Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Рабочая программа'
Целью курса “Дифференциальные уравнения” является обучение студентов теории и методам дифференциальных уравнений, имеющих фундаментальное теоретическо...полностью>>
'Автореферат'
Защита состоится 30 марта 2007 года на заседании диссертационного совета Д212.265.01 при Томском государственном архитектурно-строительном университе...полностью>>
'Программа'
Комитет по занятости населения Санкт-Петербурга в соответствии с Законом Российской Федерации от 19.04.1991 №1032-1 «О занятости населения в Российск...полностью>>
'Документ'
Описание образовательной программы подготовки магистров по направлению 150700  «Машиностроение», специализированной программе «Технологии и машины о...полностью>>

В. К. Невярович

Главная > Документ
Сохрани ссылку в одной из сетей:

1

Смотреть полностью

Терапия души

В.К.Невярович

ОТ АВТОРА

Ко второму изданию книги

Достопочтенный читатель.

Со всей ответственностью должен заявить, что истинная психотерапия заключена только в Православии, ибо Истина есть Христос, Он – Слово Божие, Единственный Врач душ наших.

Данное издание книги отличается от первого не только поправками и устранением некоторых, допущенных по техническим причинам неточностей, но, прежде всего, рядом существенных дополнений.

Ряд критиков считают более точной трактовку самого понятия "психотерапия" как терапию душой, а не терапию души (или терапию души душой). Принимаю эти возражения как сами собой разумеющиеся; однако лишь в мирском, а не духовном понимании проблемы. В названии же книги отражён лишь наиболее важный из рассматриваемых святыми отцами аспект, касающийся направленности врачевания, а не характеристики использующихся к тому средств. Кроме того, "святоотеческая психотерапия" не есть лишь одно из направлений современной психотерапии, наряду, скажем, с психоанализом или бихевиоризмом, и представляет собой не набор тех или иных психотехник, но вводит в царство подлинной терапии души, истоки которой ведут к Самому Христу и Его святым ученикам.

Думаю, что не погрешу, если скажу, что истинная психотерапия есть слово Божие!

Во всем своём благолепии святоотеческая психотерапия раскрывается через познание святоотеческого наследия, христианской психологии, антропологии, изучение старчества, аскетики, христианской философии, житий святых, истории христианской Церкви. Немаловажны также непосредственное общение с духовно преуспевающими христианами (наших "последних времен") и конечно же личные усилия, ежедневный труд по борьбе со страстями, стремление к чистоте, святости, соблюдению евангельских заповедей, подлинно живая (а не мнимая: "зашёл, свечку поставил") церковность...

Представляется, что святоотеческая терапия души суть важнейший раздел воссоздающейся ныне православной медицины, где наряду с благодатными и естественными (природосообразными) методами лечения она найдёт своё достойное и подобающее применение во славу Божию, в помощь страждущим.

Да благословит Господь Бог эту книгу на душевную пользу читателя! Если же в чём согрешил (в книге сей), прошу великодушно простить меня ради Христа и помолиться обо мне, как о немощном.

С любовью во Христе. Автор.

ОТ АВТОРА

Займитесь великим делом самоочищения и самоусовершенствования, возлюбите прогресс веры и добродетели, а не прогресс века сего.

Св. прав.
Иоанн Кронштадтский

Святоотеческая психотерапия не есть лишь переложение нравственного богословия или собрание афоризмов и поучений на этические темы. Она представляет собой нравственно-религиозное направление психотерапии – науки о терапии души (что явствует из самого её названия – греч. рsусhе – душа + tегарiа – лечение) и базируется на христианских непреходящих духовных ценностях, цементировавших многие века саму основу государства с его самобытной культурой, науками, ремёслами, определяя и всю общественную жизнь.

Творения великих древних и новых святых отцов Церкви, отечественных мыслителей и светочей литературного слова, исповедовавших прежде всего русскую Православную идею (Святой Руси), явились предметом тщательного и бережного исследования. Сопоставление изучаемого материала с нынешней действительностью полностью подтвердило правдивость и справедливость учения подвижников святости и благочестия, как, впрочем, и поразило своей пророческой дальновидностью.

Святоотеческая психотерапия не есть попытка модернизма или подмены понятий. Её появление не искусственно, а отражает насущную потребность нашего больного и глубоко трагичного времени, исказившего до неузнаваемости не только духовный лик России, но и внёсшего великий хаос и разброд в умы всего человечества. Страшный, поистине страшный, если уже не апокалиптический период грядёт и "близ есть, при дверях" (Мф. 24, 33). Рушатся алтари совести, святости и любви, мятутся народы, гибнет природа, шатаются все человеческие устои и государственные порядки. И дирижирует всем этим не Дух Кротости и Любви, а иной, чуждый душе дух: дерзкий, лживый и бесстыдный. И этим временам вновь созвучны слова древнего Пророка: "Так говорит Господь: остановитесь на путях ваших и рассмотрите, и расспросите о путях древних, где путь добрый, и идите по нему, и найдете покой душам вашим" (Иер. 6, 16).

Нельзя, да и нет никакой необходимости возвращаться в прошлое, но можно и целесообразно попытавшись постигнуть его, исходить из того чистого и благодатного, чем жили и дышали наши предки, чтобы возродить Святую Русь с её неповторимой душевной красотой, добрым сердцем и не замутнённым болтаньем и ложью словом. Постигнуть и возродить не по внешней форме, но по духу!

Но под лежачий камень вода не потечёт, и, как выразился русский историк и богослов, профессор Свято-Сергиевой Духовной академии в Париже А. В. Карташёв: "Никто за нас Святую Русь не сделает, если не сделаем мы сами".

Уже несколько поколений в России воспитано на искажённой истории, пропитанной ложью философии, утрированной литературе, безрелигиозной псевдокультуре. Наметившийся в последнее время возврат к Православной вере (единственному из уцелевших теперь наших достояний) происходит уродливо, неуклюже, без должного покаяния и искренности чувств, не говоря уже о трепетном благоговении, и причиной этому множество обстоятельств. Ложь продолжает властвовать умами. Идол коммерции и бесчестных способов обогащения привлекает массовое почитание и обращает в рабство. Святость вместе с благочестием и порядочностью всё более изымаются из сознания живущих людей как понятия старомодные, отжившие своё время. "Тел много, а не людей", – писал свт. Иоанн Златоуст. Ныне же приходится говорить о подлинной опасности перерождения человека, добровольно продающего свой божественный облик за фирменный ярлык (а вскоре, может быть, и за клеймо на правую руку и чело).

Все эти грустные слова вовсе не для сгущения красок и не вследствие пессимизма, – они отражают реалии сегодняшнего дня. Не видеть и не осознавать серьёзность происходящего простительно лишь младенцу.

Говоря о медицинском аспекте вопроса, следует подчеркнуть, что святоотеческая психотерапия есть антипод всякого рода насилия над личностью извне, пошлости, лжи, мистики, чудомании, психических и психологических трюков, механических подходов к лечению душевных и телесных заболеваний вне связи с совестью и моралью.

В заключение хочу отметить, что сугубо авторского в тексте книги очень немного. Обычно это смысловые связки, пересказ уже известных комментариев и некоторые упрощения для облегчения изложения древних текстов, язык которых сложен для современного человека.

ЧАСТЬ I

ПРАВО НА СУЩЕСТВОВАНИЕ

Истоки психотерапии теряются в неведомой древности. Сам термин "психотерапия" (т. е. "терапия души") несёт в себе идею какого-то глубинного внутреннего врачевания, причём сокровенного, тонкого и не физического плана. Наиболее правильно понимать психотерапию как науку о душевном здоровье человека.

Становление психотерапии и её официальное признание относят обычно на конец XIX века, в период начавшегося расцвета прикладных наук и резко усилившегося влияния материалистических и атеистических идей в развитых странах Европы. Долгое время пред тем психотерапевтическую миссию по праву несли священники. Со всей очевидностью можно утверждать, что психотерапия вобрала в себя и немало позаимствовала из пастырства и духовного врачевания (нравственное воздействие словом, сокровенность встречи, искренность и сопереживание страждущему и другие формы); вначале труд психотерапевта во многом напоминал труд священника (за исключением богослужения и таинств), только в миру. Однако в последнее время многие психотерапевты всё более уподобляются средневековым чародеям или языческим жрецам, а также чрезмерно уповают на чисто технические приёмы целительства, теряя таким образом саму суть и основу той науки, которой служат. Смешение и размытость границ превратили психотерапию в какой-то аморфный пласт всевозможного суррогата, начиная от укоренившихся гипнотических техник до приёмов шаманизма, танцев, сексуально окрашенных трансов и бесплодного мудрствования в отвлечённых сферах. Не станем перечислять все эти наукоподобно обозначенные школы, направления, так называемые психотехники. Фактически все они лежат в сферах вне Христа и чужды Ему по духу. В рекомендуемых способах и методиках целительства много заведомо ложного, искусственного, даже небезопасного для душевного здоровья пациентов. Изобилуют приёмы по развитию и без того гипертрофированного воображения у пациента (что со святоотеческих позиций совершенно недопустимо). "Терапия детским криком", "бесконтактный секс", "переселение в прошлые жизни", "инфантильные игры", "кодирование" – какая же здесь терапия души? Да и внешняя, неплохо себя зарекомендовавшая, релаксация мышц есть, в лучшем случае, лишь телесная терапия, ибо не касается сколь-либо проблем личности. Не охватывает многие глубинные аспекты врачевания и отечественная патогенетическая психотерапия из-за своей сугубой материалистичности. Вместе с тем, в святоотеческом учении содержатся настолько глубоко и убедительно раскрытые аспекты, касающиеся терапии души, что не обратиться к ним и не использовать их вместо сомнительного рода модных психотехник, где наряду с каплей истины море лжи, было бы не только неразумно, но и преступно, ибо в мире столько страждущих, помочь которым может лишь истинная терапия души, основанная на святости, духовности, восходящая к Самому Христу – единственному Врачу душ наших.

Физические возможности православных священников в России для должной индивидуальной работы с прихожанами крайне ограничены, это объясняется колоссальными восстановительными работами, обусловленными более чем семидесятилетним преследованием Церкви. Имеют место и другие первостепенной важности дела, в частности катехизаторского плана. Основное время также традиционно отдается подготовке и проведению богослужений, требам и другой повседневной крайне непростой деятельности.

Кроме того, разрушение религиозных традиций привело к росту числа людей без веры (точнее, с извращенной верой, например, в культ богатства, политику, мистику и пр.). Да и условия нынешней жизни с её ужасающей жестокостью, непомерной суетой, эмоциональными перегрузками и другими неблагоприятными факторами, порождёнными прогрессом технической цивилизации, вызывают насущную потребность в специалистах по лечению душевных затруднений и расстройств, базирующих свою деятельность на высших идеалах, но доступных и в миру, для тех, кто ещё не пришёл к истинной вере. Несравненно больше точек соприкосновения найдет православный врач, использующий святоотеческую терапию и специальные медицинские знания, с православным пациентом. Личная врачебная практика показала, что в духе Христа и учения святых отцов и целительство приобретает совершенно иной характер и значение, нисколько не нарушая индивидуальную религиозную жизнь, а, напротив, утверждая её. Мало кто будет оспаривать, что истинными причинами психических, да и соматических (телесных) расстройств в наше время становятся, прежде всего, нравственно-деградационные процессы в обществе, серьёзные дефекты в семейном воспитании, утрата идеалов. Не случаен поэтому интерес тех специалистов, которые по долгу своей профессии призваны созидать здоровую человеческую личность (это, прежде всего, педагоги, психологи, социологи и психотерапевты), к источникам, дающим глубинное представление о человеке, его предназначении в жизни, истории и перспективе его эволюции. В наибольшей полноте этим запросам отвечают христианские источники, и прежде всего святоотеческая литература. Однако великие древние святые отцы в силу принадлежности к определенному периоду времени не исследовали ряд проблем, с которыми сталкивается сегодня современный человек (взять хотя бы для примера экстрасенсорику, НЛО, экологические проблемы и др.). Но их дополняют новые подвижники святости и отечественные православные мыслители, которые были вынуждены эмигрировать из России после 1917 года. Их серьезнейшие изыскания позволяют, как представляется, заполнить вакуум, образовавшийся в отечественной нравственно-религиозной и философской мысли за более чем семидесятилетний период. Сейчас России возвращаются и вновь узнаются имена Ивана Ильина, Семена Франка, Николая Лосского, епископа Иоанна (Шаховского), епископа Александра (Семенова-Тян-Шанского), митрополита Антония (Сурожского), архиепископа Серафима (Соболева) и многих других вынужденных изгнанников своего отечества.

Нельзя не отметить и схожесть задач у христианской религии ("спасение души") и у психотерапии ("терапия души"). Вместе с тем без терапии души, вероятно, не может быть и её спасения.

Итак, очевидно, что психотерапия, наполненная духовным смыслом, святоотеческими и отечественными высоконравственными идеалами, не только имеет право на существование, но, вне всякого сомнения, рано или поздно должна занять решающее место в целительстве человеческой души, способствуя её спасению через истинную Православную веру в лоне Святой Апостольской Церкви Христа.

Кратко об особенностях святоотеческой психотерапии:

  1. Исповедание Православия и привнесение его духовной чистоты в лечебный процесс. Базирование на святоотеческом наследии.

  2. Исключение из лечебной работы методов, связанных с насилием над личностью, ложью, лицедейством.

  3. Неприятие оккультно-мистических модификаций, механистических психотехник (типа программирования, кодирования и прочих), низводящих божественную сущность человека до уровня машины.

  4. Обучение пациентов специальным навыкам в аспектах самопознания, духовного совершенствования и нравственного воспитания.

  5. Ограниченное применение фармакотерапии.

  6. Комплексное использование в лечении слова, музыки, живописи и других форм эстетического и целебного воздействия.

  7. Молитва за больного.

ДУША ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ

Есть только один предмет выше души человеческой – это её Создатель.

Блаженный Августин

Постепенная подмена понятий в связи с господством материалистических теорий в XIX веке привела к фактической редукции самого понимания души до уровня сознания и психики.

Неудивительно поэтому, что вместо терапии души стало развиваться иное направление, в основе которого лежат рационалистические и механические подходы. Плоды его уже пожинает XX век, конец которого, в свою очередь, подготавливает почву для нового прорыва к "познанию человека". Речь идет о поистине дьявольской идее, связанной с созданием искусственного интеллекта, генной инженерии, а также работами в направлении биокомпьютеризации, зомбирования, программирования и кодирования человеческого сознания. Эти зловещие планы не просто витают в воздухе, но уже и начинают реально воплощаться, и не только в медицине, начиная с внешне безобидно-привлекательных методик излечения от алкоголизма, избыточного веса и прочего с помощью кодирования, но и в политике, в формировании общественного мнения и увлечении всевозможного рода идеями, принимающими эпидемический характер вследствие умелого дирижирования и внедрения.

Однако низведение души человеческой до абстрактной категории и даже отрицание её вовсе не меняют сути вещей (так же, как и отмена Бога не означает Его отсутствие или неучастие в жизни каждого из нас). Оно лишь способствует воспитанию бездушного поколения людей, не понимающих смысла своего истинного предназначения в жизни, идущих по заведомо ложному пути развития.

"Случалось слышать и отвержение существования души! – писал свт. Игнатий Брянчанинов. – ...Суждение это принадлежит тем, которые, по пословице, не слышат в себе души, конечно, по причине преобладающего плотского состояния, причём весь человек делается плотью".

Рассмотрим кратко святоотеческую концепцию морфологии души человека и её влияние на всю нашу жизнь.

Многие авторитетнейшие учителя Православного учения признавали трёхсоставность человека*, другие святые отцы указывали на два состава – душу и тело, что принципиально не противоречит первому взгляду.

Трёхсоставная теория определяет наличие в человеке тела, души и духа. Поэтому вполне уместно говорить о телесной, душевной и духовной жизни. Телесная жизнь удовлетворяет лишь потребности тела, по сути своей она мало отличается от жизни животных: сон, еда, инстинктивные стремления и физиологические потребности в основном ограничивают круг её интересов.

Душевная жизнь уже более тонкого плана. Душа услаждается красотой природы, эмоциональными переживаниями, возвышенными чувствами, навеянными, например, слушанием музыки, чтением художественной литературы, просмотром театральной постановки и пр.

Духовная жизнь несёт на себе печать Высшего Начала и всегда (в истинном своём проявлении) ведёт к Тому Бессмертному Источнику, Который дал жизнь как человеку, так и всему, что его окружает.

Самые высокие, не постижимые разуму творения человеческие изумительной красоты и великолепия, имеющие и нравственное воздействие на душу, всегда имеют отношение к бытию в духе Истины, Добра и Любви.

Ошибочным является бытующее понятие о том, что духовный человек – это есть лишь высокоинтеллектуальный человек или что духовная жизнь заключается в слушании музыки, чтении светских книг или посещении театров и музеев. Вовсе нет. Всё это имеет по большей части отношение к душевной, но никак не духовной жизни, которая, напротив, может (и обычно бывает) быть лишена всего этого, но целиком подчинена и наполнена иными целями и смыслом. Проблемам духовной жизни посвящено множество специальных трудов и произведений святоотеческой литературы. Очень тонко исследует аспекты духовной жизни и даёт обстоятельные рекомендации к её следованию русский святой епископ Феофан Затворник в книгах "Путь ко спасению" и "Что есть духовная жизнь и как на неё настроиться". Данная литература в настоящее время является вполне доступной для читателя.

В строении души человеческой свт. Феофан условно выделяет три части:

  1. мыслительную;

  2. желательную;

  3. чувства (сердце).

Святитель Димитрий Ростовский ведёт речь о разумной, похотной и яростной частях, что в принципе отражает те же аспекты. В книге "Точное изложение Православной веры" св. Иоанна Дамаскина говорится о разумной и неразумной частях души.

К категориям мыслительной души (по свт. Феофану Затворнику) относят: воображение и память (душевный архив), где хранится усвоенный и воспринятый материал, а также образность и рассудочность. Мыслительная часть души имеет положительные проявления в виде: знаний, сформированных мнений, предположений и, наконец, научных знаний, являющихся венцом мыслительной деятельности рассудка. Отрицательные стороны этой части души проявляются блужданием, рассеянностью мыслей, празднословием и пустомыслием. К категориям желательной части души причисляют ревность (то есть жажду дела), потребность, желания (душевные, телесные, житейские и общественные), выбор и подбор средств. Всё это обусловливает совершение какого-то дела.

Положительные проявления желательной стороны – это формирование навыков, правил жизни, нравов, характера, благоразумения (когда рассудок находится на службе у воли и совести).

Отрицательные проявления желательной части души: непостоянство, беспорядочность, своенравие желаний (а за ними дел). Однако есть и превходящие негативные проявления, которые приходят в виде страстей.

Часть души, заключающая чувства (сердце), воспринимает состояние не только души, но и тела, то есть всей совокупности телесно-душевной. Как бы фильтруясь, все восприятия человеческие, вся его жизнедеятельность оседают и ощущаются в конечном итоге в сердце – этом важнейшем духовном центре, а не только мышечном органе для перекачки крови. Положительные проявления в этой части души связаны с духовным чувствованием приятного, радостного, спокойного, чистого; отрицательные, напротив, сопряжены со скорбью, досадой, страхом, антипатией и другими негативными чувствами.

Иногда душу человека трактуют также как совокупность трех сил. Это ум, чувство (сердце) и воля (по свт. Димитрию Ростовскому – "память, разум и воля").

Слово "душа" может быть равнозначно также понятию "жизненная сила", а иногда даже "жизнь". (Сравните: "прежде созидается тело, из персти, а потом дается ему жизненная сила, которая и составляет существо души" – свт. Иоанн Златоуст.)

Отличительной частью души человеческой является её разумность, возвышающая человека над всем остальным животным и растительным миром. Человек наделён также способностью к нравственному совершенствованию, обладает свободой осознанного выбора (свободой воли), чувством ответственности, способности к речи, творчеству, восприятию возвышенных понятий: от красоты, добра, любви до осознания Бога. У животных душа неотделима от тела, а "психика так тесно связана с физической природой животного, что почти невозможно узнать: где она начинается и где кончается" (из книги "Душа человеческая", репр. изд., 1992, с. 15).

Животные также "не обладают способностью к мышлению, что свойственно человеку… они имеют только ощущение и чувственные влечения, но мысли, в собственном смысле этого слова, не имеют" (там же). Существует ли душа у растений? По этому поводу мнения святых отцов различны*. Но если и существует, то по отношению к человеческой душе она ещё менее совершенна и глубинно сокрыта. Свт. Григорий Нисский писал: "Получив такую природу (то есть чувственно-духовную), человек делается существом, соединяющим весь мир: он имеет и душу растительную, общую с растениями, и душу животную; но при этом есть у него и душа разумная, которая делает его владыкою земли... В человеке заключается единение противоположностей между высшим и низшим, небесным и земным, разумным и неразумным, свободным и несвободным, духом и материей".

По мнению святителя Феофана Затворника, существует градация душ: "некая химическая душа", и выше – растительная, затем животная. Все эти души, "низшие духи", "погружаются в душу мира". "А душа человека не может туда погрузиться, но духом увлекается горе, – это по смерти. Дух отделяет человека от природы, и в духе даны человеку сознание и свобода".

Таким образом, понятие о душе человеческой очень глубинно и сложно, и нельзя сводить его к какой-то обособленной, внутренне независимой от тела субстанции, которая по окончании земной жизни отлетает, покидая тело для продолжения своей новой жизни в ином мире. "Она живет во всех частях тела, – писал о душе свт. Афанасий Великий, – и везде в нём обнаруживает свою деятельность". То есть понятие о душе включает в себя гораздо более широкий смысл; душа не только оживотворяет тело, но и составляет высшую его суть, управляет жизнью человека и его ощущающей природой (по мысли того же святого).

Остановимся теперь на определении души. По этому поводу блаженный Августин пишет: "Душа есть естество созданное, невидимое, разумное, бестелесное, бессмертное, богоподобнейшее, образ, ищущий Создателя своего". Ему же принадлежит глубочайшее и справедливое высказывание, смысл которого сводится к тому, что ни в чём не находит окончательного успокоения человек, кроме как в Боге; а до того мучится, терзается, ищет и всё не находит успокоения*.

Св. Иоанн Дамаскин в книге "Точное изложение Православной веры" даёт такое определение душе: "Душа – сущность живая, простая, бестелесная, телесными очами по своей природе невидимая, бессмертная, словесно-разумная, безвидная, действующая посредством органического тела и сообщающая ему жизнь и возрастание, чувство и силу рождения".

"Что такое душа? – изъясняет другой святой отец, преп. Максим Исповедник. – Существо бесплотное, разумное, обитающее в теле, причина жизни".

Согласно определению свт. Феофана Затворника, "душа… есть самостоятельная, особая личность, свободно-разумная, нормальное состояние которой есть жизнь в общении с Богом, почтившим её в сотворении образом Своим".

При всех приводимых определениях следует, однако, помнить, что точная морфология души в привычном и приемлемом земном понимании едва ли возможна. То же можно отнести и к вопросу о локализации души, связи её с телом. Тем не менее считается, что сердце является корнем для духа, который исходит из мозга, как бы касаясь каждого члена тела. "Богоподобный дух, – пишет св. Ефрем Сирии, – занимает небо – главу, в сердце же дух прохаживается, как в своих чертогах" (цитируется по Книге "Душа человеческая"). Св. Иоанн Дамаскин говорит, что душа объемлет тело, как огонь железо.

Говоря о взаимоотношениях души и духа, свт. Феофан Затворник пишет: "В человеке надо различать душу и дух. Дух содержит чувство Божества – совесть и ничем неудовлетворённость. Он есть та сила, которая вдохнута в лицо человека при сотворении. Душа – низшая сила, или часть той же силы, назначенной на ведение дел земной жизни. Она такая сила, как душа животных, но возвышенная ради сочетания с нею духа..."

И ещё одно пояснение свт. Феофана на этот счёт: "Правильнее понимать, что душа и дух человека не две отдельные сущности, но две стороны одного и того же духа, две части в одном целом (иначе после смерти как же?), но существует единая душа!" (т. 1, письмо 106).

Морфология души человеческой (по свт. Феофану Затворнику)

3 части души

Мыслительная

Желательная

Чувства (сердце)

Воображение, память, образность, рассудочность

Ревность (жажда дела), потребность, желание, выбор средств, решение

Восприятие состояния души и тела

Проявление

Проявление

Проявление

положительное

отрицательное

положительное

отрицательное

положительное

отрицательное

Знание
Понятие
Научное предположение

Блуждание
Рассеянность
Празднословие
Пустомыслие

Навыки
Нравы
Правила жизни
Характер
Благоразумие

Непостоянство
Беспорядочность
Своенравие
Проявления страсти

Приятные:
Радость
Спокойствие
Довольство
Симпатия

Неприятные:
Скука
Скорби
Страх
Антипатия

3 силы души

Ум

Чувства (сердце)

Воля

3 части человека

Тело

Душа

Дух

Высказывания о душе

  1. Душа есть естество разумное и духовное, быстродвижимое, непрестанно находящееся в деятельности, дражайшее всего мира, беспримерной и неописанной красоты... (свт. Иоанн Златоуст).

  2. Душа есть естество созданное, невидимое, разумное, бестелесное, бессмертное, богоподобнейшее, образ, ищущий Создателя своего (блаженный Августин).

  3. Целый мир неравноценен душе: мир преходит, а душа нетленна и пребудет нетленною (преп. Иоанн Лествичник).

  4. Всякая человеческая душа есть приснодвижна (св. Антоний Великий).

  5. Душа есть образ Божий потому, что имеет тройственную силу, а естество единое (свт. Димитрий Ростовский).

  6. Соединение души с телом есть великая тайна (Иннокентий, архиеп. Херсонский и Таврический).

  7. В душе есть две стороны и два сознания: низшее, обыкновенное, логическое и высшее, необыкновенное ("Душа человеческая", с. 36).

  8. Человек должен иметь душу, как блестящее зеркало. Когда на зеркале есть ржавчина, то не может быть видимо в зеркале лицо человеческое (Еп. Сильвестр. "Опыт Православного догматического богословия").

  9. Что касается до духа, который, на основании некоторых мест Писания почитают третьей составной частью человека, то, по словам святого Иоанна Дамаскина, он не есть что-либо отличное от души и подобно ей самостоятельное, а есть высшая сторона той же души; что глаз в теле, то ум в душе (Догматическое богословие Православной Кафолической Восточной Церкви, §120).

  10. В течение XIX века, и особенно второй его половины, господствовала так называемая "эмпирическая психология", которая сама себя провозгласила "психологией без души". "Душа" считалась понятием метафизическим, не только излишним, но и вредным для объективного научного познания душевной жизни. Душевную жизнь представляли как бессвязный набор отдельных элементов ("представлений", "ощущений" и т. д.). Эта атомистическая психология, эта, по меткому выражению Джемса, теория "душевной пыли", в настоящее время отвергнута и опровергнута (С. Франк).

  11. При жизни дух и душа человека соединены в единую сущность, которую можно назвать просто душою (архиеп. Лука (Войно-Ясенецкий)).

  12. Итак, душу можно понимать как совокупность органических и чувственных восприятий, следов воспоминаний, мыслей, чувств и волевых актов (архиеп. Лука (Войно-Ясенецкий)).

ДУША, ЭНЕРГИЯ И КВАНТОВОЕ ТЕЛО ЧЕЛОВЕКА

Многое открывает наука наших дней, но одного она не открывает – материализма.

Епископ Иоанн Сан-Францисский (Шаховской)

Попытка трактовать духовные категории в строго научном смысле представляется малооправданной, ибо сама научность заключается обычно в некоей односторонности, хотя и базируется на логических построениях и доказательствах человеческого разума. Духовный же мир относится к совершенно иной плоскости реального бытия и может открываться нашему познанию, не только через привычные формы исследования и умозаключения; более того, он проявляет себя через духовное восприятие, которое развито далеко не у всех исследователей.

Тем не менее некоторые научные открытия позволяют говорить о возможностях сближения в каких-то позициях между областями физических наук и метафизическими дисциплинами. Нельзя оставить без внимания подтверждение гениальных древних утверждений, касающихся природы вещей и их взаимоотношений с человеком, современными открытиями в области точных наук.

Речь идет, в частности, о святоотеческом учении об энергиях и вибрациях (волновых функциях). Это учение наиболее полно сформулировано в творениях св. Максима Исповедника и свт. Григория Паламы.

Современная квантовая наука, объединяющая квантовую механику, квантовую статику и квантовую теорию поля (в том числе квантовую электродинамику), по сути своей подтвердила гениальные положения, высказанные много столетий назад людьми, не вооруженными никакими техническими изыскательскими приборами.

С точки зрения квантовой теории, низшим уровнем организации материи (или энергии) является квантовый, а не атомный или молекулярный (как считали ранее); и именно квант есть основное первичное его звено. На этом уровне происходит взаимопереход энергии и материи ("аннигиляция" – "материализация"). Квант представляет собой по сути волновую функцию, заключающую в себе определенную часть энергии. В отношении человеческого тела квантовая теория предполагает, что за пределами наших клеток и молекул существует так называемое "квантовое тело", имеющее непосредственное отношение к материальному телу и влияющее на его жизнедеятельность.

Кроме того, согласно той же теории, квантовое тело представляет собой поле, способное определённым образом взаимодействовать с другими квантовыми полями.

Эта теория чем-то напоминает христианское понимание более тонкой субстанции, именуемой душой, присутствующей в человеке помимо грубого материального тела, и для сугубо материалистически ориентированных людей, требующих научных доказательств, может служить способом изложения морфологии человека, признаваемой Православием. Вместе с тем христианская антропология гораздо более сложно представляет себе данный аспект. Признавая трёхсоставность человека (тело, душа, дух), она, однако, не сводит её к разделению до уровня схемы. Тем более лишается всякого смысла материалистическая трактовка души, которая, в понимании святых отцов, не только животворит тело, но и непостижимым образом определяет весь смысл нашего существования, несет в себе печать Божественного и вечного.

В своей книге "Дух, душа, тело" архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий), говоря о возможности существования ещё не известных нам видов энергии, полагает, что духовная энергия является "первородительницей всех физических форм энергии, а через них и самой материи". "Энергией любви, излившейся по всеблагой воле Божией, Словом Божиим, дано начало всем другим формам энергии", – пишет этот блестящий врач, учёный, священнослужитель.

Тематические высказывания

  1. Энергии свойственно творить, природе же свойственно производить (свт. Григорий Палама).

  2. Озарение и благодать Божественные не сущность, но энергия Божия (свт. Григорий Палама).

  3. Энергия может превращаться в материю, и материя в энергию. Все элементарные частицы состоят из одного вещества: энергии. "Частицы" – это разнообразная форма, которую энергия принимает, чтобы стать материей (епископ Иоанн (Шаховской)).

  4. Обращаясь к душе человеческой, мы находим в ней те же законы, которые вложил Творец во все Своё создание, только находим их в живой нерукотворной форме живого духа... (К. Д. Ушинский).

  5. Мельчайшая "монада" материи, или излучение, ведущая себя то как частица, то как волна, представляет собой перемещение энергий (Христос Яннарас).

ЗНАЧЕНИЕ СЕРДЦА В ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА

Сердце – главное в человеке, жизнь его.

Св. прав. Иоанн Кронштадтский

В святоотеческом учении сердцу отводится одно из центральных мест. Значению сердца в духовной жизни человека посвящено немало литературы, в том числе серьёзных исследований. Особенно тщательно и на тонком уровне рассматривается эта тема в святоотеческих аскетических письменных источниках. Остановимся ниже на изложении лишь некоторых из важнейших положений, касающихся понимания сердца. Сердце в представлении древних и новых мыслителей не есть лишь мышечный орган или насос, перекачивающий кровь по сосудам, а представляет собой духовный центр всей жизни человека.

"Сердце телесное есть мускулистый серчак – мясо, – писал епископ Феофан Затворник, – но чувствует не мясо, а душа, для чувства которой мясное сердце служит только орудием, как мозг для ума".

Сердце способно мыслить, оно вместилище чувств, ему присущи эмоции радости, скорби, страха, решимости и прочие. Сердце есть трон и "седалище души".

После фильтрации всех внешних впечатлений и всей внутренней жизни в сердце осаждается и выкристаллизовывается в единое качество – чувство, итог всей нашей душевно-духовно-физической жизнедеятельности.

"Сердце обнимает собой не только явления психической, но и физической жизни... Каждое подкрепление пищей и питьём – подкрепляет сердце... (Лк. 21, 34), каждое нападение на жизнь есть нападение на сердце (Исх. 9, 14)", – писал в своей статье "Значение сердца в религии" русский философ Б. П. Вышеславцев, цитируя в ней далее по тексту из Библии: "Больше всего оберегаемого оберегай своё сердце, ибо от него исходит жизнь" (Притч. 4, 23).

Так же, как у ореха центр заложен в ядре, как есть сердцевина у дерева и даже крошечный атом заключает в ядре свою основу, так и человек носит в своём сердце самую сокровенную самость, можно сказать, истинное "я".

В глубине сердца сокрыта любовь. В нём открывает Себя Бог. Сердечный человек есть человек духовный; процесс самопознания связан с глубинами сердца. Истинная молитва движется от чистого сердца, в совершенной своей форме уже не словами, а переходя от одного чувства к другому, и все это отражается в глубинах пламенеющего и любящего сердца.

О потаённом сердце человека говорит апостол Петр в своём первом послании. "Блаженны чистые сердцем" (Мф. 5, 8), – гласит одна из заповедей блаженств Спасителя. "Сердце чисто созижди во мне, Боже" (Пс. 50), "Готово сердце моё, Боже" (Пс. 56). – поёт псалмопевец Давид.

Духовная жизнь пробуждает сердце человека от долгого сна и наполняет его новым чувством и смыслом. В сердце поначалу зажигается как бы малый огонёк, и задача подвижника святости заключается в том. чтобы не угасить эту духовную свечу и пронести её сквозь всю свою жизнь до праведной встречи с вечным. Этот зажженный огонь в сердце может превратиться в пламя чистой веры и Божественной любви (к Богу, а через Него – к ближним и всему сущему, даже врагам). В этом пламени сгорает все греховное, преобразуется само естество физического тела. Кажущаяся непостижимость доказана и искуплена кровью множества подвижников всех времен, начиная от Самого Распятого на Кресте до последних св. мучеников земли Российской.

Когда человек живет только умом (к чему так склонен сегодня западный мир), он охлаждает при этом сердце, становясь чёрствым душой, хотя и рассудительным и расчётливым. Утрачивается божественная целостность сил души. Ум, сердце и воля должны быть в единстве, а не разъединены. Рассудок, отделённый от сердца каменной преградой, сам по себе не может восполнить утраченное. Становится невозможной и духовная жизнь.

Только лишь умствование и прагматизм – весьма ненадёжные союзники в жизни, так как в рассудочную деятельность легко может вкрасться неточность (типа компьютерного вируса), что приводит к ошибкам и даже полным трагедиям. Лишь только тогда, когда ум неразрывно связан с сердцем, а также в союзе с твердой волей, в синергии с Высшим промыслом, при огромном подвижническом труде становится возможным выполнение основной задачи земной жизни человека: воссоединение души с Богом путем устранения всех препятствий к тому (спасение души).

Духовная жизнь требует особой чистоты сердца и хранения его от страстных ядовитых примесей и бурных проявлений. "Сердце чисто, так и весь человек чист, – писал о. Иоанн Кронштадтский, – не чисто – и весь не чист".

Интересен отрывок, касающийся чистоты сердца, оптинского старца Варсонофия (Плеханкова):

– А понимаешь ли ты, что такое чистота сердца? – спросил отец Геннадий (схимник Оптиной Пустыни).

– По опыту не знаю, – отвечал я. – Но думаю, что чистота заключается в полном бесстрастии: кто не имеет ни зависти, ни гнева и никакой другой страсти, у того есть чистое сердце.

– Нет, этого мало, – возразил схимник, – недостаточно только ополоснуть сосуд, надо наполнить его ещё водой; по искоренении страстей надо заменить их противоположными добродетелями.

Но сердце тесно связано с умственной деятельностью, поэтому недопустимой является любая порочная, осуждающая кого-либо мысль. Более того, подвижники придают большое значение и непроизвольным мыслям – помыслам и поползновениям, стараясь держать под контролем самые тонкие проявления всей сознательной жизни.

Древними подвижниками святости было открыто и опытно подтверждено великое учение о внутреннем (сердечном) делании краткой Иисусовой молитвы. "Делание это названо "художеством", – повествует свт. Феофан Затворник, – и оно очень просто. Стоя сознанием и вниманием в сердце, произноси непрестанно: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, – без всякого образа и лика, но верь, что Господь зрит тебя и внемлет тебе.

Техническое подобие этой древней христианской мистической (в смысле созерцательности) практики пытаются в последние десятилетия широко внедрить в современную жизнь в виде привнесённых с Востока систем типа трансцендентальной медитации (ТМ) различные гуру и духовные наставники. Однако, несмотря на внешнюю схожесть, метод ТМ представляется, в лучшем случае, грубой имитацией умного делания христиан, хотя и широко рекламируется как универсальное средство почти от всех болезней (даже от СПИДА, наркомании и онкозаболеваний).

Кажущаяся техническая простота делания Иисусовой молитвы обманчива. Обучение ей должно проводиться под духовным руководством и при благословении на это аскетическое упражнение.

Вместе с тем очень важным должен считаться этап, в процессе которого необходимо научиться вырабатывать устойчивое направленное внимание на область сердца. Вместо Иисусовой молитвы могут быть применены более краткие, такие как: "Господи, помилуй", "Господи, спаси", "Господи, укрепи" и некоторые другие.

Путем сосредоточения своих умственных, душевных и духовных сил в области сердца достигается концентрация всей внутренней энергии в центре организма, сохраняется от внешнего расхищения большой запас жизненных сил, формируется цельность и крепость души. "Держи сознание своё в сердце и собирай туда напряжением все силы души и тела", – научает свт. Феофан Затворник, посвятивший исследованию сердца пространные места своих сочинений.

Утрата истинных, духовных знаний о значении сердца приводит человечество к поистине печальным результатам и глубокому духовному кризису, на что справедливо указывал Б. П. Вышеславцев в упомянутой выше статье "О значении сердца в религии": "Потеря культуры сердца в современной жизни есть потеря жизненной силы, наше существование превращается в постоянное умирание, засыхание, какой-то склероз сердца, которым поражена вся современная цивилизация. Поэтому её жизнь так похожа на смерть, её веселье похоже на скуку, она полна чувства безысходной тоски, постоянно звучащей во всей литературе последнего столетия. Чувство пустоты, чувство ничтожества происходит от того, что иссякла центральная сила личности, засохла её сердцевина".

Тематические высказывания

  1. Следи за своим сердцем всю жизнь и присматривайся и прислушивайся к тому, что препятствует к соединению его с всеблагим Богом (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

  2. У нас есть верный барометр, который показывает возвышение или понижение духовной жизни. Это – сердце. Его можно назвать и компасом (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

  3. Сердце видит разом, нераздельно, мгновенно, потом этот единый акт зрения сердечного передаётся уму и в уме разлагается на части, отделы, предыдущие, последующие; зрение сердца в уме получает анализ свой. Идея принадлежит сердцу, а не уму, внутреннему человеку, а не внешнему (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

  4. Где сердце? – Где отзывается и чувствуется печаль, гнев и прочее, там сердце. Там и вниманием стойте (свт. Феофан Затворник).

  5. Прихожу к мысли, что вы все в голове, а не в сердце. Сойдите к сердцу, – и тотчас оцените себя (свт. Феофан Затворник).

  6. Ум в голове, и умовые люди (научники) все в голове живут. Живут в голове и страдают непрестанным бурлением мыслей (свт. Феофан Затворник).

  7. В хранении сердца от греховных помыслов заключается начальная причина и сущность спасения (свт. Игнатий Брянчанинов).

  8. Сердце есть средоточение душевной и духовной жизни человека. Так, в сердце зачинается и рождается решимость человека на такие или другие поступки; в нем возникают разнообразные преднамерения и желания; оно есть седалище воли и её хотений (П. Д. Юркевич).

  9. Сердце есть орган высшего познания, орган общения с Богом и со всем трансцендентным миром (архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий).

СПОСОБНОСТИ ЧЕЛОВЕКА

Иная слава солнца, иная слава луны, иная звёзд; и звезда от звезды разнится в славе

(1 Кор. 15, 41)

Под способностями человека понимают индивидуальные устойчивые склонности (особенности) души к тому или иному предмету или виду деятельности. Хорошо известно, что при одинаковых условиях некоторые люди справляются более легко и успешно с тем или иным заданием. И более того, существуют такие виды деятельности (предметы, науки, направления), которыми одни люди просто не в состоянии овладеть или овладевают с большим трудом, другие же, напротив, легко справляются (к примеру, музыка, живопись, математика, хореография).

Безусловно, все виды способностей базируются на интеллекте человека, но обусловлены не только интеллектом, но и иными, непознанными ещё причинами. В народе прямо говорят в каких-то случаях: "Это у него от Бога", подразумевая особую, заложенную в его глубинной изначальной природе восприимчивость человека к той или иной специфической деятельности.

Как правило, у более развитых в интеллектуальном плане людей шире спектр различных способностей. Но даже самые высокоразвитые и всесторонне образованные люди не обладают всеми способностями, присущими человеку.

При высокой степени и качестве выраженности той или иной способности говорят об одаренности, а в сочетании с успешной работой по максимальной реализации дарования имеют место феномены, известные как "талантливость" или даже "гениальность". Впрочем, здесь всегда присутствуют компоненты условности, субъективности, сравнительности. Тем не менее немало случаев, отличающихся безусловностью и общепризнанностью.

Современные авторы выделяют различное количество способностей. Интересна классификация видов способностей человека Анатолия Гармаева, где описывается пятнадцать основных способностей: интеллектуальная, музыкальная, изобразительная, зодческая, лингвистическая, животноводческая, растениеводческая, ремесленная, техническая, пластическая, педагогическая, врачевательская, организаторская, ораторская и классификационная.

Итак, каждому из нас даны те или другие способности (таланты). Даны конечно же не просто так, а в помощь для спасения. Применительно к этому один из последних оптинских старцев иеромонах Никон (Беляев) говорил следующее: "Хорошо, когда такую способность можно совмещать с работой для Бога, чтобы всё это не мешало бы спасению души. Но если какая-либо из подобных специальностей мешает жить для Бога и спасаться, то надо всё бросить, лучше быть поглупее, но спастись. Что пользы тебе, если ты "весь мир приобряшешь, душу же свою отщетишь?"

В святоотеческом учении отсутствует детальная схематизация врождённых способностей человека, зато достаточно чётко определены духовные дары (от Духа Святого), о которых говорил ещё Апостол (1 Кор. 12-14). Они даются в награду людям, ведущим духовную жизнь, и могут совершенно не совпадать с имевшимися ранее способностями и склонностями. К духовным дарам относятся: дар мудрости, дар знания, дар веры, дар целительства, дар чудотворения, дар пророчества, дар различения духов, дар служения, дар языков, дар пастырства и дар любви.

Из всех даров дар любви есть наивысший. Кроме вышеуказанных, плодами действия в человеке Святого Духа являются: "радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание" (Гал. 5, 22-23).

Тематические высказывания

  1. "Всякая премудрость от Господа" (Сир. 1, 1). И способности нам даны от Господа, и даны, конечно же, не случайно (Климент Александрийский).

  2. Каждый пусть будет деятелен в достижении той цели, для которой он рождён. Один проявит себя делами, другой подействует словом, один укажет путь добрым примером, другой речами возбуждает слушателей к добродетели (Климент Александрийский).

  3. Иной способен к служениям..., другой со способностию управлять людьми, устраивать их; иной – со способностию доставлять обществу человеков нужное для временного их существования – пищу, одежду, домы и тому подобное (свт. Игнатий Брянчанинов).

МЕЧТАТЕЛЬНОСТЬ И ВООБРАЖЕНИЕ

Воображение есть огромная творческая, но и жуткая сила души.

В. В. Зеньковский

Из множества Божественных даров, данных только человеку, можно выделить и особую функцию, позволяющую осуществлять представления, создавать в мыслительной сфере конкретные ситуации и проецировать образы и явления. Из всего тварного мира лишь человеку дан уникальный дар воображения, животные, как известно, им не обладают, как не способны они и к абстрактному мышлению.

В то же время эта Божественная проекция на человеческую природу таит в себе и немалую потенциальную опасность, проявляющуюся в случаях неумелого использования и чрезмерного развития.

Как и всякая функция, воображение поддается тренировке и развитию. Степень выраженности её величины (если так можно выразиться) различна в людях. Богатым воображением нередко наделены творческие, как их называют, художественные натуры: актеры, музыканты, изобретатели, архитекторы, живописцы... Впрочем, гражданская профессия лишь предрасполагает к развитию воображения в той или иной плоскости. Более же всего – это природное свойство души, которое чрезвычайно индивидуально как в количественном, так и в качественном плане.

Согласно святоотеческому учению, воображение, как и память, "суть не что иное, как отпечатление всех тех чувственных предметов, которые мы видели, слышали, обоняли, вкушали, осязали" (старец Никодим Святогорец).

Воображение есть способность к воссозданию и построению образов. Это могут быть какие-либо явления, события, а также мысли и даже чувствования. Мирские психологи выделяют пассивное и активное (творческое) виды воображений. С помощью воображения человек способен планировать, предвидеть ход тех или иных событий в своей жизни.

Воображение часто может выступать как сила неразумная, действующая по закону ассоциативных связей и исходя из случайных обстоятельств. Вот один из житейских примеров:

Сын одной женщины ушел к приятелю в гости. Обещал вернуться к ужину (положим, к 19 часам), но вот уже 20 часов, а его всё нет. Мать начинает тревожиться. Вспоминает трагический случай, который произошел недавно, когда хулиганы убили ночью молодого парня. Перед глазами женщины, как на экране кино, начинают пробегать кадры – сюжеты, один другого страшнее. Вот сына избивают, он кричит, пытается вырваться. А вот наносится удар ножом, парень падает, истекает кровью, никто ему не может помочь и так далее в этом же духе...

Звучит звонок в дверь. Входит ничего не подозревающий о материнских страстях-воображениях сын, живой и невредимый, а на матери, как говорится, лица нет, ибо только что она реально (согласно психофизиологическим законам) пережила страшную трагедию.

Описанный случай достаточно банальный, но очень характерный. Нечто подобное переживают, пожалуй, все родители, да и не только они.

Духовное здоровье подразумевает ясность и чистоту сознания с предельным ориентированием души на истинное положение вещей, реальность и правду. Православная же аскетика прямо нацеливает подвижника на неустанную, осознанную борьбу с воображением.

Из библейского повествования известно, что первое великое падение произошло именно в результате вымысла и воображения, когда могущественный ангел (Денница) возомнил себя подобным Богу и был низринут за это на землю, увлекая за собой бесплотные силы, зараженные тем же пороком.

В святоотеческой литературе дьявола нередко называют фантазером и живописцем. Просветленный духовный взор просматривает бессмысленные, хотя и пленительные художества и хитросплетения и в современной жизни, буквально изобилующей его творчеством.

Интересно описание видов воображения, которое приводится в замечательной книге схиархимандрита Софрония (Сахарова) "Старец Силуан", написанной в лучших святоотеческих традициях, хотя и сравнительно недавно. В ней выделены четыре вида воображения:

  1. Воображение, связанное с действием грубых, плотских страстей. Всякая страсть может облекаться в тот или иной образ. Например, страсть блуда может проецировать в сознание услаждающие эротические картины, связанные с любовными приключениями, а страсть чревоугодия – рисовать всевозможные яства.

Если ум отторгнет привнесённый образ страсти, то последний угаснет. И наоборот, если примет с услаждением – энергия этого страстного образа будет тиранить тело.

  1. Другой вид воображения – мечтание. При этом человек отходит от реального положения вещей в мире и живет в сфере фантазий. Сколько же мечтателей и фантазеров среди нас! Сколько прожектеров и выдумщиков, как много живущих надуманной, нафантазированной, ложной жизнью, при потере чувства реальности, запутавшихся в понятиях, где правда, а где вымысел, верящих в свои сны и грезы наяву! Многие мечтатели, придумав и поверив в возможность построения рая на земле, возвели эту идею в сверхценную для себя, а в дальнейшем, уже будучи одержимы ею, подобно Люциферу, вовлекли в нее и повели за собой многих других, обманутых, как и они сами. Это привело к неисчислимым страданиям и многочисленным жертвам, ибо Царство Божие на земле построить невозможно.

  2. Третий вид воображения связан с размышлением над какими-либо проблемами с помощью памяти и представлений. Этот вид воображения имеет великое значение в жизни. С помощью него творились и творятся великие произведения искусства, многие научные открытия, изобретения, начиная с примитивных орудий труда на заре человечества и кончая непостижимыми достижениями современных науки и техники.

  3. Четвёртый вид есть по сути своей попытка разума проникнуть в тайну бытия и постигнуть Божественный мир. На самом же деле человек часто творит Бога по своему образу и подобию, то есть так, как он понимает и думает, что в действительности есть великая ошибка, ибо ограниченное тварное мнит постичь неограниченное, нетварное, трансцендентное.

Святоотеческое учение всегда учило, что "никакое воображение не имеет места в отношении к Богу, ибо Он выше всякого помышления". "Мир же человеческой воли и воображения – это мир призраков истины", – говорится в книге "Старец Силуан". Этот мир у человека общий с падшими демонами, и потому воображение есть проводник демонической энергии.

Итак, мечтательность и склонность к бесплодному воображению есть порок, и далеко не безобидный. Старец Силуан говорил, что он кроется в гордости, отчего действие воображения усиливается, и, напротив, угасает от смирения.

Согласно мнению некоторых отечественных мыслителей, мечтательность и воображение присущи нашей нации, всему русскому народу. Наша слабость и опасность как раз обратная, – писал в книге "Воссоздание святой Руси" А. В. Карташев, – "мечтательность и пассивность, расчёт на то, что всё как-то само собою образуется".

Привычка бесплодно витать в облаках, фантазировать, удаляться от реальности – серьёзное препятствие для духовного развития человека. "Только настоящее принадлежит нам, – писал епископ Александр (Семенов-Тян-Шанский), – и между тем человек часто склонен разрушать его ради мечты о неверном будущем".

Вместе с тем бывают периоды в жизни, наверное, каждого человека, когда душа словно требует, чтобы предаться каким-то воспоминаниям, что-то пробудить в памяти, оживить страницы прошлого.

Если это происходит естественно и органично и не связано ни с каким нажимом, грубым насилием над душой, освящено светлым, духовным чувством, то и должно восприниматься вполне нормально, ведь даже окаменевшее ледяное сердце оттаивает в лучах теплых воспоминаний неповторимого прошлого. Кому незнакомо состояние, когда какой-то мимолётный запах или эпизод высвобождает из души целую гамму чувств, как бы оживляет какие-то утраченные связи времен и событий.

Опасными могут быть искусственно вызываемые чувственные представления в религиозной жизни, в частности, в молитвенной практике. Поэтому, например, святые отцы не рекомендуют во время молитв представлять какие-либо образы: будь то Ангелы, святые, Матерь Божия или Спаситель. Другое дело образы, запечатленные на иконах как воплощение высших человеческих устремлений, святой любви и горячей веры.

Человек, склонный к чувственным и образным фантазиям, нередко "улавливается" привнесенными картинами, происхождение которых часто имеет демоническую природу и приводит к особому состоянию, именуемому в Православии "духовной прелестью" (см. главу о прелести), которая есть не что иное, как своеобразный наркотический (точнее наркоподобный) экстаз, представляющий бытие в извращенной форме. "Когда восприимешь мечтания о каком-либо чувственном удовольствии, поберегись, чтоб не быть тотчас увлечену им", – предостерегает преп. Антоний Великий, называя подобного рода мечтания "прелестью сластолюбия".

В психотерапии, к сожалению, продолжают культивироваться некоторые методики, направленные не только на развитие чувственного воображения у пациентов путем обращения к искусственно вызываемым образам и фантазиям, именуемым "лечебными", но и трансово-экстатические состояния с ярко окрашенными сексуальными или мистическими переживаниями.

Особого разговора заслуживает тема об эротической мечтательности, особенно у молодежи и подростков. В последнее время в России практически бесконтрольный поток порнографической литературы и кинопродукции направленно формирует у человека именно разжигание, распаление плотских страстей, предрасполагая к неуемному фантазированию постыдных, но услаждающих сцен.

Русский религиозный философ В. В. Зеньковский писал: "Воображение является жуткой, опасной силой в нас не только потому, что мы не в состоянии регулировать её, но и потому, что для воображения нет границ, что мы теряем чувство реальности, теряем подсознательный контроль инстинкта самосохранения, отдаемся нашим порокам, как бы упиваемся ими. Эта власть воображения тем более опасна, что она в то же время дарит душе высшую усладу" ("На пороге зрелости". 2-е переработ. изд. "Имка-Пресс", Париж).

И далее по этому же поводу приводится еше одна важная, хотя и не бесспорная мысль: "Подавлять работу воображения опасно, а часто невозможно – его нужно лишь правильно развивать. Надо дать воображению чистое и светлое движение – и как раз искусство, по существу своему, может сообщить воображению эту возвышающую и светлую веру. Однако в искусстве есть и двусмысленность. Возвышая душу, оно же вносит в неё яд". Не вдаваясь в полемику, что целесообразнее – подавление воображения или направление его в нужное русло, ограничимся бесспорностью того, что нужно уметь управлять воображением для сохранения чистоты рассудка и ясности сознания. И ещё один краткий штрих в отношении темы о романтических сексуальных мечтаниях подростков и молодежи с развитием известных тайных пороков, известных в медицине как мастурбация (онанизм).

Весьма странно, но в специальной литературе последних лет мастурбация по сути приравнена к естественным физиологическим проявлениям и чуть ли не благословлена светилами сексологии. Однако в этом кроется серьезное заблуждение, причина которого состоит, прежде всего, в потере религиозно-нравственного, совестливого чувства. И вовсе не случайно лица, подверженные этому, на первый взгляд безобидному пороку ощущают так явственно душевный дискомфорт, угрызения совести и чувство вины.

Человек чувствует себя, по словам Зеньковского, "во власти какой-то роковой силы, которую он не может победить".

Мастурбация, по мнению святых отцов, представляет собой блудную страсть, являющуюся в своём проявлении не чем иным, как грехом, оттого и возникает такое тягостное чувство вины на душе. Борьба с этой страстью чрезвычайно сложна и напряженна, может продолжаться долгие годы и в определенные периоды жизни вспыхивает с новой силой.

Наблюдая за преобладанием тех или иных увлечений среди абсолютного большинства взрослого населения России, с грустью приходится констатировать, что они имеют характер чувственных, фантастических, остросюжетных тем или мелодрам.

В литературе, например, пальму первенства заняли детективы, фантастика и эротика. Именно эти направления способствуют сегодня формированию массового мировоззрения и интересов у населения.

Ассортимент у многочисленных книготорговцев наших однообразен и представлен лишь книгами на перечисленные выше темы. Очень редко можно встретить литературу нравственного, педагогического и подлинно высокохудожественного образца.

К сожалению, святоотеческую литературу по-прежнему не преподают в светских учебных заведениях, она ещё не заняла своего достойного места на наших книжных полках, не стала литературой семейного, домашнего душеполезного чтения.

Тематические высказывания

  1. Бодрствуй и паче всего смотри за воображением и памятью (св. Никодим Святогорец).

  2. Как воображение есть сила неразумная, действующая большею частию механически, по законам сочетания образов, духовная же жизнь есть образ чистой свободы, то само собой разумеется, что его деятельность не совместима с сею жизнью (св. Никодим Святогорец).

  3. Внимающий себе должен отказаться от всякой мечтательности вообще, как бы она ни казалась приманчивою и благовидною: всякая мечтательность есть скитание ума, вне истины, в стране призраков, несуществующих и не могущих осуществиться, льстящих уму и его обманывающих (свт. Игнатий Брянчанинов).

  4. Эти желанные образы и отвратительные фантазии повисают на душе целыми гирляндами, то помогая, то мешая всякому доказательству, окрашивая эмоционально и фантастически умственный процесс и загромождая горизонт души не менее, если не более, умственных соображений (Иван Ильин).

  5. Мечтаний же зрака в образе видений отнюдь не приемли никакого же, да не прельщён будешь (св. Нил Сорский).

  6. Мы же пребудем в молитве без всякого воображения (старец Силуан).

  7. Мечтания бесовские действуют на душу очень вредно, возбуждая в ней особенное сочувствие к греху. От прикосновений бесовских возбуждаются плотские страсти и порождаются болезни, на которые не действуют обычные человеческие врачевания (свт. Игнатий Брянчанинов).

О ПАМЯТИ

Поминай последняя твоя и во веки не согрешишь.

(Сир. 7, 39)

Память есть Богом данная способность души запечатлевать в себе различнейшие проявления бытия, а также хранить и воспроизводить жизненный опыт. Она близка к воображению: "В некоторых случаях границы их так тесно соприкасаются друг с другом, что трудно отличить, где кончается одно и начинается другое. Начнёт человек что-нибудь рассказывать – например, как он видел на улице такого-то и о чём с ним говорил, и тут же, припоминая, воображает"... (епископ Варнава (Беляев)).

Память отражает (и содержит в себе) все виды чувств и восприятий души, а потому может быть зрительной, слуховой и сугубо чувственной (вкусовой, осязательной, обонятельной). Она есть как бы итог всей нашей прошлой жизни, хранительница всего ранее увиденного, услышанного, прочувствованного, узнанного...

Святые отцы особое внимание в духовной жизни уделяли памяти Божией и памяти смертной. Именно эти виды памяти помогают избавиться от массы неполезных, мелочных, в том числе чувственного характера, воспоминаний. "Мысль суетная, земная, постоянно занимая человека, производит в нем оскудение разума, – писал свт. Игнатий Брянчанинов, – препятствует приобретению полезных и нужных познаний; напротив того, мысль о Боге, усвоившись христианину, обогащает его духовным разумом".

Нередко возбуждают опасные и пагубные для человека воспоминания живущие в нас страсти, а также демоны волнуют душу, пытаясь увлечь всевозможными образами, мыслями и фантазиями чувственного характера. Святые отцы учат об особенно бережном хранении памяти: "Бодрствуй над собой, – поучает св. Никодим Святогорец, – и не давай своему воображению и памяти воспоминать прежде виденное, слышанное, обонянное, вкушённое и осязанное, особенно что было в этом срамного и непотребного". По словам старца, "враг может играть душою твоею, как мячиком, перебрасывая внимание от одного воспоминания на другое, и под ними, шевеля пожелания и страсти, и держа тебя таким образом в страстном настроении".

Но иногда хитрость и лукавство врага человеческого спасения имеет иной характер. Человеку навеваются памятные мысли о грехах его прошлой жизни, вводя в уныние, тоску и отчаяние; возбуждаются помыслы, что за эти тяжкие грехи – нет спасения! Или. напротив, из памяти вовсе изглаживается все прежнее, мерзкое, греховное, что способствует ложному самосознанию и мыслям о якобы своей чуть ли не абсолютной безгрешности или даже мнимой святости.

Как и иное всё доброе, хорошая память – дар Божий, но и немалая ответственность лежит на человеке: как он применяет сей дар, для каких познаний использует, не злоупотребляет ли в неполезных целях (например, для полиглотства, чтобы покорить окружающих многознайством). С возрастом свойства памяти меняются. По словам одного мыслителя, в старости память уподобляется подзорной трубе: давние, далекие события человек видит четко (хорошо помнит прошлое), а ближние – расплывчато (плохо запоминает текущие события). Отрицательно влияют на память такие злоупотребления, как известный юношеский порок, пьянство, наркотики, а также некоторые виды отравлений и целый ряд заболеваний. К порокам (недугам) ума святые отцы относят и состояние, именуемое "забывчивостью", которое сопряжено нередко также с рассеянностью, невнимательностью к себе, потерей бдительности, самоконтроля. Для врачевания этого недуга свт. Тихон (Задонский) рекомендовал одно действенное средство, выраженное в слове: "осмотрись". Осмотрись. Так ли ты живешь? Имеешь ли память смертную и суд Божий? Как обращаешься, говоришь, мыслишь, трудишься, работаешь, поступаешь и т. д. Улучшают и обостряют память молитвенная практика, пост, целомудренный богоугодный образ жизни.

Подвижники святости и благочестия, как правило, до последних дней своих не теряли ясность памяти и рассудка. Напротив, грех столь существенно воздействует на память, что нередко и не столь старые люди страдают полным или частичным разрушением памяти.

Важно тренировать память уже с детства заучиванием священных текстов (Священного Писания, Псалтири, молитв, церковных песнопений) вместо бесполезной зубрёжки, только засоряющей наш душевный архив. Во многих русских школах (например, у С. А. Рачинского, дети учились грамоте по Псалтири... Немалую пользу приносят и размышления о жизни и страданиях Господа Иисуса Христа, житиях святых и преподобных отцов наших. По словам старца Сампсона, наш знаменитый академик И. П. Павлов наизусть знал Новый Завет, многие псалмы, а сейчас закончившие вузы не все имеют представление о самых простых христианских истинах, не говоря уже о литургии или Священном Писании.

Тематические высказывания

  1. Поучение или память Божия есть установление Божественное (свт. Игнатий Брянчанинов).

  2. Чтоб помнить смерть, надо вести жизнь сообразно заповедям Христовым (свт. Игнатий Брянчанинов).

  3. Смертная память – так святые Отцы называют это воспоминание, – усвоившись душе, рассекает дружбу её с грехом, со всеми наслаждениями греховными (свт. Игнатий Брянчанинов).

  4. Воспоминание о смерти – дар Божий (преп. Иоанн Лествичник).

  5. Память смерти да засыпает и да восстаёт с тобою (преп. Иоанн Лествичник).

НЕВИДИМАЯ БРАНЬ

Брань сия наитруднейша есть.

Старец Никодим Святогорец

Вопросам внутренней (невидимой) борьбы на путях духовного совершенствования посвящена существенная часть святоотеческих изысканий. Есть даже одноимённая книга старца Никодима Святогорца с подробным описанием этапов и способов этой тайной невидимой битвы, отражающей извечное противостояние добра агрессии зла.

Почти двухтысячелетний практический опыт христианского подвижничества свидетельствует о высоком накале и невероятной интенсивности этого сражения, как говорится – "не на жизнь, а на смерть".

Что же это за война? Почему она невидима и практически неизвестна в широких кругах среди неверующих? А может, все это досужие выдумки и фантазии на духовные темы?

Невидимая брань – непреложнейшая реальность и сопровождает, как тень, всякий праведный путь внутреннего развития и совершенствования на стезях святости и благочестия. Данный факт является абсолютным законом, подтвержденным опытом многих поколений.

Самый страшный и опасный враг заключен в самом человеке, а не находится где-то вовне. Леность, эгоизм, сластолюбие, любостяжание, дурные привычки, наклонности и пороки уже составляют целое воинство невидимых врагов, постоянно воюющих с нами.

Но есть и другой вид неприятеля, составляющий мистический, духовный уровень. Реальность духовного мира материалистическая наука пока не признает. Существуют, правда, некоторые теории физического плана (касающиеся лептонных полей, квантовых тел, вредоносных воздействий, биополярных паразитарных сущностей), пытающиеся несколько расширить устоявшиеся убеждения. С другой стороны, почти все религии и оккультные науки признают мир духов, но представляют его существенно по-разному.

С позиций Православия, враждебные человеку духовные сущности суть павшие духи (демоны, бесы). Их воздействия имеют целью погубить души людей, они всячески противодействуют путям спасения и истины.

С библейских времен и по сей день демонические способы борьбы не изменились по своей сути, видоизменяются лишь внешние формы. В основе же всегда лежат ложь (ибо сам дьявол – "отец лжи"), прельщение, искушение славой, богатством, чудесами, властью и могуществом (вспомните искушения Христа в пустыне). Демонические воздействия очень разнообразны – вплоть до прямых физических вмешательств. Подобную агрессию испытали, например, Антоний Великий – один из основоположников монашества, подвижник IV века н. э., русский святой преп. Серафим Саровский и многие другие. Первый был буквально избит невидимыми сущностями, а в келью преп. Серафима однажды было брошено бревно, которое на следующий день с трудом вынесли несколько человек. Описаны и другие проявления странной и загадочной для современного человека силы, официально уже зарегистрированной и именуемой "полтергейст" (в переводе с немецкого – "шумный дух").

В святоотеческой же литературе проделки этого духа описаны довольно подробно. В одних случаях – это грубые выходки с применением силы, угроз, брани, перемещений в пространстве предметов и даже людей. В жизнеописании русского святого преп. Нила Сорского приводится эпизод, связанный с похищением невидимой силой отрока, который на глазах у множества людей стал быстро перемещаться в пространстве, пока не исчез.

Понятно, что нет никаких оснований признавать современные факты "полтергейстного" плана и отрицать аналогичные по сути события, запечатленные в древних источниках.

И всё-таки почему же большинство людей как будто не знают и не замечают никакой подобной борьбы, живя в сегодняшнем мире? Дело в том, что тем-то и отличается духовная, праведная жизнь от "обычной", (хотя на самом деле "обычной" для человека и должна быть жизнь праведная, духовная, а не порочная или скотоподобная), что открывает как-бы иное ведение (слово "ведение" лучше, чем привычно употребляемое "знание", отражает сущность глубинного постижения предметов и явлений, знание же часто заключается лишь в усвоении функционального, чужого, глубоко не пережитого душой недуховного опыта), обостряет тонкость восприятия и наблюдательность, позволяет вовремя заметить летящие вражеские стрелы и защититься от них.

Кроме того, лица, погрязшие в своих пороках, узких стремлениях и влечениях низкого плана, уже побеждены силами тьмы, далеки от спасения и не представляют, видимо, особой ценности для духовного враждебного человечеству мира. Впрочем, и для такой категории людей демонические воздействия не чужды. Так, некоторые пьяницы и наркоманы откровенно признаются, что ощущают себя в плену у какой-то могущественной силы, сопротивляться которой они не в состоянии. И речь идет не только о привычном порочном навыке, но о чём-то ином, более глубинном и непонятном. Имеет место, конечно, сочетание естественного физиологического пристрастия, психической зависимости с иными влияниями. По крайней мере, присутствие демонического фактора в развитии этих пороков издревле признавалось всеми подвижниками святости и святыми отцами, исследовавшими эту проблему*.

В чём же состоит практический смысл этой невидимой борьбы? Прежде всего (для подвижника) в неустанном, неусыпном внимании к себе и постоянной готовности мгновенно отразить внезапное чужеродное вторжение, под какими бы оно масками не приходило (будь то мысль, желание, видение, в том числе и во сне, или внешнее воздействие через какого-то человека). Это неусыпное состояние постоянной бдительности в святоотеческой литературе именуют термином "трезвление".

Человек, теряющий осмотрительность и застигнутый врасплох, как правило, не готов к схватке и бывает побеждён. Вспомним состояние бывшего Советского Союза на момент вторжения Германии в 1941 году. Спесивое благодушие и уверенность режима в своей непобедимости привели поначалу к сокрушительным поражениям гигантской сверхдержавы уступающим по численности, но хорошо организованным, одержимым по сути дела дьявольской идей мирового господства противником.

Внутренние же и внешние наши враги, о которых ведётся речь, ещ более вероломны и прекрасно подготовлены, изучили нас и воздействуют на самые слабые, уязвимые стороны, легко прорывая оборону в местах плохо охраняемых, где сторожа спят и благодушествуют.

"Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить всё, что даст мне сей день. Господи, дай мне вполне предаться воле Твоей. Господи, на всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня.

Господи, открой мне волю Твою для меня и окружающих меня.

Какие бы я ни получил известия в течение дня, дай мне принять их со спокойной душой и твердым убеждением, что на всё святая воля Твоя.

Господи, Великий, Милосердный, во всех моих делах и словах руководи моими мыслями и чувствами, во всех непредвиденных обстоятельствах не дай мне забыть, что всё ниспослано Тобой.

Господи, дай мне разумно действовать с каждым из ближних моих, никого не смущая и никого не огорчая.

Господи, дай мне перенести утомление сего дня и все события в течение его.

Руководи моею волею и научи молиться и любить всех нелицемерно. Аминь."

(молитва Оптинских старцев на начало дня).

Вражеские вторжения

Прежде всего, это мысли, дестабилизирующие наш внутренний душевный мир и толкающие на какие-то неправедные действия. Сама по себе та или иная страсть (см. главу о страстях), неукрощённая и непобеждённая в человеке, непреобразованная и плохо осознаваемая, легко облекается в чувственные образы и мысли, терзающие душу и существенно влияющие на поведение.

Например, страсть чревоугодия может побуждать мысли и воображение на сей счёт, толкая к способам удовлетворения возникшего желания. То же можно сказать о блудной или иных страстях. Иногда страсти комбинируются, переплетаются, и человеку трудно, даже при искреннем желании, сделать верную оценку и выявить приоритетность побуждающего воздействия.

Бывают также помыслы, которые, как утверждает святоотеческое учение, имеют чужеродную (демоническую) природу. Они как бы подбрасываются извне, хотя человек и принимает их за свои. Это объясняется тем, что наша душа легкодоступна для подобных воздействий; однако она обладает свободой выбора и может, осознав неприемлемое для себя, отсечь и не принять его. По мысли многих святых отцов (например, преп. Макария Великого), источник всех греховных помыслов – сердце, где, как змеи, гнездятся "все сокровищницы порока".

Способы борьбы

  1. Нежелательные, порочные мысли должны немедленно отсекаться, подобно тому как лезвие бритвы отсекает ненужную леску. Для пресечения нежелательного развития мыслей перед этим можно использовать защитное слово-тормоз, например: "Не соизволяю"*. Этот психотерапевтический прием весьма полезен. После торможения мгновенно попытайтесь перевести своё внимание на другую тему, использовав психотерапевтический закон вытеснения. Чем быстрее осуществляется торможение и переключение внимания на другую тему, тем легче справиться с уже коснувшимся души ядом вражеской стрелы. Святые отцы предупреждают, что ни в коем случае нельзя медлить, останавливать внимание, вступать в собеседование с дурными помыслами, тем более услаждать себя ими!

  2. Хранение чистоты мыслей и ясности сознания. Это основная задача в плане психогигиены, ибо мгновенный импульс, одна лишь неверная вибрация души способны исказить и обезобразить все то. что достигалось длительной кропотливой работой, подобно камню, брошенному в чистый родник, который поднимает со дна грязь и вызывает рябь на поверхности воды. Особенно опасны бывают греховные набеги мыслей, где стадии развития страстей развиваются стремительно. Отсюда аскетические требования к неослабному "вниманию" к себе, "бодрствованию", "хранению чистоты".

  3. Контроль за своими эмоциями, желаниями и побуждениями, связанными с пагубными привычками и внутренними несовершенствами. Заключается в частом самоиспытании себя (сравните: "Да испытывает же себя человек" (1 Кор. 11, 28), "Каждый да испытывает своё дело" (Гал. 6, 4) для определения состояния сил своей души, достоинств и недостатков. Необходимы также самопротивление (то есть осознанное сопротивление всему плохому и порочному) и самопринуждение (то есть побуждение себя ко всему доброму).

Систематическая работа над собой приводит к удивительным результатам. Человек все более освобождается от таких негативных проявлений, как гнев, зависть, лживость, мстительность, ревность. Укрепляется его воля, создаются необходимые условия для приобретения тех или иных добродетелей. Меняется не только внутренний, но и внешний облик человека. Облагораживается лицо. Взгляд становится чистым и приобретает доброту. Голос делается приятным, спокойным.

На высших же этапах духовной жизни происходит то, что в древневосточном богословии именовалось обожение или "единение по естеству" по преп. Макарию Великому. Человек становится проницаем для Высшей нетварной энергии, которая преобразует его нравственно и даже физически ещё при земной жизни. Это учение, по словам одного из древнейших учителей Церкви св. Иринея Лионского, "основывается на том, что Божество не нравственно только, но реально, существенно, самой природой своей и как бы физически соединяется с телом и душой человека и производит в них полное и всестороннее обновление".

  1. Борьба со страстями (см. главу о страстях и способах борьбы с ними).

  2. Борьба с искушающими воздействиями. Существует святоотеческое высказывание, суть которого сводится к тому, что, если бы не было искусов (то есть искушений), не было бы и искусства их преодоления. Искушающие воздействия нередко надевают различные маски, так что распознать их нелегко. По умению отражать и преодолевать искушения оцениваются истинная сила духа, стойкость и степень духовной зрелости.

Подпитываются искушения через присущие каждому человеку стремления к услаждениям, выгоде, тщеславию, а также через переоценку своих возможностей и потерю бдительности. Источниками таких воздействий могут быть как мысли, желания, так и окружающие люди, обстоятельства.

  1. Перевод отрицательных качеств в противоположные. Один из способов борьбы со своими недостатками состоит в осознанной работе по постепенному переводу отрицательных качеств в свои положительные антиподы, например:

страх – в смелость;

гнев – в кротость;

зависть – в сорадование, сопереживание;

вещизм – в довольство имеющимся (см. "Пути благочестия" в данной книге).

  1. Внимание к внешним чувствам. Работа над собой и укрепление своих позиций немыслима без внимательного контроля за нашими внешними чувствами – этими своеобразными окошечками в мир: зрением, слухом, обонянием, осязанием и вкусом.

Так, зрение должно быть избирательно употребляемо человеком на фиксацию положительного, божественного, например на созерцание высшего устроения природы, мира. Известно благоприятное воздействие на здоровье человека созерцания прекрасных пейзажей и, напротив, пагубность жутких сцен, связанных с насилием, хаосом, беспорядочностью. Если человек – любитель телепередач, безусловно понятно, что лучше и полезнее избирательный просмотр, нежели все без разбора, где секс, насилие, ужасы перемежаются с картинами природы и нравственными проповедями.

Точно так же и слух надо отвращать от пагубных речей, пустословия, злословия, псевдомузыкального безумия ("Надлежит тебе блюсти и уши твои", – пишет старец Никодим Святогорец в книге "Невидимая брань", указывая на хранение слуха от срамной речи, выдумок, пересудов, наговоров, клеветы, пустословия и всех речей, которые могут вредно воздействовать).

Направленное внимание к фильтрации наиболее полезного и важного относится и к органам обоняния и осязания.

Как готовить себя перед выходом из дома

Перед тем как выйти утром из дома, полезно проанализировать ("перебрать") все случаи, которые могут произойти в течение дня и дестабилизировать ваш душевный мир. К таким случаям необходимо специально готовиться, выбирая продуманную тактику поведения, включая всевозможные варианты. Немыслимо, конечно, предусмотреть все возможное до мелочей, но многое можно предугадать. Совет этот по большей части относится к начальным этапам духовного совершенствования, ибо на более поздних ступенях начинают проявляться духовная интуиция и опыт. Кроме того, необходимо, конечно же, помолиться, хотя бы кратко.

Внезапная атака "невидимой брани"

Если внезапно налетела брань, нужно постараться как можно скорее "сойти в область сердца вниманием ума", попытаться отсечь точно бритвой нежелательные мысли-стрелы или мужественно противодействовать им до полной победы над ними.

Верующие христиане, безусловно, немедленно должны пользоваться, как учат святые отцы, молитвой, смиряя себя и прося поддержки и укрепления у Бога.

Предрасполагающими факторами в развитии бурных атак являются неискренность, внутреннее пристрастие человека к вещам, событиям или лицам, ненависть или чрезмерная любовь к тленному. Леность также способствует "невидимой брани", труд же, напротив, перекрывает все вражеские козни (имеется в виду прежде всего духовный, а не суетный труд).

Оценка причин падений и поражений

Очень важно правильно оценить причину собственных палений и грубых промахов. Нередко мы пытаемся оправдать себя и искать причины в других людях или внешних обстоятельствах.

Святоотеческая мудрость учит никогда не заниматься самооправданием, ибо человек по природе своей себялюбив и всегда найдет способ исказить в угоду себе истинное положение вешей. (Например: "Ну, пусть я и погорячился и нагрубил, но я ведь тоже живой человек, а вот он должен бы был..." и так далее, постепенно все более убеждая себя в виновности другого и оправдывая себя.)

Вместо же самооправдания правильнее обвинить себя, искренне попытаться разобраться в причинах падения, которые обычно кроются в нашем себялюбии, тщеславии и особенно в гордыни ("где совершается падение, там прежде водворяется гордость; ибо гордость есть предвестница падения",старец Никодим Святогорец "Невидимая брань"). Итак, не культивируйте в себе адвоката, а более позаботьтесь о воспитании беспристрастного обвинителя.

Встреча с трудностями

Непременным условием достижения устойчивости в противостоянии невидимой брани является выработка в себе терпения. Для этого требуется не избегать трудностей, а смело идти навстречу им, ибо через преодоление их рождается стойкость и появляется духовный опыт ("если ты желаешь стяжать навык в терпении, то не следует тебе избегать тех лиц, дел и обстоятельств, которые наиболее выводят тебя из терпения", – старец Никодим).

В психотерапевтической работе с пациентами необходимо разъяснение правильного подхода к уже свершившимся негативным событиям и трудностям. Главное их принять, а не убегать от них сломя голову неизвестно куда (в болезнь, другой город, менять работу без веской на то причины и пр.).

Тематические высказывания о невидимой брани

  1. Враг в нас самих. У нас идет внутренняя война. Если внутреннее зло побеждено, то и внешнее покорится, как слабейшее (св. Иоанн Кассиан).

  2. У людей, старающихся проводить духовную жизнь, бывает самая тонкая и самая трудная война через помыслы каждое мгновение жизни – война духовная (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

  3. Есть в нас мысленная брань, более тяжелая, чем чувственная (преп. Филофей Синайский).

  4. Вопрос о главном пункте внутренней брани решается следующим образом: сойди вниманием в сердце, стань там перед Господом и не допускай туда ничего греховного. В этом все дело внутренней брани (свт. Феофан Затворник).

САМОПОЗНАНИЕ

Кто познает самого себя, тот познает Бога.

Климент Александрийский

Древнейшая наука о познании человеком самого себя издавна привлекала внимание крупнейших мыслителей и искателей истины всех времен и народов. Однако понимается суть этой науки весьма различно, отсюда и разные способы и подходы: от восточной нирваны до христианского затвора, от сектантских харизматических эксцессов до мистических откровений, от восьмиступенчатого пути Патанджали в йоге до инъекций наркотика типа ЛСД.

Понятно, что не все перечисленные способы ведут к истинному самопознанию, а являются лишь псевдосамопознанием, ведущим к прелести и душевной деградации.

В святоотеческом учении, являющемся базовым для "терапии души", самопознание начинается прежде всего с полноты видения (и ведания) собственных недостатков, пороков и немощей (как звезд в небе или песка морского) и осмысления их.

Необходимо постоянное глубочайшее внимание к себе, к каждой своей мысли, слову, поступку. Самопознание должно включать в себя скрупулезный беспристрастный анализ всего происходящего, умение отличать истину от лжи, добро от зла, Божескую волю от человеческой и демонической и прочее.

"Познай сам себя, – поучает свт. Григорий Богослов, какая в тебе тайна естества, как ум твой все обходит, как в тебе все управляется волею, что такое сохранение воспринятого – память, что такое возобновление воспринятого – воспоминание, как слово есть порождение ума и рождает слово в уме другого, как словом передается мысль, как гнев приводит в ярость и стыд в краску".

Один из основоположников древнего монашества св. Антонии, прозванный ещё при жизни современниками Великим, советовал: "Пусть каждый ежедневно дает себе отчёт в дневных и ночных своих поступках".

Святые старцы сравнивали иногда совесть с одеждой. Если долгое время не просматривать одежду, то она поражается молью или делается негодной по другим причинам.

В Православии верующие согласно вечернему молитвенному правилу подводят как бы итог минувшему дню, откровенно вскрывая свои проступки и ошибки, каются и молятся о прощении. Ведь прежде, чем лечь спать, надо очистить душу от всякой грязи, примириться со всеми ближними (в том числе и с врагами), извлечь надлежащие уроки из своих промахов. Этот великий духовный и глубоко психотерапевтический процесс (ибо испытание человеком совести заповедано Самим Богом) создаёА|т предпосылки для спокойного, заслуженного, мирного (святого) ночного сна с чистой совестью и легкостью на душе. Познание самого себя – процесс поистине бесконечный, неисчерпаемый (лишь пределы земной жизни ограничивают его во времени). Через познание себя происходит и духовная эволюция. Согласно Евангелию, целое Царство Божие лежит внутри нас (Лк. 17, 21). "Вселенной Всей Создателя внутри себя имею я", – восклицает св. Симеон Новый Богослов в одном из своих гимнов.

Самопознание немыслимо без особого духовного настроя, праведной жизни, специальных знаний и постоянной внутренней работы над собой. Процесс этот строго индивидуален. "Человек находится в великой опасности, – согласно авве Исайе Отшельнику, – доколе не познает себя".

Ниже приводится подборка некоторых высказываний святых отцов и русских мыслителей о самопознании.

Краткий святоотеческий конспект по самопознанию

"Старец сказал: человек тот, кто познал себя" (из Др. Патерика).

"Войди в самого себя, живи в себе, в тишине своей внутренности, с умеренной и чистой душою, с покойным и смиренным духом" (св. Ефрем Сирин).

"Настоящее самопознание есть ясновидение своих недостатков и немощей в такой мере, что ими переполнено всё" (свт. феофан Затворник).

"Кто сподобился увидеть самого себя, тот лучше сподобившегося увидеть ангелов" (св. Исаак Сирин).

"Род человеческий почитает очень важным знание вещей земных и небесных, но гораздо более иметь знание нас самих, гораздо более достоин похвалы человек, которому известна его собственная немощь, чем тот, кто испытывает и познает пути звезд, а не ведает пути ко спасению" (блаженный Августин).

"Познай самого себя, что ты смертен и тлен" (св. Симеон Новый Богослов).

"Человеку надобно все усилие своё обратить на помыслы и что служит пищею лукавым помыслам, то отсекать, а устремляться мыслию к Богу, и хотение помыслов не исполнять, но кружащиеся помыслы собирать отовсюду воедино, различая естественные помыслы от лукавых" (преп. Макарий Египетский).

"Тот только и знает себя наилучшим образом, кто думает о себе, что он ничто" (свт. Иоанн Златоуст).

"Не открывай мысли своей невеждам и воли своей неблагоразумным. Познай самого себя и избегай того, что для тебя пагубно" (преп. авва Исайя).

"Авва Пимен сказал: хранение самого себя, внимание к самому себе и рассуждение – вот три добродетели, путеводительницы души" (Др. Патерик, с. 17).

"Не иди вовне, иди вовнутрь самого себя; и когда ты внутри обретешь себя ограниченным, перешагни через самого себя!" (блаженный Августин).

"Без величайшего наблюдения над собой невозможно преуспеть ни в одной добродетели" (свт. Игнатий Брянчанинов).

"Положи примету, и непрестанно входи сам в себя, и смотри, какие страсти, по твоему замечанию, изнемогли пред тобой, какие истребились и совершенно оставили тебя, какие начали умолкать вследствие выздоровления души твоей, а не удаления лько того, что возбуждало их, и какие научился ты одолевать разумом своим, а не одним лишением себя причины страсти" (преп. Серафим Саровский).

"Надо уметь разделять себя на самого себя и врага, кроющегося во мне" (свт. Феофан Затворник).

"Хорошо для самопознания вечером проводить как бы домашнюю исповедь своих дел, разговоров, мыслей" (сет. Феофан Затворник).

"Наблюдай за чувствами и желаниями. Заметив в себе порочные помыслы, желания, страсти, познай, что это враг начал войну, сие сознание передай чувству и возроди в себе неприязнь этому злу" (сет. Феофан Затворник).

"Степени вхождения от меры в меру:

  1. Глубокое познание своей немощи душевной и телесной.

  2. Самоукорение и других неосуждение.

  3. Благодарное терпение встречающихся и постигающих нас скорбных искушений.

  4. Смирение как порождение сих трёх" (преп. Амвросий Оптинский).

"Поняв изменчивость свою, она (душа) поднимается до самопознания, уводит мысль от привычного, освобождается от сумятицы противоречивых призраков, стремясь понять, каким светом на нее брызнуло" (блаженный Августин).

"Познай, что ты! Познай себя бессильным, познай грешником, познай, что ты запятнан. В твоём исповедании откроется пятно сердца твоего, сознание грехов заставит искать врача" (проф. Скворцов).

"Не вне тебя правда, а в тебе самом, найди себя в себе, овладей собой – и узришь правду. Не в вещах эта правда, не вне тебя и не за морем где-нибудь, а прежде всего в твоём собственном труде над собой. Победишь себя – и станешь свободен, как никогда и не воображал себе, и начнешь великое дело, и других свободными сделаешь, и узришь счастье, ибо наполнится жизнь твоя, и поймёшь, наконец, народ свой и святую правду его" (Ф. М. Достоевский).

"Познай сам себя, какая в тебе тайна естества, как ум твои всё обходит, как в тебе всё управляется волею, что такое сохранение воспринятого..." (свт. Григорий Богослов).

"На последней ступени развития самопознания человек отвлекается от всего эмпирического и условного и приходит к познанию себя как духа, возвышающегося над условиями пространства и времени" (сет. Григорий Богослов).

"Кто хочет познать истину, тот, прежде всего, должен начать познавать в себе того человека, который в силах её познать" (епископ Иоанн (Шаховской).

СВЯТООТЕЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ О БОРЬБЕ СО СТРАСТЯМИ

Цель, и единственная цель, нашей жизни заключается в том, чтобы искоренить страсти и заменить их противоположными добродетелями.

Преп. Варсонофий Оптинский

Пишу эти строки в день национального траура в России (7.10.93 г.) после кровавых октябрьских событий в Москве. Сама жизнь в который раз подтверждает справедливость святоотеческого учения. Нельзя распалять, разжигать человеческие страсти, особенно в высших государственных структурах. Это всегда чревато серьезными последствиями, что и случилось в эти трагические дни неудавшегося путча. Вспоминаются грозные слова-предупреждения, высказанные ещё в начале этого века русским святым Иоанном Кронштадтским:

"Кто вас научил непокорности и мятежам бессмысленным, коих не было прежде в России? Перестаньте безумствовать, довольно! Довольно пить горькую, полную чашу вам и России".

Никогда насилие не приводило к умиротворению, и всегда зло порождало зло, а не добро. Истинное христианство всегда воздействовало на людей прежде всего изнутри, нравственно, с любовью, через самопожертвование, а не через внешний разгул страстей или физическое подчинение силой.

Идея укрощения и преображения человеческих страстей относится к важнейшим базисным сторонам святоотеческого учения. К сожалению, многие неверно трактуют само понятие "страсть", понимая её как эмоциональность, живость, непосредственность и яркость выражения человеческих чувств в полноте и естественной форме проявления.

В святоотеческом же учении под страстями понимаются естественные чувства и влечения человеческой личности в их усиленном, гипертрофированном, болезненном проявлении.

Вот как дает определение страстям древний подвижник преп. авва Исайя: "Страстями называются свойства человеческие в их болезненном состоянии, произведенном падением. Так, способность питаться превращается в наклонность к объядению и лакомству; сила желания – в прихоти и похоти; сила гнева или душевная энергия – в вспыльчивость, ярость, злобу, ненависть; свойство скорбеть и печалиться – в малодушие, уныние и отчаяние; естественное свойство презирать унижающий естество грех – в презрение к ближним, в гордость и прочее".

По Клименту Александрийскому, "все страсти есть отпечатки, сделанные на нашей нежной и податливой душе, и являют собой как бы клейма, изнутри выдавленные на ней духовными силами, но наше дело – изглаживать их".

Поражает единодушие святых отцов в оценке важности борьбы со страстями и схожесть классификаций видов страстей, а также способов борьбы (без чего и сама духовная жизнь невозможна).

Это объясняется тем, что святоотеческое учение создавалось на основании жизненного пути многих поколений людей и отражает пути опытного богопознания, а не отвлеченные умозаключения и мудрствования.

Страстный человек бывает постоянно терзаем и подвластен воздействиям извне, он раб дурных привычек и наклонностей, уязвим, непостоянен, раздражен, склонен к совершению необдуманных поступков. Такой человек не может быть "духопроницаем" для Высшей нетварной Энергии.

Из обширного количества святоотеческих источников здесь приводятся краткие извлечения из творений св. Иоанна Кассиана (350/360-435 гг.) и свт. Игнатия Брянчанинова (1807-1867 гг.).

I страсть. Чревоугодие (пресыщение)

Для разных людей различны нормы пищи и степени постничества. Все это очень индивидуальные понятия. Не для всех ак же питателен и полезен тот или иной вид продуктов. Но я каждого должно быть единое правило и цель, чтобы принимать пищу в должной мере, чтобы не впасть в пресыщение.

Виды чревоугодия

  1. "Чревобесие" – то есть чрезмерное количество употребляемой пищи. Святые отцы мерою воздержания в пище считали такую, чтобы перестать есть, когда ещё хочется, вставая из-за стола с легким чувством голода.

  2. "Гортанобесие" – это, прежде всего, качественное пресыщение разными видами яств, склонность к лакомству, усиленная в степень страсти.

  3. "Раноядение" ("тайноядение в монашестве") – несоблюдение времени, положенного на принятие пищи.

Надо иметь в виду, что возможно сочетание всех видов чревоугодия, что нередко и наблюдается в жизни.

Свт. Игнатий Брянчанинов причисляет к чревоугодию ("чревообъядению" по его употреблению) также пьянство, нехранение постов и вообще нарушение воздержания.

II страсть. Блуд

Эту страсть святые отцы характеризуют как брань "долгую", "лютую", именуя её ещё как "падение".

Блуд относится к телесным (плотским) страстям. По своей природе половое влечение для человека является естественным, физиологическим явлением. Его основное предназначение – продление рода, а не способ для особого рода наслаждений.

Между понятиями "блуд" и "прелюбодеяние" существует определенное различие. В блуде удовлетворяется похоть между свободными от брака мужчиной и женщиной, в прелюбодеянии – наносится оскорбление чужому брачному союзу.

Христианство освящает в одинаковой степени как семейную жизнь в браке, так и безбрачие и монашество. Существует определенная взаимосвязь блудной страсти с чревоугодием, так что избавление от блуда невозможно без победы над излишествами в еде.

Блудная страсть преображается через очищение сердца. Полезны рукоделие, пост, молитва, вообще занятость трудом, делом.

Одним из признаков побеждения страсти блуда и достижения желанной чистоты святые отцы считали отсутствие во сне и в мечтах блудных, обольстительных образов. (Вообще в ночных снах нередко отражаются внутренние, глубинные душевные переживания. В этом плане справедливы попытки психоаналитиков увязать сны-символы, соотнести их с реальной жизнью; не верны лишь их односторонние пансексуальные подходы и аатянутости в попытках подвести полученную информацию к психоаналитическим теориям.)

Блуд представляет собой, по сути дела, половую распущенность ("грех незаконного совокупления" по св. Иоанну Кассиану). К этой же страсти свт. Игнатий Брянчанинов этносит и всякое "принятие нечистых помыслов, беседу с ними, услаждение ими, соизволение им, медление в них, блудные мечтания и пленение, а также нехранение чувств, сквернословие, чтение сладострастных книг и половые извращения".

Преп. Исайя Отшельник считал, что блудная страсть усиливается от пяти поводов: празднословия, тщеславия, многоспания, внешних украшений и одежды и от пресыщения.

Хранение себя от соблазняющих и непристойных воздействий составляет суть таких важнейших и непопулярных ныне понятий, как воздержанность и целомудрие (то есть чистота души и тела).

Именно воспитания в духе непорочности тела и чистоты души так недостает нашей молодежи; вместо этого культивируются ранние сексуальные отношения; демагогически звучат поучения о "культуре школьной эротики", "безопасном сексе", в действительности приводящие к таким сложно разрешимым, а порой и просто трагическим проблемам в жизни юношей и девушек, что и поделать-то бывает уже, как говорится, нечего.

Святость и правдивость немыслимы без победы над похотью духа так же, как благополучие в семейных отношениях и духовное совершенствование.

III страсть. Сребролюбие

В отличие от чревоугодия и блуда, сопряженных с телесной природой и физиологическими потребностями человека, сребролюбие чуждо и несвойственно нашей природе. Какие-то проявления накопительства (впрок!), правда, можно наблюдать даже в животном мире: например, белка собирает запас орехов, крот складирует наворованные картофель, морковь и другие продукты. Но, тем не менее, накопления эти имеют все же приспособительный, жизненно необходимый характер и не отличаются безумной безмерностью и таким страстным порабощением души, как случается с человеком, буквально одержимым духом приобретательства и приумножения богатств, когда это ставится в основу всей жизни.

При этом уродуется весь облик Божий в человеке, вместе со скупостью, скряжничеством и другими проявлениями сребролюбия и рождаются персонажи типа знаменитых гоголевских Плюшкиных и Коробочек.

"Корнем всех зол" называет сребролюбие св. Иоанн Кассиан.

Душе, поврежденной этой страстью, навязывается несвойственное её природе чувство наживы, развивается алчность, корыстолюбие, толкающие человека нередко на ложь, подлоги и всевозможные преступления. Ослепленный страстью сребролюбия, человек не гнушается никакими средствами для приобретения желанного богатства и не останавливается ни перед чем для осуществления задуманного.

Массовое увлечение коммерцией в последние годы в России привело за сравнительно короткий период времени к выраженной нравственной деградации в обществе, особенно среди молодежи, оттоку специалистов из науки, искусства и производственной сферы в торговлю, сужению круга интересов, росту преступности, появлению рэкета, мафиозных структур, коррупции в невиданных до того у нас масштабах.

Св. Иоанн Кассиан справедливо указывает, что не столько обладания деньгами или дел денежных надо опасаться, но и само желание иметь деньги надо исторгать из души.

Бывает, что человек и не имеющий денег одержим духом любостяжания и сребролюбия, и наоборот, владеющий немалым богатством не имеет душевного пристрастия к нему.

Образ сребролюбца Иуды, ставшего предателем, а в конечном итоге самоубийцей, – вневременный пример пагубности сребролюбия. Трагедия этого человека прослеживается в евангельских преданиях, где сообщается, что вначале Иуда крал из ящика общие деньги, был прижимист, затем предал своего Учителя, жестоко отчаялся и удавился на осине.

Сребролюбцев св. Иоанн Кассиан называет "прокажёнными духом и душою". Свт. Игнатий Брянчанинов к этому виду страсти причисляет также скупость, любовь к подаркам и подношениям, воровство, присвоение чужого, корыстолюбие.

IV страсть. Гнев

"Смертоносным ядом души" именует гнев св. Иоанн Кассиан. Покуда душа человека заражена этой страстью, мир воспринимается искаженно. В гневе человек удаляется от мудрости ("ярость почивает в недре безумных" – Еккл. 7, 10).

Гнев есть болезнь души. Он не может в принципе быть оправдан, от какой бы причины не произошел, за исключением святого, праведного гнева на само зло. грехи, пороки, особенно в себе самом.

По первоначальному замыслу Творца, человеку была дарована энергия рвения, ревности для стремления к Богу и всему доброму. После грехопадения она исказилась и преобразовалась в страсть гнева, уклонившись ко злу. По мнению святых отцов, эта страсть прежде всего рождается в сердце от безмерного самолюбия.

Если острый гнев есть яд кратковременный, то хронический гнев (злопамятство) – это уже яд замедленного действия.

Гнев может удерживаться человеком внутри и не проявлять себя в словах и внешних действиях. Это, как говорится, куда ни шло (хотя и в таком случае существует опасность для здоровья самого гневающегося, даже если ему удается скрыть в себе проявления гнева).

Прославленный древний врач Гален всю жизнь испытывал отвращение к гневу после жуткой сцены, увиденной ещё в детстве. Некий человек открывал ключом дверь и впал в ярость по причине безуспешности своих усилий. При этом он стал грызть зубами ключ, пинать ногами дверь и в заключение упал в страшных конвульсиях и стал биться в них, как эпилептик.

"Всякое раздражение, и ярость, и гнев, и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас" (Еф. 4, 31). "Солнце да не зайдёт во гневе вашем", сказано в Библии устами апостола Павла.

Гнев есть внутреннее свойство, качество сердца и души, он способен надолго как бы затаиваться, и человек нередко считает, что преодолел гневливость и достиг полного безгневия. Однако какое-то внешнее событие или повод вдруг внезапно, как искра, высеченная кремнем, зажигает огонь притаившейся страсти, и вот уже разгоревшееся пламя побуждает вновь к самой настоящей ярости, причину которой обычно ищут во внешних обстоятельствах, а не в себе самом.

На самом же деле страсть гнева ещё полностью не была изжита, не вырвана с корнем, не побеждена. Внешний фактор явился лишь провоцирующим моментом для проявления внутреннего затаенного врага. Поэтому, надо быть всегда благодарным тем ситуациям, которые высвечивают, быть может, ещ не подозреваемые наши несовершенства.

Безгневие же постоянное, вне зависимости от обстоятельств – может служить одним из признаков духовной высоты, зрелости и совершенства.

Свт. Игнатий Брянчанинов к этой страсти причисляет также брань, вражду, осуждение, оклеветание, возмущение, нанесение побоев и даже убийство.

V страсть. Печаль

Иногда печали предшествует гнев или сребролюбие, иногда причиной бывают ссоры, нереализованные (часто завышенные) претензии, несбывшиеся надежды.

Бывает наиболее пагубный вид печали – отчаяние, когда человек, вместо намерений улучшить, исправить свою жизнь, впадает в состояние полного неверия в лучшее и способен даже искусственно подавить сильнейший биологический инстинкт самосохранения, то есть покончить с собой (как Иуда Искариот)...

Печаль может иметь и духовный характер, как результат самоукорений, раздумий о своих несовершенствах, совестливости.

Духовная печаль отличается по качеству от страстной печали тем, что кротка, смиренна, терпелива и даже приятна.

Печаль-страсть, напротив, жестка, строптива, тороплива и даже агрессивна. Она, по мнению святых отцов, "препятствует всему доброму".

Свт. Игнатий Брянчанинов включает в эту страсть огорчение, тоску, сомнение в Божественном, ропот и некоторые иные состояния.

Итак, печаль есть следствие неудовлетворения самолюбивых желаний или гнева, что истощает жизненную позитивную энергию; печалятся также пристрастные к мирским удовольствиям, вещам, нарядам, занятиям. "Любящий мир много имеет печалей, а презирающий все, что в мире, всегда весел" (под "миром" понимаются чувственные, страстные ощущения, обычаи, нравы, дела, а не Божественное домостроительство и богоугодное бытие), – писал преп. Нил Синайский.

Иногда же, как отмечает св. Иоанн Кассиан, печаль налетает без видимых предшествующих причин (демонический аспект). Очень важно правильно оценить возникшую страсть и вовремя начать борьбу с нею.

VI страсть. Уныние

Уныние святые отцы называли ещё "скукою" или "тоскою сердечною", "слабостью души" или её "изнеможением". Уныние воздействует и на тело, расслабляя его.

Эта страсть сродни печали. Имеет нередко выраженную хронологическую зависимость (например, усиливается в полуденные часы). К вечеру обычно страсть эта уменьшалась или стихала вовсе.

Задолго до научных психиатрических изучений депрессивных состояний святые отцы описали достаточно точно и достоверно клиническую картину этого душевного недуга.

Уныние порождает чувства утомления, отвращения, сожаления о якобы потерянном времени, внушает, что человек не может спастись, что усилия его тщетны, труды пропали даром и прочее; приводит его в физическое изнеможение, доставляет бес покойство, вызывает смятение ума, волнение души, которая лишается в это время своих благоприобретённых добродетелей и твёрдости. Человек становится малодушным и уязвимым, неспособным для духовных усилий и подвигов. Часто уныние толкает на бегство, гонит из дому.

Святые отцы советуют мужественно противостоять этой страсти и не оставлять трудовую деятельность, которая сама по себе бывает спасительной от таких состояний. Уныние побеждается "терпением и противоборством", а не бегством и уклонением от него, что нередко наблюдается в медицинской практике, когда при первых депрессивных проявлениях пациенты, прекратив сопротивление, "бегут в болезнь".

Поучительна история, которую приводит св. Иоанн Кассиан. Авве Моисею один подвижник святости признался, что вчера "нападал на него недуг уныния и сильно мучил его; освободиться от мучений этот человек смог, лишь покинув своё уединенное место и посетив авву Павла. Однако авва Моисей возразил на это: "Нет, ты не освободился от этой страсти, а наоборот, показал себя трусом и беглецом, дав себя победить в первой же схватке и убежав с поля брани. Если в следующий раз ты не вступишь в сражение с врагом и не начнешь отражать его жаркие нападения, он будет одолевать тебя всякий раз".

К унынию свт. Игнатий Брянчанинов причислял также нерадение, ожесточение, неблагоговение, праздность, излишнюю изнеженность, празднословие, леность ко всякому делу и некоторые другие состояния.

VII страсть. Тщеславие

По определению свт. Григория Богослова, тщеславие есть стремление к суетной славе. Это удивительно разновидная, изменчивая и тонкая страсть. Борьба с ней непомерно трудна.

Старцы сравнивают тщеславие с луком или чесноком. За снятием и отсечением одного покрова следует другой.

Иногда человек тщеславится своим богатством, знатностью, но с такой же легкостью может впоследствии тщеславиться и бедностью, по сути страдая в обоих случаях от одной и той же страсти.

Тщеславие и гордость, в отличие от первых шести страстей, подстерегают подвижника как раз при успехах в духовной жизни и даже подвигах и достижении высоких добродетелей. "Не льсти себя из-за добродетели и духовными успехами не превозносись", – предупреждает св. Иоанн Кассиан.

Тщеславие не перестает преследовать человека, хотя бы он и совсем удалился из мира в пустыню или пещеру (как делали это древние отшельники), ибо страсть эта – внутреннее заболевание (души), а не внешнее свойство.

"Все другие страсти, будучи преодолеваемы, увядают, и будучи побеждаемы, с каждым днем становятся все слабее; также под влиянием места или времени истощаются они и стихают. Эта же страсть ещё ожесточеннее теснит победителя", – пишет св. Иоанн Кассиан.

Примеров тщеславия в обыденной нашей жизни столь много, что, пожалуй бы, и не стоило останавливаться на их описании и детализации. Люди тщеславятся одеждой, украшениями, должностями, положением в обществе, машинами, дачами, внешним видом, умственным превосходством, знаниями, успехами своих детей, да разве возможно все перечислить?! Русский язык очень точно передает суть данной страсти: тщетная слава, то есть тщеславие, – это поиск славы, но слава эта напрасная, тщетная, ненужная и даже пагубная для души.

Тщеславие опасно тем, что способно быстро свести на нет все предшествующие успехи в духовной жизни. Одна лишь тщеславная мысль типа "Вот какой я хороший" или "Все меня любят" способна низвергнуть человека вниз или превознести ещё выше до самой опасной страсти, которой считается гордыня.

Свт. Игнатий Брянчанинов к тщеславию причисляет ещё хвастовство, искание успехов в науках и искусствах для приобретения славы, сокрытие своих грехов, прекословие, лицемерие, лукавство, самооправдание, ложь, лесть, человекоугодие, зависть, притворство, бессовестность и другие.

VIII страсть. Гордость (гордыня)

Как представляется, учитывая нынешнее наше восприятие, предпочтительнее употреблять термин "гордыня", так как "гордость" в современном словоупотреблении несет в себе некий положительный контекст, например, праведная гордость за свою страну, отечество, веру и другое.

"Гордыня" же и в самом звучании имеет что-то гипертрофированное, нелепое, искусственно раздутое, превозносящееся.

"Самым свирепым и неукротимым зверем" называет эту страсть св. Иоанн Кассиан. И хотя она и описывается последней, но по своей значимости есть наипервейшая. "Нет никакой другой страсти, которая бы так истребляла все добродетели и так обнажала и лишала человека всякой праведности и святости", – пишет св. Иоанн.

Всем, наверное, известна библейская история падения из-за гордости и превозношения самого могущественного из Ангелов ("Денницы"), ставшего вследствие этого дьяволом, "князем мира сего".

В высшей степени своего проявления гордыня приводит пораженного ею человека к состоянию "самообожания". В этом состоянии акцент всей жизни переносится на себя. Человек делает себя как бы центром вселенной и уже не в состоянии (да и не желает) чувствовать, понимать других и любить кого-либо, кроме как себя (или любит других, но эгоистической любовью, то есть лишь для самого себя).

Такие люди обычно уверены в своей полной непогрешимости, не признают иные авторитеты, высокомерны, заносчивы, обидчивы, часто злопамятны. Но вовсе не надо полагать, что гордыней поражаются лишь недалекие, неумные люди. Вовсе нет. Чаще всего наоборот.

Жертвами этой страсти становятся люди высокого интеллекта и незаурядных способностей, нередко достигшие реальных успехов как во внешней, так, может быть, и в духовной жизни.

К примеру, Лев Толстой был гениальным художником слова, несравненно незаурядным мыслителем, имел массу иных дарований. У него были мужество, смелость, потрясающая работоспособность и человеколюбие. Но вследствие духовной гордыни, которую он частично осознавал и старался бороться с ней, Толстой пришел к глубоко ошибочному выбору пути, несостоятельность которого доказало время (имею в виду крах "толстовства" как несостоятельного явления общественной жизни, претендовавшего на правоту и всеобщее признание).

Кроме того, Лев Толстой взялся переделывать и исправлять Евангелие, возложил на себя миссию учителя не только России, но и всего человечества. Вот так удивительно сочетались в одном человеке гениальность и гордыня. Прозорливого оптинского старца Амвросия после беседы со Львом Толстым застали в слезах. "Какой гордый человек!" – несколько раз произнес старец.

Ошибочность и пагубность выбранного Толстым направления пророчески почувствовал другой гениальный русский писатель Ф. М. Достоевский, познакомившийся за несколько недель до своей смерти с некоторыми письмами Льва Толстого, в которых излагались новые концепции относительно христианской веры. "Вижу ещё теперь перед собой Достоевского, как он хватался за голову и отчаянным голосом повторял: "Не то, не то!", – вспоминала потом родственница Льва Толстого графиня Александра Андреевна Толстая. Впечатление Достоевского от толстовских мыслей было ужасным, он не сочувствовал ни одному утверждению и высказал желание оспаривать ложные убеждения графа. Однако последующая вскоре после того смерть не позволила этому осуществиться.

Как огня, боялись быть пораженными гордостью подвижники святости всех времен. Они бегали от славы, чинов, званий, искренне считали себя за ничто. При малейших поползновениях гордыни молились, вспоминая о скоротечности жизни и смертном часе.

Очень сложна борьба с этой страстью, и продолжается она до последних мгновений жизни нашей.

Свт. Игнатий Брянчанинов причисляет к гордости презрение к ближнему, предпочтение себя всем, дерзость, потерю простоты, потерю любви к Богу и ближним, а также ересь, невежество и безбожие.

Заключая обзор о страстях, следует указать на то, что выше было приведено краткое описание лишь основных страстей. Кроме же перечисленных существует множество иных*, некоторые из которых выступают под благообразными масками, как, например, неуемное стремление ко все- или многознанию. вне духовной (или же даже в вопросах самой духовной) жизни. К страстям можно отнести и увлечения зрелищами, политикой, музыкой (меломания) и иными занятиями.

Общие способы борьбы со страстями (по свт. Игнатию Брянчанинову)

Каждое сопротивление действию страсти ослабляет её, постоянное же сопротивление побеждает страсть. Каждое побуждение страсти, увлечение и услаждение ею, напротив, усиливает страсть, парализуя волю и низлагая человека к поражению. Тело, изнеженное и лелеемое, представляет собой "вместилище страстей". Проявление самой страсти есть не что иное как грех. Страсти у духовного человека вызывают чувство отвращения, у плотского же, телесного, – наоборот, удовольствие, услаждение.

Страсти должны побуждать человека быть всегда наготове, на страже. По великому, непостижимому, высшему закону в борьбе со страстями рождаются и приобретаются добродетели.

Человек не должен удивляться, если замечает проявление страсти, на каком бы этапе духовного развития он ни стоял. Лишь одна смерть освобождала (даже святых) от действия страстей.

Должна быть постоянная готовность к противодействию всем страстям, а не одной лишь только наиболее знакомой по опыту. Некоторые страсти, как говорилось, служат причиной для развития других.

В духовной жизни надо решительно противодействовать самому началу проявления страстей, ибо страсть в развитии уже трудноврачуема. "Вождь всех страстей – неверие" (свт. Игнатий Брянчанинов). Вождь истинных добродетелей, напротив – вера! Часто страсти живут в человеке неприметно, тайно. И все же они обнаруживают себя помыслами, мечтаниями и соответствующими ощущениями. Требуется лишь неустанное внимание к себе и контроль за своими чувствами и воображением. Страсть, вызвавшая к себе сочувствие с нашей стороны, получает над нами власть.

Невозможно, чтобы страсти, живущие внутри человека, не обнаруживали себя в мыслях, словах и делах. Важным средством врачевания является открытие страстей (в Православии это немедленное покаяние).

Нельзя подвергать себя смущению, унынию при обнаружении страстей. Не следует также легковерно доверять своим победам, ибо страсти очень лукавы, и, посчитав себя победителем, мы легко можем войти в горделивое состояние, а затем быть поверженными внезапным повторным нашествием. Существует также большая разница между осознанным расположением к той или иной страсти и случайным, по человеческой слабости, из-за незнания способов борьбы или вследствие потери бдительности. Должным состоянием для противодействия страстям святые отцы считали смиренномудрие.

Тематические высказывания

  1. Все они (страсти) исходят из самоугодия, самости, самолюбия и на них держатся (свт. Феофан Затворник).

  2. Страсти живут и в святых, только они ими обуздываются (авва Авраамий).

  3. Страсти держатся одна за другую, как звенья в цепи (авва Исайя).

  4. Нет большей победы, как победить свой гнев и негодование (свт. Тихон Задонский).

  5. Тщеславие и добрые человеческие дела творит бесполезными (свт. Иоанн Златоуст).

  6. Все грехи мерзки пред Богом, но мерзостнее всех гордость (св. Антоний Великий).

  7. Давай плоти то, что нужно ей, а не что хочет она получить (св. Нил Синайский).

  8. Не богатые, но служащие богатству осуждаются (свт. Иоанн Златоуст).

  9. Страсти так же заразительны, как заразные болезни, и, как они, могут передаваться через предметы (преп. Варсонофий Оптинский).

Краткий конспект учения о страстях по св. Иоанну Кассиану

Восемь главных страстей:

  1. Чревоугодие.

  2. Блуд.

  3. Сребролюбие.

  4. Гнев.

  5. Печаль.

  6. Уныние.

  7. Тщеславие.

  8. Гордость.

Страсти бывают двух родов:

от естественных потребностей (чревоугодие и блуд);

не коренящиеся в естественной природе нашей (например, сребролюбие).

Шесть первых страстей во многом соединены (связаны) между собой, поэтому преодолевать их следует последовательно (например, блуд часто связан с чревоугодием, уныние с печалью).

Седьмая и восьмая страсти тоже соединены между собой: чрезмерное тщеславие рождает гордость.

I. Чревоугодие бывает трёх видов:

  1. Беспорядочная еда до установленного часа ("ранояние").

  2. Количественная сторона: объядение, многоядение ("чревобесие").

  3. Качественная сторона: лакомоядение, сластоядение ("гортанобесие").

II. Блуд – трёх видов:

  1. Совокупление: естественное или противоестественное (содомия).

  2. Самоудовлетворение, "нечистота" (мастурбация).

  3. Умом и сердцем (сравните: "кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своём" (Мф. 5,28).

III. Сребролюбие – трёх видов:

  1. Желание получить то, что прежде не имел (как Гиезий, 4 Цар. 5).

  2. Желание возвратить то, от чего раньше сам отказался (как Иуда предатель).

  3. Укрытие для себя некоторой части (как Анания и Сапфира, Деян. 5).

IV. Гнев – трёх видов:

  1. Внутренний (пылает внутри).

  2. Наружный (в слове и деле).

  3. Злопамятство (хронический).

V. Печаль – двух видов:

  1. По прекращению гнева, из-за убытков, потерь, неисполнения желаний.

  2. Из-за опасения, страхов, неразумных забот.

VI. Уныние – двух видов:

  1. Ввергает в сон.

  2. Гонит из дому.

VII. Тщеславие (многовидно). Главные два вида:

  1. Превозношение видимыми вещами и плотью.

  2. Желание суетной славы.

VIII. Гордость – двух видов:

  1. Плотская.

  2. Духовная.

Цель борьбы со страстями – чистота сердца.

ГРЕХ

Царство Божие есть истребление всякого греха.

Авва Исайя Отшельник

Грех – это своевольный переход человеком черты, свыше ему определенной, выход за круг закона, ему данного.

Епископ Иоанн (Шаховской)

По определению апостола Иоанна, грех есть беззаконие (I Ин. 3, 4). Нравственное богословие понимает грех как всякое отступление от заповедей Божьих и нарушение закона Божия (делом, словом, помышлением; вольное или невольное).

С началом в 1917 году в России периода богоборчества официальные власти страны попытались заодно отменить или существенно переиначить многие понятия, так или иначе связанные с религией. Дело дошло до того, что в некоторых советских словарях такие слова, как "святыня", "грех", "благодать" и некоторые другие, были отнесены в разряд устаревших. Подобное понимание сформировалось и ныне в сознании у многих людей. Слово "грех" звучит сегодня отголоском далекой старины и иногда даже употребляется в шутливом, а не трепетно-благоговейном тоне.

Однако грех представляет собой одну из важнейших категорий духовной жизни. Он реален. Отменить его никакими указами или человеческими декретами нельзя, как нельзя отменить подобными документами закон всемирного тяготения или, скажем, смерть. Это маленькое, но удивительно ёмкое и точное слово подчас несколько созвучно другому слову в русском языке: грохот. Точно гром среди ясного неба врывается он порой в нашу жизнь, отравляя ядовитыми парами душу, помутняя рассудок, влияя на сон, настроение, аппетит, здоровье, само отношение к жизни. Что-то слышится и осуждающе-укоризненное в звучании этого слова: грех-эх!, что же ты, брат, наделал!

Как утверждает христианская вера, грех произошел от злоупотребления человеческой воли и уклонения от Божьей, что привело к повреждению человеческой природы (концепция первородного греха).

Однако кроме первородного греха по мере нашей жизни мы совершаем массу грехов вследствие гордости, эгоизма, беспечности, слабоволия, сластолюбия, сребролюбия и в силу иных причин, часть из которых напрямую связана с демонологией. Представление о грехе в разные периоды развития человечества существенно менялось. Важнейшей вехой явилось учение о искупительной миссии Христа и путях спасения человека (точнее само это непостижимое по своему значению событие!).

В духовной жизни очень важным считается развитие в себе остроты чувства зрения своего греха. Добиться этого очень непросто, мешают самолюбие, страсти, а также отсутствие духовного опыта и специальных знаний. Каждый человек практически завышает самооценку, считая себя "по крайней мере не хуже других".

Кроме того, полнота остроты зрения своих грехов, по святоотеческому учению, есть дар Божий. Когда человек начинает видеть грехи свои в количестве "яко звезды в небе" или как морской песок, тогда он действительно прозревает духовно.

Грех не только не может быть отменен, но и, относясь к нравственно-духовным категориям, есть понятие вневременное, обязательно необходимое для нас. В современной жизни, все более деградирующей и оскудевающей на святость и благочестие, он обязан был бы приобрести решающее, первостепенное значение, если мы желаем духовного возрождения. Грех имеет и глубокое личностное, сакрально-сокровенное содержание. Путь к истинному спасению (как и терапии души) лежит через индивидуальные усилия свободной личности, а не через насилие извне. Браться же учить, тем паче спасать или духовно врачевать других, будучи сам "по уши" в грехах, – совершенно бесполезное, абсурдное, да и греховное занятие. Святоотеческое учение строго предостерегает от всякого рода учительства без достижения надлежащего образа жизни. Действительно, намного важнее дела, чем слова. И когда грешный в чём-то человек учит других, как надо жить, чтобы не грешить в том, в чем сам запачкан, пользы от этого бывает мало.

Можно, конечно, отрицать христианскую концепцию первородного греха*, но как объяснить тогда истоки трагичности земной судьбы человечества и трудоёмкость становления всего доброго?

В своём составе мы не целостны, это имеет отношение и к телесно-душевно-духовным структурам, и к постоянному противоборству в нас двух сил. И наряду с чистым голосом совести и сердечной любви как часто слышится другой: полный ненависти, лукавства, злорадства и лжи. Ядовитые примеси выгоды, зависти, осуждения нередко ощущаемы в себе наряду с самыми искренними и добрыми чувствами и благородными порывами (сравните со словами апостола Павла: "Не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю" (Рим. 7, 15).

Грех не присущ самой природе души, напротив, он чужд ей и привносится, в основном, через страсти. Грех это духовная болезнь и причина многих физических болезней, о чем часто забывают (или не знают) люди, и потому нуждается во врачевании.

"Это враг самый ужасный, ибо он губит нашу душу, тело, омрачает ум, порабощает сердце, подвергает нас болезням и предает смерти и тлению", – писал свт. Иннокентий, архиепископ Херсонский и Таврический.

Совесть (если она не "притуплена" или сожжена) очень чувствительна ко всякому, даже малому греху. Эту чувствительность нельзя ослаблять, напротив, следует её утончать и развивать через частые исповеди и ежедневные исследования своей совести**. Причем в совестливом акте даже мешает присутствие логического размышления, ибо оно препятствует цельности и непосредственности духовного чувствования, тем более мешает верной оценке самооправдания, которое притупляет тонкость ощущений и снижает восприимчивость всего греховного.

К сожалению, медицинская наука и психология непростительно малое значение уделяют самой проблеме греха, заменяя его другими совершенно не тождественными по своей сути категориями. И грех как бы начинает ускользать, растворяясь в таких понятиях, как ошибочный поступок, психотравма, стресс и другие.

Напротив, грех должен быть достаточно ясно осознан самим человеком и выправлен (исправлен) путем отречения, искреннего раскаяния (на таинстве исповеди) и в наивысшем своём целительном разрешении преодолен через Божественное причастие Святых Тайн. Святые отцы говорили, что когда человек возненавидит свой грех – его покаяние принято Богом.

Ещё на один конкретный признак прощения греха указывает авва Исайя Отшельник: "Знамением того, что прощён грех, служит то, что он уже не производит никакого действия в сердце твоём, и ты забыл его настолько, что при разговоре ближних о подобных грехах, ты не ощущаешь никакого сочувствия к нему, как вполне чуждому тебе. Это значит, что ты помилован".

Грех – это чаще всего всё же осознанное нарушение духовных законов и заповедей Божьих, хотя существуют грехи и по незнанию, и по легкомыслию, которые можно отнести в разряд халатностей и ошибок. (Святые отцы отмечают, что наказание за грехи, совершенные по незнанию, будут иными, нежели за осознанные.)

Грех, растворённый в душе, не утратившей совестливости, создает непередаваемый словами дискомфорт, причем сила ядовитого воздействия может быть столь велика, что человек испытывает непереносимые страдания (вспомним Катерину из пьесы Островского "Гроза" или Анну Каренину из одноименного романа Льва Толстого). Греховность может порождать чувства безысходности и безвыходности, что нередко провоцирует человека на акт насилия над своей жизнью с целью избавления от душевных мучений.

Напротив, после искреннего покаяния и исповеди душе возвращаются утраченные мир и спокойствие (что не достигалось икакими иными средствами!) и хочется тогда порой на манер известных пасхальных слов воскликнуть: "Грех, где твое жало!"

Современный человек не только мало знает о грехе, но и плохо представляет его печальные последствия, тогда как, по мнению свт. Иннокентия, архиепископа Херсонского и Таврического, "это самый полезный предмет для собеседования наставников с учениками, родителей с детьми, домовладельцев с домочадцами, людей просвещённых с простолюдинами".

В приложении к настоящей главе будет дана своего рода классификация грехов, вероятно, составленная в XIX веке одним из авторитетнейших отцов Русской Православной Церкви свт. Игнатием Брянчаниновым.

При чтении обратите внимание на четкость и стройность изложения, а также сравните свою жизнь с той, которая предполагает отсутствие перечисленных грехов.

Тематические высказывания

  1. Из всех зол человеческих один грех есть настоящее зло (свт. Иоанн Златоуст).

  2. Грех бывает сладок на короткое время, а горек на продолжительное время (свт. Димитрий Ростовский).

  3. Каждый новый грех полагает новое пятно на душу нашу (Цветник Духовный).

  4. Угашай искру, пока в пламень не возросла, и убивай врага, пока он мал (свт. Тихон Задонский).

  5. Душа может противиться греху, но не может без Бога победить или искоренить зло (преп. Макарий Великий).

  6. Не может увидеть греха своего наслаждающийся грехом... (свт. Игнатий Брянчанинов).

  7. Кто совершит великое дело – установит вражду со грехом, насильно отторгнув от него ум, сердце и тело, тому дарует Бог великий дар: зрение греха своего (свт. Игнатий Брянчанинов).

  8. Грех ненавидь, а грешника люби (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

  9. Невозможно, чтоб Христос пребывал в человеке вместе с грехом: если вселится в тебя Христос, то умер в тебе грех (авва Исайя Отшельник).

Стадии развития греха

В святоотеческом учении очень тонко раскрывается развитие греховного процесса от первого импульса приходящей мысли ("поползновения", "помысла") до собственно самого греховного действия.

В сердце человека обитает зло, оно-то и является источником помысла и его основой. Малейшая (чаще всего горделивая) мысль, пробежавшая в уме, именуется "поползновением". "Помысел" – это простая мысль на ту или иную тему. "Прилог" (или "приражение") – это уже помысел, коснувшийся души и вызвавший в ней сочувствие или движение на то или иное (греховное) действие. Прилог ещё не есть грех, но уже своего рода внушение, побуждающее ко греху (по св. Григорию Синаиту). Если человек вовремя не отсекает его и вступает с ним в беседу, тем более услаждает себя греховным воображением, то возникает "сочетание" ("сдружение").

Если эта беседа благосклонно принимается и внимание человека устанавливается исключительно на возникшем представлении, происходит "сложение". Затем наступает "пленение", то есть совокупление с греховным помыслом и порабощение им.

Воля человека склоняется к согласию осуществления того, что внушается помыслом, человек жаждет исполнения возникшего желания, мечтает пережить наслаждение, разжигает себя. Далее возникает страсть как проявление рабства греху, совершить который человек уже готов всеми возможными средствами.

Лучше всего отсекать помысел в самом начале, для чего важно вовремя распознать то, к чему он клонит.

Чем более развивается описанный выше процесс, тем сложнее предотвратить его окончательное проявление: греховное действие (а при привычном укоренении – порок).

Проанализируйте все сказанное и сопоставьте со своими греховными поступками и влечениями – и вы убедитесь в справедливости изложенного.

Схема развития греха

Помысел => Прилог (Приражение) => Сочетание (Сдружение) => Сложение => Пленение => Страсть => Греховное действие => Порок (привычное греховное действие)

Рождение греха
Митрополит Макарий (Невский)

"Если хочешь знать, как рождается грех, то выслушай меня. Грех образуется в душе почти незаметно для самого человека, начиная с малого – мимолетной мысли. Мысли же возникают от зрения, слуха, осязания, от нечистого движения других чувств, чтения книги или воспоминания.

Возникает она сама собой или иногда по наваждению вражескому: например, взглянул человек на чьё-либо лицо, услышал чью-либо речь, прикоснулся к чему-либо – и от этого промелькнула в нем недобрая мысль. Это – первая ступень ко греху и не есть ещё собственно грех, потому что помысел является в душе без участия воли. Человек может не обратить на него внимания или же постараться отогнать от себя, после чего никаких следов в душе не остается. Такая случайная мысль называется прилогом. Но если остановишься на таком приражении, захочешь удержать его, рассмотреть, призадуматься над виденным или слышанным, то это будет вторая ступень ко греху, которая именуется вниманием. Здесь как бы бросается семя, из которого может вырасти злое дело.

Внимание бывает уже при участии нашей воли, и человек становится нравственно ответственным. Момент внимания к помыслу весьма важен: парализуй, подави, игнорируй мелькнувшую мысль, и грех уйдет в самом своём зачатии. Но если остановлено внимание, то этим проложен путь к дальнейшему развитию греха.

Удержавший помысел начинает им заниматься, интересоваться и наконец услаждаться. Услаждение есть третья ступень развития греха. Тут мысль переходит уже в сердце, становится сокровищем последнего и пленяет его – отсюда уже совершается быстрый переход к желанию согрешить.

При внимании к помыслу и услаждении им грех остается ещё внутри человека, но, как скоро присоединяется желание, грех стремится выйти наружу, чему помогает ум, придумывая способы к исполнению его на деле.

Желание, войдя в соглашение с умом, вызывает, наконец, решимость совершить грех.

Значит, все готово: есть желание, придуманы способы к исполнению его, явилась решимость. Вслед за этим приводится в движение тело: передвигаются ноги, начинается хождение по греху, ухаживание за ним, работают руки, протягиваясь, например, к похищению намеченного предмета, участвуют и другие органы – словом, все существо человека начинает служить греху.

Так развивается и совершается грех, происходя от одной лишь мимолетной мысли. Не обрати человек на нее внимания, вовремя удали её от себя, что вначале нетрудно сделать, не произошло бы и греха с пагубными его последствиями.

Таков же путь перехода от первой доброй мысли к доброму делу.

Пример, данный в притче о блудном сыне, пришедшем от развратной жизни к покаянию и возвратившемся в дом отчий".

(Цитируется по книге епископа Арсения
(Жадановского) "Воспоминания", с. 232-233)

ПРЕОДОЛЕНИЕ НЕЖЕЛАТЕЛЬНЫХ ПОМЫСЛОВ

Если помыслы будем отсекать, отсечём и грех.

Свт. Тихон Задонский

Мыслительная сфера человека – до конца непостижимая тайна. И хотя представители современной науки утверждают, что способны уже наблюдать с помощью новейшей техники, в каких участках мозга конкретно зарождаются те или иные мысли у человека, природа этих мыслей (тем паче истинный источник) остается для них неведомой.

Наряду с простыми (обычными, обыденными мыслями) помыслами в недрах души зарождаются порой импульсы особого рода, имеющие характер некой чужеродности, иногда даже насильственности или навязчивости. Нередко эти непрошенные гости свидетельствуют о явлениях демонических сил, усиливающих своё воздействие и влияние через мечтания и фантазии, разжигая при этом зачатки страстей.

Решающее значение в духовной жизни (особенно в аскетической и монашеской практике) имеет различение истинного характера этих нежеланных помыслов. Опытные подвижники обычно уже на ранних этапах отличают добрые помыслы от злых. И, напротив, как пишет схиархимандрит Софроний: "Недостаточно внимательный внутренне человек весьма легко подпадает влиянию помысла и становится его рабом. Через склонение своей воли к помыслу человек уподобляется духовно и даже отождествляется с тем духом, энергия которого заключена в помысле". И только предельно внимательный, молитвенный ум "видит, как помысел приближается извне, пытаясь проникнуть в сердце, и молитвою отгоняет его".

Духовная жизнь невозможна без противодействия, борения с нежелательными помыслами, ибо в них зиждится начало всякого греха. Но для этого необходимо не только научиться отличать естественные мысли от демонических, но также вести борьбу со всякими неполезными для души, отвлекающими от спасения мыслями. При этом требуется неослабное внимание к себе и немалый труд.

Кроме явно враждебных и нежелательных мыслей существует категория "неясных", "сомнительных". Очень точным камертоном истинной сути помысла является состояние души человеческой. Демонические помыслы, как ни скрываются под личиной добропорядочных и праведных, быстро проявляют себя неким "смущением души", обволакивают ум и сердце как бы мглой, лишают душу мира (если он был до того достигнут) и покоя.

Вот как говорят и учат различать помыслы св. Варсонуфий Великий и Иоанн: "Помыслы, происходящие от демонов, бывают исполнены смущения и печали и влекут вслед себя скрыто и тонко: ибо враги одеваются в одежды овчия, внушают мысли по-видимому правые, внутренне же суть волки хищные (Мф. 7, 15)... Что ни услышишь, или помыслишь, или увидишь, и при этом хотя на волос смутится твоё сердце, всё это от бесов".

В другом месте этих несравненных поучений преподобных отцов находим такие слова: "Знай, брат, что всякий помысел, которому не предшествует тишина смирения, не от Бога происходит, но явно от левой стороны. Господь наш приходит с тихостию; всё же вражеское бывает со смущением и мятежом... Да вразумит Господь всех нас, чтобы не увлечься (мнимою) их правдою". (Цит. по сборнику духовных советов и назидательных историй "Не отчаивайся в своём спасении", М., 1995 год, с. 17.)

Итак, вначале очень важно своевременно и верно поставить диагноз, то есть обнаружить нежеланного пришельца и верно оценить его сущность. Это можно сделать, с одной стороны, исходя из вопрошений и логических выводов: к чему влечёт, на что направляет меня сей помысел? Не ко греху ли? Не уводит ли меня от Христа?

С другой стороны, внимая своему сердцу, можно почувствовать, что данные помыслы нарушают спокойствие души, начинают вносить хаос, суету, разжигать страсти и чувственное воображение и прочее.

Порой атака нежеланных помыслов развивается стремительно и все происходит буквально в считанные секунды (святые отцы именуют такие состояния "набег мыслей"*). В других случаях помыслы тиранят душу медленно, планомерно, или исподволь, выжидая удобное к тому время (например, когда человек предается праздномыслию, теряет бдительность, самоконтроль, не пресекает чувственное воображение, фантазии и др.). Будь привратником своего сердца и, не пропуская ни одного помысла, не допросив его, – писал преп. Евагрий Понтийский, – допрашивай их по одному, говоря: "Ты наш или враждебного стана?".

Однако сам человек, даже осознав пагубность и враждебность тех или иных помыслов, нередко не может своими силами освободиться от них. Отсюда порой бессонные ночи, терзания, раздражительность, а в конечном итоге нередко нервное истощение или физические болезни. И не спасают здесь часто никакие лекарства, разве что лишь искусственно одурманивая ум и временно погружая в иллюзорное анестезированное спокойствие, близкое к действию наркотических препаратов...

Святые отцы преподают в своём учении, пожалуй, единственно верное оружие против злых помыслов, вооружая тех, кто следует их советам, выверенной победоносной тактикой, позволяющей избавиться от умственного рабства и демонической агрессии. "Надлежит не противостоять помыслам, но искать убежище в Боге!" – пишет в своих аскетических трактатах преп. Исаак Сирии. "Не прогоняй его (помысел) и не принимай, но горячо молись", – учит сей несравненный учитель-аскет.

Итак, вот, пожалуй, единственный ключ к борьбе с дурными, трудно поддающимися устранению помыслами: не тратить душевных сил на борьбу с ними, но и не вступать ни в какие диалоги и сношения, а как можно раньше обратиться к молитве, ища убежища во Христе, ибо Он есть тот камень, о который разбиваются все зачатки зла, все "младенцы Вавилона" (Пс. 136), то есть нежелательные помыслы, согласно толкованию святых отцов данного псалма.

Тематические высказывания

  1. Если мы не противостоим посеянным диаволом помыслам, но молимся Богу и прерываем всякую связь с ними – это верный признак того, что ум обрел дарованную благодатью мудрость... (преп. Исаак Сирии).

  2. Помыслы, исходящие от демонов, бывают простые – скороспелые, легко приходящие и нетрудно прогоняемые – и навязчивые (называемые в психиатрии idees fixes) (епископ Варнава (Беляев).

  3. Когда кто-либо бывает празден, то занимается приходящими ему помыслами. Когда же занят делом, то не имеет времени принимать их (преп. Варсонуфий Великий).

  4. При всяком худом помысле спроси себя, к чему приводят худые мысли, и они прекратятся (преп. Исаак Сирии).

  5. Лукавые помыслы исторгай иными помыслами (св. Нил Синайский).

КРАТЧАЙШАЯ ИСПОВЕДЬ ПО СВТ. ИГНАТИЮ БРЯНЧАНИНОВУ
(приложение)

Грехи против Бога. Верование снам, ворожбе, встречам и другим приметам. Сомнения в вере. Леность и рассеянность в молитве. Нехождение в церковь. Долгая небытность у исповеди и святого причастия. Лицемерие в Богопочтении. Хула или только ропот на Бога в душе и на словах. Намерение поднять на себя руки. Напрасная божба. Обещание Богу неисполненное. Кощунство над священным. Гнев с упоминанием нечистой силы (черта). Ядение и питие в воскресные и праздничные дни до окончания Литургии. Нарушение и неточное соблюдение постов.

Грехи против ближнего. Неусердие к своей должности или к своему делу. Непочтение к высшим и старшим. Неисполнение обещания человеку. Неуплата долгов. Отнятие силой или тайное присвоение чужого. Скупость на милостыню. Личная обида ближнему. Пересуды. Оклеветание. Проклинание других. Напрасные подозрения. Незащишение невинного человека или дела правого с потерею для них. Убийство. Непочтение к родителям. Несмотрение с христианской заботливостью за детьми. Гнев, вражда в семейной или домашней жизни.

Грехи против самого себя. Праздные и скверные мысли. Желание зла ближнему. Лживость речи. Раздражительность. Строптивость или самолюбие. Зависть. Жестокосердие. Чувствительность к огорчениям или обидам. Мщение. Сребролюбие. Страсть к наслаждениям. Сквернословие. Песни соблазнительные. Нетрезвость и многоядение. Блуд. Прелюбодеяние. Неестественный блуд. Неисправление своей жизни.

Из числа сих грехов некоторые, достигая в человеке высшей ступени развития и ожесточая сердце его нераскаянностью, признаются особенно тяжкими и противными Богу.

Грехи смертные – ведущие к погибели души.

  1. Гордость, презирающая всех, требующая от других раболепства, готовая на небо взойти и уподобиться Вышнему, словом – до самообожения.

  2. Несытая душа или Иудина жадность к деньгам, соединенная часто с неправедными приобретениями, не дающая человеку и минуты подумать о духовном.

  3. Блуд – распутная жизнь блудного сына, расточившего на нее все имение (Лк. 15, 11-32).

  4. Зависть, доводящая до всякого возможного злодеяния ближнему.

  5. Чревоугодие или плотоугодие, не знающее никаких постов, соединенное со страстною привязанностью к увеселениям, как у евангельского богача (Лк. 16, 19-31).

  6. Гнев непримирительный, решающийся на страшные разрушения, как у Ирода, во гневе повелевшего избить вифлеемских младенцев.

  7. Леность или совершенная в душе беспечность, нерадение о покаянии до последних дней жизни.

Грехи хулы на Духа Святого. Чрезмерное упование на Бога – продолжение тяжко греховной жизни в надежде на милосердие Божие. Отчаяние – противоположное, в отношении к милосердию Божию, чувство, отрицающее в Боге отеческую благость и доводящее до самоубийства. Упорное неверие, не убеждающееся никакими доказательствами истины, даже самими чудесами, отвергающее самую доказанную истину.

Грехи, вопиющие на небо об отмщении. Вообще умышленное человекоубийство (аборты), а особенно отцеубийство (братоубийство, цареубийство). Содомский грех. Напрасное притеснение убогого, беззащитного, вдовы, малолетних детей, сирот. Удержание у работников вполне заслуженной ими платы. Отнятие у человека последнего куска хлеба или последних денег, добытых им потом и кровью, а также присвоение у заключенных в темнице милостынь, пропитания, тепла или одеяния, которые определены им, и вообще угнетение их. Огорчения и обиды родителям – до дерзких побоев их.

МОЛИТВА И ЕЁ РОЛЬ В СОВРЕМЕННОЙ ЖИЗНИ

Молитва есть дыхание души, как воздух, дыхание естественное тела.

Св. прав. Иоанн Кронштадтский

Само понятие молитвы в словаре церковно-славянского и русского языка (ч. 1, Санкт-Петербург, изд. тип. Императорской Академии Наук) определяется следующим образом: "Молитва – 1 (мольба, моление, просьба о чём-нибудь). Излияние души, внутренних чувств перед Богом".

В толковом словаре Даля (т. 2) находим по тому же вопросу: "молить, маливать кого о чём, просить смиренно, покорно и усердно... Молиться Богу, сознавая ничтожество своё перед Творцом, приносить Ему покаяние своё, любовь, благодарность и просьбы на будущее".

В полном церковно-славянском словаре, составленном Г. Дьяченко (1900 г.), подчеркивается ещё один важный нюанс: "Корень этого слова (молит) от лат. mollire – умягчать указывает на то, что молитва есть средство к умягчению..." Наконец, в одном из распространенных в наше время словарей русского языка под ред. С. И. Ожегова (20-е изд., 1988 г.) о молитве значится следующее:

1) "установленный текст, читаемый при обращении с просьбами о чём-нибудь к Богу, святым". (Почему только установленный текст и почему обязательно с просьбами, а, например, не с покаянием или благодарением, совершенно непонятно. Определение дано неточно и некомпетентно, так же, впрочем, как и во втором значении, – автор):

2) "религиозно-мистическое обращение с просьбами о чём-нибудь к Богу, святым".

"Верь твёрдо в осуществимость всякого слова, особенно произнесённого во время молитвы", – писал св. Иоанн Кронштадтский и творил действительно чудеса, засвидетельствованные столь многими очевидцами, что сомневаться в их подлинности нет никаких оснований.

"Нет ничего равного молитве: она и невозможное делает возможным, трудное – лёгким, неудобное – удобным", – писал свт. Иоанн Златоуст.

"Человек вообще не может знать, если он не молился чему-либо в определенной форме. Нет этого – и всё его знание оказывается пустым педантством, сухим чертополохом", – не без основания считал английский историк Томас Карлейль.

Молитвенной теме посвящено множество высказываний, к ней обращались поэты, писатели, композиторы, подвижники святости, философы и даже политические деятели.

За несколько дней перед знаменитой военной акцией "Буря в пустыне" против Ирака по телевидению были показаны кадры с молящимся Саддамом Хусейном. Также было сообщено, что и американский президент Джордж Буш посетил храм Божий. Каждый из них молил своего Бога. Даже сильные мира сего ощущают порой свою слабость и немощность перед присутствием высшей нетварной запредельной силы, гораздо более могущественной, чем весь военный арсенал мира, собранный воедино.

Молитва отражает самые искренние, чистые, сокровенные человеческие чувства, она есть "возношение ума и сердца к Богу", "беседа с Самим Богом". Молитва выше поэзии, музыки, всяких слов, хотя сама и заключена в словах. Без молитвы невозможна духовная жизнь, молитва – "мать всех добродетелей". По мнению святых отцов, вся жизнь человеческая должна быть возведена в состояние непрерывной молитвы.

Великие неразгаданные тайны хранит в себе молитва. Она всегда как бы не от мира сего, хотя из него рождается. И лютая смерть трепещет пред ней и всякое зло рассеивается. Как неразумно лишать себя свежего воздуха, так и молитвенного бытия.

Молитва освящает человеку жизнь, даёт ему точку опоры, без молитвы душа наша засыхает или даже гниёт заживо.

Нет на свете средства выше по значению, чем молитва, исходящая от чистого любящего сердца с искренней верою; нет более могущественной силы, чем наполненные и облечённые должным смыслом и чувствованием простые слова. С молитвой прошел семнадцать лет соловецких лагерей старец Сампсон (граф Сивере). Был расстрелян, но остался жив, проигрывался уголовниками, бросался на съедение крысам, но не погиб, потому что имел покровительство и защиту более крепкие, чем все силы зла, и чудную молитву ко Пресвятой Богородице, которую получил от самого преп. Серафима Саровского. Вот эта молитва. Вдумайтесь, точнее вслушайтесь сердцем в эти краткие строки, проникните в них душою вашей, и они, быть может, откроются и вам в ином измерении, иной глубине и в ином значении, чем просто слова, как открылись они русскому православному монаху старцу Сампсону:

"Всемилостивая Владычице моя!
Пресвятая Госпожа, Всепречистая Дево,
Богородице Мария, Мати Божия,
Несумненная и единственная моя Надежда.
Не гнушайся меня, не отвергай меня, не остави меня.
Заступись, попроси, услыши, виждь.
Госпоже, помози, прости, прости, Пречистая!"

А вот ещё вариант известной молитвы последних Оптинских старцев:

"Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить всё, что даст мне сей день. Господи, дай мне вполне предаться воле Твоей. Господи, на всякий час сего дня во всём наставь и поддержи меня.

Господи, открой мне волю Твою для меня и окружающих меня.

Какие бы я ни получил известия в течение дня, дай мне принять их со спокойной душой и твердым убеждением, что на всё святая воля Твоя.

Господи, Великий, Милосердный, во всех моих делах и словах руководи моими мыслями и чувствами, во всех непредвиденных обстоятельствах не дай мне забыть, что всё ниспослано Тобой.

Господи, дай мне разумно действовать с каждым из ближних моих, никого не смущая и никого не огорчая.

Господи, дай мне перенести утомление сего дня и все события в течение его.

Руководи моею волею и научи молиться и любить всех нелицемерно. Аминь."

Как современно она звучит сегодня, какой верный настрой даёт на весь день. Как легко воспринимается душой, ибо душе родственно всё чистое, искреннее, прекрасное и праведное.

В Ипатьевском доме было найдено стихотворение русского поэта Сергея Бехтеева, переписанное рукой Великой княжны Ольги, "Молитва", евангельский дух которой, вероятно, вдохновлял царскую семью на стойкость и возношение молитв за своих мучителей:

Владыка мира, Бог Вселенной,

Благослови молитвой нас

И дай покой душе смиренной

В невыносимый страшный час,

И у преддверия могилы

Вдохни в уста Твоих рабов

Нечеловеческие силы

Молиться кротко за врагов.

Как уже указывалось выше, к молитве нередко обращались в своём творчестве поэты. Прекрасным поэтическим примером этого может служить известное стихотворение М. Ю. Лермонтова "Молитва":

В минуту жизни трудную

Теснится ль в сердце грусть:

Одну молитву чудную

Твержу я наизусть.

Есть сила благодатная

В созвучьи слов живых,

И дышит непонятная

Святая прелесть в них.

С души как бремя скатится.

Сомненья далеко -

И верится, и плачется,

И так легко, легко...

Вдохновлялся молитвенной темой и А. С. Пушкин. Так, им была переложена на стихи известная великопостная молитва св. Ефрема Сирина:

Отцы пустынники и жены непорочны,

Чтоб сердцем возлетать во области заочны,

Чтоб укреплять его средь дольних бурь и битв.

Сложили множество божественных молитв;

Но ни одна из них меня не умиляет,

Как та, которую священник повторяет

Во дни печальные Великого поста;

Всех чаще мне она приходит на уста

И падшего крепит неведомою силой:

Владыко дней моих! Дух праздности унылой,

Любоначалия, змеи сокрытой сей,

И празднословия не дай душе моей.

Но дай мне зреть мои, о Боже, прегрешенья.

Да брат мой от меня не примет осужденья,

И дух смирения, терпения, любви

И целомудрия мне в сердце оживи.

Кстати, сочинения св. Ефрема Сирина, этого удивительно поэтического по слогу святого, поражают таким обилием молитвенных текстов, что приходится только восхититься тем многим, что может вместить один избранник. Вот, например, одна из молитв св. Ефрема (за врагов!): "Помилуй, Господи, тех, которые ненавидят меня и завидуют мне, а также злословят меня и клевещут на меня, и никто из них ни в сем веке, ни в будущем да не потерпит ничего худого ради меня нечистого, но освяти их милосердием Твоим и покрой их благодатию Твоей, о Всеблагий".

Есть большое родство между истинной поэзией и молитвой. Может, и родилась когда-то поэзия из слов молитвы, ибо так же парят и возносятся к запредельному рифмованные строки, облеченные в образы и отточенные в прекрасные формы, как и простые безыскусные слова, которыми дышит любящая душа, взывая к Богу:

Научи меня, Боже, любить

Всем умом Тебя, всем помышленьем,

Чтоб и душу Тебе посвятить

И всю жизнь с каждым сердца биеньем.

Научи Ты меня соблюдать

Лишь Твою милосердную волю,

Научи никогда не роптать

На свою многотрудную долю.

Всех, которых пришёл искупить

Ты Своею Пречистою Кровью,

Бескорыстной, глубокой любовью

Научи меня, Боже, любить.

К.Р.

Кроме установленных текстов молитв, святые отцы рекомендовали использовать краткие молитовки, произносимые своими словами. Вот несколько кратких молитв-импровизаций, взятых из сочинений св. прав. Иоанна Кронштадтского:

Против самовозвеличивания

Господи, не дай мне возмечтать о себе, как бы о лучшем кого-либо из людей, но думать, как о худшем всех и никого не осуждать, а себя судить строго.

Молитва о милосердии

Господи! Научи меня подавать милостыню охотно, с ласкою, с радостию и верить, что, подавая её, я не теряю, а приобретаю бесконечно больше того, что подаю...

К Божией Матери

Спаси нас, род Твой, Владычице! Спаси нас, единокровных твоих! Спаси нас, Мати Живота и Мати всех нас, хотя мы и недостойны называть Тебя Материю своей! Очисти, освяти, утверди и спаси нас молитвами Твоими!

О сердце

Господи! Даруй мне сердце простое, незлобливое, открытое, верующее, любящее, щедрое, достойное вместилища Тебя Всеблагого.

Подобного рода краткие молитвы рекомендовал произносить своим духовным чадам знаменитый маросейский батюшка о. Алексий Мечев, которого современники ещё при жизни причисляли к старцам в миру:

Против грешных мыслей

Иисусе Сладчайший, спаси мя, окаянного, привлеки к Себе, не возгнушайся блудницы и разбойники.

При падениях

Господи, спаси, сохрани и подыми меня немощного.

Чтобы совлечь с души все греховное и грязное

Владычице, спаси, сохрани меня, оклянного: я хочу быть чистым, близко стоять к Тебе.

Русский философ К. Леонтьев когда-то выразил очень верную мысль, суть которой сводится к тому, что плоха та вера, которая может быть повержена просвещённым рассудком, образованием и техническим прогрессом. По отношению к Православию весь технический прогресс всё более доказывает всю несостоятельность высокомерных нападок и пренебрежительного отношения в свете "последних открытий", ибо, как выразился один из современных мыслителей, "последнее слово науки есть первое слово Библии".

В Древней Руси к молитве обращался весь народ, независимо от сословия и социального положения. Более того, судя по фрагменту из поучений Владимира Мономаха, в практику мирян входило и употребление умной (Иисусовой) молитвы – этого удивительного древнего учения ("исихазма"), интерес к которому вновь возрос в последние годы во многих странах мира. Суть подобного "внутреннего делания" заключается в многократном (или практически постоянном) мысленном повторении короткой молитвы: "Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного (ую)". Вначале этой молитве обучаются, читая её вслух, очень медленно, так, чтобы ум был погружён в значение каждого слова. Затем шёпотом, пока не достигается совершенная легкость произношения и не вырабатывется устойчивое внимание и должное молитвенное чувство. Только после этого молитва читается про себя. По количеству произношений также соблюдается постепенность. (Практикой Иисусовой молитвы пользовались многие из русских святых и подвижников святости. Этой теме посвящено немало специальной литературы, из которой можно сослаться хотя бы на "Умное делание", и книгу, ставшую неожиданно очень популярной в последние годы на Западе, "Откровенные рассказы странника духовному своему отцу".

Можно произносить и более укороченные варианты Иисусовой молитвы, а также совсем краткие прошения: "Господи, укрепи!", "Господи, спаси!", "Господи, помилуй!", "Пресвятая Богородица, спаси мя".

Тематические высказывания

  1. Молитва есть зеркало для христианина (преп. Антоний Великий).

  2. За оставление нами молитвенного правила Господь оставляет нашу душу (преп. Нил Синайский).

  3. Навыкайте ни одного дела без молитвы не начинать (схиархимандрит Зосима).

  4. Молитва, которая произносится от сердца, всегда может быть только полезна для души и тела и никогда не вредна для тела молящегося, хотя бы у него и было плохое здоровье (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

  5. Молитва – причащение жизни. Оставление её приносит душе невидимую смерть (сет. Игнатий Брянчанинов).

  6. Душа молитвы – внимание. Как тело без души мертво, так и молитва без внимания мертва (сет. Игнатий Брянчанинов).

  7. Не пропускайте ни одной ночи, – елико можете, поклонитесь до земли; если вам занеможется, то трижды. Не забывайте этого, не ленитесь, ибо тем ночным поклоном и молитвой человек побеждает дьявола, и что нагрешит за день, то этим человек избавляется. Если и на коне едучи не будет у вас никакого дела и если других молитв не умеете сказать, то "Господи, помилуй" взывайте беспрестанно втайне, ибо эта молитва всех лучше – нежели думать безлепицу, ездя (поучение Владимира Мономаха).

  8. Возрастание молитвы конца не имеет. Если останавливается сие возрастание, значит жизнь остановилась (сет. Феофан Затворник).

  9. Чаще надлежит поминать в молитве имя Божие, чем вдыхать воздух (сет. Григорий Богослов).

  10. Кто хочет, чтобы Бог услышал молитву его, тот, когда станет на совершение её, прежде всякой другой молитвы, даже прежде молитвы о душе своей, да принесёт молитву о врагах своих, и ради этого Бог услышит всякую молитву его (авва Зенон).

ДОБРОДЕТЕЛИ

Добродетель есть искусство жить праведно.

Блаженный Августин

Добродетели представляют собой как бы антипод греха. Это положительные, нравственные качества, благоприобретенные человеком, относящиеся к категории уже духовных ценностей.

Добродетель есть наилучший навык разумной души, благодаря которому она становится несклонной к пороку (Евагрий Понтийский. Из "Умозрителя"). В этом древнем определении содержится очень важная мысль. Добродетель не просто обогащает человека положительными свойствами, но и препятствует самой возможности зарождения и развития в душе всякого порока.

"Главных добродетелей четыре, – говорит древний подвижник святости свт. Григорий Богослов разумность, мужество, целомудрие и справедливость". Ту же мысль, по сути, высказывает св. Амвросий Оптинский – один из наиболее любимых русских святых: "Жизнь христианина утверждается четырьмя главными добродетелями: мужеством, мудростью, целомудрием, правдою". Свт. Игнатий Брянчанинов к основным восьми добродетелям (в противовес восьми основным страстям) причисляет воздержание, целомудрие, нестяжание, кротость, блаженный плач, трезвение, смирение, любовь. Нередко самой важной из всех добродетелей святые отцы называют рассудительность, сравните: "Из всех добродетелей самая большая есть рассудительность" (Др. Патерик).

К числу добродетелей относят также такие качества, как почтительность, скромность, великодушие, щедрость, открытость, простота, малословие, и прочие*.

Некоторые авторы ещё выделяют три т. н. богословские добродетели, – вера, надежда и любовь. Иногда выделяют добродетели природные и дарованные Богом за духовные труды.

Существуют и другие виды разделения и систематизации добродетелей, но никакая классификация, тем не менее, не отражает всю полноту, а лишь косвенно определяет духовное содержание темы.

Так же как и страсти, находящиеся во взаимовлиянии относительно друг друга, так и добродетели обычно сочетаются в человеке, а не существуют сами по себе в изолированном состоянии.

Добродетели отражают здоровое состояние души, её пробуждение и очищение. Само слово "добродетель" несет в себе смысловой контекст делания добра (сравните "доброделатель", "добродатель"). К сожалению, сам термин в нынешнее время стал непопулярным и даже малоупотребляемым в России, что особенно относится к детям и молодежи.

Добродетелям сегодня не учат, их никто не прививает, их даже стыдятся, считая "пережитками прошлого".

Тематические высказывания

  1. Ни бедность, ни болезнь, ни увечье телесное, ни рабство и ничто подобное не может быть препятствием к добродетели (свт. Иоанн Златоуст).

  2. Добродетель сообразна с природою, а порок противен ей, как болезнь и здоровье (свт. Иоанн Златоуст).

  3. Самая высокая добродетель – приписывать всё Богу и ничего не почитать своим, ничего не делать для приобретения славы человеческой, но все делать для благоугождения Богу (свт. Иоанн Златоуст).

  4. Благоприятны Богу добродетели, совершаемые втайне (авва Исайя Отшельник).

  5. Советую тебе также: не берись вдруг за все добродетели и даже за несколько их, но установись прежде в одной, а потом переходи и к другой (старец Никодим Святогорец).

АСКЕТИЗМ

Аскеза – это опыт отказа от свойственного человеку эгоистического стремления рассматривать все вещи как нейтральные объекты, предназначенные для удовлетворения его потребностей и прихотей.

Х. Яннарас

В словаре русского языка под ред. С. И. Ожегова аскетизм определяется как "строгий образ жизни с отказом от жизненных удовольствий". (Аскетизм в переводе с греческого – упражнение, подготовление к борьбе, позже – упражнения для добродетельной жизни.) Идея аскетизма очень древняя и существовала у многих народов в разные времена. В Библии примером аскетизма может служить назорейство у иудеев, образ жизни пророка Илии, Иоанна Предтечи. В Новом Завете проповедуется строгая, воздержанная жизнь, основанная на любви к Богу и ближним при отрицании себялюбия, эгоизма, прелюбодеяния, пьянства, пресыщения пищей и прочее. Требования воз-держенности являются обязательными для всех христиан, однако степень воздержания существенно различна ("могий вместити, да вместит"). Вместе с тем аскетизм не является первостепенным и основополагающим. Каждый здравомыслящий человек, наверное, не будет отрицать полезности в той или иной степени дисциплины тела, отказа от излишеств, закаливания, укрепления воли, – но все это как раз есть не что иное как элементы каких-то аскетических упражнений.

Для преодоления изнеженности, сексуальной распущенности, лености и других извращений природосообразной человеческой сущности аскетизм, конечно, необходим. "Аскетика есть искусство создания совершенного человека", – писал русский мыслитель Николай Бердяев. Известный греческий православный богослов нашего времени Христос Яннарас пишет о том, что аскетизм утверждает отказ от внутреннего стремления к господству, ибо "тогда мы начинаем уважать все, что видим вокруг себя, начинаем открывать, что мы окружены не просто объектами, безличными орудиями удовлетворения наших утилитарных потребностей, но сущностями, то есть плодами творческой деятельности, свойственной личности". Мы начинаем тогда обнаруживать личный характер каждой вещи, каждое общение с ней как бы опосредованно означает и общение с Самим Творцом. "Путем самоограничения и подчинения общим аскетическим нормам мы преодолеваем эгоцентризм собственной природы и перемещаем ось жизни нашего "я" в сторону личного взаимоотношения с окружающим миром, этим формируется уважение к миру, отношение к нему, как к дару любви, в котором присутствует стремление познать неповторимости... каждой вещи и удивительную способность материи воплощать отношение между Богом и человеком, благодаря чему тварное обретает возможность причастия к жизни нетварного" (Христос Яннарас).

В более узком понимании аскетизм можно охарактеризовать как борьбу со страстями. По словам св. Иоанна Дамаскина, "подвижническая жизнь и труды её служат прежде всего и даже преимущественно для того, чтобы мы свергли с себя чуждый и противный природе грех". Чем сильнее противодействует человек греховным страстям, тем более возрастает интенсивность "невидимой брани" (см. соответствующую главу).

Душа человека, по мнению святых отцов, склонна к различного рода увлечениям ("прелюбодеяниям"). Прельщаясь многими преходящими событиями и явлениями этого мира, она начинает поклоняться им, как идолам (то есть создавать себе кумиров, вплоть до обожения). Подобное служение обычно носит страстный, греховный характер. Святоотеческое учение предостерегает от такого рода увлечений, причем даже таких, как стремление к многознайству, книжничеству (книгомании) и многих иных, имеющих нередко скрытый утонченный характер, духовно порабощающих душу.

Страстная увлеченность есть своего рода одержимость. Так, в последнее время наблюдается эпидемия одержимости коммерцией, политикой, обогащением и другими модными в России направлениями. Все страстные увлечения без сдерживающего духовного механизма превращаются в уродливые явления, что так наглядно видно теперь в нашей "возрождающейся" многострадальной стране.

Аскетизм (в правильном понимании) требует от человека разумных, посильных ограничений, не уродующих его жизнь, а облагораживающих и освящающих ее. Прошло, видимо, время столпничества, ношения вериг и власяниц, тяжелейших, изнуряющих плоть постов. Да, древние подвижники святости порой доходили до крайностей (в нынешнем представлении). Сегодня и монастырская жизнь очень отличается от жизни древних святых обителей. Ушли в прошлое строгие запреты (не мыться, не смотреть на лиц женского пола, будь то мать или сестра, и многие другие). Несмотря на аскетическую суровость, граничащую с крайностями, в нашем представлении, было бы несправедливо осудить в том древних подвижников святости. Плоть распиналась ими во имя духовной любви к Богу и ближним, это делалось не напоказ, а исходя из великой внутренней потребности служения и любви, как бескровное мученичество ради Христа. Сегодняшний человек духовно (да и телесно) гораздо немощнее своих предков. Смысл современной аскетики состоит более во внутреннем совершенствовании, которое будет сопряжено (по пророчествам святых) с претерпением скорбей и болезней. Это нисколько не умаляет сущности аскетизма, более того, без воздержанности и самоограничений немыслимо не только приобрести добродетели, но и вряд ли возможной становится сама духовная жизнь.

Тематические высказывания

  1. По православному учению, спасение и вечная жизнь достигаются каждым человеком при условии непрерывного духовного совершенствования, требующего аскетического подвига (проф. С.Зарин).

  2. Подвижнику надо быть свободным от всякого надмения, идя путем истинно средним и царским, нимало не уклоняться ни в ту, ни в другую сторону, не любить неги и не приводить тело в бессилие излишеством воздержания (сет. Василий Великий).

  3. Телесный подвиг, не сопровождаемый душевным, более вреден, чем полезен, он служит причиной необыкновенного усиления душевных страстей (сет. Игнатий Брянчанинов).

  4. Телесный подвиг, ещё не озаренный духовным разумом, всегда имеет в себе много суетного и излишнего (сет. Игнатий Брянчанинов).

  5. Нигде прямо не сказано в Св. Писании, что для спасения oдуши необходимо морить себя голодом, делать многочисленные поклоны, носить вериги и предпринимать тому подобные подвиги (преп. Леонид Оптинский, в схиме Лев).

СВЯТООТЕЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ О ДУХОВНОЙ ПРЕЛЕСТИ

Согласно свт. Игнатию Брянчанинову, "прелесть есть повреждение естества человеческого ложью, есть усвоение человеком лжи, принятой им за истину".

В широком (первом) смысле прелесть есть состояние всех людей без исключения, произведенное падением праотцев наших. Все мы в прелести... Величайшая прелесть – признавать себя свободным от прелести. О тотальности заражения прелестью рода человеческого пишет и св. Иоанн Кронштадтский: "Характер настоящего, временного бытия – прелесть".

Итак, все человечество находится в ложном состоянии и нуждается "в освобождении истиною".

Трудно возразить против этих утверждений. Даже беглый взгляд на всю историю человечества убедительно показывает страшные заблуждения людей в смысле устроения и эволюции в общественной жизни, отношении как друг к другу, так и к природе. Постоянные войны, массовые эпидемии всякого рода безумств, накопление совершенно ненужных и даже опасных для самой жизни видов знаний, перепроизводство смертоносного оружия, всевозможные пороки, преступления, пьянство, наркотизация... Да сколько же всего гнусного, противоестественного, угрожающего самому нашему существованию! Да как только земля ещё нас терпит, – удивительно и непостижимо! Да как ещё не поколебались солнце, луна и другие светила небесные, на чём только держится это хрупкое равновесие нашей жизни!?

Прелесть – это страшная всеобщая болезнь, которой заражен весь мир. Зрение этой болезни возможно лишь для духовно просвещенных очей. Ощущение же её присуще каждому чуткому сердцу.

Источником прелести является ложь. Началом зол – ложная мысль. Наши предки (да и мы сами) признали за истину ложь и слепо следовали (и мы продолжаем следовать!) ей. В библейском представлении отцом лжи называется дьявол.

Согласно святоотеческому учению, мы уже рождаемся с поврежденной природой. Однако в человеке сохраняется остаток свободы, позволяющий произвольно избирать добро или зло.

Какова же суть воздействия прелести на человека?

"Прелесть действует первоначально на образ мыслей, – пишет "свт. Игнатий Брянчанинов, – будучи принята и извратив образ мыслей, она немедленно сообщается сердцу, извращает сердечные ощущения; овладев сущностью человека, она разливается на всю деятельность его, отравляет самое тело, как неразрывно связанное Творцом с душою". (Обратите внимание на последнюю фразу относительно неразрывной связи и взаимовлияния тела и души. Как же точно и верно понимали святые отцы эту психосоматическую взаимосвязь задолго до медицинских научных изысканий по этому поводу.)

Кроме первородного и демонических аспектов, способствующих формированию ложных убеждений и самообольщений человечества, святые отцы усматривали причину прелести в увлечениях человека теми или иными страстями. Состояние и степень прелести имеют прямую зависимость и соответствуют тем страстям, которыми человек прельщён или порабощён.

Осознание своей личной причастности к этой тотальной прелести, заразившей все человечество, является важным психотерапевтическим моментом, закладывающим духовную основу для исправления своего разума, своих мыслей и поступков.

В более узком понимании под прелестью имеют в виду извращенные состояния религиозной жизни, чему предшествует неправильный образ молитвы (при подключении, например, своего воображения и мечтательности человек начинает нередко видеть картины из Священного Писания, а иногда Ангелов, святых, пророков. Спасителя или Богородицу; улавливаясь подобными видениями, имеющими обычно демоническую природу, подвижник впадает в состояние самообольщения, где гордыня и тщеславие очень тонко начинают завладевать его душой).

Причинами прелести могут быть и непомерные духовные упражнения или подвиги, а также недостаточное внимание к себе, отсутствие должного духовного опыта, потеря бдительности и прочее.

Прелести следует остерегаться не только из-за ложности ощущений, восприятий и отступления от истины, но и вследствие реальной опасности для самой жизни, ибо нередки случаи самоубийств и умопомешательств, причиной которых была именно прелесть.

В своей клинической практике последних лет автор имеет печальный опыт наблюдений за некоторыми пациентами, впавшими в современные виды прелести (контакты с космосом, НЛО, выходы в астрал и др.). Часть из прельщенных серьезно больна (соматически и психически), другая продолжает бесплодные изыскания, все более удаляясь от истины.

Другой вид прелести именуется святыми отцами "мнение". "Одержимый этою прелестию, – пишет свт. Игнатий Брянчанинов, – мнит о себе, сочинил себе "мнение", что он имеет многие добродетели и даже что обилует дарами Святого Духа". Тот, кто мнит о себе, на самом деле обычно бывает "в прелести". "Мнящий о себе, что он бесстрастен, никогда не очистится от страстей; мнящий о себе, что он исполнен благодати, никогда не получит благодати; мнящий о себе, что он свят, никогда не достигнет святости".

У зараженных мнением как бы утрачиваются духовные дарования, достигнутые предшествующим трудом. Кроме того, эти люди становятся напыщенными, самонадеянными, считающими, что достигли уже духовных высот.

По словам св. Макария Великого, как нет "ни одного человека совершенно свободного от гордости, так нет ни одного человека, который был бы совершенно свободен от действия на него утонченной прелести, называемой "мнением". По этой причине необходимо постоянное внимание к себе, чтобы не приписывать себе каких-либо достоинств и добродетелей.

Находящийся "в прелести", по словам свт. Игнатия Брянчанинова, "обманут и внутри себя и вовне". "Мнению" очень способствуют развитые мечтательность и чувственное воображение, экзальтированность, тщеславие и сладострастие. Отсюда впадение в мнимо духовные состояния, общение с Высшим миром, дружба с Ангелами, Самим Христом, вера в особую в мире миссию, "пророческие" откровения и прочее.

Обольщенных первым видом прелести гипертрофированная гордость приводит "в состояние явного умоисступления"; с обольщенными прелестью другого вида (мнением) происходит также умоповреждение, названное в Священном Писании "растлением ума".

"Мнение" приводит ум человека в ужасные заблуждения, отсюда следует множество ложных ("спасительных") теорий и изысканий человечества, а в рамках христианства – ересей и отступлений. Например, по словам свт. Игнатия Брянчанинова, книга Фомы Аквинского "Подражание" написана именно "из мнения". Эта книга "производит сильное действие на кровь и нервы, возбуждает их. и потому особенно нравится она людям, порабощенным чувственностью: книгою можно наслаждаться, не отказываясь от грубых наслаждений чувственности". Эти слова русского святого более чем справедливы и по отношению к огромному потоку современной литературы, воздействующей на грубую, низшую природу человека, вызывая её непомерное возбуждение и сладострастные чувства. В этом поистине зверином реве тонут голос совести и тончайшие звуки духовной любви. Истинная духовность же предполагает "очищение от вожделения скотоподобного", смиренномудрие-, воздержанность, благоговейный трепет души.

Итак, первый вид прелести заключается более в неправильном действии ума. второй же ("мнение") возникает более от неправильного действия сердца (то есть чувств, воображений, страстей).

Прелесть – всеобщая болезнь человечества, врачуется она только Истиной, через пробуждение сознания от ложного сна. Способы врачевания отдельных форм заключаются прежде всего в искреннем покаянии и очищении от греховных страстей.

Тематические высказывания

  1. Если кто мертвеца воскрешает и иные чудеса творит, а не живёт по заветам святых отцов, то он в прелести, и отвергай его, смотри на дела (св. Симеон Новый Богослов).

  2. Бойся тонкой прелести, ибо подверженные прелести неудобоврачуемы (преп. Амвросий Оптинский).

  3. Отнюдь не желай и не ищи увидеть во время молитвы какой-либо лик или образ (преп. Нил Синайский).

  4. Чаше всего прелестью называется горделивое состояние мнимого религиозного человека, когда по своему превозношению вообразит себя святым, праведником, чудотворцем, прозорливцем. Или безрассудно и самонадеянно, стремясь к духовному совершенству, искусственно вызывает необыкновенную сладость в своем сердце под воздействием вражьим и принимает это за благодатное состояние (иеромонах Петр (Серегин).

  5. Прелести нечего бояться. Она случается с возгордившимися... Всяко лучше всего, никогда не почитать себя достигшим чего-либо, а всегда видеть себя нищим, нагим, слепым и никуда не годным (свт. Феофан Затворник).

  6. Почему, когда кому-либо из подвизающихся явится свет, или зрак какой огневидный, или глас, пусть он ни под каким видом не принимает за истинное такое явление. Ибо это явно есть прелесть вражия, и многие, с которыми это случалось, по сведению, сбивались с пути истинного (блаженный Диадох).

О СОВЕСТИ

Возлюбленнейший брат! Со всевозможным вниманием и тщанием храни совесть.

Свт. Игнатий Брянчанинов

Тема о совести имеет прямое отношение к терапии души. Казалось бы, так много об этом уже написано, обстоятельно и подробно изъяснено и растолковано, что воспринимается как-то очень обыденно, как само собой разумеющееся.

Удивительно устроен наш разум. Как легко порой мы заштамповываем и опошляем наиважнейшие, наиценнейшие и святейшие понятия. Так произошло и с совестью. Тончайшее, интимнейшее "чувство духа человеческого" (по свт. Игнатию Брянчанинову) перешло вначале в разряд обыденнейших понятий, а в последнее время и вообще раздаются голоса за отмену совести. (Так, по крайней мере, утверждают некоторые "разумоцелители" и современные модернисты морали.) Однако отменить совесть не удастся никому, ибо она – "естественный закон" (по авве Дорофею), "домашнее судилище" (по свт. Григорию Богослову), "соперник наш" (ср. Мф. 5, 25), "свидетель верен" (Притч. 14, 24). Когтистым зверем, скребущим сердце, называл совесть А. С. Пушкин. "Пусть меня все хулят, только бы совесть хвалила", – писал свт. Тихон Задонский. С острием лезвия ножа сравнивает совесть свт. Игнатий Брянчанинов, назидая: "Острие совести очень нежно, его надо хранить и хранить". И ещё одно важное замечание русского святого: "Всякая принятая неправильная мысль имеет влияние на совесть: уклоняет её от правильного действия".

Святоотеческое учение выделяет целый ряд пагубных, извращённых состояний совести: "притупление", "заглушение", "осквернение", "потемнение", "усыпление", "засыпание" и даже "сожжение".

Греховная жизнь приводит нередко к мнимому спокойствию, на самом же деле это болезненное бесчувствие души и её главного органа чувствования – совести.

Авва Дорофей выделяет несколько аспектов хранения совести:

  1. Хранение совести к Богу (то есть жить по Его заповедям).

  2. Хранение совести к ближнему (не совершать ничего худого словом, мыслью или взглядом по отношению к ближнему).

  3. Хранение совести к вещам (то есть обращаться с вещами хорошо, не бросать без нужды, не давать им портиться и прочее).

Чувствительность и острота совести возрастают при усилении самоконтроля, внутренней работе над очищением мыслей и чувств от греховных страстей, при частом исповедовании. Совестливость не есть признак слабодушия, а, напротив, есть вернейший барометр духовного здоровья человека. Более подробно и обстоятельно тема совести раскрыта в таких источниках, как сочинения свт. Игнатия Брянчанинова (т. I), собрания сочинений Ивана Ильина (т. I), сочинений свт. Тихона Задонского, св. прав. Иоанна Кронштадтского и др.

Психотерапевт, исповедующий Православие и пытающийся заниматься целительской практикой в свете святоотеческого учения, теряет право на это занятие, если утрачивает или не хранит, как зеницу ока, совесть, тем более осознанно пренебрегает её голосом. Бессовестность – признак серьезной болезни души, при этом, безусловно, теряются и право, и способность к поприщу целительства и духовного врачевания вообще.

Очень хороший способ – сверение своей совести с заповедями Спасителя, Его поступками и всем Его духовным обликом. Эту мысль точно сформулировал Н. С. Лесков в высказывании одного из его персонажей в повести "На краю света":

"Я, когда мне что нужно сделать, сейчас себя уже спрашиваю: можно ли это сделать во славу Христову? Если можно – так делаю, а если нельзя – того не хочу делать".

Тематические высказывания

  1. Несправедливый судия – осквернённая совесть (авва Евагрий).

  2. Между людьми нет такого неусыпного судьи, как наша совесть (свт. Иоанн Златоуст).

  3. Совесть – чувство духа человеческого, тонкое, светлое, различающее добро от зла (свт. Игнатий Брянчанинов).

  4. Избирай лучше умереть, нежели согрешить против совести (свт. Тихон Задонский).

  5. Нет злейшего мучителя, как совесть злая (свт. Тихон Задонский).

  6. Совесть есть один из чудеснейших даров Божиих, полученных нами от Него. Это как бы сама Божия сила, раскрывающаяся в нас в качестве нашей глубочайшей сущности (Иван Ильин).

  7. Беда современного человечества состоит в том, что оно как бы разучилось переживать совестный акт и отдаваться ему, что весь его "ум" и вся его "образованность" есть мёртвое и отвлечённое действие рассудка (Иван Ильин).

  8. Человек, которому не удаётся поднять себя до совести, начинает опускать её до себя (Иван Ильин).

  9. Бессовестное поколение, если оно придёт когда-нибудь, погубит жизнь человека и его культуру на земле (Иван Ильин).

  10. В глубину сердца человеческого вложено нечто божественное, как бы некая высшая мысль: совесть (епископ Иоанн Шаховской).

САМОИСПЫТАНИЕ СОВЕСТИ
(приложение)

По отношению к Богу:

  1. Люблю ли Бога всем сердцем и всей душою?

  2. Всегда ли помню о Его Всеведении и Всеприсутствии?

  3. Живу ли, следуя Его заповедям?

  4. Не ропщу ли на Бога?

  5. Благодарю ли Бога за все ниспосылаемое Им?

По отношению к ближним:

  1. Люблю ли я своих ближних (как себя самого!)?

  2. Не смотрю ли на людей, как на средство достижения своих корыстных целей?

  3. Не притесняю ли кого? Не обижаю ли? Не обманываю ли? может, завидую кому, осуждаю, презираю и прочее?

  4. Не ворую ли? (В том числе, не живу ли на чужой счет, не промышляю ли лёгкой наживой?)

По отношению к самому себе:

  1. Храню ли чистоту своей души и тела?

  2. Не обманываю ли себя?

  3. В каком состоянии нахожусь по отношению ко спасению?

  4. Что более люблю, давать или брать?

  5. Исследую ли свои проступки, промахи, ошибки?

  6. Не считаю ли себя лучше, достойнее, умнее других?

  7. Обвиняю ли себя в случаях неудач и просчетов или замаюсь самооправданием, ища виновных на стороне?

По отношению к вещам:

  1. Бережно ли отношусь к вещам?

  2. Не ломаю ли их и не порчу ли их без нужды?

  3. В хорошем ли состоянии содержу принадлежащие мне личные вещи и недвижимость?

  4. Не выбрасываю ли раньше времени годное к употреблению, верно ли распоряжаюсь вещами? (Вместе с тем: Не прилепился ли к вещам душой? Не сделал ли из них кумира? Не страдаю ли вещизмом?)

СВЯТООТЕЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ О ЗДОРОВЬЕ И ЗДОРОВОМ ОБРАЗЕ ЖИЗНИ

Здоровье рассматривается в святоотеческом учении как величайший дар Божий. Вместе с тем физическое (телесное) благополучие никогда не являлось для подвижников святости основной целью, а служило лишь средством для следования по житейскому морю ко спасению.

Большее внимание всегда уделялось здравию души, а не тела. "Что пользы тело здоровое иметь, но душу расслабленную и немощную", – писал свт. Тихон Задонский.

Если душе предназначена жизнь вечная, а тело бренно и тленно, то вполне понятна причина такого предпочтительного отношения.

Однако тело всегда называлось ещё и храмом для души, поэтому и содержание храма должно быть подобающее.

К основополагающим моментам подлинно здоровой жизни святые отцы причисляли меру во всем, душевный мир, умеренное разумное питание с посильным ограничением (постничество), добродетельную жизнь с молитвой, верой и любовью к Богу и ближним, физический труд.

Современная медицина советует ежедневно потреблять столько-то белков, углеводов, жиров, витаминов, и многие люди, чрезмерно озабоченные своим физическим здоровьем, буквально чуть ли не по аптечным весам пытаются контролировать свой пищевой рацион, для точного соблюдения всех научных рекомендаций. А на практике всё равно болезни, непредсказуемые сбои в здоровье, хотя, казалось бы, всё так тщательно исполнялось.

А древние христианские подвижники питались, судя по многочисленным документальным источникам, вовсе не по-научному, ели простую пищу (хлеб с водой, овощи, фрукты), да и то порой не каждый день, а жили, тем не менее, долго, сохраняя крепость тела и ясность ума. Меньше было и всевозможных заболеваний.

К примеру, один из основоположников древнего монашества св. Павел Фивейский – отшельник и пустынножитель – при исключительно скромной трапезе (немного хлеба да финики и ключевая вода) дожил до 113 лет. Другой отец монашества св. Антоний, прозванный ещё при жизни Великим, преставился 105 лет отроду, по свидетельству современников, "сохранив до последних дней острое зрение, не потеряв ни одного зуба, ни в чём не потерпев вреда. Здоров он был руками и ногами. Одним словом, казался бодрее и крепче всякого, пользующегося разнообразными снедями, омовениями и различными одеждами". Когда незадолго до своей кончины подвижник явил себя публично людям, придя в Александрию для обличения ересей, то вид его немало удивил всех: "Тело его сохранило прежний вид, не утучнело от недостатка движения, не иссохло от постов и борьбы с демонами. Антоний был таков же, каким знали его до отшельничества. В душе его та же была опять чистота нрава, ни скорбью не был подавлен, не пришел в восхищение от удовольствия, не предался ни смеху, ни грусти, не смутился, увидев толпу людей, не обрадовался, когда все стали его приветствовать, но пребыл равнодушным, потому что управлял им разум, и ничего не могло вывести его".

Этот и другие многочисленные примеры доказывают, что действительно "не хлебом единым" жив человек и что существуют иные (непищевые) энергетические источники, питающие организм. Особенно ясно это проявляется там, где присутствует духовная жизнь. Здесь торжество духа над плотью бывает очевидно.

Святоотеческое учение очень высоко оценивает в вопросах здорового бытия значение физического труда*, однако подчеркивает, что труд этот должен быть духовным (одухотворенным), соразмерным с возможностями человека, а не страстным, одержимым, эгоистическим, корыстным. "В поте лица твоего будешь есть хлеб" (Быт. 3, 19), – говорится в Священном Писании. То есть мы должны прилагать постоянно большие, но естественно посильные усилия для обеспечения себя всем необходимым. Однако бездуховный труд переключает человека лишь на стезю извлечения выгоды из результата или становится формальным, в случаях подневольности; во всех случаях происходит разрыв духовного единения с Творцом.

Многочисленные модные системы оздоровления периодически из года в год вспыхивают с новой силой, порой приобретая социальный массовый, эпидемический характер и прельщая немалое количество желающих эффективно воздействовать на своё здоровье или исцелиться. Сюда же относятся и всевозможные диеты, методы голодания, употребление яблочного уксуса, сосание подсолнечного масла, нюхание валерианового корня, употребление собственной мочи (уринотерапия), проросших зерен, мумиё и т. д. и т. п.

Некоторые из пропагандируемых систем оздоровления достаточно жестки и носят аскетический характер, иногда имеют квази-духовное, философское, природосообразное направление (система учителя Иванова), однако никогда не поднимаются до уровня подлинного понимания Божественного промысла, ибо ограничены в своем человеческом невежестве вследствие пренебрежения главным, основополагающим принципом целительства – устремления к Творцу и бытия во Христе.

"У тебя есть Врач, Который выше болезни,

У тебя есть Врач, который побеждает силу болезни;

У тебя есть Врач, Который лечит одним мановением;

У тебя есть Врач, Который исцеляет одним хотением,

Который и может и хочет врачевать",

– писал свт. Иоанн Златоуст.

В вопросах целительства святоотеческое учение следует исключительно точно Священному Писанию, где на сей счет имеется немало ценнейших сведений. Обратимся к некоторым из них, выбранным автором для удобства и наглядности изложения в виде заповедей о здоровом образе жизни.

СВЯЩЕННОЕ ПИСАНИЕ О ЗДОРОВОМ ОБРАЗЕ ЖИЗНИ

  1. Всякое раздражение и ярость, и гнев и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас (Еф. 4, 31). Солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4, 26). Ревность и гнев сокращают дни, а забота – прежде времени приводит старость (Сир. 30, 26).

  2. Наблюдайте за собою (Лк. 17, 3). Никакое гнилое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе... (Еф. 4, 29). Устрояйте из себя дом духовный (1 Пет. 2, 5). Итак, умертвите... блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолослужение (Кол. 3, 5).

  3. Жизнь человека не зависит от изобилия его имения (Лк. 12,15). Ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит (Мк. 8, 36).

  4. Брак у всех да будет честен и ложе непорочно (Евр. 13, 4). Что Бог сочетал, того человек да не разлучит (Мф. 19, 6).

  5. Против вина не показывай себя храбрым, ибо многих погубило вино (Сир. 31, 29). Горесть для души вино, когда пьют его много (Сир. 31, 34). Ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы, ни злоречивые, ни хищники – Царства Божия не наследуют (1 Кор. 6,10).

  6. Худо человеку, который ест на соблазн (Рим. 14, 20). Ешь как человек, что тебе предложено и не пресыщайся (Сир. 31,18). Здоровый сон бывает при умеренности желудка (Сир. 31, 22).

  7. И всё, что делаете, делайте от души, как для Господа, а не для человеков (Кол. 3, 23). Усердно стараться о том, чтобы жить тихо, делать своё дело и работать своими собственными руками (1 Фес. 4, 11). Если кто не хочет трудиться, тот и не ест (2 Фес. 3, 10). Не отвращайся от трудной работы и от земледелия, которое учреждено от Вышнего (Сир. 7, 15).

  8. Наблюдай время и храни себя от зла (Сир. 4, 23). Дорожа временем, потому что дни лукавы (Еф. 5, 16), Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своём: довольно для каждого дня своей заботы (Мф. 6, 34).

  9. Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми (Рим. 12, 16). Старайтесь иметь мир со всеми и святость (Евр. 12, 14). Будьте святы, потому что Я свят (Лев. 11, 44).

  10. Чрез меру трудного для себя не ищи, и что свыше сил твоих не испытывай (Сир. 3, 21). При многих занятиях твоих о лишнем не заботься (Сир. 3, 23). Учениями различными и чуждыми не увлекайтесь (Евр. 13, 9).

  11. Всё, что ни приключится тебе, принимай охотно (Сир. 2, 4). За всё благодарите (1 Фес. 5, 18). Не будь побежден злом, но побеждай зло добром (Рим. 12. 21).

  12. Наконец, братия (мои), что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, что только добродетель и похвала, о том помышляйте (Флп. 4, 8). По вере вашей да будет вам (Мф. 9, 29).

БОЛЕЗНИ В ПОНИМАНИИ СВЯТООТЕЧЕСКОГО УЧЕНИЯ

Обратимся за изъяснением по этому вопросу к одному из древних учителей Церкви свт. Василию Великому. Вот что он пишет о болезнях: "Болезни бывают от вещественных начал, и здесь полезно врачебное искусство; бывают болезни и как наказание за грех, и здесь нужно терпение и покаяние; бывают болезни для терпения и низложения лукавого, как у Иова, и в пример нетерпеливым, как у Лазаря, и святые терпят болезни, являя всем смирение и предел общего всем человеческого естества. Итак, не уповай на врачебное искусство без благодати и не отвергай по упорству своему, но проси у Бога познания причин наказания, а потом избавления от немощи, терпя сечения, прижигания, горькие лекарства и все врачебные наказания".

Достаточно ясно излагает положение о болезнях в свете святоотеческого учения глубокий русский мыслитель XX века, протоиерей Валентин Свенцицкий (1882-1931), труды которого, к сожалению, ещё малодоступны и не полностью изданы в России:

"Болезни бывают как наказание, как вразумление, как испытание терпения и веры, – но все они имеют в своем основании наши грехи, начиная с греха первородного, и в этом смысле болезнь – начало физической смерти".

В связи с разными духовными причинами болезни могут быть и самые разные обращения к Богу со стороны болящих. Церковь, молясь за богослужением об исцелении в немощах лежащих, полагает, что акт веры и любви, который свидетельствуется Церковью в этой молитве, восполняет то, что хочет Господь от души болящего человека. И Господь дает ему выздоровление.

Но иногда такая молитва отдельных людей и всей Церкви бывает недостаточна. Болезнь продолжается. Господь как бы призывает человека к чему-то большему. Посещает его этой болезнью. Хочет от него или покаяния, или исправления, или веры или терпения.

Человек сознаёт это, но чувствует себя духовно слабым, ему нужна особая благодатная помощь. И тогда он испрашивает у Церкви таинство святого елея. Это таинство в одно и то же время и покаяние, и молитва об исцелении, и обет по выздоровлении посвятить свою жизнь Богу, и испрашивание благодати Божией, которая дала бы силы исполнить все это. Прочти молитвы, которые произносит священник во время совершения этого таинства: "Исцели раба твоего от обдержаща его телесный и духовный немощи и оживотвори его благодатию Христа Твоего..."

Некоторых смущает, что святоотеческое учение якобы слишком увязывает болезни с греховностью. Это непонимание кроется в недостаточно глубоком уяснении сути греховного акта и причинно-следственных закономерностей в явлениях нашей жизни.

Хорошо известно, что каждая болезнь имеет какую-то причину своего возникновения. Например, если у заядлого курильщика развивается хронический бронхит или даже рак легкого, с большей или меньшей вероятностью современная медицина усмотрит причину заболевания в пристрастии к курению. А разве это не грех?

Или неверность в супружеских отношениях может привести к заражению венерическим заболеванием. Грех и наказание здесь налицо. Примеров, подобных приведенным выше, множество: и когда у родителей-алкоголиков рождаются дети с врожденными аномалиями, и когда после первого аборта развивается бесплодие, и когда нарушаются явно или даже скрытно другие законы и причинно-следственные отношения, установленные Творцом. Весьма часто болезни возникают от избыточного неумеренного питания (чревоугодия) и несоблюдения постов, от раздражительности и других причин, являющихся с позиции христианства не чем иным как грехами – против Бога, против ближних или себя самого (см. главу о грехах).

Конечно, существуют болезни от чисто физических, казалось бы, случайных причин (однако и в этом случае полная случайность – это только кажущееся явление). Бывают болезни, когда вообще не удается выяснить каких-то явных причин, вследствие которых могли бы развиться заболевания. Но и в этих случаях, с позиций святоотеческого учения, болезнь возникла не без Высшего промысла.

Большое значение в развитии болезненных состояний святые отцы придавали страстям, как факторам вредноносно воздействующим не только на душу, но и на тело. "Непокой души и страсти портят кровь и вредят здоровью", – писал свт. Феофан Затворник.

Более обстоятельно на сей счёт высказывается св. прав. Иоанн Кронштадтский в приведенном ниже абзаце:

"Опыт свидетельствует, что грех и страсти разрушают здравие души и тела, а победа над страстями доставляет небесное спокойствие душе и здравие телу. Победи многоглавую гидру греха и будешь здрав. Храни в себе спокойствие духа и не возмущайся, не раздражайся никакими противностями, обидами, несправедливостями, неправдами, – и вот ты будешь всегда наслаждаться здравием душевным и телесным. Волнения, возмущения, огонь страстей различных пороков дают в нас множество болезней душевных и телесных".

А вот как понимал душевные расстройства и в чем видел причины их возникновения русский философ Владимир Соловьев: "В чисто физические причины душевных болезней я не верю, скоро и никто не будет верить. Психическое расстройство... есть крайний способ самопознания внутреннего существа через жертву его видимого мозгового "Я", оказавшегося несостоятельным в решении нравственной задачи нашего существования".

Очень глубокая мысль, в противовес многим современным патофизиологическим и биохимическим концепциям, не затрагивающим и не вскрывающим сути конфликта между жизнью в её борьбе с препятствиями и трудностями, а лишь констатирующим физические телесные изменения, произошедшие вследствие иных первопричин.

Исключительно заслугой святоотеческого учения является своего рода концепция о полезности болезней.

"Что же можно найти полезного в страданиях?" – недоумевают многие, впервые узнавшие об этой точке зрения. И действительно, пожалуй, больше всего на свете люди боятся смерти и тяжелых болезней.

Христианство же дает человечеству примеры преодоления и достойной подготовки к самому худшему, что может ожидать человека.

В последнее время и официальная медицина в некоторых случаях подтверждает эту концепцию полезности болезни (а практическое использование этого началось достаточно давно; например, вакцинация – это часто не что иное, как искусственно вызванное заболевание в легкой или "стёртой" форме для предотвращения более серьезного опасного недуга). Существует и мнение, что ряд болезней можно рассматривать как своего рода очистительные кризы (например, простудные болезни и грипп). После некоторых заболеваний организм формирует устойчивый или менее устойчивый иммунитет, что можно оценить лишь с положительной стороны.

С позиций святоотеческого учения в болезнях человек меньше грешит, более трезво задумывается о смысле жизни. Как выразился свт. Игнатий Брянчанинов, "одр болезни часто бывает местом Богопознания". Мужественное перенесение болезни формирует в человеке такие качества, как терпение, стойкость, выносливость и некоторые иные добродетели. Есть и другие существенные причины, позволяющие взглянуть на болезни не только через призму страданий и непомерной скорби. Подвижники святости считали, что при правильном понимании и отношении к болезни она может принести большую пользу для души.

Примером, демонстрирующим христианское отношение к постигшей болезни, может служить приведенный ниже отрывок из высказываний свт. Григория Богослова: "Стражду от болезни и изнемогаю телом. Иные высокомерные, может быть, смеются над моими страданиями: расслаблены мои члены, и ноги ходят нетвёрдо. Не знаю, следствие ли это воздержания, или следствие грехов, или какая-нибудь борьба. Впрочем, благодарение моему Правителю! Это может быть для меня же и лучше. Но запрети болезнь, запрети словом Своим, Твое слово для меня спасение! А если не запретишь, дай мне терпение всё переносить".

В другом месте свт. Григорий говорит: "Болезни и для духовной моей части служат некоторым очищением, а в очищении всякий имеет нужду, как бы ни был он крепок". Святоотеческое учение задолго до возникновения психосоматического направления в медицине указывало на взаимосвязь душевного и телесного в развитии заболеваний. "Испорченность души есть причина болезней телесных", – писал свт. Иоанн Златоуст.

Средствами для исцеления от нездоровья святые отцы признавали прежде всего молитву, пост, святые таинства, а также врачевство земное, ибо видели во враче помощника по промыслу Самого Бога для облегчения страданий и лечения болезней. (Ср. "Господь создал из земли врачевства, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими" (Сир. 38, 4).

Вместе с тем всякое знахарство, чародейство, волхование не считались делом богоугодным и категорически отрицались ("Лучше нам умереть, чем к врагам Бога идти. Какая польза тело целить, а душу губить..." – писал свт. Иоанн Златоуст).

Тематические высказывания

    1. Неужели все болезни от грехов? Не все, но большая часть. Некоторые бывают и от беспечности. Чревоугодие, пьянство и бездействие также производят болезни (свт. Иоанн Златоуст).

    2. Случаются болезни и для нашего испытания в добре (свт. Иоанн Златоуст).

    3. Если мы во время телесного недуга не воспользуемся помощью поста, а покажем ещё большую беспечность, то причиним себе величайший вред (свт. Иоанн Златоуст).

    4. В болезнях прежде врачей и лекарств пользуйся молитвою (св. Нил Синайский).

    5. Болезни посылаются для очищения согрешений, а иногда чтобы смирить возношение (преп. Иоанн Лествичник).

    6. Болезнь усиливается от нетерпения (свт. Тихон Задонский).

    7. Причина болезни – грех, своя собственная воля, а не какая-либо необходимость (преп. Ефрем Сирин).

    8. Можно ли лечиться у докторов и принимать лекарства? Греха в этом никакого нет, потому что все от Господа Бога, и лечебные средства и самые лекаря. И не в том состоит грех, что человек прибегает к врачебным пособиям, а в том, если больной всю надежду на выздоровление полагает в одном враче и врачебных средствах, забывая при том, что все зависит от Всеблагого и Всемогущего Бога, который Един, их же хощет, живит или мертвит (преп. Амвросий Оптинский).

    9. Из жизни многих святых известно, что долгие изнуряющие болезни были большим благодеянием для них, ибо смиряли страсти, лишали впечатлений мирской жизни с её шумом и сутолокой, отвлекающей от углубления в тайники духа (архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий).

    10. Так как Бог есть жизнь, а болезни и недуги суть уклонения от жизни, то одно прикосновение к нам неточной, первой Жизни исцеляет их (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

    11. Лечиться ли? Отчего же не лечиться? И лекаря и лекарства Бог сотворил. Разве излишне Он их сотворил? Нет; а за тем, чтобы они болезни врачевали; отвращение от лекаря и лекарства – Богу укор (сет. Феофан Затворник).

СВЯТООТЕЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ О ЦЕЛИТЕЛЬСТВЕ СЛОВОМ, ПСИХОТЕРАПИИ, ДУХОВНОМ ВРАЧЕВАНИИ

В Божественности происхождения и целительной силе слова мнения святых отцов совпадают. "Что твёже, неизменнее и могущественнее слова? Словом мир сотворён и стоит, нося всякая глаголам силы Своея; и однако ж мы грешные обходимся с словом так легкомысленно, небрежно. Что у нас пользуется меньшим уважением, как слово? О, окаянные мы человеки! С какою драгоценностию так мы обходимся невнимательно! Не вспоминаем мы, что словом, происходящим от верного и любящего сердца, мы можем творить чудеса жизни для души своей и для душ других" (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

"Дар слова несомненно принадлежит к великим дарам. Им человек уподобляется Богу, имеющему Своё Слово" (свт. Игнатий Брянчанинов).

"Не будьте к сему невнимательны или равнодушны, чтущие достоинство слова, ревнуйте о нем, одушевляйте и вооружайте ваше слово истиною и правдою... и, действуя им верно и твердо, не допускайте разлития глаголов потопных" (Пс. 51, 6; митр. Московский Филарет).

Можно привести примеры из многих высказываний касательно слова и других святых отцов и подвижников святости. Все они отличаются не просто бережностью, но проникнуты духом благоговения перед словом. Неосторожное, легкомысленное отношение к слову приводит к разладу в самой жизни, дисгармонии нашего существа. Когда нет соответствия между словами и искренностью говорящего, это быстро улавливается слушателями: "На взаимном чувстве или понимании наших душ друг друга основывается действие или бездействие проповеднических слов: если проповедник говорит не от сердца, лицемерно, слушатели внутренним чутьем понимают несоответствие слов проповедника с его сердцем, с его жизнью, и слово не имеет той силы, которую оно могло бы принести в том случае, когда проповедник произнес бы его сердечно, особенно когда сам исполнял бы слово своё на деле. Между душами человеческими находится слишком тесная внутренняя связь и сообщение" (св. прав. Иоанн Кронштадтский).

Слово неразрывно связано с мыслью. Иногда оно как бы тождественно мысли, иногда же мыслью порождается. Гениальные рассуждения о сущности мыслительного процесса содержатся в духовном дневнике св. Иоанна Кронштадтского. Их глубина поистине запредельна и не имеет характера отвлеченного мудрствования, но действительно есть, как утверждает в предисловии и сам святой, "не что иное, как благодатное озарение души... от всепросвещающего Духа Божия".

"Мы потому и можем мыслить, что есть беспредельная Мысль, как потому дышим, что есть беспредельность воздушного пространства. Вот отчего и называются вдохновением светлые мысли о каком-либо предмете. Мысль наша постоянно течет именно под условием существования беспредельного мыслящего Духа... Вообще везде в мире мы видим царство мысли, как во всем составе видимого мира, так, в частности, – на земле, в обращении и жизни земного шара..."

Далее св. Иоанн перечисляет мудрое и целесообразное устройство во всех стихиях, организмах, животном, растительном мирах, в способностях, нравах, привычках. "Везде видим царство мысли, даже в бездушном камне и песчинке", – завершает он.

В нашей жизни слово является и незаменимым средством общения среди людей: "Слово, чтобы приобрести способность общения, облекается в звуки или буквы. Тогда невещественное слово становится как бы вещественным, пребывая в сущности своей неизменным" (сет. Игнатий Брянчанинов). Святые отцы, безусловно, глубоко осознавали сокрытые для нашего внешнего сознания постоянно происходящие процессы материализации слов в явления, события, вещи, предметы, обычаи и проч. По православному учению, и Слово Божие очеловечилось, то есть облеклось в человеческую плоть (материализовалось), чтобы вступить в общение с людьми.

Как уже указывалось, характерным моментом для всех подвижников святости и благочестия было предельно бережное отношение к каждому слову, каждой мысли и помыслу. "Лучше камень бросить наобум, чем слово", – писал преп. Нил Синайский. "А на язык будь скуп потому, что он весьма способен делать вред, и чем скорее движения, тем меньше приносит пользы", – находим у другого древнего отца Церкви Григория Богослова.

Недаром святые отцы так ценили молчание и предостерегали от многословия. Один из святых даже высказал как-то своему ученику пожелание, чтобы тот говорил лишь тогда, когда сказанное будет лучше, чем промолчать. Вот какая великая ответственность за то, что произносят наши уста... Недаром в Священном Писании сказано: "Ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься" (Мф 12, 36).

Христиане верят в то, что каждый человек будет держать ответ не только за каждый свой поступок, но и за всякое изреченное слово свое.

Хорошо известно, что слово обладает великой силой. Оно может как пагубно воздействовать на человека, так и благотворно; как убить (в полном смысле, физически!), так и исцелить, причем от казалось бы неизлечимых заболеваний. Примеров тому великое множество. "Общеизвестно могущественное влияние психики больного на течение болезни. Состояние духа больного, его доверие или недоверие к врачу, глубина его веры и надежды на исцеление или, наоборот, психическая депрессия, вызванная неосторожными разговорами врачей в присутствии больного о серьезности его болезни, глубоко определяют исход болезни", – писал врач и священнослужитель архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий). Кстати, какое прекрасное сочетание: врач-священник. По преданию и сам апостол Лука был врачом. Умение целить тело, дерзновение врачевать бессмертную душу, учить, нравственно наставлять, спасать, вдохновлять. Врачи-священники, как мало ещё вас, но какая большая нужда в таком божественном поприще для избранных!

Архиепископу Луке (Войно-Ясенецкому) принадлежат и следующие слова, касающиеся психотерапии: "Психотерапия, состоящая в словесном, вернее духовном воздействии врача на больного, – общепризнанный, часто дающий прекрасные результаты метод лечения многих болезней". Здесь следует выделить очень важный акцент: суть психотерапии заключается, действительно, более не в словесном, а в духовном воздействии. Ибо не одухотворённое живительной силой духа слово есть пустая форма, шелуха. Поэтому лишено всякого смысла говорить о духовном врачевании, если нет любви в сердце врачевателя, цельной веры, божественного горения и праведности не только на устах, но более в делах и реальной жизни. Значение духовного врачевания беспредельно велико и ещё по достоинству не оценено современным человечеством. (Древние целители ставили духовное врачевание на самое высокое место, отдавая ему предпочтение всем иным способам и лекарственным средствам.) Чудесные исцеления от болезней и воскрешения из мёртвых – не басни или литературные выдумки, а реальные факты, засвидетельствованные множеством свидетельств. Но если бы задаться целью собрать и описать все известные человечеству чудесные исцеления, то не хватило бы никаких книг во всём мире. (Конечно, нельзя причислять к чудесным исцелениям псевдо-целительства многих современных "чудотворцев", преследующих прежде всего корыстные цели по части коммерции или желание прославиться. Их целительские эффекты объясняются совсем иными причинами.)

Духовное врачевание осуществляется посредством воздействия на духовную структуру страждущего (а через неё на весь организм).

Истинное духовное целительство возможно только посредством благодати Святого Духа, а не через тварные энергии или волевые усилия. Дар целительства есть дар благодати, а не результат специальной учебы, тренировок или использования какой-то системы оздоровления. Получивший внешнее исцеление телесной болезни от лжецелителя (а такое возможно, например, за счёт перераспределения энергии) в действительности не исцеляется полностью от болезни, ибо не уничтожаются причинно-следственные явления, приведшие к заболеванию. Кроме того, лишь благодать творит истинные чудеса. При лжецелительстве, наоборот, греховные страсти даже укореняются (гордыня, ненависть, тщеславие и другие), а также нередко дополняются негативным влиянием извне, ибо в процессе целительства в результате взаимовлияния душ могут восприниматься через ослабленный психологический барьер опасные для духовной структуры энергии, которыми манипулирует лжецелитель.

К духовному виду целительства в наши дни надо относиться предельно осторожно. Судя по пророчествам святых отцов и высказываниям подвижников святости последних времен, истинно целительские подвиги – явление малохарактерное для "последних времен", во дни, когда так оскудели в людях любовь, вера, святость и праведность. Поэтому вызывают серьезные сомнения сообщения о попытках массового целительства и экзор-цизмов даже тех, кто пытается делать это бескорыстно с помощью молитв и веры во Христа. Повторяю, мнение это основано на пророчествах и авторитетных высказываниях, а не выражает лишь личную точку зрения.

Тематические высказывания

      1. Божественная цель слова в писателях, во всех ученых, а "паче в пастырях – наставление и спасение человеков (свт. Игнатий Брянчанинов).

      2. Какое сокровище расточает человек, какой высокий дар повергает и попирает, какую могущественную и благотворную силу делает бездейственною и мертвою или, напротив, злотворною, когда употребляет слово не для истины, правды и благости, но на празднословие, на срамословие, на ложь, на обман, на клевету, на злоупотребление клятвы, на распространение зломудрия (митрополит Московский Филарет).

      3. Врач душ! Вырежь мечом духовным распухшие и воспаленные раны гордости, омой водой учения от нечистоты страстей, исцели раны, нанесенные душам человеческим грехом (свт. Иоанн Златоуст).

      4. Как телам даются неодинаковые лекарства и пища – иное пригодно здоровому, иное – больному, так и души врачуют различным способом. Свидетели такого врачевания – сами больные. Одних назидает словогдругие исправляются примером. Для иных нужен бич, а для других узда; одни ленивы и малоподвижны, и таких нужно возбуждать ударами слова; другие сверх меры горячи духом и неудержимы в стремлениях, подобно молодым, сильным коням, бегущим дальше цели, таких может исправить обуздывающее и сдерживающее слово. Для одних полезна похвала, для других – укоризна, но та и другая вовремя; напротив, без времени и без основания они вредят. Одних исправляет увещевание, других – выговор, причем выговор или публичный, или тайный... Некоторых нужно врачевать кротостью, смирением и соучастием в их лучших надеждах о себе. Одних полезно побеждать, от других часто полезнее быть самому побеждённым. И хвалить и осуждать нужно... Хотя, сколько бы кто ни употреблял тщания и ума, невозможно всего изобразить и обнять мыслью в такой подробности, чтобы вкратце был виден весь ход лечения, однако на самом опыте и на деле это становится известным и врачебной науке, и врачу (свт. Григорий Богослов).

ИСЦЕЛЕНИЕ БОЖИИМ СЛОВОМ
(Духовные и нравственные рецепты)

Из всех недугов, обременяющих человеческую природу, нет ни одной болезни, ни душевной, ни телесной, которая не могла бы получить врачевства из Писания.

Свт. Иоанн Златоуст

О великой исцеляющей силе Священного Писания знали христиане ещё с апостольских времен. Прекрасны и убедительны на сей счёт рассуждения епископа Серпуховского Арсения (Жадановского) в его духовном дневнике: "Если Слово Божие проникнуто Благодатию Духа Святого, то как полезно читать его людям больным, страждущим, скорбящим. Слова Божий хорошо сравнить с действием вообще святыни: святой воды, масла, лобызания чудотворных икон, мощей и т. п. Как во всех сих случаях мы освящаемся Благодатию, так и чтением Слова Божия. Благотворное действие оказывает, например, оно на страждущих алкоголизмом. Бывали случаи, что регулярное ежедневное чтение Святого Евангелия исцеляло таких людей от болезни" ("Свете тихий", М., "Паломник", с. 119). В другом месте своего несравненного духовного дневника владыка Арсений еше более обстоятельно останавливается на этой теме, значительно расширяя ее, касаясь полезности употребления Слова Божия при самых различных жизненных ситуациях, и, в частности, указывает на особую благодатную силу подлинных слов Самого Спасителя: "Собственные, подлинные Слова Господа нашего Иисуса Христа во Святом Евангелии творят великие чудеса, когда христианин с верою и благоговением приводит их себе на память в потребных случаях. Так, например, ты имеешь в чем-либо нужду, просишь у Господа себе места, материального достатка, читай: "Просите и дастся вам, ищите и обрящете"...; тебя постигли несчастия, скорби и лишения – повторяй слова нашего Спасителя: "Претерпевый до конца, той спасен будет"... Тебя гонят, притесняют, несправедливо обвиняют – молись: "Блаженни есте, егда поносят вам и изжденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще. Мене ради". Трудно тебе работать над своим грешным "я", исправлять свои недостатки и пороки, трудно пробивать тебе путь к Царству Небесному – не забывай Слов Божественного Учителя: "Царствие Божие нудится, и только нужницы восхищают е", "...возьмите иго Мое на себе, и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем и обрящете покой душам вашим". "Тесными враты подобает внити в Царство Небесное". Ах, если бы мы не забывали пользоваться великим, чудодейственным средством, данным нам во Святом Евангелии в Божественных Словах нашего Спасителя, – как бы тогда облегчилась наша жизнь со скорбями, несчастиями, наша работа над внутренним нашим миром" ("Свете тихий", с. 307-308).

Давать врачующие рецепты нуждающимся в виде кратких выдержек из Псалтири. Евангелия или Апостола очень любили и непременно это делали фактически все известнейшие духовные руководители, наставники, святые старцы, начиная с глубокой древности, кончая последними временами. Внимательное и бережное исследование этой святой духовной рецептуры, касающейся врачевания самых разнообразных недугов (душевных и телесных), вне всякого сомнения, должно быть рекомендовано православным врачам, христианским психологам, педагогам, а не только лишь пастырям Христовым...

Благодатной силой наполнены также многие яркие мысли святых отцов и подвижников благочестия. "Эти книги подобны богатому собранию врачебных средств, – писал свт. Игнатий Брянчанинов, – в нем душа может приискать для каждого из своих недугов спасительное врачевство". Предпочтительность (если так можно выразиться) краткой рецептуры над объёмными текстами была замечена ешё давно. Но особая нужда в краткости появилась, как представляется, в наше больное и скоротечное время, когда в силу всеобщей немощи мы уже не способны вместить в себя многое (Сравните евангельское: "Могий вместить да вместит".)

Кратенькие молитвочки очень любил употреблять святой праведный Иоанн Кронштадтский. Так, его удивительный духовный дневник "Моя жизнь во Христе" буквально дышит краткими выдержками из Священного Писания и молитвенными лаконичными текстами. "Старец в миру" Алексей Мечев нередко рекомендовал своим духовным чадам краткие духовные рецепты. Подобное находим и в переписке свт. Феофана Затворника, и в назиданиях оптинских старцев, и у других авторитетных православных наставников...

Бережно собранные, систематизированные (чтобы не было самочиния и не примешивалось наше греховное мудрование) духовные рецепты от недугов, душевных и телесных, могут оказать существенное подспорье православному врачу в его непосредственной работе с больными. Их дозировка, частота употребления, естественно, индивидуальны (как и у обычных земных лекарств). Право на выписку таких духовных рецептов врачу следует также заслужить (получить благословение от духовника, а также самому пройти определенный духовный путь, укрепиться в вере, обогатить свои знания творениями святых отцов, старцев, изучить основы православного врачевания). Слово Божие говорит: "Иже сотворит и научит, сей велий наречётся в Царствии Небесном" (Мф. 5, 19). То есть надо самому сначала сотворить, а потом уже учить других. В заключение следует отметить, что рецепты из Священного Писания бывают особенно эффективны при соответствующей искренней вере у болящего, наличии Страха Божия, благоговения.

Тематические примеры некоторых духовных и нравственных исцеляющих рецептов

В болезни:

"Если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется" (2 Кор. 4, 16).

"Буду хвалиться немощью моею" (2 Кор. 11, 30).

"Имиже кто согрешает, сими и мучится" (Прем. 11, 17).

"Егоже бо любит Господь, наказует: биет же всякого сына, его же приемлет" (Евр. 12,6).

"Когда видите болезненное разрушение тела: Господь даде, Господь отъят... буди имя Господне благословенно" (Иов. 1,21).

"Страдающий плотью перестает грешить" (1 Пет. 4, 1).

"Служите Господу, Богу вашему, и Он благословит хлеб твой и воду твою; отвращу от вас болезни" (Иск. 23, 25).

Против пьянства:

"Ни воры, ни лихоимцы, ни пьяницы... Царства Божия не наследуют" (1 Кор. 6, 10).

"Смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объедением и пьянством" (Лк. 21, 34).

"Будем вести себя благочинно, не предаваясь ни пированиям и пьянству, ни сладострастью и распутству" (Рим. 13, 13).

"Пьяница и пресыщающийся обеднеют" (Притч. 23, 21).

"Вино и женщины развратят разумных" (Сир. 19, 2).

"Большая досада – жена, преданная пьянству, и она не скроет своего срама" (Сир. 26, 10).

"Против вина не показывайся храбрым, ибо многих погубило вино" (Сир. 31, 29)

.

"Горе тем, которые храбры пить вино и сильны приготовлять крепкий напиток" (Ис. 5, 22).

"Пробудитесь, пьяницы, и плачьте и рыдайте все пьющие вино" (Иоал. 1,5).

Примечание к главе "Исцеление Божиим Словом"

Благая идея врачевания с помощью святых исцеляющих текстов использована Г. Н. Сытиным в виде так называемых "божественных настроев". Однако предложенный им вид врачевания лежит вне Православия, по сути своей он ложен и не может быть рекомендован православным людям. (Подробнее смотри об этом в моей книге "Чудесные исцеления", НПО "Модэк", Воронеж, 1998 г., с. 202-205.)

НЕВРОЗЫ

Термин "невроз" ввёл в употребление в 1776 году голландский врач У. Куллен, который полагал, что все подобные заболевания связаны с нервными спазмами или, напротив, слабостью (атонией). Однако это, конечно, не означает, что до Кулле-на неврозов вообще не существовало. Их появление, как и болезней вообще, произошло вследствие грехопадения человека. Описание неврозов встречается уже в древнейших письменных источниках человечества. Так, в папирусах из Кахун (ок. 1900 г. до Р. X.) и Эберса (ок. 1700 г. до Р. X.) содержатся данные о болезненных состояниях женщин, что очень напоминает клинику истерического невроза.

В наше время под неврозами обычно понимают нервно-психические излечимые расстройства, нарушающие (или существенно затрудняющие) бытие человека. Наиболее частой причиной развития неврозов являются всевозможные эмоциональные конфликты и психотравмы. Польский психиатр Антони Кемпински (1918-1972) даже утверждал, что без наличия конфликта врач не имеет права диагностировать невроз!

Наш знаменитый академик И. П. Павлов причину развития неврозов увязывал со срывом высшей нервной деятельности.

Внешне человек, страдающий неврозом, обычно достаточно легко узнаваем. Типичные невротические проявления – это повышенная нервность, беспокойство, эмоциональная неустойчивость плюс характерные для того или иного невроза симптомы. Вместе с тем существуют и так называемые псевдоневрозы (ложные неврозы), а также неврозоподобные состояния, развитие которых обусловили другие заболевания. Так, в начальных стадиях злокачественных опухолевых процессов, при атеросклерозе сосудов головного мозга или, предположим, беременности могут появиться проявления, очень напоминающие неврозы. Кроме того, часто неврозоподобную клиническую картину могут являть люди просто с дурным характером или существенными недостатками воспитания. В отечественной медицине обычно выделяют три основные классические формы неврозов: неврастению, невроз навязчивых состояний и истерию. В понимании неврозов по сей день в научном мире отмечается большой разброс мнений, много путанного и противоречивого.

Безудержный рост неврозов в XX веке порожден не столько стрессами и научно-техническим прогрессом с его информационными перегрузками (на что неоднократно указывали исследователи), сколько прогрессом общечеловеческого грехопадения. Ведь во все времена истории человечества были войны, различные природные бедствия, наводнения, засухи, смерчи. И трудно сопоставить, скажем, в какой степени нынешнее время тревожнее и беспокойнее, например, эпохи царствования Ивана Грозного. Почему же проблема неврозов стала столь острой лишь в последние времена? Причина, думается, одна – в продолжающемся кризисе безверия, в потере человечеством духовного фундамента, а с ним и истинного смысла жизни.

Теперь обратимся к конкретным формам неврозов, в той последовательности, в какой описываются они обычно в специальной литературе.

Неврастения

Впервые описали этот невроз в 1869 году (считается, что независимо друг от друга) американские врачи Бирд и Ван-Дью-сен. Неврастения (как видно из самого названия) проявляется нервной слабостью, вплоть до глубокого истощения жизненных сил человека.

Портрет неврастеника предстает весьма типичным: это человек вспыльчивый, раздражительный, быстро заводящийся, как говорится "с полуоборота", у которого явно сдают нервы (гиперстеническая форма неврастении), или, напротив, вялый, плаксивый, ощущающий утомление и истощение всех своих жизненных сил (гипостеническая форма).

Но вот что интересно: повышенная раздражительность и вспыльчивость неврастеника направлены не на себя лично, а только на окружающих! Такого человека все и вся раздражает, нередко он становится капризен, легко впадает в гнев и даже ярость, но почти никогда не поднимается до духовной высоты постижения собственных несовершенств и ошибок, своих грехов.

Таким образом, в большей или меньшей степени, ко всему прочему неврастения есть эгоистический невроз, питаемый греховной страстью, именуемой в святоотеческой литературе гордостью (гордыней).

"Раздражительность нрава происходит от непознания себя, от гордости и от того еще, что мы не рассуждаем о сильном повреждении своей природы и мало познали кроткого и смиренного Иисуса", – писал святой праведный Иоанн Кронштадтский. "Никто не должен оправдывать раздражительность какою-нибудь болезнью", – говорил знаменитый оптинский старец Амвросий. И ещё одно важное замечание старца по этому поводу: "Чтобы не предаваться раздражительности и гневу, не должно торопиться".

А вот как писал по поводу неврастении священник Александр Ельчанинов: "...нервность" и т. д., мне кажется, просто виды греха и именно гордости. Самый главный неврастеник – диавол. Можно ли представить себе неврастеником человека смиренного, доброго, терпеливого?" (из записок "Демонская твердыня – тщеславие и гордость").

О причинах раздражительности и потери душевного мира архиепископ Арсений (Чудовский) писал буквально следующее: "Иногда вдруг у тебя появляется какая-то раздражительность, недовольство окружающими тебя людьми, а то и просто дурное, угнетенное состояние духа, тоска, разочарование. Малейший повод – и твое настроение испорчено. Отчего это? Очевидно, ранее душевная твоя почва была подготовлена к такому настроению. Раздражительность, недовольство людьми вызываются завистью, недоброжелательством к ним..."

Святые отцы особенно обращали внимание на сохранение мира в душе при любых жизненных (внешних) обстоятельствах и считали, что без этого не мыслимо ни счастье, ни физическое благополучие. Вот, например, как писал в письме к одному мирянину отец Алексий Зосимовский: "Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир – вы будете счастливы".

Итак, кратко подытожив вышесказанное, можно сделать вывод, что неврастения* суть греховные страсти: в большей или меньшей степени она являет собою, кроме того, бытие вне Христа, а порой и явное антихристианство. Неврастению можно считать своего рода прямой противоположностью кротости, смирения, терпения и мирного устроения духа. Отсюда напрашивается логический вывод: лучшее лекарство от неврастении – сам христианский путь, образ жизни с терпеливым несением своего креста, благодарением Бога за все, смирением.

Все это, конечно, в общих словах. Теперь же постараемся более подробно остановиться на путях оздоровления от нервности и неврастении. Главное, при этом глубоко осознать важность и необходимость изменить себя, возненавидеть сей демонический грех гневливости, с искренним покаянием обратиться к Господу. Кроме того, необходимо придерживаться следующего:

      1. Никогда не повышать (без крайней на то нужды) голоса: "Голос повышает гордец, самохвал, самовлюбленный мертвец и Богом оставленный" (старец Сампсон (Сиверс)). Итак, не кричать, не визжать, не употреблять грубых и матерных слов, никого не обвинять, не злословить и не высмеивать. Святые отцы допускали лишь "праведный гнев", то есть обращенный на свои собственные грехи и несовершенства.

      2. Избавиться от привычки прекословить, многословить, спорить по пустякам, вступать в словопрения. "Входить в спор всегда нежелательно" (митрополит Филарет (Дроздов)).

      3. Во всем, что бы ни случилось, следует обвинять только самого себя, тогда уравновешенность, душевный мир и спокойствие установятся в наших душах: "Если бы все укоряли себя, то водворился бы мир", – писал архиепископ Арсений (Чудов-ский), ибо "самоукорение дает нам спокойно переносить оскорбления, не чувствовать их".

      4. Архиепископ Иоанн (Шаховской) считал, что достижение истинного душевного мира немыслимо без глубокого метафизического недовольства этой (земной) жизнью. Действительно, поиски благ и райской жизни на земле рано или поздно приводят к глубоким разочарованиям и постоянным колебаниям душевного мира.

      5. Велика роль молитвы в обретении и хранении внутреннего покоя. Старец Сампсон (Сивере) утверждал, что мир души у постоянно молящегося даже совершенно не зависит от внешней обстановки.

      6. Следует отучить себя кого-либо осуждать, обсуждать (за исключением полезных в назидательном и педагогическом плане случаев, а также естественно возникающих суждений о чём-либо (ком-либо), что не является осуждением). Если же в твоем присутствии порицают или обсуждают другого, святые отцы советуют признаться, что и сам страдаешь теми же недостатками, и отвести разговор, а при невозможности того – просто удалиться.

      7. Считать себя вполне достойным промахов, критики, ошибок, падений. Более того, святые отцы советуют нам осознавать себя хуже и недостойнее других. В этом случае действительно исчезает всякое желание гневаться на кого-либо из окружающих.

      8. Необходим постоянный самоконтроль, в том числе даже за своими мыслями, ибо всякому дурному делу обычно предшествует дурная мысль. Следует решительно отсекать все отрицательное, греховное, мерзостное. Святые отцы учат нас не вступать ни в какие собеседования с греховными помыслами, а немедленно обращаться с молитвой за помощью к Господу, испрашивая у Него помощи и поддержки.

      9. Надо принимать уже произошедшее, как случившийся факт, а не мучить себя бесполезной борьбой с призраками. "Что случилось, то случилось...", "Да будет воля Твоя".

      10. Следует избегать всевозможных "надумок", фантазий, бесплодного воображения, особенно чувственного характера. Помните евангельское "Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого" (Мф 5, 37).

      11. Наконец, необходимо в любом случае по возможности оздоровить свой образ жизни (имеется в виду режим дня, разумное постничество, оставление пристрастия к спиртному и табаку и иных излишеств).

      12. Безусловно, необходимым является посещение богослужений, особенно в воскресные и праздничные дни, чтение Священного Писания и святоотеческой литературы! "Из всех недугов, обременяющих человеческую природу, нет ни одной болезни, ни душевной, ни телесной, которая не могла бы получить врачевства из Писания" (свт. Иоанн Златоуст).

При добросовестном соблюдении святоотеческих рекомендаций вопрос о повышенной нервности и неврастении достаточно скоро отпадет сам по себе.

Невроз навязчивых состояний (обсессивный невроз)

Навязчивыми (то есть помимо воли и желания человека) могут быть как определенные мысли, воспоминания, представления, сомнения, так и действия. Это и неудивительно, ибо всему деятельному предшествует мысль, замысел, задумка. И весь мир наш есть материализованное состояние Высшего Замысла, Идеи, Плана ("В начале было Слово" Ин. 1,1).

К неврозу навязчивых состояний относят обычно и навязчивые страхи. Если человек испытывает безотчетный страх неведомо чего, то говорят о синдроме страха. Если же он боится конкретно темноты, высоты, острых предметов, замкнутых пространств, – тогда определяют подобные навязчивые состояния как фобии, уточняя в названии вид (или направленность) страха. Например, канцерофобия – при боязни заболеть раком, а клаустрофобия – при боязни замкнутых пространств, гипсофобия – при страхе высоты, мизофобия – при страхе загрязнения, пантофобия – при боязни всего окружающего. Фобии, таким образом, это по сути конкретные страхи или болезненные опасения каких-то отдельных предметов, явлений или ситуаций, а не безотчёный страх вообще.

Иногда страхи появляются только при соответствующей ситуации. Например, страх высоты только при подъеме на высоту, страх мышей – при реальной встрече с мышью (Петр I, например, панически боялся тараканов). Но нередко человек уже при одной лишь мысли о чём-либо впадает в страх.

Страх присущ природе падшего человека* и глубоко биологичен, ибо человек несет в себе и животное начало. Так вот, это животное начало в нас и боится инстинктивно угрозы извне: темноты, нападений и всякой иной опасности для собственной жизни. Во многих случаях именно страх выполняет роль своего рода защитного механизма, оберегая нас от всякой опасности, посягающей на наше благополучие. Страшась, человек становится более бдительным, способным предохранить себя от беды, спастись от надвигающейся угрозы. Страх закреплен Творцом в памяти всех предшествующих поколений, как говорят психоаналитики (Карл Юнг), в "коллективном бессознательном".

Итак, страх свойственен каждому человеку в какой-то степени и может исполнять защитную роль, оберегая нашу жизнь от всевозможных опасностей. Однако невротические страхи тем и характерны, что не обусловлены никакой реальной угрозой или угроза эта иллюзорна и маловероятна"*. Например, некий человек страдает кардиофобическим неврозом, он боится, что сердце его в один прекрасный момент может остановиться. С одной стороны, теоретически это возможно, ведь бывает же внезапная смерть и у молодых, до того считавшихся здоровыми людьми, без видимой на то причины. Но объективная вероятность такой внезапной остановки сердца именно у этого человека ничтожно мала, а имеет место надуманная, мнимая, нафантазированная опасность для жизни, обусловленная ложными мыслями и необоснованными опасениями.

А вот другой пример: мать, горячо любящая своего малыша, вдруг ловит себя на мысли, что может его задушить. Мысль эта ужасает её, она не свойственна женщине с позиций её нравственности, не продиктована никакими реальными внешними обстоятельствами, напротив, абсурдна, лишена всякого здравого смысла. Но эта мысль словно заноза, проникнув и цепко укоренившись в сознании, начинает причинять боль своей жертве, которой порой и стыдно признаться кому-то в этом.

Навязчивые мысли возникают часто в ответ на поставленный вопрос: "А вдруг?" Далее они автоматизируются, укореняются в сознании и при неоднократных повторениях создают существенные затруднения в жизни. Чем больше борется человек, желая избавиться от этих навязчивых мыслей, тем более они овладевают им.

Важной причиной развития и самого существования невротического страха является развитое чувственное воображение (мимо чего обычно вскользь проходит специальная, посвященная этой тематике литература). Ведь человек, к примеру, не просто боится упасть с высоты, но и воображает в ужасе, что умрет, всячески "распаляет" вымышленную ситуацию, представляя, скажем, свои похороны, себя лежащим в гробу и пр.

Кроме того, в подобных состояниях имеет место слабость психической защиты (цензуры) из-за природных особенностей или в результате греховного разрушения. Хорошо известен, например, факт повышенной внушаемости у алкоголиков. Сказывается также и отсутствие постоянной внутренней работы по самоконтролю, духовному трезвению и осознанному управлению своими мыслями, детально описанными в аскетической святоотеческой литературе.

Можно также полагать, с большей или меньшей долей очевидности, что некоторые мысли, всегда, кстати, почти ощущаемые как чужеродные и даже принужденные, насильственные, действительно имеют чужеродную для человека природу, являясь демоническими. По святоотеческому учению, человек часто не способен различать подлинный источник своих мыслей, а душа является проницаемой для демонической стихии. Лишь опытные подвижники святости и благочестия, с уже очищенной молитвенным подвигом и постом светлой душой, в состоянии обнаруживать приближение тьмы. Покрытые же греховным мраком души зачастую не ощущают и не видят этого, ибо на темном темное плохо различается. (Святитель Игнатий Брянчанинов говорит о подобных ситуациях следующее: "Духи злобы с такой хитростью ведут брань против человека, что приносимые ими помыслы и мечтания душе представляются как бы рождающимися в ней самой, а не от чуждого ей злого духа, действующего и вместе старающегося укрыться".)

И ещё очень важный момент, касающийся страха, но не вообще, а страха Божия. являющегося величайшей добродетелью и обязанностью человека. Страх Божий имеет разные значения: это и боязнь (страх) наказания от Бога (низшая степень добродетели), и удивление (трепет, ужас) перед величием событий, и благочестивая богоугодная жизнь, и, наконец, как высшая степень страха Божия – совершеннейшая чистота и святость жизни. "Начало мудрости – страх Господень", – говорится в Священном Писании (Пс. 110, 10). "Живя без страха Божьего, нельзя совершать ничего благородного и удивительного", – писал Вселенский учитель Церкви святой Иоанн Златоуст.

Как представляется, именно в страхе Божьем кроется величайшая тайна", а если хотите, и ключ к пониманию истинного целительства многих неврозов: когда человек имеет в душе страх Божий (то есть Высший, Богом данный), этим великим страхом поглощаются все те мелкие, мирские, часто нелепые по своей сути: страх мышей, тараканов, острых предметов и проч. Как большая волна на море поглощает мелкую рябь, так и истинный страх Божий вбирает в себя невротические страхи – фобии. Каждой душе человеческой органически не только присущ, но и необходим страх Божий, но этот великий дар просто извращается и подменяется своего рода животной трусостью.

Аскетическая литература отмечает, что на ранних этапах ду-ховного подвижничества страх Божий (у новоначальных) заключается более в боязни нарушить Божественные заповеди, согрешить, сделать что-либо мерзкое, недостойное, оскорбительное в глазах Бога. Второй этап Божьего страха присущ уже более совершенным подвижникам святости и заключает в себе страх отпасть от Бога, лишиться Его Божественной благодати, святого чистого мира. Ибо это отпадение означает духовную смерть, сообщая душе мрак, тоску, разочарование, чувство бесцельности бытия.

И, наконец, последний аспект, касающийся причин возникновения страха, указание на который находим в самом Священном Писании: "В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучения..." (1 Ин. 4, 18). Вот и ещё один важный ответ, не рассматриваемый в научной литературе. Оказывается, наличие страха в душе и сердце человека означает отсутствие (или недостаток) любви. Задумайтесь над этим поглубже... Возьмем для примера фактические события недавней войны в Чечне. Матери плененных русских солдат ехали туда, где гремели выстрелы, в разгар боевых действий. Невзирая на угрозу для своей жизни, встречались с чеченскими боевиками, умоляли вернуть им сыновей. Что двигало этими женщинами, благодаря чему преодолевали они страх смерти? Ответ очевиден: материнская любовь к своим чадам. Итак, любовь изгоняет страх, "в любви нет страха"!

Теперь поговорим кратко о навязчивых ("компульсивных") действиях. Начнем с одного случая, происшедшего не столь давно. От одной женщины после многолетней супружеской (точнее совместной, ибо брак был невенчанный) жизни вдруг внезапно ушёл муж, как водится ныне, к более молодой. Этот уход женщина пережила очень тяжело. Смириться с потерей супруга она никак не хотела, очень скорбела, жизнь стала постепенно терять свою привлекательность. Женщина эта была якобы крещена во время войны, но не священником и, вероятно, не по полному чину и без миропомазания. Так вот, на каком-то этапе этой душевной драмы вдруг стали появляться мысли о бессмысленности дальнейшего существования, какой-то чужеродный, по восприятию, голос стал постоянно нашептывать, что лучше уйти из жизни, умереть, чем жить так. После долгой и безуспешной борьбы с теми мыслями и очередной встречи с бывшим мужем, поддавшись влиянию этого чужеродного голоса, женщина закрылась на кухне и открыла газ. Но вот что интересно: её бывший муж, уже зайдя в свою новую квартиру, где он стал жить с новой семьей, вдруг ощутил внезапно какую-то непонятную тревогу в душе, и, как признался потом, словно чья-то рука взяла его за плечо, и он сразу неизъяснимо для себя понял, что надо немедленно вернуться на свою бывшую квартиру. Там он открыл дверь, вынес уже потерявшую сознание несчастную на воздух, вызвал скорую, и вскоре жизнь его бывшей супруги была вне опасности. Так одна сила действует на погибель, вторая во спасение!

Характер навязчивых действий может быть очень разнообразным. Нередко они имеют вид какого-то привычного ритуала и подобным же образом повторяются, вопреки логике и необходимости. Например, навязчивое мытье рук, ритуалы при раздевании и одевании, бессмысленные переставления мебели, пересчитывание денег без нужды, постукивания, покачивания или избегание каких-то определенных предметов, повторение при встрече с кажущимся злом обязательно каких-то определенных слов и действий.

Характерным является появление некоторого облегчения после исполнения навязчивого действия, однако облегчение это временное, и вскоре вновь возникает болезненная потребность повторения, и все начинается сначала.

Очень важным моментом в понимании природы навязчивых действий является упомянутая выше чужеродность, даже принудительность к свершению чего-либо, помимо разума и воли человека. Вот как пишет об этом епископ Варнава (Беляев) в своем труде "Основы искусства святости" (т. 1): "Откуда же насильственность, если человек всеми силами души отгоняет и не хочет, считает элементом чуждым и болезненным? Ясное дело, от другой духовной сущности, злой и нечистой. Понятна эта нелогичность в мыслях, понятна эта тирания, о которых говорят сами же ученые, понятно это облегчение после совершенного (то есть диавол отходит, доводя человека до того, до чего ему было надобно), понятно и мучительное раскаивание, ибо совесть все-таки мучит человека".

В особо тяжелых случаях, именуемых замечательным русским философом Иваном Ильиным "сатанизмом", в отличие от более легкого поврежденного состояния, обозначенного Ильиным как "демонизм", человек становится как бы проводником антибожественной стихии, одержимым не только нравственно, но и физически (кстати, дословный перевод термина навязчивости – обсессии – с латинского языка означает "одержимость"). Тогда человек уже не владеет собой и становится своего рода, как теперь говорят, биороботом (вспомните, к примеру, ритуальное убийство трех монахов Оптиной Пустыни; убийца позже признался, что какая-то чужеродная сила влекла его к этому убийству и он не мог противостоять ей).

О подобной силе, завладевающей волей и сознанием, нередко упоминают и другие преступники. Это, впрочем, обычно не приводит к устранению их от судебной ответственности под предлогом психического нездоровья, как это было в случае с убийцей монахов Оптиной Пустыни. О насильственном "чужеродном" непреодолимом влечении упоминают также больные наркоманией и алкоголизмом. Что за сила стоит за всем этим, думается, понятно...

Какие же рекомендации можно дать по лечению невроза навязчивых состояний на основании святоотеческой литературы?

Они близки к подобным в лечении неврастении. Вместе с тем особенно важными здесь будут:

      1. Обязательно строгое соблюдение постов и молитва. "Сей же род изгоняется только молитвою и постом" (Мф. 17, 21).

      2. Посещение святых мест, православных обителей, славящихся традициями экзорцизма. В Воронежской епархии, например, это Задонский мужской Богородицкий монастырь, где покоятся чудотворные мощи святителя Тихона Задонского. Надо сказать, и в наше время, по словам насельников этой святой обители, немало страждущих получают помощь и исцеление по молитвам Святого Угодника Божия.

      3. Употребление богоявленской воды с просфорами (и вообще окропление богоявленской водой жилища, самого больного, его личных вещей...).

      4. Обязательны Святые Таинства (причащение Святых Тайн, Елеоосвящение) и как можно более частые исповеди у духовника.

      5. Чтение Священного Писания (особенно Евангелия) и святоотеческой литературы, с последующим переосмыслением прочитанного.

      6. Заучивание на память и чтение специальных псалмов и молитв (по благословению духовника).

      7. Сорокоусты, поминания за здравие болящего на Божественных литургиях, заказывание молебнов святым, чье имя носят болящие, а также святому Пантелеймону, святому Николаю Чудотворцу и некоторым другим небесным покровителям.

      8. Необходимо вырабатывать неусыпное внимание по отношению к самому себе. Святой Игнатий Брянчанинов писал: "Душа всех упражнений о Господе – внимание. Без внимания эти упражнения бесплодны, мертвы" (т. 1, с. 296).

      9. Фитотерапия и некоторые иные естественные природные целебные средства (желательно по предписанию православных врачей).

      10. По возможности, активный физический труд.

      11. Самопознание. Духовное совершенствование. Укрепление веры.

      12. Частые сообщения с благочестивыми православными христианами (или идущими в этом направлении).

      13. И конечно же, внимательное пересмотрение нынешнего образа своей жизни с последующим соответствующим исправлением, например отказ от курения, чревоугодия, освобождение от теленаркомании, политических или иных пристрастий и пр.

Истерия

Название этого невроза происходит от греческого слова "матка". В глубокой древности считали, что истерией страдают только женщины. Об истерии писали ещё знаменитые врачи древности Гиппократ (I в. до Р. X.), Ион Сина (Авиценна (Х-Х1 вв.) и др.

В более поздние времена ею занимались такие крупные ученые просвещенного Запада, как Жан Шарко (1825-1893), Пьер Жане (1859-1947) и, наконец, отец "сексуального материализма" Зигмунд Фрейд (1856-1939).

Начиная с конца XIX века атеистически ориентированные ученые пытались доказать, что никакой одержимости и беснования в природе не существует, а все это лишь проявления истерии. Подобного взгляда в России придерживался, к сожалению, В. М. Бехтерев (1857-1927), в одной из своих научных работ даже пытавшийся утверждать, что все евангельские чудеса Спасителя, касающиеся исцелений и воскрешений из мертвых, объясняются истерическими состояниями поверивших во Христа людей. В. М. Бехтерев был крупным русским ученым, занимался психиатрией,неврологией, психологией, однако свои исследования строил, исходя из сугубо материалистических позиций, что не могло не отразиться на его научных изысканиях.

К сожалению, и в наши дни официальная медицина не разделяет душевные недуги от духовных (на радость всему демоническому миру) и многих бесноватых людей пытается лечить, то инсулином, то гипнозом, то химическими препаратами, а в последнее время ещё и оккультными методами (медитация, метод Станислава Грофа и пр.).

Утверждают, что мы живем сейчас в просвещённое время. Однако как можно объяснить одной истерией, что человек и в наши дни не переносит ничего святого (икон, каждения, колокольного звона, церковных песнопений)? Что за странная такая аллергия обуревает этих людей в храмах, когда начинает ломать все тело, помимо воли "крутит какая-то сила", нередко человек неожиданно для себя начинает извергать вопли, ругательства, богохульные слова. Даже дети порой обретают необычайно большую силу, употребляя её против священных предметов, так что иногда пятеро-шестеро взрослых с трудом могут совладать с младенцем или с хрупкой с виду женщиной...

Какая ненависть заставляла в годы Октябрьской революции разрушать великолепные храмы (построенные, кстати, нередко на народные деньги), осквернять их. устраивать невиданный разврат (о котором стыдно говорить даже в общих чертах), отдавать храмы под конюшни? Более того, как объяснить довольно странную реакцию некоторых страждущих после приема внутрь богоявленской воды, не знавших, что они пьют? А о таких случаях приходилось слышать неоднократно.

Об одержимости дьяволом и бесноватости вновь заговорили в последние годы во всем мире. Запад быстро отреагировал на это массовым тиражированием книг, фильмов, спектаклей по демонологической тематике. И вот уже на экранах: "Изгоняющий диавола", "Омен" и другие "киношедевры", где зерна истины утопают в море лжи и безудержной фантазии авторов.

Но вернемся ближе к самой истерии, занимающей совершенно особое место среди неврозов. Какие же основные черты (признаки) этого страдания? Это прежде всего:

      1. Легкая переменчивость настроения.

      2. Желание жить по-особому, не как все.

      3. Чрезвычайно выраженный эгоизм в сочетании с какой-то удивительной детской наивностью (инфантилизмом, как говорят учёные).

      4. Лживость, актерство, плаксивость, стремление быть в центре внимания (эгоцентризм), желание казаться чем-то большим, чем есть в действительности, и другие признаки.

Больные истерией нередко жалуются на ощущение комка в горле, нарушение сна, всевозможные спазмы, самые разнообразные боли, чем нередко вводят в заблуждение даже опытных врачей. Всех проявлений и не перечесть. Они существенно меняются под влиянием моды и духа времени. Например, в старое время барышни очень часто падали в обморок (при малейших волнениях, от избытка чувств и пр.). Сейчас редко увидишь подобное. Исчезли куда-то и классические истерические припадки, сопровождающиеся, как при эпилепсии, судорогами, реже наблюдаются потеря чувствительности, истерические слепота, глухота, параличи...

Французский врач Жан Шарко, прославившийся своими исследовательскими работами в области неврозов, называл истерию "великой симулянткой" из-за исключительной способности к актерскому воспроизведению почти любого заболевания.

Надо отметить, что существует и бытовое (не медицинское) представление об истерии и истериках. В данном случае имеют в виду обычно несдержанных, конфликтных людей, которые закатывают сцены (истерики), плачут, ругаются, кричат.

С медицинских же позиций подобные явления вовсе не обязательно говорят об истерии, но могут быть присущи и всякому человеку, например, при потере самоконтроля или вследствие распущенности.

Что же скрывается за истерическим неврозом в своей основе? Безусловно, серьезное нездоровье души. По словам священника А. Ельчанинова, "истерия есть разложение личности, и оно освобождает огромные, пагубные своей разрушительной силой количества энергии, как в распадающемся атоме". С позиции святоотеческого учения здесь можно усмотреть проявления таких греховных страстей, как гордыня и тщеславие в сочетании с чувственной эмоциональностью и болезненно усиленным воображением. Истерия и беснование не одно и то же, однако, безусловно, при истерии почва для бесов подготовлена как нельзя лучше, ибо диавол – "отец лжи", а все истеричные – лживы; диавол, по словам святых отцов. – "живописец" и "обезьяна", а подражательность, актерство и болезненное художественное воображение характерны при истерии. Падение диавола произошло из-за тщеславия и гордыни, и здесь сходство налицо... При истерии, как уже подчеркивалось выше, происходит болезненное расщепление (диссоциация) душевных сил, при этом теряется не только их гармония, но и начинают страдать мышление, чувства и воля. Мышление уклоняется в сторону мнимого заболевания, чувства либо резко угнетаются (до полной анестезии). либо, напротив, усиливаются (один пациент жаловался, что "кот топает"), воля ослабевает, и человек самостоятельно никак не может "взять себя в руки".

Ввиду большой распространенности истерии в актерской среде нашего времени почти все театральные постановки и кинофильмы буквально нафаршированы истеро-эпилептическими сценами. Вот уж где поистине разгул страстей! В одном из газетных интервью известный русский актер Проховщиков заметил, что все, что создается ныне актерами, больше напоминает жизнь психически больных людей. Очень отрицательно отзываются и о самом искусстве лицедейства актрисы Е. Васильева и Л. Стриженова, считая сцену местом для растления души*. Думается, что театр во все времена был тем искусственным миром падшего человеческого разума, где истер*ия находила своё место и предназначение во всей полноте, ибо могла как нигде лучше реализовать тут греховные страсти аномальной больной души!

Истерические больные обладают часто тончайшей интуицией, чрезвычайно хитры, изворотливы, настойчивы в достижении своих целей. Они же. в основном, и являются главным поставщиком всевозможных медиумов, гадалок, предсказателей, а также основателей новых сект и соблазнительных учений. (По крайней мере автобиографический материал из жизни основательницы теософии Елены Блаватской или американки Мэри Бекер Эдди, основавшей христианскую секту сайентистов, явно говорит об этом.)

Огромное количество современных больных, переполняющих наши поликлиники, составляют именно больные истерией. Они же чаще всего проходят у врачей как страждущие дистонией, остеохондрозом, энцефалопатией и иными болезнями и синдромами (согласно моде и духу времени). При этом они нередко получают группы инвалидности, а с ними и желаемые льготы... Издавна замечена взаимосвязь истерии с эротическими чувствами, а с позиции Православного учения здесь можно говорить ещё об одной страсти – блудной. Многие исследователи подчеркивают также, что при истерии происходит "желательное бегство в болезнь", то есть своего рода симулянт-ство (правда, как считают ученые, часто на неосознанном, подсознательном уровне). То есть болезнь здесь является своего рода защитой от тех или иных жизненных трудностей или способом ухода от конфликтной ситуации.

Как же лечить истерию? Единственно правильный путь здесь лежит через истинную веру, покаяние и исправление своей жизни согласно евангельским заповедям, наиболее полно раскрытым в святоотеческом учении. Все иные пути могут быть оправданы лишь как промежуточное звено к вышеуказанному. Больной должен обязательно осознать и сам отказаться от всего лживого, матерного, нарочитого, театрального, от всякого притворства, преувеличения, неискренности (то есть всего греховного, даже в мелочах). Неоценимую услугу здесь оказывает святоотеческая литература, где мир подвижников святости совершенно лишен истерических пороков и служит идеальным образцом для подражания в постижении истинного предназначения человека; где познается величие нравственной красоты, терпение и стойкость при встрече с трудностями.

Иными словами, в первую очередь истерическим больным необходимо приобщиться к духовной жизни со всеми её высокими требованиями к себе и духовной дисциплине. Кроме того, в лечении истерии будут пригодны и некоторые лекарственные средства, полезен физический труд и общение с благочестивыми людьми, а также те рекомендации, которые давались при лечении других неврозов.

Нередко среди неврозов выделяют ещё две формы. Это ипохондрический и депрессивный неврозы. Ипохондрия означает чрезмерный уход в болезнь. Это синдром "мнимого больного" или значительное преувеличение действительно имеющих место расстройств в здоровье. Тут налицо такие проявления, как постоянное копание в своих ощущениях, устремленность мыслей и представлений преимущественно к проблемам своего здоровья, иногда же полная убежденность в наличии у себя какого-либо опасного заболевания, которое не находят врачи. Со временем такие пациенты становятся "притчами во языцех" для медиков, совершенно непереносимыми для своих близких и окружающих. Они постоянно щупают свой пульс, измеряют кровяное давление, бесконечно сдают анализы, делают ЭКГ (электрокардиографию), носятся с лекарствами и медицинскими рекомендациями. Обычно это люди неверующие в Бога (или маловерующие), ибо ипохондрия есть не что иное, как сотворение кумира, которым в данном случае становится собственное здоровье (то есть опять-таки происходит подмена Бога тварным, тем самым нарушается ветхозаветная заповедь, данная человечеству Богом ещё через пророка Моисея). Здесь налицо также извращенная форма любви – в виде любви к себе ("аутоэротизм"). Многие исследователи отмечают, так же как и при истерии, "желательное бегство в болезнь" от житейских трудностей.

Известно, что эгоизм привносит в жизнь человека серьезные проблемы и нередко приводит к болезням, причем не только душевным, но и физическим. Живя собой, человек обрекает себя же на страдания. Отказываясь от себя и живя для других, становится счастливым, ибо истинное счастье – это жить для Бога и ближних наших.

И наконец – депрессивный невроз. Он возникает чаще всего после жизненных сложностей, когда человек впадает в уныние, тоску, печаль. При этом снижается настроение, все предстает в мрачном свете, ничто не радует, иногда при этом все " раздражает. Очень часто подобное возникает, когда жизнь пошла "не по тому сценарию", как хотелось бы, когда не осуществилось желаемое, произошел какой-то конфликт, нанесена была та или иная обида... И вот такой больной идет к врачу, который '? выписывает ему, к примеру, успокаивающие и улучшающие настроение препараты для искусственного облегчения страдания, ; уменьшения душевной боли. Но при этом часто совершенно не лечится больная душа и человек лишь уводится в сторону от * страданий, имеющих почти всегда врачующий смысл...

Итак, истинная причина депрессивных расстройств, как правило, опять-таки в совершаемых перед тем грехах и беззакониях. Святые отцы считали, что в основе всех душевных страданий лежат гордыня человеческая и другие страсти. Поэтому, чтобы избавиться от невроза, надо всячески смирять себя, считая достойным не только похвалы, но и поругания. Завышенный уровень требований (притязаний), не осуществившихся в реальной жизни, всегда оставляет в душе чувство неудовлетворенности, печали, горечи, порой неосознанной в своей истинной причинности тоски. Имеют значение в развитии депрессивного невроза и предшествующие праздность, бездеятельность, пустое препровождение времени.

Следовательно, согласно святоотеческому учению, в основе этого невроза лежат эгоизм, гордыня, страсть печали. Истинное же христианство проникнуто, напротив, духом светлой радости, надежды, веры и любви. Гонимое – оно не печалится, терзаемое – за все благодарит Творца, уничижаемое – молится за врагов своих, одинаково приемлет успех и поругание, старается служить Богу и искать славу у Бога, а не у человеков.

Великую радость дают добрые дела, забота о ближних, отказ от самого себя. (Живите так, как будто вас нет на белом свете, советовал своим духовным чадам подвижник благочестия последних времен отец Алексей Мечев.) Применительно к вышесказанному вспоминается одна древняя христианская молитва, текст которой приводит в своих сочинениях архиепископ Иоанн (Шаховской):

Господи, Боже мой, удостой меня быть орудием мира Твоего,

чтобы я вносил любовь туда, где ненависть,

чтобы я прощал, где обижают,

чтобы я соединял, где есть ссора,

чтобы я говорил правду, где господствует заблуждение,

чтобы я воздвигал веру, где давит сомнение,

чтобы я возбуждал надежду, где мучает отчаяние,

чтобы я вносил свет во тьму,

чтобы я возбуждал радость, где горе живёт.

Господи, Боже мой, удостой:

не чтобы меня утешали, но чтобы я утешал,

не чтобы меня понимали, но чтобы я других понимал.

не чтобы меня любили, но чтобы я других любил.

Ибо кто даёт – тот получает,

кто забывает себя – тот обретает,

кто прощает – тот простится,

кто умирает – тот просыпается к вечной жизни.

Вот кратко и всё относительно неврозов, их истинной природы и лечения с позиций святого православного учения.

ДУХОВНЫЕ АСПЕКТЫ СТРЕССА

Возлюби ближнего твоего как самого себя.

(Мф. 19, 19)

Заслужи любовь ближнего.

Ганс Селье

Слово "стресс" в последние несколько десятилетий стало чрезвычайно употребимым практически во всем мире. О происхождении самого термина нет единого мнения. Некоторые исследователи считают, что произошел он от латинского "з^ппдеге" (затягивать), другие усматривают преемственность от старофранцузских и английских слов различного значения (от "давления* и "напряжения" до "горя", "истощения", "несчастья", – в переводе на русский язык).

Автором современного учения о стрессе является канадский патофизиолог, лауреат Нобелевской премии Ганс Селье (1907-1982). Он определял стресс как "неспецифический ответ организма на любое предъявленное ему требование".

Существуют и другие, весьма многочисленные и существенно отличные по смыслу определения стресса (что само по себе говорит о некоей туманности нынешнего научного взгляда на проблему). Вот некоторые из них, наиболее простые, как представляется, по восприятию: "Стресс – это реакция организма на значимый раздражитель", "Любое влияние, которое нарушает естественное равновесие организма" (в том числе физические ранения, различные воздействия, лишения, эмоциональные расстройства и пр.). Интересно, что последнее определение, заимствованное из медицинской энциклопедии "Пингвин", Лондон, по сути полностью совпадает с определением, которое дает знаменитый русский терапевт С. П. Боткин (1832-1889) касательно болезни вообще: "Всякое нарушение равновесия, не восстановленное приспособляющейся способностью организма, представляется нам в форме болезни... Реакция организма на вредно действующие на него влияния внешней среды и составляет сущность болезни".

В медицинскую науку термин "стресс" был впервые введен Гансом Селье в 1936 году. В общественное же сознание понятие о стрессе вошло несколькими десятилетиями позднее и стало чрезвычайно употребимым и даже модным словечком.

Если в Англии слово "стресс" было в ходу уже в XIV веке (так, старый английский поэт Роберт Маннинг ок. 1303 года писал: "И эта мука была манной небесной, которую Господь послал людям, пребывавшим в пустыне сорок зим и находившимся в большом стрессе"), то на Руси о нем не ведали и испокон века обходились другими понятиями: "утомление", "страдание", "труждание", "тягота" и пр. Но мода есть мода.

И заразительность ею не уступает величайшим эпидемиям, известным в истории человечества. И вот уже и школьники наши рассуждают о стрессе в период экзаменов, и в транспорте нередко можно услышать о нем, а уж научной литературы по этой теме и не счесть, как говорится "хоть пруд пруди".

Ганс Селье утверждал, что радость, печаль, холод, жара, лекарства, разного рода стихийные бедствия – могут вызывать совершенно одинаковые биохимические сдвиги в организме, особенности которых он тщательно изучал. Он попытался также перенести ряд открытых им закономерностей на общественную жизнь, разработав своего рода целую философскую систему, где, кроме всего прочего, посягнул на евангельские слова Спасителя: "Возлюби ближнего как самого себя" (Мф. 19, 19), сочтя их неприемлемыми в реальной жизни и предложив свой вариант нравственной заповеди: "Заслужи любовь ближнего". Этим, конечно, ученый показал лишь непонимание сути и глубины христианства, полноты и совершенства евангельской любви.

Теперь попытаемся взглянуть на проблему стресса с иной плоскости. Так ли нова суть обсуждаемого вопроса? Конечно же нет. Возвращаясь к учению святых отцов о страстях, в более широком смысле, мы найдем в толковании значения слова страсть – "страдание вообще". Кроме того, святые отцы (например, св. Иоанн Дамаскин) отмечали, что есть и беспорочные страсти ("естественные и беспорочные страсти": голод, жажда, утомление, труд, слезы и т. п.).

Порабощение страстями всегда говорит о болезненном, негармоничном, несвободном состоянии человека. Страсти оказывают влияние на всю (и телесную и душевную) жизнь человека, нередко вызывают разнообразные болезни и даже смерть.

Конечно, святые отцы не занимались биохимическими исследованиями людей в период их страстных переживаний, им (святым подвижникам) неведомо было о повышении уровня адреналина, серотонина, сахара и других специфических компонентов в крови в периоды страданий. Зато они представляли ясно пути выхода из подобных состояний, не смешивали в одну кучу греховные и негреховные страсти, не искали мнимого врага вовне.

В наше же время в понятие "стресс" (с психологической точки зрения) вошли чуть ли не все неприятные и тягостные для человека явления: ссоры, конфликты, обиды, печаль, переутомления, зависть, разочарование и пр. Границы стресса чрезвычайно размыты, не случайно сам Селье утверждал, что пока человек жив – он находится в состоянии стресса. Греховные страсти остаются неведомыми нехристианским ученым. Зато найден некий мистический новый невидимый универсальный враг человечества по имени "стресс", с которым наука пытается бороться. Какими же способами? Самыми разнообразными – от аутотренинга, массажей. бань, транквилизаторов до путешествий, медитаций и специальной "противострессовой диеты". Сами же люди по старинке прибегают нередко к водке, а в последнее время многие пристрастились и к наркотикам.

Кризис безверия неоязыческого мира и продолжающееся нравственное падение создают все более удушливую, непереносимую атмосферу бытия. Жизнь продолжает усложняться, растут информационные, психические перегрузки, создается все больше всевозможных помех для живущих в погоне за чувственными удовольствиями и благами мира сего. Усугубляется всеобщая греховность ("мир сей" буквально погрязает в грехах, имя которым легион). Самими государствами культивируются условия для новых соблазнов, а с ними и умножение греховных страстей.

Слава Богу, что природа ещё каким-то чудом до поры до времени сохраняет хрупкое равновесие, но надолго ли?

"Стресс – это аромат и вкус жизни", – провозглашает Ганс Селье. Скоро от искусственно созданных ароматов и дышать-то уже будет нечем!

Святые отцы учат принимать любые события в жизни стойко, мужественно, благодаря за все Бога и радуясь. Вместо искусственного с размытыми границами и шаткого на поверку понятия "стресс" христианству известны иные, более высокие знания: о покаянии, греховности, страстях, молитве, самопознании и, наконец, о Промысле Божием, без которого не совершается ни одно событие в нашей жизни.

Итак, в философско-психологическом смысле понятие "стресс" не является чем-то принципиально новым для Православия. Более того, через призму святоотеческого учения смысл проблемы видится более ясно и неискаженно, без примешанных мудрствований и отвлекающих от спасения рассуждений, в том числе и касающихся так называемого "стресса".

АУТОТРЕНИНГ. ЗА И ПРОТИВ

Аутогенная тренировка была предложена и создана немецким врачом Иоганном Шульцем на основании некоторых упражнений индийских йогов и личного опыта гипнотерапии в 1932 году. Почти одновременно похожую систему тренировок по саморегуляции разработал и внедрил в лечебную практику американский ученый Джейкобсон. Он назвал свой метод прогрессирующей мышечной релаксацией, которая опять-таки заимствована из йоги и представляет по сути модификацию и интерпретацию "шавасаны" – специальной позы, которую йоги используют для отдыха и восстановления сил.

После некоторого охлаждения к гипнотизму во многих странах мира, начиная примерно с 50-60-х годов XX века началось повальное увлечение аутотренингом в сочетании с релаксацией мышц. Метод оказался эффективным в лечении ряда заболеваний и стал широко применяться в медицине. В психотерапии в какой-то период он занял одно из ведущих мест. В России он в сознании многих людей даже стал ассоциироваться с сущностью самой психотерапии. Пойти лечиться к психотерапевту – это означало посещать сеансы отдыха с мышечным расслаблением и слушать лечебные внушения (или учиться самовнушению).

Однако мода на аутотренинг постепенно стала проходить, и на смену ему появились всевозможные методики, в том числе явно мистического плана. И все же в истории психотерапии аутогенная тренировка оставила свой заметный след, прежде всего благодаря простоте исполнения (не нужно специальных приспособлений, особых условий и длительного времени). Достаточно хорошо воспринимают аутотренинг (АТ) даже дети, причем всего за несколько недель. АТ не дает, как правило, побочных реакций, противопоказания для его применения весьма невелики. Одно время даже складывалось впечатление чуть ли не об абсолютной полезности АТдля большинства населения. Некоторые публикации в прессе рекламировали АТ как метод, с помощью которого можно достичь высоких результатов в спорте, избавиться от стрессов, повысить производительность труда в десятки раз. Однако начиная с средины 80-х годов интерес к АТ пошел резко на спад. Далеко не всем этот вид тренировки помог в жизни; кроме того, он оказался вовсе не столь эффективен в лечении даже тех заболеваний, для которых рекламировался.

Характеризуя суть аутогенных упражнений, следует указать прежде всего на их механический характер, затрагивающий преимущественно телесную сферу. Имеет тренинг, конечно, и отношение к душе, но весьма поверхностное, ибо не включает в себя сокровенную работу по внутреннему очищению, борьбу со страстями, пороками, несовершенствами. Следует откровенно признаться, что даже при достижении полного телесного расслабления и спокойствия душа может оставаться грязной и порочной, а следовательно, и больной. В таком случае какая же это терапия души?

Другой вопрос, стоит ли практиковать АТ в сочетании с духовной жизнью, духовными упражнениями, истинной терапией души. Как представляется, и в данном случае особой нужды в АТ нет. Более важным является достижение внутреннего душевного мира и спокойствия, что происходит прежде всего через смирение. Смирение справедливо называют страсто-убийцей, ибо при достижении этой величайшей добродетели побеждаются все страсти.

В святоотеческом учении под смирением обычно понимается состояние, лишенное всякого гордого превозношения, напротив, с принижением (искренним, а не внешним!) себя до того предела, что "ниже уже и упасть некуда", почитание всех окружающих более достойными себя, принятие скорбей и несчастий стойко, без ропота, сокрушение сердца и некоторые другие характерные моменты. Смирение благотворно действует на душу и весь внутренний мир человека, причем изнутри, глубинно. Происходят изменения и в теле, имеющем непосредственную связь с душой. В частности, исчезает чрезмерное напряжение в мышцах тела (релаксирующий эффект, говоря медицинским языком), изменяется выражение лица, становясь открытее, светлее; восстанавливается нарушенное суетой, многозаботливостью, волнениями кровообращение. Смирение приносит великие дарования приобретшим его. Смиренному покоряются не только собственное тело и душевные силы, но и внешние души (в том числе и животный мир, что известно из житий многих святых). Даже хищные звери укрощают свою свирепость и становятся ручными перед смиренным.

Однако смирение – это очень высокий уровень духовного совершенства и является своего рода благодатным высшим даром, оно не может быть получено одним лишь желанием самого человека. Путь же к смирению лежит через смиренномудрие, которое представляет собой, по свт. Игнатию Брянчанинову, "образ мыслей, заимствованный всецело из Евангелия, от Христа". "По мере упражнения в смиренномудрии, душа приобретает смирение". Смирение включает в себя и состояние некоей гармонии (мира) по отношению к Богу, ближним, к себе самому.

В АТ используются приемы, связанные с искусственным вызыванием каких-то образов или картин, обращаются к чувственному воображению.

Святоотеческая психотерапия не приемлет всего этого, как и различного рода мечтания, фантазирование или навязывание пациентам представления несуществующих в реальности явлений и предметов.

Практические наблюдения показывают, что духовная практика, включающая молитву, участие в богослужениях и святых таинствах обычно устраняют необходимость в специальных психомышечных системах тренировок типа АТ.

Возможно, лишь на начальных этапах духовного совершенствования применимы сочетания направленной избирательной телесной саморегуляции с духовными упражнениями.

ГИПНОТИЗМ, ЙОГА И СВЯТООТЕЧЕСКАЯ ПСИХОТЕРАПИЯ

Святоотеческой психотерапии чужды методы, включающие в себя императивное (насильственное) воздействие на личность. Это впрямую относится и к гипнотизму и к другим так называемым психотерапевтическим методикам, использующим так или иначе этот принцип.

Несовместим со святоотеческой психотерапией и всякий вид манерности, лживости, искусственности, представлений себя в качестве чудотворца или кудесника. Чуждо все, что превозносится, бахвальствует, показывает своё мнимое превосходство над другим, что многословно, суесловно, театрализовано – словом, по духу своему не соответствует святоотеческому учению.

Еще митрополит Московский Филарет (Дроздов) писал по отношению к магнетизму (читай гипнотизму): "О магнетизме, когда спрашивали меня, употреблять ли, отвечал я, что христианам даны высшие и вернейшие силы, вера и молитва, а следовательно, пускаться в низший путь, ощупью пролагаемый своемыслием человеческим, есть упадок". Русский врач А. И. Яроцкий (1866-1944) в своей книге "Идеализм, как физиологический фактор" (1908 г.) писал относительно гипнотизера: "Наконец, задача его заключается в том, чтобы сломить сопротивляемость больного приказанием извне, а это соответствует понижению уровня психической личности больного". Гипнотические воздействия ослабляют волю пациента, роботизируют, делают его психологический барьер уязвимым для негативных воздействий извне, насилуют душу человека. Известны и другие побочные действия, в том числе и развитие наркоподобной зависимости пациента от гипнолога.

Гипнотизм подразумевает и несет в себе опасность не только извращенного (неприродосообразного) восприятия действительности, но и усиливает некоторые чувственные переживания, особенно сексуального плана. Так, хорошо известны трансовые гипнотические сексуально окрашенные состояния, которые вызываются почему-то только у лиц истерического типа.

В силу всех перечисленных и некоторых иных причин "гипноз не признает наша Святая Церковь, она знает только благодать Божию" (епископ Арсений (Жадановский).

Даже отец сексуального материализма Зигмунд Фрейд (1856- 1939), создатель антибожественного психоанализа, нашел в себе мужество честно признать непригодность гипнотического метода для серьезной работы с личностью больного человека.

Достаточно осторожно следует подходить и к суггестивным методам (внушению), ибо внушать допустимо лишь правду, а не ложь, выдаваемую за правду. Посмотрите, к примеру, последние книги Георгия Сытина, пытающегося модифицировать и даже окрасить в молитвенно-религиозные тона метод, предложенный ещё в начале этого столетия французским аптекарем Эмилем Куэ. Так называемые сытинские божественные настрои, состоящие из бравурных наборов всевозможных позитивных утверждений, включающих даже омоложение, рост новых зубов, якобы исцеление всех больных органов и пр., по сути своей есть пародия на молитву и содержат в себе кощунственные невежественные моменты по отношению к истинно Божественному и допустимому для православного христианина.

Вместо того, чтобы тратить напрасные силы на внушение того, чего нет в действительности, гораздо важнее подвести страждущего к верному восприятию ситуации, помочь ему восстановить остроту греховного видения, устранить принципиальные препятствия, мешающие реальному восприятию жизни.

Во всех случаях наиболее важную роль играет не то, что говорится, а как говорится, и главное значение, конечно, принадлежит самой личности психотерапевта, его духовному облику, состоянию и степени чистоты души самого целителя.

Если же говорить о недирективных психотерапевтических сеансах отдыха (не путать с гипнозом), где слово психотерапевта ненавязчиво, без нажима и насилия помогает успокоиться, настроиться на мирную волну, то, быть может, такие сеансы и возможны, если проводятся, например, на фоне духовной музыки или музыки классического умиротворяющего звучания. Но и в данном случае психотерапевту следует помнить о возможности спонтанных трансовых состояний, что совершенно недопустимо, а также о нежелательности развития чувственного воображения и фантазий. Следует не наркотизировать пациента душевным дурманом, а пробуждать духовно, лечить словом Истины, а не иллюзиями чуда, взывать к правде Божией, а не к суетным призрачным благам и удовольствиям.

Вся наша жизнь построена на внушениях и самовнушениях, содержит она и житейский гипноз, под влиянием которого все мы в той или иной степени находимся. Ложь проникла в слово, исказив его Божественное предназначение. Святоотеческая психотерапия стремится избежать лжи и пустословия. Стоит ли повторять, какие высокие требования должны быть предъявлены к самому психотерапевту, какой образ жизни он должен вести, как над собой работать, как верить, молиться, любить и пр.?

Ещё преподобный IV века Иоанн Прозорливый, подвизавшийся в Серидовой обители, писал о качествах, необходимых врачу-христианину: "Сострадать же больным и помогать им врачеваниями – доброе дело", и "врач, пекущийся о больном, получает награду" от Бога. "Но для всего этого надобно, чтобы он был благочестив, чтобы как сам питался таинствами Святой Церкви, так и своим пациентам не только не запрещал бы того же, но и первым делом советовал бы. Он должен быть смиренным и думать не о своей славе, а о Божией, помня, что для того Он и дал людям знания, чтобы прославляли в чудных делах Его" (Сир. 38,6; епископ Варнава).

Тематические высказывания

Оптинские старцы о гипнозе

      1. Ужасное дело этот гипноз. Было время, когда люди страшились этого деяния, бегали от него, а теперь им увлекаются... извлекают из него пользу (отец Нектарий).

      2. И ведь вся беда в том, что это знание входит в нашу жизнь под прикрытием как будто могущего дать человечеству огромную пользу (он же).

      3. Гипноз – злая, не христианская сила (отец Варсонофий).

      4. Если же вы, оставив Бога, прибегнете к магнетизму – противоестественному средству,- то я уже ничего не могу вам сказать (отец Макарий).

Йога

Известное изречение "Свет идет с Востока" стало своеобразным компасом нашего времени для многочисленных искателей истины. Не обошло это увлечение и Россию.

Специфической особенностью древневосточных философских концепций является очень глубокий пристальный взгляд на человека, но не как на изолированный объект, а в неразрывном единстве с природой и вселенной. Мыслители Востока исходили из идеи единства сущности внутреннего мира человека (микрокосма) и всего мирового пространства и материи (макрокосма), по аналогии с тем, как капля океана есть частица огромного водного пространства и заключает в себе его основные свойства*. (Сравните евангельское "Царствие Божие внутри вас есть". Л/с. 17,21.)

Древнеиндийской философии присуще стремление к истине в осознании первопричин зарождения жизни, смысла самого существования человека на земле. "Индия – страна, где впервые пробудилось в людях стремление к сознанию абсолютной истины и в которой это сознание остановилось на своем первом моменте, как бы окаменелое дошло оно до нас...", – писал Белинский.

Древнеиндийское учение под названием йога возникло не позднее И-1 вв. до Р. X. Сам термин трактуют (переводят) обычно как "соединение, связь, слияние". По сути дела это философско-религиозная система, требующая от последователей следования аскетическому образу жизни, граничащему подчас с крайностями. Ориентирована йога на внутреннее развитие, совершенствование и самодисциплину для достижения особых "высших" состояний.

Индийские йоги достаточно глубоко изучили психофизические особенности человека, овладели в совершенстве способами саморегуляции (что, впрочем, имеет отношение более к телесной составляющей, менее к душевной и практически не затрагивает в положительном плане духовную сторону, а напротив, обедняет и анестезирует последнюю). Физическая йога, известная под названием "Хатха-йога", поражает своей виртуозной акробатической изощренностью, впрочем, как и изяществом, при мастерском исполнении. Некоторые из морально-этических правил йогов, включающих в себя две ступени: Яма и Нияма,- близки или имеют аналогию с христианскими заповедями. Вместе с тем Индии не дано было знание истинного Бога, каким является Христос, интуитивные устремления древних подвижников истины к высшему завершаются не спасением души, а мистически-трансовым состоянием, известным под названием Самадхи.

"Йога" близка индусам, ибо возникла в этой стране, несет своеобразный колорит, органична с верованиями индийцев, их культурой. В России же она далека от строя русской души, чужда нашему духу, обычаям. Некоторые из упражнений Хатха-йоги, возможно, и могут быть полезны в профилактике и лечении ряда заболеваний, однако не следует забывать, что ряд упражнений несет в себе определенную символику, в том числе языческого культового плана. Так, внешне безобидная разминка йогов, известная под названием "Сурья Намаскар" ("Здравствуй, солнце"), состоящая из двенадцати последовательных упражнений, – является поклонением древнеязыческому культу солнца, почитавшемуся как божество. Такое культовое поклонение, по понятным причинам, неприемлемо для христиан, поклоняющихся только Христу.

При внешней схожести рекомендаций, касающихся питания, имеются существенные различия в христианском и йоговском подходе к диете и набору пищевых продуктов. Христианство традиционно имеет тенденцию к сухоядению и существенно приближается к полному вегетарианству лишь в монастырской кухне и во время предназначенных постов. Йога, например, рекомендует обильное питье (десять-двенадцать стаканов в день) и требует полного отказа от мяса, допуская ежедневно прием иных продуктов животного происхождения (в частности, молочных).

Христианские посты более физиологичны, чем йоговские диетические рекомендации или модные системы голоданий, пропагандируемые в наше время; они лучше подходят к условиям нашей жизни, легче переносятся организмом, вызывают меньше осложнений и возможных негативных отклонений в здоровье даже при чрезмерностях в применении.

Имеются определенные опасения и относительно знаменитых перевернутых йоговских поз (асан). Это далеко не безобидные упражнения, особенно для лиц пожилого возраста. Из-за мощного перераспределения крови и нагрузки на сосуды мозга они требуют предельной осторожности и постепенности в усвоении. Кроме того, символика "наоборот" характерна для демонологии.

Совершенно неприемлемы для христианства случаи добровольного ухода из жизни некоторых йогов, якобы посчитавших свою миссию на земле исполненной и волевым усилием прекративших свою жизнь. Примером может служить случай с Йо-гонандой, ушедшим из жизни в 1958 году в состоянии маха-самадхи. С позиций Православия это не что иное, как самоубийство, а не демонстрация своего могущества над жизнью.

Путь йоги есть пленительное заблуждение, уводящее в мир иллюзий и бесплодных аскетических и акробатических телесных манипуляций, искажающее истинное восприятие мира и уводящее от спасения.

ЭКСТРАСЕНСОРИКА

Мода на экстрасенсорику и биоэнерготерапию пришла в Россию сравнительно недавно – в середине 70-х годов этого века, достигла своего пика к концу 80-х годов и пошла на убыль к середине последнего десятилетия. У истоков новых направлений в целительстве, связанных с непосредственным энергетическим влиянием на больного, стояли разные люди, но наибольшую известность получила, безусловно, Джуна Давиташвили, совершившая стремительную, можно сказать, головокружительную карьеру от массажистки до знаменитой во многих странах мира целительницы. Правда, все новое на поверку оказывается нередко всего лишь искусной интерпретацией хорошо забытого старого, и, если повнимательнее рассмотреть способы лечения праной индийских йогов, магнитизацию австрийского врача Месмера и оккультную терапию немца Рудольфа Штейнера, мы не увидим существенно большого отличия от биоэнергетического метода лечения, предложенного Джуной, за исключением чисто технических моментов и некоторых мануальных (ручных) способов диагностики.

Привнесение биоэнерготерапии в медицину вызвало буквально переворот и даже смятение в научном мире, да и в общественном сознании. Биоэнерготерапер"-ы буквально ворвались в нашу жизнь, к ним потянулись страждущие и утратившие было надежду на выздоровление тысячи и тысячи больных. Консервативная советско-российская наука стала все более и более уступать настойчивому натиску представителей нового вида врачевания. В поликлиниках появились спе-циалисты-биоэнерготерапевты, возникли целые школы, институты и даже академии экстрасенсорного направления. Существенно изменилось в сторону позитивного принятия и общественное мнение. И только Православная Церковь ни под каким предлогом не приняла, не благословила новшество, ни по форме, ни по содержанию. Более того, среди хора хвалебных од чудотворцам-экстрасенсам лишь один голос звучал непоколебимо "строго и непреклонно осуждающе. То был голос Русской Православной Церкви, сумевшей на духовном уровне распознать ложь, обман, прельщение и даже пагубу, касательно как больных, так и самих "целителей". её (Церковь) обвинили и продолжают обвинять в ортодоксальности, консерватизме и даже средневековом мракобесии. Но практически не один из священнослужителей не склонился в иную сторону. Экстрасенсорика и Православие оказались вещами совершенно несовместимыми; и досужие вымыслы о том, что иерархи Православной Церкви тайком пользуются услугами экстрасенсов конечно же не соответствуют истинному положению вещей и пускаются с вполне понятной целью.

Чем же объясняется подобное убеждение Православной Церкви о нежелательности и даже греховности увлечения подобным видом целительства? Ведь официальная наука как будто бы подтверждает во многих случаях эффективность биоэнер-готерапии, о чем имелось уже немало сообщений в прессе. Ответ на этот вопрос не так прост. Тем не менее, не обладая ни специальными лабораториями для исследования, ни клиническими данными, Православная Церковь за почти двухтысячелетний период выкристаллизовала и накопила глубокие духовные познания, позволяющие точно реагировать и различать суть новых явлений общественной жизни, в каких бы масках и костюмах они ни являлись к нам. Кроме того, за много столетий до времени, в котором мы живем, святыми отцами Церкви уже была открыта и описана удивительно стройная теория о природных энергиях, исходя из которой нетрудно оценить характер биоэнергетических манипуляций, столь популярных ныне.

Так, согласно писаниям св. Максима Исповедника, этого удивительно глубокого мыслителя раннего христианства (582- 662 гг.), все природные энергии могут быть гомогенные (однородные) и гетерогенные (неоднородные). Кроме тварной (то есть созданной Богом энергии) существует ещё и нетварная энергия – Благодать (по лат. СгаНа). Благодать, как явствует из самого названия, есть не что иное, как благой дар Самого Бога. Жизнь человека есть тоже Божественный дар (Ога11а уИа). А весь видимый мир суть энергии, ибо тварен, то есть создан Творцом. Все биологические особи (в том числе и человек) заключают в себе энергии.

Живем мы, постоянно соприкасаясь и взаимодействуя своими биоэнергоструктурами. Таким образом, можно сказать, что жизнь есть способ существования энергий, а не белковых тел, как утверждали классики марксизма. Взаимодействия между носителями энергий происходят постоянно, даже неосознанно. Возможно и осознанное энергетическое воздействие одного человека на другого. Однако здесь надо иметь в виду следующие моменты: та энергия, которую человек передает другому, всегда тварна и очень часто существенно загрязнена. Кроме чисто физического компонента, который можно замерить даже соответствующей аппаратурой, имеет место сложная, глубинного плана информация (голограмма), которая затрагивает уже душевно-духовные структуры личности. Так, одно | лицо (донор, целитель, активное начало) может передать другому лицу (реципиенту, пациенту, пассивному началу) информацию своих болезней, порочных влечений и даже часть того незримого недуга, именуемого не иначе как грех. Этот более тонкий вид биоэнергообмена автор именует взаимовлиянием душ. Часто это напоминает процесс, происходящий с двумя сообщающимися сосудами, хорошо известный в физике. При этом происходит взаимообмен, где более очищенный (духовно) загрязняется, а загрязненный как бы очищается. Субъективно это выражается в том, что одному человеку становится после контакта с другим лицом легче, а тому, напротив, тяжелее.

Подвижники святости и благочестия достигали качественной перестройки деятельности всего организма, вклЬчая клеточно-молекулярный уровень. Они приобретали способность воспринимать, "вмещать в себя" нетварную Божественную энергию.

Такие люди действительно могли совершать чудесные исцеления, но уже не своей тварной энергией, а посредством благодати Святого Духа. Этой теме посвящена моя книга "Чудесные исцеления", где собранные и приводимые факты, как говорится, сами говорят за себя.

Другой опасностью биоэнерготерапии, с позиции Православной Церкви, является невольное (или хуже того – сознательное) служение антибожественному демоническому миру с его прельщениями и уловками при действительно реальном мощном энергетическом покровительстве. Вот истинная разгадка той силы, которую вдруг начинает ощущать у себя в руках поддавшийся этому заманчивому направлению человек. Настораживает массовость экстрасенсорных увлечений, ибо впоследствии (а есть тому уже немало примеров) многие люди, не обладая истинным духовным опытом и знаниями, становятся буквально игрушками в руках демонического мира. Кроме того, очень часто биоэнерготерапевты после нескольких лет (а иногда всего лишь месяцев) практической деятельности отмечают выраженное ухудшение своего душевного и физического здоровья, а порой испытывают буквально трагические потрясения. Таким образом, интенсивное внедрение в медицину биоэнер-гоцелительства представляется явлением крайне опасным. Гораздо более важно развивать истинно духовные пути врачевания, ибо терапия души более эффективна, нежели экстрасенсо-рика в лечении как физических, так и душевных недугов; кроме того, она не несет в себе осложнений и опасных заблуждений. Следует, однако, уточнить, что речь идет об истинной терапии души, а не подделках и манипуляциях под видом новых методов лечения, а на самом деле представляющих мистические или насильственные способы воздействия.

СОТНИЦА ЗЛАТОУСТОВА

      1. Начальники – те, которые управляют самими собою.

      2. Знание о добре и зле положено в совести всех людей.

      3. Нет, подлинно нет ничего сильнее молитвы и даже ничего равного ей.

      4. Туда, где развратные песни, собираются бесы, а где песни духовные, туда нисходит благодать.

      5. Где злоба и гнев, туда не прилетает Дух кротости.

      6. В клятвах нет никакой необходимости.

      7. Ты гневлив? Будь таков по отношению к своим грехам.

      8. Матерь всех благ и совершительница всякой добродетели – любовь.

      9. Подлинно, ничего не приносит нам столько страданий, как усилившиеся в душе страсти.

      10. Псалом – великий собеседник.

      11. Кто преподает неправое учение, того не слушай, хотя бы он был Ангел.

      12. Будем исследовать свои дела и ни о ком не отзываться худо.

      13. Бедность научает нас и мудрости, и терпению, и всякому любомудрию.

      14. Вожделение дано нам для брака и для деторождения, а не для распутства и растления.

      15. Но греха собственного нет ни одного, который бы происходил из необходимости, но все они зависят от злоупотребления воли.

      16. Бедность по обыкновенному порядку должна производить не леность, а трудолюбие.

      17. Воровство происходит от лености.

      18. Добродетель сообразна с природою, а порок противен ей, как болезнь и здоровье.

      19. Если бы полезно было знать будущее, то Бог не скрыл бы того от нас.

      20. Если ты непременно желаешь славы, то ищи лучше славы от Бога.

      21. Кто сам себя возносит, того не возносят другие.

      22. Нечестие с искусством в слове производит гораздо более зла, чем необразованность.

      23. От множества удовольствий у нас бывает много и грехов, в чем может убедиться всякий.

      24. Обыкновенно не столько причиняют вреда умные звери, сколько порочные люди.

      25. Крест – глава нашего спасения; крест – причина бесчисленных благ.

      26. Крест – есть наша похвала, начало всех благ, дерзновений и все наше украшение.

      27. Кто сказал "помилуй", тот сделал исповедь.

      28. Неужели ты думаешь, что мало нужно силы, чтобы получать оскорбления и не возмущаться.

      29. Расточительный не есть человек великодушный.

      30. Кто употребляет деньги на что следует, тот великодушен.

      31. Поистине велика душа та, которая не раболепствует страсти и почитает деньги за ничто.

      32. Всеведущий не имеет нужды в свидетелях и доказательствах.

      33. Воздержание от зрелищ может быть названо началом целомудрия.

      34. Страсть не знает предела, но прекращается только тогда, когда убьёт того, кто одержим ею.

      35. Ничто так не доставляет душе спокойствия и тишины, как кротость и смиренномудрие.

      36. Ненавидеть тяжело и сопряжено с беспокойством, а любить легко и удобно.

      37. Гнев есть зверь, зверь жестокий и лютый.

      38. Гнев есть то же беснование, только временное.

      39. Великой душе свойственно не думать о собственном удовольствии, а заботиться о других.

      40. Страсти суть тираны.

      41. Недостатки ближних должно умалчивать и прикрывать.

      42. Никто тебя не осудит, если ты будешь осуждать себя сам.

      43. Не делать, а терпеть зло – вот истинное преимущество.

      44. Не ищи славы у безумных, но признавай достаточным для тебя иметь славу людей разумных.

      45. Никто так не прекрасен душою, как человек простой.

      46. Это духовная пристань души (о Церкви).

      47. Нет ничего приятнее человека, который не умеет гневаться.

      48. Чем большим кто окружен богатством, тем большего ещё желает.

      49. Начало гордости есть неведение Господа.

      50. Гордость есть крайняя глупость.

      51. Человек нередко бросается в бездну, чтобы толька другие удивлялись ему.

      52. Если же кто не в состоянии управлять своею душою, то как он будет править государством?

      53. Гнев не имеет силы, если не получит её от тебя.

      54. Гнев есть не что иное, как безумное раздражение.

      55. Ничто не делает столь бесстыдным, как испорченная совесть.

      56. Молиться о вреде врагам – дело беззаконное.

      57. Нет ничего святее того языка, который в несчастиях благодарит Бога.

      58. Будем оплакивать не умирающих, а тех, которые оканчивают жизнь в пороках.

      59. Целомудрие есть воздержание и препобеждение похотей борьбою (а не бегством).

      60. Удовольствия порока кратковременны, а скорбь постоянна.

      61. Нет ничего ничтожнее славы человеческой.

      62. Мы должны хранить имущество так, как будто оно у нас чужое.

      63. Будем презирать деньги, чтобы не потерять из виду своей души.

      64. Любовь лучше власти и всякого богатства.

      65. Если ты сделал добро, то день для тебя хорош, а если ты согрешил, то он худ и мучителен.

      66. Если у тебя чиста совесть, то ты имеешь настоящий праздник.

      67. Жена есть пристань и важнейшее врачевство от душевного расстройства.

      68. Если должно сносить тяготы друг друга, то тем более сносить недостатки жены.

      69. Женщина имеет великую силу как для добродетели, так и для порока.

      70. Когда не подозреваешь ничего злого, тогда не можешь и замышлять зла.

      71. Бедствия располагают к милосердию и человеколюбию.

      72. Для того крылья у птиц, чтобы избегали сетей; для того и разум у людей, чтобы избегали грехов.

      73. Часто от смеха рождаются скверные слова, от скверных слов – ещё более скверные дела.

      74. Пребывание на зрелищах порождает любодеяние, невоздержание и всякое бесстыдство.

      75. Всякое благое дело есть плод любви.

      76. Лучше замарать себя отвратительною грязью, чем грехами.

      77. Беден тот, кто не может сносить бедность.

      78. Но если уничтожится милосердие, то все погибнет и истребится.

      79. Если он добродетелен и богат, это справедливо.

      80. Болезни телесные исцеляет искусство врачей, а больную душу скоро исцеляют изречения Христовы.

      81. Что телесная пища для поддержания наших сил, то и чтение Писания для души.

      82. Если богатство дается глупому, то оно делает его ещё глупее, если распутному – ещё распутнее.

      83. Пред добродетелию все богатства вселенной хуже грязи, меньше сучка.

      84. Ничто так не делает людей глупыми, как злоба.

      85. Первая добродетель и даже все добродетели состоят в том, чтобы быть странником и пришельцем в этом мире.

      86. У тебя есть язык не для того, чтобы передразнивать другого, а чтобы благодарить Бога.

      87. Любовь есть корень, источник и матерь всего доброго.

      88. Без любви никакие дарования ничто.

      89. Не говори мне о любви низкой, которая скорее болезнь.

      90. Итак, перестанем сначала хищничать, и тогда уже станем подавать милостыню.

      91. Великое благо – сознавать свои грехи, постоянно думать о них.

      92. Седина тогда почтенна, когда украшенный ею поступает так, как прилично седине.

      93. Старец есть царь, если захочет им быть.

      94. Когда я бываю ненавидим, а сам не ненавижу, тогда другой имеет меня врагом, а не я его.

      95. Это таинство и здесь делает для тебя землю небом (о причастии Святых Тайн).

СОТНИЦА СВ. ИСААКА СИРИНА

    1. Когда бываем боримы, то это значит, что мы противоборствуем.

    2. Покаяние есть возобновление крещения.

    3. От ложного умиления рождается возношение, а от истинного – утешение.

    4. Гнев есть желание зла огорчившему.

    5. Раздражительность есть... безобразие души.

    6. Кто приобрел любовь, тот устранился от вражды.

    7. Как огонь противен воде, так и кающемуся несродно судить.

    8. Судить – значит бесстыдно похищать сан Божий.

    9. Ложь есть истребление любви.

    10. Лицемерие есть матерь лжи.

    11. Кто стяжал страх Божий, тот устранился лжи.

    12. Уныние есть расслабление души, изнеможение ума.

    13. Будем укрощать чрево помышлением о будущем огне.

    14. Целомудрие есть чистота души и тела.

    15. Все бесы покушаются помрачить наш ум, а потом уже внушают то, что хотят.

    16. Сребролюбец есть хулитель Евангелия и добровольный отступник.

    17. Сон есть некоторое свойство природы, образ смерти, бездействие чувств.

    18. Как много пить зависит от привычки, так и много спать.

    19. Многий сон есть неправедный сочинитель, пожирающий у ленивых половину жизни или ещё более.

    20. Страх есть лишение твердой надежды.

    21. Гордая душа есть раба страха.

    22. Все боязливые тщеславны.

    23. Кто сделался рабом Господа, тот боится одного своего Владыки.

    24. Тщеславный человек есть идолопоклонник, хотя и называется верующим.

    25. Всякий Человек,жоторый любит себя, выказывает тщеславие.

    26. Ничто не приносит столько пользы ближним, как смиренный и непритворный нрав и слово.

    27. Часто Господь исцеляет тщеславных от тщеславия прижигающим бесчестием.

    28. Гордый подобен яблоку, внутри сгнившему, а снаружи блестящему красотой.

    29. Тьма чужда света, и гордый чужд всякой добродетели.

    30. Кто пленен гордостью, тому нужна помощь Самого Бога; ибо "суетно" для такого спасение человеческое.

    31. От скверной гордости рождается несказанная хула.

    32. Пьянство бывает причиною преткновения, а гордость – причиной непотребных помыслов.

    33. Кротость есть скала, воздвигающаяся над морем раздражительности, о которую разбиваются все волны.

    34. В кротких сердцах почивает Господь, а мятежливая душа – седалище дьявола.

    35. Кроткая душа – престол простоты, а гневливый ум есть делатель лукавства.

    36. Тихая душа вместит слова премудрости.

    37. Незлобие есть тихое устроение души, свободной от всякого ухищрения.

    38. Часто падение исправляло лукавых, невольно даруя им спасение и незлобие.

    39. Смирение есть такое хранилище сокровищ, которое для хищников неприступно.

    40. Избирай лучше оскорбить людей, нежели Бога.

    41. Лукавство происходит от возношения и от гнева.

    42. Болезнь посылается иногда для очищения согрешений, а иногда для того, чтобы смирить возношение.

    43. Кто вначале не жил в повиновении, тому невозможно приобрести смирение.

    44. Посвящай начатки дня твоего Господу; ибо кому прежде отдашь их, того они и будут.

    45. Бог судит о покаянии не по мере трудов, а по мере смирения.

    46. Легкомысленные люди бывают орудиями бесов, и особенно против их врагов (то есть людей Божиих).

    47. Непоколебимая надежда есть дверь беспристрастия.

    48. Воздержание есть матерь здравия.

    49. Прилежная молитва есть погибель унынию.

    50. Желание бесчестий есть исцеление раздражительности.

    51. Видимую гордость исцеляют скорбные обстоятельства, а невидимую – Предвечный и Невидимый.

    52. Из того, что видим в природе, можем брать ясные наставления и для духовной жизни.

    53. Как облака закрывают солнце, так и греховные помыслы помрачают и губят ум.

    54. Как огонь не рождает снега, так и ищущий земной славы не получит небесной.

    55. Как вода смывает буквы, так и слеза может очищать согрешения.

    56. Как умирающему невозможно ходить, так и отчаявшемуся невозможно спастись.

    57. Уединенный имеет нужду в великом трезвении и неразвлекаемом уме.

    58. Небезопасно плавать в одежде, небезопасно и касаться богословия тому, кто имеет какую-нибудь страсть.

    59. Безмолвник есть земной образ Ангела.

    60. Безмолвие есть непрерывная служба Богу и предстояние перед Ним.

    61. Падение послушнику – собственная воля, а безмолвнику – оставление молитвы.

    62. Вера – крыло молитвы.

    63. Терпение есть отсечение оправданий и внимание к себе.

    64. Терпение рождает надежда и плач.

    65. Прежде приятия силы духовной не читай книг, чуждых правоверия.

    66. Вся ткань молитвы твоей да будет немногословна.

    67. Не употребляй в молитве твоей премудрых выражений.

    68. Не старайся многословить, беседуя с Богом.

    69. Вера воскрыляет молитву, и без веры молитва не может взлететь на небо.

    70. Молитва есть зеркало иноков.

    71. Душа тогда молится с чувством, когда она бывает превыше раздражительности.

    72. Во время молитвы не принимай никакого чувственного мечтания, чтобы не впасть в исступление ума.

    73. Будь мужественным во всех случаях, и Сам Бог будет твоим учителем в молитве.

    74. Некоторые говорят, что бесстрастие есть воскрешение души прежде воскрешения тела.

    75. По мере оскудения любви бывает в нас страх.

    76. Сила любви в надежде, ибо в надежде ожидаем.

    77. Надежду разрушает гневливость.

    78. Любви к брату своему не заменяй любовию к какой-либо вещи.

    79. Тому, кто привязан к земному, невозможно домогаться небесного.

    80. Самооправдание – не христианского жития дело, об этом нет и намека в учении Христовом.

    81. Выше всякой добродетели рассудительность.

    82. Никого не обличай, не поноси, даже и крайне худых по жизни своей.

    83. Уклоняйся от дерзости в речах, как от смерти.

    84. Если ты мирянин, то проводи время в занятиях добрыми мирскими делами.

    85. Мир есть блудница, которая взирающих на нее с вожделением красоты её привлекает в любовь к себе.

    86. Молитва в чине своем выше милостыни.

    87. Кто обрел любовь, тот каждый день и час вкушает Христа.

    88. Покаяние есть корабль, а страх – его кормчий, любовь же – Божественная пристань.

    89. Благодати предшествует смирение, а наказанию предшествует самомнение.

    90. Праздность же почитай началом омрачения души.

    91. Как душа по природе лучше тела, так дело душевное лучше телесного.

    92. Кто обрел зависть, тот обрел с нею диавола.

    93. Бойся привычек больше, нежели врагов.

    94. Похвала льстеца – скрытая сеть.

    95. Взыщи разума, а не золота.

    96. Будь дружен со всеми людьми, а мыслию своей пребывай один.

СОТНИЦА СВТ. ФИЛАРЕТА МИТРОПОЛИТА МОСКОВСКОГО (ДРОЗДОВА)

    1. Чем глубже человек в смирении, тем лучше видит небо.

    2. Молитва друг о друге есть лучшее из общений.

    3. Но работать Господу можно и в уединении, и в семье.

    4. Обличать человека по своей воле едва ли нужно, разве сам он подаст случай сказать ему истину.

    5. Не худо поставить щит против нападающего, но не надобно выставлять себя для стрел.

    6. Входить в спор всегда нежелательно...

    7. На порицание лучше отвечать кротостию, нежели порицанием.

    8. Клевет бояться не должно, а брать против них осторожность нужно.

    9. Кто довольно знает и судит себя, тому недосужно судить других.

    10. Легкого ветра легкомысленных слов человеческих не превращайте в бурю...

    11. Духовный закон говорит, что надобно помочь ближнему, и притом не оскорбляя другого.

    12. По рассуждению древнего философа, ударом осла не должно тревожиться.

    13. Будем доверять и молчанию друг друга, как доверяем слову.

    14. Одно смирение может водворить в душе мир.

    15. Люби слушать советы, а не похвалы.

    16. В минуты негодования и гнева не надобно позволять себе говорить и действовать.

    17. Невидимые, но подлинные грехи видеть иногда препятствуют человеку видимые, но мнимые добродетели.

    18. Да взыщем радости, в которой бы не скрывалось жало печали.

    19. Да не страшимся и печали, которая в радость будет.

    20. Небесполезно в болезни испытывать чувство отрешения от мира, чтобы и после болезни придерживаться сего чувства.

    21. Печаль может быть справедлива, но никогда не должна быть чрезмерна.

    22. Печаль никогда не должна быть сильнее веры в Бога и надежды на Него.

    23. Что бы ни произошло, надобно веровать в Его милосердие и надеяться от Него помилования.

    24. Один Бог может утешить истинно, и тогда как дарует, и тогда как отъемлет.

    25. Если терпишь скорби безвинно, благодари Бога.

    26. Душу свою человек не до глубины видит.

    27. От несчастного примера может родиться несчастный обычай.

    28. Надобно, чтобы простота была не без мудрости.

    29. Как не догадался до сих пор, что простота обличает, а изысканность мучит?

    30. Надобно опасаться, чтобы не написать больше того, что говорит истина, или меньше того.

    31. Только на истине и правде основать можно спокойствие себе и другим.

    32. Можно стучать в запертую дверь с молитвою, но с советами можно только войти в отверстую.

    33. Хорошо молчание с кротостию и с смирением.

    34. Каковы бы ни были обстоятельства, унывать не надобно: от уныния делам не лучше, а нам самим хуже.

    35. Не всякий подвиг всякому полезен и удобен.

    36. Опытная мудрость говорит: в радости не забудь готовиться к скорби, в скорби не забудь надеяться лучшего.

    37. В наше время мы много хвалимся и не довольно каемся.

    38. Наши изуродованные суетою обычаи... угрожают более, нежели внешние враги.

    39. Непокойный век умножает дела.

    40. Печально то, что видим: и паки печально то, что видящие не видят.

    41. Как время наше походит на последнее!

    42. Что это за несчастье, что о злоупотреблениях все говорят и никто не может победить их.

    43. Жалуются, что в церкви часты праздники: а в театре праздники ежедневно.

    44. Чужие ошибки не оправдывают наших...

    45. Только спокойные и кроткие обличения вразумляют людей...

    46. Лучше избыток доверия, нежели избыток подозрения.

    47. Чтобы сильно предстательствовать за человека, надобно его верно знать.

    48. Боюсь человека, который замечен не мирным к начальнику.

    49. Надобно беречь каждого, но ещё больше беречь дух всего общества.

    50. Дар прощать выше дара исправлять наказанием.

    51. Начальник должен быть выше оскорбления подчиненных.

    52. Утешительна в скорби человеку мысль, что он не сделал зла другим.

    53. Тишина духа утешает нервы.

    54. А куда ведет Бог – добрый путь!

    55. Кажется нужнее поощрять и наставлять людей, нежели переписывать уставы.

    56. Слова не мелочи, когда дело идет о догматах и о святых...

    57. Что нынешнее воспитание располагает к своеволию, это правда.

    58. Молитву Церковь влагает в уста, чтобы она проникла в сердце.

    59. Слава Богу, что дал Он тоску по церкви.

    60. Очень жаль, что и монахи смотрят вверх, а не в землю, как учили отцы.

    61. Призвание наше, по возможности, исправлять людей, а не раздражать.

    62. И мысль о юбилее для меня не привлекательна.

    63. Должно делать нужное и приличное, а не мечтать о великолепии бесполезном. ,

    64. Читайте святителя Тихона и посмотрите, что такое простота церковная.

    65. Явится хороший пример, найдутся подражатели.

    66. В служении нужна простота, естественность и внятное слово...

    67. Для спасения нужно веровать, исполнять заповеди, очищать сердце, а не любопытствовать.

    68. Надобно стараться и добрые дела вести с осторожностью, чтобы впереди их не шло наше мудрование и наша воля.

    69. Можно гневом только произвести или увеличить раздражение другого.

    70. Привести в лучшее расположение можно только терпением и миром.

    71. Слово человеческое может быть изострено, как меч, и тогда оно будет ранить и убивать...

    72. Истина не перестает, когда перестает слово.

    73. Да не будет ни слово праздно, ни молчание бессловесно.

    74. Одно смирение может водворить в душе мир.

    75. Душа не смиренная, непрестанно порываемая и волнуемая страстями, мрачна и смутна, как хаос...

    76. Радость земная проницается печалью, потому что душа сокровенно чувствует неудовлетворенность земного и потребность лучшего.

    77. Дела, о которых рано провозглашают, часто кончаются звуком слов.

    78. Отцы учат не останавливать мыслей наших на тех людях, которые занимают лучше нас положение...

    79. Не расточайте великих слов для мелочей. Берегите их для того, что истинно велико.

    80. Всем новым творцам акафистов надобно пожелать, чтобы их акафисты были произведением духа, а не литературы.

    81. Немощь брата надобно покрывать и тихо исправлять...

    82. По уважению и любви к высшим не очень удаляйся от них, но и не очень приближайся к ним, чтобы не случилось быть им в тягость.

    83. Провидение Божие не случайно попускает поражающие события, но или в наказание, или в наставление.

    84. Всякому подвизающемуся о своем спасении можно и должно сказать: не ищи сокровенное и будущее.

    85. Бог хочет терпения и надежды, если подвергает душу лишению для её испытания и очищения.

    86. Надобно различать дело молитвы и услаждения в ней.

    87. И в семейной жизни можно находить и отделять время для молитвы и молчания.

    88. Мне кажется, врагов бывает мало; а более недоброжелательствующих по ошибочному пониманию людей и дел их.

    89. Клеветы и учат осторожности; а осторожность делает бессильными клеветы.

    90. В уповании на Бога понесем трудности и сохраним наш мир, хотя бы не встречали его со стороны других.

    91. Итак, любовь не теряет от молчания.

    92. Есть люди, для которых невидимое как будто не существует...

    93. Будьте незлобивы, как дети, будьте добры, как дети, будьте простодушно любящи, как дети.

    94. Одни видят и веруют; другие не видят и веруют: и все блаженны тем, что веруют.

    95. Если терпишь искушение и скорбь от ближних, упражняй себя в терпении и в прощении оскорбляющим.

    96. Машина, если не может делать зла, то не может делать и добра, блаженствовать.

    97. Твердой истине слабые доказательства не только не пользуют, но и вредят, открывая уязвимое место врагам.

    98. Пускаться в низший путь, ощупью пролагаемый своемыслием человеческим, есть упадок (о магнетизме).

1

Смотреть полностью


Скачать документ

Похожие документы:

  1. Д. А. Авдеев, В. К. Невярович нервность: её духовные причины и проявления (1)

    Документ
    Тело, будучи сложено из многих, притом неодинаковых частей, которые и сами составлены из четырех стихий, когда занеможет, имеет нужду в разных врачествах и притом составленных из разных трав.
  2. Д. А. Авдеев, В. К. Невярович нервность: её духовные причины и проявления (2)

    Документ
    Пограничные нервно-психические расстройства, а среди них значительное место занимают неврозы, прочно удерживают лидирующее положение в обширной группе психических заболеваний.
  3. В. К. Невярович Чудесные исцеления

    Документ
    Особенностью данного труда является смелая попытка практикующего врача систематизировать наиболее яркие случаи чудесных исцелений, известных в истории человечества начиная с библейских времен.
  4. Текст взят с психологического сайта (25)

    Документ
    В книге в контексте рассмотрения актуальной проблемы психологической науки - роли сферы вторичных образов (образной сферы) в психическом отражении и регулировании - на историко-психологическом и культурологическом материале анализируется
  5. Православная энциклопедия "Домашний доктор" в вопросах и ответах Психиатрия, психотерапия, наркология (1)

    Документ
    Нет человека на Земле, лишенного болезней и скорбей. Грех прародителей изменил то высокое положение, которое Господь даровал людям. И, потеряв Эдем, человек приобрел… тление и смерть.

Другие похожие документы..