Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Виражаючи інтереси суспільства в різних сферах життєдіяльності, держава будує відповідну політику – економічну, соціальну, правову тощо. Одним із зас...полностью>>
'Методические рекомендации'
самостоятельности как черты индивидуальной и значительных профессиональных качеств студента, суть которых состоит в умении систематизировать, планиро...полностью>>
'Доклад'
Одним из наиболее распрастранённых в истории типов политических систем является авторитаризм. По своим характерным чертам он занимает как бы промежут...полностью>>
'Автореферат диссертации'
Защита состоится «30» ноября 2011 г. в 13.00 часов на заседании Диссертационного совета Д 212.136.03 при Московском государственном гуманитарном унив...полностью>>

Главная > Книга

Сохрани ссылку в одной из сетей:

Становление и развитие системы подготовки офицерских кадров для Вооруженных сил России (историко-социологический аспект)

В 1909 г. на прилавках книжных магазинов Санкт-Петербурга появилась книга известного русского военного теоретика П.А. Режепо «Офицерский вопрос». Свой анализ командного состава армии один их тех, чье имя сегодня неизменно упоминается в ряду первых отечественных военных социологов, начинал словами: «…корпус начальников – основание победы, залог правильной боевой деятельности армии…» [5, с.3]. Едва ли по прошествии столетия найдется человек, способный усомниться в их актуальности и точности характеристики роли командира, как в бою, так и в мирное время. Костяк командного корпуса современных Вооруженных сил составляет их офицерский состав – специфическая социальная группа, всегда занимавшая в структуре советского, а позже российского общества особое место, отличавшаяся высокой организованностью, развитыми корпоративными связями, характером отношений с органами государственной власти.

Но офицерами не рождаются. На подготовку и становление кадрового армейского (флотского) офицера уходят долгие годы, начиная со стадии оптации, определяемой временными рамками от 12 до 16 лет, и до периода достижения профессионального мастерства включительно. Решающим этапом на этом пути является обучение в специализированных военно-учебных заведениях, традиционно составляющих основу системы подготовки командных кадров для армии и флота. Социальные изменения в обществе и Вооруженных силах на протяжении последнего десятилетия ХХ века обусловили возникновение в этой системе целого ряда противоречий, важнейшим из которых выступает несоответствие уровня подготовки выпускников вузов МО РФ реальным потребностям военной организации. Поиск путей оптимизации системы военного образования требует обращения как к историческому опыту ее развития в России, так и к современным научным данным изучения ее эффективности.

Как известно первые военно-учебные заведения (военные школы) в России появились в конце XVII – начале XVIII века в Москве: в 1698 г. - Военно-артиллерийская школа при бомбардирской роте лейб-гвардии Преображенского полка, в 1701 г. - Школа математических и навигацких наук. Уже тогда курс подготовки военных профессионалов предусматривал освоение ими как общеобразовательных (грамматики, арифметики, геометрии, тригонометрии), так и специализированных дисциплин. В школе математических и навигацких наук, например, изучалась математическая география, астрономия, черчение, геодезия, навигация и другие дисциплины, в военно-артиллерийской школе – фортификация и артиллерия. Теоретический материал закреплялся на практических занятиях. Учащиеся высших классов навигацкой школы проходили обязательную практику на морских кораблях, судостроительных верфях, на прокладке дорог и т.п. Наиболее успешным ученикам открывалась дорога в самые престижные гвардейские части, к производству в офицеры. Несмотря на ограниченность срока обучения, колебавшегося, в основном, от двух до четырех лет, военные школы, созданные Петром I, стали краеугольным камнем, положенным в фундамент научного образования артиллеристов, военных моряков и инженеров русской армии. Вместе с тем, первые военно-учебные заведения не могли дать молодым дворянам полного и разностороннего общего образования и на должном уровне подготовить их к воинской службе в офицерских должностях. Воспитанники имели в целом слабую гуманитарную и недостаточную физическую подготовку. Короткий срок обучения не позволял также в полной мере дать будущим офицерам «военную закваску», более целенаправленно воспитывать их в духе следования воинским традициям, уставу, армейскому образу жизни. Но больше всего не удовлетворяло то, что количество выпускников школ перестало соответствовать постоянно возрастающим потребностям в офицерских кадрах. Все это обусловило дальнейшее совершенствование системы подготовки командных кадров для армии и флота, создание новых военно-учебных заведений закрытого типа с более длительным, чем в военных школах, сроком обучения – кадетских корпусов.

Первыми военно-учебными заведениями подобного типа в России в начале XIX века стали 1-й и 2-й кадетские корпуса в Петербурге и 1-й Московский кадетский корпус. Число этих «кузниц командных кадров» систематически увеличивалось, и уже к началу XX века в Российской Империи был 31 кадетский корпус. В различных местностях и окруженные различными условиями эти учреждения жили совершенно одинаковой внутренней жизнью и имели совершенно одинаковую систему образования и воспитания будущих военных профессионалов. Поначалу все корпуса делились на две группы: первой группы – непосредственно готовившей офицеров, и второй группы, имевшие пятилетний общий курс, по завершении которого воспитанники переводились в корпуса первого класса.

Кадетские корпуса в России были ни с чем не сравнимым, особым миром, из которого выходили крепкие духом, сплоченные между собой, образованные и дисциплинированные офицеры, воспитанные в идеях непоколебимой преданности Царю и Отечеству. Однако к середине XIX столетия в системе подготовки офицерского состава вновь обнаружились определенные проблемы. Так до середины 1860-х годов военно-учебные заведения могли обеспечить всего около одной трети офицеров, необходимых армии, а потому корпус офицеров большей частью комплектовали из вольноопределяющихся и унтер-офицеров, прослуживших определенный срок и выдержавших легкий экзамен. Недостатки в подготовке этой части командного состава были обнаружены еще до Крымской войны.

Поражение в Крымской войне 1853-1856 гг. показало необходимость ликвидации не только отдельных недостатков, связанных со строительством армии и флота, но глубокой военной реформы, идейным вдохновителем и непосредственным организатором которой стал Д.А. Милютин – военный министр Александра II. цель реформы состояла в создании массовой армии, более эффективных структур и форм управления войсками, ликвидации выявившейся военной отсталости России. Особое внимание при этом вновь было обращено на подготовку офицерских кадров. Кадетские корпуса потеряли право производить своих выпускников в офицеры и стали подготовительными учебными заведениями, готовящими молодых людей к поступлению в офицерские училища, первые из которых были открыты в 1863 г. (Константиновское и Павловское пехотные училища в Петербурге, Александровское в Москве). Их воспитанники назывались юнкерами и выпускались младшими офицерами. В строевом отношении такие учебные заведения представляли собой батальоны по 300 юнкеров, время учебы в них засчитывали в качестве действительной военной службы. Кроме воспитанников кадетских корпусов и военных прогимназий в возрасте не моложе 16 лет туда принимали также выпускников гражданских средних и высших учебных заведений, а также вольноопределяющихся. Формально в военные училища разрешали поступать независимо от сословной принадлежности (хотя на практике этот принцип соблюдался далеко не всегда). Срок обучения в военных училищах составлял два года. Выпускали юнкеров в зависимости от успехов по трем разрядам:

- окончившие училище по I разряду (не менее 8 баллов в среднем по военным предметам, не менее 6 - по остальным и не менее 9 - по поведению и знанию строевой службы) становились подпоручиками, а лучших могли прикомандировать к гвардейским частям для перевода в них после годичного испытания и по представлению гвардейского начальства;

- окончившие курс по II разряду (не менее 7, 5 и 8 баллов соответственно) получали звание прапорщика;

- окончившие курс по III разряду (все прочие) поступали в полки портупей-юнкерами на шесть месяцев, после чего их производили в офицеры без дополнительного экзамена и сверх вакансий [2].

Объем и содержание предметов специального класса в военных училищах были обусловлены необходимостью получения знаний для командования батальоном. Здесь изучали тактику, воинские уставы, военную топографию, полевую фортификацию, сведения об оружии, о военной администрации, военное судопроизводство, военную географию, военную гигиену, иппологию (науку о лошадях) и др.

Все будущие офицеры жили на казарменном положении в полном соответствии с жесткими правилами внутреннего армейского распорядка и воинской дисциплины. Военная муштра быстро переделывала вчерашних гимназистов, семинаристов, студентов в заправских юнкеров, а бывших кадетов и переделывать было не надо – с армейскими порядками их знакомили еще в детстве. Юнкера всегда гордились своей отменной выправкой, на строевых смотрах роты ожесточенно соревновались одна с другой. В строевой подготовке, как, впрочем, и во всех других солдатских премудростях, юнкера второго года обучения выступали в роли наставников и опекунов своих младших товарищей. Здесь, конечно, не обходилось без традиционного превосходства старшекурсников, однако нравы, бытовавшие в бурсах, гимназиях (напоминавшие современную «дедовщину»), изначально воспринимались как абсолютно несовместимые с юнкерской, а стало быть, и офицерской честью [3].

Перед 1-й мировой войной в России существовало более 20 военных училищ (пехотные, кавалерийские, казачьи, артиллерийские, инженерное и военно-топографическое). Специальную подготовку к поступлению в них давали военные гимназии, имевшиеся почти во всех губернских городах России.

Усовершенствование знаний офицерских кадров осуществлялось в школах по родам войск: в 1912 году существовали стрелковая, кавалерийская, гимнастическо-фехтовальная, воздухоплавательная, электротехническая и другие школы. Кроме того, высшее военное образование офицеры могли получить в военных академиях, которых насчитывалось шесть. Таким образом, к концу XIX – началу XX века в России сложилась и успешно функционировала трехступенчатая система военного образования, возглавляемая Главным управлением военного образования при Военном министерстве: дающие общее и начальное специальное образование, основное профессиональное, и высшее профессиональное. Характерными чертами этой системы являлись:

- высочайший статус ратной службы, офицера и, соответственно, учащегося военно-учебного заведения, не подкрепляемый существовавшим уровнем материального обеспечения;

- выраженная патриотическая направленность в воспитании будущих офицеров, формировании у них беззаветной преданности государю и Отечеству, нерушимой верности воинскому долгу;

- «ограждение» воспитанников военно-учебных заведений от вопросов государственной политики, что во многом обусловливало их отчуждение от студенчества, в большинстве своем смотревшего на военную среду как на нечто реакционное и враждебное;

- жесткая и разветвленная система дифференциации выпускников при их распределении и назначении на должности по окончании военных училищ в зависимости от результатов обучения. Так, например, наиболее жесткая и объективная система оценки знаний существовала в самом привилегированном военно-учебном заведении того времени – Пажеском корпусе. Зачисление сюда производилось только по высочайшему повелению и только детей лиц, имевших чин не ниже генерал-лейтенанта или тайного советника, на основе тщательного отбора и в зависимости от личных заслуг воспитанников, а не знатности родителей. Обучение в корпусе длилось семь лет, в том числе два года в специальных классах. Пажи, не удовлетворявшие требованиям перевода в специальные (высшие) классы, из корпуса увольнялись;

- спартанские условия быта и жизнедеятельности будущих командиров на протяжении всего времени обучения, практически не отличавшиеся от солдатских (например, суточный паек юнкеров (около 25 копеек в начале 1890-х годов) был только на 10 копеек выше солдатского;

- существование и всяческая поддержка на самом высоком уровне формальных и неформальных специфических традиций военно-учебных заведений, отражавших дух товарищества и взаимопомощи не только для близкого круга друзей, но, как минимум, для всех юнкеров своего училища, направленных на защиту юнкерской чести и достоинства, недопустимость обмана, приносящего вред окружающим, одобряющих лихость и отвагу;

- возможность продвижения по карьерной лестнице как в зависимости от социального статуса, так и в зависимости от личных заслуг;

- возможность оставления службы по личному желанию.

Положительный опыт формирования офицерского корпуса в дореволюционной России активно использовался в Советской Армии. Еще в годы Гражданской войны и военной интервенции была организована сеть высших и средних военно-учебных заведений (военные академии, военные школы) и различных курсов, которые осуществляли подготовку командных кадров для армии и флота. Позже в связи с активным развитием новых видов вооружений и техники, возникновением новых и ликвидацией старых видов войск, колоссальным опытом ведения боевых действий в годы Великой Отечественной войны в системе военного образования были произведены существенные изменения, сводившиеся не только к увеличению количественного состава выпускавшихся офицеров и видовой (родовой) дифференциации ввузов. Неуклонно продолжающееся техническое оснащение войск, развитие штатно-должностной структуры и ее функциональной спецификации потребовали более глубокой специальной профессиональной подготовки обучаемых, которая дала возможность выпускникам вузов получать диплом о высшем образовании. При этом программа обучения позволяла за счет максимального сокращения «гражданской» составляющей образования сохранять необходимый уровень их общевоенной и военно-специальной подготовки. В качестве наиболее характерных черт советской системы военного образования можно выделить следующие:

- высочайший статус защитника Отечества и, соответственно, курсанта вуза, подкрепляемый высоким уровнем получаемого образования, а также высоким уровнем материального обеспечения офицерского состава;

- выраженная политическая и партийная ориентация подготовки командных кадров, направленная на формирование у будущих офицеров беззаветной преданности Коммунистической партии, Родине и советскому народу, нерушимой верности воинскому долгу. Партийная принадлежность офицера зачастую являлась залогом его успешной карьеры;

- акцент в подготовке курсантов на воспитание, стержнем которого выступала идеологическая подготовка, «объяснявшая» будущим офицерам ради чего собственно они должны идти на самопожертвование, быть готовыми погибнуть в бою;

- достаточно жесткая система отбора, позволявшая на основе высоких конкурсов на поступление в ввузы отбирать действительно лучших из лучших как в физическом, так и в общеобразовательном отношении;

- многоступенчатая система подготовки, начиная с начальной военной подготовки в школах, Суворовских и Нахимовских военных училищ и национальных военных школ в союзных республиках и, заканчивая Академией Генерального штаба;

- широкое привлечение к службе в качестве офицеров (на квотной основе и даже часто в ущерб общеобразовательной подготовке) «национальных кадров» – юношей из союзных республик;

- дифференцированный подход к распределению выпускников на основе показателей в учебе. Однако в 1970-80-е годы начинает появляться такое явление как протекционизм, выражавшийся в подборе «теплых» мест для детей элиты, обеспечении им «зеленого коридора» на пути к вершинам карьеры;

- корпоративная закрытость военной организации, ограниченные возможности выхода из нее по личному желанию офицера;

- отлаженная система социального обеспечения и гарантий всем военнослужащим и офицерскому составу в частности.

Вступление России в новый исторический период своего развития, изменение общественно-политического уклада и экономических основ существования общества мгновенно отразились на его военной организации. Урон, нанесенный Российской Армии и Флоту в течение первых пятнадцати лет их существования в условиях нового государства только в результате непродуманной военной политики руководства страны, направленной на сближение с Западом «любой ценой», оказался сопоставим по своим разрушительным последствиям с настоящей войной. А ведь были еще и реальные боевые действия на Северном Кавказе. Ситуация, сложившаяся в Вооруженных силах в начале третьего тысячелетия на самых разных уровнях откровенно характеризовалась как катастрофическая, несмотря на «позитивные результаты» только что завершившейся военной реформы.

На фоне общего упадка в стране и армии вполне естественными оказались проблемы, связанные с военным образованием и подготовкой командных кадров. Отсутствие конкурсов на поступление в военно-учебные заведения, высочайший уровень отчисляемости курсантов (до 7-8 тыс. человек в год) [4, с.63], катастрофическая нехватка средств на обеспечение учебного процесса, устаревающая материальная база – вот лишь часть печальных последствий военной политики государства, с которыми военные вузы вступили в третье тысячелетие. По словам тогдашнего начальника Службы кадровой и воспитательной работы ВС РФ генерала-армии Н. Панкова, вузы были не в состоянии компенсировать ежегодную убыль офицеров с военной службы, а уровень военно-профессиональной подготовленности значительной части выпускников к выполнению задач по должностному предназначению не соответствовал требуемому [6, с.3]. Характерно, что специфика проблем, с которыми столкнулись военные вузы, состояла в их комплексном межотраслевом характере, «внешнем» по отношению к вузам происхождении. Поэтому закономерно, что процесс решения этих проблем был инициирован на уровне руководства страны. Постановлением Правительства России от 27 мая 2002 г. №352 была утверждена Федеральная программа «Реформирование системы военного образования в Российской Федерации на период до 2010 года». Основной ее целью является приведение количественных и качественных параметров существующей системы военного образования в соответствие со структурой, численностью и задачами Вооруженных Сил РФ.

Первый этап реализации Программы (до 2005 года включительно) предполагал проведение комплекса научных исследований по важнейшим направлениям подготовки профессиональных командных кадров. Результаты этих исследований должны были составить основу модернизации системы военного образования, создать организационно-правовые, финансовые и материально-технические условия для ее реформирования. Необходимо отметить, что определенная часть этой работы на инициативной основе была проделана и специалистами кафедры социологии Военного университета, где на протяжении 2002-2005 г.г. было реализовано три исследовательских проекта, связанных с изучением проблем самообразовательной деятельности курсантов вузов МО РФ, военно-профессиональной ориентации молодых офицеров ВС РФ, а также формирования военно-профессиональной готовности выпускников вузов МО РФ. Совокупные результаты позволили сделать определенные выводы относительно качества и эффективности современной системы военного образования в России.

В частности, оценивая состояние военно-профессиональной готовности выпускников вузов МО РФ, было установлено, что на данном этапе более 14% курсантов к моменту окончания ими учебных заведений имеют низкий уровень военно-профессиональной готовности. Это значит, что практически каждый седьмой выпускник по совокупности сформированных личностных характеристик не соответствует выделенным на основе документов, регламентирующих подготовку курсантов ввузов, базовым военно-профессиональным критериям. Оказавшись в войсках, такие лейтенанты составляют основную массу подающих рапорта об увольнении из армии в течение первого года службы. Те же из них, кто остается в рядах Вооруженных сил, еще достаточно длительное время ликвидируют недостатки индивидуальной общевоенной подготовки, составляют балласт командного состава подразделений, источник и причины проблем, связанных с выполнением служебных задач [8, с.38].

Интересно, что с вышеназванной цифрой коррелируют данные, полученные в ходе исследования военно-профессиональной ориентации молодых офицеров, согласно которым 15% от общего их числа относятся к тем, чей уровень военно-профессиональной ориентированности соответствует значению «высокая дезориентированность». Молодые офицеры этой группы имеют выраженную направленность на увольнение с военной службы, цель – уволиться из рядов Вооруженных сил любой ценой [4, с.65].

Уровень военно-профессиональной готовности «выше среднего» за 1-2 месяца до окончания вуза имеют 49% курсантов. То есть в настоящее время лишь каждый второй выпускник военного училища (института, университета, академии) способен исполнять обязанности в объеме первичной офицерской должности с качеством, в той или иной степени соответствующим эффективной функциональности конкретной штатно-должностной единицы подразделения. Эта цифра также соотносится с показателями военно-профессиональной ориентации молодых офицеров, 45% из которых имеют выраженную или умеренную ориентацию на профессиональную деятельность [4, с.67].

Таким образом, можно проследить наличие определенной тенденции, состоящей в том, что низкий уровень военно-профессиональной готовности курсанта, оборачивается со временем низкой же военно-профессиональной ориентированностью молодого офицера, стремящегося любыми путями покинуть армейский строй и наоборот.

Современный выпускник ввуза может быть хорошим «экономистом», «инженером», «психологом», «менеджером», «химиком» и др. иными словами, достаточно высоко подготовленным специалистом гражданского профиля. Но при этом все чаще он имеет минимальные знания и навыки в области тактики и эксплуатации боевой техники и вооружения, руководства личным составом и организации жизнедеятельности подразделения, обучения и воспитания подчиненных, несения гарнизонной и внутренней службы. В этом проявляется парадокс нынешней системы военного образования: более половины выпускников ввузов, получая достаточно фундаментальную подготовку по «гражданской» специальности, выходят из стен учебных заведений, так и не став военными профессионалами, имея в целом низкий уровень военно-профессиональной готовности. Словом, не выполняется проверенный годами важнейший принцип строительства армии – «учить войска тому, что необходимо на войне».

Приведенные данные о количестве «брака» получаемого на выходе из ввузов в настоящих условиях их функционирования достаточно красноречиво свидетельствуют об эффективности военной образовательной системы, которая сложилась к моменту завершения первого этапа Федеральной программы ее реформирования. Более подробный анализ ее состояния требует, однако, отдельного и обстоятельного описания.

Сравнительная логика, положенная в основу настоящей статьи предполагает далее выделение основных черт, характерных для системы военного образования современной России. Представляется, что в данном случае имеет смысл сосредоточиться на некоторых проблемных с точки зрения автора моментах, поскольку именно они, главным образом, определяют сегодня специфику формирования офицерского корпуса Российской Армии и Флота.

Обращаясь к глубинным истокам трудностей, с которыми сейчас сталкивается военное образование, можно в целом отметить их обусловленность потерей Вооруженными силами ведущих позиций, которые еще относительно недавно отводились им в системе обеспечения национальной безопасности дореволюционной России и Советского Союза. Закрепление в общественном мнении россиян пацифистских идей об отсутствии прямых военных угроз нашей стране, о необходимости «игнорирования» гонки вооружений, снова набирающей силу в мире, о нецелесообразности содержания «огромной» армии, «проедающей» госбюджет и т.п. объективно способствовали дискредитации роли защитника Отечества («если это никому не нужно, значит это не может быть престижно»). Сегодня здесь на первый план выдвинулись правоохранительные органы и органы госбезопасности, принадлежность к которым, помимо более высокого денежного содержания, предоставляет известные неформальные возможности. Вместе с тем, снижение социальной значимости профессиональной деятельности защитника Отечества обернулось возникновением многочисленных проблем, сказывающихся и на качестве подготовки военных профессионалов. В числе основных групп социальных проблем необходимо указать следующие [8, с.127-130].

Нормативно-законодательные. Законодательная база, регламентирующая прохождение военной службы курсантами ввузов на современном этапе, не в полной мере учитывает изменения ценностных структур общества в целом и молодежной среды в частности. Вполне понятное и оправданное стремление молодых людей к благополучной жизни диаметрально расходится, с одной стороны, с желанием значительной части из них преодолевать для этого многочисленные трудности жизни армейского (флотского) офицера. С другой – с декларированной социальной поддержкой военнослужащих со стороны государства. Следствием этого является прочно установившаяся практика откровенно корыстного использования молодыми людьми статуса курсанта. По данным исследования военно-профессиональной готовности выпускников вузов МО РФ более 36% от их общего числа при выборе профессии ориентировались, прежде всего, на получаемую гражданскую специальность, а 40% – только на гражданскую специальность, заведомо предполагая трудоустроиться вне военной организации.

Не вызывает удивления поэтому и тот факт, что важнейшая ценность профессии офицера – «возможность приносить максимальную пользу обществу» (отчасти свидетельствующая и о патриотических настроениях будущих офицеров) значима лишь для 13% нынешних выпускников.

Структурные проблемы связаны главным образом с процессами реформирования и реорганизации Вооруженных сил. Масштабное сокращение численности личного состава обусловило необходимость оптимизации сети и емкости военно-учебных заведений. Опыт показал, что эта деятельность далеко не всегда осуществлялась, исходя из государственных интересов. Например, непродуманное сокращение ввузов в Сибирском и Дальневосточном регионах существенно ограничило доступность военного образования для традиционно мотивированной категории абитуриентов «из глубинки».

Сегодня более 40% будущих офицеров – продолжатели семейных династий. Около 30% составляют дети рабочих. Далее по убывающей – представители социального слоя крестьян (жителей села), интеллигенции (в основном работников бюджетных организаций), мелких предпринимателей. Для всех названных категорий – направление сына в другой город (не говоря уже о другом регионе) – зачастую непосильная материальная проблема. Вместе с тем в числе 19 ввузов подлежащих сокращению в ближайшие годы, например, стоит Дальневосточное высшее военное автомобильное командно-инженерное училище в городе Уссурийске – одно из трех высших военно-учебных заведений, остававшихся на весь Дальневосточный регион.

Следующая группа проблем – управленческие. Ввузы – особое звено в общей структуре Вооруженных сил. Специфика их функционального предназначения требует определенной подготовки тех, кто организует, обеспечивает и контролирует учебно-воспитательный процесс. Прежде всего – это высокая научная и педагогическая квалификация руководства военно-учебных заведений и факультетов, опирающаяся на личный преподавательский и научно-исследовательский опыт, которая на практике часто носит формальный характер и заставляет конкретных должностных лиц обходными путями приобретать необходимый научный статус. Во-вторых, – это реальный опыт служебной деятельности должностных лиц курсового (ротного) звена, отбор для службы в ввузе действительно лучших офицеров из войск, имеющих хорошую практику обучения и воспитания личного состава. Селективная система подбора таких должностных лиц в вузах в современных условиях фактически отсутствует. Гораздо проще и легче оставлять в подразделениях выпускников, которые, по сути, сами еще не став настоящими офицерами, должны формировать таковых из своих подопечных.

Кроме того, все более насущным становится вопрос совершенствования структуры военных вузов. Копирование структуры традиционной для гражданских учебных заведений и подчинение кафедр факультетам обернулось тем, что кафедры фактически становятся заложниками в борьбе за пресловутый «средний балл», а преподаватели в ущерб своей научной деятельности все чаще подменяют офицеров курсового звена по причине недостаточной компетентности и опыта последних.

Группа профессиональных проблем связана, главным образом, с укомплектованностью высших военно-учебных заведений профессорско-преподавательским составом и его качественными характеристиками. За последние шесть лет из рядов Вооруженных сил были уволены более 1000 докторов и кандидатов наук, причем почти каждый второй из них – досрочно. Многие ввузы, испытывая нехватку военных преподавателей, вынуждены либо заменять их гражданским персоналом, либо повышать учебную нагрузку действующих специалистов. Подобная практика, учитывая крайне неэффективные механизмы стимулирования труда, снижение статуса военных преподавателей в структуре ввузов объективно делает их деятельность менее производительной, во многом формальной, заставляет искать альтернативные сферы профессионального участия.

Кадровые проблемы. Снижение конкурсов на поступление в ввузы при задаваемых нормах набора способствует ситуации, когда курсантский строй пополняют случайные люди: стремящиеся получить только гражданскую профессию, избежать службы по призыву, имеющие низкий уровень общеобразовательных знаний. Более того, социальный заказ на подготовку конкретного количества офицеров, формируемый без учета реалий общественной жизни, приводит к распространению в военно-учебных заведениях негласной практики доведения курсантов до выпуска «любой ценой»: несмотря на неуспеваемость и демонстративное нежелание выполнять требования учебных программ, недисциплинированность и очевидную профнепригодность. Подобные явления заранее минимизируют эффект июньского (2006 г.) постановления о компенсации расходов на образование для курсантов отчисляемых по неуспеваемости, недисциплинированности и нежеланию продолжать обучение.

В «Обзоре итогов выпуска из военно-учебных заведений, комплектования их переменным составом в 2006 году и задачах на 2007 год», подготовленном Главным управлением кадров ВС РФ, отдельным списком названы 15 вузов, отчисление курсантов из которых оказалось «значительно выше установленных норм». Формулировки основных причин отчисления традиционны: «недисциплинированность» и «нежелание учиться» (2,2 тыс. человек, 69% всех отчисленных), «низкая успеваемость». И если последняя причина звучит не так безнадежно, то отчисление по двум первым едва ли возможно ставить в вину командованию учебными заведениями, которое, хоть и с опозданием, но предотвратило попадание в войска потенциальных нарушителей и «ренегатов».

Содержательные проблемы. Выделение этой группы проблем связано непосредственно с наполнением и реализацией учебного процесса в ввузах.

Не секрет, что высшее гражданское образование, предоставляемое в военно-учебных заведениях, является своего рода «приманкой» для абитуриентов, часть из которых к моменту поступления даже не определилась по поводу своего желания становиться офицерами Вооруженных сил. Вместе с тем диплом о высшем гражданском образовании требует соответствия учебных планов по предлагаемым в ввузе специальностям Государственному образовательному стандарту, который отнюдь не учитывает военной составляющей подготовки будущего офицера. Неразрешенность данного противоречия приводит к значительному и неоправданному сокращению в общем объеме подготовки курсантов общевоенных и военно-специальных дисциплин. Как представляется, новые и не менее существенные трудности в этом плане уже в ближайшем будущем выявит переход отечественной высшей школы к Болонской системе образования.

Отдельного разговора в рамках данной группы проблем заслуживают вопросы, связанные с обеспечением объективности оценки знаний курсантов, получения выпускниками дипломов с отличием и золотых медалей, качеством самостоятельной подготовки обучаемых, стажировки в войсках и др.

Организационно-технологические и материальные проблемы связаны с обеспечением эффективного учебного процесса и условий жизнедеятельности будущих офицеров. Нехватка необходимых средств до сих пор заставляет снижать объем практических занятий на технике, жестко лимитировать расход боеприпасов, экономить на оборудовании и тренажерах. Ограниченность служебного жилого фонда вынуждает руководство отдельных ввузов уже на младших курсах размещать курсантов по квартирам, что крайне негативно сказывается на ходе профессиональной социализации будущих офицеров. Систематическая недостача вещевого имущества способствует его восполнению за счет самих военнослужащих.

Таковы в общем виде основные характерные черты современной системы военного образования. В сравнительном историческом контексте, к сожалению, приходится констатировать существенное снижение престижа статуса курсанта, подмену патриотической направленности в воспитании будущих офицеров определенными прагматическими стимулами, индифферентность выпускников к органам государственной власти и их представителям, субъективность существующей системы распределения и др.

Многовековая человеческая практика свидетельствует, что систематическое обращение к историческому опыту, изучение наследия и грамотное его применение в существующих условиях является серьезным залогом успешной деятельности. Знание генезиса становления и развития системы военного образования в России, особенностей подготовки командных кадров в армиях передовых зарубежных стран, несомненно, поможет предупредить возможные ошибки на пути реформирования современной военной школы. Кроме того, возможности отечественной военной науки, по сравнению с прошлыми столетиями, значительно расширились благодаря социологии, методы которой позволяют не только получить точное представление о состоянии и проблемах системы подготовки офицерского состава в военных вузах, но сформулировать обоснованные пути выхода из критических ситуаций, рекомендации по осуществлению целенаправленного управляющего воздействия.

Вячеслав Шалупенко

Литература:

1. Воробьева А., Пархаев О. Российские юнкера 1864-1917 г.г. История военных училищ. – М.: АСТ, 2002.

2. Калишевский М. Юнкерские училища – кузница кадров русского офицерства // Обучение & карьера, 2006. – № 1.

3. Куприн А.И. Юнкера. – М.: АСТ, 2007.

4. Половнев А.В. Молодые офицеры: военно-профессиональная ориентация // Социс, 2005. – № 11.

5. Режепо П.А. Офицерский вопрос. – СПб.: Русская скоропечатня, 1909.

6. Шалупенко В.В. Выпускник ввуза МО РФ: «профессионал» или «любитель»? (По материалам социологического исследования) // Военное образование, 2005. – № 27.

7. Шалупенко В.В. Социальные проблемы подготовки курсантов в высших военно-учебных заведениях Министерства обороны РФ // Тезисы докладов и выступлений на Всероссийском социологическом конгрессе «Глобализация и социальные изменения в современной России». – М.: Альфа-М, 2006.

8. Шалупенко В.В. Военно-профессиональная готовность выпускников высших военно-учебных заведений // Военно-социологические исследования, 2005. – № 1.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Подготовка военных кадров в уральском военном округе в 1980-1990-е годы

    Автореферат диссертации
    Защита состоится «22» июня 2011 года в 13.00 часов на заседании Диссертационного совета Д 004.011.01 по защите докторских и кандидатских диссертаций при Учреждении Российской академии наук Институт истории и археологии Уральского
  2. Педагогическая концепция управления качеством подготовки офицерских кадров 13. 00. 08 теория и методика профессионального образования

    Автореферат
    Защита состоится 6 июня 2008 г. в 12 час. на заседании совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 205.003.03 при Санкт-Петербургском университете Государственной противопожарной службы МЧС России по адресу: 196105, Санкт-Петербург,
  3. Пресс-служба фракции «Единая Россия» Госдума РФ (15)

    Документ
    МИНИСТР ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ РОССИИ СЕРГЕЙ ЛАВРОВ: "НЕ ВИЖУ НИКАКОЙ ПОЛИТИКИ В ТОМ, ТО СЕЙЧАС ПРОИСХОДИТ ВОКРУГ ПЕРЕГОВОРОВ ПО ГАЗУ С УКРАИНОЙ". 108
  4. Рабочие программы по предметам для учителей, работающих в профильных классах. Составитель: Р. Н. Воевод, зам директора моу новоаганская осш нижневартовск, 2008г. 118с

    Документ
    Сборник включает в себя рабочие программы по профильным предметам математико-информационного, социально-гуманитарного, технологического, оборонно-спортивного профилей и призван помочь педагогам, работающим в профильных классах.
  5. Социокультурная парадигма модернизации государственного управления военным образованием 23. 00. 02 политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии (социологические науки)

    Диссертация
    Защита состоится 10 сентября 2009 г. в 10.00 часов на заседании диссертационного совета Д 502.005.01 при Федеральном государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Поволжская академия государственной службы имени П.

Другие похожие документы..