Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Аналитические материалы'
По данным результатов выборочного обследования населения, проводимого Госкомстатом Украины по методике Международной Организации Труда, численность э...полностью>>
'Диплом'
Для підвищення ефективності суспільного виробництва необхідне постійне поліпшування економічної роботи на всіх ланках народного господарства. В цих у...полностью>>
'Задача'
Летний лагерь. Для одних это радость общения с друзьями, познание окружающего мира, для других – горечь непонимания, непризнания, безрадостный месяц, ...полностью>>
'Документ'
1. Підставою для внесення доповнень та змін до Правил є відповідні рішення органів місцевого самоврядування, які приймаються внаслідок обов’язкового ...полностью>>

Главная > Реферат

Сохрани ссылку в одной из сетей:

2 Современные теории в науке

“Фальсификация и методология научно-исследовательских программ” — труд жизни И. Лакатоса, обобщающий его философско-методологические идеи. Вместе со статьей “История науки и ее рациональные реконструкции” эта работа стала ответом “критического рационализма” на вызов, брошенный “историческим направлением” в философии и методологии науки, сторонники и последователи которого выступили за радикальную реформу современного рационализма.

Первый вариант был опубликован в 1968 г. как доклад, представленный “Аристотелевскому обществу” [94]. Настоящий перевод сделан с самой известной публикации И. Лакатоса: обширной статьи, помещенной в сборнике “Критицизм и рост знания”, ставшим важной вехой в эволюции философии и методологии науки нашего времени (Lakatos J. Falsification and the Methodology of Scientific Research Programmes / Criticism and the growth of Knowledge. Ed. by J. Lakatos and A. Musgrave. Cambr. Univ. Press. 1970. P. 91—195).

В 1973. г. эта статья вошла в сборник избранных трудов И. Лакатоса [98], а впоследствии неоднократно переиздавалась во многих сборниках и антологиях.

2.1 Методология, как трактует ее современный экономический словарь, это принципы построения методов, их научное обобщение.

Методология науки выступает теоретической основой теории познания. Приближение к истине в науке возможно только через непрерывное исправление ошибок, улучшение результатов, выдвижение все более совершенных гипотез.

* В своей работе И. Лакатос утверждает, что “методологические концепции можно анализировать, не обращаясь непосредственно к какой-либо эпистемологическои (или даже логической) теории и не используя при этом непосредственно никакого логико-эпистемологического способа критики. Основная идея моего подхода, — продолжает он, — состоит в том, что всякая методологическая концепция функционирует в качестве историографической теории или исследовательской программы и может быть подвергнута критике посредством критического рассмотрения той рациональной исторической реконструкции, которую она предлагает” (Лакатос И. История науки и ее рациональные реконструкции. Цит. соч. С. 238). Это означает, что “история может рассматриваться как “пробный камень” ее рациональных реконструкций” (там же. С. 239), то перед нами типичный “логический круг”; некоторые высказывания Лакатоса дают основания полагать, что он искал выход из этого круга с помощью категорий диалектики.

* Этот ставший хрестоматийным афоризм Лакатоса вызывал и вызывает серьезные возражения со стороны “исторически ориентированных” философов науки. “Кеплеру,—пишет К. Хюбнер,—пришлось бы отбросить свою теорию, если бы он следовал правилу Лакатoca. Кеплер мог, правда, благодаря своей теории предсказать некоторые новые, ранее неизвестные факты; но, с другой стороны, еще большее количество фактов, которые вполне согласовались с астрономией Птолемея и физикой Аристотеля, он не мог объяснить. К этим фактам, в первую очередь, относятся явления, которые — из-за отсутствия разработанного принципа инерции — заставляли отрицать вращение Земли. Поэтому нельзя утверждать, что теория Кеплера имела “дополнительное эмпирическое содержание” по сравнению с предшествовавшими ей теориями.. . Выражение “предсказание факта” не так ясно и просто, как представляется Лакатосу. Можно ли усматривать в предсказании факта теоретических программ, особенно когда предпосылкой такого предсказания является нечто рискованное, проблематичное или попросту глупое? Что касается открытия Кеплера, то разве сама приемлемость его предсказаний не ставится под вопрос тем фактом, что предпосылками их являются метафизические и теологические рассуждения?” (К. Хюбнер. Цит. соч. С. 105—106). к стр. 60.

И. Лакатос напоминает об афоризме, которым открывается его статья “История науки и ее рациональные реконструкции”: “Философия науки без истории науки пуста; история науки без философии науки слепа”. Этот парафраз кантовского изречения многократно цитировался и стал уже ассоциироваться с именем Лакатоса и его концепцией научной рациональности, проходящей постоянную проверку через сопоставление с историко-научными данными. Однако фраза эта была ходячей в среде европейских философов науки и не является каким-то изобретением Лакатоса. Одновременно с Лакатосом этот афоризм вводил в обращение К. Хюбнер (см.: Хюбнер К. Цит. соч. С. 115);

Впрочем, он перекликается с высказыванием А. Эйнштейна о связи между наукой и теорией познания: “Замечательный характер имеет взаимосвязь, существующая между наукой и теорией познания. Они зависят друг от друга. Теория познания без соприкосновения с наукой вырождается в пустую схему. Наука без теории познания (насколько это вообще мыслимо) становится примитивной и путаной” (Эйнштейн А. Собр. научн. трудов. Т. 4. М., 1967. С. 310).

И. Лакатос особенно интересовался первой трактовкой; то, что противоречивые теории не отбрасываются, а исследовательские программы, включающие эти теории, продолжают использовать свой потенциал положительной эвристики, по его мнению свидетельствовало о принципиальной ограниченности такой теории научной рациональности, которая не желает считаться с фактами реальной научной истории и практики, догматически настаивая на безусловном выполнении требований логики — анафематствования противоречия. Теория рациональности не сводится к логике — в этом и состоит один из важнейших уроков, которые методологическая концепция должна усвоить из обращения к истории науки, да и ко всей реальности.

Научная методология, в отличие от методик проведения конкретных экспериментов, это - не система уравнений или строгих правил, в которые можно подставить данные и автоматически вынести суждение об их достоверности. Это - лишь описание поддающегося языковой интерпретации части жизненного опыта, искусство конкретного ученого, который может быть с разной эффективностью и понятностью описан, как и любой профессиональный опыт, но не может быть полностью строго формализован. Знания не поддаются строгому описанию (см. Теорема Гёделя о неполноте).

С самого своего возникновения новый организм начинает познание мира методами, проверенными эволюцией от простейших, динозановров и питекантропов, повторяя эти методы последовательно в своем развитии, но применительно к текущим условиям. Для существующих условий и существующего тела, у человека нет ничего лучше. Но для человека характерна способность не удовлетворяться существующим, а резко менять условия и даже возможности своего тела, дополняя его техническими дополнениями и усилениями функциональности на осознаваемом уровне использования. И при этом, в дополнении к природным неосознаваемым методам познания стали необходимы так же более быстрые осознаваемые методы познания, которые и воплощены в научной методологии. Соответственно, знания приобретаются как бессознательно, так и осознано в науке совершенствования личных возможностей.
И это совершенствование всегда следует необходимости, а не наоборот: заранее, впрок совершенствовать некие умения очень психологически трудно и неэффективно.
Во-первых, внимание следует простой и универсальной формуле: его сила пропорциональна произведению значимости на новизну и, соответственно, знания приобретаются только в существенном поле возможных значений этих составляющих, - достаточной заинтересованности.
Во-вторых, просто невозможно заранее заготовить все возможное навыки для всех возможных существующих условий (а навыки закрепляются всегда только для определенных условий: если вы уверенно научились держать себя дома, то в незнакомой обстановке это умение окажется бесполезным).
Поэтому можно много лет изучать иностранный язык в школе, потом в вузе, но в результате толком не выучить, а, приехав в чужую страну, в течение нескольких месяцев начать говорить на гораздо лучшем уровне. Вот почему после школы (школьного обучения, практиковавшегося при социализме и сейчас в большинстве школ), в которой довольно глубоко изучается много предметов, выходят, по сути, невежественные люди, и самое важное - науку как познавать эффективно и достоверно, там не осваивают.

На все ли случаи жизни годится научный метод познания? Что делать с чудесами, с удивительными историями, рассказанными очевидцами, в правдивости которых грех сомневаться? Да и почти у каждого бывают совершенно необыкновенные "совпадения" которые просто не могут быть просто совпадениями. Они случаются однажды и более никогда не повторяются.
Те, кто ремонтирует приборы или исправляют ошибки в программах знают, что бывают случаи, когда лишь изредка возникает глюк неясного происхождения и затем все опять идет нормально. Причину такого глюка просто нет никакой принципиальной возможности установить до тех пор, пока он не станет постоянным. Такова жизнь :) Если что-то больше никогда не проявляется, то тем самым оно исключается из нашей жизни и возможности говорить о нем определенно.

2.2 М.Ломоносов о методологии

В творчестве Ломоносова с огромной силой и выразительностью раскрылись характерные черты научного гения: широта взглядов, большой круг и исключительная значимость решаемых задач, необыкновенная реальность поставленных целей, смелость и простота в подходе к сложным научным проблемам и их осуществлению.
Ломоносов выступал за самобытность и оригинальность отечественной науки. В то время, когда в силу сложившихся исторических обстоятельств было ещё мало русских учёных, он неустанно доказывал, "что может собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов Российская земля рождать".

Научные труды Ломоносова не только прокладывали пути современному знанию, но были устремлены в будущее. Его передовые идеи в течение многих десятилетий способствовали прогрессу науки. Он сделал смелую попытку дать материалистическую картину мира, основываясь на достижениях современного ему естествознания. Материалистическое понимание природы и ее закономерностей, глубокая уверенность, что любое явление, любой процесс, совершающиеся в природе, имеют свои материальные предпосылки, являлось исходным началом всего научного творчества ученого. Он был убежден в познаваемости природы и всех явлений, происходящих в ней. Первостепенное значение он придавал опыту, видя в нем надежное средство познания природы. Он указывал: "Один опыт я ставлю выше, чем тысячу мнений, рожденных только воображением".

Во все процессы экспериментальных исследований Ломоносов стремился широко внедрить методы количественных определений: линейных измерений, взвешивания, определения плотности, температуры, яркости и других сопоставимых показателей. Девизом учёного было: "По возможности пытаться исследовать все, что может быть измерено, взвешено и определено при помощи практической математики".

Ломоносов выработал свою научную методологию. Он считал, что, прежде чем создать на основе эксперимента научную теорию, следует разработать гипотезу, то есть научное предположение, предварительное логическое объяснение опытных данных, фактов и наблюдений. Гипотезы, -писал ученый, -"дозволены в философских предметах и даже представляют единственный путь, которым величайшие люди дошли до открытия самых важных истин. Это нечто вроде прорыва, который делает их способными достигнуть знание, до каких никогда не доходят умы низменных и пресмыкающихся во прахе".

От опыта через гипотезу к установлению строгой научной теории- таков был творческий метод Ломоносова. Он указал: "Я не признаю никакого измышления и никакой гипотезы, какой бы вероятной она ни казалась, без точных доказательств"  
Конечной целью научного исследования Ломоносов видел в установлении законов природы. По его мнению: "Если нельзя создавать никаких теорий, то какова цель стольких опытов, стольких усилий и трудов великих людей".

Энциклопедизм Ломоносова обусловил еще одну особенность его научного метода. он настойчиво пропагандировал и широко использовал в практике своих научных исследований идею союза наук, их взаимного обогащения. Подчеркивая необходимость комплексных исследований, в которых сочетались бы в интересах достижения общей цели методы нескольких наук, ученый утверждал: "Мы не сомневаемся, что можно легче распознать скрытую природу тел, если мы соединим физические истины с химическими". Не случайно Ломоносов явился одним из создателей физической химии.

Особенно большое значение Ломоносов придавал математике, рекомендую широко применять математические методы в других науках. Математику, - писал ученый, - "почитаю за высшую степень человеческого познания, но только рассуждаю, что ее в своем месте после собранных наблюдений употреблять должно". Эти слова созвучны нашему веку, когда методы математики получили большое распространение как в естественных, так и в гуманитарных науках. Идеи контакта наук и их тесная взаимная связь стала законом науки XX в. Именно на стыках двух или нескольких наук были достигнуты выдающиеся открытия современного естествознания. Из тесного союза наук выросли новые отрасли знаний- биохимия, биофизика, геохимия и др.

Достоверность обобщений и предположений проверяется экспериментально как прогноз соответствия реальности. При этом всегда должна быть такая методика эксперимента, которая позволяла бы опровергнуть предположение в случае его ошибочности. Именно такие эксперименты и являются наиболее корректной проверкой. Если принципиально невозможно придумать такого опровергающего эксперимента, то предположение не может исследоваться в рамках научного метода познания.
Результатом использования научного метода должно стать поддающиеся описанию (формализации) утверждение или система утверждений, основанная на достоверных эмпирических данных (аксиомах), которая описывает взаимосвязь явлений с возможностью реальных прогнозов состояний этой взаимосвязи в строго определенных рамках условий.

Отсутствие любой составляющей такого описания делает его не научным. Так, если есть утверждение, но не определены условия его применения, то это - не научное утверждение и его невозможно корректно использовать на практике, хотя в определенных случаях оно может давать удовлетворительные результаты.

2.3 Альфред Нобель о методологии изобретательства

Альфред Бернхард Нобель родился 21 октября 1833 г. в Стокгольме и стал четвертым ребенком в семье. Он родился очень слабым, и все его детство было отмечено многочисленными болезнями. В юношеские годы у Альфреда сложились тесные и теплые отношения с матерью, которые оставались такими и в более поздние годы: он часто навещал мать и поддерживал оживленную переписку с ней.

После неудачных попыток организовать свое дело по производству эластичной ткани для отца Нобеля наступили тяжелые времена, и в 1837 г., оставив семью в Швеции, он уехал сначала в Финляндию, а оттуда в Санкт-Питербург, где довольно активно занялся производством заряжаемых порошковыми взрывчатыми составами мин, токарных станков и станочных принадлежностей. В октябре 1842 г., когда Альфреду было 9 лет, вся семья приехала к отцу в Россию, где возросшее благосостояние позволило нанять для мальчика частного репетитора. Он показал себя трудолюбивым учеником, способным и проявляющим тягу к знаниям, особенно увлекающимся химией и физикой.

В 1850 г., когда Альфред достиг 17-летнего возраста, он отправился в продолжительное путешествие по Европе, во время которого посетил Германию,
Францию, а затем Соединенные Штаты Америки. В Париже он продолжил изучение химии, а в США встретился с Джоном Эрикссоном, шведским изобретателем паровой машины, который позже разработал проект бронированного военного корабля, так называемый «монитор». (Монитор (от англ. monitor -управляющий) - это низкобортное бронированное плоскодонное судно прибрежного и речного плаванья, отличающееся малой осанкой, похожее на верхнюю часть подводной лодки. Название произошло от первого корабля такого класса построенного северянами во время Гражданской войны в США 1861-1865 года. Последние корабли этого класса были построены во время Второй мировой войны).

Вернувшись в Санкт-Питербург через три года, Альфред Нобель начал работать в компании отца «Фондери э ателье меканик Нобель э Фий»
(«Фаундериз энд машин шопс оф Нобель энд санз»), находящейся на подъеме, которая специализировалась на производстве боеприпасов в ходе Крымской войны (1853-1856). В конце войны компания была перепрофилирована на производство машин и деталей для пароходов, строящихся для плавания в бассейне Каспийского моря и реки Волги. Тем не менее заказов на продукцию мирного времени оказалось недостаточно, чтобы покрыть брешь в заказах военного ведомства, и к 1858 г. компания стала переживать финансовый кризис. Альфред с родителями вернулись в Стокгольм, тогда как Роберти Людвиг остались в России с целью ликвидации дела и спасения хотя бы части вложенных средств. Вернувшись в Швецию, Альфред посвятил все свое время механическим и химическим экспериментам, получив при этом три патента на изобретения. Эта работа поддержала его последующий интерес к экспериментам, осуществлявшимся в маленькой лаборатории, которую его отец оборудовал в своем имении в пригороде столицы.

В это время единственным взрывчатым веществом для мин (независимо от их назначения – в военных или мирных целях) был черный порох. Тем не менее уже тогда было известно, что нитроглицерин в твердом виде является чрезвычайно мощным взрывчатым веществом, применение которого сопряжено с исключительным риском из-за его испаримости. Никому еще в то время не удалось определить, как можно управлять его детонацией. После нескольких непродолжительных экспериментов с нитроглицерином Эммануэль Нобель отослал Альфреда в Париж для поиска источника финансирования исследований (1861); его миссия оказалась успешной, т. к. ему удалось получить заем в сумме 100тыс. франков. Несмотря на уговоры отца, Альфред отказался от участия в данном проекте. Но в 1863 г. ему удалось изобрести практичный детонатор, который предусматривал использование пороха для взрыва нитроглицерина.
Данное изобретение стало одним из краеугольных камней его репутации и благополучия.

Один из биографов Нобеля, Эрик Бергенгрен, описывает данное устройство следующим образом: «В первоначальном виде... [детонатор] был сконструирован таким образом, что инициирование взрыва жидкого нитроглицерина, который содержался в металлическом резервуаре сам по себе или был залит в канал сердечника, осуществлялось взрывом более малого заряда, вставляемого под основной заряд, причем меньший заряд состоял из пороха, заключенного в деревянный пенал с пробкой, в которую был помещен воспламенитель».

Чтобы усилить эффект, изобретатель неоднократно изменял отдельные детали конструкции, а в качестве окончательного усовершенствования в 1865г. заменил деревянный пенал металлическим капсюлем, начиненным детонирующей ртутью. Изобретением этого так называемого взрывающегося капсюля в технологию взрыва был заложен принцип первоначального воспламенения. Это явление стало фундаментальным для всех последующих работ в данной области.

Указанный принцип превратил в реальность эффективное использование нитроглицерина, а в последующем – и других испаряющихся взрывчатых веществ как независимых взрывчатых материалов. Кроме того, данный принцип позволил приступить к изучению свойств взрывчатых материалов.

В процессе совершенствования изобретения лаборатория Эммануэля Нобеля пострадала от взрыва, унесшего восемь жизней, среди погибших оказался и 21-летний сын Эммануэля, Эмиль. Спустя короткое время отца разбил паралич, и оставшиеся восемь лет жизни до смерти в 1872 г. он провел в постели, в неподвижном состоянии.

Несмотря на возникшую враждебность в обществе по отношению к производству и использованию нитроглицерина, Нобель в октябре 1864 г. убедил правление Шведской государственной железной дороги принять разработанное им взрывчатое вещество для прокладки туннелей. Чтобы производить это вещество, он добился финансовой поддержки со стороны шведских коммерсантов: была учреждена компания «Нитроглицерин, лтд.» и возведен завод. В течение первых лет существования компании Нобель был распорядительным директором, технологом, руководителем рекламного бюро, начальником канцелярии и казначеем. Он также устраивал частые выездные демонстрации своей продукции. Среди покупателей значилась Центральная тихоокеанская железная дорога (на американском Западе), которая использовала выпускаемый компанией Нобеля нитроглицерин для прокладки железнодорожного полотна через горы Сьерра-Невада. После получения патентана изобретение в других странах Нобель основал первую из своих иностранных компаний «Альфред Нобель энд К°» (Гамбург, 1865).

Хотя Нобелю удалось разрешить все основные проблемы безопасности производства, его покупатели иногда проявляли небрежность в обращении со взрывчатыми веществами. Это приводило к случайным взрывам и гибели людей, к некоторым запретам на импорт опасной продукции. Несмотря на это, Нобель продолжал расширять свое дело. В 1866 г. он получил патент в США и провел там три месяца, добывая средства для гамбургского предприятия и демонстрируя свое «взрывающееся масло». Нобель принял решение основать американскую компанию, которая после некоторых организационных мероприятий стала называться «Атлантик джайэнт роудер К°» (после смерти Нобеля она была приобретена фирмой «E.И. Дюпон де Немур энд К°»). Изобретатель ощутил холодный прием со стороны американского бизнесмена, который страстно желал разделить с ним прибыль от деятельности компаний, производящих жидкую взрывчатку. Позже он записал: «По зрелому размышлению жизнь в Америкепоказалась мне чем-то неприятной. Преувеличенное стремление выжать прибыль
– это педантизм, который в состоянии омрачить радость общения с людьми и нарушить ощущение уважения к ним за счет представления об истинных побудительных мотивах их деятельности».

Хотя нитроглицериновая взрывчатка при правильном употреблении была эффективным материалом для взрывных работ, она столь часто была повинной в несчастных случаях (включая и тот, который сровнял с землей завод в Гамбурге), что Нобель постоянно искал пути стабилизации нитроглицерина. Он неожиданно натолкнулся на мысль смешивать жидкий нитроглицерин с химически инертным пористым веществом. Его первыми практическими шагами в выбранном направлении стало использование кизельгура (так геологи называют пористую осадочную породу, состоящую из кремниевых скелетов морских водорослей -диатомей), абсорбирующего материала. Он назвал эту смесь динамитом (от греческого слова "дюнамис" - сила). Смешиваемые с нитроглицерином, подобные материалы могли быть сформованы в виде палочек и вставляться в высверливаемые отверстия. Запатентованный в 1867 г. новый взрывчатый материал назывался «динамит, или безопасный взрывчатый порошок Нобеля».

Новое взрывчатое вещество позволило осуществить такие захватывающие проекты, как прокладка Альпийского туннеля на Сен-Готардской железной дороге, удаление подводных скал в Хелл-Гейте, расположенных вИст-Ривер (Нью-Йорк), расчистка русла Дуная в районе Железных Ворот или прокладка Коринфского канала в Греции. Динамит стал также средством ведения буровых работ на бакинских нефтепромыслах, причем последнее предприятие знаменито тем, что два брата Нобеля, известные своей активностью и деловитостью, стали так богаты, что их именовали не иначе как «русские Рокфеллеры».

Альфред был крупнейшим индивидуальным вкладчиком в компаниях, организованных его братьями.

Хотя Альфред располагал патентными правами на динамит и другие материалы (полученные в результате его усовершенствования), зарегистрированными в основных странах в 70-х гг. XIX в., ему постоянно не давали покоя конкуренты, которые крали его технологические секреты. В эти годы он отказался от найма секретаря или юрисконсульта, занятого на службе полный рабочий день, и поэтому вынужден был тратить много времени на судебные тяжбы по вопросам нарушения его патентных прав.

В 70-е и 80-е гг. XIX в. Нобель расширил сеть своих предприятий в основных европейских странах за счет одержанной победы над конкурентами и за счет формирования картелей с конкурентами в интересах контроля цен и рынков сбыта. Таким образом, он основал мировую цепь предприятий в рамках национальных корпораций с целью производства и торговли взрывчаткой, добавив к улучшенному динамиту новое взрывчатое вещество. Военное использование этих веществ началось с франко-прусской войны 1870-1871гг., но в продолжение жизни Нобеля исследование взрывчатых материалов в военных целях было убыточным предприятием. Ощутимую выгоду от своих рискованных проектов он получал как раз за счет использования динамита при сооружении туннелей, каналов, железных дорог и автомагистралей.

Описывая последствия факта изобретения динамита для самого Нобеля,
Бергенгрен пишет: «Не проходило дня, чтобы ему не приходилось столкнуться лицом к лицу с жизненно важными проблемами: финансирование и формирование компаний; привлечение добросовестных партнеров и помощников на управленческие посты, а подходящих мастеров и квалифицированных рабочих – для непосредственного производства, которое чрезвычайно чувствительно к соблюдению технологии и таит в себе массу опасностей; сооружение новых зданий на удаленных строительных площадках с соблюдением запутанных норм и правил безопасности в соответствии с особенностями законодательства каждой отдельной страны. Изобретатель со всем пылом души участвовал в планировании и введении в действие новых проектов, но редко обращался за помощью к своему персоналу в проработке деталей деятельности различных компаний».



Скачать документ

Похожие документы:

  1. И. О. авторов публикации Название доклад

    Доклад
    Научно-техническая конференция "Инженерное и информационное обеспечение экологической безопасности в Тамбовской области." Тамбов, ТГТУ, 1998, С.
  2. Методические указания по выполнению контрольной работы для бакалавров, студентов дневной и заочной форм обучения, магистров экономических специальностей Тамбов 2009

    Методические указания
    Методические указания по выполнению контрольной работы для бакалавров, студентов дневной и заочной форм обучения, магистров экономических специальностей
  3. Планирование на предприятии методические указания по выполнению контрольных работ для студентов 4 курса заочного отделения

    Методические указания
    Даны методические указания по выполнению контрольных ра­бот для студентов 4 курса заочного отделения специальности 080500 "Экономика и менеджмент"и для иностранных студентов.
  4. Методические рекомендации по выполнению контрольной работы для бакалавров, студентов дневной и заочной форм обучения, магистров экономических специальностей Тамбов 2009 (1)

    Методические рекомендации
    Методические рекомендации по выполнению контрольной работы для бакалавров, студентов дневной и заочной форм обучения, магистров экономических специальностей
  5. Методические рекомендации по выполнению контрольной работы для бакалавров, студентов дневной и заочной форм обучения, магистров экономических специальностей Тамбов 2009 (2)

    Методические рекомендации
    Методические рекомендации по выполнению контрольной работы для бакалавров, студентов дневной и заочной форм обучения, магистров экономических специальностей

Другие похожие документы..