Поиск

Полнотекстовый поиск:
Где искать:
везде
только в названии
только в тексте
Выводить:
описание
слова в тексте
только заголовок

Рекомендуем ознакомиться

'Урок'
Знакомство с системной средой Windows практически было начато на прошлом уроке. Изученный пользовательский графический интерфейс является системной с...полностью>>
'Рабочая программа'
Целью освоения дисциплины «Медицинская электроника» является освоение теоретических знаний и практических навыкав по применению электронных схем в би...полностью>>
'Документ'
У него имеется несколько понятий (социальный патронат, патронатное воспитание, постинтернатный патронат, патронатная семья и др.), но мы остановимся ...полностью>>
'Закон'
Добросовестно реализовывать Антимонопольный закон и дополнительные нормативные положения и открывать новые перспективы антимонопольного правоприменен...полностью>>

Главная > Автореферат

Сохрани ссылку в одной из сетей:

На правах рукописи

Трусов Владимир Евгеньевич

Своеобразие дефиниции в различных функциональных стилях

как разновидностях типов мышления

(на материале научного и художественного стилей)

Специальность 10.02.19 – Теория языка

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Саратов, 2008

Работа выполнена на кафедре теории, истории языка и прикладной лингвистики Саратовского государственного университета имени Н.Г. Чернышевского.

Научный руководитель: доктор филологических наук, профессор Борисова Мара Борисовна

Официальные оппоненты:

  • доктор филологических наук, профессор Хижняк Сергей Петрович

  • кандидат филологических наук, доцент Банникова Инесса Александровна

Ведущая организация: Удмуртский государственный университет

Защита состоится « 10 » декабря 2008 г. в 16-00 час. на заседании диссертационного совета Д 212.243.02 при Саратовском государственном университете им. Н.Г. Чернышевского (410012, г. Саратов, ул. Астраханская , 83), в XI корпусе.

С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке Саратовского государственного университета им. Н.Г. Чернышевского.

Автореферат разослан « 30 » октября 2008 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Ю.Н. Борисов

Реферируемая диссертация посвящена исследованию дефиниции в аспекте функциональных стилей как реализации различных типов мышления.

До недавнего времени дефиниция (определение) являлась предметом изучения сугубо формальной и философской логики; с этой точки зрения, её исследованию посвящено немало работ как в отечественной, так и в зарубежной науке [Robinson 1951; Горский 1974; Попа 1976 и др.]. В настоящее время, в связи с активным изучением научной речи и индивидуального стиля ученого, а также с появлением термина «художественная дефиниция» [Ханпира 1983], разработка теоретических аспектов определения стала актуальной в лингвистической плоскости и, в частности, в функционально-стилевом аспекте.

Сформировавшаяся в функциональной стилистике точка зрения, согласно которой каждый из стилей литературного языка соотносится с особым типом работы мышления (Б.Н. Головин, М.Н. Кожина, М.П. Котюрова, Д.М. Поцепня и др.), принята за основу данной работы. Дефиниция, с одной стороны, как мыслительная операция, а с другой – как феномен научной и художественной речи (по Аристотелю, «речь, обозначающая суть бытия вещи» [Аристотель 1978: 352]) служит проявлением определенного типа мышления.

В логике под дефиницией понимают «внутрилингвистическую операцию, устанавливающую отношение синонимии между двумя лингвистическими выражениями» [Попа 1976: 103]. Объектом данного исследования являются теоретические дефиниции (научные определения, используемые ученым в процессе создания и экспликации научной теории) и художественные (свойственные художественной речи и являющиеся особым средством речевой выразительности).

Целью исследования является установление специфики типичных художественных и научных (теоретических) дефиниций и, через их сопоставление, дальнейшая разработка проблемы специфики научного и художественного мышления. Для достижения этой цели решаются следующие задачи:

а) создание типологии дефиниций, встречающихся в текстах каждого из стилей;

б) сопоставление типов дефиниций с целью определения их функциональной специфики в каждом из стилей;

в) определение объема понятия «художественная дефиниция»;

г) выявление общности и специфики семантической и синтаксической структуры дефиниций в рамках конкретных индивидуальных стилей ученых и идиостилей писателей;

д) рассмотрение общих закономерностей научного и художественного мышления, отражающихся в дефинициях;

Исследование ведется в русле функциональной стилистики, которая рассматривает стилевые системы различных языков в их единстве и целостности. В этой связи материалом исследования служат не только русские научные и художественные тексты, но и англоязычные тексты, а также русские переводы французских афористических текстов (переводной текст и текст оригинала в рамках данного исследования рассматриваются как «составляющие одного дискурса, представляющего собой возможный мир, эксплицированный средствами разных языков» [Сулименко 2008: 181]). Привлекаются научные работы известных лингвистов XX века; русских: И.А. Бодуэна де Куртенэ, Б.А. Ларина, А.М. Пешковского, С.Г. Ильенко, Ю.С. Степанова, О.Б. Сиротининой; англоязычных: Дж. Лич, Д. Шиффрин и др. Материал по художественному стилю составляют поэтические и афористические тексты как русских авторов (К. Прутков, И. Бродский), так и англоязычных (А. Бирс, Э. Дикинсон) и французских писателей (переводы Ларошфуко и Вовенарга), в рамках идиостилей которых актуально использование художественной дефиниции.

Состав проанализированного материала - около 700000 словоупотреблений (всего более 250 теоретических дефиниций и 180 художественных).

Актуальность данной работы заключается в том, что она построена в русле исследований, разрабатывающих одну из дискуссионных проблем лингвистики – соотношение функциональных разновидностей, или стилей, литературного языка. Получает дальнейшую разработку концепция индивидуального стиля (ученого) и идиостиля (писателя). Рассмотрение художественной дефиниции органически связано и с таким актуальным направлением, как исследование художественного (в частности, метафорического) мышления в его соотношении с теоретическим (научным).

Научная новизна исследования состоит в том, что сопоставление научной и художественной дефиниций впервые подвергается специальному изучению как важный дифференциальный признак типов мышления и соответственно стилей литературного языка – научного и художественного – на материале научных работ и художественных произведений на русском и английском языках, а также русских переводов с французского языка. Своеобразие дефиниции впервые рассматривается в функционально-стилевом аспекте.

Теоретическая значимость работы состоит в возможности её использования для дальнейшей разработки основных проблем современной функциональной стилистики и речеведения, так как в ней представлена новая интерпретация иностилевых заимствований как проявления взаимодействия различных типов мышления. Эти заимствования в теоретических и художественных дефинициях подтверждают тезис об отсутствии непроходимых границ между стилями литературного языка; системный характер иностилевых вкраплений в рамках индивидуального стиля ученого или идиостиля писателя свидетельствует о распространенности такого явления, как синтез логико-аналитического и ассоциативно-метафорического мышления в научном и художественном стилях.

В ходе исследования использовались следующие методы: контекстологический, семантико-стилистический, интерпретационный, а также элементы компонентного анализа.

Практическая ценность данной работы состоит в том, что её результаты могут применяться в вузовской практике: в лекционных курсах по теории языка, семасиологии, общей стилистике и интерпретации текста, стилистике художественной речи, при составлении спецкурсов по этим дисциплинам, а также при написании курсовых и дипломных работ по проблемам теории языка и стилистики.

На защиту выносятся следующие положения:

  1. Существенные признаки понятия, реализуемые в дефиниции, имеют ядерный и неядерный сегменты. Ядерные признаки фиксируются всеми толковыми словарями, в то время как для многих теоретических дефиниций, раскрывающих содержание научного понятия, характерно наличие неядерных дополнительных признаков, актуальных в контексте конкретной научной теории. В художественной дефиниции, характеризующей художественное понятие, совмещение её определяемого и определяющего компонентов происходит за счет особых окказиональных признаков, актуальных для писателя и отражающих его индивидуальную картину мира. Эти признаки расширяют сигнификативный слой значения слова, приписывают ему «окказиональный» сигнификат, реализующийся не в языке, а в речи.

  2. Теоретические дефиниции, раскрывающие содержание новых терминов, могут быть порождением взаимодействия логико-аналитического мышления и творческой интуиции, служащей атрибутом ассоциативно-метафорического мышления. В свою очередь, явление имитации логической формы определения в художественном стиле говорит о распространенности явления синтеза логико-аналитического и ассоциативно-метафорического мышления в контексте идиостилей ряда писателей.

  3. Установлено, что главной функцией теоретического определения является компрессия научного языка (компрессорная функция), в то время как основной функцией художественной дефиниции является эстетически значимая характеристика понятия (характеризующая функция). В науке, даже в случае наличия метафорических вкраплений в дефинициях, нельзя говорить об их эстетической функции, которая является прерогативой исключительно художественного определения, нередко играющего активную роль в структурно-семантической организации целостного текста.

  4. Термин «художественная дефиниция», который традиционно обозначает дефиницию метафорическую, на самом деле, объемлет круг семантически разнородных языковых явлений. В работе предлагается типология художественных дефиниций, в рамках которой выделяются: а) компаративные дефиниции (представленные метафорой в форме идентифицирующего предложения) и б) имитирующие дефиниции, воспроизводящие структуру логического определения (в составе последних выделяются дефиниции-парадоксы и квазилогические дефиниции).

  5. Художественная дефиниция – особое выразительное средство, которое, вследствие многообразия своих семантических типов (при инвариантной структуре «предложения тождества»), не сводимо к какому-либо одному виду речевой выразительности. Она может функционировать и как разновидность тропа - метафоры, и как особая стилистическая фигура – «фигура мысли».

Апробация работы. Результаты исследования обсуждались на конференциях молодых ученых в г. Саратове (2006 и 2007 г.), международной филологической конференции в г. Барнауле (2006 г.), на XXXVII Международной филологической конференции в г. Санкт-Петербурге (2008 г.), а также на заседаниях кафедры теории, истории языка и прикладной лингвистики Саратовского государственного университета. По теме исследования опубликовано 7 статей, одна из них – в издании, рекомендованном ВАК РФ.

Структура работы. Работа состоит из введения, теоретической главы, двух практических глав, заключения, приложения, включающего в себя переводы цитируемых стихотворений и список источников, а также списка использованной литературы.

Содержание диссертации.

Во введении обосновывается выбор темы, актуальность и новизна исследования, его теоретическая значимость и практическая ценность, определяются цели и задачи работы, аргументируется выбор материала исследования, указываются методы исследования, формулируются положения, выносимые на защиту.

Глава 1 «Учение о дефинициях в его взаимосвязи с теорией функциональных стилей языка» состоит из четырех разделов.

Первый раздел «Специфика научного и художественного стилей языка как разновидностей типов мышления» посвящен основным положениям функциональной стилистики. Функциональный стиль (или разновидность) литературного языка традиционно определяется как «общественно осознанная и функционально обусловленная совокупность приемов употребления, отбора и сочетания средств речевого общения в сфере того или иного общенародного, общенационального языка» [Виноградов 1955: 73]. Сформированное В.В. Виноградовым учение о функциональных стилях нашло свое продолжение в трудах таких ученых, как Б.Н. Головин, М.Б. Борисова, Д.Н. Шмелев, В.Г. Костомаров, М.Н. Кожина, М.П. Котюрова, и др. Это учение породило особое научное направление в отечественной лингвостилистике – функциональную стилистику.

Однако, несмотря на детальную разработанность теории функциональных стилей, вопрос о самом их существовании был дискуссионным на всех этапах развития функциональной стилистики и остается таковым по сей день. Уже в 1950-х г.г. XX века, в ответ на работы Ю.С. Сорокина [Сорокин 1954], В.В. Виноградов ввел серьезное уточнение своего определения стиля, указав, что стили языка не являются замкнутыми; они могут «частично смешиваться и проникать друг в друга» [Виноградов 1955: 71]. В дальнейшем тезис отсутствия непроходимых границ между стилями был поддержан рядом ученых, в том числе, Д.Н. Шмелевым, который, признавая объективное существование функциональных разновидностей русского языка, утверждал, что идея стиля есть не что иное, как научная абстракция [Шмелев 1977].

В современной русистике, однако, существует тенденция к отказу от идеи функциональных стилей как таковой. Наиболее ярко это проявляется, в частности, в работах В.Г. Костомарова, который предлагает вместо термина «стиль» использовать понятие «конструктивно-стилевого вектора», задающего ориентацию речи ученого, писателя, журналиста и т. д. [Костомаров 2005]. Однако эта теория постулируется ученым не как универсальная, а лишь как соответствующая реалиям современного русского языка.

В настоящей работе мы исходим из идеи объективного существования функциональных разновидностей языка, признавая, тем не менее, что, поскольку сама модель стиля является научной абстракцией, взаимопроникновение стилевых элементов широко распространено и совершенно неизбежно. Однако доминанты стиля, имеющие экстралингвистическую природу, присутствуют в любом тексте данной функциональной разновидности литературного языка, несмотря на частотность и распространенность отклонений от нормы стиля, его «эталона».

Каждый из функциональных стилей языка соотносится с определенными формами мышления. Таким образом, можно говорить как о научном и художественном мышлении в целом, так и о частных типах мышления, реализующихся в языке науки и художественных произведений (так, доминирующим типом мышления ученого, несомненно, является логико-аналитический, а писателя – ассоциативно-метафорический). Необходимо учитывать и фактор когнитивных стилей, или индивидуальных стилей мышления (рационального, эмпирического и метафорического), теория которых активно разрабатывается как в современной когнитивной психологии [Холодная 1990], так и в лингвостилистике [Котюрова 1997; 2000].

Научный стиль соотносится с познавательной, обобщающей, аналитико-синтетической работой мышления. Художественный же стиль соотносится с художественной, эстетической деятельностью людей, с образно-эмоциональной и эстетической работой мышления.

Во втором разделе «Индивидуальный стиль ученого и идиостиль писателя как лингвистико-когнитивные категории» рассматривается актуальная для современной стилистики проблема идиостиля в его взаимосвязи с мышлением ученого / писателя, его типами и стилями. При изучении того или иного языкового феномена в функционально-стилевом аспекте невозможно исходить лишь из набора экстралингвистических доминант стиля: следует учитывать и специфику индивидуального стиля автора (идиостиля). При рассмотрении индивидуального стиля ученого учитываются, в первую очередь, работы представителей Пермской лингвостилистической школы (М.Н. Кожина, М.П. Котюрова, В.Н. Салимовский и др.), в рамках которой этот феномен является членом дихотомии «стереотипность научной речи / индивидуальное творчество»: научный стиль изложения (как и всякий другой) представляет собой единство стереотипных и свободных языковых единиц. При этом стереотипные единицы образуют «каркас» научного текста, задают его «эталон».

Проблема идиостиля писателя (ранее в стилистике использовался термин «стиль писателя», близкий понятию идиостиля) получает в современной лингвостилистике гораздо более подробное освещение, нежели стиль речи ученого. В связи с когнитивной природой понятия «идиостиль», обозначающего особое отношение внутреннего мира художника слова и его мышления к воссоздаваемой им реальной действительности, его специфика во многом определяется индивидуально-авторской картиной мира, которая служит особым проявлением общеязыковой картины мира (с этой точки зрения, показательны работы создателя понятия концептосферы Д.С. Лихачева, а также Д.М. Поцепни, В.И. Карасика, И.А. Тарасовой и др.).

В третьем разделе «Дефиниция в формальной логике. Специфика теоретической дефиниции» рассматриваются основные положения логической теории определения применительно к специфике теоретической (научной) дефиниции и научного мышления.

Логика дефиниции глубоко разработана в «Топике» Аристотеля [Аристотель 1978]. В новейшее время она была подвергнута основательному изучению в работах К.Попа [1976], Д. Горского [1974], Г. Клауса [1960] и ряда других исследователей. Аристотелеву теорию дефиниции можно рассматривать как набор жестко структурированных норм, регламентирующих правила построения единственно истинного определения (среди этих правил, в частности, есть предписания определять понятие через ближайший род и вид, избегать в дефиниции метафор и двусмысленных выражений и т.д.).

Несмотря на громадную заслугу Аристотеля в разработке первой в истории философской мысли теории дефиниции, современная наука считает ряд её положений устаревшими. В частности, логика уже давно перешла на позиции «дефинитивного плюрализма», согласно которому для одного понятия можно создать не одно, как считал Аристотель, а целый ряд отличающихся в нюансах определений, которые все же можно будет признать истинными.

В свете функционально-стилевого аспекта исследования дефиниции особенно важным представляется тот факт, что правила Аристотеля, его модель «эталонного определения» справедлива лишь в отношении тех языковых единиц, которые образуют стереотипический каркас того или иного стиля языка. Отклонения от этой модели встречаются очень часто в научной речи и особенно в художественной.

Современные научные тексты практически не могут существовать без логических дефиниций, ибо без них невозможно ни введение новых терминов, ни экспликация точки зрения ученого. Для научного стиля характерен особый вид определения – теоретическая дефиниция, которая в логике выделяется наряду с дефиницией повседневной, встречающейся как в обиходной речи, так и в кратких, неакадемических толковых словарях. Логично сопоставить эти типы определения с видами понятий: повседневная дефиниция раскрывает содержание обиходного понятия, в то время как теоретическая – научного.

В научных текстах дефиниция способствует сокращению, концентрированию информации, её особой компрессии (связано это с тем, что в основе дефинирования лежит процесс кодирования выражения естественного языка в сжатой форме термина, либо вводимого вновь, либо переосмысляемого). Таким образом, главную функцию дефиниции в научных текстах мы можем назвать компрессорной.

В четвертом разделе «Специфика художественной дефиниции» раскрываются специфические черты и особенности данного художественного средства в сопоставлении с повседневной и теоретической дефиницией.

Термин «художественная дефиниция» впервые в отечественной науке был введен Э.И. Ханпирой в работе, посвященной этому художественному приему [Ханпира 1983]. Под художественной дефиницией автор работы понимает прием «раскрытия содержания художественного понятия посредством явной дефиниции» [Там же: 235].

Поскольку предметом дефинирования в художественных определениях являются не обыденные или научные понятия, а художественные, очевидна их «ошибочность» с точки зрения логики: в них происходит систематическое нарушение правил Аристотеля, проявляющееся наиболее ярко в образной, чаще всего метафорической, природе многих художественных дефиниций.

В работе Ханпиры семантическая осложненность определяемого художественной дефиниции трактуется как наличие у него «окказионального сигнификата», приписываемого слову образным, поэтическим мышлением. Этот особый окказиональный компонент значения слова – принадлежность сугубо речи (ведь языку он неизвестен).

Таким образом, как значение слова, так и его дефиниция претерпевают в художественной речи, в контексте определенного художественного произведения, особую эстетическую трансформацию. Один из наиболее ярких примеров такой трансформации – сочетание лексических единиц, принадлежащих к разным лексико-семантическим группам и полям на базе некоего переноса значения. Эффект от такого сочетания – создание метафоры, поэтому образный тип художественной дефиниции мы называем дефиницией-метафорой. Нередко дефиниция-метафора образует образный (метафорический) контекст, состоящий из слов поддерживающих семантическую двуплановость образного слова. Этот контекст, обладая особой эстетической функцией, мотивирует семантическую связь между двумя неродственными понятиями.

Глава 2 «Дефиниция в научном стиле: семантика тождества» посвящена анализу теоретических дефиниций, выявлению своеобразия их семантической и структурной организации сквозь призму их функционально-стилевой обусловленности.

В первом разделе «Предварительные замечания: дефиниция и описание» выявляется специфика теоретической дефиниции в сопоставлении с научным описанием. Бесспорно, что феномены определения и описания – весьма близкие категории; в сущности, они представляют собой два способа раскрытия содержания научного понятия. В отличие от дефиниции, описание – это перечисление существенных признаков понятия вне синтаксической конструкции тождества.

Описания с минимальным экспликативным контекстом (занимающим один абзац или его часть), которые можно преобразовать в эквивалентные определения, мы относим к разряду описательных дефиниций. Например: «Фразеологические единства являются потенциальными эквивалентами слов, и в этом отношении они несколько сближаются с фразеологическими сращениями, отличаясь от них семантической сложностью своей структуры, потенциальной выводимостью своего общего значения из семантической связи компонентов» [Виноградов 1972: 26]. Описательные дефиниции, конечно, следует отличать от научного описания с расширенным экспликативным контекстом, целью которого является уже не перечисление существенных признаков научного понятия, а создание всеобъемлющей (по возможности, включающей как можно больше признаков) его характеристики. Контекст такого описания занимает уже не один абзац, а целый раздел научной статьи, монографии и т.п.

Во втором разделе «Ядерный и неядерный сегменты семантической структуры теоретической дефиниции» рассматриваются типы существенных признаков научного понятия в сопоставлении с понятием обиходным. Дефиниции терминов, содержащиеся в толковом словаре (которые рассматриваются логиками как повседневные определения) нередко отличаются от собственно теоретических определений, содержащихся в научных трудах, набором эксплицируемых в них существенных признаков понятия (термин «существенный признак» заимствуется нами из логической теории определения). Если все толковые словари – и краткие, и академические – должны фиксировать некое ядро научного понятия, иначе говоря, ядерный сегмент его существенных признаков, то теоретическое определение, вкупе с ядерными признаками, реализует также и ряд неядерных дополнительных признаков, актуальных для данной научной теории, а также для контекста данного конкретного научного труда.

Так, дефиниция морфемы, предложенная И.А. Бодуэном де Куртенэ («Морфема – это любая часть слова, обладающая самостоятельной психической жизнью и далее неделимая с этой точки зрения»), эксплицирует два существенных видовых отличия: а) психичность морфемы, её значимость и двусторонность и б) минимальность этой единицы. «Популярный» краткий «Толковый словарь русского языка» С.И. Ожегова, при этом, фиксирует лишь один из этих существенных признаков – признак значимости: «В грамматике: значимая часть слова (корень приставка, суффикс)» [Ожегов 1970]. В то же время, академический словарь, дефиниции которого опираются в большей степени на существующие теоретические определения, фиксирует оба признака («минимальная значимая составная часть слова» [БАС]). Таким образом, признак минимальности морфемы как значимой единицы языка можно рассматривать как неядерный и дополнительный (другой тип неядерных признаков, окказиональный, актуален, главным образом, для художественной речи).

Критерий актуальности того или иного неядерного дополнительного признака, реализуемого в дефиниции, включает в себя ряд составляющих:

А) то обстоятельство, что теоретические дефиниции являются «органическим компонентом теоретической системы» [Горский 1974: 92];

Б) детерминированность теоретической дефиниции контекстом данного научного труда, его целями и задачами, а также «актуальным» контекстом главы, раздела и т.п.;

В) обусловленность структуры теоретического определения системными закономерностями индивидуального стиля ученого.

В третьем разделе «Проблема стереотипической нормы теоретической дефиниции» научное определение рассматривается как совокупность стереотипных и индивидуальных языковых единиц. При этом за «эталон» стереотипности принимается комплекс правил построения дефиниции, изложенный Аристотелем в «Топике».

Первое фундаментальное правило Аристотеля состоит в том, что дефиниция должна строиться через ближайший род и видовое отличие (такой тип определения в современной науке называется классифицирующим). Действительно, большинство теоретических определений отвечает этому правилу, ср.: «Предложение – это самостоятельная единица текста, формирующаяся на основе предикативной единицы и образующая разные типы высказывания» [Сиротинина 2006:5]; A lemma is a lexeme or dictionary headword, which is realized by a word form[Gumperz 2003: 305].

Однако случаи нарушения этого правила, связанные с употреблением других видов логических дефиниций, весьма распространены в научном стиле. Так, частотны определения через «метаимена» (такие, как «совокупность», «ряд», «форма», «принцип», «система»; в англоязычных текстах “a set of”, “a group of”, “sum total” - и т.д. – т.н. идентифицирующие дефиниции): Discourse markers are one set of linguistic items that function in cognitive, expressive, social, and textual domains” [Schiffrin 2003: 54]. Распространены в научной речи и неявные дефиниции, используемые преимущественно в различных аксиоматических теориях, которые применяются, в том числе, в лингвистических исследованиях: «Отношение называется симметричным, если всякий раз, как какие-либо два элемента находятся в этом отношении, те же элементы, но взятые в обратном порядке, тоже находятся в этом отношении» [Степанов 1975: 201]; A clause is temporally sequenced if it has past time reference and refers to the next event in a story line[Myhill 2003: 168].

Среди других требованиий Аристотеля следует выделить норму, согласно которой объем определяемого понятия должен совпадать с объемом определяющего (т.н. «правило взаимозаменимости», то есть синонимичности левой и правой части дефиниции). Это правило также не абсолютно. В научной речи нередко встречаются неполные определения, в которых объем определяющего термина либо превосходит объем определяемого, либо уступает ему: «Лексема – синкретизм смыслов, иногда противоречивых и все же имеющих общее функциональное ядро» [Виноградов 1976: 372].



Скачать документ

Похожие документы:

  1. Элокутивные средства газетного дискурса в коммуникативно-прагматическом аспекте (на материале русского языка) 10. 02. 01 русский язык

    Автореферат
    Интенционально-ситуативная обусловленность дискурсивного пространства газетного текста является приоритетным объектом исследования таких интегративных дисциплин, как прагмастилистика, лингвокультурология, дискурсивная лингвистика,
  2. Пособие построено на материале переводов с немецкого, английского, французского, отчасти испанского языков на русский; эпизодически используются данные перевода с некоторых других языков на русский и с русского на иностранные. Ббк 81-9

    Документ
    кафедра перевода английского языка Московского государственного педагогического института иностранных языков им. М. Тореза (зав. кафедрой доцент Ю. А.
  3. Рецензии. Отзывы 29 Рецензия на книгу Т. В

    Документ
    Методологическим основанием данной статьи являются следующие утвердившиеся в лингвистике текста положения: «текст в сложившемся окончательно виде создает … особую материальную протяженность, последовательность связанных между собой
  4. На материале лирики А. Кешокова 13 © 2009 г. Т. Б. Дунаева 16 лексемы романского происхождения в творчестве и

    Документ
    Речевой акт, минимальная единица речевой деятельности, выделяемая и изучаемая в теории речевых актов – учении, являющемся важнейшей составной частью лингвистической прагматики.
  5. Ма при обучении иностранному языку в высшей школе материалы научно-практической конференции (6 октября 2005г.) Хабаровск Издательство хгту 2005

    Документ
    В сборнике представлены статьи участников межрегиональной научно-практической конференции, посвящённой проблемам профессионального высшего образования, стратегиям обучения иностранному языку, вопросам лингвистики и переводоведения.

Другие похожие документы..