Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Документ'
Рекомендовано до друку Науково-методичною радою Одеського регіонального інституту державного управління НАДУ при Президентові України. (Протокол № 2,...полностью>>
'Документ'
О результатах выборов депутатов Собрания депутатов Красноармейского сельского поселения Зерноградского района Ростовской области второго созыва 12 ок...полностью>>
'Рабочая программа'
Курс "Теоретические основы синтеза р/ф систем" читается студентам 5-го курса дневного отделения физического факультета, обучающимся на кафе...полностью>>
'Статья'
1. Cовершение сделки, связанной с драгоценными металлами, природными драгоценными камнями либо с жемчугом, в нарушение правил, установленных законодат...полностью>>

Главная > Документ

Сохрани ссылку в одной из сетей:

Девочка и теплоход

- Аня, опять заснула? – Аня, вздрогнув, начала натягивать колготки. Новые колготки кусались и никак не хотели налезать на сонные ноги. Скорей, скорей, мама опять будет сердиться…

-Аня! Да что же за наказание с этим ребенком! У всех дети как дети, а мне досталась сонная тетеря! – мама больно дернула за руку и с силой стала натягивать непослушные колготки. – Ты забыла что ли, что сегодня мы на теплоходе поплывем?

Забыла! Совсем забыла про теплоход! Сегодня они поедут на какой-то Речной вокзал, а потом сядут на большой корабль и поплывут по Неве в Ладожское озеро, на самый настоящий остров Валаам! Скорей, скорей завтракать!

За завтраком молчали. Папа и Аня украдкой переглядывались, а мама с грохотом метала на стол тарелки с яичницей, кружки с чаем, вилки и ножи.

- Ешь, доча, неизвестно еще как там еще будут кормить, на этом хваленом теплоходе! Тоже мне, круиз! Ну, от нашего папы я ничего другого и не ждала… На день рождения – поездка на Валаам! Мальдивы и Бора-Бора достались другим, как обычно…

Слезы защипали в носу и потихоньку потекли в тарелку… Зачем она так, ведь папа хотел как лучше, хотел сделать ей сюрприз, чтобы всем вместе, как раньше… Специально ездил на причал договариваться про какое-то оформление каюты… Неужели мама совсем ничего не понимает?

-Да вы сговорились, что ли? - мама хлопнула дверью и убежала собирать сумку.

На пристань приехали как всегда – отдельно шел разобиженный папа с сумкой, далеко впереди – мама на каблучках, а Аня плелась где-то между, ни то ни се…

У причала стояли – нет, не один, а целая флотилия белых огромных теплоходов. И у каждого – имя четкими буквами на борту, а у некоторых и фамилия. Аня стала искать глазами выученное заранее сложное «Виссарион Белинский» - но нет, не нашла. А вдруг опаздывает? Но нет, нашелся Виссарион, вон стоит во втором ряду, вход через «Кронштадт».

Каюта на нижней палубе. Папа посторонился – «Заходи, Света», и мама гордо на каблучках процокала в каюту. И тут же – «ох, и ах, и какая красота!» – на столике целая корзина с фруктами, и шампанское и ананас и огромный букет маминых любимых белых роз. Вот это да! Мамины глаза так засияли, как будто в каюте включили свет. А уж когда она нашла в корзине коробочку с кулоном, то просто обняла папу и поцеловала в нос. А он ее в макушку. А дальше Аня смотреть не стала, потому что пошла исследовать душ, и шкаф, и свою откидную кровать. А иллюминатор – вот чудо! В сто раз лучше телевизора! В него видно все сразу: и волны, и берег, и чаек над водой. И каждую минуту все меняется, так что невозможно оторваться и сидишь на подоконнике целый час и смотришь. И заметьте – никто не кричит: «Соня, проснись!» А папа с мамой сидят с фужерами на диванчике и, улыбаясь, глядят на Аню и чаек в иллюминаторе, и радио напевает негромко красивую музыку.

Но музыка вдруг закончилась и громким голосом всех позвали в ресторан ужинать. И мама цок-цок-цок – прошла за столик возле окошка, и села тихонечко. А тут и официантка принесла салат-башенку, и какую-то хитрую котлетку, всю в кружевах петрушки и китайской капусты, и воздушную картошечку, и соус, и кофе с пирожным вкуснющим. Вот это да! Мама папе: «Володя, я и не ожидала что здесь действительно ресторан. Думала, покормят столовскими котлетами в лучшем случае. А тут такая красота!»

Папа тоже доволен, улыбается. А Аня съела два пирожных и еще вишенку с папиного, и теперь ей совсем трудно дышать.

Пошли на палубу, провожать солнце. Сидели в креслах, смотрели на невские берега и молчали. Только не так как дома, по-другому. Вместе молчали, а не отдельно. А солнце садилось над крепостью Орешек, и в Ладогу вышли уже затемно. Ночью Аню баюкала вода, мерно плескавшая в иллюминатор. А рано утром: «Пора, дочка! Подходим к Валааму!» Скорей, почистила зубы маминой невкусной пастой и в тапочках на босу ногу – на палубу. Валаам встает сумрачный, ощетинился елками, гранит и мох повсюду. Но нестрашный – как огромный волк из сказки, который Ивана–царевича спасал. Добрый…

Оказывается, пока Аня спала, папа и мама ходили танцевать. И теперь мама поддразнивает папу каким-то безумным танго, которое он изобразил и чуть не уронил ее в самом конце. А папа ей – зато как на нас все смотрели! Ане немножко обидно, что ее не взяли на танцы, но обижаться некогда, пора плыть в Усадьбу. Набились в теплоходик маленький – даже стулья пришлось в проходе ставить, в тесноте да не в обиде доплыли до Усадьбы. А там тетеньки-экскурсоводы на берегу встречают, всех делят на группы и ведут в горку – смотреть монастырь. А одна тетенька в сторонке стоит, не суетится. Держит себе табличку «4» и улыбается глазами. Аня сразу маму к ней потянула за руку, так ей тетя эта понравилась. А за ними и другие туристы подошли, и собралась группа. Аня все время около экскурсовода шла, а папа с мамой приотстали, за руки держатся.

Тетю звали парадно – Елизавета, и имя ей подходило. Сама - невысокая и сухонькая, но держалась прямо. В платочке и юбке темной, как и остальные, лицо загорелое, только от глаз морщинки-лучики белые разбегаются. И сразу видно – такая не обидит, не накричит, за руку дергать не станет. Добрая… И рассказывала она интересно, Аня даже заслушалась. И про то, как царь приезжал на Валаам, и как после революции монахи взял иконы и уехали в Финляндию, и про то, как здесь инвалиды войны жили без рук, без ног - «самовары». Не все поняла, но запомнила крепко. Голос Елизаветин сам на сердце лег. Родной голос, как будто раньше Аня его слышала то ли в сказке, то ли во сне.

Ходили-бродили по усадьбе, и устала Аня, стала по сторонам поглядывать. Видит – на скамейке кошка сидит невиданной породы – сама рыжая, а хвост в полоску дымчатый. Смотрит на Аню разными глазами – один глаз голубой, второй желтый. Аня сразу решила, что кошка эта породы особой, валаамской. Бывают же сиамские кошки, значит и валаамские должны быть? Кошка подвинулась, хвостиком лапки обвила. Садись, мол. Присела Аня на скамеечку, и загляделась – через яблоневый сад в низинке, на шатер островерхий – часовню на пристани, и дальше, на темную воду ладожскую. Тихо так вокруг, только кошка мурчит негромко, приговаривает. Задумалась Аня и не заметила, как ней папа подсел. А туристы с Елизаветой уже далеко внизу, и мама в голубом платье маленькая-маленькая, как куколка. Обнял папа за плечи: «Смотри, Анютка, какая у нас мама красивая!»

- И добрая, папа?

- И добрая…

- А вдруг мы приедем домой, и все будет как раньше?

- Не будет, дочка. Теперь все будет хорошо. А если вдруг поссоримся – купим опять билеты на теплоход!

-П-р-р-р-авильно – одобрила папу кошка валаамской породы.



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Андрей Караулов. Русский ад. Избранные главы

    Документ
    Собачий холод, собачий климат, колоссальные земли — дикие земли, девяносто регионов, огромная страна, из них пятьдесят областей (почти половина) не годятся для жизни — это не наказание?

Другие похожие документы..