходят, так как предприятие отказывается от их содержания. Традиции, созданные десятилетиями, преемственность в службе утрачиваются. Неужели в новых экономических условиях профессия огнеборца стала невостребованной ? Или, может быть, огонь теперь менее коварен ?!

Долго сидели мы с Геннадием Павловичем, обсуждая эти и другие вопросы. Запомнилась фотография из семейного альбома, на которой он запечатлен в роли Василия Теркина. Кажется, что роль эта – олицетворение характера нашего героя, его жизненного пути. Интересный рассказчик, заядлый рыбак, грибник, он и сейчас с душой все тот же Теркин – солдат, боец, сильный и добрый русский человек.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Дроздов

  2. Имя, отчество: Александр Антонович

  3. Год рождения: 5 мая 1925 года.

  4. Служба в Советской Армии и органах внутренних дел.: сентябрь 1943г. наводчик, радист 191 артиллерийского полка. Освобождал Украину, Молдавию, Румынию, Венгрию, Чехословакию.

С 1948 по 1982 г.г. служил в пожарной охране УГПС МВД Удмуртии.

5. Боевые награды: медаль «За отвагу», две медали «За боевые заслуги», медали «20 лет Победы в Великой Отечественной войне», «25 лет Победы над Германией», «30 лет Победы над Германией», «40 лет Победы над Германией», медали «За безупречную службу в МВД» всех трех степеней.

А.А.Дроздов

С боями по Европе.

С сентября 1943 года я был наводчиком в противотанковом артиллерийском полку, затем радистом в 191 артиллерийском полку Уманской ордена Кутузова бригаде. Принимал участие в битвах за Украину, Молдавию, Румынию в составе Яссо-Кишиневской группировки. В 1944 году освобождал Венгрию в составе Корсунь-Шевченковской группировки. Участвовал в боях у озера Балатон.

В 1944 году при форсировании Дуная запомнилось следующее.

Дунай разлился широко, вода холодная. Связали мы плоты по 4-5 бревен и на них переправились. Гребли лопатами, так как весел не было. Немцы били по плотам. Командиры заставили всех размотать обмотки, расшнуровать ботинки, чтобы, в случае чего, обувь можно было быстро скинуть и попытаться выплыть. Огонь был сильным и, скоро, очень много народу оказалось в воде. На одной лодке плыло три солдата, течением реки лодку закрутило, ударило об дерево на берегу и перевернуло, солдат накрыло лодкой. Мы пересели на резиновую лодку и вытаскивали людей из воды. Много боевых товарищей погибло тогда.

За освобождение городов Чехословакии и Румынии имею благодарности Верховного Главнокомандующего И.В.Сталина.

Войну закончил в 1945 году в Чехословакии. В 1946 году наш полк расформировали и перевели в резерв Министерства Обороны. В 1947 году нас перевели в г.Новороссийск в 11-й артиллерийский полк. Демобилизовался в 1948 году.

Родители во время войны погибли, младший брат оказался в детдоме в г.Челябинске и домой в Смоленскую область возвращаться было не к кому. В штабе познакомился с ижевским парнем и решили с ним вместе ехать в г. Ижевск. Стал жить на частной квартире. Сначала хотел устроиться на работу в милицию, но потом на улице увидел объявление, что в пожарную охрану требуются бойцы и стал я пожарным в части на машзаводе. Затем перешел помощником инструктора на металлургический завод. Окончил курсы младшего начальствующего состава в г. Перми и стал младшим инспектором в части на плотине.

В 1957 году пожарная охрана была переведена из МВД в ведение Удмуртского Совнархоза.

В 1960 году в г.Свердловске окончил школу среднего начальствующего состава и работал старшим инспектором в отряде. С началом строительства нового завода в 1966 году перешел на автозавод. Тогда помещения нашей маленькой части были в корпусе «Прогресс». Пожарная охрана состояла всего из 1 машины, водителя и трех бойцов. Я же был назначен начальником части автозавода.

В 1971 году пожарную охрану вновь вернули в МВД. Однако при аттестации я по возрасту на должность офицера не прошел. До пенсии (1982г.) работал младшим инспектором.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Гаврилов

  2. Имя, отчество: Кирилл Васильевич

  3. Год рождения: 15 мая 1919 года.

  4. Служба в рядах Советской Армии и органах внутренних дел.

Участник боев за Будапешт и войны с Японией. С 1946 по 1983 г.г. служил инструктором профилактики в пожарной охране УГПС МВД.

  1. Боевые награды: две медали «За отвагу», «За взятие Будапешта», «За победу над Германией», «20 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», юбилейные медали.

К.В.Гаврилов

Фронтовые эпизоды.

В конце Великой Отечественной войны я служил на Востоке, воевал с японцами. Один раз пошли в разведку на японскую территорию. В лесу наткнулись на японский собачий питомник. Собаки, почуяв нас, залаяли. На шум выбежал сторож и выпустил на нас овчарок. Мы бросились обратно в лес. Чтобы не было слышно выстрелов, пришлось отбиваться ножами, потому что собаки нас быстро догнали. Собаки были очень злыми и большими, но мы справились.

А через неделю мы взводом шли в город Харбин. Был сентябрь месяц. Много грязи, воды. Шли вдоль реки Сунгари. Местами ноги по колено проваливались в грязь, а иногда и по пояс. Тут я заметил на японской стороне реки лодку. Она была привязана. Командир оставил меня и еще двух бойцов, а сам с остальными продолжал идти по болоту. Я разделся и поплыл. Река была широкая. Когда я доплыл, то увидел, что это была большая лодка, и что на нее поместится весь наш взвод. Нашел палку, отвязал лодку и поплыл обратно.

Доплыл до своего берега, забрал двух бойцов, что ждали меня, и поплыли по реке за своими. Плыли мы по течению и быстро доплыли до пункта назначения. Взвод успешно выполнил поставленную задачу.

А.Н.Курочкин

Дорога длиной в жизнь.

Когда началась война, я проходил действительную службу на Балтфлоте, в звании матроса. Я только что закончил радиотехнический техникум, успел немного поработать дежурным техником на Можгинском радиоузле. Работал на совесть. Мечтал попасть на флот. Моя мечта сбылась. В 1940 году меня призвали в армию и я попал на Балтийский флот. В начале службы постигал азы профессии радиста в учебном отряде флота, где осваивал специальность радиотелефониста.

Учитывая, что у меня за плечами было техническое образование, специальность радиста освоил быстро. Тогда я еще не знал, что она пригодится на всю оставшуюся жизнь.

Боевое крещение принял в Кронштадте, недалеко от северной российской столицы. На рассвете моряки получили приказ атаковать противника, со стороны которого двигалась эскадра из четырех кораблей. Как остановить противника ? Без суеты и паники противник был встречен метким артиллерийским огнем наших кораблей, и получив достойный отпор, отступил.

В марте 1943 года я был тяжело ранен. Получил множественное осколочное ранение левой ноги – бедра и голени с повреждением большого берцового нерва. От потери крови и болевого шока я потерял сознание, очнулся спустя несколько часов, в окружении медицинских работников, в тяжелом состоянии. Последствия ранения оказались настолько опасными, что врачи, посовещавшись, решили делать ампутацию ноги. Только благодаря молодому лечащему врачу и по моей просьбе, решили не делать этого. Мне тогда было 23 года, вся жизнь впереди и так не хотелось идти по ней дальше инвалидом.

Однако мытарств избежать не удалось. Госпиталь за госпиталем, операция за операцией, разные хирурги и медсестры, все перемешалось в эти месяцы.

Но самое кошмарное воспоминание за это время у меня связано с переправой по льду Ладоги, на большую землю, когда тяжело раненых и больных на нескольких автомашинах перевозили под сильным обстрелом и бомбежкой фашистов. Каким-то чудом машина, где находился я с товарищем по несчастью, благополучно добралась до спасительного берега. Между тем, несколько машин с ранеными бойцами, в которые угодили вражеские снаряды и бомбы, ушли под лед Ладоги навсегда.

Во многих опасных передрягах пришлось побывать мне и перенести множество медицинских операций. Друзья считают, что я родился «в рубашке». Наверное так. В конце войны, когда меня уже «списали» на берег, моя тельняшка была несколько раз латана-перелатана и штопана-перештопана. Следы войны и сейчас дают о себе знать – еще болят старые раны.

За время службы на флоте имею награды: орден Отечественной войны 1 степени, медаль «За оборону Ленинграда» и ряд других медалей.

Едва залечив серьезные ранения, в 1946 году я поступил в пожарную охрану МВД Удмуртской Республики. В этом сыграла определяющую роль моя жена, Любовь Ивановна, которая очень хотела, чтобы я поступил в органы МВД и работал по своей специальности – радиотехником.

Вследствие моей практической работы, она была первая помощница, советчик и вдохновитель, она по специальности – педагог. Прослужил в МВД вместе с армией 30 лет, прошел путь от старшины до полковника.

В 1946 году я был принят на должность мастера связи в 1-й военизированный отряд пожарной охраны МВД, где был в это время начальником капитан А.Цвербаум, который в дальнейшей моей жизни сыграл важную роль. Дело в том, что он имел хороший авторитет у руководства пожарной охраны Удмуртской Республики и имел хорошие деловые связи со всем руководством завода 74. В это время этот завод для своих нужд закупил в военном ведомстве радиостанции марки А7Б, работающие в коротковолновом диапазоне с микрофоном.

Капитан Цвербаум обратился к руководству завода о выделении военизированному отряду № 1 десяти комплектов этих радиостанций. Эта инициатива была поддержана начальником пожарной охраны МВД майором Злотником и министром внутренних дел полковником Барановым Ф.В., с их стороны была оказана практическая помощь.

При получении радиостанций перед отрядом остро встал вопрос подготовки кадров для работы на них, поэтому с личным составом пожарных частей отряда начались усиленные занятия по изучению материальной части этих аппаратов. Радиостанции были установлены в комнатах связи и на пожарных автомашинах частей отряда.

Передо мной в это время также встала техническая проблема – перевести эти радиостанции на другой вид питания, от сети переменного тока, а на пожарных автомобилях – от аккумуляторных батарей. Только благодаря практической помощи начальника отряда Цвербаума и начальника пожарной охраны Злотника, эта большая и сложная работа была выполнена в самые короткие сроки.

Таким образом, я оказался у истоков организации радиосвязи в пожарной охране МВД и в эту работу я вложил всю душу и энергию.

В 1946 году впервые в истории пожарной охраны и в целом в МВД УАССР появился новый вид связи – радиосвязь, вследствие чего резко поднялась оперативность в руководстве пожарными подразделениями при тушении пожара.

После окончания работы по установке радиостанций в комнате связи и пожарных автомашинах во всех частях первого отряда машиностроительного завода, руководством отряда и руководством ОПО МВД УАССР были организованы на одном из объектов завода учения пожарных частей, где показана практическая работа радиосвязи.

Оперативная работа радиосвязи на этих учениях всему руководству ОПО МВД УАССР понравилась. Тогда министр внутренних дел УАССР Ф.В.Баранов приказал начальнику ОПО МВД УАССР организовать работу по установке радиостанций в пожарных частях всего города Ижевска.

В 1947 году я был переведен в аппарат ОПО МВД УАССР на должность старшего инспектора отделения службы ОПО, где мне было поручено заниматься вопросами связи в пожарных частях республики.

В те годы в лесах Селтинского, Увинского и Сюмсинского районов республики орудовали бандитские группы, которые грабили сельские магазины, отбирали у крестьян муку, когда они возвращались с мельницы. Особенно свирепствовала группа бандита Пыхтеева.

Министр внутренних дел УАССР Ф.В.Баранов принял решение изловить эту группу бандитов. На оперативном совещании, министром из числа личного состава уголовного розыска МВД, было создано три оперативных группы по 4 человека, а начальнику ОПО майору Злотнику было приказано обеспечить радиосвязью эти группы четырьмя радиостанциями. Я был назначен старшим по обеспечению радиосвязью.

Необходимо отметить, что тогда подобная операция по линии милиции МВД с использованием радиосвязи руководством МВД УАССР была проведена впервые, и мы с поставленной задачей успешно справились.

Все последующие годы я продолжал работать в составе центрального аппарата управления пожарной охраны МВД УАССР.

В 1970 году я ушел в отставку с должности заместителя начальника отдела Государственного пожарного надзора УПО МВД УАССР.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Багаева

  2. Имя, отчество: Ия Иннокентьевна

  3. Год рождения: 1919 год.

  4. Служба в РККА и органах внутренних дел. В декабре 1941 получила диплом врача. С января 1942 года – начальник медслужбы 406 отдельного пулеметно-артиллерийского батальона, 2-й Белорусский фронт. Участвовала в обороне Орла, Брянска, в боях на Курской дуге, в районе Бреста, в Восточной Пруссии, в Прибалтике.

В 1946 году уволена в запас, в звании капитана медицинской службы. С июня 1946 по 1980 г.г. работала в медицинской службе МВД УАССР.

4. Награды: орден «Красной Звезды», орден «Отечественной войны» второй степени, медаль «За боевые заслуги», «Медаль Жукова», юбилейные медали.

Врач первой категории.

И.И.Багаева.

Девчата на войне.

Прошло много лет, но раны, нанесенные нам Отечественной войной, кровоточат до сих пор.

Родилась я в 1919 году, в селе Узи Старозятцинского района, в семье священника. Мать наша из семьи революционеров, имела учительское образование, но работать по специальности не имела возможности, хотя старший брат ее за революционную деятельность был ранее сослан на каторгу, в Сибирь. У отца было две сестры, старшая работала зубным врачом, а младшая – медсестрой в поликлинике машиностроительного завода.

В тридцатых годах церкви закрывались, священников ссылали в Сибирь. Отец для сохранения семьи и четверых детей отрекся от священного сана и ушел на лесозаготовки. Мои старшая сестра и брат закончили начальную школу нормально, а меня, как «поповскую дочь», исключили из третьего класса. Мама обратилась тогда в И.В.Сталину с просьбой восстановить образование дочери в школе. Дали разрешение.

После окончания начального образования мы с братом продолжили учебу в Старых Зятцах, в пятнадцати километрах от родной деревни.. На неделю забирали мы с ним продукты питания и в пять часов утра уходили пешком, в лаптях и успевали к первому уроку. Жили на квартире, готовили уроки при керосиновой лампе. Поочередно готовили пищу на завтрак, обед и ужин. А на воскресенье снова уходили домой, в мороз и вьюгу. Так проучились мы с ним до восьмого класса.

Мое детство совпало с бурными годами становления Советской власти: коллективизация в сельском хозяйстве, индустриализация страны, ликвидация сплошной неграмотности населения, борьба с трахомой. Все это готовило нас к активному участию в жизни, и помогло выстоять в борьбе с германским фашизмом.

В 1936 году я закончила медицинский рабфак и поступила в Ижевский медицинский институт. В мае 1941 года с группой студентов нас направили на врачебную практику в село Грахово.

Деревенская природа, зеленые луга, лес, тишина – ничего еще не предвещало войны. Вечером, в свободное время, слушали пение соловья, задушевные песни девчонок и мальчишек, русскую гармонь и строили планы на будущую жизнь.

Но вся эта молодая жизнь оборвалась тревожным голосом диктора Московского радио Левитана. 22 июня… Началась война. Немецкие полчища перешли западную границу и ведут бои, уничтожая и разрушая все на своем пути.

Возвращаемся в родной институт и в декабре досрочно сдаем государственные экзамены. В январе 1942 года весь курс отправили в Московский резерв, где проходили подготовку к работе в экстремальных условиях войны. Вскоре я получила назначение в Северную группу войск, под командованием маршала Рокосовского.

Формировались пулеметно-артиллерийские батальоны 91 укрепрайона второго Белорусского фронта. Одновременно со мной пришли и другие девчата – санинструкторы в подразделения для оказания первой помощи на поле сражения.

Наш батальон, оснащенный новой подвижной многоствольной артиллерией «Катюша», состоял из подготовленных воинов, эшелоном был направлен на оборону Брянска, Орла. На одной из остановок я вышла на перрон, неожиданно поезд тронулся, начал набирать скорость, я пытаюсь зацепиться за любой вагон, не получается. Остается уже последний вагон, еле запрыгиваю в тамбур со слезами на глазах. К моему счастью, внезапно поезд замедляет скорость. Не ожидая остановки, спрыгиваю и бегу к штабному вагону. С ощущением позора предстала перед командиром батальона, который высказал гнев и возмущение своим взглядом, как будто высек десятью нагайками.

Но одновременно я чувствовала радость от того, что мои тренировки в школьные годы ходьбы за 15 км с грузом питания на неделю в течение 4-х лет не прошли даром. Не отстала от своего батальона.

На месте дислокации батальон впервые вступил в бой, удерживая натиск врага. Кругом гибли люди. Легкораненым оказывалась врачебная помощь и они оставались в строю. За эту операцию я награждена медалью «За боевые заслуги».

После переформирования батальона, я участвовала в жестоких боях под Курском. Победа под Курском и одновременная победа за Днепр, завершили коренной перелом Великой Отечественной войны. За оборону под Курском я получила орден «Красной Звезды».

Страшное было время. На полях сражений черные, сгоревшие танки, опрокинутые автомобили, изуродованные пушки с разорванными стволами – все это, как и тысячи вражеских трупов, постепенно заметала снежная поземка. Снаряды рвались перед траншеей брызгами земли и осколками мин, взвизгнув над самым ухом, взрывались позади и тоже обсыпали землей и черным снегом. Пули свистели сплошной метелью. Страшно было взглянуть через бруствер, но каждый заставлял себя приподняться над ним и идти в бой.

Разрывы снарядов сотни раз оглушали, подбрасывали волной на несколько метров, с ушибами в голову, позвоночник, конечности, с царапинами на теле. Наши войска несли в ходе боев большие потери. Постепенно атаки полков и дивизий, как штормовые волны затихающего океана, истощив силы, были все слабее и слабее и наконец остановились, клокоча и бушуя местными боями на изогнутой и изломанной линии фронта.

Батальон вместе с другими подразделениями, продолжал оборону Звенигорода. Потом были Брест, Восточная Пруссия, Прибалтика. Наконец свершилась великая Победа. Однако батальон продолжал еще нести оборону в Прибалтике до июня 1946 года.

После демобилизации в звании капитана медицинской службы, с июня 1946 года по 1980 год работала в медицинской службе МВД Удмуртской Республики. Меня приняли в тюремный отдел МВД инспектором мест заключения. В первом изоляторе организовала изолятор для временно содержащихся там заключенных. С 1953 года работала участковым врачом медслужбы МВД. Имела возможность специализации в клинике госпитальной терапии, без отрыва от основной работы в течение трех лет. В последующем, шесть месяцев специализировалась в Баку на кафедре госпитальной терапии профессора Гусмана. Защитила диссертацию врача 1-й категории.

В Великой Отечественной войне участвовали: мой брат Игорь, он погиб в первые годы войны и младшая сестра добровольцем защищали Москву в аэростатных войсках. Старшая сестра работала на восстановлении железной дороги Балезино – Глазов.

В заключение хочется сказать о прожитых годах на фронтах России нашей – была строгая дисциплина, порядок в войсках, бесперебойное снабжение боевыми средствами, продовольствием, своевременной медицинской помощью.

Так прошли дороги юных лет.

Студенческая скромная среда.

Война Отечества и мирный труд опять –

Легко сказать, а пережить ?

И в жизни в этой всех понимать в беде,

спасать от смерти словом, делом,

остаться преданной всегда России.

Спасибо Вам за все, так скажут все,

Так говорю и я сегодня !

Живите долго, без забот.

Дарите людям радость,

Ведь красота души земной

Дается нам однажды !

Пусть крылья Вас не подведут,

Неся легко по жизни.

В полете этом пусть

Царит одна лишь только радость !

Г.А.Лаптева

Воспоминание о военных годах.

Фото

Лаптева Галина Александровна, родилась 17 февраля 1922 года в г.Ижевске. В 1941 году окончила среднюю школу № 22 и поступила в Ижевский медицинский институт, который окончила в 1946 году. Работала врачом в спецгоспитале и последние двадцать два года начальником стационара медотдела МВД.

Ветеран войны, врач высшей категории.

Награды: медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне в 1941-1945г.г.», «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина»,

Юбиленая «50 лет Победы», «200 лет МВД России», награждена Знаком «Отличник здравоохранения».

21 июня 1941 года был выпускной вечер в школе, нам выдали аттестаты. Однако мечты о поступлении в горный институт в г.Свердловске не сбылись. 22 июня после отдыха на природе мы, выпускники, вернулись домой веселые, радостные и от родителей узнали, что началась война. Через три дня мы с мамой проводили папу на фронт. Решили мы тогда, что надо помочь родной школе. Каждый день ходила я в свою школу, где должен был открываться госпиталь для раненых фронтовиков. Первое задание нам было: ходить по домам, квартирам и собирать у населения постельное белье для госпиталя. Через два-три дня начали провожать мальчиков на фронт.

Второе памятное задание нам было встречать эвакуированных женщин с детьми с погранзастав. Разместили их временно в школе № 27 по ул. К.Маркса. Но надо было учиться и я поступила в мединститут. С началом зимы здание отапливалось местной котельной, расположенной в подвале мединститута, но в здании все равно было холодно, на лекциях сидели в пальто. Чтобы хоть как-то обогреть помещение, студенты возили после занятий торф с 40 км на санях. Иногда на остановке Промышленная сани цепляли за трамвай и так довозили санки до ул.Коммунаров, до института. Директором института был профессор Рупасов Николай Федорович и нас, перевозящих санки, называли «рупасовскими лошадками». За зиму 1941-1942 г.г. несколько раз помогали разгружать санитарные поезда с ранеными, заносили их в приспособленные теплые помещения, а там уже врачи по профилю сортировали кого куда. Ходячих на трамвае направляли в школы 25,22,27, где также располагались госпитали.

После окончания 1-го курса часть студентов уехала в колхоз, другая – на заготовку дров для института. Двухэтажные общежития, в которых мы жили, были деревянные и они отапливались дровами. Было в них настолько холодно, что девчата спали одетыми. В колхозах также было неуютно. Жили в школе, спали на соломе, сене. Сторожиха готовила суп из продуктов, которые выдавал колхоз. Однажды она испекла картофельные ватрушки, вкус которых помню до сих пор.

Мама работала на заводе Ижмаш. Временами я ее не видела по несколько дней, так как она оставалась ночевать на производстве. Чтобы хоть как-то выжить и прокормиться часто ходили с женщинами с санками в деревни, где меняли вещи на картошку. Студентам тогда давали талоны на вещи. По такому же талону, выданному маме на вещи, купили нам обоим одну пару валенок 42 размера, в них поочередно грели ноги. Особенно тяжелыми были для меня годы учебы на первом и втором курсах. Самым большим праздником стал тогда праздник Победы.

После окончания института с 1946 по 1949 г.г. я работала врачом терапевтом в спецгоспитале 3888 в г.Можге. С 1949 по 1953 г.г. была врачом в госпитальной терапевтической клинике г. Ижевска, а с 1953 по 1955 г.г. врачом терапевтом в санчасти МВД. С 1955 по 1977 г.г. я работала начальником стационара в медицинском отделе МВД.

В 1977 году я перешла работать врачом терапевтом ОВВК МВД, где проработала до июня 1984 года, до выхода на заслуженный отдых.

В стационаре вместе со мной поочередно работали врачи поликлиники Багаева И.И., Злобина В.М., Гавшина Л.А., Новоселова Н.Т., Мельникова Т.М.. Консультантами были Макарова Т.Н., Калинкина А.А., профессора Осинцева Т.С., Зверев., Губергриц..

Как отмечалось в характеристиках тех лет, я за время работы зарекомендовала себя добросовестным и исполнительным работником, профессионалом своего дела и хорошим организатором, наставником молодых. Старалась работать с высокой ответственностью за порученное дело. В любое время суток приходила на помощь к больному. Неоднократно поощрялась руководством медотдела.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Айзикович

  2. Имя, отчество: Аркадий Иосифович

  3. Год рождения: 28 января 1921 года.

  4. Членство в КПСС – член КПСС с 1944 г.

  5. Служба в Советской Армии, в войсках и органах НКВД-МВД. Призван на службу в Красную Армию 18 октября 1940 года красноармейцем226 полка 42 бригады войск НКВД. С 20 июля 1941г. по 01 октября 1942 помощником комвзвода пулеметной роты.

С 01.10.1942 по 08.06.1943г. – курсант Военно-политического училища НКВД. С 1 мая по август 1943г. – зам. начальника гарнизона г.Благовещенска по политчасти.

В органах внутренних дел с 1943 года старшим оперуполномоченным, начальником отделения контрразведки МВД УАССР, заместителем начальника лаготделения, начальником ИТК-4, заместителем начальника Управления ИТУ МВД республики.

Полковник внутренней службы, участник Великой Отечественной войны с 26 июня 1941 года по 24 сентября 1942 года.

Награжден Знаком «Заслуженный работник МВД СССР».

Аркадий Иосифович скончался в 1983 году.

Р.Н.Заппаров

Контрразведчик.

Есть люди, работа с которыми надолго остается в памяти. Таким был участник войны Аркадий Иосифович Айзикович.

Я встретился впервые с ним, когда в конце января 1971 года министр внутренних дел республики генерал Иван Артемьевич Желнов представил меня начальником коллективу отдела исправительных учреждений МВД республики.

К этому времени подполковник внутренней службы А.И.Айзикович около шести месяцев исполнял обязанности начальника отдела. Высокий, худощавый, с изможденным лицом, он как-то сразу показался мне человеком из контрразведки. У них ведь с годами вырабатывается свой стиль поведения и характер, когда каждое произнесенное слово предварительно тщательно взвешивается. Он не любил пустых слов и фраз. Речь его была прямой. Без заумных оборотов. И сам он производил впечатление человека хорошо знающего свое дело и обстановку в подразделениях. Он был прост в общении, но держался на первых порах на некоторой дистанции. С первых дней чувствовалось его искреннее стремление помочь мне в освоении совершенно нового для меня дела. Он очень любил оперативно-розыскную работу и грамотно осуществлял ее. Без всякой натяжки, он был в отделе одним из сильнейших агентуристов и пользовался среди работников отдела и подразделений огромным авторитетом.

Для меня же в вопросах организации оперативных, режимных мероприятий он стал настоящим учителем.

Аркадий Иосифович Айзикович был спокойным, выдержанным руководителем. Не припомню ни одного случая его грубых выходок или резких выговоров подчиненным сотрудникам. Но никогда он не давал в обиду ни одного своего сотрудника.

Был он сильным аналитиком. Документы он писал всегда грамотные, обоснованные. Он четко видел цель намеченной работы и планировал все мероприятия продуманно. Также тщательно он организовывал и исполнение намеченных дел. Но документы делал всегда отличные. Почерк у него был очень неразборчивый, приходилось одному из оперработников расшифровать эти записи или же писать документы под диктовку самого Аркадия Иосифовича. Он заставлял оперативников по несколько раз переделывать документы и все они выходили тщательно отработанными.

Естественно, что до первой беседы с ним, я решил внимательно изучить его личное дело. Кадровики в органах внутренних дел того времени хлеб зря не ели. Дермантиновая папка с личным делом Аркадия Иосифовича была достаточно пухлой. Здесь было все – и материалы спецпроверки, аттестации и представления, приказы о назначениях. В архивной части я обнаружил даже рапорт на разрешение жениться. Уже в наши дни, в связи с подготовкой этого рассказа, я попросил переписать несколько страниц из этого дела, предварительно показав их офицерам управления кадров министерства.

Привожу некоторые из них дословно потому, что в них говорит каждое слово и запятая.

Аркадий Иосифович родился 28 января 1921 года в семье служащего в городе Полтаве УССР. По окончании семи классов он поступил на учебу в механико-технологический техникум мясной промышленности и после завершения его в августе- сентябре 1940 года поработал заведующим производством мясокомбината в городе Молодечно.

Полтавский горвоенкомат в октябре этого же года призвал его в ряды Красной Армии. Война застала его красноармейцем 226 полка 42 бригады конвойных войск НКВД.

После окончания школы младшего начсостава, с 20 июля 1941 года по 1 ноября 1942 года он служил помощником командира взвода 240 полка 37 дивизии конвойных войск.

В деле имеется архивная справка, подтверждающая о том, что он принимал участие в Великой Отечественной войне с 26 июня 1941 года по 24 сентября 1942 года в составе 226 и 240 полков.

А вот и служебный отзыв политрука роты Голенковского от 12 сентября 1942 года на сержанта Айзиковича А.И.:

«За время пребывания в пулеметной роте показал себя как один из лучших младших командиров роты. Политически грамотен, морально устойчив. Технику и тактику пулеметных подразделений знает хорошо. Среди личного состава роты пользуется большим авторитетом. За отличную работу в отделении выдвинут на должность помощника командира взвода».

По-видимому, этот отзыв был составлен в связи с зачислением его с 1 октября 1942 года курсантом Ново-Петергофского Краснознаменного военно-политического училища НКВД имени К.Е.Ворошилова. Уже в мае 1943 года по окончании училища его назначили заместителем начальника гарнизона по политической части в составе 70 полка 28 дивизии войск НКВД по охране железных дорог.

В августе 1943 года по приказу он был переведен из войск в органы НКВД и направлен в Удмуртию. Старшим оперуполномоченным он был почти пять лет, вначале в оперотделе НКВД республики, затем в спецгоспитале, а позднее в оперативном отделе управления лагерей № 371 НКВД СССР для военнопленных в городе Глазове.

С конца 1947 года по май 1950 года Аркадий Иосифович работал начальником отделения контрразведки МВД республики.

В мае 1950 года отделение контрразведки в министерстве расформировали. Его назначили заместителем начальника отделения режима и оперработы отдела исправительно-трудовых колоний министерства. В этом же году он заочно окончил трехгодичную Свердловскую офицерскую школу. В 1954 году капитана внутренней службы Айзиковича назначили начальником этого отделения.

В связи с созданием лагерных отделений в течение двух лет работал он и заместителем начальника лаготделений № 1 и 3 по оперативным вопросам. В марте 1957 года его выдвинули на самостоятельную работу начальником ИТК-4. Здесь он проработал более двух с половиной лет. Одновременно он заочно окончил в 1958 году Всесоюзный юридический институт. С июля 1959 года вся его дальнейшая служба была связана с отделом ИТУ министерства.

Следует сказать, ко времени моего появления в министерстве, оперативная обстановка в учреждениях, в связи с большим перелимитом арестованных и осужденных, неудовлетворительной их трудозанятостью, оставалась очень сложной. Люди в камерах и спальных помещениях не имели даже собственного спального места и спать им приходилось по очереди. Более трех тысяч осужденных не имело работы. Все это приводило к настоящей грызне между группами осужденных, «крысятничеству» и значительно осложняло нормальную жизнь. Этому во многом способствовала бытовая неустроенность контингента, обветшалые деревянные общежития и столовые.

Аркадий Иосифович к этому времени имел уже богатый практический опыт.

В его личном деле я нашел аттестацию на него, которую я подписал 19 мая 1973 года через три года совместной службы. Он как-то сразу окрылился, увидев положительные сдвиги в работе колоний, более решительно занялся укреплением режима в них. В отрядах ввели передвижение строем, ежедневную физзарядку. Жилые зоны колоний разделили на локальные зоны. При активном участии Аркадия Иосифовича в надзор за осужденными стали внедряться технические средства. В четырех колониях были построены новые обыскные помещения и штрафные изоляторы. За эти три года более половины осужденных были переселены в новые кирпичные общежития с новыми койками, тумбочками и табуретками. Аркадий Иосифович много времени проводил в подразделениях и оказывал их начальникам значительную практическую помощь.

Все эти мероприятия позволили укрепить в колониях порядок и почти наполовину снизить в них число зарегистрированных преступлений. В конце 1971 года он был награжден Почетным знаком «Заслуженный работник МВД СССР».

Он полностью поддержал меня в решении провести реконструкцию следственных изоляторов и исправительно-трудовых колоний.

Несмотря на то, что это потребовало от него напряженной работы по усилению режима содержания, он также активно всячески помогал нам в изыскании финансирования строительства и получении строительных материалов.

Но главной его заботой всегда было обеспечение надежности охраны и предупреждение преступности среди контингента. Тогда сложилась крайне тяжелая обстановка в колонии общего режима, расположенной у Ижевского радиозавода. В колонии из-за перелимита было скученно, почти пятьсот человек сидели в зоне без работы.

Помню, как-то в полночь мне домой звонит Аркадий Иосифович и докладывает, что он находится в промзоне этой колонии, где при съеме людей со смены не могут досчитаться двух осужденных рабочих. Выезжаю туда и я. Позднее по моему докладу приезжает и заместитель министра полковник Вениамин Николаевич Задорин.

Периметр колонии не нарушен, на контрольно-следовой полосе следов не выявлено. Возможность побега через КПП командир батальона категорически исключает.

Принимаем решение, усиленным конвоем вывести из промзоны всех рабочих, оставив там несколько подозреваемых и возможных свидетелей. Все говорит о том, что либо осужденные спрятались в многочисленных вентиляционных коробах с целью последующего побега, либо их убили и тщательно спрятали в зоне.

Организовали активный поиск в зоне, проверили венткороба, осмотрели все помещения и даже приямки. Никого из потерявшихся осужденных найти не удалось. К четырем часам утра появляется первый подозреваемый – испуганный худой парень лет двадцати. Долго я, Аркадий Иосифович поочередно с Вениамином Николаевичем разговариваем с ним. Одновременно оперативные работники в соседних кабинетах допрашивают других осужденных.

Оказалось, на почве притеснений, осужденные убили двух товарищей по несчастью и спрятали их трупы в подвале этой же мастерской, завалив их хламом. Привели нас и показали, где спрятали. Потом были похороны из колонии, усиленный вариант несения службы всем личным составом.

Немного позднее после этих событий произошли события в колонии усиленного режима на станции Каркалай. Колония, построенная еще в годы войны, сплошь состояла из деревянных бараков. Промзона находилась вдали от жилой зоны и осужденных приходилось выводить на работу, пересекая железнодорожную ветку Ижевск - Кильмезь.

Так же, ночью, мне последовал звонок от Аркадия Иосифовича о том, что большая группа осужденных отказывается от выполнения распорядка дня и даже от приема пищи.

Выезжаем туда вместе с Аркадием Иосифовичем и Асадом Саиповичем Закировым, старшим оперуполномоченным оперативно-режимного отделения.

Глубокая ночь. Колония не спит. Учитывая, что в ней отбывают наказание, в основном, молодые люди, действия их могут быть непредсказуемые. Можно ожидать любого исхода событий – вплоть до разгрома и поджога общежитий.

Принимаем решение, готовить силы для ликвидации массовых беспорядков, подтянуть к колонии сводный отряд. А сами – я, Аркадий Иосифович, Асад Саипович, вместе с начальником колонии В.Е.Ральниковым, идем в жилую зону попытаться установить контакт с осужденными. Через всю зону идем в деревянное здание столовой, давно уже вросшее в землю. Она полна осужденными, которые сидят на скамейках. Не успели мы пройти к сцене, вдруг выключается свет. Осужденные встают, слышно какое-то движение, шорох – того и гляди дадут ножом в живот или спину. Кто- то из осужденных, судя по голосу, видимо, авторитет, подает команду включить свет. Включают свет. Стало значительно уютнее, хотя толпа уже подступает вплотную к нам.

Обращаюсь, как старший среди прибывших, к осужденным:

- Нехорошо, мужики, встречаете, мы ведь из Ижевска ночью приехали к вам. Давайте рассказывайте, что вас гложет, какие претензии к персоналу колонии ?

Просят выйти представителей колонии, даже начальника, ибо при них откровенного разговора не получится. Прошу работников колонии выйти и проверить обстановку в отрядах. А у самих нас, настроение заметно упало. Ведь случись непредвиденное, даже помочь будет некому.

Выслушали мы поток жалоб и обид на бездушие и черствость отдельных сотрудников, на отсутствие работы, несправедливость при предоставлении свиданий. Просят не записывать фамилии выступающих, боясь в дальнейшем притеснений от администрации.

Договорились разойтись по отрядам, а с утра организовать прием осужденных тремя группами, во главе с руководителями отдела ИТУ и прокурорскими работниками по всем вопросам, в том числе и по вопросам несогласия с приговором.

Неделю сидели мы в этой колонии. Выслушали всех, по каждой жалобе приняли конкретное решение и дали ответ заявителям.

Видя, что жалобы внимательно рассматриваются, на следующий день все осужденные во вторую смену вышли и на работу.

Нам, вместе с ним, много пришлось заниматься вопросами Можгинской воспитательно-трудовой колонии для несовершеннолетних правонарушителей.

Еще до получения приказа о ее открытии в Можге, Аркадий Иосифович рассказав нам о том, что все ранее действующие в республике детские колонии после бунтов, поджогов и массовых беспорядков были закрыты, настойчиво предлагал нам «отбиться» от ее открытия вновь.

Не удалось это, к сожалению.

12 июля 1972 года после энергичной работы по переоборудованию контрагентской колонии строгого режима в поселке Чумайтло мы завезли туда первую партию воспитанников. Исходя из моего понимания, что ребята эти попали в колонию из-за отсутствия к ним доброжелательного внимания, я дал команду даже приготовить им на первый обед пельмени. Потом постепенно завезли из следственного изолятора и оставшихся там осужденных подростков.

Однако уровень наспех подобранных кадров, серьезные просчеты в их работе из-за отсутствия опыта привели к тому, что пошла, традиционная для тюремного мира, вражда между «опущенными» по колонийским понятиям и теми, кто считал себя «пацанами». Все это привело к тому, что в феврале 1973 года в детской колонии возник бунт. Воспитанники подожгли школу, разгромили часть спальных помещений и крепко нарушили порядок в столовой, хотя кухню не тронули.

Аркадий Иосифович вместе с Асадом Саиповичем были в этот момент в колонии усиленного режима в Люге. На пожарной машине вместе с руководителем этой колонии Григорием Васильевичем Яковенко они тут же выскочили в поселок Чумайтло. В промышленной зоне детской колонии выстроился сводный отряд, ожидая команды на ввод сил в жилую зону.

Аркадий Иосифович принял решение, не вводя сводный отряд, попытаться зайти в жилую зону. Зашли они туда вдвоем с Асадом Саиповичем Закировым. В общежитиях на первых этажах стекла выбиты, мебель частично выброшена в окна, все порушено и поломано. В жилой зоне несовершеннолетние осужденные в основном находились в помещениях отрядов. Около них собралось около сорока воспитанников, окружили Аркадия Иосифовича. Выслушав его, бузотеры немного успокоились и разошлись по отрядам.

Потом уже зашли другие офицеры и начали совместно с воспитанниками наводить порядок в общежитиях и в столовой. Провели короткие собрания воспитанников и в отрядах понемногу обстановка разрядилась без ввода сводного отряда.

Много дней и ночей почти все сотрудники детской колонии, а вместе с ними и прибывшие из Ижевска офицеры, находились практически на казарменном положении. Командированные из Ижевска, включая меня и Аркадия Иосифовича, все мы питались и спали в помещениях штаба колонии и уже валились с ног. Наконец вывезли большую часть нарушителей в колонии для несовершеннолетних других регионов. Политработники вместе с воспитанниками обновили актив отрядов и колонии. Началась более или менее сносная жизнь.

Детская колония была постоянной головной болью. Там всегда жили как на вулкане. Особенно изматывали сотрудников постоянные, почти ежедневные побеги воспитанников из зоны. Дело в том, что охрана подростков специфична. Многие элементы охранных сооружений взрослых колоний было запрещено использовать на периметре охраны ВТК. При побеге несовершеннолетних также запрещено применять и огнестрельное оружие.

Сам побег из детской колонии тогда не квалифицировался как преступление. Дело дошло до того, что однажды из этой колонии ушло, преодолев основное ограждение, около сотни воспитанников.

Аркадий Иосифович внес тогда дерзкое предложение – оборудовать периметр жилой зоны трехметровой длины барабанами типа «беличьего» колеса с натянутой на них колючей проволокой. Монтаж этих «беличьих» колес, исключающих возможность подтянуться за ухваченную колючую проволоку, не соскользнув при этом обратно, резко сократил количество побегов.

Аркадий Иосифович Айзикович был самым авторитетным руководителем отдела в министерстве. При этом авторитет его был не по должности, а по его уму, характеру, железной хватке, стремлении достичь намеченной цели.

В 1975 году ему, как участнику войны, было присвоено звание полковника внутренней службы на одну ступень выше, предусмотренной штатным расписанием. Он этого заслуживал.

Выйдя на заслуженную пенсию он некоторое время поработал инженером в штабе гражданской обороны республики. Однако с каждым годом ноги его ходили с трудом – сказывалась его давняя.болезнь.

Умер он в дни, когда в Можгинской детской колонии произошли очередные массовые беспорядки.

Я преклоняюсь перед памятью этого человека.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Гордиенко

  2. Имя, отчество: Николай Васильевич

  3. Год рождения: 24 ноября 1913 года.

  4. Партийность: член КПСС с июля 1939 года.

  5. Служба в Красной Армии и органах МГБ-МВД.

Призван в РККА в апреле 1935 года. Июнь 1935-октябрь 1938 г.г. – красноармеец, младший командир 95 стрелкового полка на Дальнем Востоке. Октябрь 1942-июль 1947г.г. – зам. командира роты, батальона, командир батальона, заместитель командира 26 воздущно-десантного полка, начальник дивизионной партийной школы.

Январь 1953 – июнь 1953 г.г. заместитель министра Государственной безопасности УАССР.

Июнь 1953 - май 1954 г.г. начальник отдела кадров объединенного МГБ-МВД УАССР, май 1954 – январь 1967 г.г.- заместитель министра внутренних УАССР

6. Награды: Орден Красного Знамени, четыре Ордена Отечественной войны, медали: «За Победу над Германией», «За освобождение Праги», Польская медаль «За мужество и отвагу», медали «20,30,40,50 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945г.г.», «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина», медали «За безупречную службу» всех трех степеней, Почетная медаль Советского фонда Мира, юбилейная медаль Всемирного Совета Мира, Почетный знак «Французский генерал», награжден знаком «Заслуженный работник МВД СССР».

Р.Н.Заппаров

С.А.Божедомов

Шестнадцать благодарностей Верховного Главнокомандующего.

Мне не довелось служить вместе с Николаем Васильевичем Гордиенко. Работал заведующим промышленно-транспортным отделом в Ижевском Горкоме партии и занимаясь много строительством, я нередко встречался с ним по этим вопросам, как с заместителем министра внутренних дел по общим вопросам.

Мы вместе с заведующей общим отделом нашего Центра инвалидов МВД «Честь» Татьяной Валентиновной Рыловой уже написали было и отшлифовали воспоминания фронтовиков – участников войны и тружеников тыла, которые по поручению Управления кадров были собраны в Музее МВД. Книга уже была готова для представления на рецензию и к изданию.

Неожиданно заходит к нам директор Музея МВД Лариса Ивановна Страшнова и показывает архивные документы Николая Васильевича Гордиенко, любезно переданные ей его супругой Александрой Сергеевной.

Среди этих документов собственноручно составленная в 1977 году Николаем Васильевичем анкета с указанием всех полученных им наград и две лекции, с которыми он выступал перед бойцами на фронте.

Я обратил внимание на то что Н.В.Гордиенко за годы войны был награжден четырьмя орденами Отечественной войны и орденом Красного Знамени. За участие в боевых операциях ему Приказами Верховного Главнокомандующего И.В.Сталина 16 раз объявлялась благодарность. Это были благодарности страны за успешную ликвидацию летнего наступления немцев в 1943 году, за освобождение городов Белгорода, Харькова, Полтавы, Кременчуга, Знаменки, Кировограда, Ново-Украинки, Первомайска. Потом были благодарности за успешное форсирование реки Висла, за овладение Сандомирским плацдармом, за овладение городов Ченстохово, Крайцбург, Розенберг, Штрелен и Дрезден, за прорыв сильно укрепленной долговременной обороны немцев на реках Одер и Нейсе.

Ничего подобного в воспоминаниях других ветеранов я ранее и сейчас еще не встречал.

Про такого человека, фронтовика – руководителя МВД надо было обязательно написать. Я позвонил своему другу, фронтовику, участнику Сталинградской битвы Сергею Андреевичу Божедомову и попросил его помочь мне. Он знал его хорошо по совместной работе в центральном аппарате МВД республики и конечно согласился. И вот мы с ним сидим вместе и оживленно вспоминаем события конца шестидесятых – начала семидесятых годов.

Николай Васильевич Гордиенко родился 24 ноября 1913 года в селе Вознесенка Родинского района Алтайского края, в бедной крестьянской семье.

В шестнадцать лет он начал свою трудовую деятельность учеником счетовода, продавцом и заведующим сельповским магазином, стал инструктором райпо. Заметили его и направили учиться в Томский кооперативный техникум.

В апреле 1935 года его призвали в ряды Рабоче-крестьянской Красной Армии. Красноармеец, младший командир в составе 95 стрелкового Полка в 1938 году участвовал в Хасанских боях и был там контужен. После демобилизации три года проработал председателем Правления райпотребсоюза, был председателем райплана.

В 1942 году добровольцем ушел в действующую Армию. Зам. командира роты батальона, командиром батальона, зам. командира воздушно-десантного полка. С августа 1945 по июль 1947 г.г. был начальником дивизионной партшколы 97 Гвардейской стрелковой дивизии.

Участвовал в боевых действиях на Северо-Западном, Степном, Воронежском, 2 и 1-м Украинском фронтах в составе центральной группы войск, в Прикарпатском военном округе. На Северо-Западном фронте в 1943 году был ранен в левую ногу, в 1944 году на Сандомирском плацдарме был вновь контужен.

Закончил гвардии майор Гордиенко Н.В. войну 11 мая 1945 года в Чехословакии.

После окончания войны три года проработал он секретарем райкома партии в Алтайском крае, закончил Высшую партийную школу при ЦК КПСС. Однако вместо партийной работы направили его заместителем министра Госбезопасности по кадрам в Удмуртию. Проработал он на этой должности всего четыре месяца. МГБ и МВД объединили и он в июне 1953 года стал начальником отдела кадров объединенного министерства. В мае 1954 года его назначили заместителем министра внутренних дел УАССР по кадрам, а позднее – по общим вопросам. Здесь ему предстояло работать до 1967 года. Эта должность была ему по душе, он любил строить, ценил работу служб тылового обеспечения, активно помогал пожарной охране и исправительно-трудовым учреждениям.

Сергей Андреевич Божедомов, работая в те годы начальником секретариата министерства, был близко знаком с Николаем Васильевичем. Он помнит его первые месяцы работы на должности заместителя министра госбезопасности республики, позднее начальника объединенного отдела кадров МГБ-МВД.

Это был грамотный, опытный, внимательный к людям руководитель. Он очень быстро вошел в контакт с министром Ф.В.Барановым. У них образовался хороший личный деловой контакт. При образовании объединенного министерства надо было поставить на ведущие службы молодых, но опытных, грамотных в своих делах руководителей.

Ф.В.Баранов очень уважал и ценил Николая Васильевича, за его здравый ум, трудолюбие. В то время все руководители работали до 2-3 часов ночи. Николай Васильевич уходил со службы позже всех, иногда и в четыре утра. И он блестяще справился с этой работой. В аппарат тогда пришли многие молодые профессионалы, которые позднее выросли в крупных руководителей.

После освобождения Ф.В.Баранова от должности министра, Николая Васильевича назначили заместителем министра по кадрам, но через некоторое время он стал заместителем по общим вопросам.

Он никогда не повышал голоса на подчиненных, сам был трудолюбив и учил этому руководителей службы. Был внимателен к людям. Люди шли к нему охотно, и он никогда никому не отказывая, стремился решить поставленные сотрудником житейские вопросы. Был момент, когда он, даже тяжело больным, принимал людей лежа на своем диване в кабинете. Он всегда старался помочь сотруднику в тяжелых жизненных ситуациях. Когда в 1957 году в Ижевске погиб на службе оперуполномоченный Виктор Петрович Кузнецов, он сделал все, чтобы организовать достойные похороны, помощь семье погибшего. И потом он ежегодно встречался с семьей и всегда всячески оказывал ей материальную помощь.

Он успешно решал вопросы в Обкоме и Ижевском горкоме партии. Будучи сам партийным работником, он знал как и какие вопросы решать с партийным аппаратом и пользовался у него деловым авторитетом.

Не совсем удачно складывались у него взаимоотношения с заведующим отделом административных органов Обкома партии П.И.Гудимовым. И хотя по своему жизненному и партийному опыту Николай Васильевич, наверное, смог бы возглавить и министерство, Обком с такой инициативой не выходил. Наверное, Николай Васильевич, чувствовал это, но на виду это не проявлялось.

Он также в контакте работал и с новым министром В.И. Овсянкиным. Он нередко и при нем и при Н.И.Мануковском исполнял обязанности министра на время их отпусков и командировок.

При всей скудности финансовых и материальных ресурсов в эти годы продолжалась работа по укреплению материальной базы подразделений министерства. При активном его участии строились подразделения пожарной охраны и исправительно-трудовых учреждений. Для сотрудников в Ижевске было построено два многоквартирных жилых дома. Продолжались работы по благоустройству пионерского лагеря.

Мне особенно запомнилось его участие в реконструкции стадиона «Динамо». Руководство республики тогда хотело передать этот стадион коллективу металлургического завода. Но когда эти поползновения были отброшены, надо было срочно переоборудовать и трибуны и ограду стадиона. Учитывая, что это был единственный в то время в городе стадион, Н.В.Гордиенко подключил комсомол города. В 1958 году для устройства фундаментов подтрибунных помещений и фундаментов столбов ограждения все комсомольские организации города по графику выходили на эту стройку. Мне, как секретарю Ждановского райкома комсомола, было поручено организовать ребят на копку траншей.

Вместе с Н.В.Гордиенко мы занимались этим. Благодаря его настойчивой, энергичной работе получилась хорошая трибуна и уникальная художественная ограда, украсившая центральную часть города. Позднее, через тридцать лет, мне пришлось разбирать эти поветшавшие трибуны и проводить реконструкцию всего стадиона. Поэтому я хорошо представляю каких трудов стоила эта реконструкция в том далеком 1958 году.

У Николая Васильевича были хорошие личные и деловые отношения с генеральным директором «Ижмаша» Иваном Федоровичем Белобородовым. Именно в эти годы с участием И.Ф.Белобородова.началось производство в колониях деталей для мотопроизводства. Поэтому, когда Николай Васильевич в январе 1967 года принял решение по состоянию здоровья уйти на пенсию, Иван Федорович немедленно пригласил его к себе на должность начальника отдела контроля исполнения. Он и здесь имел заслуженный авторитет. Иван Федорович всецело доверял ему и советовался с ним по многим другим вопросам. Работя на заводе, Николай Васильевич всегда тянулся в милицейские коллективы, жил их заботами и нуждами, всячески помогал в обеспечении автотранспортом, резиной и запасными частями.

Почти тридцать лет проработал он на «Ижмаше». В марте 1996 года он ушел с завода по личной просьбе, в связи с ухудшением состояния здоровья.

Сергей Андреевич Божедомов отмечает еще одну очень важную черту Николая Васильевича – его трепетное, нежное отношение к семье, к супруге Александре Сергеевне. Это была исключительно дружная семья. Он не употреблял спиртного, не курил. Они часто посещали вместе театры, вместе ездили на курорты. И семья у него была всегда на первом месте.

Умер этот великолепный человек – фронтовик, человек большой души, в среду 20 мая 1998 года и похоронен на Хохряковском кладбище на аллее Почетных людей города. Обидно, что сегодня его нет вместе с нами.

Мы должны хранить память о таких выдающихся фронтовиках, руководителях МВД.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Семенов
  2. Имя, отчество: Александр Павлович

  3. Дата рождения: 7 марта 1927 года.

  4. Родился в дер.Большое Мокрушино Кировской области. Образование: в 1962 г. закончил Елабужскую специальную среднюю школу милиции МВД СССР, в 1967 г. окончил высшую школу МООП СССР.

В 1944 г. мобилизован в Армию, в 1951 г. демобилизован. С 1951-1952г.г работал токарем на Ижевском мотозаводе. Свою судьбу с органами внутренних дел связал в мае 1952г..

С 1957-1960г.г. работал оперуполномоченным Сарапульского РОВД, с 1960-1965г.г. начальником Кезского РО УАССР, в 1965г. переведен заместителем начальника Як-Бодьинского РОВД, с 1967-1970г.г. – заместитель начальника Завьяловского РО МВД УАССР, в 1970 г. назначен начальником Завьяловского ОВД, а с 1979г. – начальником отдела вневедомственной охраны ОВД Индустриального района. С 1981 по 1982г.г. работал в ИТК-4 УИТУ. В 1982г. уволен по болезни в звании подполковника внутренней службы.

За ратные дела награжден Орденом «Отечественной войны» 2-й степени, медалями «За боевые заслуги», «За победу над Японией», «20 лет Победы в Великой Отечественной войне», тремя юбилейными медалями, медалями «За безупречную службу» всех трех степеней. Награжден знаком «Отличник милиции».

Семенов А.П.

Завьяловский «Анискин».

Я участие в Великой Отечественной войне принимал в конце войны, на Первом Дальневосточном фронте, в составе 711 стрелкового полка 215 Краснознаменной ордена Суворова дивизии, которая входила в состав Пятой ударной Армии этого фронта.

Вечером 7 августа 1945 года наш взвод сняли с траншей фронта и придали дивизионным разведчикам. Это были волевые, крепкие воины, по возрасту они были намного старше нас. Эти бравые ребята и по поведению, по разговорам и жестам напоминали виртуозов и все мы, прикрепленные к ним, даже завидовали им.

Вместе с нами к разведчикам прикрепили еще двух опытных пограничников. Они, по их разговорам, служили на этом участке границы всю войну и знали на противоположной стороне ее участка не только сопки, но даже все растущие там кусты.

Это мероприятие хотя и проходило на открытой местности, походило на оперативное совещание. На нем нам со всей открытостью заявили, что завтра утром в 4 часа наши войска развертывают боевые действия на плацдармах Манчжурии, Кореи и на Тихом океане. Верховное главнокомандование объявило войну Японии, выполняя свой союзнический долг перед Армиями США и Англии, которые вели войну с Японией на Филиппинских островах.

В траншеях по всей границе Манчжурии и Кореи, которые являлись тогда колониями Японии, были рассредоточены наши войска. Образовано три боевых фронта – первый и второй Дальневосточные и третий – Забайкальский. Наша 215 стрелковая дивизия входила в состав Первого Дальневосточного фронта.

Перед нами была поставлена задача: после полуночи просочиться на территорию пограничной заставы японцев и без единого выстрела снять часовых. Выполнять эту трудную задачу вместе с нами должны дивизионные разведчики. Весь состав был разделен на боевые группы с конкретной задачей перед каждой. Я был определен в группу снятия часового под вышкой, в нее входило четыре человека. Столько же солдат было определено для снятия часового с вышки. Обе группы, по существу, решали одну задачу, но способы снятия часовых были совершенно разные.

Получив инструктаж, мы разошлись по группам, где командиры групп определили задачу каждому. Несколько часов тренировались мы каким путем, какими способами снять часового так, чтобы он не успел даже крикнуть. Иначе по крику часовой у здания заставы поднимет по тревоге всю заставу и выполнение задачи может сильно осложниться.

Погода той ночи очень способствовала нам. К полуночи разразился проливной дождь и на почве его землю накрыл туман. Под прикрытием тумана, по заросшей траве, местами в рост человека, среди кустарников группы выдвинулись вперед. Видимо прошедший дождь, туман, окутавший все вокруг, притупил бдительность часового. Мы прихватили часового в дремотном состоянии. Он сидел на приспособленном сидении, увидев нас растерялся. Но разведчики быстро и умело заткнули ему рот кляпом. Судьба его была решена с помощью спецножа разведчика. Случившееся услышал часовой вышки, который спрыгнул с нее на землю, но применить оружие не успел – другая наша группа также ножом успокоила его. Задача была выполнена и мы бросились на помощь другим группам по захвату здания заставы. В ходе операции никто из наших не пострадал.

Успешно проведенная операция захвата заставы позволила нашему полку одолеть первый эшелон обороны японцев. Но впереди, за первым эшелоном, находился второй эшелон обороны, по своей технической укрепленности не слабее первого. Здесь полк столкнулся с таким по силе сопротивлением, что преодолеть его смогли только к вечеру того дня. В связи с лесистой местностью, большим количеством сопок и складок земли, технику в бою применять было просто невозможно. Бои были настолько ожесточенными, что нередко переходили в рукопашные схватки. Японцы сражались отчаянно. Видя, что противник одолевает их и чтоб не сдаваться в плен, некоторые сами делали себе «харакири», разрезая себе животы штыком. Миф о том, что их душа после этого сразу попадет в рай тогда царил в японских войсках.

Но при всей тяжести боя к вечеру оборона японцев была сломлена и прорвана. Был захвачен первый поселок японцев с военным городком, от которого вела шоссейная дорога вглубь Манчжурии. Но и наш полк был сильно потрепан. Из роты в строю остались всего тринадцать человек. Командир роты, два командира взводов были убиты. В живых остался командир нашего взвода, лейтенант Тургулабаев, казах по национальности. Он был командиром с русской душой и уважаем личным составом взвода. Но и он был ранен разрывной пулей в ладонь правой руки. Несмотря на ранение, он не уходил с поля боя, а продолжал командовать оставшимися в живых. Смертельно сражен был пулеметной очередью наш комбат капитан Мец, пули прошили ему всю грудь.

После первого дневного боя в батальоне осталось совсем немного солдат и командиров. Из оставшихся в живых была скомплектована неполная рота, в которой мне пришлось принимать участие в других боях.

После окончания Великой Отечественной войны, излечения в госпиталях, службу в войсках пришлось продолжать до апреля 1951 года. По существу, домой пришлось вернуться через семь лет службы, не имея никакой специальности. Мать моя, Анна Федоровна еще в 1946 году ушла из жизни на тридцать восьмом году. У отца появилась другая семья. Рассчитывать на семью не приходилось.

Свою судьбу с органами МВД УР я связал в мае 1952 года. Был принят на должность надзирателя внутренней тюрьмы КГБ республики. Имея за плечами шесть классов образования, работу стал сочетать с учебой в вечерней школе. В июне 1957 года закончил вечернюю школу № 1 г. Сарапула, получил среднее образование. В 1958 году поступил на заочную учебу в Елабужскую средне-специальную школу МВД СССР, закончил ее в 1962 году и на другой год оформился на учебу в Высшую Московскую школу МВД СССР, где учился заочно еще пять лет. Сочетание работы с учебой создавали мне условия для роста по службе и изо дня в день повышался профессионализм в работе.

В марте 1957 года я был назначен оперуполномоченным ОБХСС Сарапульского ГОВД, в июне 1959 года – оперуполномоченным уголовного розыска того же ГОВД, в апреле 1960 года – начальником Кезского РОВД. В 1965 году меня перевели заместителем начальника Як-Бодьинского райотдела, а через два года на такую же должность в Завьяловский РОВД. Здесь я работал и начальником РОВД в течение девяти лет.

Профессионализм в работе, мне был привит моими начальниками в Сарапульском ГОВД. Им я отдаю дань уважения, их считаю моими учителями. Все они были высокими профессионалами, знатоками своего дела: Г.И.Бегунов – начальник ГОВД, Д.М.Сегал – зам. начальника ГОВД, И.Н.Ушаков – начальник отделения уголовного розыска. Они мне дали путевку в жизнь. Все они были профессионалами в работе, с ними было интересно и легко работать и от них я многому научился при раскрытии уголовных преступлений. Их всегда отличала собранность в работе, безупречная дисциплинированность, высокая инициатива. Они, не считаясь со временем, настойчиво и с пониманием дела решали служебные задачи.

Работая на руководящей должности я всегда уделял большое внимание повышению профессионализма личного состава. Подчиненных учил, в основном, на практике, методам и способам оперативно-розыскной работы. Это давало возможность увидеть у подчиненных сильные и слабые стороны, их мастерство, определять возможности каждого, давать задания «по плечу». Это довольно часто не учитывается отдельными руководителями, что порождает у подчиненных чувство неуверенности в работе и кончается всегда плачевными результатами: либо увольнением из органов, либо переводом в другую службу.

Выдвинутые на руководящую работу из числа моих подчиненных: Ившин В.С. – на должность начальника Як-Бодьинского РОВД, Богданов В.П. – заместителем начальника по оперативной работе Увинского РОВД, Мусихин В.А. - начальником УР Завьяловского РОВД, все они проявили себя достойно.

Добрая память остается об отдельных руководителях министерства республики: В.И.Овсянкине – министре внутренних дел, Г.С.Санникове, В.П.Подлинных, В.Н.Задорине. Особенно тепло хочется сказать о министре МВД УАССР И.А.Желнове. Он, с его отдельными недостатками всегда был объективен по отношению к кадрам, особенно любил работать и к нам относился с соответствующими мерками.

Безотказно тянул дела, как вол, Санников Г.С., этот любимец личного состава МВД республики.

К числу асов отдела уголовного розыска следует отнести Горшенина Н.Г., Котлячкова Н.И., А.Ф.Берсенева и многих других. В те времена отдел уголовного розыска слыл становым хребтом в раскрытии особо опасных преступлений.

Тамара Павловна Подлинных – наш куратор по кадрам, к руководителям и подчиненным относилась с великими мерками заботы о людях, всегда делала объективные оценки и советовалась при выдвижении подчиненных, свои обещания не оставляла без внимания – все это создавало ей авторитет и уважение. Такого же плана был ее муж – В.П.Подлинных, зам. министра по кадрам, жаль, что ему пришлось проработать короткий промежуток времени.

Довольно тесную связь я всегда поддерживал с руководством и личным составом информационного центра, руководимого Капленко И.К. Его подчиненные настолько тепло относились ко мне, что временами даже отчеты по работе за квартал составляли мне на основании предоставленных мною бумаг. Поэтому я остаюсь бесконечно благодарным Капленко И.К. – начальнику ИЦ, Чумакову В.М. – начальнику отделения ИЦ, руководителю группы статистики Матушкиной М.И., инспектору статистики Харитоновой Л.Ф. и другим.

Мне часто приходилось посещать МВД республики по работе. Там меня многие называли «Анискиным». Если я появлялся с работниками уголовного розыска, следователями, моими боевыми заместителями по оперативной работе – Ившиным В.С. или Тороховым А.Г., говорили, что прибыла «Семеновская банда» ( безусловно, в шутку), значит в районе совершено тяжкое преступление и надо помогать с его раскрытием.

Добрая память осталась об инспекции по делам несовершеннолетних при отделе уголовного розыска МВД республики. Ее возглавляла долгие годы деловая, принципиальная, активная А.А.Баженова, которую И.А.Желнов по достоинству называл «мать-начальница». Также весьма деловой слыла инспектор по делам несовершеннолетних Г.А.Калашникова. Она дополняла А.А.Баженову.

Нельзя не сказать о руководителях Кезского и Завьяловского районов, где я работал. Довольно деловыми, принципиальными, понимающими работу административных органов были первые секретари РК КПСС – Завьяловского Н.С.Мокрецов, чекист в прошлом, М.И.Лизунов,; Кезского – И.Н.Иванов, в дальнейшем зав. оргинструкторкого отдела Совмина УР.

Из председателей Исполкомов, особенно запомнилась помощь руководителей Завьяловского _ А.П.Сычева, Ю.С.Зайнакова, М.А.Барышниковой, Кезского – С.И.Зайнакова, А.А.Главатских.

Из руководителей райорганов милиции города Ижевска я тесную связь поддерживал с В.М.Останиным, Г.И.Кулигиным. Они оба понимали мое положение, сложную обстановку, поскольку наш район расположен вокруг города Ижевска и оказывали постоянную помощь в борьбе с преступностью.

Особое слово надо сказать о заместителе министра В.Н.Задорине. Это был деловой руководитель, в полном смысле профессионал, располагал большими связями в республике, заслуженно пользовался авторитетом не только среди личного состава подразделений МВД республики, но и у руководства республики, хозяйственными руководителями г. Ижевска. Большую помощь он оказывал в строительстве здания райотдела в с.Завьялово, строительством которого пришлось руководить мне. Оно велось хозяйственным способом, как контора колхоза «Россия» вместе с пожарной частью. Здание райотдела было сдано ко Дню Советской милиции, в 1979 году.

Нельзя не вспомнить отдельные эпизоды в раскрытии довольно характерных преступлений по линии уголовного розыска, совершенных на территории Завьяловского, Сарапульского районов, в раскрытии которых я принимал личное участие, непосредственно руководил оперативными группами при их раскрытии.

Приняв 23 июня 1958 года для обслуживания по линии уголовного розыска Сарапульский район от капитана Г.И.Тарасова я и не представлял, что меня ожидает

С работой уголовного розыска в жизни мне сталкиваться не приходилось, по существу я еще не был готов решать эти задачи. А преступления в районе совершались по геометрической прогрессии, иногда даже трудно было все осмыслить и понять, развернуться, но и пасовать было стыдно.

Помню с начала июня в районе резко возросло число краж овец из личных хозяйств крестьян в ночное время, потом пошли кражи из магазинов.

Географическое расположение района позволяло преступникам маневрировать. Мы же – я и участковые инспектора, которые находились в моем подчинении, располагали двумя лошадьми, у меня транспорта не было. Поэтому все вопросы борьбы преступности в районе приходилось решать с помощью погон и ног. К руководству горотдела было даже неудобно обращаться за помощью, так как в их распоряжении было всего три единицы транспорта: «Линейка», «Автозак» и «ГАЗ-69».

К концу октября в районе было совершено уже 65 нераскрытых уголовных преступлений, преимущественно краж из магазинов. Мы закрывали в ночное время дороги, исходящие из города, но проводимые нами скрытые и открытые засады не давали нам результатов. Кражи овец совершались таким образом, что на местах происшествия буквально не оставалось следов преступления, их увозили в живом виде. «Не следили» преступники и при совершении краж из магазинов, видимо работали в перчатках. Все говорило о том, что работают в районе матерые опытные преступники.

Проводимые засады отнимали много времени, а текучка буквально брала нас за горло, днем приходилось быть снова в строю. Поэтому к проведению засад стали относиться как к крайней мере, решили заняться отработкой преступных групп города. И поскольку в этой среде преступного мира города не было связей, пришлось использовать личный сыск, прибегнуть к помощи работников уголовного розыска города, которые также захлебывались, как и мы, от совершаемых преступлений и из-за занятости не могли нам оказать реальную помощь. И все таки мы нашли способ как раскрыть эти преступления.

Прежде всего я проанализировал все кражи из магазинов и скота из населенных пунктов по дням, времени совершения, имеющимся в уголовных и уголовно-розыскных делах. Такой анализ позволил четче ориентироваться в оперативной обстановке. Засадам поставили задачу не задерживать, а фиксировать время, транспорт, куда он движется. По оперативным учетам вышли на преступную группу, но обезвредить эту группу, задержать ее нужно было только с вещественными доказательствами.

Нам стало известно намерение группы выехать для совершения краж в Нечкинский куст. Это можно было сделать только по дороге Сарапул-Нечкино. И вот с наступлением темноты три мотоцикла проскочили в сторону Нечкино. Мы были убеждены, что они вернутся с краденым по этой же дороге. Группа из четырех человек, в которую входил и я, перекрыла завалом из бревен дорогу, а сами мы замаскировались.

Около трех часов ночи со стороны Нечкино на дороге появились огни транспорта, идущего в сторону города. Подъехав к завалу, мотоциклисты начали разбирать завал. Участковые инспектора Исламов и Козлов, обнажив пистолеты, были готовы применить оружие. Но зная по прежней работе состав этой группы, я поименно назвал их воровскими кличками «Соньку-струя», «Беку», «Телю» и они сдались без сопротивления. У преступников были изъяты четыре зарезанных овцы, один гладкоствольный обрез и два финских ножа.

При дальнейшей оперативно-следственной работе им было доказано 73 уголовных преступления в районе и свыше двадцати грабежей, разбоев и краж в городе.

В конце октября этого же года состоялось совещание оперативно-начальствующего состава ГОВД, на котором принимал участие зам. министра Гордиенко Н.В.. Он мою работу высоко оценил и поставил в пример другим работникам уголовного розыска.

Я полюбил работу уголовного розыска и оставался на ее стороне до ухода на пенсию и ей уделял всегда большое внимание, хотя не сбрасывал со счетов и работу БХСС. Эта работа также весьма творческая, но требует большой усидчивости, терпения и безусловно знания приемов и методов в раскрытии хищений, знания бухгалтерского учета.

Около половины службы в органах милиции пришлось работать в Завьяловском РОВД, сначала заместителем по оперативной работе, затем начальником РОВД. Сложная оперативная обстановка заставляла изыскивать неиспользованные резервы в раскрытии преступлений и разумно их использовать. Но главную борьбу с преступностью в районе вели подчиненные. Успешно вели эту работу мои заместители: В.С.Ившин, А.Г.Торохов, В.В.Денисов – начальник отделения уголовного розыска и его заместитель Богданов, следователи Н.В.Желтышев, В.М.Зубков, Н.Никитин, А.В.Холмогоров, работники уголовного розыска Л.Н.Александров, В.М.Сушков, А.Л.Луков, Г.Т.Талипов, участковые инспектора Н.С.Чунарев, Н.Г.Шахтарин, И.Г.Чайников, В.С.Пойлов, А.Г.Красноперов, работники ГАИ Н.И.Базуев, Г.Г.Гарифуллин, работники паспортного отдела во главе с Л.Ф.Ураковой, инспектор по делам несовершеннолетних А.С.Емшанова и другие работники служб.

Для раскрытия преступлений были задействованы все службы РОВД, невзирая на их постоянную занятость по их непосредственной работе. Им давались конкретные поручения с учетом специфики работы и возможностей в раскрытии преступлений и они активно помогали нам.

Я благодарен всем тем подчиненным, которые не считаясь со временем, с семьей отдавали себя работе, ведя бескомпромиссную борьбу с преступностью в районе. Благодаря этому мы в районе имели раскрываемость ежегодно в пределах 92-98%.

В марте 1975 года мне позвонил по телефону В.М.Останин – начальник Индустриального РОВД и сообщил, что в городской больнице находится студент художественно-графического отделения Удмуртского Госуниверситета. По его словам, на поле возле Хохряков, где он производил зарисовки, ему причинены ножевые травмы ноги выше колена, при этом он был ограблен неизвестными преступниками. Он был привезен скорой помощью с обочины дороги у троллейбусного кольца на шоссе Ижевск-Воткинск. В.М.Останин сообщил, что уголовное дело, возбужденное по факту грабежа подлежит направить по подследственности в наш адрес, просил приехать и рассмотреть его.

Мы незамедлительно выехали с моим заместителем В.С.Ившиным, которому предстояло заняться раскрытием столь дерзкого преступления. По прибытии мы изучили материалы уголовного дела, которое пролежало здесь свыше недели и предложили В.М.Останину выехать вместе с нами на место происшествия. Посмотрев обстановку на месте преступления, мы не нашли следов того, что в указанном месте причинены травмы, так как там отсутствовали следы крови, которые должны были остаться, поскольку потерпевший был серьезно травмирован.

Встретились с потерпевшим. Он настаивал на прежних показаниях, но дополнительно сообщил, что при ограблении у него отобрали альбом, на втором листе которого произведена зарисовка ели на фоне поля. Поэтому мы были вынуждены принять дело к своему производству, но договорились с Владимиром Михайловичем о помощи при отработке окраины города, прилегающей к полю деревни Хохряки. Он не возражал и оказал такую помощь при всей занятости подчиненных. Отработка окраины города пос.Хохряки и прилегающих населенных пунктов к поселку также не дала результатов. Тогда мною было предложено В.С.Ившину произвести на квартире потерпевшего осмотр всех вещей, может быть там обнаружим этот альбом. Альбом этот мы нашли в квартире потерпевшего и процессуально оформили.

При втором разговоре потерпевший продолжал настаивать на своем, но когда ему предъявили альбом, он его опознал. Ему после всего этого пришлось признаться в содеянном. Он, выкурив сигарету, со слезами на глазах заявил нам, что о грабеже он заявил опасаясь ответственности перед отцом и руководством университета, где он учится.

Потерпевший рассказал, что он любит девушку, но у нее ранее был кавалер, который вернулся из мест лишения свободы и стал его преследовать, требуя отказаться от этой девушки. Поэтому потерпевший не выдержал этих преследований и решил его вызвать на дуэль. Для дуэли он с другом однокурсником купил в спортивном магазине по ул. Пушкинской два охотничьих ножа и пригласили еще одного друга. К 16 часам все трое были у Ижевского радиозавода, где работал соперник. Соперник согласился, быстро нашел своих двух друзей и все шестеро, взяв такси, доехали до троллейбусного кольца, расположенного на шоссе Ижевск-Воткинск.

Место дуэли выбрали в логу, в стороне от тропинки, в двухстах метрах, чтоб не было видно проходящим по тропинке. Перед дуэлью договорились: удары не наносить в область головы и шеи. Во время схватки соперник ножом сумел выбить нож у студента и схватив его нанес обеими ножами удары в область голеней правой и левой ноги. Перевязав потерпевшего, секунданты взяли его на руки и вынесли к Воткинскому шоссе. Положив на обочину дороги на снег, они предупредили его, чтобы о дуэли он не говорил, а рассказал, что травмы якобы получил при ограблении неизвестными преступниками.

Раскрыв уголовное дело, мы вернули его работникам Индустриального РОВД для дальнейшего производства, поскольку очевидцы и секунданты проживали в г. Ижевске. Так, благодаря находчивости, упорству, творческому подходу, это уголовное дело было раскрыто и доведено до логического конца.

Утром, 8 марта 1975 года, продавец магазина в селе Ягул по телефону сообщила дежурному по РОВД, что из магазина, путем взлома решетки из окна похищено около 1500 рублей денег и 10 бутылок коньяка, а также другие ценности.

В этом время все еще продолжал бушевать буран, начавшийся еще днем 7 марта. Я с оперативной группой выехал на место происшествия. Добираться до с. Ягул пришлось на лыжах, так как дорога вся сплошь была заметена снегом, а буран продолжал свирепствовать. Осмотр места происшествия показал, что здесь побывали преступники, оставив на месте лом. Буран, занесший снегом все вокруг, наводил на мысль, что здесь орудовали местные воры. Следователь В.М.Петров еще проводил осмотр, а я уже с остальными оперработниками проводил мероприятия по проверке подучетников, ранее судимых, проживающих в с.Ягул. Результат оказался отрицательным. С такими данными мы, еще засветло, вернулись домой, поскольку день был праздничным. Поужинав, я изучил все материалы, добытые в процессе работы и набросал схематично план мероприятий по раскрытию магазинной кражи.

Такие планы мы составляли всегда, если преступление не раскрывалось по горячим следам. Одной из версий предусмотрел симуляцию кражи, не сбрасывая со счету кражу из магазина. Дальнейшее руководство по раскрытию магазинной кражи взял на себя В.С.Ившин.

С первых же дней раскрытия преступления, муж продавца сел «на хвост» оперативной группы и старался узнать, чем мы располагаем. Это еще раз подтверждало, что все таки имело место не кража из магазина, а симуляция. Однако для доказательства этого не было данных. Независимо от этого оперативная группа продолжала отрабатывать подучетников, проживающих на сельхозвыставке, в населенных пунктах, прилегающих к с.Ягул, по методу совершенной кражи. Но результатов добыто не было.

Как-то вечером ко мне в кабинет зашел Ившин и заявил, что он пришел к выводу, что как таковой кражи из магазина не было, а имело место симуляция. Проверены все, кто мог это сделать, залетные воры при той погоде исключались, а муж продавца нам не помогает, а только мешает, старается узнать, чем мы располагаем. Его интерес наводит на мысль о симуляции кражи. Остается одно – доказывать симуляцию кражи. Мы с ним обсудили разные варианты дальнейшей работы. Все они упирались в обыск. Если делать его у продавца, нужно знать, что конкретно искать, чтобы уличить ее, а спиртное не доказательство, деньги же могут быть запрятаны. В поле зрения оказалась техничка магазина, которая могла знать о хищениях продавца, но без компрматериалов она навряд ли стала бы нам что-то рассказывать. И снова вопрос уперся в обыск.

Я предложил В.С.Ившину пойти на риск – сделать у технички обыск и уличить ее в хранении самогона. Он согласился. Обыск решили провести без санкции прокурора, при моем утверждении постановления. При удаче и необходимости за санкцией обратимся позже. В случае установления напитков домашней выработки, техничку доставить сразу в отдел. Разговор с ней по этому поводу решил вести сам. К нашему счастью расчеты подтвердились: в ее хозяйстве в четверти было найдено более литра самогона, и ее доставили в РОВД. При доставлении ее в мой кабинет, увидев меня, она заплакала. Забрав у работников уголовного розыска материалы по обыску, я попросил их выйти. С техничкой я разговор продолжил, сказав ей, что если она поведет себя доброжелательно, то об изъятии можно будет забыть. Она меня поняла правильно. Она пояснила мне, что продавщица перед заявлением кражи из магазина с мужем унесли оттуда ковер, стоимостью 560 рублей, семь бутылок коньяка, четыре бутылки «Кубанского», деньги за этот товар она в кассу не внесла. Ковер спрятала на веранде под разные тряпки и еще взяла около 30 м материала для занавесок. Их она уже повесила на окна в квартире у печи.

Эти показания дали нам возможность доказать продавцу факт хищения. Проведя в ее квартире обыск, в тот же день мои подчиненные кое-что изъяли, а вечером задержали ее и она была вынуждена признаться в хищении ковра, материала для занавесок и вина.

Техничку мы не задержали, доставили ее домой, показания в протокол допроса не внесли, а в отношении хранения самогона материал направили в товарищеский суд колхоза им. Холмогорова.

С доказательством симуляции кражи дело шло туго, но хищение давало основание нам к дальнейшим следственным действиям. Этому помогло проведенное нами мероприятие по сберегательной кассе в с. Ягул. Мы по документам установили, кто из граждан перед кражей посетил сберкассу. Одна из вкладчиц заявила, что когда она оформляла вклад, пришла продавщица, переговорила с заведующей, вынула из кармана сверток, передала ей, получила квитанции и вышла. По мнению свидетельницы продавец внесла магазинные деньги. При проверке эти показания свидетеля нашли подтверждение. Заведующая сберкассой пояснила, что продавец была в сберкассе не перед кражей, а утром того дня, когда заявила кражу, сдала в кассу 750 рублей магазинных денег, просила оформить задним числом. Манипуляция продавца со сдачей денег в сберкассу заставила ее признаться о симуляции кражи. Она заявила, что для покупки автомобиля не доставало денежных средств, около 2000 рублей, это и толкнуло ее на симуляцию кражи. Взятые из кассы магазина деньги в сумме 1750 рублей, она поместила в бутылку из-под шампанского, закрыла пробкой, привязала долото в качестве груза и спустила бутылку в колодец, откуда они всегда брали воду.

Весть о симуляции кражи стала достоянием жителей с. Ягул, а выемка из колодца бутылки с деньгами вообще сенсацией. Мы вынуждены были откачать ведрами колодец, глубина которого достигала 20 метров и вынули бутылку. К этому моменту у колодца собралось множество колхозников, каждый старался увидеть содержимое бутылки. У конторы нас встретил первый секретарь Н.С.Мокрецов, предколхоза Е.Г.Горбунов, секретарь парткома, председатель сельсовета, все коммунисты колхоза, прервав партсобрание. Н.С.Мокрецов высоко оценил нашу работу, меня назвал «Анискиным», остальных «Шерлок Холмсами». Безусловно, авторитет наш в хозяйстве высоко вырос, хотя и ранее был непререкаем.

В августе 1975 года была совершена кража из магазина в дер. Ст.Мартьяны. Сообщение поступило утром, еще до восьми часов и о нем доложили Л.Н.Александрову. Деревня входила в сектор его обслуживания. Он подняв оперативную группу, выехал на закрепленном мотоцикле на место. Через 20 минут, позвонив дежурному, доложил, что организовал охрану, проводит оперативно-розыскные мероприятия и просит помочь розыскной собакой. Я с В.С.Ившиным выехал в деревню. В момент нашего приезда к магазину с кинологом подходит Александров Л.Н. и говорит, отпустите меня в город, я привезу преступников, совершивших кражу из магазина. Он мне уточнил, что это дело Учанева с друзьями, он любит узкие места, а собака привела нас под мост на шоссе Ижевск-Аэропорт у деревни Мартьяны. Видимо их ожидал транспорт, на котором они и уехали. Не прошло и часа, как он в коляске привез Учанева, жителя с.Завьялово, ранее дважды судимого и его друга, с которым он ранее отбывал наказание. Вместе с ними и вещдоки: 1450 рублей денег, из них разменной монетой 63 рубля. Обоим связал руки и привязал к коляске, чтоб не допустить опрометчивость. Вряд ли другой работник смог бы это сделать один. А он смог. По моему ходатайству Л.Н.Александрову министром МВД республики И.А.Желновым была объявлена благодарность и выдана денежная премия.

Примером оперативности в раскрытии преступлений в районе является раскрытие убийства сотрудника нашей пожарной части, труп которого был найден утром первого ноября 1976 года в вершинах пруда колхоза «Россия».

Судебная экспертиза дала заключение, что погиб он от асфиксии, вызванной утоплением. К раскрытию столь дерзкого преступления был привлечен весь отдел уголовного розыска. К нам был направлен В.В.Губин – зам. начальника отдела из министерства, была задействована половина личного состава руководимого мной отдела. Оперативно отработали село Завьялово, проверили связи проживающих в городе из числа подучетников. К сожалению отработка не принесла плодов. Более двух недель, без выходных, мы работали над раскрытием этого преступления и все безрезультатно. Однако на семнадцатые сутки узел все-таки развязал Л.Н.Александров. Ему удалось придти к финишу благодаря тесным связям, поддерживаемым им с гражданами с.Завьялово.

Потерпевший поздно вечером возвращался домой, при себе нес бидон с пивом, а в кармане пол-литра водки. У вершины пруда его встретили ранее судимый Вахрушев с двумя дружками из города Ижевска. Преступники потребовали выдать им спиртное и пиво. Но потерпевший отказался. Используя силу, преступники нанесли ему несколько ударов и отобрали содержимое. Потерпевший начал кричать и сопротивляться, тогда они избили его и уже в бессознательном состоянии вновь бросили в воду пруда. Подобное повторялось дважды. На второй раз они держали его в воде до такой степени, пока потерпевший не перестал подавать признаков жизни. Там, в воде, его и оставили.

Получив такие подробности о совершенном деянии, работники отдела уголовного розыска под руководством В.В.Губина провели операцию по задержанию и изобличению преступников. При задержании и первичном допросе Вахрушев сразу дал развернутые показания, но дело брал на одного себя. Это не выручило его дружков, все они пошли по прямой статье убийства.

В.М.Сушков по линии уголовного розыска обслуживал Подшиваловский куст. В него входили: Подшиваловский сельсовет, а также населенные пункты Юськинского, Средне-Постольского сельсоветов, поселки Пойвай, Постол, Ударник и другие, которые связывала с городом Ижевском узкоколейная железная дорога На счету Владимира Михайловича много раскрытых дел по линии уголовного розыска.

В декабре 1974 года в пос. Постол неизвестными преступниками были совершены кражи из двух орсовских продовольственных магазинов. Преступники в магазины проникали путем разбора дымоходной трубы и похитили выручку крупными суммами. Магазины перед кражей торговали дефицитными товарами, спиртными напитками и денег в кассе было много.

На место происшествия была направлена оперативная группа, возглавляемая В.С.Ившиным. В ее состав был определен и В.М.Сушков, поскольку он обслуживал поселок. В раскрытии кражи сыграл основную роль Валентин Михайлович. Абсолютно не помогла розыскная собака, которую пытались применить дважды. Видимо следы отхода были засыпаны отвлекающими пахучими средствами. Удаче в раскрытии способствовали его тесные связи с жителями поселка Постол. Он в короткий срок установил преступников, но доказать им это, оказалось делом не простым. По информации, полученной Валентином Михайловичем по кражам из магазинов проходил Герка Иванов - в прошлом вор в законе и его неизвестные дружки из г.Ижевска, которые рано утром уехали в город в пассажирских вагонах узкоколейки, не исключалось, что они увезли с собой похищенное, а может быть вещдоки могли быть спрятаны в хозяйстве Иванова, проживающего в поселке. Обыск его хозяйства Ившин поручил провести Валентину Михайловичу и дал ему двоих помощников из состава оперативной группы. Их приход прямо-таки ошеломил Иванова. Он встретил их во дворе. Валентин Михайлович пребывание во дворе Иванова расценил неслучайным.. Иванову объявили постановление о производстве обыска и попросили выдать похищенные ценности из магазинов, напомнив, что за укрывательство преступников и похищенного предусмотрена уголовная ответственность. Но Иванов спокойно отрицал причастность к краже из магазинов, оставаясь спокойным. Иванов стал называть Валентина Михайловича его именем, льстить ему, доказывать, что он давно завязал. В присутствии понятых Сушков начал тщательно осматривать двор и надворные постройки, не сводя глаз с самого Иванова. Когда Валентин Михайлович стал подходить к туалету, реакция Иванова заметно изменилась. При осмотре Сушков обратил внимание на то, что в туалете на доске с одной стороны отсутствовала куржевина. Это его насторожило, он пригласил понятых и Иванова, и предложил принести ему топор, чтоб поднять доску с очком. Иванов сказал, что у него топора давно нет.

Когда Валентин Михайлович приподнял доску, где отсутствовала куржевина, все увидели, что к ней прибит сверток, завернутый в клеенку. Сняв его и развернув в нем обнаружили деньги. Купюры при осмотре совпали с показаниями продавцов.

При дальнейшем обыске во дворе за дровами у стенки был обнаружен ящик с пятнадцатью бутылками спиртного. В доме, на кухне было обнаружено еще две бутылки из-под коньяка, две из-под шампанского. Других вещдоков добыто не было, но уже то, что было изъято, было достаточно, чтобы возместить ущерб государству, а главное уличить в содеянном Иванова и его дружков.

При задержании и допросе Иванов был вынужден признать кражу из магазина, назвать его соучастников, на себя взял укрывательство и хранение вещдоков, но при допросе соучастников они брали все на себя, старались доказать непричастность Иванова к магазинной краже.

Весть о раскрытии кражи из магазинов и запрятанных в туалете краденных деньгах стала достоянием жителей пос.Постол. Для них это была сенсация. О Валентине Михайловиче стали ходить слухи, что он обладает какой-то магией, что милиции не помогла даже розыскная собака, а вот он проявил такую мудрость. Его авторитет еще больше вырос среди народа.

Л.Н.Александров ушел из жизни в ноябре 1980 года, погиб при ДТП, в возрасте 48 лет. В.М.Сушков будучи находясь на пенсии тяжело заболел, умер в марте 1989 года. От рук преступников погибли мои боевые друзья – участковый инспектор Николай Григорьевич Шахтарин, шофер-милиционер Борис Максимович Королев, проработавший в милиции всего четыре месяца.

Все они были тем щитом, о который разбивался преступный мир. Народ восхищался их высоким профессионализмом. Их я «кидал», что называется на раскрытие самых тяжких, запутанных преступлений, вне обслуживания их секторов. Никто из них никогда не спорил, принимая это за должное, понимая, что они решают дела райотдела, престиж которого в республике должен быть высоким. Таким путем они натаскивали молодежь, ковали из них будущих асов. Л.Н.Александров не сходил с Доски почета МВД республики, В.М.Сушков – райотдела. Я горжусь, что воспитал такую плеяду работников уголовного розыска, авторитет которых был непререкаем.

Работе в органах внутренних дел я посвятил свыше 31 года. Мне особо понравилась работа уголовного розыска, живая, требующая творчества, профессионализма, настойчивости, особой смелости, смекалки и упорства. И я очень сожалею, что мне не пришлось поработать начальником отделения уголовного розыска в том же Сарапульском ГОВД или в другом органе. Если бы ко мне вернулась молодость и меня спросили, кем бы я работал, не задумываясь ответил, только в уголовном розыске.

Молодым сотрудникам органов внутренних дел я бы посоветовал никогда не забывать слова выдающегося чекиста страны Ф.Э.Дзержинского о том, что у чекиста должны быть холодная голова, чистые руки и горячее сердце. Его слова вам будут незаменимой путевкой в жизнь.

Словами Дзержинского и я всегда руководствовался в работе .

Успехов Вам в работе, дорогие мои товарищи !

Талипов Гилмула Талипович.

Старший лейтенант милиции, участник Великой Отечественной войны. В органах внутренних дел прослужил с 1948 г. по 1971 год.

С 1948 по 1962г.г. работал участковым уполномоченным Завьяловского РОВД. С 1962 по 1969г.г. оперуполномоченный уголовного розыска Завьловского РОВД .

В 1971 году уволен из МВД на пенсию.

В Великой Отечественной войне принимал участие на 1-м Дальневосточном фронте в составе 30-й танковой дивизии, которая входила в 5-ю Ударную Армию. За ратные дела на фронте ей было присвоено звание Харбинской.

Умер фронтовик в 1995 году.

Г.Т.Талипов

В боевых схватках с преступниками.

В Завьяловском РОВД я проработал свыше 25 лет на разных должностях оперативно-начальствующего состава, из них в уголовном розыске свыше восьми лет. По существу, это были мои молодые годы. Несмотря на тяжелые условия работы, в этих делах были и радости – когда раскроешь то или иное замаскированное преступление, задержишь матерого преступника, изобличишь его в содеянном. Конечно были и неудачи.

Вспоминая отдельные эпизоды в борьбе с преступностью, сейчас даже самому не верится, как мы могли тогда это делать успешно. По существу, иной раз приходилось делать возможное из невозможного. Этого мы добивались благодаря находчивости, смекалке, выдержке, мужеству, трудолюбию и удали. Об отдельных эпизодах при задержании преступников хочется рассказать в воспоминаниях, так как почти все они были на грани смертельного риска..

Помню в августе 1960 года я, дежурный по Завьяловскому РОВД, был вызван для выезда на убийство гражданина в дер. Лудорвай. В райотделе, меня ожидали прокурор района Роднов и следователь прокуратуры. По прибытии на место происшествия нам граждане деревни поведали, что убийство тракториста совершено его соседом, ранее неоднократно судимым человеком.

После убийства преступник с оружием забаррикадировался в бане. У дома потерпевшего в этот момент находилось много людей, каждый глазел и ждал развязки, каким образом будет задержан преступник. Мне прокурор Роднов дал указание задержать преступника, а он и следователь с экспертом начали производить осмотр места происшествия. Прикинув обстановку, я подошел к гражданам с просьбой, чтобы мне оказали помощь. Двое мужчин высказали желание принять участие в задержании. Я для них нашел по палке, проинструктировал о практических действиях. Одному я дал задание, когда мы с другим подойдем к бане, по моему сигналу стучать с большой силой палкой по окну, встав около стены в стороне от него. Эти удары привлекли внимание преступника. Я в этот момент с помощником заскочил в баню и скрутив преступника обезоружил его, связал руки ремнем и доставил к машине. Для присутствующих это было сенсацией, жители деревни удивились, что так ловко и быстро был задержан этот опасный человек. Все они, глядя на нас, восхищались моим мужеством, мужеством коллег.

В сентябре 1965 года меня и работника уголовного розыска, Л.М.Чунтемова, руководство РОВД направило в деревню Каменное, задержать ранее неоднократно судимого преступника, который причинил своей жене тяжкие телесные повреждения, и она была госпитализирована. Прибыв в деревню, установили, что пьяный преступник, вооружился двуствольным ружьем, забрался на чердак строящего я дома соседа и через отверстие чердака стреляет в проходящих граждан.

На улице скопилось много народу, которые хотели увидеть, как милиция будет задерживать его. Поскольку я был старшим, я принял решение: поручить Л.М.Чунтемову для отвлечения внимания преступника стрелять из пистолета со стороны чердака по коньку крыши, а на себя взял обязанность задержать. По сигналу, Чунтемов начал стрельбу, а я скрытно подошел к строящемуся дому, по установленной сзади лестнице, забрался на чердак и пошел, крадясь, возле крыши, чтобы задержать преступника. Он в это время произвел в сторону Чунтемова выстрел из ружья, а услышав мои шаги, направил ружье в мою сторону и спустил курок. К счастью, выстрел не произошел из-за осечки, и я рывком ринулся на преступника. Между нами произошла ожесточенная схватка. Я, одолев, скрутил его, достал ремень и связал преступника. В этот момент возле нас оказался Чунтемов. Спустив по лестнице преступника, мы с трудом прошли к машине, на которой приехали. Жители деревни, окружив нас, готовы были нести нас на руках, говорили благодарственные слова в наш адрес, удивлялись нашему мужеству. А ружье при осмотре оказалось заряжено патроном-жиканом. Это был мой второй день рождения.

Эпизодов задержания преступников за период службы было немало, но эти два случая были особые.

Хочется рассказать еще об одном характерном случае.

В 1972 году, в конце сентября, под вечер, я оказался на участке участкового инспектора Беляева, в конторе поселка совхоза «Пятилетка». Там находился и Беляев. Он мне сообщил, что отправил в больницу потерпевшую женщину с огнестрельным ранением в бедро. Травму из ружья причинил муж, который якобы находится дома, но его необходимо задержать, иначе он наделает дел. Выслушав Беляева и оценив обстановку, мы с ним направились к дому потерпевшей.

На улице было темно. Подойдя незаметно, мы стали стучать в дверь дома, соблюдая при этом осторожность. Дом был щитовой, а сенцы из тонких досок. На стук в сенцы вышел преступник и закричал, что если мы не прекратим стучать, то он перестреляет нас. Мы предупредили преступника, что будем действовать по закону и предлагаем ему сдаться. Он продолжал угрожать расправой. На улице, вблизи дома, скопился народ. Мы предложили им удалиться, иначе при стрельбе может случиться непредвиденное.

Задержание я взял на себя. Беляеву дал указание взять палку и стучать по двери с расстояния, а сам с помощью отвертки, умудрился в одном окне открыть сначала форточку, а затем и окно. Проник в квартиру. В квартире света не было. Преступник то забегал в квартиру, то выбегал в сенцы и бранился, угрожал расправой. Я, не зная расположения квартиры, понимал, что он может произвести выстрел из ружья на шорох, а стрелять будет не по полу. Я лег на пол и по-пластунски стал передвигаться к выходу. В это время преступник, не представляя, что я там нахожусь, забежал в комнату, запнулся и упал. Между нами произошла схватка. На шум, через окно, залез Беляев и мы быстро скрутили преступника. Ему было 31 год, дважды судим, второй раз за грабеж. При осмотре ружья оказалось, что оно было заряжено двумя патронами – один картечью, другой жиканом.

Хочется вспомнить работников уголовного розыска нашего райотдела: Л.Н.Александрова, В.М.Сушкова, оба они уже ушли из жизни. Они были ассами в делах работы уголовного розыска.

К числу асов также отношу заместителя по оперативной работе В.С.Ившина, руководителя подразделения, участника Великой Отечественной войны А.П.Семенова, с ними было легко работать. Они никогда не считаясь со временем, вместе с нами шагали по нашим милицейским дорогам, помогали нам во всех делах, являлись примером в организации раскрытия преступлений. Не случайно при появлении Семенова с нами в министерстве, нас многие работники шутя называли «бандой Семенова».

Так мы работали с горсткой людей. Штат райотдела тогда составлял всего 39 человек, включая технических работников, в том числе работников уголовного розыска было три человека, в БХСС – двое, шесть рядовых милиционеров.

Заппаров Р.Н.

Рассказ полковника милиции.

Очерк из книги «Все остается людям»

(в сокращении).

Э

Фото

лектронные часы на стене показывали два часа послеобеденного времени.

Короткий предупредительный стук и дверь распахнулась. Вошел невысокий коренастый человек, чуть полноватый от того, что на нем был темно-серого цвета плащ, затянутый поясом с завязанными концами. Из под фетровой шляпы проглядывает смуглое лицо, чуть поседевшие волосы. На глазах темные очки. Когда он, сняв их, начал протирать, одновременно острым, цепким взглядом быстро окинул комнату.

Убедившись, что все в ней ладно, прошел до середины кабинета. Мы обнялись. Обнялись, как два старых друга, прошагавших вместе многие годы и ожидавшие этой встречи. Обнял он крепко. Зная, что ему идет восемьдесят первый год, я и не ожидал такой крепости. Он разделся и деловито присел к столу.

Это был Сергей Андреевич Божедомов – лейтенант-фронтовик, полковник милиции, более двадцати лет возглавлявший в нашем министерстве секретариат – прообраз штаба и службу охраны общественного порядка. Сегодня эти службы возглавляют заместители министра.

Несмотря на то, что мы давно знаем друг друга, еще с времен моей партийной работы, беседу мы начали с воспоминаний о его юности.

Он родился в конце сентября 1923 года, в Астрахани. Так. Листаем… По гороскопу его знак Весы. Это знак трудоголиков, обычно хорошо разбирающихся в людях, практичных, страстных борцов за справедливость, кристально честных, находящих удовлетворение в общественной жизни. Они очень активны и в то же время удивительно спокойны. Главная их добродетель – благородство помыслов и доброта души.

В семье местного кондитера и мамы домохозяйки это был третий ребенок. Ранее родились его старшие брат и сестра. Спустя чуть более года, отца, как хорошего специалиста, назначили главным инженером кондитерской фабрики. Семья переехала в город Грозный. Здесь и прошли его детство и юность. Он рос среди сверстников, таких же, как он сам. Рос среди ребят, воспитываемых своими дедами и отцами в духе лучших кавказских традиций. Это были гордые, смышленые парни. Чеченцы и ингуши - они жили тогда вместе, одной семьей.

Сергей Андреевич, начиная рассказывать про Чечню и Грозный, волнуется, говорит беспокойно. Нельзя было воевать в Чечне в наши годы. Это абсолютно бесперспективно. И тогда были клановые разборки. В школе № 15, в которой он учился, убили девятилетнего третьеклассника только за то, что когда-то давным-давно его семье была объявлена кровная месть. И вместе с тем, учились в школе, дружили, дрались и мирились, но жили все одними заботами и нуждами.

Учился он успешно и закончив десять классов получил аттестат о среднем образовании. Шел 1940 год. Наверное, взрослые уже чувствовали предгрозовые сполохи наступающей войны. Они мальчишки, вряд ли догадывались, как она близка. И все же какое-то внутреннее чутье подсказало, что надо получить военное образование. С раннего детства он полюбил авиацию и мечтал стать летчиком. Семейный совет одобрил его решение поступить в Астраханское военное авиационное училище. Так, в июле предвоенного года, он с небольшим чемоданчиком и предписанием военкомата оказался в родном городе.

Я был в Астрахани в конце семидесятых годов прошлого века. Он и тогда показался мне каким-то старым, состоящим в основном из деревянных одноэтажных домов. Наверное, и в 1941 году он был таким же неприметным и унылым.

Сергей учился в школе хорошо, поэтому и вступительные экзамены в училище также сдал благополучно. Однако мандатная комиссия его забраковала. Парню было всего семнадцать лет и три месяца. Призывать его на службу было нельзя. С юношеским максимализмом он бросился к начальнику училища. Видя настойчивость парня и его искреннее желание стать военным летчиком, этот седой командир, взял грех на свою душу и принял его в состав курсантов.

Училище готовило летчиков, штурманов и стрелков-радистов на скоростные бомбардировщики СБ-1. И на классных занятиях и на аэродроме много говорили о высоких летных качествах самолетов. Он был фактически тихоходным, его скорость в полете составляла всего 250 километров в час. Но бомбовая нагрузка была приличной – около двух тонн.

В серой солдатской шинели с летными петлицами на воротнике, буденовке со звездой они, курсанты училища, конечно больше походили на нахохлившихся воробьев.

В июне сорок первого началась жестокая война, в пекло которой попали и они, юные воробышки. В ноябре сорок первого года ранняя зима сковала поля и реки, выморозила покинутые беженцами пустые, осиротевшие избы. Гитлер объявил в очередной раз о скором захвате Москвы. Обстановка на фронтах требовала специалистов, Готовили тогда курсантов днем и ночью. Хоть и трудно было, терпели. Уже через восемь месяцев они начали летать. Командованием было принято решение сократить срок обучения с трех лет до одного года и двух месяцев.

В связи с обстановкой на фронтах, в декабре 1941 года по приказу Верховного Главнокомандующего Сталина были созданы аэросанные части. Училище, наряду с подготовкой военных летчиков и штурманов, стало готовить и механиков аэросанных экипажей.

В феврале 1942 года из выпускников ускоренного выпуска был сформирован отдельный бомбардировочно-штурмовой полк, в составе которого был и аэросанный батальон.

В числе двухсот выпускников в этот отдельный аэросанный отряд был зачислен и Сергей Андреевич. Фактически это была авиация на земле. В том же месяце из Астрахани воинским эшелоном 38 отдельный аэросанный батальон вместе с бомбардировочным полком прибыл на Карельский фронт в город Пудош. В состав батальона входило тридцать экипажей аэросаней. Ему поручили командовать тремя из них. В каждом экипаже был командир и механик.

Аэросани представляли собой небольшие микроавтобусы, сделанные из добротной десятимиллиметровой клееной фанеры, а на задней укрепленной части стоял авиационный двигатель М-11. Сани развивали по накатанной дороге скорость до семидесяти километров в час. Предназначены они были для перевозки личного состава авиационных частей. В каждой такой машине, кроме основного экипажа, могло размещаться шесть человек пассажиров.

Экипажи аэросаней осуществляли задачу по доставке в части легких стрелковых пушек и пулеметов, авиационных снарядов, бомб и патронов для скорострельных пулеметов Шпитального.

В штабе воздушной армии им поставили и другую задачу – обеспечивать перевозку офицеров штаба и выполнять другие специальные задачи. А в перерывах между выполнением этих задач личный состав экипажей аэросаней садили на свободные боевые самолеты и отправляли на бомбометание.

Не очень легко приходилось в ту пору девятнадцатилетнему парню. На земле, на аэросанях было проще. В воздухе обстановка резко осложнялась. Самолет СБ был трехместный – летчик, штурман и стрелок-радист. Все трое летчиков в кожаных шлемофонах, накинутых на плечи регланах. Только успевали они отбомбиться за линией фронта, до которой было рукой подать, долетали за тридцать минут обратно, как мотористы и оружейники уже хлопотали около зарулившей на стоянку машины и опять готовили ее к вылету. Самолет от кока винта и до хвоста был заполнен горючим, ЭРЭСами и бомбами. Бомбили автомашины, танки противника и эшелоны.

У каждого летчика, получившего боевое задание, будь то истребитель, штурмовик или бомбардировщик, есть минуты наивысшего напряжения. Наступают они при подходе к линии фронта. Как бы не было опасно летать в этот суровый год и над своей территорией, сознание того, что под тобой внизу своя родная земля и случись беда, собьют самолет, тебя вероятно спасут, всегда немножко согревало.

А за линией фронта земля становилась свирепой, небо тревожным и злобным. Снизу били вражеские зенитки. Они целились в машину десятками стволов, караулили любой неудачный разворот, при котором погашалась скорость и машина оказывалась в прицеле у зенитных расчетов. А потом, после удачного бомбометания, пела радостью душа летчиков, пересекавших линию фронта уже на обратном курсе на восток. И велика была она эта радость торжества победы над опасностями, радость возвращения на родной аэродром, к своим боевым товарищам.

Осенью и ранним предзимьем 1942 года их полк активно воевал за освобождение города Петрозаводска. Молодые летчики показали себя с лучшей стороны. Город не бомбили, ведь внизу были свои дома, свои люди.

Зимой сложилась очень тревожная обстановка на Сталинградском фронте. В декабре 1942 года весь полк, в полном составе, перебросили под Сталинград. Аэродром располагался в сорока километрах от самого Сталинграда в городе Михайловском. Городок был небольшой, с населением около тридцати тысяч. Мирный довоенный аэродром, принимавший только небольшие самолеты, с началом войны был переоборудован и приспособлен для обслуживания военных самолетов.

Шестнадцатой воздушной армией, куда вошел и их полк, командовал генерал-лейтенант авиации Кравченко. Это был смелый и мужественный командир и летчик. Ежедневно он бывал в нескольких своих авиационных подразделениях и лично проверял состояние хозяйства. Обстановка на фронте была очень напряженной. С первых дней полку была поставлена жесткая задача организовать уничтожение техники и живой силы противника. До десяти боевых вылетов в сутки стали нормой для молодых пилотов.

Уже на седьмой день полетов молодой штурман был награжден медалью «За боевые заслуги». Эта была самая первая и самая дорогая награда. Потом были и другие, не менее значимые правительственные награды – Орден Отечественной войны, медаль «За оборону Сталинграда», а в конце войны и медаль «За победу над Германией». Всего у него около двадцати таких наград. Но первой он гордится больше всего.

После Сталинградской битвы полк передали в распоряжение Центрального фронта, которым командовал генерал армии Конев и перебросили под город Миллерово под Ростовым. И тут пришлось повоевать. Полк был сильно потрепан. Надо было ремонтировать материальную часть самолетов и вооружения и дать возможность отдохнуть личному составу. Весь полк был отправлен на ремонт, на военный аэродром Кольцово под Свердловск. Занялись ремонтом техники.

Война подходила к концу. В небе на фронтах появились более скоростные, более маневренные самолеты. Их тихоходные машины в бой уже не годились. Переучивать летчиков на новые машины времени уже не оставалось – война кончалась. Полк расформировали.

В августе 1945 года Уральский военный округ откомандировал Божедомова в Ижевск, преподавателем в авиационную школу. Школа была большой, здесь обучалось около тысячи будущих штурманов. Размещалась школа в помещениях города на месте нынешней второй горбольницы. Техника, самолеты располагались в отдельном городке, там, где сейчас находится сборный призывной пункт республиканского военкомата. Полеты же проходили на поле Пироговского аэродрома.

В этом же году присмотрел Сергей красавицу Галю, студентку Ижевского медицинского института. Поженились. Галина Александровна Перевозчикова была дочерью бухгалтера металлургического завода и молодожены жили у них на квартире..

В декабре 1946 года Азинский райком партии, где он находился на партийном учете, направил коммуниста Божедомова на работу в органы внутренних дел. За душой было среднее образование и военное училище. По тем временам это было приличное образование, если учесть, что даже министр и его заместители заочно заканчивали только десять классов. Назначили его оперуполномоченным отдела кадров министерства, а через год присвоили звание старшего лейтенанта и стал он старшим оперуполномоченным.

Понимая, что без высшего образования карьера может не сложиться, Сергей Андреевич в 1948 году поступил на заочное отделение Удмуртского педагогического института. Закончил его в 1953 году и получил специальность преподавателя истории.

В феврале 1950 года министр внутренних дел республики полковник Филарет Васильевич Баранов назначил его начальником секретариата министерства. Штабных подразделений в то время в органах внутренних дел не было. Роль штаба, его прообраза, в министерстве в те годы выполнял секретариат. На нем лежала обязанность проведения анализа преступности, составление квартальных докладов в вышестоящие органы, организация работы дежурных частей. Ежесуточные сводки о совершенных преступлениях поступали в Областной комитет партии, Президиум Верховного Совета, Совет Министров республики и Ижевский Городской комитет партии. Это была очень ответственная работа.

На секретариат возлагался и контроль за решениями, приказами министра и его заместителей. Выезжает министр в подразделение и обязательно с ним выезжал Сергей Андреевич. Все замечания, поручения и распоряжения министра фиксировались и затем оформлялись протоколом оперативного совещания. Документ уходил в горрайорганы, но оставался на контроле секретариата.

Сергей Андреевич вспоминает, что как-то после такого посещения Шарканского райотдела министр дал ему команду подготовить приказ о наказании начальника райотдела Семена Дмитриевича Дмитриева. Подготовил приказ о его наказании, а тут заходит сам Семен Дмитриевич. Начальник секретариата переворачивает листок с приказом, лежащий на столе. Тогда был такой порядок, с целью недопущения утечки информации, независимо от того, кто заходил в кабинет, записи и тексты полагалось переворачивать. Семен Дмитриевич говорит, что в этом перевернутом листе лежит приказ о его наказании и очень сильно просит не выпускать его, так как он все понял. Пришлось, посмеявшись над его оперативной смекалкой, идти к министру и уговорить его не издавать этот приказ. И не ошиблись.

Коренастый, энергичный, он лукаво поглядывал на собеседника, прищурив один глаз. За что бы он ни брался, ему всегда все удавалось. Когда же его спрашивали, как это у него все выходит, он отвечал:

  • У меня один секрет – я работаю.

Десять лет он работал в этой должности. Работали в те годы с десяти часов утра до двух-трех часов ночи. Ведь дежурная часть министерства работает круглосуточно.

Филарет Васильевич Баранов был очень умным и авторитетным руководителем, членом бюро Обкома партии. Сам он был очень грамотным человеком, не терпел неряшливых документов, был очень жестким к неясным формулировкам. Он прекрасно знал милицейскую жизнь, вникал в работу пожарных подразделений, исправительно-трудовых учреждений и лагерей для военнопленных и много сделал для республики. Он был назначен министром внутренних дел Удмуртской Республики в 1943 году, в возрасте тридцати трех лет. До этого проработал в секретариате МВД СССР в бытность министром страны Л.П.Берия. Потом, в 1953 году, этот эпизод его жизни сказался ему.

Когда умер Сталин, МГБ и МВД страны объединили в одно – министерство внутренних дел. МГБ не стало. Министром внутренних дел страны стал Л.П.Берия. Шифровку об этих изменениях и назначении Ф.В.Баранова общим министром, министерство получило в марте 1953 года в три часа ночи. Баранов дает ему, Божедомову, поручение собрать в кабинете министра всех руководителей отделов МГБ и МВД. Некоторые сотрудники МГБ не поняли тогда, почему их в три часа ночи вызывают на службу, причем в кабинет министра внутренних дел. Собрались. Ф.В.Баранов зачитал шифровку Берии о назначении его министром внутренних дел и подчинении ему же министерства государственной безопасности республики. Многие были в шоке. Но приказ есть приказ, его положено только выполнять.

Он проработал в этой должности до ареста Берии в июне 1953 года. Баранова обвинили в связи с Берией, что он был его ставленником. Хотя и видел он его всего два-три раза.

Новое руководство МВД в июле 1953 года освободило Ф.В.Баранова от должности министра и направило его заместителем начальника УВД Брянской области.

С августа 1953 года до апреля 1954 года министерство внутренних дел республики возглавлял Валериан Александрович Федоров, прибывший к нам из УВД Оренбургской области.

В апреле 1954 года общее МВД разъединилось. Был вновь создан Комитет государственной безопасности, куда ушли бывшие работники МГБ и часть сотрудников МВД республики.

Министром внутренних дел был назначен тридцативосьмилетний Владимир Иванович Овсянкин. Полковник Овсянкин прибыл к нам с должности заместителя начальника УВД Читинской области. Он имел большой опыт оперативно-розыскной работы. Уже в Удмуртии окончил заочное отделение Высшей школы МВДСССР. По характеру сдержанный, в принятии принципиальных решений, как правило, он проявлял твердость, а при необходимости и смелость. Нередко ему приходилось отстаивать интересы МВД перед партийными органами, которые после событий 1953 года начали постоянно вмешиваться в деятельность административных органов.

В таких вот непростых условиях работал Сергей Андреевич. В 1958 году он был направлен на учебу в двухгодичную Ленинградскую школу МВД СССР и получил специальность юриста. По возвращении из школы снова продолжил службу в аппарате министерства.

В июне 1964 года В.И.Овсянкин по личной просьбе, исходившей главным образом из-за несложившихся отношений с руководством Обкома партии, был освобожден от должности министра охраны общественного порядка республики и назначен начальником УВД Тульской области. В удмуртской милиции он оставил о себе очень хорошее впечатление.

Министром охраны общественного порядка республики назначили полковника внутренней службы Николая Ивановича Мануковского. Он прибыл к нам с должности начальника УВД Омского облисполкома. Горячо взялся он за дело, посещал подразделения, нередко давал полезные советы, сделал некоторые кадровые передвижения. В 1967 году ему было присвоено звание комиссара милиции третьего ранга, соответствующее нынешнему званию генерал-майора милиции.

В 1960-1966 годах союзного министерства внутренних дел не было, были только министерства союзных республик. В течение нескольких лет тогдашний министр охраны общественного порядка Российской Федерации Вадим Степанович Тикунов избирался от Удмуртии депутатом Верховного Совета Союза и представлял ее интересы на высоком уровне. Дважды он приезжал в республику. Вместе с министром республики в сопровождении его был и начальник секретариата Сергей Андреевич. Во время очередной командировки в Москву он оказался в приемной министра на Огарева,6. Зашедший Вадим Степанович узнал его и спрашивает:

- Ну, как там у вас идут дела, удмурт ? Заходи в кабинет, посидим, чайку попьем.

Кабинет большой, огромным глобусом. Так он побывал впервые в кабинете министра страны. Потом ему было предложение стать при нем офицером по особым поручениям. Но сделать этого не успели, потому, что вскоре МВД России ликвидировали. Создали МООП, впоследствии МВД Союза. Министром назначили Николая Анисимовича Щелокова.

В этом же 1966 году Н.И.Мануковский назначил Сергея Андреевича начальником отдела охраны общественного порядка. В этой должности ему предстояло работать десять лет. Фактически это была огромная служба, вторая после службы криминальной милиции. В состав этой службы входили около двухсот участковых уполномоченных милиции, дежурные части МВД и всех горрайорганов, камеры предварительного заключения. В подчинении службы находились: батальон патрульно-постовой службы, конвойные подразделения, медицинские вытрезвители, два специальных приемника-распределителя для бродяг и мелких хулиганов. Были отдельные взвода по охране банков и объектов советско-партийных органов.

Было много работы, работы на первый взгляд незаметной. Но это было лицо милиции, которая постоянно, и в первую очередь, контактировала с населением. Мнение о работе всей милиции во многом складывалось от четкости, организованности, а главное соблюдения законности в работе наружной службы милиции. Ведь население видело, в первую очередь, тех, кто нес службу на улицах, в общественных местах. Частенько от того, как действует постовой милиционер, оценивается работа всей милиции.

Очень важным делом всегда оставалось обеспечение охраны общественного порядка на массовых мероприятиях. Демонстрации, митинги, спортивные мероприятия, концерты с видными артистами – все тщательно планировалось и контролировалось. Руководство республики также нередко посещало такие мероприятия, поэтому начальник службы всегда лично осуществлял организацию охраны.

Четыре с половиной года возглавлял Н.И.Мануковский наше министерство. Осенью 1968 года он был отправлен на пенсию.

В конце ноября 1968 года министром внутренних дел республики был назначен полковник милиции Иван Артемьевич Желнов, работавший до этого заместителем начальника УВД Новосибирской области. А назначению этому предшествовали следующие события. Когда встал вопрос о замене министра, Обком партии выдвинул кандидатуру Ивана Тимофеевича Неудахина. Послали все документы в Москву, там согласовали на всех уровнях, даже в отделе административных органов ЦК партии подписали объективку. Ивана Тимофеевича вызвали в Москву на собеседование к министру. Прошел по всем Главкам, получил согласие заместителя министра по кадрам. Остался последний визит к Н.А.Щелокову, фактически представиться.

Пригласили в кабинет к министру. В ходе беседы Н.А.Щелоков спрашивает Неудахина:

- Как же так случилось, что республика провалила все показатели за год ? Чем можно объяснить такое ?

Иван Тимофеевич вместо ответа, что это результат общего ослабления работы заявил, что во всем виноват бывший министр Н.И.Мануковский.

- А где же были Вы ? Вы же были его заместителем ?

Очевидцы потом рассказывали, что Н.А.Щелоков вспылил, отбросил его объективку и заявил, что он не подпишет приказа о назначении Неудахина министром. Видно и фамилия подвела. Так, остался Иван Тимофеевич заместителем министра.

Иван Артемьевич Желнов сразу же по прибытии начал знакомиться с руководителями служб министерства. После беседы с начальником уголовного розыска, вторым пригласили Сергея Андреевича. Знакомство с новым руководителем всегда волнительно, ведь свежий человек не знает тебя, твоих возможностей и способностей. Не зря ведь в народе говорят, что встречают по одежке, а провожают по уму. Доложил о состоянии дел по службе. Особых претензий министр не высказал, пожелал ему успешной работы. Но уже со следующей ночи у Сергея Андреевича начались круглосуточные будни.

Практически в течение года министр не давал ему покоя. Почти каждую ночь он давал вводные о недостатках в том или ином подразделении. Он этим приучал руководителей быть начеку, учил их самих находить и предвидеть возможные ситуации, связанные с обострением обстановки.

Он мог в два часа ночи объявить сбор по тревоге всего личного состава милицейского батальона. Люди только что вернулись с вечерней смены на постах, а тут сбор по тревоге. И сам он приезжал на эти сборы и проверял экипировку.

Через год, видимо убедившись, что служба боеготовна, он как-то ослабил контроль.

Он был очень сильным руководителем, прекрасно знал оперативно-розыскную работу, был жестким, требовательным. Последнее слово всегда оставалось за ним.

В министерстве были три ключевых сотрудника – Вениамин Николаевич Задорин, Иван Корнеевич Капленко и Сергей Андреевич Божедомов, основную ставку на которых и сделал Желнов. Вениамин Николаевич был заместителем министра, Сергей Андреевич начальником секретариата министерства, Иван Корнеевич - начальником информационного центра. Эта тройка и была основным мозгом министерства. Она предопределяла приоритетные направления работы всех коллективов. Опытные практики, талантливые организаторы, они делали тщательный анализ складывающихся показателей и вносили министру предложения, в каком направлении надо было наносить удары по преступности. Фактически они определяли политику министерства на тот или иной период.

Все докладные записки в Центр. Обком и Правительство республики, все годовые доклады корректировали и писали они.

Все министры – Владимир Иванович Овсянкин, Николай Иванович Мануковский и Иван Артемьевич Желнов, окончательную шлифовку этим оценочных документов всегда отдавали только этой тройке.

Служба охраны общественного порядка многоплановая. Задачи перед ней стоят разносторонние и ответственные.

Разные события случались в то время. При всех райотделах милиции имеются камеры предварительного заключения. Слабая их техническая укрепленность, да и ошибки, допускаемые при охране, приводили к нередким побегам арестованных. К розыску и задержанию беглецов привлекались аппараты уголовного розыска и службы охраны общественного порядка. Начальник уголовного розыска республики Герман Сергеевич Санников и Сергей Андреевич, как правило в таких случаях, сами выезжали в подразделение и на месте организовывали розыск.

Однажды из КПЗ Камбарского райотдела бежали три особо опасных рецидивиста. Ранее они уже были судимы, один за убийство, второй за разбой, третий за грабеж. А тут задержанные за новые преступления они, воспользовавшись халатностью сотрудников, совершили дерзкий побег. В ходе розыска получили информацию, что беглецов видели в городе Нефтекамске. Розыскная группа решила не заезжая в Камбарку, сразу проехать туда. Дороги через Каму здесь нет. Надо идти пешком. Январь, мороз под тридцать пять градусов, не спасают даже полушубки. Оперативная группа из пяти человек, во главе с Сергеем Андреевичем через Каму, идут по незнакомой местности. Кругом лед, мороз и полыньи, возникшие в местах наиболее сильного течения. Один бог знает как дошли они тогда. Вот уж верно говорят в народе: «Не зная броду, не суйся в воду».

В Нефтекамске связались с башкирскими коллегами. Они тоже активно подключились и задействовали свои силы. Через три часа все три беглеца были уже в горотделе милиции. Отправили всех их обратно в Камбарский КПЗ.

Аналогичный побег произошел из КПЗ Увинского райотдела. Снова пришлось нашему герою выезжать во главе группы сотрудников министерства. Здесь также бежали трое опасных рецидивистов. По связям установили несколько квартир, в которых могли появиться беглецы. Установили там засады. В одном из домов на засаду поставили капитана милиции Рамзеса Ахмадеева и еще одного сотрудника. Во втором часу ночи, через высокий забор у дома, мелькнула тень и преступник с шумом перепрыгнул во двор. Зная, что к дому должен подойти ранее трижды судимый, Ахмадеев был начеку. Увидев засаду, преступник выхватил нож и бросился на Ахмадеева. Он вынужден был выстрелить в преступника в упор из пистолета Макарова. Убил наповал.

Заключениями Увинского прокурора и впоследствии республиканской прокуратуры применение оружия в этой ситуации было признано правомерным. За смелость и решительные действия при задержании опасного преступника капитану Ахмадееву выдали премию в сумме ста рублей. А преступник ведь мог и его самого убить.

Вместе с Германом Сергеевичем Санниковым и большой группой сотрудников милиции пришлось Божедомову участвовать в розыске преступника, убившего участкового милиции Шахтарина в Завьяловском районе. Около месяца изучали обстановку на месте. Всю подноготную в деревне узнали. Отработали каждый дом, каждого человека. Нашли преступника. Двухметроворостый лейтенант Шахтарин пользовался у народа хорошим авторитетом. Приговор преступнику был воспринят как должное.

Однажды начальник Алнашского райотдела доложил министру о том, что в районе обнаружена сибирская язва. Иван Артемьевич немедленно проинформировал Первого секретаря Обкома и тут же поручил Сергею Андреевичу отправить в помощь райотделу милиционеров из батальона. Через пять минут снова звонок: «Ты отправил людей ? Почему до сих пор не отправил ? Немедленно выезжайте. Сам будешь возглавлять».

Пятнадцать суток, около шестидесяти милиционеров, днем и ночью стояли вокруг фермы, пока не сожгли трупы животных и не захоронили их в скотомогильнике. Опасностей здесь было более, чем достаточно. Но все обошлось благополучно. Карантинные мероприятия свое дело сделали.

На начальника службы возлагалась и охрана высокопоставленных лиц, приезжавших в республику. Ему пришлось практически круглосуточно обеспечивать охрану при приездах секретаря ЦК партии Дмитрия Федоровича Устинова, министров внутренних дел страны Вадима Степановича Тикунова и Николая Анисимовича Щелокова. Были и другие, но эти запомнились особенно. Сопровождали их и днем и ночью. Никогда из поля зрения их не упускали. Службы ГАИ и общественного порядка всегда были рядом, наготове. Колонну передвижения возглавляла машина начальника ГАИ Владимира Кузьмича Красноперова, а замыкала ее машина Сергея Андреевича. И любого, независимо от ранга, отсекали от этой колонны. Вежливо, но решительно.

За всю службу, несмотря на сложность и беспокойный характер ее, С.А.Божедомов не получил ни одного взыскания. Ему неоднократно предлагали разные должности в других регионах. Его хотели назначить начальником штаба УВД Тульской области. Отказался. Позднее, начальник отдела штаба МВД СССР С.Е.Вицин предложил назначить его заместителем начальника УВД Ивановской области. Не решился никуда из Удмуртии выезжать. Здесь его знали все, от руководства республики и города, до рядовых милиционеров. Да и семья уже здесь устроена. Пришлось бы и ее срывать с гнезда. Жена, опытный врач, устроена, сын-студент медицинского института, дочь в музыкальном училище.

Очень хорошие отношения сложились у Божедомова с руководством города. Председатель Горисполкома Борис Владимирович Шишкин был очень интересным и своеобразным руководителем. Утром, пешком обойдя тот или иной район, он сначала вызывал начальника службы охраны общественного порядка, и хотя и в мягкой форме, но выговаривал - почему участковые не требуют наведения порядка по улицах, почему там лежат дрова, в другом месте -мусор. И нередко именно Сергея Андреевича вызывали с отчетами на заседания исполкома.

Божедомов всегда отличался какой-то особенной собранностью. Я помню, во время строительства стадиона «Зенит», когда пришлось в авральном порядке подвозить через весь город мачты для прожекторов освещения, он отложил все свои милицейские дела и организовал продвижение колонны и охрану всего этого большого объекта.

В 1976 году он, в возрасте пятидесяти трех лет, принял решение уйти на пенсию. Переход из одного коллектива в другой, это само по себе дело многотрудное. Рвутся сложившиеся связи, меняются коллективы сослуживцев. Уходить на пенсию со службы в погонах в его годы еще тяжелее. Друзья-сослуживцы остаются на месте, они заняты своим делом. А ты, который до увольнения обладал огромной властью, становишься никому не нужным. Даже твой приход в родной коллектив, где осталась частица твоей души, временами кажется обузой для сослуживцев.

Пригласили его в Ижевский научно-исследовательский институт металлургической промышленности, созданный всего пять лет назад. И там он проработал десять лет, в подразделении собственной безопасности, обеспечивая режим секретности. И тут он пользовался заслуженным авторитетом. Выступал перед сотрудниками, рассказывал о работе милицейских коллективов. Многие научные сотрудники были так далеки от всей нашей черновой работы, что слушали с открытыми ртами.

Не все ладилось у него в семье. Человек он скромный, о своих бедах не распространялся, как и о своих родственных связях. Сват его, Геннадий Николаевич Дмитриев, был председателем Совета Министров республики. К сожалению, проработал он на этой должности немного. Серьезно заболел и сейчас еле ходит с палочкой.

Жена его, Галина Александровна, тяжело заболела в сорок два года, не могла даже ходить. Десятки раз возил ее в разные санатории и лечебницы, не помогло.

Хватило у него ума, мудрости, а главное совести сохранить все эти годы верность своей Галине. Прожили вместе 45 лет. А сейчас уже тринадцать лет уже живет один и не упал духом. Пришлось взять на себя все заботы по домашнему хозяйству. И до сих пор, несмотря на свой, уже немолодой возраст, он делает сам все по хозяйству. Сам стирает и гладит свое белье, моет полы, вкусно готовит. Ни один шеф-повар ресторана, наверняка, не сможет приготовить такой борщ, какой готовит он. Даже варенье научился сам варить. Шесть видов варенья - его гордость. Некоторые наши пенсионеры, даже в более раннем возрасте, как-то быстро скисают не у дел, за собой не следят, больше заняты старческим ворчанием. У него же в доме - чистота и порядок. И хотя особого хобби у него нет, в дворового доминошника он не превратился.

Любит, и сейчас еще с удовольствием играет в шахматы, имел даже первый разряд. Играл в свое время в футбол на первенство республики за команду «Динамо». Традиционно, как все руководители отделов в министерстве, играл в волейбол.

Раньше увлекался работой на даче. Построил там небольшой, но уютный домик. Сейчас передал его дочери Татьяне Сергеевне. Любил и хорошо ездил на машине, отдал ее сыну Александру Сергеевичу, живущему в городе Жуковске. Много читает. К месту цитирует Пушкина и Тургенева, знает творчество видных писателей фантастов. До сих пор у него в большой комнате стоят полные полки библиотеки детективных романов. Очень любит историю, особенно историю Российского государства. Изумительна его память на даты.

Словом живет ветеран полнокровной жизнью.

Мы попили вместе чаю, поговорили о делах нашей инвалидной организации. Он является инвалидом и состоит в нашей общественной организации инвалидов. Дотошно выспрашивает про нашу жизнь. Пожалуй, из всех членов нашей организации, он один такой беспокойный. Попрощались, договорились о встрече. Он спокойно оделся и твердым, уверенным шагом пошел к себе домой.

А я еще долго сидел и смотрел на закрывшуюся за ним дверь. Жизнь таких людей, как он - это образец стойкости и мужества, человеческой порядочности и верности своему делу.

И не хотелось думать в эти минуты ни о пережитом и оставленном им позади, ни о будущем, ибо никто не знает и не может знать, что ждет каждого из нас впереди.

Успехов тебе, дорогой полковник милиции, Сергей Андреевич Божедомов !

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Татаринов

  2. Имя, отчество: Виктор Федорович

  3. Год рождения: 5 июня 1925 года.

  4. Партийность: член КПСС

  5. Служба в Советской Армии, в войсках НКВД-МВД и в органах внутренних дел.

В 1939 году окончил среднюю школу, поступил учиться в Ижевский индустриальный техникум. В годы войны работал на механическом заводе в цехе 75. В 1943 году, в 18 лет, комсомольцем ушел на фронт, воевал в составе 335 полка 117 Гвардейской дивизии 1-го Украинского фронта, был командиром расчета станкового пулемета.

8 марта 1944 года под Винницей был ранен. Вернувшись из армии, поступил на службу в органы МВД, работал командиром отделения в Госавтоинспекции. Двенадцать лет был начальником Ижевского городского отделения ГАИ. Работал заместителем начальника Ленинского райотдела милиции, а в последние годы, перед пенсией, заместителем председателя республиканского Совета «Динамо». Писатель.

Был награжден Орденом «Отечественной войны», одиннадцатью медалями. В 1960 году избирался депутатом Ижевского горсовета. За время службы в органах МВД был награжден многими Почетными грамотами.

Р.Н.Заппаров

Фронтовик – писатель.

Виктор Федорович Татаринов родился 5 июня 1925 года в деревне Рябчик Пычасского района Удмуртской АССР, Семья Татариновых была в то время уважаемой в округе: мать и отец были учителями. В 1930 году они были направлены в удмуртское село Кадиково Алнашского района для организации школьного дела. Они обучали крестьянских детей начальной грамоте и одновременно ликвидировали безграмотность их родителейПолучилось так, что учителя не знали удмуртского языка, а учащиеся не знали ни одного русского слова. Пришлось перестраиваться на ходу. Виктор Федорович первым освоивший удмуртской разговорный язык, в последующем присутствовал на уроках матери, Татьяна Моисеевны, и отца, Федора Романовича, в качестве переводчика.

В 1939 году Виктор Федорович с похвальной грамотой окончил Больше-Кибьинскую школу и поступил учиться в Ижевский индустриальный техникум. Но война помешала учебе и пришлось перейти на работу в 75 цех механического завода, куда поступало оборудование и станки эвакуированного Подольского завода. Работал, как и все, по 12-16 часов, а иногда и не выходя с завода по несколько суток.

В 1943 году, 5 июня, ему исполнилось 18 лет и он, в числе группы комсомольцев, ушел добровольцем на фронт, не успев получить даже расчетных денег. Трудовую книжку и расчет Виктор Федорович получил уже в 1950 году, когда демобилизовался из Армии.

В составе 335 полка 117 Гвардейской дивизии 1-го Украинского фронта Татаринов участвовал в боях командиром расчета станкового пулемета, 8 марта 1944 года под Винницей был ранен.

Отец Виктора Федоровича – поручик царской Армии во время Германской войны, затем перешедший на строну красных, а при взятии Ижевска 7 ноября 1918 года стал командиром роты Азинской дивизии. Умер он в 1942 году.

Не дождавшись возвращения из Армии сына, через два года умерла мать, оставив сиротами четверых несовершеннолетних детей, забота о которых в последующем легла на плечи старшего сына.

Вернувшись из Армии, Татаринов поступил на службу в органы МВД. Начал работать командиром отделения в Госавтоинспекции. Был начальником Ижевского городского ГАИ, отдав этой беспокойной службе 12 лет. В 1958 году окончил Удмуртский государственный педагогический институт, по профессии учителя физики и математики средней школы.

В то время, в средних школах вводилось машиноведение и Татаринова, имеющего аттестат на право преподавания автомотодела, и как механика – бывшего танкиста, окончившего после войны танковое училище, ректор института Михаил Иванович Бабин пригласил на работу в институт для преподавания и организации подготовки будущих учителей машиноведения. Бабин обратился к министру внутренних дел и Обком партии с просьбой перевести Татаринова в институт. Но в его просьбе было отказано, а Татаринов был вскоре переведен в Ленинский РОВД, на должность заместителя начальника милиции. Дальнейшую службу продолжал заместителем председателя Республиканского спортивного общества «Динамо» и в 1970 году ушел в отставку в звании майора милиции.

Будучи заместителем начальника районной милиции, Татаринов по заданию Ленинского РК КПСС создал в районе оперативный отряд по борьбе с правонарушителями, в количестве 220 членов, имени старшего лейтенанта милиции Виктора Кузнецова, погибшего 8 мая 1957 года от рук вооруженного преступника. Одновременно Татаринов был командиром этого отряда. Структурно отряд был создан по образу и подобию районного отдела милиции. В его составе были подотделы уголовного розыска, ОБХСС, ГАИ, по борьбе с детской безнадзорностью и агитбригада. По показателям работы, исключая следствие, отряд мало отличался от отдела милиции и надежно держал порядок в западной части Ленинского района. Штаб его, функционирующий круглосуточно, размещался в городке Строителей. О работе отряда в 1966 году им издана книга «Отряд отважных», написанная в соавторстве с журналистом А.С.Чучаковым.

Выйдя в отставку, Татаринов продолжает бессрочную службу как автор книг о нелегком труде чекистов. Одна за другой последовали книги, вышедшие в издательстве «Удмуртия»: «Преступление раскрыто» (1967г), - очерки о милиции; «Последняя явка» (1973г.) – о работе председателя областной ЧК в первые годы Советской власти А.И.Горбунова и его соратниках; «Расплата» (1975г.) – о разоблачении изменника Родины, заместителя начальника немецкой вспомогательной Запорожской полиции, жившего в г.Сарапуле; «Такие будни» (1977г.) – очерки истории милиции Удмуртии. Потом вышли книги «Под ризой епископа» (1979г.) – о работе по разоблачению сектантов; «Без права на ошибку» (1987г.) – о разоблачении в 1921 году чекистами Удмуртии польского шпиона на ст. Агрыз; «Двуликий Юнус» (1991г.) – очерки о работе милиции. По сценариям Татаринова, написанным по книгам «Расплата» и «Без права на ошибку» режиссером В.Кожевниковым засняты два телефильма «Поединок» и «Расплата»; «Знакомьтесь, ГАИ» (1986г.) – к 50-летию Госавтоинспекции.

Во второй половине 50-х годов Виктор Федорович окончил университет рабкоров при редакции «Удмуртская правда» и с этого периода активно сотрудничал с редакциями республиканских газет «Удмуртская правда», «Советская Удмуртия», «Дась Лу», «Комсомолец Удмуртии», журнал «Молот», многотиражками «Металлург», «Машиностроитель», многих районных газет.

В 1977 году был принят в Союз журналистов СССР. В 1971-1973 г.г. работал литсотрудником «Удмуртской правды». После этого министр внутренних дел УАССР поручил ему, как давно занимающемуся изучением истории милиции, оказать помощь в создании музея МВД Удмуртии. В течение двух лет группа, во главе с В.Д.Цаплиным, в фойе клуба им.Дзержинского оформила музей, где собрали и поместили более 1500 документов и экспонатов, начиная от личных вещей первых начальников милиции и до наших дней. По материалам Виктора Федоровича, погибшие на боевом посту милиционеры приказом министра внутренних дел Удмуртии навечно занесены в списки личного состава. В их числе: Александр Семенович Бабушкин – председатель ЧК Ижевска и начальник первого отдела милиции Ижевска (1918г.), Иван Иванович Рогалев – начальник городской милиции Ижевска (1918г.).

По инициативе начальника горотдела Ж.М.Габитова, перед фасадом Можгинской милиции установлен бюст участковому милиционеру Ивану Федоровичу Быстрых, зверски убитому бандитами в 1934 году. Одна из улиц Можги и школа названы его именем. На здании школы № 69 г.Ижевска установлена мемориальная доска в память о погибшем старшем лейтенанте милиции Викторе Петровиче Кузнецове, его именем назван оперативный отряд народной дружины.

В своей творческой работе Татаринов не мог обойти животрепещущую тему репрессий 1937-1938 г.г. В этот период наркомом внутренних дел Удмуртии был печально известный Шленов. В период разоблачения культа личности и ареста Лаврентия Берии, Татаринов работал в органах в органах МВД и был очевидцем, как работников милиции незаслуженно называли «бериевцами».

Тогда то и родилась мысль подробнее изучить отношение милиции к происходящим в то время явлениям. Проводенные исследования показали, что милиция никакого отношения к бериевским репрессиям не имела. Милиция с первых дней вела и ведет борьбу с уголовной преступностью, хотя и была некоторое время в составе МГБ. По материалам исследования, хоть и в муках, родилась повесть «Старцева гора», опубликованная в нескольких номерах газеты «Единство».

В своем творчестве Татаринов правдиво отражал описываемые явления. Его герои не выдуманные и на страницы его книг пришли из жизни.

Умер писатель-фронтовик, инвалид войны Виктор Федорович Татаринов в 2002 году.

И.П.Новгородцев

В тылу как на передовой.

До начала войны мне было всего 12 лет. Сообщение о вероломном нападении фашисткой Германии на СССР я узнал в 6 часов 22 июня 1941 года, рыбачив на пруду вместе с отцом. Правление колхоза «Луна» разрешало ловить рыбу своим колхозникам только на удочку по воскресеньям и субботам. С сообщением о начале войны к нам прискакал на лошади посыльный – подросток из Верх-Четкерского сельсовета Тыловайского района. Он же сообщил, чтобы мы сегодня прибыли на митинг. Мы с отцом и братом Сеней присутствовали на нем. После выступления руководства района с большой впечетляющей речью, председатель сельсовета Печенкин вручил повестки трем возрастным группам мужчин, которые 23 июня должны были явиться в райвоенкомат для формирования воинского подразделения п поселке Шолья.

23 июня 1941 года в колхоз приехала комиссия из представителей райисполкома, военкомата и ветеринарной службы для проверки лошадей, пригодных для армии . Отправили более 20 лошадей, остались только больные и ограниченно трудоспособные кони. Мужчины ежедневно отправлялись на фронт. Запомнился плач жен, матерей и детей во время проводов, а вскоре и скорбных сообщений о гибели и ранениях их близких.

С этих дней и до окончания войны вся работа в колхозе легла на плечи женщин, стариков и детей – сенокос, вспашка паровых полей под озимые. Сено нужно было не только для животных своего колхоза, но и для поставки для нужд армии. Первосортное сено мы, подростки, возили на сенопункт на станции Кез за 55 км.. Работали по 16-18 часов в сутки, о выходных все военные годы не приходилось и думать.

Из-за отсутствия коней для заготовки кормов и доставки их к фермам использовались коровы, нередко впрягались в повозки и люди. Такой же была обстановка и во время уборочной зерновых и овощей.

Кроме этих тяжелых и неотложных работ в сельском хозяйстве, значительная часть рабочей силы колхозов была мобилизована на выполнение стратегической государственной задачи – строительства железной дороги Ижевск – Балезино. Я вместе с другими подростками работал на этой важной, секретной, в то время, стройке. Первый год, лето и осень нам был определен участок у деревни Прыч около станции Пастухово. Дистанция всей строящейся дороги была распределена по районам республики, а районы разделили участки по сельсоветам. Главным уполномоченным по Тыловайскому району был зам.предисполкома Суворов, уполномоченным по Верх-Четкерскому сельсовету Суслова Мария.

В летнее время проживали в шалашах, построенных из веток, бересты, лубка из коры ободранной липы. Шалаши в дождливую погоду протекали, приходилось сутками ходить в промокшей одежде. Мы подростки работали коновозчиками на подвозке грунта на полотно будущей железной дороги. Девушки, женщины и старушки вручную, лопатами грузили нам грунт на повозки.

Сильная нужда была в одежде и обуви. В теплую погоду ходили все босые, вплоть до октября месяца, даже когда уже были заморозки по утрам, мерзли ноги, но приходилось терпеть. Лапти для всех работающих от нашего сельсовета, более ста человек, плел один старик-инвалид гражданской войны Зорин В.. Но и эти лапти далеко не всем доставались, приходилось на ноги наматывать различное тряпье, которое тоже было в большом дефиците. В холода мы располагались в землянках, оборудованных самодельными буржуйками, часть людей расквартировалась в близлежащих деревнях.

Много было проблем в период этой стройки, но больше всего запомнился голод. Хлеба, если его можно было назвать хлебом, давали мало. В летнее время много потребляли различных трав, корений. Немного привозили из колхоза гороха и картошки. Мамы отрывали от себя и малолетних братишек и сестренок скудные запасы и немного посылали нам, в основном молоко, но оно быстро портилось. Овес, выдаваемый руководством стройки для фуража коней, нередко использовался на пропитание людей. Варили в ведре на костре длительное время, остужали, раскладывали по порциям в банки, котелки, кружки. Жевали, высасывая из него питательные вещества, а шкурки выплевывали. После такой пищи многие маялись животами.

От тяжелой работы и бескормицы пало много лошадей. Первый день мясо павшей лошади было для нас деликатесом, так как не было трупного запаха, но и в следующие дни порченое мясо все равно употребляли в пищу. На ветку нанизывали кусочки мяса и жарили на костре. Трупы лошадей обгрызали начисто, дол костей. Много рабочих умирало от различных болезней и особенно от грязной воды. Недалеко от наших шалашей протекала небольшая речка, которой мы пользовались для умывания, приготовления пищи и стирки одежды. Сильно страдали от вшей и чесотки, беспокоили грызуны.

Второй год работы на стройке, участок нам был определен около станции Лынга.

Шалаши и землянки нашего сельсовета были расположены на правом берегу речки около моста близ Лынги. За весь период работы на стройке я не видел ни одной машины, экскаватора, бульдозера и крана, ни одной железобетонной конструкции. Все делалось руками строителей. Все конструкции для мостов и других сооружений изготовлялись из древесины. Запомнился навсегда один случай, в котором я принимал участие вместе с восемью подростками из нашего сельсовета. Два трудармейца из г.Рязани и мы восемь подростков с нашими лошадьми поехали в лес за пихтовыми хлыстами для балок моста. Запрягли лошадей, привязали дерево веревками к гужам хомута. Нам, подросткам, с большим трудом удалось стянуть хлыст с места, чтобы лошади потянули одновременно. Рвались канаты, веревки и гужи хомутов. Мучительно, с большим трудом, доставили этот хлыст к Лынгинскому мосту, хотя расстояние от леса до моста было менее одного километра, а мы добирались целый день.

После окончания строительства железной дороги и пуска ее во временную эксплуатацию, началась лесозаготовительная эпопея в осенне-зимний сезон. По этой дороге надо было доставлять древесину на газовую станцию «Ижмаш».

Пришлось мне работать на заготовке древесины, вывозке ее на конях на железнодорожную станцию, погрузке в вагоны. Лесозаготовители нашего сельсовета располагались в деревнях: Колюшево, Карачум и Годакшур. Кроме древесины приходилось нам по железнодорожной станции вывозить черновые заготовки березовой болванки, ложи для винтовок и карабинов. Женщины, девушки и старики производили валку качественной березы и разделку на кряжи. Из этой березы прямо в лесу рабочие изготовляли заготовку ложи.

Проблемы с питанием, обувью и одеждой были те же, что и при строительстве железной дороги. От нашей деревни до лесозаготовительных пунктов было 45 км. В зимний период было очень трудно добираться до места работы с большим грузом. Сена и другого фуража для коней нужно было брать на две недели.

На лесозаготовительные работы из колхоза выделялось до десятка подвод и 10-15 лесорубов. Возникало много трудностей в вывозке древесины по заметенным глубоким снегом дорогам. Санный путь был шириной не более полутора метров и никем не расчищался от снега. В этих условиях разъехаться со встречным обозом было большой проблемой, порой доходило до серьезных трагедий. При разъездах ломались сани, рвалась сбруя лошадей, чаще всего ломались оглобли саней. Пытались их заменить вожжами, веревками. Не получалось. Сани тянуло с дороги в бок и воз опрокидывался. Хорошо, если это происходило в лесу или вблизи его, где можно вырубить из деревца оглоблю.

Вспоминается один случай. На улице 38 градусов мороза, в открытом поле, в полутора километрах от леса, вдвоем пришлось идти за оглоблей в этот лес по глубокому по пояс снегу. С большим трудом мы притащили оглобли через три часа. Оставшиеся нас ждать люди все перемерзли, мы же вышли из леса, как из бани.

Наше поколение людей было воспитано в экстремальных условиях жизни. Находили всегда выход, уважительно и заботливо, с пониманием относились друг к другу, всегда было взаимопонимание и доброжелательность.

При встрече двух саней уступает тот обоз, который идет порожняком или с малым грузом. Но и тут было правилом, не оставлять в беде тех, кто уступил дорогу. При разъезде, уступившему дорогу обозу всегда помогали выбраться, благодарили друг друга и с хорошим настроением двигались вперед.

Исключением является один неприятный эпизод. В поле, вблизи деревни Сеп Игринского района, в сильный мороз ехали мы на восьми подводах с большими возами сена и другого груза. Вместе с нами было пятнадцать девушек и женщин лесорубов. На встречу к нам порожняком ехал обоз на двух подводах. В санях сидели по четыре-пять подвыпивших подростков. Они с ходу подошли к нашей передней подводе и столкнули воз и лошадь в глубокий снег. Завязалась драка, но преимущество оказалось на нашей стороне и мы силой освободили для себя путь. Во время драки меня ударили палкой по голове, моментально появилась большая шишка. Пришлось одеть женскую шаль, а шапку отдать взамен женщине. Так, в шали, я ходил пять дней.

За работу в тылу в годы войны я получил медаль «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны».

Потом призвали на службу в Советскую Армию. С октября 1948 года по октябрь 1951 года служил в воздушно-десантных войсках в составе Прикарпатского военного округа в городах Шепетовка и Новгород Волынский.

После демобилизации с января 1952 года по июнь 1983 года служил в военизированной пожарной охране МВД УАССР на различных должностях. С 1962 по 1978 г.г. бессменно возглавлял третью пожарную часть по охране Ленинского района. Личному составу части с помощью строителей МВД удалось построить типовое здание пожарной части. В должности начальника пожарной части самого пожароопасного района г.Ижевска, проживал все эти годы при части, успевал выезжать на боевых автомобилях на все пожары в любое время суток.

С 1978 по 1983 г.г. служил начальником отдела службы и подготовки в аппарате УПО МВД УАССР.

В составе группировки пожарных Удмуртии в течение восемнадцати суток тушил лесные пожары в Красногорском и Селтинском районах.

После ухода в отставку на первом же партийном собрании домоуправления № 19 «Ижсталь» был избран заместителем секретаря партбюро. После роспуска КПСС бессменно работаю в Совете ветеранов УГПС, в 2003 году избран в третий раз председателем Совета ветеранов УГПС, два раза избирался членом Совета ветеранов МВД Удмуртской Республики.

Имею награды: орден «Знак Почета», медали «За отвагу на пожаре», «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина», «За безупречную службу» трех степеней, «50 лет Советской милиции», всего 7 медалей.

В.И.Тесленко

На Кекоранском перевале.

Приближается 60-летие великой Победы над фашисткой Германией. Далась победа народу очень и очень нелегко.

Героическое и трагическое пережили все: помнят о войне участники Отечественной войны, труженики тыла, ряды которых к сожалению редеют с каждым днем. Время берет свое…

Я, Тесленко Вера Ивановна, родилась в крестьянской семье 23 августа 1926 года. Отец рано умер от ран гражданской войны. В Великую Отечественную войну у нас в семье погибли три брата и племянник. Все тяготы военных и послевоенных лет легли на плечи

женщин, стариков, подростков и детей. Наряду с мужеством воинов они прикладывали огромные усилия для обеспечения фронта военной техникой, боеприпасами, продовольствием, выполняя эту непосильную для них работу без отдыха, при плохом питании.

Одной из примечательных страниц военной жизни Удмуртии является строительство железной дороги Ижевск – Балезино. Строительство дороги велось в основном силами стариков, подростков и детей.

Вот что написал об этом народный поэт Удмуртии Олег Поскребышев:

«Стою на откосе пологом,

И вижу – сквозь время в прищур

С названьем – Ижевск – Пибаньшур

Землянки. Телеги. Ухабы.

Клячонки. Лопаты. Дымки.

А возле – мальчонки да бабы,

Да словно пеньки - старики.

Как будто на память кто сыпнул

По краю растет лебеда,

Кто скажет, что ели тут сытно

Тот с нами здесь не был тогда.

И тянутся рельсы как повесть

Великих трудов и забот.

Кто скажет, что было легко здесь,

Тот снова жестоко солжет».

Каждое лето, после занятий, подростки и дети обязаны были выезжать на стройку. От Глазова до пункта назначения – Кекоран 143 км. За вереницей двуколок шли все мы эти 143 км, маленькие строители, пешком.

Кекоран – самый трудный на трассе участок строительства. Железную дорогу нужно было проложить через леса и болота. Рабочий день длился по 17-18 часов. На сон выпадало всего по 4-5 часов, под открытым небом, в шалашах из 2-3 еловых веток.

Трудности были огромные. Работали в основном вручную: носилки и лопаты, да конные подводы. Несмотря на это, к осени 1943 года было вывезено, вынесено на руках три миллиона кубометров земли. Построено 166 железнодорожных мостов, прорублено 80 км леса, вбито 4 тысячи свай. Ежедневно на стройке работало до двадцати тысяч человек, среди них парни и девчата: 14-16 лет – 1306 человек, 12-14 лет – 880 человек, 10-12 лет – 54 человека.

Память о днях строительства железной дорог отражена в музеях Республики. Замечательная панорама строительства этой дороги имеется в железнодорожной школе № 10 г. Ижевска, в музее «Гвоздика» в г.Глазове. В книгах «Народ на трассе» А.Карцева, «Родина , родина – ты это мы» - Костицыной, в книгах фигурирует и мое имя. В Кекоране, где все годы стройки висел мой портрет, как «стахановки стройки» установлен камень – памятник, посвященный строителям этой дороги.

В январе 2003 года вышла в свет книга комсорга стройки Кралиной Н.П., кандидата филологических наук, члена Союза писателей России «Дорога, ставшая судьбой».

Большой вклад внес народ Удмуртии в победу над фашизмом. Трудно было на фронте, но без трудового фронта – не было бы победы.

Прошли годы … В 1954 году я закончила Глазовский учительский институт и была направлена преподавателем русского языка и литературы в Карсовайскую среднюю школе. Неустроенность, послевоенный голод тянул домой к маме. Но дома семья, та же нужда. Проработав в Балезинском РОНО, выехала на учебу в Ижевское музыкальное училище. Это была мечта моего детства. Закончила 3 курса и вынуждена была устроиться на работу – стипендия в 50 рублей никак не устраивала. В 1974 году окончила Ижевский педагогический институт.

Стаж моей трудовой деятельности 51 год. С 1964-1982г.г. работала в МВД УАССР, в должности начальника детского приемника.В 1982 году ушла на пенсию.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Сусеков

  2. Имя, отчество: Петр Павлович

  3. Дата рождения: 13 сентября 1930 года.

Родился в деревне С.Поляна Шарканского района УАССР, в семье колхозников.

Образование высшее юридическое. В 1958 году окончил Московскую высшую школу МВД СССР. Работал начальником Юкаменского и Октябрьского райотделов милиции, заместителем начальника паспортного отдела и штаба МВД республики.

Ушел на заслуженный отдых в 1983 году.

П.П.Сусеков

В тылу, как на фронте.

Наша семья была большая. Учился я в сельской школе. Во время летних каникул приходилось работать в колхозе. Пахал и боронил землю на лошади, ездил верховым наездником. За лето зарабатывал до 100 трудодней, а это была весомая помощь для семьи.

В военное время, из-за отсутствия рабочей силы в колхозе, нас подростков направляли работать на разные виды работ, не считаясь с тем, можем ли мы выполнять такие работы. Так, в 1943-1944г.г. мне и другим подросткам пришлось перестраивать дорогу по Як-Бодьинскому тракту. Наш участок дороги был определен от пос.Селычка до пос. Канифольный. Жили мы кто в палатках, кто в землянках, построенных нами же. Хорошо, что время было летнее. Питание было очень плохое, а условия проживания еще хуже. В связи с этим было много случаев самовольных уходов с места работы, но они почти не удавались, так как нас охраняли. Лично мне приходилось дважды сбегать, но оба раза был пойман у деревни Бегешка всадниками, которые постоянно объезжали территорию и ловили беглецов.

Этот участок дороги нами был построен вовремя и сейчас, часто проезжая это место, я вспоминаю все, что здесь происходило.

За трудовое участие в военные годы, мне 16-летнему подростку, была вручена медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945г.г.».

После окончания учебы в школе, я был направлен на учебу в школу бухгалтеров и после ее окончания в течении трех лет работал счетоводом в колхозе.

В апреле 1950 года был призван в Советскую Армию. Службу проходил в ВМФ в городе Владивостоке, а с 1951 года в Китайской народно-демократической республике в городе Порт-Артуре.

В ноябре 1954 года демобилизовался и с января месяца 1955 года, по направлению Воткинского ГК КПСС, стал работать в Воткинском ГОВД, вначале участковым инспектором, инспектором ОБХСС, а затем начальником Юкаменского РОВД.

После объединения районов я вернулся в Воткинский ГОВД начальником ОБХСС, затем работал заместителем начальника ГОВД и в 1970 году был переведен в г. Ижевск на должность заместителя начальника Октябрьского РОВД. С 1975 по 1980г.г. работал начальником этого РОВД.

За период работы в МВД занимался оперативно-розыскной работой, реализацией групповых оперативных дел на лиц, занимающихся хищением, спекуляцией и другими злоупотреблениями. Участвовал в раскрытии преступлений по линии уголовного розыска и установлении лиц, скрывающихся от следствия.

Вот несколько примеров.

В Воткинском ДПО организованная группа преступников, в которую входили: председатель ДПО Вяткин, главный бухгалтер Пашкова и мастера, всего 5 человек, в течение года занимались хищением денежных средств, путем составления фиктивных документов на якобы выполненные работы. Указанной группой была похищена большая сумма денег. Во время реализации оперативного дела и проведения обысков только у председателя Вяткина из сейфа было изъято наличных денег новыми, после реформы, 5000 рублей.

После реализации этого оперативного дела, отделом БХСС МВД УР был издан обзор, а Вяткин нарсудом осужден к высшей мере наказания, но по кассационной жалобе высшая мера ему была заменена на 20 лет лишения свободы. Бухгалтер Пашкова была осуждена к 15 годам лишения свободы. Такой факт крупного хищения денежных средств для небольшого города Воткинска был огромным резонансом для населения.

После военных лет с предметами верхней одежды было трудно и поэтому определенная категория лиц, особенно женщины, занимались спекуляцией жакетами, платками и красивыми косынками, которые привозили и получали посылками из Узбекистана и Прибалтики. В результате оперативно-розыскной работы работникам ОБХСС удалось выявить и привлечь к уголовной ответственности с задержанием с поличным более десяти человек женщин, из них двоих из Прибалтики.

Были вскрыты факты хищений и злоупотреблений в системе общественного питания в столовой № 3, и городском торге.

Авторитет работников ОБХСС в городе был высоким, их уважали и часто обращались к нам по вопросам принятия мер по фактам хищений и спекуляции промышленными товарами.

Работники Октябрьского РОВД в г.Ижевске, раскрыли тогда ряд преступлений, которые требовали от работников милиции много времени, труда, личной инициативы и специальных знаний. Октябрьский район является в городе Ижевске центральным. На его территории находятся в основном все общественные места – парки, Набережная пруда, Центральная площадь, десять пионерских лагерей, где, особенно в летнее время, собирается большое количество населения.

Расскажу об одном примере, который стал характерным в деле предупреждения серьезного преступления.

В городке Металлургов проживали два родных брата «Н» в возрасте 22-х лет. На почве ревности, из-за девушки, у них возникли неприязненные взаимоотношения и они часто между собой в квартире устраивали драки с применением ножей. При очередной драке, вооружившись ножами, устроили настоящую резню.

По сообщению соседей о случившемся на место событий выехала опергруппа работников РОВД. Прибыв на место, в квартире мы увидели обоих братьев и девушку одного из них. У всех троих на руках и теле были серьезные ножевые раны. Одежда на них, стены в квартире и другие предметы также были в крови. Если бы оперативная группа милиции приехала на место происшествия чуть позднее, здесь было бы три трупа. Своевременное сообщение и быстрое реагирование на сообщения, всегда способствует раскрытию преступлений по горячим следам.

В 1980 году я был переведен на работу в центральный аппарат МВД УАССР, работал заместителем начальника паспортного отдела и заместителем начальника штаба МВД.

В 1983 году ушел на пенсию. Со дня организации ветеранской организации в системе МВД являюсь председателем первичной организации Совета ветеранов-пенсионеров штаба.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Мезрина

  2. Имя, отчество: Елизавета Ивановна

  3. Дата рождения: 5 сентября 1916 года.

Родилась в деревне Кайсингур-Тукля Увинского района. Закончила 7 классов. Основная специальность фрезеровщик. С 1934-1936гг.г работала фрезеровщиком за заводе № 74. 1937-1938г.г. – инструктор-информатор Ждановского райсовета, 1938-1939г.г. – счетовод горжилуправления. В 1939г. стала работать секретарем-машинисткой в ГАИ НКВД УАССР, 1942г. – паспортист в ГАИ НКВД УАССР. А с 1944г. опять стала секретарем машинисткой в ГАИ.

В 1993г. уволена с должности секретаря машинистки службы общественной безопасности МВД УР. Таким образом трудовой стаж составил 54 года. Дослужилась до звания младший лейтенант милиции.

4. Награды: медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945г.г.», «За боевые заслуги», грамоты, поощрения.

Е.И.Мезрина

Так мы жили перед войной.

Мне хочется немного рассказать о своем детстве.

Я родилась в деревне Кайсингур-Тукля Увинского района. Наша семья была большая: отец, мать и шестеро детей. Отец из крестьян, в детстве учился в православной церковной школе, где приобрел специальность «Модельщик по дереву».

Жизнь в деревне была тяжелая, земли было мало, урожаи были плохие. Я помню, как в пять лет ходила собирать дикий клевер, который рос на полях, около дорог. Его сушили, молотили, а затем пекли хлеб. Не то что есть, а смотреть на него было страшно, но голод пересиливал.

Отец часто уезжал по своей профессии на заработки в города Ижевск, Казань. В десятилетнем возрасте я уже хорошо познала нелегкую крестьянскую жизнь: летом гребла сено, дергала лен, научилась ткать крестьянское полотно. Но мне очень хотелось учиться, а мать все говорила: «Нужно прясть и учиться некогда». В 1927 году мать разрешила учиться один год. Школа находилась от нашей деревни в 4-х километрах, ходили пешком, на ногах лапти с подковами для того, чтобы не промокали ноги и лапти подольше носились. Из одежды нам покупали мало, все шилось из домотканого полотна. Ботинки до приезда в Ижевск я никогда не носила.

В 1929 году мы переехали в Ижевск. Я снова пошла в первый класс, потому что в деревне учили плохо. Закончила 5 классов, пошла в школу ФЗУ на фрезеровщицу. Закончив ее, я работала в ствольной мастерской на 2-х станках. За высокие показатели в труде, коллектив меня избрал депутатом в районный Совет. В 1936 году городской Совет посылает меня в г. Глазов на годичные курсы при Доме ВЦИК. Окончив курсы, стала работать при Ждановском райисполкоме, проработала два года и взяла расчет.

В Государственную автомобильную инспекцию поступила 21 декабря 1939 года, тут и застала меня Отечественная война. Мы в этот день со своими сослуживцами отдыхали в парке им.Кирова. Узнав о случившемся, мы сразу поехали в отдел ГАИ. Начальник ГАИ Поздеев А.П. был уже на месте, он дал всем указание, кому что делать и чем заниматься. Все были до предела возмущены фашистами, начавшими войну. Стали заниматься проверкой автотранспорта для отправки на фронт; возвращали права водителям, ранее лишенных прав. Оформляли и допускали к сдаче экзаменов на управление автомобилем без учебы. Много было и другой работы. Работали мы по 15 и более часов, с небольшим перерывом на обед.

Время шло, война продолжалась. Комсомол министерства внутренних дел был всегда впереди. Нам было поручено сшить каждому по 50 штук кисетов, собрать теплые вещи для солдат.

Трудное было время.

Справочная карточка именной картотеки.

Фото

  1. Фамилия: Береснев

  2. Имя, отчество: Аркадий Иванович

  3. Дата рождения: 9 августа 1925 года.

Родился в деревне Малые Ошманцы Селтинского района УАССР.

Работал с 1940-1941г.г. счетоводом колхоза им. В.И.Ленина Селтинского района, 1941-1942г.г. станочником завода № 74, в 1942г. – председателем колхоза им. Ленина, с 1946г. – в Селтинской инспекции. В 1948г. назначен заместителем начальника Селтинского РОМ.

С 1949-1951г.г. был начальником милиции Селтинского РОМ. В 1951 г. направлен на учебу во Львовскую школу милиции. С сентября 1954г. – Воткинский городской отдел милиции, начальник паспортного стола. С 1955г. – Воткинский РОМ, зам. начальника отдела БХСС. С 1957-1968г.г. зам. начальника по оперативной работе Воткинского ГОМ. С 1968-1972г.г. зам. начальника отдела милиции № 128 СЧ ГУМ. С 1973 года начальник Воткинского горотдела милиции.

В 1977 г. уволен по состоянию здоровья.

А.И.Береснев.

Вместе с фронтовиками.

В органы внутренних дел я пришел после демобилизации из рядов Советской Армии, 24 мая 1946 года был принят на должность инспектора исправительно-трудовых работ Селтинского РО МВД. Проработав на этой должности до августа того же года, был переведен на должность участкового уполномоченного.

Руководителем районного отделения МВД был капитан Самолысов А.С., его заместителем по милиции Ясонов С.Я.. Они встретили меня доброжелательно, относились с большим вниманием и учили основам работы в органах с исключительным тактом. Капитан Самолысов, имел практический опыт работы в органах, личный состав относился к нему с большим уважением.

Лейтенант милиции Ясонов С.Я. имел специальное среднее образование, окончил финансовый техникум. Обладая большой работоспособностью, он постоянно заботился о качестве оперативно-розыскной работы, лично сам вел работу по линии ОБХСС, постоянно учил участковых уполномоченных основам работы с подсобными силами и специальным аппаратом.

Мне особо запомнилась организация дела по преступной группе работников страховой инспекции, которые оформляли документы по страхованию несуществующего скота, затем составляли акты на падеж его с участием ветработников и получали значительные суммы, которые присваивали.

Ясонов С.Я. был требовательным руководителем, но всегда внимателен к нуждам подчиненных, проявлял о них заботу. При карточной системе в 1946-1947г.г. мы молодежь, хлебные карточки отоваривали на 4-5 дней вперед. В результате по 3-4 дня жили без хлеба, ели одну картошку. От недоедания слабело здоровье. Однажды, придя на работу вечером я, сидя в кабинете, не увидел света, потерял зрение. В это время в кабинет зашел Ясонов, увидев меня в таком состоянии он вышел из кабинета и через некоторое время принес полчетверти молока и полбуханки хлеба, отправил меня домой вместе с начальником паспортного стола Ситяжкиным П.М.. Мы с ним пришли домой и все это съели, легли спать. Утром встали здоровыми.

С Ясоновым мне пришлось проработать всего около двух лет. В марте 1948г. его назначили заместителем начальника Игринского РО МВД. Приемником Ясонова С.Я. на должности заместителя начальника Селтинского РО МВД стал я. Мне было 22 года, я не имел необходимых знаний, опыта руководства и оперативно-розыскной работы. Несмотря на мое сопротивление, пришлось принять дела. Опытные сотрудники восприняли мое назначение с настороженностью, некоторые откровенно высказывали недовольство. Так началась моя работа на новой должности, где я отработал свыше шести лет.

В Селтинском РО МВД, а затем МГБ (в 1949г. милиция перешла в подчинение МГБ) мне пришлось учиться работать самому и учить своих товарищей. Я продолжал помимо общего руководства милицией, вести работу по линии ОБХСС. Тогда были вскрыты крупные хищения в Селтинском леспромхозе. Группа расхитителей в количестве 13 человек, во главе с главным бухгалтером, путем выписки нарядов на производство работ на вымышленные фамилии, получила и присвоила 74 тысячи рублей. За совершение преступления участники этой преступной группы были осуждены Верховным Судом УАССР к различным мерам наказания.

В это же время было вскрыто хищение 18 тонн зерна. На Увинской базе «Заготзерно» некая «Д» похитила три экземпляра чистых бланков государственных квитанций. Войдя в преступную связь с руководителями колхозов она выписала эти квитанции на 18 тонн зерна, как принятое на «Заготзерно» в счет выполнения плана, за что получила в виде взятки 900 кг зерна. Уголовное дело на группу 12 человек рассматривал Верховный Суд, виновных также приговорил к различным срокам наказания. Немало было и других дел.

Работая в Селтах, я уделял особое внимание обучению кадров на практических делах в раскрытии преступлений. Опора в работе была исключительно на участковых уполномоченных.

В аппарат Селтинской милиции были приняты участники Великой Отечественной войны Дюпин В.П. и Головизнин А.И.. Это были люди, прошедшие ужасы войны, отслужившие в рядах Советской Армии по семь-восемь лет. Они активно включились в работу по борьбе с преступностью, проявляли исключительную добросовестность в исполнении возложенных обязанностей, в обращении с гражданами были вежливы и тактичны. Помню, в одной из деревень, на участке Дюпина В.П., из дома была совершена кража вещей. Это было весной. Виктор Павлович ночью, с членами бригадмила, выехал по следам преступников и задержал их уже в Кировской области. Возвратив вещи потерпевшим, провел расследование и преступники получили по заслугам. В период моей учебы во Львовской школе, Дюпин выполнял обязанности начальника милиции. Головизнин А.И. работал оперуполномоченным ОБХСС. Впоследствии эти скромные труженики стали руководителями: Дюпин – начальником Кизнерского РОВД, Головизнин – начальником Селтинского РОВД.

В сентябре 1954 года я пришел в коллектив Воткинского ОВД, которым руководил капитан милиции В.А.Николаев. Вначале я работал начальником паспортного отдела, а в феврале 1955 года был назначен начальником ОБХСС. Из пяти сотрудников ОБХСС лишь трое имели какой-то опыт работы. При приеме дел я обратил внимание на красиво оформленные дела. Но когда стал вопрос о реализации, их пришлось прекратить, так как оперативные материалы не проверялись и не были задокументированы. В результате был допущен брак в оперативно-розыскной работе. Пришлось перед руководством ОВД поставить вопрос о перестановке кадров отделения БХСС. В коллектив отделения был принят участковый уполномоченный Сусеков П.П., который проявил активность в познании основ оперативно-розыскной работы и естественно добивался определенных показателей в работе. Вскоре он был выдвинут на должность начальника Юкаменского РОМ. В мае 1957 года, меня назначили заместителем начальника Воткинского ГОМ по оперативной работе. После ликвидации Старо-Зятцинского и Юкаменского районов в отдел прибыл Караваев Е.С., вернулся Сусеков П.П.. Первый был назначен начальником ОБХСС, второй заместителем начальника ОВД по службе. Мне также пришлось работать с заместителем начальника ОВД Беляевым Н.Я., который позднее был назначен начальником Сарапульского ГОВД, а перед уходом на пенсию работал начальником ИТК-5.

Работа Беляева в Воткинске по руководству участковыми уполномоченными и всех подразделений наружной службы, а также постоянная связь с трудовыми коллективами, общественными организациями и гражданами вызывала у меня восхищение. Его организаторская работа была примером для других руководителей.

В Воткинском ОВД за время моей работы было много интересных дел по линии БХСС и тяжких преступлений по линии уголовного розыска. Однако главное внимание с моей стороны обращалось на воспитание кадров, привитие им высокой культуры, физического и интеллектуального развития, знание основ оперативно-розыскной работы, при строгом соблюдении социалистической законности. В результате в коллективе выросли настоящие специалисты своего дела. Чунарев С.В. стал начальником Устиновского РОВД полковником милиции; Пухов Д.И. – стал лучшим оперативником уголовного розыска министерства, Замятин В.А. – вырос до заместителя начальника ОИТУ, полковника внутренней службы, Сусеков П.П. – бывший начальник Октябрьского РОВД, позднее стал заместителем начальника штаба МВД УАССР, Караваев Е.С., ушедший из милиции в связи с избранием заместителем председателя исполкома Воткинского райсовета, стал председателем райисполкома, а позднее был назначен председателем государственного комитета УАССР по ценам. Исключительным оперативным чутьем обладал начальник отделения уголовного розыска Шутов Е.Ф.. Большим уважением и авторитетом среди трудящихся пользовался Пчелин Б.И.. Подавляющее число преступлений раскрывались им лично. Все жители участка обращались к нему, называя только по имени отчеству.

Следует отметить высокие профессиональные качества работающих в Воткинском ГОВД:: Кочнева Л.Л. на должности начальника следственного отделения проработала свыше 20 лет. Руководимое ею отделение среди родственных подразделений занимало в основном первые места. Вместе с ней работали Пухова Н.Г., Ошарова С.В.. Эти женщины-матери, отдающие себя службе народу, наравне с мужчинами выполняли это далеко не женское дело.

В августе 1968 года меня перевели на должность заместителя начальника ОВД № 4 МВД УАССР, где начальником был Перевозчиков А.С.. Коллектив отделения принял меня доброжелательно. В этом подразделении проработал до 1973 года. По просьбе руководителей Горкома и исполкома Горсовета меня вернули в коллектив горотдела внутренних дел. Я был назначен начальником отдела. Большую заботу мы проявляли о рядовых милиционерах. За 1973-1974г.г. исполком горсовета выделил отделу для сотрудников 19 квартир. В результате вопрос с жильем для милиционеров был в основном решен. Отрегулировали вопрос и с физической и служебной подготовкой личного состава. Коллектив ГОВД был активным участником в соревнованиях по милицейскому многоборью среди отделов внутренних дел республики. Были приняты меры к укреплению дисциплины среди личного состава, активизации работы по борьбе с преступностью, усилили связи с трудовыми коллективами, общественными организациями и добровольными формированиями, а также улучшили оперативно-розыскную работу во взаимодействии с оперативными подразделениями ОИТУ. Все это положительно сказалось на раскрываемости преступлений. Стал повышаться авторитет милиции.

Однако, 31 января 1975 года случилась беда: во время несения патрульной службы были убиты два милиционера. При раскрытии преступления оперативно-начальствующий состав находился, по существу, на казарменном положении. Работали очень напряженно. Лишь в июне 1975 года появились первые проблески в раскрытии этого тяжкого преступления. 5 июля 1975 года был арестован подозреваемый в убийстве старший оперуполномоченный ОУР нашего отдела Аглямов. Преступление было раскрыто силами сотрудников уголовного розыска отдела внутренних дел и МВД УАССР с применением оперативно-технических средств. Верховным судом преступник был приговорен к расстрелу. По помилованию исключительная мера наказания была заменена 15 годами лишения свободы.

Это событие явилось для меня очень тяжелым. В 1977 году я ушел на пенсию по состоянию здоровья, выслужив 31 год в милиции.

За четыре десятилетия работы в милиции я работал с 4-я начальниками. Все они были разными по характерам, но преданными нашему делу. Высокую оценку я даю руководителям МВД, заместителям министра Задорину В.Н., Санникову Г.С., Подлинных В.П., Заппарову Р.Н., Дмитриеву С.Д., которые с вниманием и большим уважением относились к подчиненным и лично ко мне.

Большим уважением пользовался бывший министр внутренних дел УАССР генерал-майор милиции Желнов И.А..

Многих из них уже нет с нами.

С большим уважением относился и отношусь к своим товарищам по службе и искренне желаю им успехов в работе.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Рябов

  2. Имя, отчество: Михаил Сергеевич.

  3. Дата рождения: 27 января 1929 года.

Родился в деревне Ельцы Сюмсинского района УАССР. Образование высшее, в 1963 году закончил Казанский государственный университет. С 1960-1963г.г. работал в Сюмсинском РОВД старшим оперуполномоченным уголовного розыска. С 1963-1984г.г. работал в следственных отделениях г. Ижевска Октябрьском и Индустриальном РОВД, в следственном управлении МВД УАССР.

В 1984 году уволен по болезни в звании подполковник милиции.

4. Награды: медали «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны», «За безупречную службу» трех степеней, поощрения, грамоты, благодарности.

М.С.Рябов.

В поисках истины.

Родился я в Сюмсинском районе в русской деревне. Отец мой, ветеринарный фельдшер, получил назначение для работы в Гажинский сельский Совет, самый крупный в районе. В этой удмуртской деревне я прожил 10 лет, закончил 7 классов. Летом работал в колхозе: пас лошадей, пахал землю, убирал выращенный урожай, сдавал зерно государству. Мне тогда было лет 12-15. Шла страшная Великая Отечественная война.

Первая моя профессия – ветеринарный фельдшер. В 1947 году я закончил Можгинский ветеринарный техникум и для работы был направлен в Свердловскую область и назначен на должность врача. В районе, где я стал работать, не было ни одного врача и ни одного фельдшера со средним образованием. В течение года я работал здесь днем и ночью, народ и животные не виноваты же в том, что край их был такой отсталый. Последние полтора года, до призыва в Армию, работал ветфельдшером в родном районе Удмуртии.

В 1949 году меня призвали на службу в Советскую Армию. В октябре 1952 года я успешно закончил военное училище, мне присвоено воинское звание – лейтенант. Получил специальность – офицера специальной связи. Уехал служить на Дальний Восток – Сахалин, затем Курильские острова. Служба мне очень нравилась.

С приходом к власти Хрущева Н.С. и увольнением Жукова с поста министра обороны, жизнь военных резко изменилась. Увольнялись из Армии отличные офицеры – фронтовики, не дослужившие до пенсии 1-2 года, с возмущением и слезами, никто не имел гражданской специальности. Чтобы не постигла меня такая же учесть, с согласия моего начальника штаба, ушел из Армии, прослужив 10 лет.

В январе 1957 года я прибыл к военкому Сюмсинского райвоенкомата, чтоб встать на воинский учет. После доклада, военком спросил, почему я долго ехал с Курил, что я ему нужен как военрук в среднюю школу. Я, поняв, что мои военные знания востребованы, дал согласие. Кильмезская средняя школа – учителя и учащиеся меня приняли хорошо. В этом же году поступил учиться заочно на юрфак Казанского университета.

В июне 1960 года у меня появилась четвертая профессия. После окончания 3-го курса юрфака, по направлению партии (такой порядок был тогда) я был принят на работу в МВД УАССР и назначен старшим оперуполномоченным уголовного розыска Сюмсинского РОМ. Начальником Сюмсинского РОМ был Губин В.В., замечательный человек, отличный учитель, хороший товарищ, с неиссякаемой энергией в работе, знающий в совершенстве оперативную и следственную работу.

Мне, а также участковому уполномоченному Иванову И.Д. и старшине Артемьеву И.А. выпала доля обслуживать Сюрекский леспромхоз, самое крупное предприятие в районе – пять рабочих поселков и три колхоза.

Начальник РОМ Губин В.В. предложил мне изучить все уголовные дела прошлых лет, оставшиеся нераскрытыми, затем отобрать наиболее перспективные, составить планы работы, приступить к расследованию и установлению преступников. Однако жизнь не стояла на месте, приходилось заниматься раскрытием и вновь совершенных преступлений, а их было немало.

Из ранее совершенных преступлений, я выбрал пять уголовных дел, которые в течение пяти лет считались нераскрытыми, хотя по ним была проделана огромная оперативная и следственная работа. О двух уголовных делах расскажу поподробнее.

В 1955 году из смешанного магазина ОРСа в пос.Ермак была совершена кража денег в сумме 18 тысяч рублей. В то время это была крупная сумма, на них можно было купить шесть мотоциклов ИЖ-49. Преступник выставил раму из окна магазина, однако оконный проем был оборудован металлической решеткой и проникнуть в магазин он не смог. С помощью пожарного багра с длинным деревянным шестом ему удалось из под прилавка магазина подтянуть сумку с деньгами к окну, взять их и скрыться.

Сотрудниками милиции был проведен осмотр места происшествия, выявлены и изъяты отпечатки пальцев, установлен и задержан подозреваемый – рабочий поселка. Допрошенный, он в краже не признался. В его доме был проведен обыск, но ничего не обнаружено. Отпечатки пальцев исследованы в НТО МВД, но принадлежали они продавщице магазина. Подозреваемого мужчину отпустили. Позднее, он в этом же поселке совершил кражу, был осужден и направлен отбывать наказание в ИТК-4 г.Ижевска.

После длительной и кропотливой оперативной работы мною и оперативниками колонии было установлено, что именно этот человек совершил кражу. Но оперативные мероприятия к делу не подошьешь. Упущены свидетели, которые могли бы подтвердить кражу. У осужденного в поселке проживала сестра и ее муж, Юрий. Через некоторое время оперативным путем я установил, что Юрий знает о том, что кражу денег совершил наш подозреваемый. Стало известно, что после кражи, с похищенными деньгами он пришел к нему на квартиру и показывал деньги.

Посоветовавшись с начальником РОМ Губиным, мы решили не спешить с допросом Юрия, нужно его подготовить. Решили, что я должен чаще встречаться с ним, в беседах разъяснять ему, что за ранее совершенное преступление может быть предъявлен только иск за похищенное. При очередном моем дежурстве в РОМ, пригласили Юрия в райотдел. После первой, предметной беседы в кабинете начальника, Юрий стал грустным, замолчал. Мы вновь ему разъяснили требования закона о возмещении похищенного. Наступал вечер, мы с Юрой сидели в дежурной комнате, он курил и со злостью бросал окурки в урну, выходил на улицу. Потом он зашел ко мне и спрашивает: - «У себя ли начальник ?. Идемте, я вам все расскажу». Во время допроса Юрий полностью подтвердил уже установленные оперативным путем факты, только не мог рассказать, где подозреваемый хранил похищенные деньги. Юрий заявил при допросе, что он подтвердит свои показания при очной ставке. Через некоторое время осужденный был этапирован из ИТК-4 в с.Сюмси. Он оказалася здоровенным, молодым парнем, веселым, не догадывающимся с какой целью его этапировали. На очной ставке осужденный стал обнимать Юрия, но Юра очень культурно все прервал и сообщил ему, что все рассказал о той краже и о деньгах, с которыми тот был у него в квартире. Вскоре и сам подозреваемый рассказал, что когда Юрий выгнал его из своей квартиры, он пошел домой, разобрал переднее колесо стоявшего мотоцикла и деньги спрятал в покрышку этого колеса. При обыске работники милиции сидели на этом мотоцикле, но не догадались, что деньги могут быть спрятаны в колесе.

В том же, 1955 году, из промтоварного магазина Райпо, расположенного в поселке Кильмезь была совершена кража товарно-материальных ценностей на крупную сумму. Работниками милиции и РОВД была проделана большая работа. Задержали подозреваемого, ранее судимого человека. Тот причастность к краже отрицал, а главное не было обнаружено похищенное. Было установлено, что задержанный после кражи на поезде уезжал в сторону г.Ижевска, поэтому предположили что похищенное где-то спрятано. После освобождения из РОВД подозреваемый вновь выехал на поезде в сторону г.Ижевска. Нелегально сопровождать его поручили молодому работнику Юрию В. В г.Ижевске на железнодорожном вокзале Юрий «передал» его сотрудникам милиции в штатском. Однако тот ушел от наружного наблюдения.

В результате дополнительной работы по делу, оперативным путем мне удалось установить одну свидетельницу, которая в ночь кражи возвращалась с железнодорожной станции Кильмезь домой. Навстречу ей шел мужчина с громадным тюком на плече. Она очень внимательно разглядела лицо и способна опознать мужчину. К этому времени подозреваемый уже отбывал наказание в местах лишения свободы Оренбургской области. Удалось достать его фотографию, на которой свидетельница уверенно его опознала. Он был этапирован в г.Ижевск.

Начальник отдела уголовного розыска МВД подполковник Задорин В.Н. поручил старшему оперуполномоченному Ившину провести опознание. Нами были приглашены два человека опознаваемых и два свидетеля. Подозреваемого посадили рядом с двумя опознаваемыми. Пишу так подробно потому, что свидетельница отмочила непредвиденное, повергла всех в шок, даже самого подозреваемого.

Я привел свидетельницу в кабинет, где проводили опознание. Ившин показывает ей на стул, но она не села, подошла к подозреваемому и показывая на него сказала: «Нет, это не он». Гробовое молчание. Всем стало ясно, что свидетельница из всех троих сразу опознала его. Позднее, я установил, что перед отъездом в г.Ижевск соседи напутствовали ее, просили отказаться от опознания, ссылаясь на то, что он потом может ее убить.

О случившемся мы доложили подполковнику Задорину В.Н. Он спокойно выслушал и приказал оставить дело в МВД. Позднее, я узнал, что расследование данного дела успешно завершил майор Шаронов Н.С..

30 апреля 1961 года вечером, у себя дома, я готовил ружье, чтобы на заре с другом сходить на охоту. На дворе было еще темно, когда к дому подошла грузовая машина. Из кузова знакомый мне пожилой мужчина крикнул: «Мастера Охлопкова убили, везу труп в морг». Я быстро оделся. Осмотрел труп, у которого было перерезано горло, до позвоночника. Жестокое преступление. На пожарной машине с милиционером Артемьевым И.А. мы поехали в п.Жаринская, где произошло убийство.

В этот праздничный день, 30 апреля, в местном клубе лесного поселка проходили торжества – доклад, концерт. На концерте были почти все взрослые и дети поселка. Мастер Охлопков, никого не предупредив, вышел из клуба на крыльцо и больше в клуб не вернулся. Кто-то за Охлопковым вышел на крыльцо, обнаружил окровавленный труп, началась суматоха, крики. Убийцу никто не видел, орудия преступления на месте нет.

В конторе встретились с начальником участка Чекмаревым Г.Е., уважаемым человеком. Мы попросили его вспомнить, кто был в клубе и кто отсутствовал. Он сидел в президиуме и видел всех сидящих. Чекмарев назвал фамилию Шмыкова Н., которого в клубе не видел, хотя его жена была там.

Шмыкова я знал хорошо, не судимый, но дерзкий парень. Знал так же, что пока Шмыков служил в армии, его знакомая девушка вышла замуж за Охлопкова. После этого прошло много лет, оба женаты, Шмыков - подчиненный Охлопкова. Неужели месть за старое ? Допросив еще несколько человек, мы пришли к выводу, что надо встретиться со Шмыковым.

В его квартире горел свет, они были дома. Посоветовавшись с милиционером Артемьевым, бывшим фронтовиком, решили, что он заходит в квартиру, а я в полной боевой готовности стою у окна. Артемьев зашел в квартиру, Шмыков встал с кровати, милиционер сказал: «Коля, идем в контору, Рябов с тобой хочет поговорить». В конторе я допросил Шмыкова. Он заявил, что в клубе он не был, готовился к рыбалке и никакого преступления, а тем более убийства не совершал. Провел осмотр его одежды, никаких следов. Утром, 1 мая, в квартире Шмыкова провел обыск, под полом, в сенях, нашел два ножа (заготовки) без следов крови.

Мы были уверены, что убийство совершил Шмыков. Нам нужен был нож, самое главное вещественное доказательство. Я договорился с учителем начальной школы, вывел всех учеников, построил в одну шеренгу и так мы, в поисках ножа, прочесали весь поселок и прилегающий лес. Шмыков был задержан, отправлен в КПЗ.

По дороге случилось непредвиденное. Шмыкова из КПЗ райотдела повезли на станцию Сюрек для этапирования в следственный изолятор. Доставляли на открытой грузовой машине в сопровождении трех милиционеров. Когда машина заехала в лес, Шмыков на полном ходу выпрыгнул из машины и стал удаляться в лес. Машину резко остановили, милиционер Артемьев крикнул: «Коля, вернись, увижу, что ползешь – застрелю». Шмыков встал, поднял руки, залез в машину и поехали дальше.

Второго мая мы продолжили поиск ножа.. Во второй половине дня, не спавший две ночи, я решил съездить домой, побриться. Однако, через несколько часов позвонил начальник участка Чекмарев и сообщил, что нож нашли и он выставил охрану.

В этот день жена Шмыкова, работавшая продавцом в поселке, решила выпустить из стойки принадлежащую им свинью на участок, где обычно сажают картофель. Каково же было ее удивление, когда животное сразу у деревянного столба калитки стало рыть яму и вырыло нож. Она о находке сообщила Чекмареву. Нож был мною изъят, осмотрен, упакован и отправлен в РОВД. Длина ножа с рукояткой 47 сантиметров. На лезвии ножа следы крови и земли. Я по телефону сообщил в РОВД, что нож нашли. После этого звонка мне сообщили, что Шмыков во всем признался.

Шмыков был осужден, приговорен к высшей мере наказания.

В одно из воскресений не установленным преступником была совершена кража денег из кассы столовой в п.Кильмезь. Осмотр места происшествия показал следующее. Рабочая столовая имела три двери: рабочая, для посетителей, пожарная за ширмой и третья на кухне. Две первые закрывались на внутренний замок, последняя – на крючок из кухни. Как считали все, опытный преступник, после окончания работы столовой остался за ширмой у пожарной двери, а когда все ушли – ограбил кассу. Исчез через дверь кухни. Не успели мы разобраться с этим преступлением, как на следующее воскресенье вновь таким же способом была совершена новая кража денег из этой же столовой. Я сделал вывод, что кто-то издевается над милицией. Я провел более внимательный осмотр места происшествия. В помещении кассы, на стекле окошечка, был обнаружен и изъят очень маленький, явно детский, отпечаток пальца.

В средней школе, с помощью директора и учителей установили ребят, кто на их взгляд мог совершить кражу. Я изъял у них отпечатки пальцев. Даже предложили изъять отпечатки пальцев у десятилетней девочки Кати. Отправили отпечатки пальцев в НТО МВД. Через несколько дней пришел ответ, что отпечатки пальцев, изъятые с места происшествия, принадлежат ей.

При беседе с Катей, в присутствии мамы, я спросил ее, целы ли деньги, которые она взяла в кассе столовой. Девочка ответила, что целы, она их спрятала у магазина, показала это место, и мы деньги изъяли. Мама плакала, а мы удивлялись, как ребенок на такое решился. Как додумался ?

Однажды обедаю дома, мой отец забежал в дом и говорит: «Посмотри в окно». На улице, перед окнами моего дома стоял пьяный мужчина, без рубашки, с топором в руке и ругался в мой адрес. Пригляделся, узнал – рабочий леспромхоза, не судимый, ни разу не бывал в милиции. Проходивший по улице мужчина, подошел к пьянице, покрутил пальцем у виска, что-то с ним переговорил и они ушли. Я стал думать, кто его послал с топором, сам бы он на это не пошел. Вспомнил, его соседа Потапова, шесть раз судимого, которому видимо не понравилось, что я за ним наблюдаю. На следующий день милиционер Артемьев И.А. увез к прокурору района непрошеного «гостя» с моим рапортом. Часа через три прокурор позвонил мне и спросил: «Что будем делать, твой «гость» ползает у меня в кабинете на коленях, просит прощения». Я ответил прокурору, что прощаю «гостя».

За Потаповым было удвоено наблюдение. Через два месяца он продал дом, уехал в Казахстан. Я установил, куда конкретно и за подписью начальника направил туда сообщение, чтобы присмотрели за ним.

Читатель может подумать, что я такой мстительный, но кто грозит представителю власти, тот должен нести ответственность.

Я попросил начальника РОВД Губина, чтобы он разрешил мне обслуживать мою зону не только по линии уголовного розыска, но и по линии БХСС. Начальник дал добро. У меня появилось больше помощников.

Однажды оперативным путем я установил, что у продавца в магазине райпотребсоюза, расположенного в п.Кильмезь, выявилась недостача и что она вынашивает план сжечь магазин. На следующий день я встретился с депутатом поселкового совета и бывшим бухгалтером ОРСа и попросил их провести ревизию в магазине. Придя в магазин, мы объявили продавцу, что намерены провести полную ревизию. Продавец возмутилась, закричала: «Не пущу, у меня все в порядке». Но видя, что я не обращаю на это внимание, она успокоилась, вышла из-за прилавка и стала помогать ревизорам.

В результате ревизии была выявлена недостача более 15 тысяч рублей. Было возбуждено уголовное дело. Прокурор дал санкцию на обыск в квартире. В целях возмещения ущерба я описал у нее имущество, а некоторые вещи даже увез на машине и сдал для хранения на базу ОРСа. Помогали мне при этом понятые. Для продавца это был шок, магазин опечатали и она там больше не работала. Уголовное дело передали прокурору для дальнейшего рассмотрения.

Подобным образом я ревизировал не только этот магазин. Все понимали – милиция не дремлет, наводит порядок.

После окончания юрфака, 6 июля 1963 года, меня назначили старшим следователем Октябрьского РОВД г.Ижевска. Начальником РОВД был Санников Г.С..

Следственные подразделения только создавались, хотя указ об их образовании был издан еще в 1961 году, тогда же были приняты новые кодексы – УК и УПК.

Работая в уголовном розыске, я набрался определенного опыта, все это пригодилось на новой работе. Я понял, что в уголовном розыске я отвечал за раскрытие преступления, задержание преступника, а следователю нужно еще довести дело до суда, обеспечить неотвратимость наказания, собрать материалы так, чтобы суд не возвратил дело за недоказанностью. Самое главное было – обеспечить обоснованность возбуждения уголовного дела, законность задержания и ареста. А ошибки в работе были…

Один пример. Главный врач участковой больницы сообщил, что к ним из пос.Жаринская доставлена избитая гражданка. Я поехал в больницу. На койке лежала женщина, голова и лицо ее были настолько избиты, что не видно ни глаз, ни носа, ни рта. На мой вопрос, кто тебя так, она еле слышно проговорила: «Муж». Спрашиваю «За что?», отвечает: «Был пьяный». Допросил с трудом. Мужа задержал, допросил. Он признался, что избил поленом, о причине молчал. Возбудил уголовное дело по факту нанесения тяжких телесных повреждений и дело для расследования передал следователю прокуратуры. Месяца через два судья Шабалин В.В. звонит мне по телефону и просит зайти в суд. В 10 часов слушается дело по факту нанесения телесных повреждений этой гражданке. Шабалин зачитывает обвинительное заключение по факту нанесения не тяжких, а легких телесных повреждений. Тут я вспомнил, что я не провел даже судебно-медицинской экспертизы. Можно ждать еще худшего по делу. Допрашивают обвиняемого: он во всем признался, сказал, что избил за то, что она постоянно ему изменяет, воспитанием детей не занимается. Зачитывается приговор, обвиняемый признан виновным в нанесении легких телесных повреждений, срок в течении которого он находился под арестом считать наказанием и из под стражи освободить в зале суда. Вот это да ! Никакого определения в адрес милиции и следователя ! Я понял, что судья и следователь договорились, устроили мне экзамен. Напоследок сказали: «Ты молодой, надо учиться». Вот так нас и учили.

В 1964 году из Октябрьского РОВД Санников Г.С. ушел в МВД на повышение, в конце 1964 года ушел от нас в СО МВД Упшинский В.В., меня назначили начальником следственного отделения.

В следственном отделении было всего 5 человек, но они справлялись с возложенными обязанностями. Было организовано дежурство следователей, выезд на все происшествия, постепенно вводили специализацию при расследовании уголовных дел. Привлекались следователи и для охраны общественного порядка.

Наибольшую сложность при расследовании дел нам доставляли дела о дорожно-транспортных происшествиях. Не из-за сложности, а из-за отсутствия квалифицированных экспертов. На экспертизу уголовные дела возили сами в г.Казань. У меня лично появилась еще одна дополнительная нагрузка – коммунисты избрали секретарем парторганизации.

За неполные девять лет, что я работал в следственном отделении Октябрьского РОВД, сменилось много следователей, некоторые уходили с повышением. Вскоре и министр МВД Овсянкин покинул Удмуртию. Вместо него приехал полковник Мануковский Н.И.

Продолжаем расследование уголовных дел. Хочется сказать несколько добрых слов в адрес майора милиции Нургалеева М.. Начальник отделения МВД по борьбе с карманными кражами, он со своими товарищами всегда оказывался в нужное время, в нужном месте. Только собираешься уходить домой после окончания рабочего времени, как Нургалеев появляется в райотделе милиции с задержанным преступником, с потерпевшей, обычно женщиной и обязательно со свидетелями.

Однажды моя супруга предупредила, что идет дежурить в детясли и просила забрать сына из детского садика МВД. В конце рабочего дня появился Нургалеев с задержанным, потерпевшей, свидетелями. Все было оформлено. Но задержанный, москвич, отказывался давать какие либо показания, говорил, что портмоне с деньгами ему подложили работники милиции. При обыске у него была обнаружена справка об освобождении из ИТК-4. Утром его освободили, а вечером того же дня задержали за карманную кражу. Задержанный молодой парень, неженатый, плакал, не стесняясь. Затем он попросил нас о встрече с девушкой, на которой хотел жениться. Она работает на редукторном заводе. После этого пообещал все рассказать. Дежурный РОВД выполнил его просьбу, привезли девушку. Ею оказалась татарочка Роза, симпатичная, молодая. Задержанный обращаяь к ней сказал: «Вот я снова погорел, скажи мне – будешь ли ты меня ждать ?». Девушка, подумав, ответила, что согласна. Тогда задержанный рассказал, что его еще в колонии коллеги предупредили, чтоб не нарвался на Нургалеева. После освобождения он зашел в магазин на улице Советской, увидел, что у одной женщины из кармана торчит кошелек, никого нет, лишь в стороне стоял какой-то старичок. Только залез он в карман женщины, как тут же оказался на полу, а этот старичок на весь магазин говорит: «Граждане, смотрите, я поймал карманного вора». Неужели это Нургалеев ? Мы подтвердили его догадку. В кошельке у потерпевшей оказалась месячная зарплата.

В следующий раз Нургалеев задержал карманного вора «Б». В его квартире мы нашли при обыске более десяти кошельков. Установили потерпевших, почти все кошельки были опознаны.

Настало время и министр Мануковский уехал из республики. Прибыл вместо него из Сибири полковник Желнов, про которого говорили, что хорошо знает службу БХСС.

При возвращении из очередного отпуска обратил внимание на одно уголовное дело о злостном хулиганстве, совершенном одним гражданином, которому избрана мера пресечения – арест. Этот гражданин вечером, проходя по улице Советской» подобрал с земли камень и бросил в окно дежурной части МВД. Однако потерпевших нет, нецензурной брани нет, никакого сопротивления, хотя рост у него гигантский, плечи – сажень. Он был глухонемой, женатый, имел двух несовершеннолетних детей, рабочий Ижмаша, не судим. Никто его при аресте не спросил, что его заставило бросить камень в окно милиции.

Допросил жену задержанного. Она пояснила, что муж в детстве был нормальным, но после перенесенного менингита стал глухонемым. Характеризует его, как хорошего мужа и отца. В следственном изоляторе встретился с задержанным, стали вести письменный разговор. На мой главный вопрос, почему он бросил камень в окно МВД, он написал: - «Работаю слесарем на Ижмаше, не пью, не прогуливаю, план выполняю, однако зарплату получаю меньше всех слесарей, которые пьянствуют с мастером. Доложил дело прокурору. Вновь собранные материалы он внимательно изучил и попросил вынести постановление об изменении меры пресечения. Арестованного с этим постановлением я ознакомил. Однако он отказался со мной уходить из следственного изолятора, пришлось пригласить администрацию. Позднее дело было направлено в суд, он понес наказание не связанное с лишением свободы.

Несколько слов о методах работы. Мне лично было чуждо раскрытие любого преступления путем выколачивания показаний физическим воздействием. Знаю, что иного преступника можно было бы посадить без всякого суда и следствия, однако наш закон требует объективного расследования. А всякое физическое воздействие недопустимо, наказуемо и преступно. Помню такой случай.

Дежурным по РОВД был мл. лейтенант Русских С.С. В комнате для задержанных среди других находилсяи один выпивший гражданин. Некоторые из них кричали, ругались. Вдруг Русских без всякого предупреждения подошел к задержанному, зажал его голову и крутанул. Последний упал без сознания. Зная, что так человека можно убить или сделать инвалидом, я возмутился, а Русских стал смеяться. На следующий день мы доложили об этом начальнику РОВД Зубкову, на что он нам ответил, что примет к Русских соответствующие меры. Через некоторое время Русских, став уже лейтенантом, работал вместе с Файзуллиным и в кабинете последнего допрашивал задержанного гражданина. Когда я зашел к Файзуллину в кабинет, Русских, стоявший около задержанного, ударил его в живот. От удара гражданин упал на пол. Файзуллин вскочил и стал кричать на Русских. Мы также осудили действия Русских. Однако Русских продолжал расти по служебной лестнице, а когда я уже работал в следственном управлении МВД, за очередное рукоприкладство Русских был арестован. Вот к чему это приводит.

В Октябрьском РОВД я проработал почти 9 лет. Начал работать в звании лейтенанта, ушел в звании майора. Следственное отделение я сдал майору Кузнецову И.С., работавшему в следственном управлении МВД. Грамотный юрист.

В марте 1972 года я приступил к работе в следственном управлении МВД, в должности старшего следователя контрольно-методического отдела. Приходилось часто выезжать в другие районы для оказания помощи по нераскрытым материалам.

Однажды вызывает к себе заместитель министра Торопов А.К. и откровенно рассказывает, что приказы о моем назначении министр оставляет у себя, почему то не подписывает. Торопов предлагает мне – идти в Индустриальный РОВД старшим следователем.

В Индустриальном РОВД встретили меня хорошо, все знакомые. Коллектив Индустриальном РОВД оказался прямой противоположностью того, где я девять лет работал. В одном городе, а люди другие, замечательные. Дела я расследовал самые разные. В РОВД стали приходить молодые следователи, с удовольствием стал помогать им. При расследовании дел всегда выявляются особые обстоятельства, решить их одному иногда бывает не под силу.

Коммунисты РОВД избрали меня секретарем парторганизации. Однажды на бюро райкома слушали зам. начальника РОВД Гребенкина В.И. о работе наружной службы. За некоторые просчеты в работе Гребенкину и мне объявили по выговору. Я удивился этому решению, на что Проценко А.П., зав. орготделом, ответил, что секретарь должен строже спрашивать с коммунистов.

Проработав в Индустриальном РОВД два года, я снова был переведен в следственное управление МВД. Предстояло учить молодых, помогать им не только словом, требовать соблюдения законов. Приходилось часто выезжать в райотделы других районов. Присматривался там к молодым сотрудникам – получится ли из него хороший следователь, есть ли у него хватка. Я радовался, когда они росли, получали повышение.

Коммунисты следственного отделения избрали меня секретарем парторганизации. Работы прибавилось.

Ушел от нас Упшинский В.В., отличный юрист. Должность начальника следственного управления ответственная. Нужно знать азы, все мельчайшие детали следственной работы и быть хорошим воспитателем. На эту должность пришел Загуменов Б.К., привел с собой отличных следователей – Воробьева М.В., Гусельникова В.С., Черникова С.А..

Загуменов пришел из прокуратуры республики с должности первого заместителя. Приступив к работе, он потребовал точного, главное в срок, исполнения всеми своих обязанностей. Появились новые заместители – Зархин Ю.М., Коробейников А.А. Оба опытные юристы.

Работы было много: дежурили по графику, выезжали в районы города Ижевска, районы республики, проводили осмотры места происшествия, пожаров,

Однажды зашел к начальнику следственного управления и спросил, не пора ли мне уходить на пенсию, начальник ответил – работай, скажу когда уходить.

Вот и министр, генерал Желнов И.А., уходит на пенсию. Прибыл новый министр полковник Матвеев. Все волнуются. Мне предстояло работать с четвертым министром.

28 мая 1984 года и я ушел на пенсию. В течение 35 лет носил погоны – Армия и МВД. Начиная с первой должности до последней, стремился учиться, освоить в совершенстве сложную науку борьбы с преступностью.

Справочная карточка именной картотеки

  1. Ф

    Фото

    амилия: Маслов

  2. Имя, отчество: Прокопий Степанович

  3. Дата рождения: 1 апреля 1924 год.

Родился в деревне Большие Булатовцы Кировской области. После окончания 9 классов приехал в г.Ижевск и работал на заводе № 74. В октябре 1944 года направлен на работу в органы госбезопасности. В 1944 году – оперуполномоченный Камбарского райотделения МГБ, в 1949 году – Сарапульский горотдел МГБ, с 1950 года – учеба в г.Ташкенте в школе МГБ СССР.

В 1952 году назначен начальником Сюмсинского райотделения МГБ, а в 1954 году в аппарат уполномоченного госбезопасности по г.Воткинску .С октября 1955 по декабрь 1977 г.г. работал в органах МВД. В 1955 году назначен заместителем, а в 1958 году – начальником Глазовского горотдела милиции. С 1970 года – начальник паспортного отдела МВД УАССР.

В 1977 году уволен на пенсию в звании подполковника милиции.

4. Награжден: орденом «Отечественной войны» 2 степени, медалями «За боевые заслуги», «За Победу над Германией», «За отличную службу по охране общественного порядка», юбилейными медалями «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина», медалями «За безупречную службу» всех трех степеней знаком «Заслуженный работник МООП», Почетными Грамотами МВД УАССР и Глазовского ГК КПСС.

П.С.Маслов

В северной столице Удмуртии.

После окончания 9 классов, я приехал к родственникам в г.Ижевск, с целью поступления в Аэроклуб, чтобы осуществить свою мечту – стать летчиком. Однако в приеме мне было отказано, как не достигшему нужного возраста. В то время уже началась Великая Отечественная война и райком комсомола направил меня на работу, на завод № 74.

Вначале работал учеником стропальщика, вскоре был переведен на освоение нового производства – противотанкового ружья. Сначала работал на станке, потом был переведен помощником мастера, а затем сменным мастером, хотя и был еще несовершеннолетним, мне не было и 18 лет.

На участке, где я работал, была механическая обработка коробки противотанкового ружья. Завод работал круглосуточно, без выходных дней, не говоря уже о каких-то отпусках. Рабочий день длился 12 часов и часто приходилось оставаться работать сверхурочно, хотя и работали одни несовершеннолетние, которым в силу низкого роста, чтобы управлять ручками станка, подставляли ящики. Некоторые после окончания работы домой не уходили, пристраивались около отопительных приборов и спали до начала следующей смены.

Трудное положение было и с питанием. На продукты была введена карточная система, по которой на рабочего давали 700 грамм хлеба, и тот выпекался с различными добавками и часто разваливался на крошки. Другие продукты были тоже по карточкам. В заводской столовой, где мы питались по талонам, готовили очень плохо.

Получив эти 700 грамм хлеба и первое блюдо, где была одна жидкость с несколькими крупинками, все это съедали враз, а для первого блюда даже ложек не требовалось – выпивали через край из кастрюли, и так до следующего дня, до обеда. Таким образом, в сутки приходилось питаться по одному разу. За хорошую работу, за перевыполнение норм давали так называемые «стахановские» талоны, на которое можно было купить второе блюдо, но это было нечасто и их нужно было заработать. Кто не имел помощи от родственников, жили очень трудно, опухали от голода.

Несмотря на трудности, к работе относились добросовестно, никаких опозданий на работу не было, не говоря уже о прогулах. Порядки и законы в то время были очень строгими: за опоздание на работу на 5 минут привлекали к ответственности в судебном порядке.

Так как работала почти одна молодежь, то многие вопросы решались на комсомольских собраниях. Секретарем комитета комсомола цеха был Б.Аминов, который в настоящее время возглавляет Ижевский городской Совет ветеранов.

Многие рвались на фронт и даже убегали, но задерживались стрелками на железной дороге и возвращались обратно, а некоторых предавали суду.

В начале 1943 года меня освободили от работы сменного мастера и направили на освоение одной из деталей ручного пулемета Симонова. Осваивали деталь очень сложно и строго по чертежу. Когда собрали и испытали это оружие, оказались какие-то неувязки, после чего приехал сам конструктор Симонов, который находился около меня и тут же вносил нужные изменения в чертеж.

Таким образом, на освоении этого оружия я работал около месяца не выходя с завода, спал в кабинете начальника цеха на диване. За выполненную работу я был премирован путевкой в Дом отдыха «Медведево» и ордерами на 5 пачек стирального мыла и на три бутылки водки. Все это я променял на хлеб и некоторое время питался не один раз в день.

В сентябре 1944 года меня, в числе других, направили в Наркомат Государственной безопасности Удмуртии. В это время был отбор для направления на учебу, с дальнейшим использованием на работе в освобожденных районах страны.

Нас пять человек: меня, Губина В.В., Перевозчикова А.С., Акулова, Шамина М.Г. оставили для работы в республике. На мою долю выпало Камбарское районное отделение Госбезопасности, где начальником работал Ившин А.И.. Он позднее вышел на пенсию с должности заместителя министра внутренних дел УАССР. Это был трудолюбивый человек, с большим опытом работы, грамотный, отзывчивый. За три года работы оперуполномоченным я перенял от него многое, что в будущем мне пригодилось в практической работе.

За время работы в Камбарском райотделении Госбезопасности я дважды направлялся в длительные командировки – в 1946 году в Западную Украину, в 1947 году – в Литву. Обстановка там была, в какой то мере, сходной с Афганистаном.

Тогда нас, группу сотрудников МГБ республики с опытом оперативной работы, около тридцати человек, направили во Львовскую область. Задачу нам поставили выявить в населенных пунктах пособников ОУНовцев, разоблачить и организовать их выселение в восточные районы страны. Обстановка была очень напряженная. ОУНовцы особых боевых действий в то время не проявляли. Горы, леса, перелески, в которых они действовали, были хорошей базой для них. Вместе с приданными для проведения операций подразделениями войск НКВД и милиции, мы тогда занимались выявлением и задержанием самих ОУНовцев и их пособников.

Помню, что в райцентре Родохонцы участвовали в выявлении и задержании этих пособников. Задерживали их на хуторах, перевозили и садили прямо в вагоны. Все было в это время. Нередко при задержании возникали перестрелки. Несколько наших товарищей, приехавших в командировку из Ленинградской области, попали в засаду и погибли. Сопротивление было яростное. Особенно сильно оно было со стороны литовских националистов. Хуторная система с большими приусадебными участками в гектар и больше, в перелесках, способствовали тому, чтобы каждое задержание превращалось нередко в бой. В этих лесах мы обнаружили несколько схронов в виде землянок, оборудованных в земле под жилье для трех-четырех националистов, добротно замаскированных, заваленных под кучу хвороста. Здесь были продукты питания и оружие, особенно много лекарственных препаратов.

Однажды нас подняли по тревоге. На машинах проехали до двадцати километров от нашего райотдела. Приехали по сигналу из райотдела. Двое сыновей пришли из Армии, боевики их расстреляли, еще четверых убили на хуторе. Даже двухлетнего ребенка убили, взяв за ноги ударили головой об столб. Зверствовали, словом. Это была ужасная картина. Прочесали мы этот лес, нашли несколько схронов, в них около десятка обрезов. Задержали этих нелюдей.

Населенные пункты на Украине большие, расположенные в гористой местности, они как будто специально были подготовлены для организации этих схронов. Такое же положение было и в Литве, разница была лишь в том, что селения были поменьше, отдельные хутора. Нередко приходилось задерживать людей и под обстрелом.

Потом уже, работая в Сюмсинском районе, я находил бывших ОУНовцев, переселенных в нашу республику из западных областей Украины и Литвы. Были они и в Глазовском районе. Но все они к этому времени обустроились и вели себя вполне благопристойно.

После окончания этих командировок, в 1949 году, меня направили в город Ташкент в школу переподготовки оперативного состава МГБ СССР. Учеба в школе дала мне хорошую теоретическую подготовку. Через год после возвращения из школы назначили начальником Сюмсинского РОМГБ, где работал до расформирования районных органов. После этого направили в аппарат уполномоченного Госбезопасности по городу Воткинску.

После очередного сокращения вызвали к руководству и предложили перейти на руководящую работу в органы МВД. Получив назначение в октябре 1955 года я прибыл в Глазовский горотдел милиции на должность заместителя начальника по оперативной работе. В этом коллективе я проработал около 15 лет.

Начальником горотдела был Жадан А.М., грамотный, во всех отношениях, человек, с большим практическим опытом и хорошей теоретической подготовкой. Оперативную работу я знал и разбирался в ней не плохо. В милицейской же службе познаний не было, поэтому я часто обращался за консультацией к начальнику, а он в свою очередь терпеливо вводил меня в курс дела.

В это время мне было 30 лет, энергии с избытком и я с большим интересом вникал в работу, принимал участие во всех проводимых мероприятиях и выезжал почти на каждое происшествие.

Первым выездом на происшествие был выезд в деревню Отогурт на кражу из магазина. На месте было установлено, что кража совершена путем разбора дымоходной трубы. Кража была раскрыта с помощью служебной собаки. Совершил ее сторож, охранявший магазин, он же и сообщил нам в ГОМ о краже.

Вторым был выезд на ограбление товароведа торга. Из деревни Никольск поступило сообщение, что в крайний дом приходил гражданин в одном нательном белье, с признаками побоев и обморожения. Позднее его доставили в горотдел и оказали медицинскую помощь. Около двух часов ночи начальник вызвал оперативный состав. Вызвали и меня. Выяснилось, что потерпевший в пьяном виде возвращался домой. Его по дороге догнала машина. Двое парней вышли из кабины, нанесли ему несколько ударов, затащили в кузов автомашины, вывезли за город, раздели, выбросили за борт и уехали.

Вместе с нами в горотдел были вызваны и рядовые милиционеры, которые несли службу на улицах в этот вечер. В числе других автомашин, курсировавших по городу, ими была названа и автомашина ДОСААФ. Я вместе с группой сотрудников, взяв лошадь (другого транспорта не было) выехал в сторону дер. Никольск. За деревней был обнаружен след разворота автомашины, на снегу хорошо просматривался протектор резины колес. Все, что требовалось при осмотре, было сделано и возвращаясь обратно мы заехали во двор общества ДОСААФ. При осмотре машины в кузове нами были обнаружены ключи, принадлежащие потерпевшему. Таким образом, благодаря внимательности постовых милиционеров преступление было раскрыто по горячим следам.

Года через два судьба распорядилась так, что с Жаданом А.М. мы поменялись местами, я был назначен начальником ГОМ, а он стал моим заместителем по оперативной работе и работал в этой должности более шести лет, до выхода на пенсию. Работали слаженно и дела шли неплохо.

В городе Глазове в то время было два подразделения милиции – горотдел и спецотдел милиции. Горотдел обслуживал старую часть города и Глазовский район, спецотдел – новую часть города, граница проходила по ул. Ленина. Спецотдел работал в более лучших условиях, численный состав у них был больше, условия работы и оснащение лучше, территория обслуживания много меньше.

В практике работы возникало много недоразумений и спорных вопросов. В связи с этим, в 1958 году, перед местными властями был поставлен вопрос о ликвидации одного из подразделений милиции. Вопрос даже обсуждался на сессии горсовета и было решено – спецотдел упразднить, о обслуживание возложить на горотдел милиции, с передачей штатной численности. После окончательного решения вопроса горотдел переселился в здание спецотдела, приняв от них штатную численность и имущество. Но с переданной численностью мы поработали всего один месяц.

Сотрудники, получавшие значительно большую зарплату, чем в ГОМ, уволились. Многие взяли перевод в другие подразделения их ведомства. Да оно и понятно. Оклад начальника горотдела тогда был 150 рублей, а у начальника спецотдела 250 рублей, соответственно и по другим должностям.

Территория города по обслуживанию делилась на три сектора, обслуживали его два оперативника ОУР и участковые уполномоченные, возглавлял старший оперуполномоченный. В работе уделялось большое внимание изучению подучетного элемента. Ставилась задача, чтобы каждый сотрудник хорошо знал подучетника не только по анкетным данным , но и лично. Учет по методу совершения преступлений в раскрытии преступлений играет большую роль. Вот один из примеров тому.

В 1960 году в городе участились карманные кражи. Совершались они, как правило, в выходные дни. Заявляли о краже крупных сумм денег из карманов и сумочек путем разреза. Проверив всех подучетников, занимающихся карманными кражами, мы пришли к выводу, что эти кражи совершают приезжие. О карманных кражах оперативным составом были ориентированы продавцы магазинов, где больше всего наблюдалось скопление публики. В один из воскресных дней силами личного состава было решено провести рейд по поимке карманных воров. В конце этого дня на железнодорожном вокзале при посадке на поезд, была задержана с поличным женщина, которая совершила кражу из кармана. Оперативный работник оказался рядом, задержал воровку и находившегося с ней мужчину, обоих доставили в горотдел. Задержанные оказались цыганами – муж с женой приехали из гор. Челябинска, оба исключительно хорошо одеты. При них оказались ценности и крупная сумма денег. Расследованием было установлено, что предыдущие карманные кражи совершали также они. Женщина путем нащупывания в кармане или сумке содержимого, лезвием безопасной бритвы совершала разрез, вынимала содержимое и передавала мужу.

При проверке по учетам выяснилось, что в гор. Челябинске за подобные преступления, совершаемые таким же методом они уже привлекались к уголовной ответственности. Дело пошло в суд.

При сложной оперативной обстановке для раскрытия преступления и наведения общественного порядка привлекался весь личный состав, Немало преступлений раскрывалось с помощью рядовых милиционеров.Рядовой состав хорошо знал, какие в городе совершены преступления, какие из них не раскрыты, приметы похищенного, о чем их периодически инструктировали на разводе. Командир взвода бывший майор советской Армии Новиков Павел Николаевич всегда был в курсе дел оперативной обстановки и своевременно знакомил с ней рядовой состав.

Немало вскрывалось фактов замаскированных групповых хищений. На мясокомбинате было возбуждено уголовное дело по факту хищения денежных средств и продукции и было привлечено к уголовной ответственности 18 человек. При расследовании было вскрыто много других фактов хищений, бесхозяйственности, уничтожения продукции доведенной до порчи, злоупотреблений со стороны руководства. Директор мясокомбината Мицик пользовался покровительством со стороны партийно-советских органов и вел себя нагло, даже дал распоряжение не допускать работников милиции на предприятие. Располагая конкретными фактами мы написали обстоятельную справку и направили в ГК КПСС. Горком КПСС принял решение заслушать директора мясокомбината на расширенном заседании бюро с приглашением других руководителей предприятий. Докладывать было поручено мне. После доклада и бурного обсуждения Мицику было объявлено строгое партийное взыскание, а вскоре он был снят с работы. С приходом нового директора положение дел значительно изменилось.

Большое внимание уделялось работе дежурного наряда, его оперативному реагированию на поступающие сигналы и своевременному рассмотрению жалоб и заявлений граждан. Если дежурный наряд не разобрался за сутки с тем или иным заявлением, а судя по оперативной обстановке такая возможность была, заявление для исполнения вновь возвращалось дежурному. Этим высвобождали участковых уполномоченных, а их усилия направлялись на поддержание общественного порядка, изучение и профилактику подучетного элемента.

Помню, по предложению министра внутренних дел Овсянкина В.И. мы с участковым Подыниглазовым Г.П. принимали участие в работе кустовых совещаний в городах Ижевске и Сарапуле, где выступали и делились опытом работы. Перед совещанием я беседовал с участковыми уполномоченными Сарапульского ГОМ и меня удивило то, что у каждого из них в производстве было по десять и более заявлений, которые у нас рассматривал и разрешал дежурный наряд.

Касаясь работы участковых уполномоченных особо хочу отметить участковых, обслуживающих сельскую местность Русских А.В., Волкова В.И., Дмитриева В.С.. Они имели образование по 5-6 классов, но каждый был со стажем работы на своем участке более десятка лет, имели большой практический опыт, хорошо знали людей и люди знали их. Все возникающие вопросы они разрешали самостоятельно, помощь им оказывалась в редких случаях. Работа участковых инспекторов периодически проверялась руководством отдела, но чаще всего практиковалась взаимная проверка, этим преследовали и обмен опытом работы. Участковые уполномоченные города работали совместно с оперсоставом и были опорой в раскрытии преступлений.

По сравнению с другими городами республики в гор.Глазове была более высокой преступность среди несовершеннолетних. Профилактической работой среди них занимались все, начиная от начальника ГОМ и кончая детской комнатой. Проводилось много содержательных профилактических мероприятий, которые впоследствии легли в основу проведения республиканского семинара в гор. Глазове. Много профилактических мероприятий проводилось и в школах. Руководство города всегда было в курсе дела всех событий по несовершеннолетним. Большую работу проводил комсомольско-оперативный отряд, руководимый И.Юдиным.

Много профилактических мероприятий проводилось и по линии других служб, особенно по борьбе с пьянством. После переезда горотдела в здание бывшего спецотдела милиции, помещение КПЗ приспособили под медицинский вытрезвитель, которого до этого в городе не было. Он был всего на 8 коек, хотя этой клиентуры было много больше. С каждым доставленным разбирался кто-то из руководства, о каждом сообщалось по месту работы для принятия мер. Однако желаемых результатов все же не было. При их обсуждении в коллективе по месту работы, они, как правило, оправдывали себя, обвиняя работников милиции в якобы незаконных действиях. Обсуждали не нарушителей, а милицию при активной поддержке тех, которые уже побывали в их положении. Тогда, согласовав вопрос с руководством горсовета, к каждому задержанному стали приглашать руководителя или представителя с места работы и в их присутствии происходил разбор и беседа с задержанным. После этого уже нареканий на правомерность работников не было и обсуждение шло в правильном русле.

Мы воспользовались тем, что все клиенты медвытрезвителя подвергались раздеванию и на них были видны все наколки на теле. Это позволило нам находить разыскиваемых милицией подозреваемых.

Очень действенной мерой явилось доставление клиентов из вытрезвителя в горотдел пешим порядком под обозрением граждан, идущих на работу. В начале это вызвало сомнение с точки зрения законности, но посоветовавшись с прокурором Авиловым , мы пришли к выводу, что доставка в ГОМ задержанных была необходимостью. Но руководство Чепецкого механического завода обратилось в горком КПСС с жалобой на неоправданное содержание в медвытрезвителе их рабочих, так как участились прогулы, завод мог лишиться классного места в соревновании, с которым полагалась солидная сумма вознаграждения . По этому вопросу я объяснялся в горкоме партии и со мной согласились.

Председатель горсовета Грачев П.П. одобрил проводимые нами мероприятия. Руководство завода вынуждено было активизировать работу добровольных народных дружин и товарищеских судов. Месяца через три в городе заметно снизилась преступность и нарушения общественного порядка.

Такие же профилактические мероприятия по линии ГАИ проводились с водительским составом в крупных автохозяйствах. Приглашались водители, допустившие нарушения правил уличного движения, практиковался показ кинофильмов на эту тему, выступали работники ГАИ, врачи, в прошлом наказанные и сделавшие для себя соответствующие выводы водители.

Проведение и организация профилактических мероприятий доставляли много хлопот и отнимали массу личного времени. Личный состав по объему работы был явно малочисленным. Мой рабочий день начинался в 7-8 часов утра и продолжался до позднего вечера. Такая же продолжительность рабочего времени была и у остального оперативно-начальствующего состава. По раскрываемости преступлений мы выходили за счет того, что личный состав работал на одном месте продолжительное время и имел опыт работы.

Среди личного состава конечно были и нарушения дисциплины, к ним принимались меры воздействия, но увольнения были крайне мерой и редким явлением. Исходили из того, что сотрудников, допускавших нарушения дисциплины, мы знали, знали их положительные и отрицательные стороны.

Работая в Глазовском ГОМ я заочно закончил Высшую школу МВД СССР, также учились многие сотрудники в средних и высших учебных заведениях. Многие из сотрудников были выдвинуты на руководящую работу: Телицын Н.М. – стал начальником ГАИ республики, Князев М.А. – начальником отдела МВД УАССР, Русских М.П. – начальником Як-Бодьинского РОВД, Трефилов А.Ф. – начальником отдела охраны ГОМ, Владимиров И.Д., Моисеев В.Ф. – заместителями начальника ГОМ, Подыниглазов Г.П. – начальником ОУР ГОМ, Фомин В.И. – возглавил горотдел.

В феврале 1970 года меня назначили на должность начальника паспортного отдела МВД УАССР. С работой в основном я был знаком и начал с изучения условий работы паспортных аппаратов. От поддержания паспортного режима во многом зависит успех борьбы с уголовной преступностью, в чем я убедился, работая в гор. Глазове. Глазов в то время относился к числу режимных и на поддержание паспортного режима здесь уделялось большое внимание.

Вскоре во всех паспортных аппаратах была обновлена мебель, в централизованном порядке изготовлены специальные столы, на более усовершенствованные заменены картотеки. Для паспортных отделений были приобретены магнитофоны, которые использовались для разъяснения паспортных правил гражданам, находящимся в залах ожиданий и заполняющим необходимые бланки. Все эти мероприятия значительно повысили культуру в работе, меньше отвлекали сотрудников на разъяснение тех или иных правил по паспортной работе. В самом паспортном отделе был обновлен коллектив за счет молодых грамотных сотрудников.

Я, как начальник отдела, ежемесячно выезжал в горрайотделы с целью контроля и оказания помощи. В городских паспортных отделениях начальниками работали люди с большим опытом, такие как Владыкина Г.Т., Никитина В.И., Быстрова М.Ф., Щепин А.К.. У каждого из них был не один десяток лет работы в паспортной службе.

За время работы в органах милиции продолжительное время мне пришлось работать с министрами внутренних дел Овсянкиным В.И., Желновым И.А., заместителями министра Гордиенко Н.В., Задориным В.Н., Заппаровым Р.Н.. Это были авторитетные руководители, со знанием дела. Они оперативно, с пониманием принимали решения по всем вопросам, с которыми приходилось обращаться, особенно в этом выделялся Желнов И.А.

В январе 1977 года по состоянию здоровья я вышел на пенсию, отдел передал подполковнику милиции Русских Т.С..

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Орлов

  2. Имя, отчество: Аркадий Яковлевич

  3. Дата рождения: 6 марта 1926 года.

Родился в деревне Ст.Березек Вавожского района.

С 1943-1950г.г. находился в войсковых частях НКВД. В 1951-1957г.г. работал начальником паспортного стола, старшим следователем и начальником ОБХСС в Можгинском РО. С 1957 по 1963г.г. – старшим оперуполномоченным ОБХСС МВД УАССР. С 1963г. - заместитель начальника ОБХСС МВД УАССР.

В 1975 году уволен на пенсию по болезни, в звании подполковник милиции.

4. Награды: орден «Красной Звезды», медали «За победу над Германией», «30 лет Советской Армии и Флота», «За безупречную службу» всех трех степеней, «20 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945г.г.», знаки «Заслуженный работник МВД СССР», «25 лет Победы в великой отечественной войне».

Орлов А.Я.

На страже интересов государства.

Родился я 6 марта 1926 года в Удмуртии, в деревне Ст.Березек Вавожского района. Был призван на срочную службу и в 1945 году в городе Туле окончил школу сержантского состава при 16 дивизии войск НКВД. Срочная служба затянулась на целых семь лет. В городе Котовске Тамбовской области охраняли завод № 204 – особо важный объект оборонной промышленности.

По окончании службы в Армии, вернулся в родную Удмуртию и поступил на службу в милицию. С 1951 года работал начальником паспортного стола, старшим следователем, а позднее начальником отделения БХСС в Можгинском райотделе. Вся моя дальнейшая служба была связана с БХСС МВД республики. Поэтому считаю возможным напомнить некоторые страницы из истории этой службы.

В предвоенные и военные годы основные усилия сотрудников ОБХСС республики были направлены на защиту от преступных посягательств объектов оборонного назначения, выпускающих военную продукцию. А это были почти все заводы и артели системы «Удмпромсовета». В эти тяжелейшие для страны годы, при сложной оперативной обстановке эту службу возглавлял Коробейщиков И.Я.

После окончания войны обстановка с преступностью по линии БХСС резко обострилась. Усилия службы были направлены на борьбу со спекуляцией, обманом покупателей, кражами государственного имущества, злоупотреблениями и другими должностными и хозяйственными правонарушениями.

Во все времена особое внимание уделялось борьбе с фальшивомонетничеством. В декабре 1945 года на центральном рынке и в некоторых магазинах города Ижевска в обращении появились фальшивые банкноты. Летом 1946 года эти же «десятичервонцы» были зарегистрированы в городах Кирове, Молотове, Свердловске, Челябинске, Оренбурге, Казани и Уфе. Всего было изъято 578 таких денег, одинаково отпечатанных с металлического клише на одной и той же бумаге.

15 сентября 1946 года в гор.Уфе при продаже отреза на пальто одна гражданка получила от неизвестного мужчины 1000 рублей и усомнилась в их подлинности. При помощи брата она задержала этого человека и отвела в отделение милиции. Им оказался житель гор. Можги гражданин Паршин, который приехал в Уфу вместе с женой с целью сбыта фальшивых денег. При личном обыске у него было изъято 70 фальшиваых «десятичервонцев», отрез драпа и другие вещи.

Этапированные в Удмуртию сбытчики фальшивок показали, что изготовлял деньги сам гражданин Паршин, путем изготовления кустарным способом клише для печатания сторублевых банкнот, а сбытом занималась вся семья.

Первые 250 билетов реализовали не полностью, так как на них легко обнаруживалась подделка. Пришлось их преступнику уничтожить. При выезде на учебу в Казань, гражданин Папршин все приспособления для печатания денег зарыл в ящике во дворе своего дома. Вернувшись зимой 1946 года он изготовил новое металлическое клише из бронзы, тщательно проработав все мелкие фрагменты, усовершенствовал состав клея и красок.

Организацией расследования этого факта занимался ставший к этому времени заместителем начальника управления милиции Коробейщиков И.Я. вместе с начальником ОБХСС Поздеевым А.М..

Все подозреваемые в изготовлении и сбыте сторублевых билетов полностью признали свою вину. Гражданин Паршин в присутствии понятых раскопал тайник и предъявил все вещественные доказательства. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики в январе 1947 года, а потом и Верховные суды РСФСР и СССР вынесли обвинительный приговор.

Необходимо отметить, что в это время в органы милиции пришли закаленные на войне фронтовики, которые впоследствии составили костяк оперативных подразделений.

С 1952 года в течение десяти лет в должности начальника ОБХСС работал опытный оперативный работник МГБ Ураков П.Г.. В эти годы была раскрыта организованная группа расхитителей в системе «Заготживсырье» Удмуртпотребсоюза. Первичные неофициальные материалы, полученные из разных источников, свидетельствовали о наличии хищений подотчетных денежных средств заготовителями Ижевской межрайонной конторы «Живсырье». После изучения образа жизни некоторых заготовителей по месту жительства, оперативные работники пришли к выводу, что здесь действует группа расхитителей, орудующих замаскированным способом.

Начальник отделения БХСС Красноперов В.А., используя оперативные возможности, в короткий срок выявил основных участников группы, задокументировал факты хищений подотчетных сумм и успешно реализовал материалы дела оперативного учета. Были арестованы и привлечены к уголовной ответственности почти все заготовители конторы, бухгалтера, связанные с приемом авансовых отчетов. За получение взяток при этом получил свое и директор конторы.

В последующие 1953 и 1954 года в республике было изобличено в совершении хищений в крупных и особо крупных размерах шесть организованно действующих групп с привлечением к уголовной ответственности более сотни заготовителей, бухгалтеров и кассиров.

Подобным образом была разоблачена и привлечена к уголовной ответственности большая группа расхитителей в хлебопекарной промышленности г. Ижевска.

При негласном документировании было установлено, что материально-ответственные работники хлебозавода № 2 – заведующие складами, экспедиторы, товароведы за счет уменьшения показателей припека при выпечке хлеба, уменьшения сортности муки, списания ее на брак, создавали излишки готовой продукции. В сговоре с шоферами-экспедиторами автоконторы № 6 они реализовали хлеб в хлебных магазинах и присваивали вырученные деньги. В преступную группу было вовлечено 137 человек. Расследование по делу продолжалось Прокуратурой Удмуртии и России. Из-за большого количества обвиняемых 16-ти томное уголовное дело было расчленено на самостоятельные уголовные дела по наиболее устойчивым и организованным группам. Все обвиняемые были осуждены Верховным судом УАССР.

В марте 1963 года начальником ОБХСС республики был назначен Дмитриев С.Д., меня назначили его заместителем.

Отдел пользовался постоянной поддержкой министра внутренних дел республики Овсянкина В.И.. Тогда в отдел из числа сотрудников других служб к нам были направлены опытные оперативные работники.

Валов А.А. возглавлял группу по работе в сельском хозяйстве, Пушкарева Н.Х. – по работе в торговле, Торощина В.И. – в строительных организациях.

Серьезным испытанием для оперативных работников службы явилось раскрытие подделки денежных знаков 10 и 25 рублевого достоинства. Эту работу возглавлял старший лейтенант милиции Стрельцов Я.И.. Умело проведенные оперативно-розыскные мероприятия позволили в 1965 году изобличить в изготовлении и сбыте денежных купюр лаборанта Ижевского механического института и его матери.

Значительные изменения в режиме работы оперативных работников БХСС произошли в период строительства Ижевского автозавода. Корпуса этого завода возводились на северной окраине города, почти в чистом поле. Здесь сосредотачивались огромные материальные ценности. Поступающие грузы разгружались на открытых, неохраняемых прирельсовых площадках. Даже импортное оборудование из Италии и Франции хранилось в недостроенных складских помещениях. Малочисленная ведомственная охрана, отсутствие складских помещений и даже приличного ограждения завода создавали благоприятные условия для массовых хищений и краж этих бесхозных ценностей. Почти весь оперативный состав ОБХСС города Ижевска, как и сотрудники уголовного розыска и ГАИ, круглосуточно, посменно работали тогда на стройплощадке автозавода.

За полмесяца мы задерживали по 40-50 «несунов». Тащили все, что плохо лежит – светильники, краски, облицовочную плитку, металл. В последующие дни кражи резко сократились. Нужно было создавать систему оперативного прикрытия объекта. Это позволило в дальнейшем разоблачить не одну группу расхитителей, орудующих замаскированным, а порой и просто открытым способом.

Учитывая особую важность оперативного обслуживания автозавода, отделение БХСС Индустриального отдела милиции было значительно усилено. Всю эту работу возглавил начальник отделения, участник Великой Отечественной войны майор милиции Комлев Н.К., высококвалифицированный оперативный работник.

При непосредственном участии Н.К.Комлева и Л.В.Подкауры была задержана с поличным при хищении автомобильных колес и впоследствии изобличена группа преступников в количестве 18 человек.

Преступники, пользуясь свободным доступом в главный корпус сборочного конвейера, по монтажным лестницам или через световые фонари, на тросах поднимали похищенные колеса и другие узлы, сбрасывали затем их за внешние стены корпуса. Другие соучастники беспрепятственно увозили их на своих автомашинах. Из мест хранения похищенного было вывезено и сдано на склад завода 128 колес в сборе, два двигателя, много задних мостов и коробок передач, на общую сумму более двадцати тысяч рублей. Вскоре была разоблачена вторая группа расхитителей из шести человек, которые угнали с площадки сбыта три новых автомобиля.

В обеспечении сохранности имущества на оборонных предприятиях тесно работали с сотрудниками КГБ. Характерным примером такого взаимодействия стало разоблачение группы расхитителей на «Ижмаше», организовавших изготовление и сбыт нарезных вкладышей к охотничьим ружьям. По оперативной информации занимался этим гражданин «Л». Задержали его в пути следования с работы домой. Сначала он отказался от всех обвинений. Однако, после предъявления некоторых второстепенных фактов, после длительного раздумья, он написал собственноручное признание.

Утром восемь оперативных групп разъехались по адресам наиболее активных участников преступной группы. В первые двое суток напряженной работы было собрано много вещественных доказательств, пришлось арестовать одиннадцать человек. В эту организованную преступную группу, кроме гражданина «Л» входил егерь охотничьего хозяйства. Он знал много охотников-промысловиков, даже за пределами республики. К нему они обращались за помощью в приобретении боеприпасов. Сам он неоднократно выезжал в плавни на Волгу, в Тюменскую область, где вкладыши имели большой спрос и высокую цену.

Допрошенные на месте в Тюменской области охотники-промысловики дали правдивые показания. По ним было предотвращено тяжкое преступление – убийство инкассаторов на Севере. В числе вещественных доказательств были изъяты автоматы Калашникова, снайперские винтовки Драгунова, охотничьи карабины «Барс», «Лось», «Медведь», уникальные антикварные охотничьи ружья Германского, Австрийского и Бельгийского производства.

Всего по этому уголовному делу было осуждено 18 человек. После этих событий был создан специальный отдел БХСС по обслуживанию завода «Ижмаш».

Летом 1979 года в результате реализации оперативных материалов была разоблачена группа расхитителей денежных средств в особо крупных размерах из числа ответственных работников Москонцерта, Удмуртской филармонии, Дворцов спорта городов Глазова и Ижевска.

Хищения совершались путем составления фиктивных актов на уничтожение якобы нереализованных билетов на концерты В.Высоцкого, Г.Хазанова и В.Толкуновой. Особый оперативный интерес представляли гражданин Шиманский, житель г. Москвы и Кондаков – организаторы гастрольных бригад.

В результате умело проведенных мероприятий по реализации оперативной информации была предотвращена попытка организации передачи радиостанцией «Голос Америки» о якобы необоснованных гонениях «звезд» эстрады в СССР, а преступники получили заслуженное наказание.

Ныне перед отделом экономических преступлений встали совсем другие задачи. Анализ криминогенной обстановки в сфере экономики показывает, что удельный вес теневой экономики достиг в стране 45 процентов валового внутреннего продукта. Теневой денежный оборот достиг 30 триллионов рублей. Десятки миллиардов долларов ежегодно уходят из страны за рубеж.

На каждом историческом этапе развития нашего государства формы и методы деятельности милиции должны соответствовать законам. В решении этих задач сотрудникам милиции помогали и помогают профессиональное мастерство, совесть и офицерская честь, беззаветная верность долгу и Присяге.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Бисерова

  2. Имя, отчество: Галина Сергеевна

  3. Дата рождения: 29 октября 1923 года.

Родилась в городе Ижевске. В 1946 году закончила Ижевский медицинский институт. С 1946 г. работала врачом окулистом поликлиники санчасти МВД УАССР, затем начальником больницы с поликлиникой МВД УАССР.

В 1978 году уволена по собственному желанию в звании старший лейтенант медицинской службы, а с 1978 по 1986г.г. работала врачом-окулистом медотдела МВД УАССР.

4. Награды: медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945г.г.», «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И.Ленина», «50 лет Победы», «200 лет МВД России», медаль «За безупречную службу» 3 степени, значок «Отличник здравоохранения», присвоено звание «Заслуженный врач УАССР».

Г.С.Бисерова

На страже здоровья сотрудников.

Санитарная часть НКВД нашей республики была организована в 1932 году и находилась в небольшом здании по ул. Сивкова. Штат был небольшой: начальник – Исаков Р.К., врачи – Сергеев П.И., педиатр; Тихонова А.Я., зубной врач; старшая медсестра Горбунова О.М. и няня.

В октябре 1933 года наша санчасть переехала в административное здание министерства, поликлиника располагалась на втором этаже, а стационар на 3 этаже. В стационаре было всего две палаты на шесть коек – женская и мужская, процедурный кабинет и столовая. Поликлиника располагалась на втором этаже. В ней работали врачи почти всех специальностей. Начальником санчасти с 1936-1941г.г. была Бурделова Ф.С., а с 1941-1950г.г. - Перов Л.П.

22 июня 1941 года началась война. Все сотрудники НКВД были срочно вызваны на службу. Стационар был увеличен на две койки, появилась новая палата. Больные, находившиеся на стационарном лечении, днем работали и приходили на процедуры, на обед и ужин, потом снова на службу до 24 часов.

После окончания войны, штаты увеличились. Вместо совместителей пришли постоянные работники, такие как: Багаева И.И., Комиссарова С.Д., Лаптева Г.А., Власова Т.Н. и другие. При поликлинике работали процедурный кабинет, физиокабинет, клиническая лаборатория.

В 1950 году, с приездом нового начальника санчасти Островского В.П., вступила в эксплуатацию водогрязелечебница, которая располагалась в подвальном помещении здания МВД. На базе ее проходили практику студенты мединститута. Работали все виды душа (циркулярный, восходящий, Шарко), ванны (хвойные, бромистые, родоновые), грязевые процедуры. Все это позволило оздоровить и возвратить в строй многих больных.

На 3-м этаже располагался стационар на 25 коек, начальником была Лаптева Г.А., которая со своим коллективом лечила больных сотрудников, членов их семей, военнослужащих внутренних войск и в кратчайшие сроки возвращала их в строй. Врачи поликлиники поочередно вели прием больных в стационаре.

Помещения для развертывания новых диагностических и лечебных кабинетов не хватало. По указанию министра Мануковского Н.И. нам было передано здание общежития по ул.Краева, куда мы и переехали в 1960 году. Это было трехэтажное каменное здание. В подвальном помещении располагались кухня и подсобные помещения. На первом этаже – регистратура и физиокабинет, на втором этаже врачебные кабинеты, на третьем – стационар на 50 коек.

Благодаря энергичной работе Островского В.П. многое изменилось в работе санчасти, появилась вся необходимая для лечебного учреждения документация, приобрели новую мебель, ковры, постельные принадлежности для больных.

После ухода на пенсию Лаптевой Г.А., начальником стационара стала Мельникова Т.М.. После смерти Островского В.П. (1952г.) некоторое время работали начальниками медслужбы Кузнецова Н.В., потом ВекслерБ.М., Битюков А.Н., затем пришел Пустовалов Р.И., который проработал начальником медицинского отдела МВД тридцать два года.

Начальниками поликлиники были Кузнецова Н.В., а позднее Феофилактова Е.А.. Коллектив медсанчасти был дружный, работоспособный, большое внимание и заботу уделял больным и коллегам по работе. Мы знали все друг о друге, помогали в трудных ситуациях, поддерживали морально. В 1978 году мы, благодаря помощи Задорина В.Н. и Заппарова Р.Н., получили в подарок новое здание, расположенное по ул. Тимирязева. Это было пятиэтажное кирпичное здание, на первых трех этажах которого разместилась поликлиника, на четвертом – терапевтическое, а на пятом – неврологическое отделения.

Медсанчасть была преобразована в больнично-поликлиническое объединение по обслуживанию личного состава министерства и войсковой части. Во главе медотдела – полковник Пустовалов Р.И., а начальниками БПО последовательно работали Бисерова Г.С., Новоселов Ю.А., Повышев Н.М., Бушмелев А.А., Апретов Ю.Н.. Начальником терапевтического отделения работала Мельникова Т.М., а начальником неврологического отделения Власова Т.Н..

Важным звеном являлись амбулаторно-поликлинические учреждения отдела, где начинают и заканчивают лечение 80 процентов больных. Диспансеризация стала основным методом работы медотдела, когда использовались все формы лечения. Важное место занимала профилактическая работа – осмотры, пропаганда медицинских знаний. Если раньше вызова на дом обслуживались пешком, на городском транспорте, лошадях конвойного взвода, то сейчас мы уже имели 8 автомашин – 6 легковых и 2 грузовых.

Увеличивался из года в год и численный состав. Штаты возросли с 6 до 370 единиц. На 1 января 1994 года мы имели: врачей – 54 человека, средних медработников – 89 человек. Улучшился и качественный состав медицинских работников. Среди врачей имели: высшую категорию – 11 человек, первую – 23 человека. Средний медперсонал имел: высшую категорию – 8 человек, первую – 38 человек. Появились заслуженные врачи Удмуртии- Бисерова Г.С., Фатхулин И.Ш., Пустовалов Р.И., Гавшина Л.А.. Отличников здравоохранения среди нас было 15 человек.

Давно отгремели бои Великой Отечественной войны. На месте разрушенных городов и сожженных деревень выросли новые, стали взрослыми дети детей, не знавших войны. Но память о грозных годах неизгладима, народ помнит своих героев, преклоняется перед их мужеством и отвагой. А бывшим фронтовикам Лепиной В.С., Багаевой И.И. не дают спать раны и воспоминания о днях боевой молодости, о сражениях в годы войны. Ушли из жизни фронтовики Кузнецова Н.В., Габидулин Б.И., Загребин М.Р., медицинские сестры – Плетнева Е.Д., Арафалова З.Т., Петер В.И., Бабинцева А.В., которые работали в госпиталях. Их сердечное отношение и доброту испытывали десятки больных, раненых и для каждого у них находилось приветливое слово и доброе пожелание.

Радостно сознавать, что сегодняшняя молодежь достойно несет эстафету старших. У них сейчас есть все, о чем когда то мы, старшее поколение, мечтали: прекрасная больница, современная аппаратура.

В 1992 году введено в эксплуатацию новое здание стационара – больница на 130 коек. Эта дата совпала с 60-летием нашего лечебного учреждения.

Больница построена по последнему слову техники с комфортабельными палатами и кабинетами для лечения больных и работы медицинского персонала.

В 40-50г.г. большое внимание уделялось физическим занятиям сотрудников министерства. Они занимались в секциях, отводились специальные часы для физической подготовки и для медиков. Честь спортивного общества «Динамо» защищала и Шестакова (Бисерова) Г.С.. В этот период (1946-1951г.г.) «Динамо» лидировало в легкоатлетических видах спорта. Я установила рекорд республики в беге на 400 м, который продержался пять лет, ездила в Москву на 25-летие общества «Динамо», зональные соревнования, занимала первые места в кроссах. Физическая культура стала также важным звеном оздоровления личного состава. Зимой сотрудники ходили на лыжах, вечерами катались на коньках на своем стадионе и играли в волейбол и баскетбол.

Все это укрепляло здоровье сотрудников министерства, они меньше болели. Контроль за физической подготовкой осуществляли наши врачи.

Много сделано для укрепления материально-технической базы больнично-поликлинического объединения министрами И.А.Желновым, Я.И.Матвеевым, их заместителями В.Н.Задориным и Р.Н.Заппаровым. начальником медотдела Р.И. Пустоваловым. Построена поликлиника, здание аптеки и ОВВК, больница, приобретена современная аппаратура. Мы, старшее поколение, как и все сотрудники органов внутренних дел, участники Великой Отечественной войны благодарны руководству министерства за такую заботу о здоровье сотрудников.

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Фамилия: Красноперов

  2. Имя, отчество: Владимир Кузьмич

  3. Дата рождения: 26 июля 1924 года.

Родился в городе Сарапуле. Образование высшее, в 1956 году закончил пединститут г.Ижевска. С 1942-1944г.г. механик и шофер в Киясовском районе. В 1947-1949г.г. преподаватель лесомеханического техникума в г.Сарапуле. С 1949-1951г.г. – инспектор ГАИ МВД УАССР, с 1951-1953г.г. – ст.инспектор 2-го отделения ОМС УМ МГБ УАССР, в 1953-1954г.г. – начальник 1-го отделения ОМС УМ МГБ УАССР, с 1955 г. – начальник 2-го отделения ГАИ УМ МВД УАССР.

В 1956-1961г.г. – заместитель начальника ГАИ. В 1961-1975г.г. работал начальником ГАИ МВД УАССР. В 1975 году уволен по болезни в звании полковник милиции.

4. Награды: медали «За победу над Германией», «20 лет победы в Великой Отечественной войне 1941-1945г.г.», «50 лет Вооруженных Сил СССР», «За безупречную службу» 1,2,3 степени, знаки «25 лет Победы в Великой отечественной войне», «Заслуженный работник МООП», «Отличник милиции».

Владимир Кузьмич скончался от болезней в 1991 году.

В.К.Красноперов

Такими они были.

Годы, годы… Уходят, прихватывают с собой частичку нашего здоровья, сил. Уходят, оставляя в сердце и памяти зарубки, отметины, вехи, по которым можно вспомнить пережитое, лица и поступки тех, кто был когда то рядом и делал с тобой одно дело.

Победный 1945 год. Отгремели в майские дни последние залпы на фронтах Великой Отечественной войны. Потянулись к родным пепелищам эвакуированные, пошли на запад эшелоны с лесом и другими стройматериалами. Налаживаться стала мирная жизнь.

Народ ликовал. Победа еще недавно такая далекая и трудная, была завоевана неимоверной ценой. Наша Победа ! Время было знаменательным: распахнутые сердца, единый порыв сделать жизнь лучше, светлее. Оттаивали души людей.

Постепенно стали переходить на «гражданскую» продукцию многие военные производства и заводы. Стало спадать многолетнее напряжение в людях. И кое-кто решил, что теперь многое позволено, многое доступно. Участились правонарушения, случаи совершения преступлений с использованием огнестрельного оружия. У нас в республике этому способствовало наличие нескольких площадок по разделке трофейной техники, «трофейные дворы», где попадались и стрелковые системы и различное вооружение. К тому же, некоторые уволенные по ранениям и инвалидности офицеры и солдаты «прихватили» с собой трофейные пистолеты и револьверы. Достаточно сказать, что в первые послевоенные годы органами милиции изымалось в Удмуртии до 200 стволов огнестрельного оружия в месяц.

Нормированное распределение продуктов питания и промышленных товаров по карточкам, ордерам создавало благоприятную почву для совершения злоупотреблений и преступлений разными дельцами от торговли и снабжения. И если жесткие нормы законов военного времени как-то сдерживали их аппетит, то при переходе к мирной жизни они почувствовали некоторую слабинку.

Не все было благополучно и в кредитно-финансовой системе. За военное лихолетье рубль значительно обесценился, потерял покупательскую способность. На рынках, да и в магазинах тоже счет чаще всего шел на «сотни» и «тысячи». Нет-нет да и стали появляться в обращении фальшивки. Серьезное неблагополучие складывалось с несовершеннолетними: круглые сироты, безотцовщина – дети погибших на фронтах, пропавших без вести. Да разве мало было других причин беспризорности и безнадзорности детей.

Давали себя знать различные банды-группы из числа дезертиров. Малочисленные милицейские аппараты, особенно в сельской местности, не в состоянии были вести решительную борьбу с этими уродливыми явлениями. На рынках, базарах, привокзальных площадях шумело плескалось целое море всяких мошенников и пройдох: картежники и другие азартные игры на деньги и вещи.

Надо сказать прямо и откровенно – оперативная обстановка в республике складывалась исключительно напряженной. Преступный мир, не чувствуя больше смертельной угрозы попасть в штрафные батальоны и получить «вышку», приободрился и обнаглел.

В послевоенные годы министерство внутренних дел УАССР располагало довольно скудными силами, явно недостаточными для решения стоящих задач. И не всегда эти силы были достаточно квалифицированными.

Во время войны испытывался острый недостаток в кадрах, и на работу в органы милиции зачастую принимались люди с начальным образованием и даже малограмотные, с ограниченным кругозором, подчас с серьезными физическими недостатками.

Все вместе взятое привело к тому, что преступность стала расти по всем опасным видам – бандитизм, разбойные нападения, убийства, изнасилования, грабежи и т.д.. Подлила масла в огонь прошедшая амнистия. Многие уголовники-рецидивисты вновь принялись за старое – воровать, грабить, убивать. Характерно, что преступления тех лет стали отличаться повышенной тяжестью последствий, совершались с особой дерзостью и цинизмом.

Появились бандформирования и шайки типа «черных кошек», «Сизых орлов» и т.п. Нередко всякие слухи подогревали и без того сложную атмосферу, порождали страхи.

Способствовали росту уличных преступлений плохие условия жизни: отсутствие уличного освещения, темнота в подъездах домов и во дворах, слабая телефонизация населенных пунктов.

Если сказать кратко – сложное было время.

Крайнему ухудшению обстановки способствовала небывалая засуха, обрушившаяся на страну в 1946 году. Сгорали хлеба, травы, неуродились овощи. И без того скудные запасы продовольствия и сырья не получили подкрепления свежим урожаем. Еще одна великая беда навалилась на страну. Требовалось установить особый контроль буквально за каждым килограммом продовольствия, пресекать факты его разбазаривания или порчи, принимать активные меры к укреплению и восстановлению продовольственной базы сельского хозяйства.

Своевременно. В стране шла отмена карточной системы, проводилась денежная реформа и обмен облигаций госзаймов.

Министерство внутренних дел Удмуртской АССР (а ранее и одноименный наркомат) с 1943 года возглавлял полковник госбезопасности Ф.В.Баранов, 1909 года рождения. Сложный, и во многом противоречивый человек. Был важен и малодоступен, весьма строг. Ходил Баранов в темных очках, редко снимал с рук перчатки, двери любил распахивать ногой.

Командовал он жестко, требовал железной дисциплины, беспрекословного подчинения. Даже начальники служб считали, что такое отношение к подчиненным не шло на пользу делу. Но чего нельзя было отнять у Баранова, так это умения подбирать кадры, в первую очередь, руководителей управления милиции и начальников отраслевых служб. Стремились многие вопросы решать с его заместителями, и в первую очередь с Куманиным Н.А., лишь бы не попадаться лишний раз на глаза «самому».

Куманин Н.А., 1907 года рождения, работал в этой должности с 1943 по 1953г.г.. Спокойный, уравновешенный человек. Без комплекса «мании величия». Уволился Николай Анатольевич из-за болезни.

Несколько кратких справок по руководству управления милиции. Начальником управления с июля 1945 по март 1948 г.г. был Матвеев А.М.. Милиционер, оперуполномоченный. В войну работал начальником Воткинского и Сарапульского горотделов милиции, а с июля 1944 по апрель 1948г.г. занимал пост начальника управления милиции, одновременно являясь заместителем наркома, а впоследствии заместителем министра по милиции. Брал на себя руководство всеми крупными операциями.

Заместитель его, или как звал эту должность милицейский народ – «замнач», был подстать начальнику – Коробейщиков И.Я., 1911 года рождения, начинал службу с должности оперуполномоченного уголовного розыска Воткинского горотдела., затем работа в ОУР, в 1-м спецотделе, с 1941-1943г.г. – начальником ОБХСС Управления милиции. Знал работу досконально, многих научил тонкостям в работе, в деле профилактики и раскрытия преступлений. В должности заместителя начальника проработал с февраля 1943 по февраль 1947 г.г.. Потом был выдвинут на работу в УБХСС МВД СССР.

В период с апреля 1948 по июль 1950г.г. начальником управления милиции назначается Колосов М.И., 1903 года рождения, большой выдержки человек и работоспособности. Был он среднего роста, худощав, с седой шевелюрой. Побывал во многих передрягах, повидал много человеческого горя, трагедий, но не озлобился и не очерствел сам. Был справедлив. Нет – нет, да и промелькнет, бывало по лицу, добрая улыбка. Внимательный собеседник. Затем его откомандировали для прохождения дальнейшей службы в УМГБ Псковской области. Потом он вернулся в г. Ижевск и участвовал в воспитании молодых кадров.

Сменился и заместитель начальника управления, с апреля 1947 года им становится Поздеев А.М..

Уголовный розыск управления милиции возглавил Милованов С.Ф., 1910 года рождения. Талантливый организатор, умелый розыскник, порядочный человек. Это в его бытность начальником угрозыска, с 1945 по 1952г.г., заметно повысилась результативность службы, несмотря на осложнение обстановки в стране.

Подстать ему был и заместитель – Слесарчук А.И., 1904 года рождения. Милицейская биография его началась в 1928 году с рядового милиционера. Работал оперуполномоченным уголовного розыска в г.Харькове. В Удмуртию был откомандирован в 1942 году. Был начальником милиции Карсовайского и Ижевского РОНКВД, а с 1945-1951г.г. – заместитель начальника ОУР управления милиции.

В центральном аппарате ОУР и в отделениях милиции г.Ижевска проявили себя Щуклин А.С., Пелагин Н.Я., Горшенин Н.Г., Зиновьев С.В., Ардашев П.Т., Ветелин Г.С., Ившин Н.М., Останин М.Г. и многие другие.

Подлинной грозой преступников были такие сотрудники, как Павлунин Г.А. из Воткинской милиции, Калика И.Н. и Ушаков И.П. в Сарапульском горотделе.

Вполне уместно использование военной терминологии: передний край фронта борьбы с преступностью – уголовный розыск. Все, как на войне: разведка, яростные схватки, вплоть до применения оружия, ранения, а иногда и гибель сотрудников. И совсем не метафорой были слова о жизни и работе на грани смертельного риска. Так, 17 июля 1948 года, погиб старший оперуполномоченный ОУР Ижевского горотдела милиции лейтенант милиции Гусев А.С., бывший фронтовик.

Работая по розыску опасного преступника, Гусев заметил на центральном рынке, так называемом Сенной, похожего по приметам на преступника, человека. Пробрался сквозь толпу поближе, убедился, что это он и есть, разыскиваемый. Но тот заметил Гусева и попытался скрыться среди массы людей, поспешил к выходу. Однако уловка не прошла, Гусев настиг убегающего. И тут преступник, не вынимая оружия из кармана, выстрелил в упор. Тяжелое ранение, несмотря на усилия медиков, привело к смерти. Дважды был ранен на фронте, едва выкарабкался из госпиталей, а в мирное время бандитская пуля не пощадила…

А сколько десятков случаев ранений различной тяжести было нанесено огнестрельным и холодным оружием руками преступников рядовым милиционерам, участковым, оперативникам, бригадмальцам. Не счесть.

Огрызались уголовники яростно, жестоко. Но послевоенная милиция, приняв в свои ряды бывших солдат-фронтовиков, смело вступала в бой со злом, беззаветно охраняя жизнь и достоинство простых тружеников.

Начальником отдела ОБХСС управления милиции был Поздеев А.М.. Многие ступени «милицейской лестницы» прошагал этот человек – от паспортиста сельского отделения до оперуполномоченного уголовного розыска и БХСС, а работу завершил в должности заместителя министра внутренних дел УАССР. Его заместителя были в разное время: Шведчиков А.С., Рогознев Н.И.. Здесь же начинал в 1945 году с должности оперуполномоченного Швецов В.Д..В 1976 году подполковник милиции Швецов, заслуженный работник МВД СССР, уволился в запас с должности начальника отдела вневедомственной охраны МВД УАССР.

Своеобразным «золотым фондом» службы БХСС были: Никитин В.В., Зиновьев П.И., Обухов В.А., Красноперов В.А..

Другими службами руководили: Кукушкин П.А. – отдел борьбы с бандитизмом, Киршин В.Е .- паспортный отдел, Поздеев А.П. и Русских Ф.М. – служба ГАИ, Рогознев Н.И. – следственный отдел, Коньков А.Е. – отдел наружной службы, Микрюков Н.И. – финансовый отдел, Злотник А.Г. – отдел пожарной охраны, Мальцев И.Ф. – хозяйственный отдел, Островский В.П. – санчасть МВД.

В послевоенные годы 1945-1949г.г. наиболее заметными личностями в городских и районных подразделениях милиции были: Машковцев Г.В. (Алнаши), Жарков И.В (Грахово), Баженов Д.А. (Кизнер), Кузнецов К.П. (Балезино), Благодатских Ф.В. (Игра), Ветошкин А.Г. (Ува), Шемякин С.А. (Яр. Глазов), Веретенников Д.В. (Дебессы), Краев В.А. (Камбарка), Варламов А.М. (Кез), Ваулин П.С., Штеккурт Ф.Г. (Можга), Леонтьев А.В. (Нылга), Шлыков И.П. (Пудем), Ясонов С.Я, Береснев А.И. (Селты), Потапов Ф.Е. (Тыловай), Бисеров И.Е. (Ува), Завирохин А.М. (Шаркан).

Конечно же, невозможно перечислить и малую часть тех, кто работал в милиции в предвоенные, военные и послевоенные годы.

Надо дать небольшое пояснение тогдашней структуре городских и районных подразделений МВД МГБ в Удмуртской АССР в период 1946-1956г.г.

Начальник горотдела (райотдела) руководил целой системой различных служб, куда входила и милиция. Начальник милиции являлся одновременно и заместителем начальника городского (районного) отдела МВД-МГБ.

После демобилизации из Красной Армии в декабре 1945 года я вернулся на учебу в Сарапульский механический техникум. Война прервала учебу и мне надо было заканчивать 4-й курс. В 1947 году я успешно закончил учебу в этом техникуме, получил диплом с отличием. Этот диплом дал мне право на поступление в высшее учебное заведение и я подал все документы в приемную комиссию Ленинградской лесотехнической академии им. Кирова. Вскоре меня зачислили. Был решен вопрос и с работой: оставлен в техникуме в качестве преподавателя, а также инструктора практического вождения тракторов и тягачей. Так прошел 1948 год, наступил 1949 год. И тут жизнь приготовила мне серьезный повод для раздумий. Вначале со мной завели разговор в Сарапульском горотделе милиции, не хочу ли я поступить на работу в МВД. Затем пригласили в Ижевск в отдел кадров министерства. Беседовал со мной капитан Бабин А.М., начальник отделения. Уж очень не хотелось ломать тот образ жизни, что начинал потихоньку складываться. Потом состоялся разговор с начальником Сарапульского горотдела майором Кошкиным А.И., с директором техникума Тимофеевым С.И..

Вот так бывший преподаватель техникума оказался осенью 1949 года в списках личного состава отдела ГАИ Управления милиции МВД УАССР. Проверяли долго, но зачислили быстро. Получил обмундирование – снова гимнастерку да сапоги, ремень со снаряжением, фуражку со звездочкой. Не знал тогда, что становлюсь в милицейский строй почти на три десятка лет.

Мне и другим сотрудникам, пришедшим тогда в милицию, повезло, у нас были хорошие наставники. Где добрым словом, а иногда и строгой нотацией они воспитывали у молодых чувство высокой ответственности, душевную чистоту, порядочность. И поверьте, для нас не были чем-то абстрактным, книжным слова, сказанные Ф.Э.Дзержинским: «Милиционер, поставленный блюсти общественную нравственность, прежде всем сам должен быть безупречным. Понятие и представление о милиционере у населения должно быть связано только с честностью, справедливостью, законностью, вежливостью, культурностью и прочими лучшими качествами безупречных людей».

В военные и послевоенные годы, 1941-1947г.г., личный состав ГАИ решал задачи мобилизации транспорта для нужд Армии и народного хозяйства, осуществлял контроль за спецперевозками военной продукции, выполнял многие общемилицейские функции. Казарменное положение, работа по 12-15 часов, скудное питание. На рапорты и призыве в Армию – отказ. Фронту нужен поток оружия и надо его обеспечивать любой ценой. В этот период аппаратом ГАИ руководил Поздеев А.П.. Человек скромный, ответственный, исполнительный. Такого не надо понукать в работе, сыпать ему бесконечные указания по всяким мелочам. Тогда термин «исполнительность» понимался как порядочность, - пообещал, значит сделает как надо, без халтуры.

Отдел ГАИ, со дня образования, занимал помещение бывшего «Воинского присутствия». Здание находилось в г.Ижевске по ул.Красноармейской, наискосок от цирка. Сейчас на этом месте построен «Дом быта».

В год моего поступления на службу в 1949 году, начальником отдела был капитан милиции Русских Ф.М., грамотный специалист, разбирался в тонкостях дела. Был вспыльчив, но отходчив. Свои знания старался передать подчиненным, постоянно бывал на маршрутах и постах, много ездил по республике. Доверял подчиненным, не очень утруждая себя проверками исполнения, за что вскоре и поплатился переводом на работу с понижением. Но и там он пользовался заслуженным уважением, завершив свою службу в звании полковника милиции.

В состав отдела ГАИ входило структурное подразделение ОРУД – отделение регулирования уличного движения. Милиционерами-регулировщиками были преимущественно женщины, оставшиеся на службе еще с военных лет.

С 1939-1989 гг., ровно 50 лет, бессменным секретарем ГАИ была Мезрина Е.И. Шли годы, десятилетия, а она исправно и честно трудилась, провожая на отдых то одного, то другого начальника ГАИ.

1951 год. На пыльном и узком Якшур-Бодьинском тракте, я и Куринков А.В., несем патрульную службу. День клонился к вечеру, поток транспорта возрастал. Пост находился далеко от центра города, не было тогда ни зданий механического института, ни улицы Песочной. Кругом лес и через него гравийная дорога. Ни телефона, ни рации, плохо было с информацией. Она передавалась только во время инструктажа или с посыльным.

Около 17 часов к нам из города, подъехал знакомый шофер и передал, что полчаса назад машиной ГАЗ-АА «полуторка» были сбиты люди, вроде бы есть жертвы. Транспорт с места происшествия скрылся. Только Куринков завел свой мотоцикл для выезда в сторону центра, как мы увидели идущую навстречу «полуторку». Повиливала она из стороны в сторону, крыло смято. На требование остановиться водитель не реагировал, пошел на таран, едва увернулись. Сомнений не было – это он, да еще сильно пьян. Дальше его отпускать невозможно, озверел, мог натворить еще много бед. Нужно остановить. Куринков за рулем – я в коляске. Водитель едет зигзагами, от кювета до кювета. Пытаемся остановить сигналами. Куда там ! Жмет напролом. Мы приняли рискованное решение. Куринков подъехал сзади к левому борту машины и когда интервал сократился до 40 см, я одним махом перекинулся через борт в кузов. Прыгнул к кабине и грохнул рукой по металлической крыше. Это ошеломило пьянчугу настолько, что он резко затормозил, машину занесло. А потом, как говорят, дело техники. Отчаянно сопротивляющегося негодяя связали и доставили в горотдел. Там выяснилось, что он совершил два наезда на людей, в том числе и со смертельным исходом. Но ему не удалось уйти от наказания, милиция помешала.

В аппарате отдела ГАИ я проработал немного, около года. За это время прошел хорошую школу. С теплотой вспоминаю Т.Г.Кожевникова, Д.М.Шамшурина, И.И.Князева. Они учили: «Прежде всего разговариваешь с человеком, а не с нарушителем». Запомнил и взял на вооружение. Кстати, всегда помогало.

Выдвинули меня на самостоятельную работу – межрайонным госавтоинспектором. Определили участок: г. Воткинск и Воткинский район, Шарканский, Дебесский, Кезский и Кулигинский районы. Территория большая, да еще дважды в год надо было проводить технические осмотры всего автомототранспорта.

Машин по тем временам там было немного, около полутора тысяч единиц, но они были рассредоточены по мелким организациям, колхозам, МТС. Почти весь исправный автопарк в годы войны был мобилизован в армейские соединения. После 1945 года из частей и соединений начали списывать в народное хозяйство технику, не раз бывавшую в боях и различных передрягах. Много тогда совершалось аварий. То ту, то там опрокидывались автомобили, падали из кузовов люди.

Высокий уровень аварийности в те годы объяснялся многими причинами. Среди них: отсутствие автобусного сообщения между городами и как следствие, перевозка людей на попутных грузовых машинах и различных самоходных сельхозмеханизмах, тракторах; очень плохое состояние дорожной сети, практически разрушенной за годы войны и не восстановленной из-за нехватки людских и материальных ресурсов; низкая дисциплина водителей – пьянство, лихачество; эксплуатация неисправной техники.

Сказывалась и слабость линейного контроля. На всю Удмуртию существовало несколько межрайонных участков ГАИ, дислоцированных в городах Воткинске, Глазове, Можге и Сарапуле. Прилегающие к г. Ижевску районы обслуживались инспекторским составом отдела ГАИ методом постоянных командировок. Итак, на все районы республики было 5-6 госавтоинспекторов. Все силы.

Кроме линейного контроля, межрайонники должны были еще вести регистрационно-учетную работу, дважды в год осуществлять технические осмотры транспорта, представлять в горрайинспекции и ГАИ данные о состоянии машинного парка.

Вот и получалось, что единственной реальной силой контроля было подразделение дорожного надзора в г.Ижевске. В состав подразделения входило несколько старших инспекторов и инспекторов дорожного «пикета».

Иногда приходилось и туго. Особенно при задержании нетрезвого водителя и доставлении его в райотделы милиции или в ГАИ. Но бывшим солдатам было не занимать смелости и сноровки, а молодой энергии хватало и на дальние дороги и преодоление трудностей. Искренне верилось, что еще немного, еще чуть-чуть и все пойдет на лад.

Но вот при обращении граждан к тем или иным должностным лицам, в любой службе всегда ценилось умение вежливо, быстро и толково разобраться в сути вопроса и, если требовали обстоятельства, немедленно действовать. Иногда с риском для жизни.

Были отдельные случаи превышения власти, рукоприкладства, взяточничества со стороны отдельных сотрудников. Но с ними нещадно боролся весь личный состав подразделения. Обычно расследование по делам этой категории вела прокуратура республики и суды спуска не давали, наказание было по всей строгости.

Помнится случай с одним инспектором дорожного надзора. За вымогательство и получение взятки его осудили на 8 лет лишения свободы с содержанием в колонии строгого режима. И все были единодушны, что с ним поступили правильно, пусть не замахивается на честь коллектива.

Назревали большие перемены в жизни страны.

Министром был назначен полковник госбезопасности Зайцев И.С., 1906 года рождения. Заслуженный работник чекистских органов. За свою работу был награжден боевым оружием «За преданность делу пролетариата» в 1930 году, впоследствии был награжден тремя орденами «Красная Звезда», медалью «Партизан Великой Отечественной войны». Заслуженный офицер. Проработал он в Удмуртии до марта 1951 года, был откомандирован к новому месту службы.

Сменил его на этом посту полковник госбезопасности Стадухин П.Г.. Невысокого роста, пожилой, неразговорчивый человек, суровое выражение лица, скупые жесты. Но он умел устанавливать контакты с подчиненными. Удивляла его внимательность и умение понять собеседника. Под суховатой внешностью была человеческая душа. С первых дней своего назначения побывал во всех милицейских подразделениях города и республики. Не думаю, что он пришел в восхищение от увиденного. Подразделения милиции размещались в малоприспособленных зданиях, имели убогую мебель и оборудование. Многие здания требовали капитального ремонта.

Прямой противоположностью его был заместитель по кадрам Щуров. Этот любил покричать, пригрозить дисциплинарными мерами. Позднее перевели его к новому месту службы.

Сменился и начальник управления милиции. Колосова М.И. откомандировали в распоряжение УМГБ. Начальником управления милиции и заместителем министра госбезопасности был назначен подполковник Погорелов Н.Т., 1917 года рождения. Многое он повидал на своем веку. Работу начинал в Тракторозаводском горотделе управления госбезопасности города Сталинграда, прошел там всю войну. Но опыта милицейской работы у него не было. Всю оперативную работу вел его заместитель Поздеев А.М..

Поздеев А.М. родился в 1911 году. Отслужив в РККА «действительную», он в 1936 году поступил на работу в Глазовское отделение милиции. Был паспортистом, помощником оперуполномоченного, «опером» уголовного розыска и БХСС. Постепенно накапливались опыт и знания. Со временем он руководил паспортно-регистрационным отделом и ОБХСС. Работу знал в совершенстве. Не случайно, разработанные и проведенные Поздеевым крупные операции приносили успех. Подчиненных учил: «…прежде, чем браться за бумагу – думай !». Был страстным охотником, любителем природы.

Он считал своим долгом лично участвовать в оперативно-следственных мероприятиях по особо серьезным и запутанным делам. И еще одна характерная черта – «влезал» в черновую работу наравне с рядовыми оперативниками. Запомнилась его внешность. Высокий, крепкого телосложения с волевым лицом. Поражала его аккуратность во всем, чем он занимался.

Познакомился я с Поздеевым А.М. при довольно неожиданных обстоятельствах. Дело было так. Летом 1951 года я выехал на место дорожного происшествия, Беда произошла на крутом склоне от дер..Каменное к речке Конка. Именно здесь шофер не справился с управлением, замешкался с переключением передачи, а тормоза работали слабо. Машина набирая скорость, покатилась назад. В машине, перевозившей в бочках пиво, сидели попутные пассажиры. Видя, что машина покатилась под уклон, все более набирая скорость, пассажиры посыпались на дорогу. Через полсотни метров машина свалилась с насыпи, опрокинулась. Получив сообщение, я выехал на место происшествия. Но все обошлось сравнительно благополучно. Все на месте, не досчитались только грузчика. Стали искать. При внимательном осмотре места происшествия, обратили внимание на скомканный брезентовый полог, зависший между кабиной и передним бортом машины. Каково же было изумление, когда в нем оказался мирно спящий «пропавший без вести» грузчик. Даже опрокидывание машины не разбудило его. И смех, и грех .

Отправив на попутной машине потерпевших, занялся оформлением соответствующих документов. Проделав всю работу, выехал в отдел. По приезду меня вдруг вызвал Поздеев А.М. Зашел к нему, доложил. Он внимательно выслушал, посмотрел документы, сказал только одно слово «Хорошо..». И тут же устроил мне настоящую «головомойку». Дескать, не думал он, что теперь молодые люди могут расхаживать по кабинетам начальства в пыльных гимнастерках, нечищенных сапогах. Молча подошел ко мне и сам застегнул мне две верхние пуговицы на воротнике гимнастерки. Вогнал в краску. Я почувствовал себя неуютно. Все верно. Было время смахнуть пыль, проверить обмундирование и снаряжение. Поторопился…

Этот урок я запомнил на всю жизнь. Человеку непростительна неряшливость во всем: в одежде, в делах, в мыслях.

Руководство милицейских служб в «эмгэбэвский» период не претерпело больших изменений. Более существенные изменения произошли в периферийном звене – среди начальников горрайорганов милиции.

В связи с реорганизацией служб МГБ и последовавшим сокращением их штатов, на работу в милицию были переведены некоторые чекистские кадры. Кроме того, продолжавшееся увольнение в запас рядового и офицерского состава Советской Армии позволило несколько освежить аппараты районного звена.

Новое руководство МГБ стало обращать больше внимание на обстановку в подразделениях, постепенно заменяя убогую мебель и колченогую мебель, сохранившуюся во многих райотделах чуть ли не с первых дней Советского государства. Лучше стала работать телефонная связь, вводились более строгие правила служебной переписки и делопроизводства.

Было начато строительство жилых домов для сотрудников. Потом это вошло в традицию – строить жилье для личного состава.

Много было всяких изменений. И не все они носили прогрессивный характер. Создавалось впечатление, что кому-то нужен только внешний эффект. Даже форма одежды сменилась. И не в лучшую сторону.

Коренная реорганизация произошла и в службе Госавтоинспекции. В ведении отделов ГАИ оставили учет автомототранспорта, его регистрацию и квалификационную работу. Сделали ГАИ «технической канцелярией». Надзор и организацию движения транспорта подчинили отделам милицейской службы. Сам отдел разместился в здании бывшего горотдела милиции, напротив Летнего сада. В этом же здании помещался и Военный трибунал. Зловещее было соседство. Одна вывеска заставляла призадуматься.

Начальником отдела милицейской службы (1950-1952г.г.) был назначен Калинин А.И., 1904 года рождения. Он прошел суровую школу жизни, познал вкус трудного милицейского хлеба. До этого был начальником Шарканского, Карсовайского, Глазовского отделов, затем работал в г.г.Воткинске, Станиславе. Целая школа. Это был умный и доброжелательный человек. Разговаривал он спокойно, внимательно слушая собеседника. Не помню случая, чтобы он когда то сорвался, накричал. Даже при разбирательстве одного неприятного инцидента, при котором один из офицеров из-за халатного обращения с оружием чуть было не угробил своего товарища.

Начальником отделения службы (1-е отделение) был майор милиции Ваулин П.С., 1908 года рождения. Работать начал с 1935 года, был командиром взвода, занимал различные должности начсостава в Ярском, Як-Бодьинском, Можгинском отделениях милиции. Опытный, умелый работник. Практическую милицейскую работу он знал на зубок. Был умелым организатором постовой и конвойной службы, охраны порядка в общественных местах.

Начальником отделения боевой и физической подготовки (4-е отделение) был капитан Логинов А.А., 1907 года рождения. Боевой офицер, «крещение» принял в июне 1941 года. Комиссар отряда в составе Северо-Западного фронта, заместитель командира батальона. Хватил лиха. Строг, суховат, но сквозь очки смотрели на мир внимательные и ясные глаза. Затем его перевели на ответственную работу в г. Глазов. На этом посту его сменил капитан милиции Кармазиков И.Н.. Высок, смугл лицом, всегда опрятен. Знал свое дело хорошо..

Начальником отделения безопасности движения (ОБД) был капитан милиции Шамшурин Д.М., 1909 года рождения. Судьба уготовила ему трудные дороги. Легла на плечи форменная одежда еще в далеком 1932 году. А потом загромыхали фронты: Финский, Западный, Калининский, Степной, 1-й Украинский, 1-й Белорусский. Имел награды: три ордена «Отечественной войны», орден «Красной Звезды», медали «За боевые заслуги», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией»..

Вот с таким багажом он пришел в 1947 году в ГАИ УМ МВД УАССР. Подвижен, с острой реакцией, сильный, с хрипотцой «командный» голос. Почти во всем бескомпромиссен. Выше всего ценил в людях честность, порядочность. Сам всегда стремился любое дело решать по справедливости. Не терпел чванства. Помню его любимое словечко «опошлять» - «не надо опошлять своими поступками закон», «не надо опошлять подобными рассуждениями звание командира».

В ту пору старшими инспекторами отделения дорожного надзора были: Куринков А.В., Северухин И.П., Красноперов В.К., Саранчев Н.Е., Агафонов Н.Я. Несколько позднее в штат ОБД был зачислен Цаплин Б.Д.

В состав отделения входил и взвод РУД. Командовал им старшина милиции Татаринов В.Ф.. Много горя хватил он на этом посту. По «наследству» достался такой контингент, что редкий день обходился без неприятностей и недоразумений.

Отделение безопасности движения, кроме исполнения своих непосредственных функций, часто привлекалось к общемилицейским операциям. Постоянно оказывалась помощь нарядам постовых милиционеров в наведении порядка в очередях в дни продажи дефицита у промтоварных магазинов. Нервы у людей были сильно потрепаны, часто возникали настоящие драки и потасовки.

Наши инспектора дорожного надзора нередко участвовали в облавах и ночных рейдах. Личный состав набирался опыта милицейской работы, не отгораживал себя «спецификой ГАИ». Этому же способствовала и работа по единой дислокации с нарядами отделений и опердивизиона. Позднее вернулись к подобной организации постовой и патрульной службы, но уже совсем на других принципах и уровне.

Много было езды. За год инспекторские мотоциклы пробегали до 20 тысяч километров. И в зной и в стужу. Вспоминается Саранчев Н.Е., бывший десантник, отчаянный мотоциклист, настоящая гроза транспортных выпивох и прохиндеев. Любого лихача догонит. Но даже самые отъявленные нарушители на него зла не имели – разбирался по людски, справедливо, без натяжек.

В год задерживалось от 800 до 1000 водителей, управляющих транспортом в нетрезвом состоянии. Пресекалось много случаев краж и хищений различных грузов – от зерна до лесоматериалов.

В 1953 году меня назначили начальником первого отделения (отделения службы). В то время это подразделение отвечало за организацию работы постовых и патрульных милиционеров, участковых уполномоченных во всех горрайотделах милиции, осуществляло контроль за работой дежурных частей и КПЗ, Важной задачей была организация конвоирования арестованных на «вагонзаки». Надо сказать, что руководители многих районных отделений, удаленных от железной дороги, вынуждены были иногда задействовать весь личный состав на конвоирование арестованных и осужденных. Этапы шли пешком, по десятку и более километров в один конец, в любую погоду. Малейшая оплошность или неопытность конвоя … и готов побег

Замелькали одна за другой командировки. Не успеешь вернуться, скажем из Шаркана, как тебя там настигает сообщение о «ЧП» в другом райотделе и распоряжение начальника ОМС или управления милиции о немедленном выезде для разбирательства в составе бригады.

Было в подчинении отдела милицейской службы и строевое подразделение – оперативный дивизион. С давней поры существовала в г. Ижевске строевая часть. Вначале это был кавалерийский взвод, потом отдельный конвойный взвод. Вскоре различные взвода (конвойный, оперативный) объединили в одно целое – дивизион.

В период 1951-1956г.г. командовал дивизионом Мартынов В.Н., 1906 года рождения. Он умел находить общий язык со своими подчиненными, постоянно возился с молодежью. Не случайно опердивизион тех лет стал мощным резервом кадров для отраслевых служб.

Скажем, Береснев А.Ф., начинал свою службу милиционером опердивизиона в 1949-1952г.г. Опыт и закалка очень пригодились на работе в уголовном розыске. Закончил свою службу в милиции подполковник Береснев в должности заместителя начальника Октябрьского ОВД г. Ижевска в 1974 году.

Гребенкин В.И. в 1957-1961г.г. служил милиционером кавалерийского взвода, был потом участковым уполномоченным Ижевского горотдела, помощником дежурного по министерству. Затем вступил в командование родным дивизионом, поработал подполковник и в штабе МВД. Уволился по состоянию здоровья в 1984 году.

Гроза воров и жуликов Нургалеев М.С. начинал службу рядовым милиционером опердивизиона в 1946 году. Был потом участковым, инспектором ОУР МВД. За большие успехи в борьбе с преступностью майор милиции Нургалеев отмечен правительственными наградами, имеет высокое звание «Заслуженный работник МВД СССР».

Можно еще и еще перечислять десятки славных имен. Без преувеличения скажу, что воспитанники опердивизиона были чуть ли не во всех службах. Много на счету личного состава задержаний опасных преступников, потерь…

Так, в июле 1953 года погиб от рук грабителей милиционер кавалерийского взвода сержант милиции Зорин В.В.. Смелый и решительный человек кинулся на защиту пострадавшего, но силы были неравными. В схватке один из преступников выстрелил в милиционера. Рана оказалась смертельной…

Оперативным дивизионом осуществлялись крупные операции по прочесыванию лесных массивов, велось ночное патрулирование улиц города, поддерживался порядок во время массовых мероприятий, спортивных состязаний и праздников.

В 1952 году руководство отдела милицейской службы сменилось. Начальником отдела был назначен Пацюк Р.Г.,, 1912 года рождения. Старый, опытный «службист», начинал работу в должности участкового уполномоченного в г.Иркутске, затем там же «вырос» до начальника отдела службы и боевой подготовки. Так что дело он знал хорошо, во все вопросы вникал обстоятельно, любил новизну. Но был иногда резок. Его заместителем был Тютерев А.И., 1919 года рождения, бывший фронтовик, Прошел тернистый путь от курсанта и командира взвода до комбата. Хватил горького через край ! После увольнения в запас Советской Армии поработал и оперуполномоченным.

Служба моя шла успешно, но приходилось мириться с частыми командировками. Но скажу откровенно – работа в первом отделении ОМС помогла хорошо изучить Удмуртию, ее города и села.

Многому научился у некоторых начальников милиции. С теплотой вспоминаю Епанешникова С.Ф. (Кез), Конопелько И.И. (Можга), Варламова А.М. (Сарапул). Не любили эти мужики отсиживаться в кабинетах. Всегда впереди: на месте происшествия, на хозработах. Все делили поровну со своими подчиненными, и славу и житейские неприятности.

Март 1953 года… Разговоры с оглядкой, полушепотом. Дескать болеет «сам». А потом пришла команда поднять все милицейские подразделения по тревоге, боялись всяких осложнений в связи со смертью Сталина. Надо сказать честно: народ настолько привык к утверждениям официальной пропаганды неимоверных достоинств вождя, что смерть его воспринималась чуть ли не величайшей бедой и несчастьем для всей страны. Многие плакали, горевали. Все это было.

В связи с начавшейся реорганизацией органов госбезопасности и созданием КГБ СССР, милицию вновь передали в ведение министерства внутренних дел. Снова всевозможные перестановки, болезненная ломка сложившихся аппаратов, смена структур управления и форменной одежды.

Заместителем министра и одновременно начальником управления милиции МВД УАССР был назначен Кукушкин П.А. Многое можно рассказать об этом человеке. В управлении милиции МВД УАССР он проработал недолго с апреля 1953 до октября 1955 года, но оставил о себе добрую память. Всегда безукоризненно одет, ухоженная небольшая бородка с сильной проседью. Милицейская молодежь, за глаза, называла своего шефа ласково «дед» или «борода».

Он пользовался непререкаемым авторитетом, знал в совершенстве и любил опасное дело охраны порядка общества от всяких подонков. Начав свою деятельность связистом воздухоплавательного отряда РККА, он последовательно прошел многие ступени: райуполномоченный по борьбе с бандитизмом Очаковского ЧК, начальник оперотряда Кировоградского горотдела милиции, начальник уголрозыска Управления милиции УНКВД Харьковской области, начальник отделения, а затем и отдела по борьбе с бандитизмом, начальник отдела ОИТК. Последняя его должность – начальник управления милиции, он же заместитель министра МВД УАССР. Был награжден орденами: Ленина, Красного Знамени, Знаком Почетного работника милиции, боевым оружием.

Личность. Тонкий психолог. Старался привить молодым сотрудникам вкус к самостоятельности, к поиску правильных и быстрых вариантов действий. Он не терпел зазнайства, лжи, изворотливости. Всегда ровный в общении, в моменты уличения кого-либо во лжи свирепел. Речь становилась убийственно беспощадной. Однажды на оперативном совещании пришлось услышать как он отчитывал начальника милиции: «Вот вы только полюбуйтесь на него! Проспал операцию, из-за него ранен наш парень. Вместо того, чтобы с умом поработать, он перепоручил дело неопытным мальчишкам, а сам ушел спать. А сейчас приглашает нас слушать сольную партию из хора сирых да нищих…»

Личный состав знал: если попал под такой разнос _ добра не жди, к вечеру будет подписан приказ об увольнении.

Заместителем начальника Управления, куратором уголовного розыска и ряда других служб, в том числе БХСС, остался Поздеев А.М..

Вторым заместителем начальника, ведущим сугубо милицейские службы, был Капленко И.К.. Так сказать, из довоенного комсостава. Звание «лейтенант» ему было присвоено еще при выпуске из училища.. С первых дней войны - в боях, Калининский фронт, Сталинград, Волховский фронт.

Вот такими были наши учителя. Сама жизнь и они, наши учителя, воспитывали в нас твердость в решении вопросов, необходимость повышать свою квалификацию, быть преданным своему делу.

К этому я призываю и нынешнее поколение милиционеров.

С.П.Романова

Они сражались за Родину

Список сотрудников органов внутренних дел Удмуртии,

сражавшихся на фронте.

(на 1 декабря 2004 года)

Ф.И.О.

Место

жит-ва

Последнее место службы

1

Абашкин Алексей Михайлович

г.Ижевск

Ст.инспектор ОМТиХО

2

Анищенко Денис Антонович

г.Глазов

Зам.начальника ИТК-7

3

Антропов Николай Васильевич

г.Ижевск

Командир отделения

4

Багаева Ия Инокентьевна

г.Ижевск

Врач медотдела МВД УР

5

Бажин Юрий Иосифович

г.Ижевск

Старший контролер СИ-1

6

Балтачев Саубан Гимаевич

г.Глазов

Пожарный ВПЧ-2 ОПО-11

7

Беляев Анатолий Иванович

пос.Факел

Ст.следователь Сарапул.ГОВД

8

Блинов Аркадий Михайлович

г.Глазов

Старшина конв.охраны в/ч 6575

9

Блинов Александр Степанович

г.Ижевск

Деж.помощник нач-ка СИ-1

10

Богдановский Владимир Кириллович

г.Глазов

Начальник отдела в/ч 04201

11

Богушевский Федор Романович

г.Воткинск

Старшина ВПЧ-1 УПО-30

12

Божедомов Сергей Андреевич

г.Ижевск

Нач.отдела службы МВД УР

13

Борисов Иван Сергеевич

г.Ижевск

Ст.следоват Селтинского РОВД

14

Бородин Виктор Нефедович

г.Ижевск

Инсп.дежурн.Октябрьского РОВД

15

Бояршинов Анатолий Петрович

г.Воткинск

Зам.нач-ка Воткинского ГОВД

16

Будин Александр Иванович

г.Глазов

Ст.оперуполн.Глазовского ГОВД

17

Булдаков Александр Романович

г.Глазов

Командир взвода в/ч 3276

18

Васильев Николай Ильич

г.Глазов

Деж.помощник нач-ка ИТК-40

19

Вахрушев Алексей Александрович

г.Воткинск

Ком.взвода связи 449 батальона

20

Вершинин Николай степанович

пос.Яр

Инспектор дежурн. Ярского РОВД

21

Вишневецкий Иван Павлович

ст.Люга

Ст.контролер в/ч 6575

22

Владыкин Геннадий Семенович

с.Юкаменское

Оперуполн.Понинск. РО МВД УР

23

Возмищев Демьян Андреевич

г.Ижевск

Гл.бухгалтер ИТК-4

24

Воронцов Сергей Максимович

г.Ижевск

Инженер Лагпункта № 4

25

Ворончихин Всеволод Алексеевич

г.Глазов

Пом.инстр.профилактики УПО-30

26

Гаврилов Кирилл Васильевич

г.Ижевск

Пом.инстр.профилактики ВПЧ-8

27

Ганюшин Михаил Александрович

г.Воткинск

Ст.оперуполн.Воткинского ГОВД

28

Генералова Лидия Егоровна

г.Ижевск

Пом.инстр.профилактики ВПЧ-8

29

Гизатулин Зиатдин Гизатович

пос.Кизнер

Милиционер Кизнерского РОВД

30

Гильмугаянов Мирсагит Гильмугаянович

г.Ижевск

Командир отделения

31

Головизнин Михаил Иванович

г.Ижевск

Гл.инженер ИТК-4

32

Головин Виктор Григорьевич

г.Можга

Пом.ком.звода милиц.Можг.ГОВД

33

Голубев Василий Тихонович

г.Ижевск

Командир отделения ВПЧ-9

34

Городилов Николай Николаевич

г.Ижевск

Зам.нач-ка дежурного штаба МВД

35

Гребенкин Геннадий Иванович

с.Сюмси

Нач.отдел.охраны Сюмсинс. РОВД

36

Гуржей Валентина Алексеевна

г.Ижевск

Начальник медчасти ИТК-18

37

Гусев Петр Васильевич

г.Воткинск

Нач.медвытрезв.Воткинского ГОВД

38

Демьянов Арсентий Ильич

г.Ижевск

Милиционер на ст.Ижевск

39

Дерендяев Николай Сергеевич

пос.Кез

Инспектор БХСС Кезского РОВД

40

Дзюин Аркадий Васильевич

г.Глазов

Милиционер Глазовского ГОВД

41

Дмитриев Николай Константинович

г.Глазов

Ком.дивизиона Глазовского ГОВД

42

Дроздов Александр Антонович

г.Ижевск

Пом.инстр.профилактики ВПЧ-10

43

Дунаев Василий Александрович

г.Ижевск

Старший мастер связи ЦППС

44

Дюпин Виктор Павлович

п.Кизнер

Начальник Кизнерского РОВД

45

Ефремов Александр Григорьевич

г.Ижевск

Зам.начальника ИТК-1

46

Желтоухов Николай Васильевич

г.Ижевск

Нач.отдела капитального стр-ва

47

Зиновьев Сергей Васильевич

г.Ижевск

Начальник ИТК-4 УИН МВД УР

48

Зотов Георгий Максимович

с.Алнаши

Пом. Начальника лазарета

49

Иванов Андрей Иванович

г.Ижевск

Нач.оперативной части ИТК-4

50

Касаткин Митрофан Андрианович

г.Ижевск

Зам.нач-ка штаба МВД УАССР

51

Киреев Алексей Иванович

г.Ижевск

Начальник ИТК-1

52

Князев Михаил Андреевич

г.Ижевск

Зам.нач-ка паспортного отдела

53

Ковалышин Степан Иванович

г.Глазов

Старший по корпусу СИ-2

54

Колосов Геннадий Павлович

г.Ижевск

Старший мастер ГДЗС

55

Коробейников Иван Васильевич

г.Воткинск

Пом.инстр.профилактики ОПО-30

56

Коровкин Афанасий Дорофеевич

г.Ижевск

Старший по корпусу СИ-1

57

Коротаев Николай Петрович

г.Глазов

Милиционер Глазовского ГОВД

58

Коротаев Василий Егорович

г.Глазов

Начальник отделения ГАИ

59

Коротков Геннадий Владимирович

г.Ижевск

Зам.нач-ка штаба МВД УАССР

60

Косачев Николай Николаевич

г.Воткинск

Пом.инстр.профил. ВПЧ-1 УПО-30

61

Костяев Григорий Николаевич

г.Ижевск

Старшина 5 команды в/ч 6575

62

Кощеева Татьяна Андреевна

г.Ижевск

Ст.сотр. отдел оперслужбы МВД

63

Кузнецов Василий Иванович

г.Ижевск

Зам.начальника СИ-1

64

Кузнецов Гаврил Федорович

г.Ижевск

Ст.инсп.УР Индустриального РОВД

65

Кузьмин Леонид Иванович

г.Камбарка

Инсп.деж. Камбарского РОВД

66

Курабко Ефим Демидович

г.Глазов

Старший по корпусу СИ-2

67

Куракин Михаил Васильевич

г.Ижевск

Зам.начальника ИТК-1

68

Курочкин Алексей Никифорович

г.Ижевск

Зам.нач.отдела госпожнадзора

69

Ладыгин Илья Григорьевич

п.Яган-Докья.

Уч.инспект.Граховского РОВД

70

Липин Николай Петрович

г.Ижевск

Милиционер конвойного взвода

71

Логинов Александр Михеевич

ст.Азино

Деж.помощник нач-ка ЛТП-1

72

Мазаев Сергей Иванович

г.Ижевск

Зам.начальника УИН

73

Максимов Спиридон Григорьевич

с.Дебессы

Милиционер Дебесского РОВД

74

Маланин Федор Данилович

г.Ижевск

Старший контролер

75

Мансуров Василий Сабирович

г.Глазов

Инсп.-кинолог Глазовского ГОВД

76

Марьин Леонид Родионович

г.Глазов

Уч.инсп.милиции Ярского РОВД

77

Масленников Николай Алексеевич

г.Ижевск

Ком.отдел.Первомайского РОВД

78

Маслов Прокопий Степанович

г.Ижевск

Нач.паспортного отдела МВД

79

Маханов Сергей Иванович

г.Ижевск

Зам.нач.Первомайского РОВД

80

Мезрин Василий Аркадьевич

г.Ижевск

Ст.мастер связи ВПЧ-1

81

Миннулина Накия Зариповна

с.Шабердино

Нач.паспортного стола

82

Миронов Петр Николаевич

г.Ижевск

Пом.инстр.профил.ВПЧ-6 УПО-30

83

Мосеев Георгий Филиппович

г.Глазов

Отв.секр.парткомиссии 542 полка

84

Мулин Шайхенур Шархмулович

г.Ижевск

Нач.медвытрезв.Первом. РОВД

85

Наговицын Алексей Ильич

д.Двигатель

Пом.инстр.профил.ВПЧ-1 УПО-30

86

Назаров Клавдий Михайлович

г.Ижевск

Зам.нач-ка лаготделения

87

Нельга Лидия Михайловна

г.Ижевск

Начальник медчасти ИТК-4

88

Никитин Василий Никитьевич

г.Можга

Милиционер ОВО Можгинс.РОВД

89

Никитина Валентина Иосифовна

г.Ижевск

Нач.паспорт.отдел.Октябр. РОВД

90

Овсянников Александр Александрович

г.Ижевск

Милиционер механизир.дивизиона

91

Овчинников Василий Иванович

г.Ижевск

Нач.оперчасти ИТК-3

92

Пазухин Иван Григорьевич

г.Глазов

Начальник СИЗО-2

93

Пентегов Григорий Дмитриевич

г.Ижевск

Зам.нач-ка отдела кадров МВД

94

Перевозчиков Леонид Васильевич

г.Глазов

Уч.инспектор Глазовского ГОВД

95

Петков Василий Игнатьевич

г.Ижевск

Ст.следоват.Камбарского РОВД

96

Пономарев Михаил Иванович

г.Ижевск

Пом.инстр.профилатики ВПЧ-10

97

Прибылов Иван Степанович

г.Глазов

Нач.инженерной службы в/ч 3276

98

Пузырева Лидия Георгиевна

г.Ижевск

Ст.сотрудник оперслужбы МВД

99

Пчельников Петр Трофимович

г.Ижевск

Командир взвода УВО

100

Родионов Василий Михайлович

с.Красногорье

Следов.Красногорского РОВД

101

Седлов Василий Александрович

г.Ижевск

Пом.нач-ка ВХД в/ч 6575

102

Семенов Александр Павлович

с.Завьялово

Деж.пощник нач-ка ИТК-4

103

Сидоров Сергей Александрович

г.Ижевск

Ст.оперуполн.БХСС Балезнс.РОВД

104

Скорняков Николай Иванович

г.Ижевск

Инсп.дежурн.Октябрьского РОВД

105

Созыкин Петр Александрович

г.Ижевск

Ст.инсп.УР Ленинского РОВД

106

Созыкин Николай Евдокимович

г.Ижевск

Ст.контролер СИЗО-1

107

Соколов Александр Михайлович

г.Ижевск

Ст.контролер СИЗО-1

108

Сяктерев Антон Митрофанович

г.Ижевск

Врач-психоневролог ЛТП-2

109

Телицын Николай Маркович

г.Ижевск

Начальник ГАИ МВД

110

Теньсин Михаил Иванович

г.Ижевск

Ст.контролер СИЗО-1

111

Трофимов Василий Андреевич

г.Ижевск

Командир отделения ОВО

112

Туганашев Муртаза Туганашевич

п.Люга

Контролер 6 роты в/ч 6576

113

Тюлькин Александр Васильевич

г.Ижевск

Младший инспектор ВПЧ-10

114

Уразов Николай Дмитриевич

г.Ижевск

Участковый Индустриального РОВД

115

Урсегов Михаил Дементьевич

г.Ижевск

Ком.взвода Сарапульского ГОВД

116

Урсегов Денис Григорьевич

г.Воткинск

Начальник УПО-30

117

Устюжин Павел Викторович

г.Воткинск

Пом.инстр.профил.ВПЧ-2 УПО-30

118

Ушатиков Григорий Степанович

г.Воткинск

Зав.столовой 531 конв.полка

119

Филимонцев Иван Кузьмич

г.Ижевск

Зам.начальника ИТК-6

120

Филиппов Николай Васильевич

г.Глазов

Ст.пожарный ВПЧ-11

121

Филиппов Василий Андреевич

г.Ижевск

оперуполномоченный

122

Харитонов Елизар Николаевич

с.Кулика-Кез

Участк.уполном.Кезского РОВД

123

Чазов Иван Степанович

п.Лынга

Уч.уполном.Як-Бодинского РОВД

124

Чепкасов Иван Максимович

г.Сарапул

Зам.начальника ИТК-5

125

Черепанов Василий Васильевич

г.Ижевск

Старший инспектор штаба МВД

126

Череповский Иван Дмитриевич

г.Ижевск

Деж.пом.начальника ИТК-2

127

Черменина Юлия Николаевна

г.Можга

Начальник медснабжения

128

Чернобровкин Владимир Степанович

г.Ижевск

Пом.нач-ка хозчасти в/ч 6575

129

Черных Виктор Андреевич

г.Можга

Командир роты

130

Чикишев Федор Васильевич

г.Ижевск

Нач.медчасти ИТК-2

131

Чирков Павел Кузьмич

г. Можга.

Зам.нач-ка Можгинского ГОВД

132

Чубуков Петр Михайлович

г.Сарапул

Зам.командира взвода в/ч 6575

133

Шарипов Фарутдин Билалович

г.Воткинск

Ст.пожарный СВПЧ-6

134

Шашкин Михаил Григорьевич

г.Ижевск

Зам.начальника ИТК-1

135

Широбоков Сергей Матвеевич

п.Каркалай

Зам.начальника ИТК-3

136

Шутов Петр Семенович

г.Ижевск

Инспектор-кинолог

137

Щуклин Николай Васильевич

г.Ижевск

Зам.нач-ка Межобластной школы

Справочная карточка именной картотеки.

  1. Ф

    Фото

    амилия: Габитов

  2. Имя, отчество: Жорж Максимилианович

  3. Дата рождения: 26 сентября 1928 года.

  4. Служба в Советской Армии с 1948 по 1960 г.г.. Затем старший инспектор госпожнадзора, оперативный работник уголовного розыска.

Начальник Можгинского и Сарапульского ГОВД, начальник управления уголовного розыска МВД УАССР с 1978-1989 г.г..

Председатель Совета ветеранов органов внутренних дел и внутренних войск.

Заслуженный работник МВД СССР, Заслуженный работник правоохранительных органов Удмуртской республики

Ж.М.Габитов

Ветеранские заботы и тревоги.

Ветеранская организация сотрудников органов внутренних дел республики существует уже двадцать лет. Почти пятнадцать лет возглавлял ее Иван Корнеевич Капленко.

Сейчас это региональное общественное объединение охватывает пять с половиной тысяч бывших сотрудников МВД. В их числе 137 фронтовиков-участников Великой Отечественной войны, 185 участников трудового фронта, 750 инвалидов, почти восемьсот ветеранов УИН Минюста РФ и УГПС МЧС РФ.

На прошедшей в марте 2003 года четвертой отчетно-выборной конференции ветеранов отмечалось, что в последнее время число ветеранов и пенсионеров в нашем ведомстве значительно увеличилось, практически удвоилось. Работу пятидесяти ветеранских организаций в подразделениях возглавляет Совет ветеранов в составе 13 человек.

Основной заботой Советов ветеранов является защита социальных интересов всех пенсионеров МВД и в особенности фронтовиков, инвалидов войны и их вдов, оказание помощи семьям погибших сотрудников и военнослужащих. Вместе с тем мы стараемся всячески оказывать помощь руководителям органов внутренних дел и внутренних войск в решении задач укрепления правопорядка, в воспитании молодых сотрудников и воинов.

Советы ветеранов регулярно рассматривают на своих заседаниях вопросы социальной защиты ветеранов, их медицинского и лекарственного обеспечения. Остронуждающимся, одиноким, больным и престарелым, а также семьям сотрудников, погибших при исполнении служебного долга, оказывается посильная адресная материальная помощь. В истекшем году 1057 ветеранов получили адресную помощь на общую сумму 764 тысячи рублей. Совет ветеранов МВД и Удмуртская региональная общественная организация «Центр инвалидов-ветеранов МВД УР «Честь» за счет заработанных собственными усилиями средств оказали материальную помощь на общую сумму свыше двухсот тысяч рублей. Приказами министра и начальников подразделений выделено такой помощи на сумму более пятисот тысяч рублей.

Ветеранам за год выделено 19 квартир, установлено 11 телефонов, 180 ветеранов, проживающих в сельской местности, обеспечены дровами и углем.

Мы с благодарностью отмечаем, что большинство руководителей подразделений МВД не оставляют ветеранов без внимания, проявляя постоянную заботу о них. В прошлом году в госпитале медицинского отдела министерства прошли лечение 540 ветеранов, 127 из них выделены путевки в санатории, дома отдыха и профилактории, ветеранам-инвалидам выдано бесплатно лекарств на сумму 175 тысяч рублей. К юбилею МВД - 1583 ветерана награждены медалями «200 лет МВД России».

Мы понимаем, что такое внимание ветеранам необходимо как воздух, как спасительная надежда. Стало доброй традицией к юбилеям, знаменательным датам преподносить ветеранам подарки, посещать их на дому.

Члены Советов ветеранов принимают активное участие в воспитании молодых сотрудников. Председатели Советов ветеранов, почетные ветераны приглашаются на торжественные церемонии принятия Присяги, встречаются с молодежью в Музее МВД республики.

Восьмой год на базе культурного центра МВД работает ветеранский клуб «Улыбка», объединяющий около сотни бывших сотрудников. Совет клуба, возглавляемый Почетным ветераном МВД республики Тамарой Павловной Подлинных, за счет средств Совета ветеранов министерства проводит конкурсы, викторины, встречи с интересными людьми.

Совет ветеранов МВД совместно с Советом вдов и управлением кадров министерства активно организуют помощь и семьям наших сотрудников, погибших при исполнении служебного долга. На учете у нас 42 таких семьи. За каждой закреплено определенное подразделение, которое оказывает им адресную помощь и проявляет повседневную заботу. Так, для детей сотрудников, погибших в боевых действиях в Чеченской Республике, была организована двухнедельная поездка в Турцию.

Особо надо подчеркнуть работу Совета ветеранов по сбору и формированию материалов по истории и героическим традициям органов внутренних дел. В этих целях совершенствуется работа ветеранов с Музеем МВД республики. С их участием оформлены передвижные выставки, оформленные к Дню защитников Отечества, Дню милиции, оформлены красочные альбомы о ветеранском движении. Помимо Музея министерства сейчас созданы Музеи истории службы в ГИБДД, в Ижевском филиале Нижегородской Академии МВД РФ, в оздоровительном комплексе «Дзержинец», во всех управлениях, отделах и подразделениях оформлены уголки, летописи и альбомы об истории развития подразделений.

При поддержке Совета ветеранов вышли книги ветеранов МВД Г.В.Кочкарева «На страже интересов Российской империи», книга И.К.Капленко «На переломе», книги Р.Н.Заппарова «Записки полковника МВД», «Все остается людям», а также повесть «Сыщики».

Активно работают ветеранские организации многих подразделений. Особо следует отметить работу Советов ветеранов центрального аппарата МВД и его председателя Г.П.Кривилева, Можгинского ГОВД (начальник ГОВД А.Н.Федоров, председатель Совета Н.А.Закиров), Глазовского ГОВД (начальник Ю.Г.Шейко, председатель Совета Н.Е.Гавшин).

Так, в ветеранской организации Можгинского ГОВД активно участвует в работе более половины ветеранов. Руководством отдела милиции и Совета ветеранов создан общественный фонд социальной поддержки пенсионеров правоохранительных органов «Прометей», который на общественных началах возглавляет заместитель главы городской администрации А.А.Караваев. Фонд зарегистрирован в Минюсте республики и зарабатывает средства за счет оказания услуг по оформлению сделок по купле-продаже автомототранспортных средств.

Заслуживает особого внимания работа ветеранов практически оказывающих помощь в раскрытии преступлений и в борьбе с беспризорностью и наркоманией среди подростков. Удачно поставлена эта работа Советами ветеранов в Глазовском, Можгинском, Завьяловском, Селтинском, Ярском райотделах милиции. К сожалению не везде используется этот резерв. Отдельные руководители РОВД робко берут ветеранов на контрактную работу.

В целях повышения мастерства и закрепления в подразделениях молодых сотрудников республиканский Совет ветеранов МВД учредил для них четыре премии. Свидетельства и денежные премии в сумме 1000 рублей ежегодно вручаются молодым сотрудникам ко Дню милиции.

Наиважнейшей задачей ветеранских советов является патриотическое воспитание молодежи на боевых и трудовых традициях старшего поколения сотрудников органов внутренних дел. Наше поколение уходит в историю, и потому необходимо поспешить с передачей нравственных ценностей, жизненного опыта и лучших традиций милиции.

Современный кризис придает этому особую остроту. Развал Советского государства, экономики и нравственных устоев привел к огромным материальным и духовным потерям. Нас пытаются лишить памяти, разобщая народы великой страны по национальному признаку, вероисповеданию, профессиональной принадлежности. Сознательно искажают понятие патриотизма, любви к