Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Образовательная программа'
Народная художественная вышивка – яркое и неповторимое явление национальной культуры, изучение которой обогащает, доставляет радость общения с настоя...полностью>>
'Документ'
В основу своей работы о шведском нашествии я положил прежде всего и больше всего, конечно, русские, материалы: как неизданные архивные данные, так и ...полностью>>
'Документ'
Однією з причин підвищеного інтересу до проекту Semantic Web є практична зацікавленість у поліпшенні якості пошуку у Веб. Дослідження з цієї проблеми ...полностью>>
'Документ'
Відповідно до Законів України «Про місцеві державні адміністрації», «Про забезпечення організаційно-правових умов соціального захисту дітей-сиріт та ...полностью>>

Главная > Книга

Сохрани ссылку в одной из сетей:

"Жизнь Божественная"

Sri Aurobindo

"Life Divine"

перевод И.Савенкова

ОГЛАВЛЕНИЕ

Книга I ВСЕПРИСУТСТВУЮЩАЯ РЕАЛЬНОСТЬ И ВСЕЛЕННАЯ

Глава I. Стремление Человека

Глава II. Два Отрицания: Отказ Материалиста

Глава III. Два Отрицания: Отречение Аскета

Глава IV. Вездесущая Реальность

Глава V. Удел Индивида

Глава VI. Человек во Вселенной

Глава VII. Эго и Двойственности

Глава VIII. Методы Ведического Познания

Глава IX. Чисто Существующее

Глава X. Сознательная Сила

Глава XI. Восторг Существования: Проблема

Глава XII. Boсторг Cуществования: Pешение

Глава XIII. Божественная Майя

Глава XIV. Сверхразум как Создатель

Глава XV. Верховная Истина-Сознание

Глава XVI. Тройной Статус Сверхразума

Глава XVII. Божественная Душа

Глава XVIII. Разум и Сверхразум

Глава XIX. Жизнь

Глава XX. Смерть, Желание и Неспособность

Глава XXI. Восхождение Жизни

Глава XXII. Проблема Жизни

Глава XXIII. Двойная Душа в Человеке

Глава XXIV. Материя

Глава XXV. Узел Материи

Глава XXVI. Восходящий Ряд Субстанции

Глава XXVII. Семикратная Хорда Бытия

Глава XXVIII. Сверхразум, Разум и Надразумная Майя

Книга II ЗНАНИЕ И НЕВЕДЕНИЕ -- ДУХОВНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ

Часть I БЕСКОНЕЧНОЕ СОЗНАНИЕ И НЕВЕДЕНИЕ

Глава I. Неопределенности, Космические Определенности и Неопределимое

Глава II. Брахман, Пуруша, Ишвара -- Майя, Пракрити, Шакти

Глава III. Вечное и Индивидуальное

Глава IV. Божественное и Небожественное

Глава V. Космическая Иллюзия; Разум, Греза и Галлюцинация

Глава VI. Реальность и Космическая Иллюзия

Глава VII. Знание и Неведение

Глава VIII. Память, Само-Сознание и Неведение

Глава IX. Память, Эго и Само-Переживание

Глава X. Знание Посредством Тождества и Отдельное Знание

Глава XI. Границы Неведения

Глава XII. Происхождение Неведения

Глава XIII. Исключительная Концентрация Сознание -- Силы и Неведение

Глава XIV. Происхождение Лжи и Лекарство от Лжи, Ошибка, Неправильность и Зло

Часть II ЗНАНИЕ И ДУХОВНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ

Глава XV. Реальность и Интегральное Знание

Глава XVI. Интегральное Знание и Цель Жизни; Четыре Теории Существования

Глава XVII. Процесс Познания -- Бог, Человек и Природа

Глава XVIII. Эволюционный Процесс -- Восхождение и Интеграция

Глава XIX. От Семикратного Неведения к Семикратному Знанию

Глава XX. Философия Перевоплощения

Глава XXI. Порядок Миров

Глава XXII. Перевоплощение и Иные Миры; Карма, Душа и Бессмертие

Глава XXIII. Человек и Эволюция

Глава XXIV. Эволюция Духовного Человека

Глава XXV. Тройная Трансформация

Глава XXVI. Восхождение к Сверхразуму

Глава XXVII. Гностическое Существо

Глава XXVIII Божественная Жизнь

Книга I. ВЕЗДЕСУЩАЯ РЕАЛЬНОСТЬ И ВСЕЛЕННАЯ

Глава I

    СТРЕМЛЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА

Она следует к цели тех, кто проходит выше,

она -- первая в вечной чреде грядущих

рассветов, -- Уша расширяется, выявляя

тех, кто жив и пробуждая тех, кто мертв...

В чем ее цель, когда она приводит в гармо-

нию рассвет, озарявший ранее, с тем, что

должно светить теперь ? Она жаждет древних

зорь и исполняет их свет; бросая сияние

вперед, она вступает в общность с осталь-

ным, что должно прийти.

Кутса Ангираса -- Риг Веда (I.113. 8,10)

Троекратны те верховные начала божествен-

ной силы, присутствующей в мире, они ис-

тинны, они желаемы; он движется там широко

раскрытым внутри Бесконечного и сияет чис-

то, озаренно и исполненно... Ибо Тот, кто

бессмертен в преходящем и обладает исти-

ной, есть бог, и Он установлен внутри как

энергия, вырабатываемая нашими божествен-

ными мощностями... Поднимись высоко, О Си-

ла, сбрось все покровы, прояви в нас Бо-

жественные вещи.

Вамадева--Риг Веда (IV.1.7;IV.2.1;IV.4.5)

Первейшее занятие пробудившегося мышления человека и, по-видимому, неизбежное и окончательное -- ведь оно пережило долгие периоды скептицизма и возвращалось после каждого изгнания -- является в то же время высочайшим, на которое способно человеческое мышление. Оно проявляется в прозрении Божества, импульсе к совершенству, поиске чистой Истины и неомраченного Блаженства, чувстве тайного бессмертия. Древний рассвет человеческого знания оставил нам свидетельство этого постоянного стремления; сегодня человечество насыщено, но не удовлетворено победоносным анализом внешности Природы, готовясь возвратиться к первобытным устремлениям. Древняя формула мудрости обещает остаться последней -- Бог, Свет, Свобода, Бессмертие.

Эти извечные идеалы человеческой расы сразу же вступают в противоречие с повседневным опытом и одновременно утверждают более высокие и глубокие переживания, необычные для человечества и достижимые, в их целостности и полноте, только посредством преобразующих индивидуальных усилий или в ходе общего эволюционного продвижения. Знать о божественном, обладать им и быть божественным существом, оставаясь в животном и эгоистическом сознании, преобразовывать нашу сумеречную или темную физическую ментальность в полную супраментальную озаренность, строить мир и само-существующее блаженство там, где присутствуют только напряжения мимолетных удовлетворений, окруженные физической болью и эмоциональными страданиями, устанавливать бесконечную свободу в мире, представляющимся скопищем механической необходимости, обнаруживать и реализовывать бессмертную жизнь в теле, подверженном смерти и постоянным мутациям -- это дано нам как проявление Бога в Материи и цель Природы в ее земной эволюции. Для обычного материального интеллекта, принимающего теперешнюю организацию сознания за предел возможного, прямое противоречие между нереализованными идеалами и реализованными фактами является окончательным аргументом против обоснованности этих идеалов. Но если мы примем более взвешенный взгляд на устройство мира, то это прямое противостояние покажется скорее частью глубочайшего принципа Природы и знаком ее полного утверждения.

Ведь все проблемы бытия являются, в сущности, проблемами гармонии. Они возникают из восприятия неразрешенного разногласия и предчувствия непознанного согласования или единства. Можно примириться с неразрешенным разногласием на уровне практической и более животной части человека, но не на уровне его полностью пробужденного разума, к тому же даже его практическая часть обычно только избегает общей необходимости, отбрасывая проблему, либо принимая грубый, утилитарный и грязный компромисс. Ибо существенно, что вся Природа стремится к гармонии -- жизнь и материя в своих сферах, также как и разум -на уровне своих восприятий. Чем более выражено видимое расстройство предложенных материалов или кажущаяся несовместимость, вплоть до прямого противостояния, отдельных элементов, которые должны быть использованы, тем сильнее побуждение, причем к более тонкому и всеобъемлющему порядку, чем тот, который был бы результатом не столь трудных стараний. Согласование активной Жизни с ее материалом, когда условием самой активности кажется инерция, является одной из проблем противостояний, которую Природа уже разрешила и всегда стремится найти лучшее решение с большей сложностью; ибо совершенным решением явилось бы материальное бессмертие высоко-организованного животного тела, наделенного разумом. Согласование сознательного разума и сознательной воли с формой и жизнью, которые сами по себе не полностью само-сознательны и способны в лучшем случае на механическую или подсознательную волю -- это другая проблема противостояния, в которой Природа достигла изумительных результатов и постоянно нацелена на достижение все больших чудес; ведь окончательным чудом было бы появление животного сознания, больше не ищущего Истины и Света, а уже обладающего ими, практически всемогущего, поскольку оно напрямую получало бы совершенное знание. Поэтому высшее побуждение человека к согласованию все еще остающихся высочайших противоречий является не только рациональным самим по себе, но и единственным логическим завершением правила и усилия, которое кажется фундаментальным методом Природы и самим смыслом ее вселенских стараний.

Мы говорим об эволюции Жизни в Материи, об эволюции Разума в Материи; но эволюция -- это слово, которое просто констатирует явление, не объясняя его. Ведь нет видимой причины того, почему Жизнь должна эволюционировать из материальных элементов, или Разум -- из живых форм, пока мы не примем Ведантное решение, что Жизнь уже заключена в Материи, а Разум -- в Жизни, потому что в сущности Материя -- это форма скрытой Жизни, а Жизнь -- форма завуалированного Сознания. И тогда не видится особых возражений против того, чтобы сделать следующий шаг в этом ряду и допустить, что и само ментальное сознание может быть только формой и маской более высоких состояний, лежащих за пределами Разума. В таком случае непобедимое стремление человека к Богу, Свету, Блаженству, Свободе, Бессмертию занимает свое верное место во всей цепочке, как попросту императивный импульс, с помощью которого Природа старается эволюционировать за пределы Разума, и это представляется столь же естественным, истинным и обоснованным, как и стремление к Жизни, которым Природа наделила определенные формы Материи, или же стремление к Разуму, которое она поселила в некоторых формах Жизни. При этом каждое стремление более или менее замаскировано в различных природных сосудах в вечно-восходящей серии мощности "воли быть"; оно постепенно разворачивается и обязано полностью развить необходимые органы и способности. Подобно тому, как стремление к Разуму варьируется от все более ощущаемых реакций Жизни в металле и растении до своей полной организации в человеке, так и в самом человеке происходит то же самое восхождение, подготовка, если не нечто большее, к более высокой и божественной жизни. Животные -- это живая лаборатория, в которой Природа, можно сказать, выработала человека. Человек же сам вполне может стать живой мыслящей лабораторией, в которой с помощью его, теперь уже сознательного сотрудничества, Природа хочет создать сверхчеловека, бога. Или, почему бы не сказать большего, проявить Бога ? Ибо если эволюция есть последовательное проявление в природе того, что спало в ней или подспудно работало, то эволюция также предстает открытой реализацией того, что тайно заложено в Природе. Мы не можем заставить Природу остановиться на данном этапе ее эволюции, а также не имеем права осуждать вместе с религиозными людьми любые ее намерения как несговорчивые и самонадеянные или осуждать вместе с рационалистами как болезненные или иллюзорные любые намерения Природы, которые она проявляет в своем замысле или попытке выйти за очерченные границы. Если верно то, что Дух вовлечен в Материю и видимая Природа является скрытым Богом, то проявление божественного в себе и реализация Бога внутри и вовне -- высочайшая закономерная цель, предначертанная человеку на Земле.

Таким образом, извечный парадокс и вечная правда божественной жизни в животном теле, бессмертное стремление или реальность, живущая в смертной обители, единственное и универсальное сознание, представленное в ограниченных разумах и изолированных эго, трансцендентное, неопределимое, безвременное и беспространственное Бытие, благодаря которому становятся возможными время, пространство и космос, и во всем этом высшая истина, реализуемая в низком выражении, находят свое оправдание как для осмотрительного рассудка, так и для стойкого природного чутья или интуиции человека. Временами предпринимаются попытки окончательно покончить с мучащими вопросами, которые столь часто объявлялись неразрешимыми для логического мышления, и склонить людей ограничить сферу их ментальной активности практическими и сиюминутными вопросами их материального существования во вселенной; но такие увертки никогда не имеют стойкого влияния. Человечество возвращается от них с более страстным импульсом к исследованию или с более неистовым голодом найти решение. Мистицизм пользуется этим голодом, так что возникают новые религии взамен старых, разрушенных или утративших свое значение под напором скептицизма, который сам по себе не может удовлетворить, поскольку, хотя его делом является исследование, он недостаточно расположен к нему. Попытка отрицать или подавлять истину, поскольку та еще кажется темной и слишком часто представляется религиозным предрассудком или грубой верой, сама по себе является разновидностью обскуратизма. Желание убежать от космической необходимости, поскольку та труднопостягаема, не оправдывается сиюминутно осязаемыми результатами, и нетороплива в регулировании своих операций, в конце концов с необходимостью оборачивается не только неприятием истины Природы, но и протестом против тайной, могущественной воли великой Матери. Лучше, и более рационально, принять то, что она не позволяет нам, как расе, отвергнуть, и поднять это из сферы слепого инстинкта, темной интуиции и беспорядочного стремления в свет разума и информированной и сознательно само-направляемой воли. И если существует какой-либо высший свет озаренной интуиции или само-раскрывающейся истины, которая сейчас в человеке либо затемнена и бездеятельна, либо работает с перемежающими проблесками, как будто из-под вуали, либо от случая к случаю проглядывает подобно северному сиянию в наших материальных небесах, то мы также не должны бояться стремления к этому. Ибо, по всей вероятности, это и есть следующее более высокое состояние сознания, по отношению к которому Разум представляется только формой и вуалью, и через сияние этого света может лежать путь нашего поступательного само-расширения в то навечно высочайшее состояние, являющееся конечным местом отдыха человечества.

 

Глава II

    ДВА ОТРИЦАНИЯ

    I. ОТКАЗ МАТЕРИАЛИСТА

Он призвал сознание-силу (в простоте мыс-

ли) и распознал , что Материя есть Брах-

ман. Ибо все существующее рождено из Мате-

рии; будучи рожденным, оно растет при по-

мощи Материи и, умирая, входит в нее. За-

тем он пошел к Варуне, своему отцу, и поп-

росил: "Почтенный, обучи меня Брахману".

Но тот ответил ему: "Призови (снова) соз-

нание-силу ; ибо Энергия есть Брахман".

Тайттирия Упанишада (III. 1, 2)

Утверждение о божественной жизни на земле и бессмертном смысле преходящего существования не может иметь под собой основы до тех пор, пока мы не только распознаем вечный Дух в качестве обитателя телесного жилища, в качестве носителя этого изменчивого одеяния, но и примем Материю, из которой все сделано, в качестве пригодного благородного материала, из которого Он постоянно ткет свои одежды, периодически строит нескончаемую чреду Его обителей.

Однако этого еще не достаточно, чтобы предохранить нас от отвержения от жизни в теле, пока, следуя Упанишадам и постигая за видимостью сущностную тождественность этих двух крайних выражений существования, мы не сможем сказать на языке древних писаний "Материя также есть Брахман" и придать полную ценность широкомасштабной картине, посредством которой физическая вселенная описывается как внешнее тело Божественного Бытия. А также -- так далеко разделенными кажутся эти два крайних выражения, -- эта тождественность не будет убедительной для рационального интеллекта, если мы откажемся распознать серию восходящих выражений (Жизнь, Разум, Сверхразум и промежуточные планы, связывающие Разум со Сверхразумом) между Духом и Материей. Иначе эти два выражения должны казаться двумя непримиримыми противниками, связанными узами несчастливого супружества и видящими единственно приемлемое решение в своем разводе. Тогда их тождественность, представление одного в терминах другого, становится искусственным творением Мысли, противостоящим логике фактов, и возможно лишь в иррациональном мистицизме.

Если мы будем настаивать на существовании только чистого Духа и механической неразумной субстанции или энергии, назвав одно -- Богом или Душой, а другое -- Природой, то неизбежно придем к тому, что либо отвергнем Бога, либо отвернемся от Природы. Ибо дальнейший выбор, как для Мысли, так и для Жизни, станет императивным. Мысль придет к отрицанию одного как иллюзии воображения или другого как иллюзии чувств; Жизнь, остановившись на нематериальном, убежит от самой себя в отречение или само-забывающий экстаз, или же отвергнет собственную бессмертность и примет ориентацию, уводящую от Бога к животному. Пуруша и Пракрити, пассивно светящаяся Душа Санкхьи и механически активная Энергия не имеют ничего общего, даже если сравнивать с состоянием инерции; их антиномии могут быть разрешены только путем остановки инертно правящей Активности и установления незыблимого Покоя, на который была тщетно наложена бесплодная вереница образов. Неописуемое, неактивное "я" Шанкары и его Майя многих форм и имен -- равным образом непримиримые и несовместимые сущности; их жесткий антагонизм может исчезнуть только при растворении множественной иллюзии в единственной Истине вечного Молчания.

Материалисту легче ; он может, отрицая Дух, достичь более убедительной и простой постановки, настоящего Монизма, Монизма Материи или же Силы. Но он не может все время придерживаться этой жесткой постановки. В конечном итоге материалист также постулирует непознаваемое как инертное, отдаленное от известной вселенной в качестве пассивного Пуруши или безмолвного Атмана. Это бесцельное занятие и это всего лишь неопределенная отговорка, с помощью которой он пытается снять непреклонные требования Мышления или принести извинение за отказ расширить пределы исследования.

Поэтому человеческий разум не может остаться удовлетворенным, столкнувшись с этими бесплодными противоречиями. Он всегда должен искать полного утверждения; он может найти его только через светлое примирение. Чтобы достичь этого примирения, он должен подробно рассмотреть те ступени, которые наше внутреннее сознание накладывает на нас, и либо объективным методом анализа Жизни и Разума, как и Материи, либо путем субъективного синтеза и озарения, прийти в покое к окончательному единству без отрицания энергии выразительной множественности. Только путем такого полного и всеобъемлющего утверждения могут быть гармонизированы все многообразные и кажущиеся противоречивыми факты существования, и многократно конфликтующие силы, управляющие нашим мышлением и жизнью, раскроют центральную Истину, которую они здесь символизируют и по-разному исполняют. Только тогда наше Мышление, обретя свой истинный центр, перестав блуждать кругами, сможет заработать подобно Брахману Упанишад, станет установившимся и стабильным даже в своей игре и своем по мировому широком течении, и наша жизнь, зная свою цель, станет служить ей с безмятежной успокоенной радостью и светом, как и с ритмически переключающейся энергией.

Но когда этот ритм нарушен, человеку необходимо и полезно испытать по-отдельности каждую из этих двух великих противоположностей в их крайнем утверждении. Это естественный путь разума более совершенным образом подходить к утверждению того, что он утратил. На этом пути он может пытаться остановиться на промежуточных ступенях, сведя все сущее к выражениям первозданной Жизненной Энергии или ощущений или Идей; но эти исключительные решения всегда пронизаны атмосферой нереальности. Они могут на некоторое время удовлетворить логический рассудок, оперирующий только чистыми идеями, но они не могут удовлетворить ощущению реальности, присущему разуму. Ибо разум знает, что есть нечто "позади", не являющееся Идеей; с другой стороны, он знает, что внутри есть нечто большее, чем витальное Дыхание. Либо Дух, либо Материя могут дать ему на время ощущение окончательной реальности; и в меньшей степени любой из промежуточных принципов. Поэтому разум должен идти к двум крайностям, прежде чем сможет плодотворно вернуться к целому. Ведь через самую свою природу, обслуживаемую чувством, которое может отчетливо постигать только части существования, и посредством речи, которая также может достичь отчетливости только тогда, когда она тщательно разделяет и ограничивает, приводится в движение интеллект, имея перед собой эту множественность элементарных принципов, чтобы искать единство, безжалостно сводя все в термины одного. И чтобы практически утвердить это одно, он пытается избавиться от остального. Чтобы постичь реальный источник их тождества, минуя этот процесс исключения, он должен либо перепрыгнуть через себя, либо замкнуть кольцо, но только лишь затем, чтобы найти, что все равным образом сводимо к Тому, кто избегает определения или описания и все же является не только реальным, но и достижимым. Но какой бы дорогой мы ни путешествовали, Тот всегда является концом, которого мы должны достичь, и мы можем избежать этого, только отказавшись завершить путешествие.

Поэтому хорошим предзнаменованием является то, что после многих экспериментов и многословных объяснений мы теперь должны признать, что стоим перед лицом этих двух крайностей, что были по-одиночке рождены в течении длительных и по большей части тщательных испытаний, и что каждое переживание в конечном итоге приводит к результату, который вселенский инстинкт человечества, этот завуалированный судья, страж и представитель вселенского Духа Истины, отказывается принять как правильный или удовлетворительный. В Европе и Индии отказ материалиста и отречение аскета, соответственно, стремились утвердить себя в качестве единственной истины и овладеть концепцией Жизни. Если в Индии результатом было величайшее накопление сокровищ Духа, -- или некоторой их части, -- но это также явилось величайшим банкротством Жизни; в Европе полнота богатств и триумфальное овладение мировыми мощностями и территориями привело к тому же банкротству в области Духа. А также интеллект, искавший разрешения всех проблем в одном выражении Материи, не нашел удовлетворения в полученном ответе.

Поэтому назревает время, когда мир вплотную подходит к новому всеобъемлющему утверждению в мышлении и во внутреннем и внешнем опыте и, как следствие, к новому богатому само-свершению в интегральном человеческом существовании как индивида, так и расы.

Из той разницы отношений Духа и Материи к Непознаваемому, которое они оба представляют, проистекает также разница эффективности материального и духовного отрицаний. Хотя отказ материалиста более настоятелен и непосредственно приносит плоды, более привлекателен для большей части человечества, он все же менее прочен и в конечном итоге менее эффективен, чем поглощающее и рискованное отречение аскета. Ведь отказ материалиста несет в себе собственное лекарство. Наиболее мощным его элементом является Агностицизм, который, допуская Непознаваемое за всем проявлением, расширяет границы непознаваемого до тех пор, пока он не постигнет то, что попросту является неизвестным. Он стартует с того, что физические чувства являются нашими единственными средствами Познания, и поэтому Разум, даже в самом немыслимом полете, не может выйти за их границы; он всегда должен оперировать исключительно с фактами, которые эти чувства поставляют или предлагают; и сами эти предложения должны всегда держаться привязанными к их источникам; мы не можем выйти за пределы этих чувств, не можем использовать их в качестве моста, ведущего нас в область, где вступают в игру более мощные и менее ограниченные способности, и где должен быть установлен иной тип исследования.

Эта деспотическая предпосылка выносит самой себе приговор в недостаточности. Она может поддерживаться лишь путем игнорирования всего того обширного поля данных и переживаний, которые противоречат ей, отвергая замечательные и полезные способности или пренебрегая ими, действующими сознательно или затемненно, либо, в худшем случае, скрытно во всем человеческом существе, и отказываясь исследовать супрафизические явления, кроме как в связи с провозглашенным отношением к материи и ее движениями и в связи с надуманной их подчиненностью материальным силам. Как только мы начинаем исследовать деятельность разума и сверхразума, самих по себе, без предвзятости, которая побуждает с самого начала видеть в них только подчиненные выражения Материи, то мы сразу же вступаем в контакт с массой явлений, полностью избегающих жесткой постановки, ограничивающего догматизма материалистической доктрины. В этот момент мы открываем, как наш расширяющийся опыт заставляет нас признать, что во вселенной существуют реальности, познаваемые за пределами чувств, и что в человеке присутствуют мощности и способности, которые скорее сами определяют, чем определяемы материальными органами, посредством которых они поддерживают контакт с миром чувств, -- этой внешней оболочкой нашего истинного и полного существования, -- и предпосылка материалистического Агностицизма исчезает. Мы готовы к более широкой постановке и всегда развивающегося исследования.

Однако прежде всего нам следует осознать громадную, неоценимую пользу, принесенную тем коротким периодом рационалистического Материализма, через который прошло человечество. Ибо в то обширное поле опыта, который теперь начинает приоткрывать пред нами двери, можно благополучно вступить только с интеллектом, натренированным до ясной простоты; использование незрелого разума само по себе ведет к наиболее опасным искажениям и блуждающим фантазиям, и в прошлом в действительности зародыши истины обволакивались такими пластами извращенных суеверий и иррациональных догм, что обретение истинных знаний становилось невозможным. Возникала необходимость вымести временно как саму истину, так и подделки под нее, чтобы очистить дорогу для нового старта и надежного продвижения. Рационалистическая тенденция Материализма оказала человечеству эту неоценимую услугу.

Ведь способности, лежащие за гранью чувств, лишь самим фактом вовлечения в Материю, фактом призвания работать в физическом теле, впрягаясь в одну упряжку с эмоциональными желаниями и нервными импульсами, ввергаются в путанную деятельность, где они скорее подвергаются опасности со стороны освещенной сумятицы, чем попадают в очищающую истину. Эта путанная деятельность особенно опасна тогда, когда человек с непросветленным умом и неочищенными чувствами пытается подняться в высшие сферы духовного опыта. В каких только областях эфемерных облаков и поблескивающего тумана или темноты, озаряемой вспышками, которые скорее ослепляют, чем освещают, он не должен потерять себя в этом столь опрометчиво преждевременном приключении ! В приключении, действительно следующем пути, который избирает Природа в своем продвижении, -- ведь она развлекается в ходе работы, -- но все же опрометчивом и преждевременном для Разума.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Вечный закон

    Закон
    Век путешествий и приключений прошел. Даже если мы отправимся к далеким галактикам, облаченные в скафандры и вооруженные компьютерами, это ничего не изменит.
  2. Бонни Гринвелл

    Документ
    Пробуждение Кундалини на Западе Энергия преображения в разных культурах Кундалини как Великая Богиня Богиня и подлинное Я Кундалини и западная психотерапия Синтез восточного и западного радикального духовного опыта
  3. Глубинное

    Документ
    Новая работа широко известного на Западе исследователя и учителя йоги Георга Фойерштейна раскрывает широчайший круг вопросов, связанных с историей, теорией и практикой этого древ­нейшего учения.
  4. Сатпрем шри ауробиндо или путешествие сознания перевод А. А. Шевченко и В. Г. Баранова

    Документ
    ТРАНСФОРМАЦИЯ Перспективы будущего Работа (первый период) Фундаментальный Агни Второй период – тело Второй период – подсознательное Третий период – Ашрам
  5. А. А. Шевченко (sriaurobindo(a)mail ru), В. Г. Баранова

    Книга
    Получив классическое образование в Англии, по возвращении в Индию он становится одним из лидеров национально-освободительного движения, а затем неожиданно оставляет политическую деятельность и полностью посвящает себя йоге и исследованиям

Другие похожие документы..