Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Реферат'
-раскрыть интересные факты о том, как цвет влияет на характер человека, какое лечебное воздействие оказывает цвет, какова связь между цветом и звуком...полностью>>
'Документ'
Актуальність теми дослідження. В умовах переходу нашої економіки на ринковий механізм функціонування найважливішими задачами є прискорення науково-те...полностью>>
'Документ'
Об итогах подготовки должностных лиц, специалистов гражданской обороны и городского звена Московской областной системы предупреждения и ликвидации чр...полностью>>
'Учебное пособие'
В учебном пособии изложены основы работы в текстовом редакторе Word 2 . В пособии приведен обширный материал (теоретические положения, практические пр...полностью>>

Главная > Доклад

Сохрани ссылку в одной из сетей:

ПРАВОСЛАВНЫЙ СВЯТО­­-ТИХОНОВСКИЙ

ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

КАФЕДРА ВСЕОБЩЕЙ ИСТОРИИ

Доклад

на тему:

«Смерть

в восточно-христианской

агиографии»

студента II курса

Макарцева Юрия.

Руководитель семинара:

к.и.н. Мурзин Е. Б.

Москва, 2006

ВВЕДЕНИЕ

§ 1. Актуальность темы

Проблема смерти в исторической науке обратила на себя внимание сравнительно недавно – около нескольких десятилетий назад. До этого ею занимались этнологи, археологи и историки литературы. На вопрос – что же может дать для историка исследование представлений о смерти – дал исчерпывающий ответ А. Я. Гуревич: «Смерть – один из коренных параметров коллективного сознания, а поскольку последнее не остается в ходе истории неподвижным, то изменения эти не могут не выразиться также и в сдвигах в отношении человека к смерти. Смерть – компонент картины мира, существующий в сознании членов данного общества в данный период. Изучение установок отношений к смерти, которые заслуживают внимания и сами по себе, может пролить свет на установки людей в отношении к жизни и ее основным ценностям».

Даже учитывая то, что агиография – вид литературы склонный к типологизации, нельзя отрицать: авторы житий оставались сынами своей эпохи и привносили в строгий канон свое понимание мира. В свою очередь, агиографическая литература влияла на мировосприятие своих читателей (автор, перед тем, как таковым стать, естественно выступал в роли читателя).

Чего в данном случае больше: влияния канонов агиографии на авторов житий, или привнесенный элемент этим авторами, должно стать понятным из предстоящего исследования.

§ 2. Цель и задачи

Цель данной работы заключается в решении следующего вопроса: изменялись ли со временем представления о смерти в восточно-христианской агиографии, и если изменялись, то насколько?

Для успешного достижения поставленной цели целесообразно разделить комплекс представлений, связанных со смертью на три части:

Представления о жизненном пути и о его корреляции со смертью, о смерти, как таковой и о загробной участи человека.

В каждой части будет произведено сопоставление житийной литературы периода классического средневековья, взятой за основу, с агиографией первого тысячелетия христианства.

§ 3. Обзор источников

Данная работа ни в коем случае не претендует на исчерпывающее исследование существующего материала по данной теме, в силу ограниченности источниковой базы. Привлечение дополнительных источников и составление их сравнительной таблицы в дальнейшем сможет помочь ответить на многие вопросы.

Из всего многообразия средневековых источников, в ходе работы были привлечены три, относящиеся к одной эпохе, и представляющие собой разные жанры агиографии: житие мученика, житие преподобного и надгробное слово.

Выбор источников обусловлен тем, что все они, с одной стороны тесно связаны с одним этносом – болгарским, а с другой, причастны к русской и византийской традициям.

Житие св. мученика Георгия Софийского Нового, пострадавшего в 1515 году, имеет две редакции: пространную и краткую. Известно около пятнадцати списков пространной редакции XVI – начала XIX веков и два списка краткого проложного жития – Рыльский и Эленский. В работе рассмотрены Эленский и Хилендарский списки.

Эленский список так называется потому, что некогда он принадлежал священнику Стойко из города Елена. Рукопись находится в болгарской Академии Наук (№ 591), в сборнике, написанном тремя разными почерками. По палеографическим данным Эленский список датируется первой половиной 17 в. и относится к краткой редакции жития св. Георгия. От жития осталось шесть последних листов, рукопись находится в очень плохом состоянии, многие слова нельзя разобрать.

Б. Ангелов приходит к мысли, что этот список является переработкой пространной редакции. Научное изучение данного памятника относится к началу ХХ века.

К пространной редакции относится список, находящийся в Хилендарской рукописи, датируемой второй половиной 16 века (рукопись хранится в Хилендарском монастыре под № 479).

В науке утвердилось мнение, что авторство этой редакции принадлежит священнику Пейо. Хилендарский список – самый старый из всех известных на сегодняшний день. Первое известие о житии св. Георгия и о рукописи находится у В. Григоровича.

В Хилендарском сборнике содержится два сочинения о св. Георгии: Служба святому и его житие, которое носит название «Мн?ие ст7го мн?ика Гео>гiа новаго мн?ика въ Сар8дакiнстэм7 граd2222» (Л. 142-179).

«Житіе и3 жизнь препоdбнаго о4ц7а нашего феоdсия и4же въ тръновэ постничьствовавшаго, о3ученика соуща бл7женнаго грігоріа сінаита» находится в рукописи № 61 Рильского монастыря, написанной Владиславом Грамматиком в1479 году (л. 282-294). Наличие в сборнике удвоенных “а” в окончании прилагательных и отсутствие носовых гласных говорят в пользу того, что житие было написано св. Каллистом на среднеболгарском языке в бытность его сербским архиереем. Первое научное изучение было предпринято в 1904 году В. Н. Златарским. Житие богато этнографическими наблюдениями и передачей прямой речи.

Еще один источник, использованный в работе – «Григоріа м8ниха и прозвmтера, игумена обители Плинаирьскыа, наdгроб8ное иже во ст7ых по истин8нэ Кmпріану, архіепcкпу росіискому» - известен только в одном списке, который содержится в сборнике 16 в., хранится в Государственном историческом музее в Москве под № 235 (384) и называется Синодальным списком по месту своего прежнего хранения в синодальной библиотеке. Сборник содержит 21 произведение Григория Цамблака, надгробное слово заканчивает рукопись и занимает 236-245 листы. Впервые Синодальный список был издан архимандритом Леонидом в 1872 году.

Григорий Цамблак (Семивлах) родился в болгарском городе Тырново ок. 1364 г, учился в Константинополе, в 1414 году стал митрополитом Киевским и Литовским, вопреки отлучению, произнесенному патриархом Константинопольским. В 1420 году Цамблак оставил митрополию и удалился сначала в Сербию, а затем в Молдавию, после чего раздробленная Русская церковь опять объединилась под властью Московского митрополита.

Григорий Цамблак приходился племянником митрополиту Киприану. Слово было составлено ок. 1409 года, на что есть прямые указания в тексте памятника. Место написания точно не определено. Мнения ученых в этом пункте разделились. Это могли быть Москва, Киев или Вильно.

Начало научного изучения в России творчества Григория Цамблака, в общем, и надгробного Слова, в частности, восходит к 20-м г.г. XIX века. Первый, кто упомянул Слово в научной литературе, был митрополит Евгений Болохвитинов, в 1827 году. Затем этим памятником занимались П. М. Строев (1835), С. Шевырев (1858) и многие другие.

В качестве сравнительного материала были использованы следующие памятники раннехристианской агиографии.

Мученичество св. Поликарпа, епископа Смирнского, которое начинается словами: «Церковь Божия, пребывающая в Смирне, Церкви Божией, пребывающей в Филомелии, и всем на всяком месте общинам Святой и Кафолической Церкви…» (I;1). То есть это рассказ о мучении, оформленный в виде послания одной христианской общины другой.

Автор указан в самом послании: «Приветствуют вас [находящиеся] с нами, и Эварест со всем домом своим, который и написал [сие]» (XX;1).

Время страдания святителя Поликарпа определить достаточно трудно: «Пострадал же блаженный Поликарп в начале месяца Ксанфика, во второй день, за семь дней до мартовских  календ, в великую субботу, в осьмом часу. Схвачен он был Иродом, в понтификат Филиппа Траллиана, в проконсульство Стация Квадрата, в царствование же вечное Господа нашего Иисуса Христа» (XI;1). Прот. Георгий Флоровский приходит к выводу, что это 23 февраля 155 года. Архимандрит Киприан Керн называет два варианта: либо 23 февраля 155 г., либо 22 февраля 156 г.

Текст «Мученичества» сохранился в 6 греческих рукописях. Следует оговориться, что повествование ограничивается лишь описанием мученической кончины Поликарпа, поэтому в работе это произведение называется житием условно.

Древнейшее греческое агиографическое произведение «Жизнь Антония», написанное около 365 г. одним из видных греческих писателей IV века святителем Афанасием Александрийским, также использовано в данной работе.

Структура этого жития заслуживает внимания.

  • Предисловие автора,

  • 1– 3 гл. – жизнь Антония до иночества,

  • 3 – 4 гл. – начало подвига,

  • 5 – 13 гл. – описание борьбы с дьяволом,

  • 16 – 20 гл. – беседа о подвигах,

  • 21 – 43 гл. – беседа о бесах и искушениях,

  • 44 – 56 гл. – различные эпизоды из жизни Антония,

  • 67 – 71 гл. – против различных ересей,

  • 72 – 80 гл. – против язычников,

  • 81 – 88 гл. – преп. Антоний и народ,

  • 89 – 93 гл. – кончина преп. Антония,

  • 94 гл. – заключение автора.

Эта структура позволяет сказать, что житие составлялось святителем Афанасием не только ради описания жизни преп., но и для того, чтобы высказать в авторитетной форме православную позицию в отношении многих аспектов жизни новообращенной империи.

§ 4. Обзор литературы

Так как в работе в качестве основы привлечены болгарские источники, то и болгарская литература по теме смерти в предлагаемом обзоре классифицирована по видам материала, к которому обращались исследователи.

Прежде всего, следует упомянуть историографические работы. Т. Крыстанов в своей статье «Новые данные о болгарских новомучениках (XV-XIX вв)» кратко говорит о существующих по данному вопросу исследованиях и называет несколько фактов мученичества из истории Болгарии, которые требуют подробного исследования.

Т. Георгиева рассматривает верования и обычаи, связанные со смертью в исследованиях болгарских этнографов конца XIX – начала ХХ вв. Георгиева разделяет этнографические работы на две группы – работы, носящие описательный характер и сравнительные фольклорные объемные статьи.

А. Я. Гуревич сопоставляет два исследования французских ученых, посвященных истории смерти: Вовелля и Ариеса. Он отмечает, что оба автора занимаются «историей ментальностей», и, сравнив обе работы, приходит к выводу, что утверждать о существовании «истории смерти» в отрыве от других аспектов жизни человека в принципе безосновательно, так как «восприятие и переживание людьми смерти – неотрывный ингридиент социально-культурной системы... Но вычленение её в качестве антропологического аспекта социально-культурной системы вполне оправданно и даёт возможность в новом ракурсе и более глубоко и многосторонне увидеть целое – общественную жизнь людей, их ценности, идеалы, их отношение к жизни, их культуру и психологию».

Следующая группа работ опирается на этнографический материал. Х. Вакарелски в книге «Болгарская этнография» подробно останавливается на погребальных обычаях болгар. По его мнению, в общем комплексе представлений о смерти можно выделить как основанные на христианском учении, так и на пережитках первобытных традиций.

И. Георгиева посвящает целую главу своего фундаментального исследования «Народная мифология болгар» представлениям болгар о смерти и рассматривает потусторонние существа – такие как «вампир», «върколак», «стопан покровител», «нави».

В статье М. Ивановой, в основном, рассматривается комплекс приготовлений болгар к предстоящей смерти.

Р. Попов пишет, что в болгарском фольклоре происходит «раздел сфер влияния» между святыми. В частности, функции господина над смертью выполняет архангел Михаил, которого называют «вадидушник» или «душевадник». По фольклорным представлениям он слеп и глух (как и смерть). «Архангел Михаил в фольклоре - своеобразный преемник античного Харона». Также автор в отдельных регионах отмечает следующие триады покровителей смерти: Антон – Атанас – Черна (Анастасия); Варвара – Савва – Никола.

На русском этнографическом материале И. А. Кремлева исследует похоронно-поминальные обряды у русских конца XIX века. Ее статья – итог многолетних исследований, и потому содержит огромный этнографический материал.

Лингвисты также не обошли тему смерти стороной. В. Вытов в статье «Об одном фразеологическом образе в болгарском языке» указывает те опорные мотивы и семантические модели, на которых основываются фразеологизмы болгарского семантического поля «съмрт» с его различными составляющими.

Статья Шкодровой и Лачевой посвящена рассмотрению на широком материале (лексика, фразеология, паремии) русского, болгарского и французского языков одного вида употреблений языковых единиц, относящихся к тематической группе «смерть/смърт/mort» - эвфемистического, которым авторы и ограничиваются.

В работах М. М. Макарцева рассмотрены представления о смерти русских и болгар на материале фразеологии (хронологические рамки исследований – XVIII-XXI вв.).

Ш. О. Карбоней в своей работе «Злосчастная смерть и ее история» исследует представления европейцев, преимущественно французов о так называемой злой смерти. Автор приходит к выводам, что «злая смерь» в начале была равносильна смерти грешника, мучительной, внезапной смерти, смерти в одиночестве.

В эпоху Нового Времени злая смерть ассоциировалась со смертью преждевременной. В наше время самая нежелательная смерть, как называет ее автор, «нечистая» - в старости и в больнице, без близких.

Важно отметить богословские работы на тему смерти. Православное понимание данного вопроса, основываясь на Священном Писании и учении свв. отцов раскрыл иеромонах Серафим (Роуз) в работе «Душа после смерти». Точку зрения ислама показывает Абу Хамид ал-Газали Ат-Туси.

Исследований представлений о смерти на агиографическом материале не обнаружено, что свидетельствует о недостаточном осознании научной общественностью важности данного вопроса. Предлагаемый доклад служит первым робким шагом в разработке столь интересной проблемы.

Глава 1. ПУТЬ К СМЕРТИ

§ 1. Жизнь – подготовка

Жизнь на земле рассматривается в Православной Церкви как подготовка к смерти и к будущей жизни. Для восточно-христианской агиографии смысл человеческой жизни на земле именно в этом.

«Память смертная» - одно из средств для успешного прохождения жизненного поприща: «Нужно, когда кто уходит из своего дома, пост приложить к посту и молитву к молитве, ради одного того, что никто не знает, возвратишься ли снова в свой дом, или постигнет тебя смерть в таком расслаблении и погубишь все то благое, что от юности сотворил» (Мучение, с. 127) [1]. Память смертная включает в себя не только память о смерти, но также и памятование об ожидающем всех Страшном Суде. Святой Феодосий Тырновский так поучал братию: «Нужно всегда иметь перед глазами память смертную и Страшный Суд Спасителя, который будет всех судить». (Житие, с. 30) [2]. Об этом же он говорил и в другой раз: «Этим в уме (памятью о грядущем – Ю. М.) поучаемся днем и ночью, воссылая в плаче и слезах мольбы к Всещедрому Богу, и не оставит нас без внимания Тот, Кто нас создал» (там же, с. 26) [3]. Из этих слов видно, что «память смертная» неотделима от молитвы к Богу, дает ей необходимый стимул.

Необходимость молитвы отмечается еще в раннехристианской агиографии, так св. Поликарп «Днем и ночью ничего более не делал, как только молился за всех и за все Церкви в мире, как поступал он обыкновенно» (V;1).

Тема памяти смертной в житии св. Антония поднимается не раз, и там она также распадается на два аспекта: память о смерти и память о страшном суде (Жизнь Антония, 7, 19, 89, 91). «При таком образе мыслей, так живя каждый день, не будем мы ни грешить, ни питать в себе какого-либо пожелания, ни гневаться на кого-нибудь, ни собирать себе сокровища на земле; но, как ежедневно ожидающие смерти, будем нестяжательны, и всякому станем все прощать. Никак не дадим овладеть нами плотскому вожделению, или другому нечистому удовольствию, будем же отвращаться сего, как преходящего, пребывая в непрестанном страхе и имея всегда пред очами день суда» (Жизнь Антония, 19).

О св. Антонии говорится, что «Молился он часто, зная, что должно наедине молиться непрестанно» (Жизнь Антония, 3).

«Мы сами себя и осуждаем и оправдываем» (Мучение, с. 102) [4] – такова краткая характеристика необходимости христианских подвигов для спасения. В рассматриваемых житиях есть указания как на определенные виды подвигов, так и на доброделание в общем. Тема подвигов естественно доминирует в агиографической литературе. Однако в некоторых местах она логически неразрывно связана с темой смерти. Так, мученик Георгий просит священника выкупить его для того, чтобы, как он говорит «я еще пожил в плоти и сотворил что-нибудь хорошее перед Богом, потому что во мне нет никакой добродетели» (Мучение, с. 114) [5]. Составитель его жития такого мнения, что «Если кто думает о себе, что безгрешен, а дел благих не сотворил, то он будет осужден» (Мучение, с. 126) [6].

В житии св. Поликарпа: «Желаем вам, братия, укрепляться и поступать по Евангельскому слову Иисуса Христа» (XXII;1).

Переходя к дифференциации видов подвижничества, в первую очередь следует упомянуть о постничестве. «Нам нужно прежде всего поститься» (Мучение, с. 126) [7] и «кто его /пост – Ю. М./ сохраняет, наследует рай» (Мучение, с. 128) [8]. На время написания жития св. Георгия приходится ослабление духовного подвига среди некоторой части болгар, что выразилось в пренебрежительном отношении к посту, которое осуждает автор упомянутого источника. Он пытается подействовать на умы своих современников следующими словами: «Каждому по его подвигу, которым здесь подвизался: или постившись и плоть от сласти воздержав и милостыню с усердием каждый по силе своей ради Бога сотворив, или муки различные претерпев и тело своё ради Бога не пощадив» (Мучение, с. 121) [9].

Монашество – еще один вид христианского подвига, удел избранных. Так, брат деспота Стефана Гюраг «не захотел иметь земную власть, но с ангелами на небесах жить» (Мучение, с. 105) [10], то есть принял пострижение, которое осмысляется здесь как причастность к ангельской жизни.

В житии св. Феодосия рассказывается об одном священноиноке Дионисии, который отличался нестяжательностью, «голодом и жаждой тело изнурил, всенощным бдением и частыми поклонами так истончил свое тело, что сходство его опечаленного лица с прежним едва улавливалось… Своими руками трудился и бесплатно ни разу хлеба не ел, милотию одной одет и то худою.. Сорок или даже более в иночестве прожил лет, не ослабев ни в чем» (Житие, с. 14) [11]. О другом старце говорится, что он «даже до конца… провел свою жизнь во всяческом благе и возрастал к небесному ходатайственному царству в иноческом житии» (Житие, с. 11) [12].

Память смертная, соединенная с христианскими подвигами, приводила человека в такое состояние, что он уже заранее предузнавал время своей смерти (Житие, с. 28; с. 32).

Святой Антоний также был предуведомлен «Промыслом о кончине своей» (Жизнь Антония, 89).

Подвижников от их праведного пути всеми силами пытаются отвратить бесы: «Но ненавистник добра завистливый диавол, видя такое расположение в юном Антонии, не потерпел этого, но как привык действовать, так намеревается поступить и с ним» (Жизнь Антония, 5).

Много злоумышлял против них диавол: но, благодарение Богу! всех он не одолел» (III;1). В житии св. Феодосия действия дьявола описаны почти в тех же самых словах.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Начало Православной Руси первый опыт христианского благочестия и богатырства. § Слово о закон

    Закон
    Глава шестая. ОСОБЕННОСТИ КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ РОССИИ В XVI – XVII СТОЛЕТИЯХ, РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТНОГО СОЗНАНИЯ И ПРЕДПОСЫЛОК СЕКУЛЯРИЗАЦИИ В РУССКОМ ОБЩЕСТВЕ
  2. Смерть и её отношение к неразрушимости нашего существа", "Идеи этики", "Метафизика половой любви", "Основные идеи эстетики" (§36-50). Для широкого круга читателей

    Документ
    Сборник составлен рядом произведений известного немецкого философа А. Шопенгауэра: "Максимы", "Понятие воли" (§23 и 27), "О ничтожестве и горестях жизни", "Смерть и её отношение к неразрушимости
  3. Пособие по курсам «История русской литературы» и «История русского литературного языка» Москва

    Документ
    Стиль «плетение словес» в контексте истории русского литературного языка и литературы Древней Руси. Епифаний Премудрый «Житие Стефана Пермского». – М.
  4. Человек между Царством и Империей: Сб материалов междунар конф. / Ран. Ин-т человека; Под ред. М. С. Киселевой. М., 2003. 527 с.: ил. (Человек в русской культуре). Библиогр в конце ст

    Документ
    Человек между Царством и Империей: Сб. материалов междунар. конф. / РАН. Ин-т человека; Под ред. М.С. Киселевой. - М., 2003. - 527 с.: ил. - (Человек в русской культуре).
  5. Василий Осипович Ключевский Курс русской истории Василий Осипович Ключевский 1 Курс русской истории 1 лекция (2)

    Лекция
       Я изложил основания поместной системы в том виде, какой она приняла к началу XVII в Развитие этой системы служилого землевладения сопровождалось разнообразными и важными последствиями, которые сильно чувствовались в государственном

Другие похожие документы..